Текст книги "Мертвое письмо (ЛП)"

Автор книги: Дэн Уиллис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 6 страниц)

– Ладно, – сказал он, отводя Лесли в сторону. – Будешь притворяться секретаршей кого-то из тех, кто работает над материалом. Скажешь им, что тебе нужно собрать информацию о Карлтоне Пирсе, что он какой-то светский лев.

– И это всё? – недоверчиво спросила Лесли.

– Почти, – ответил Алекс.

– А что мне делать, если они спросят, на кого я работаю?

– Они не спросят, – заверил её Алекс. – Просто выбери кого-нибудь из этих неопрятных на вид раздолбаев. Они захотят, чтобы ты подольше с ними пообщалась, и будут с тобой разговаривать.

– А, – сказала Лесли с ухмылкой, явно поняв, в какую игру играет Алекс. Она подняла руку и расстегнула блузку, потом подумала и расстегнула ещё одну пуговицу. – Вот так? – спросила она.

Алекс кивнул, стараясь не пялиться на открывшуюся часть её груди. Почувствовав, что зрительный контакт будет безопаснее всего, он встретился с ней взглядом, и она ему подмигнула.

– Сейчас вернусь, – сказала она.

Пройдя через весь кабинет, она направилась к лысому пухленькому мужчине в помятом костюме, который стучал на пишущей машинке. Когда Лесли подошла к нему, его лицо заметно посветлело, и он подался вперед, подперев рукой подбородок, пока она с ним разговаривала. Алекс не слышал, что она говорила, но лицо мужчины приобрело растерянное выражение. Он достал из стола тонкую папку и пролистал ее, но в конце концов покачал головой. Затем он встал и, шаркая ногами, поспешил к другому столу, яростно что-то шепча его владельцу. Так продолжалось минут двадцать. В конце концов лысый мужчина вернулся и сообщил Лесли, что, очевидно, потерпел неудачу. Она поблагодарила его и пошла обратно к Алексу в сторону лифта. Лысый мужчина смотрел ей вслед, пока она не свернула за угол.

– Никто не слышал о Карлтоне Пирсе, – сказала она.

Алекс хотел ее успокоить, хотя и не знал, как именно, но тут из-за угла выскочил лысый мужчина. Увидев Алекса, он замер, но желание помочь прекрасной Лесли пересилило все подозрения, которые у него могли возникнуть.

– Я, э-э, – начал он. – Я кое-что придумал. Джаред Уотсон пишет для спортивной рубрики, но у его семьи хорошие связи. Он из богатой семьи. Возможно, он знает вашего мистера Пирса.

– Какой же вы милый, – сказала Лесли, похлопав его по руке. – Я пойду спрошу, может, он сможет помочь. Спасибо.

Лысый мужчина просиял.

– Если я могу еще чем-то вам помочь, – сказал он, – не стесняйтесь, обращайтесь.

Лесли пообещала, что не будет, и мужчина ушел. Поскольку ни один из них не знал, где находится спортивный отдел, Алекс остановил встревоженного мужчину с охапкой корреспонденции и спросил дорогу.

Джареду Уотсону было чуть больше двадцати, у него были зачесанные назад волосы и безупречный костюм. В отличие от сотрудников отдела светской хроники, у него был собственный кабинет, стены которого были увешаны фотографиями спортивных мероприятий и подписанными снимками Джареда с различными знаменитостями. Джаред широко и заразительно улыбался, приветствуя Лесли и Алекса. И, казалось, был готов говорить о чем угодно.

– Пирс? – переспросил он, когда Лесли задала свой вопрос. Он почесал подбородок и откинулся на спинку стула. – Фамилия знакомая... но я не знаю никакого Карлтона Пирса.

Лесли вздохнула и собралась уходить.

– Постойте, – сказал Джаред. – Вы имеете в виду Чарли Пирса?

– Может быть, – ответил Алекс, забыв, что говорить должна Лесли. – Кто такой Чарли Пирс?

– Он паршивая овца в семье Хьюстонов, – сказал Джаред. – Джек Хьюстон женился на вдове, Эмили Пирс, у которой уже был сын Чарли. Судя по всему, старик ненавидел этого ребенка и лишил его наследства. Но когда старик умер, мать начала давать ему деньги. Насколько я знаю, он ведет замкнутый образ жизни, но у него есть дом на 8-й улице, недалеко от центра.

– У вас есть точный адрес? – спросила Лесли.

Джаред взял телефонную трубку и с кем-то поговорил.

– Отдел распространения, – сказал он, положив трубку. – Они знают, где кто живет. Я попросил их прислать адрес, это займет всего несколько минут.

– У вас тут неплохая коллекция фотографий, – сказал Алекс, оглядывая кабинет.

Джаред указал на фотографию, висевшую прямо за его столом.

– Это я с Бейбом Рутом, – сказал он. – А это я с Джо Джексоном по прозвищу «Босоногий».

– Жаль, что его дисквалифицировали, – сказала Лесли. – Я однажды видела его игру. Наверное, здорово было с ним познакомиться.

Улыбка Джареда стала еще шире.

– Вот почему я люблю свою работу, – сказал он. – Каждый раз, когда появляется команда-победитель, меня отправляют брать у них интервью. У меня есть фотографии всех команд, участвовавших в Мировой серии за последние пять лет.

Алекс слышал, что говорил Джексон, но перестал обращать на него внимание. В голове у него снова и снова звучали слова «команда-победитель».

– Эй, – сказал он, прерывая рассказ Джареда о его встрече с Бейбом Рутом. – Газета освещает все виды спорта?

– Ну конечно, – ответил Джаред. – Если это спорт, то «Таймс» о нем напишет.

– У вас здесь есть архив?

– Да, – ответил Джаред. – Но он доступен только исследователям. Хотя в библиотеке можно взять старые газеты.

Алекс стиснул зубы.

– Что вам нужно? – спросил Джаред.

– Фотография команды по крикету Колумбийского университета 1910 года.

Джаред откинулся на спинку стула и выдохнул.

– Скорее всего, вы ее не найдете, – сказал он. – Обычно мы не освещаем студенческий спорт, кроме бейсбола.

– В том году они выиграли какой-то чемпионат, – предположил Алекс.

Джаред на мгновение замялся.

– С кем они играли?

– С Йельским университетом.

Джаред снова улыбнулся.

– Возможно, тебе просто повезло, друг мой, – заявил он, вставая и выводя их из кабинета. – 1910 год был неудачным для спорта в Большом Яблоке: «Джайентс», «Бруклин» и «Хайлендерс» выступили из рук вон плохо. Но победа над Йельским университетом, это как раз та новость, которую мы любим освещать.

Он прошел по коридору в большую открытую комнату. Вдоль стены стояли высокие картотечные шкафы с широкими плоскими выдвижными ящиками. Джаред начал обходить их, проверяя таблички.

– Вот оно, – сказал он, открывая тяжелый ящик. – 1910 год.

Внутри ящика лежали сотни фотографий, сваленных в беспорядке. Джаред взял несколько штук и протянул Лесли, потом взял еще несколько и начал их перебирать. Алекс взял свою стопку и присоединился к остальным.

– Что я ищу? – спросила Лесли.

– Крикетную биту, – ответил Алекс.

– Она похожа на бейсбольную биту, только плоская, – объяснил Джаред.

– Вот такую? – спросила Лесли, показывая фотографию всем.

На ней была группа мужчин в свитерах с большой буквой «С». Они стояли перед трофеем высотой около метра. У крайнего слева через плечо была перекинута плоская крикетная бита.

– Это то, что ты ищешь? – спросил Джаред.

Алекс улыбнулся и кивнул. Он узнал Мэтисона среди крайних слева. Значит, коротышка с лисьей мордочкой справа от него, Энтони Касетти, а мужчина в дальнем конце поля, с капитанской звездой на свитере и битой в руках, капитан команды. Алексу потребовалась минута, чтобы вспомнить, где он видел это лицо. Когда он это сделал, то расплылся в улыбке от уха до уха.

– Алекс? – спросила Лесли, сияя улыбкой на миллион долларов. – Что ты только что понял?

– Я знаю, кто убил Эндрю Мэтисона, – ответил Алекс. – И знаю почему. Теперь мне осталось только доказать это.

– Я могу помочь? – спросил Джаред, увлеченный их разговором. – И что еще важнее, есть ли здесь материал для статьи?

– Безусловно, – ответил Алекс. – И я с радостью предоставлю тебе эксклюзив.

Джаред заговорщически улыбнулся.

– Что тебе от меня нужно?

– Три вещи, – ответил Алекс, загибая пальцы. – Мне нужно, чтобы ты сделал для меня еще одну фотографию, мне нужен твой телефон, и мне нужно, чтобы ты отдал все лавры офицеру полиции Нью-Йорка Дэниелу Паку.

Джаред протянул ему руку.

Алекс протянул свою, но замешкался.

– У тебя есть машина?

Джаред ухмыльнулся и кивнул.

– «Империал» 1929 года, – сказал он.

– Договорились, – ответил Алекс, пожимая ему руку.

9. Письмо

Спустя два с половиной часа белый «Крайслер Империал» Джареда Уорнера остановился перед зданием суда округа Нью-Йорк. Лесли помахала Алексу, когда тот вышел из машины, и жестом подозвала его к себе, стоявшей у входа.

– Извини, что опоздали, – сказал Алекс, подходя к ней. – Все уже внутри?»

– Да, – ответила она, направляясь к двери вместе с ним. – У Каллахана встреча с окружным прокурором в три часа».

Алекс посмотрел на часы. Было пять минут четвертого.

– Поторопимся, – сказал он, открывая дверь для Лесли, Джареда и их гостя. – Не хочу пропустить представление».

Кабинет окружного прокурора Нью-Йорка находился на третьем этаже в задней части здания. Его стол стоял точно в центре у дальней стены, увешанной табличками, наградами и памятными вещами, напоминающими о его долгой карьере адвоката. Вдоль стены в задней части комнаты тянулась массивная полка с книгами по юриспруденции в кожаных переплетах, а рядом стояли два стула для посетителей.

Однако, когда Алекс и его спутники вошли, свободных мест не оказалось. Через стеклянную стену, отделявшую кабинет с четвертой стороны, Алекс увидел Дэнни, Каллахана, детектива Робертсона и пожилого седовласого мужчину в дорогом костюме. За дверью стояли двое полицейских в форме. На стене рядом с дверью висела табличка с надписью: «Окружной прокурор города Нью-Йорка Эддисон Смит».

Среди наград на стене за столом прокурора была большая рамка с изображением свитера игрока сборной Колумбии, а также бейсбольного мяча и биты.

– Почему вы обращаетесь ко мне? – спросил прокурор.

– Погибает адвокат из другого города, и вы подозреваете, что это связано с мафией? Для таких дел у меня есть помощники окружного прокурора.

– В этом деле замешан продажный коп, – сказал мужчина в дорогом костюме. Алекс предположил, что это начальник полиции. – Коп, который признался, что пытался убить другого офицера по наущению Тони Касетти.

Окружной прокурор Смит побледнел, но взял себя в руки.

– Какие у вас доказательства? – потребовал он.

– У нас есть признание копа, – ответил Каллахан. – Но всё это связано с нераскрытым делом двадцатилетней давности. – Он жестом пригласил Дэнни подойти к нему. – Офицер Пак вёл это дело, так что я позволю ему рассказать вам всё.

Алекс ухмыльнулся, когда Дэнни подошёл к ним, а Робертсон выглядел так, будто у него отнялся язык. Дэнни рассказал о подробностях убийства Джанет Харгрейв и о том, что, по их подозрениям, Энтони Касетти солгал, чтобы замести следы. Затем он подробно описал, как Тайгер Смит помогал Касетти подняться по карьерной лестнице в мафии за последние два десятилетия.

– Две недели назад Мэтисон получил письмо, – заключил Дэнни. – Мы подозреваем, что в нём говорилось о причастности капитана команды Тайгера Смита к убийству Джанет. Вот почему Мэтисон приехал в Нью-Йорк, чтобы дать своему старому приятелю шанс поступить по совести и сдаться. К сожалению, Тайгер по-прежнему неплохо управлялся с битой для крикета. Он проломил ею голову Мэтисону, а потом сбросил его тело в Гудзон.

– И где же сейчас капитан команды по крикету? – спросил окружной прокурор.

– Ну, Тайгер, это, конечно, прозвище, – ответил Дэнни. – А старые материалы дела были благополучно уничтожены во время пожара в 1928 году.

Окружной прокурор немного пришёл в себя и отвернулся, чтобы посмотреть в окно.

– Значит, ты не можешь его найти?

Дэнни помолчал, пока окружной прокурор не повернулся к нему.

– Вас-то найти было не так уж сложно, Тайгер.

Смит рассмеялся и указал на себя.

– Ты думаешь, я Тайгер Смит? Вы думаете, я убил эту женщину, когда учился в колледже, и связался с Счастливчиком Тони? – Его лицо исказилось в уродливой гримасе. Алекс подозревал, что именно такой взгляд был последним, что увидела Джанет Харгрейв. – Я заберу у тебя значок за это, – сказал Смит Дэнни, а затем повернулся к капитану. – И это ты руководишь департаментом? Я позвоню мэру, и ты лишишься всех своих должностей».

– Простите, – перебил его Дэнни. – Я не хотел намекать, что мы подозреваем вас в том, что вы Тайгер Смит».

Алекс толкнул Лесли локтем.

– Смотри, – прошептал он.

Окружной прокурор, казалось, собирался что-то сказать, но Дэнни открыл папку, которую держал под мышкой, и бросил на стол Смита фотографию.

– Это фотография команды, выигравшей чемпионат по крикету в 1910 году, – сказал Дэнни. Он указал на фотографию. – Это вы. Мы не подозреваем вас в том, что вы Тайгер Смит, мы это знаем.

– Это не я, – настаивал Смит. – К тому же я играл не в крикет, а в бейсбол.

Он указал на рамку с призом за своим столом, в которой лежали бейсбольный мяч и бита.

– Да, – сказал Дэнни. – Я читал об этом в статье о вас в «Таймс» на этой неделе. Но потом один британский врач рассказал мне кое-что интересное. Он сказал, что мы, американцы, постоянно путаем бейсбол и крикет».

Дэнни заглянул в папку и достал вторую фотографию, которую ему дал Алекс. Ту, что сопровождала статью о окружном прокуроре в «Таймс».

– Это вы за своим столом, – сказал Дэнни. – Тоже хорошая фотография. Особенно мне нравится ваша спортивная коллекция. Вы заметили, что она немного отличается от нынешней. Конечно, это было до того, как вы использовали крикетную биту, висевшую на стене, чтобы убить Эндрю Мэтисона. Я хочу сказать, что вы не могли просто взять и повесить на стену орудие убийства, но репортёр ошибся с видом спорта, поэтому вы просто повесили бейсбольную биту и сказали, что всё в порядке.

Окружной прокурор Смит побледнел, но Алекс видел, что его адвокатская смекалка работает на полную катушку.

– Это ничего не доказывает, – сказал он.

– Полагаю, присяжные будут думать иначе, – сказал шеф.

– Есть ещё кое-что, – сказал Дэнни, оглядывая коридор в поисках Алекса. Алекс кивнул ему в ответ, и Дэнни снова повернулся к окружному прокурору. – То письмо, которое Джанет отправила Мэтисону. В котором она писала, что должна встретиться с вами в парке, чтобы порвать с вами.

– О чём вы говорите? – спросил Смит, вложив в свой голос всё презрение, на которое был способен.

– Вы не нашли его, когда обыскивали номер Мэтисона в отеле, – продолжил Дэнни, как будто Смит ничего не сказал. – Оказалось, он отправил его по почте тому, кому доверял. Тому, кто, как он знал, не даст вам уйти, если с ним что-то случится.

Дэнни театрально взмахнул рукой, и в комнату вошел гость Алекса.

– Уверен, вы помните детектива Махони, – сказал Дэнни.

Махони был в своем лучшем костюме, в руках он держал письмо Джанет. Он положил его на стол окружного прокурора и отошел в сторону.

– Здесь все написано, – сказал он, сверля Смита взглядом. – Все так, как сказал офицер Пак. Почерк самой девушки. Я бы узнал его где угодно, даже спустя столько лет».

Бывший детектив Махони удивился, увидев, как Алекс и Джаред подъезжают к его дому в Квинсе. Еще больше он удивился, обнаружив в почтовом ящике письмо от Мэтисона. Когда Алекс объяснил, что случилось с Джанет много лет назад и что им нужен Махони и его письмо, чтобы засадить Смита за решетку, Махони ухватился за этот шанс.

– Не думаю, что у присяжных возникнут сомнения в правоте этого письма, – сказал Каллахан. – Вы хотите что-то сказать, мистер Смит?»

– Я заберу у вас значок за это, – прошипел Смит. – У всех вас.

Каллахан достал наручники и шагнул вперед.

– Я получу от этого удовольствие, – сказал он. – Разворачивайтесь, вы арестованы.

– Лейтенант, – сказал Дэнни, протянув руку, чтобы остановить Каллахана. Лейтенант вопросительно посмотрел на Пака, но Дэнни кивнул в сторону Махони. – По-моему, это наручники детектива Махони.

Каллахан кивнул и передал наручники Махони, который ухмыльнулся.

– Я долго ждал, когда свершится правосудие в отношении Джанет, – сказал он, защелкивая наручники на Смите. Он толкнул окружного прокурора в руки двух полицейских, которые вошли в комнату. «Отвезите его в участок и заприте».

Окружной прокурор Эддисон Смит выглядел так, будто вот-вот взорвется от ярости, но он заткнулся и просто сверлил взглядом всех вокруг, особенно Дэнни, пока его уводили.

– Отличная работа, офицер Пак, – сказал капитан. – У меня на столе лежат документы о вашем повышении. Я подпишу их, когда вернусь. У вас есть костюм?

– Да, сэр, – ответил Дэнни, даже не пытаясь скрыть радость.

– Что ж, идите домой и приведите себя в порядок, – продолжил шеф. – Утром явитесь к Каллахану, детектив.

– Спасибо, шеф, – сказал Каллахан. – Я возьмусь за него.

– Смотри, чтобы взялся, – сказал шеф, пожал руку Дэнни, Каллахану и, наконец, Махони, после чего вышел вслед за офицерами.

Алекс подождал, пока капитан уйдет, и только потом вошел в кабинет вместе с Лесли и Джаредом.

– Молодец, парень, – сказал Каллахан. – Ты и твой друг-писатель».

– Спасибо, босс, – ответил Дэнни.

– А что с головорезами Касетти? – спросил Алекс.

– С ними проблем не будет, – ответил Каллахан. – Теперь, когда Смит под арестом, у Касетти появились дела поважнее. Кроме того, мы взяли его продажного копа, так что он знает, что мы его раскусили. Он не станет рисковать и затевать войну с полицией, охотясь за Дэнни.

Дэнни, похоже, вздохнул с облегчением, услышав это.

– Отдохни сегодня, – сказал Каллахан, – но утром не опаздывай».

Дэнни пообещал, что не опоздает, и Каллахан направился к двери, жестом пригласив Алекса следовать за ним.

– Неплохо, мистер Локерби, – сказал он, когда они вышли в коридор. – Полагаю, вы сыграли в этом деле более важную роль, чем вам кажется.

Алекс поднял руку, словно давая клятву на Библии в суде.

– В основном это заслуга Дэнни, – сказал он. – Клянусь честью.

– Да, – сказал Каллахан. – И, полагаю, тот факт, что вам нужно было, чтобы он надавил на скупщика, тут ни при чем?

– Я был... заинтересован в том, чтобы помочь.

– И, полагаю, после того, как Дэнни добился для вас желаемого, вы решили, что неплохо было бы иметь в отделе друга, да еще и в звании детектива.

– Вы очень циничны, лейтенант, – сказал Алекс, изображая обиду. – Мне нравится Дэнни, и он сообразительный. Из него выйдет хороший детектив.

– Согласен, – сказал Каллахан, – иначе я бы не позволил ему вести это дело для шефа. Тем не менее я бы не хотел, чтобы ты крутился под ногами и вмешивались в дела полиции. Договорились?

– Честное слово, – солгал Алекс. Он чувствовал, что его связь с Дэнни будет выгодна им обоим, и не собирался от нее отказываться. Кроме того, если бы он это сделал, это могло бы расстроить Эми, а на такой риск Алекс идти не хотел.

Каллахан, казалось, пытался прочесть мысли Алекса. В конце концов он сдался.

– Прощай, писака, – сказал он, надевая шляпу. – Думаю, больше мы с тобой не увидимся. С этими словами здоровенный лейтенант просто развернулся и пошел к лифту.

Алекс проводил его взглядом, а затем вернулся в кабинет. Джаред расспрашивал Дэнни и детектива Махони об убийстве Харгрейва и смерти Эндрю Мэтисона двадцать лет спустя. Алекс помахал Дэнни и вышел в коридор.

– Так вот какой ты частный детектив? – спросила Лесли, не переставая улыбаться своей улыбкой на миллион долларов.

– Нет, – признался Алекс. – Обычно я упрямый сукин сын.

Лесли рассмеялась, явно не поверив ему.

– Ты проделал потрясающую работу, – сказала она. – Уверен, сегодня ты выспишься.

– Так и будет, – согласился Алекс, вспомнив предыдущую беспокойную ночь на диване. – Но не сейчас. Мне нужно сделать еще пару дел.

10. Начало

Было уже за полночь, когда Алекс постучал в дверь убогой подвальной квартиры на окраине Гарлема. Через пять минут он постучал снова, на этот раз чуть громче. Он не хотел шуметь в такое время, чтобы не разбудить управляющего домом, чья квартира находилась чуть дальше по коридору.

– Кто там? – раздался из-за двери усталый голос Лесли.

– Это Алекс.

Он услышал, как отодвинулся засов, и дверь приоткрылась.

– Ты немного опоздал с визитом, – сказала Лесли, узнав его, и открыла дверь шире. На ней был жёлтый махровый халат, скорее удобный, чем стильный, а волосы были убраны под сетку. Несмотря на это, она всё равно была прекрасна.

– Я не знал, когда ты собираешься на автобус, – с улыбкой сказал Алекс. – Хотел отдать тебе это перед отъездом.

Он достал из кармана бронзовую медаль на фиолетово-красной шёлковой ленте.

Лесли начала улыбаться, но внезапно на её глазах выступили слёзы.

– Прости, – сказала она, вытирая глаза рукавом халата.

Алекс протянул ей медаль, и Лесли долго смотрела на неё, прежде чем снова взглянуть на него.

– Спасибо, – сказала она, прижимая медаль к груди. – Ты сказал, что найдёшь её, и сдержал слово.

– Как только я сообщил Карлтону Пирсу, что медаль украдена, он тут же её вернул. Похоже, он не хотел, чтобы кто-то из полиции слишком пристально изучал его коллекцию.

Лесли усмехнулась и сунула медаль в карман халата. Между ними повисла неловкая пауза, как будто она хотела сказать что-то еще, но передумала. Алекс, в свою очередь, пытался подобрать нужные слова.

– Так когда твой автобус? – спросил он наконец.

– Не раньше часа дня, – ответила она, приоткрыв дверь, чтобы Алекс увидел три чемодана, аккуратно сложенных у порога. – Мне нужно уехать отсюда до полудня, так что все отлично.

– Сколько стоит аренда этой дыры? – спросил Алекс, оглядывая грязный коридор.

– Тридцать пять в месяц, – ответила Лесли.

– Это грабеж, – сказал Алекс. – Я знаю одного парня, – он замялся. – Игги знает парня, у которого есть многоквартирный дом в Нижнем Ист-Сайде, в хорошем районе, за сорок в месяц.

Лесли улыбнулась и прислонилась к двери.

– Ты такой милый, Алекс, – сказала она. – Но у меня нет даже тридцати пяти, а завтра днем я уезжаю на автобусе в Айову.

Алекс поднял голову и посмотрел ей в глаза.

– А что, если бы не уезжала?.

– Тогда я буду жить на улице, – сказала Лесли. – Если только ты не делаешь мне непристойное предложение.

Алекс почувствовал, что краснеет, но не стал пытаться скрыть смущение.

– Ничего такого, – сказал он. – Просто... просто, – начал он снова. – Ты мне очень помогла на этой неделе, мы с тобой отлично сработались. Я заплатил за аренду за весь месяц всего двумя делами, о которых я бы даже не узнал, если бы ты не напомнила мне о них, и которые я бы до сих пор не закончил, если бы ты не подтолкнула меня к завершению работы.

Лесли подавила зевок.

– Было весело, – сказала она. – Но я не могу позволить себе остаться. Когда я проснусь, у меня даже не будет квартиры.

– А что, если бы могла? – спросил Алекс. – Я имею в виду, если бы могла позволить себе остаться.

Она подняла бровь.

– И как бы ты это устроил? У тебя едва хватает на аренду.

Алекс достал из кармана конверт.

– Игги научил меня в первую очередь делать заначку, – сказал он. – Каждый раз, когда я ложусь спать и у меня в кармане остаются наличные или мелочь, я просто кладу их в ящик прикроватной тумбочки.

Лесли закатила глаза, явно вспомнив, в каком состоянии находится его копилка в кабинете.

– Я пересчитал их сегодня, – сказал Алекс. – У меня было двадцать два доллара. Плюс еще двадцать, которые я заработал на этой неделе сверх арендной платы, – получается сорок два доллара и немного мелочи.

Он потряс конвертом, отчего тот призывно зазвенел, и протянул его Лесли.

– Оставайся и работай на меня, – сказал Алекс.

– Как ты заработал столько, что хватило на аренду и осталось еще двадцать баксов? – спросила Лесли.

Алекс усмехнулся.

– Вот почему я так поздно. Я весь вечер следил за мужем миссис Джефферсон. Оказалось, что у него была тайная встреча с женщиной с его работы в отеле неподалеку от их дома. Как только я сообщил об этом миссис Джефферсон, она поднялась наверх и постучала в дверь.

Лесли ахнула и прикрыла рот рукой.

– Она не стала.

Алекс кивнул.

– Она кричала так громко, что трое других неверных мужей бросились врассыпную.

– Так ты и это дело закрыл, – сказала она. – Молодец, парень.

– Видишь, что я имею в виду? – сказал Алекс. – Я работаю лучше, когда ты рядом. – Он снова протянул ей конверт. – Я даже куплю тебе кофейник.

После долгой паузы Лесли протянула руку и взяла конверт.

– Ладно, Алекс, – сказала она. – У меня такое чувство, что я об этом пожалею, но давай попробуем.

– Адрес этой квартиры там, – сказал он, указывая на конверт. – Утром занеси туда свой багаж и встреться со мной в офисе около полудня. Мы обсудим детали твоей работы.

– Конечно, босс, – сказала Лесли, шагнула к нему и поцеловала в щеку. – Спокойной ночи.

Она вернулась в квартиру, закрыла дверь и заперла ее на ключ.

– Спокойной ночи, Лесли, – сказал Алекс, глядя на дверь, развернулся и вышел на улицу. В это время метро уже не ходило, а денег на такси у него не хватало, поэтому он поднял воротник пиджака и отправился в долгий путь домой.

На следующее утро, после девяти, Алекс наконец заставил себя встать с постели. Он собирался сразу пойти в офис, чтобы быть там к приходу Лесли, но сначала ему нужно было кое-что сделать.

Он постучал в дверь Дэнни незадолго до полудня. Когда Эми открыла, на ее лице расцвела широкая улыбка, она бросилась к нему в объятия и поцеловала. Это был не вежливый дружеский поцелуй, а страстный, пылкий. Такой поцелуй сулит обещания, которые не дадут мужчине спать по ночам.

– Спасибо, – сказала Эми, когда они разомкнули объятия.

– Нет, – усмехнулся Алекс. – Тебе спасибо.

Эми закатила глаза.

– Не за это, – сказала она с досадой. – За то, что я уговорил Игги помочь мне найти работу».

Алекс понятия не имел, о чем она говорит, и сказал ей об этом.

– Сегодня утром мне позвонили, – сказала Эми, едва сдерживая улыбку. – Из Пресвитерианской больницы в Филадельфии! У них освободилась должность ординатора, и они хотят взять меня. Разве это не здорово»

– Как? – начал Алекс, но Эми его перебила.

– Игги позвонил другу, а тот позвонил другу, который работает в больнице, – объяснила она. – Судя по всему, Игги помог им разобраться с какими-то кражами, и они были только рады взять меня по его рекомендации».

Алекс совершенно не понимал, что думать об этой информации. Он знал только, что Эми собирается уехать.

– Но сначала тебе нужно закончить учебу здесь, – сказал он.

– Нет, – ответила она, и ее улыбка стала еще шире. – При больнице есть школа медсестер, так что я могу учиться там, пока работаю. Дэнни собирается посадить меня на поезд сегодня вечером, когда вернется домой».

Только сейчас Алекс заметил у двери собранный чемодан. Это было как удар под дых. Должно быть, его эмоции отразились на лице, потому что улыбка Эми померкла, и она обняла его.

– Прости, – прошептала она ему на ухо. – Я знаю, ты хочешь, чтобы я осталась.

– Нет, – солгал Алекс. – Я хочу, чтобы ты уехала. Я хочу, чтобы ты стала лучшей медсестрой в Филадельфии. Вот почему я подговорил Игги.

Эми отстранилась и посмотрела ему в глаза, пытаясь уловить малейшие признаки обмана. Алекс был очень благодарен Игги за то, что тот научил его сохранять честное и располагающее к доверию выражение лица, когда он лжёт.

– Спасибо, Алекс, – сказала она, снова обнимая его.

Алекс хотел поцеловать её, но звук ключа в замке заставил Эми отстраниться. Дверь открылась, и вошёл Дэнни. На нём был угольно-серый костюм, а из нагрудного кармана свисал золотой щит на кожаной подложке. Увидев Алекса, он резко остановился.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он, переводя взгляд с Алекса на Эми и обратно.

– А ты как думаешь? – ответил Алекс, хлопая его по плечу. – Я пришёл поздравить нового официального детектива Нью-Йорка.

Дэнни улыбнулся, и напряжение в комнате спало.

– Спасибо, – сказал он. – Я действительно у тебя в долгу.

– Да, так и есть, – со смехом ответил Алекс. – И когда-нибудь я потребую с тебя этот долг, но сегодня... – он протянул руку, и Дэнни пожал её. – Я просто хочу сказать: поздравляю.

– Ты слышал новость об Эми?

Алекс кивнул, на этот раз сумев скрыть потрясение от этой новости.

– Да, – сказал он. – Похоже, из нее выйдет отличная медсестра.

Он повернулся к Эми и увидел, что она стоит со слезами на глазах, но смотрит не на него, а на Дэнни.

– Ты отлично выглядишь, старший брат, – сказала она, обнимая его. – Папа будет так гордиться тобой.

– Ты уверена? – спросил Дэнни.

Эми ничего не ответила, только кивнула и обняла его еще крепче.

Алексу было неловко наблюдать за этим семейным моментом. Он хотел остаться, провести с Эми как можно больше времени, но было ясно, что Дэнни хочет того же, и он был здесь первым.

– Не хочу вас отвлекать, – сказал Алекс, направляясь к двери, – но мне нужно зайти в офис и кое-что уладить.

– Может, останешься на обед? – спросила Эми, не отпуская брата.

– Может, в следующий раз, когда ты будешь в городе, – ответил Алекс. – На День благодарения, Рождество или еще какой-нибудь праздник.

Эми улыбнулась, а Дэнни выглядел расстроенным. Алекс просто улыбнулся, надел шляпу и закрыл за собой дверь.

Конец