Текст книги "Мертвое письмо (ЛП)"
Автор книги: Дэн Уиллис
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)
Annotation
Нью-Йорк, 1930 год.
Чародеи, это локомотивы магии, а создатели рун, их бедные родственники. Частный детектив Алекс Локерби определенно относится ко второй категории, применяя свои скудные магические навыки, чтобы помогать людям, которых обычные копы игнорируют, и при этом едва сводит концы с концами.
Алексу нужен шанс. Всего одно хорошее дело, чтобы заявить о себе и начать зарабатывать. Когда амбициозный патрульный Дэнни Пак оказывается в тупике, пытаясь раскрыть убийство неизвестного, это может стать тем самым шансом, которого так ждал Алекс.
1. Секретарша
2. Полицейский
3. Комната
4. След
5. Цветок
6. Гостья
7. Спасение
8. Репортёр
9. Письмо
10. Начало
1. Секретарша
Алекс Локерби остановился на верхней ступеньке лестницы, ведущей в его кабинет в полуподвальном помещении. Он вздохнул и начал спускаться в полумрак. Тусклый круг света освещал лестничную площадку, на которой горела единственная магическая лампа, излучавшая болезненно-желтый свет и мерцавшая так, что могла погаснуть в любой момент. Алекс удивлялся, что в таком отдалении от Эмпайр-Тауэр вообще есть электричество.
Его офис располагался в обветшалом здании на окраине Гарлема. Определенно на внешнем кольце. Дорога от его дома на ползуне занимала всего полчаса, а потом ему нужно было пройти пять кварталов пешком. «Ползуны» не заезжали так далеко на внешнее кольцо, опасаясь, что у них сядет аккумулятор и они застрянут.
Было уже больше десяти, когда Алекс спустился с лестницы и свернул за угол, направляясь к двери своего кабинета. На простой двери висела бумажная табличка с надписью: «Детективное агентство Локерби и услуги рунописца.
Кабинет был небольшой, чуть больше дыры в стене, но все же это был его кабинет.
«По крайней мере, до тех пор, пока меня не выставят за дверь в конце месяца», подумал он.
Дела шли неважно. С таким расположением дела вряд ли могли улучшиться. Накануне вечером он следил за мужчиной, жена которого подозревала его в измене. Так и было, только он изменял ей с приятелями за покерным столом. Еще одна причина, по которой он опоздал на работу сегодня утром.
Алекс потянулся к дверной ручке, но замер, заметив, что дверь приоткрыта. Раньше он этого не замечал, но теперь услышал голос из кабинета.
– Нет, мэм, – сказал женский голос. – Я не знаю, когда он вернется. Что вам нужно?
Алекс положил руку на дверную ручку и осторожно приоткрыл дверь. Внутри, в свете еще одного тусклого магического светильника, стояла высокая стройная женщина. У нее были длинные, до плеч, светло-рыжие волосы с естественными локонами, ниспадавшие на плечи. Она стояла абсолютно прямо, словно по стойке смирно, подчеркивая свою идеальную фигуру, пышный бюст, округлые бедра и длинные стройные ноги. На ней была красивая одежда, более нарядная, чем та, что Алекс обычно видел в этом районе, но все же не из разряда элитной. На ней была кремовая блузка и зеленая юбка-карандаш. На столе, поверх стопки бумаг Алекса, лежала широкополая шляпа, рядом с набитой до отказа сумкой.
Что бы Алекс ни ожидал увидеть в своем кабинете, это точно было не то, что он увидел.
– Да, мэм, – сказала женщина спокойным голосом, в котором слышалась уверенность. В руке у нее был телефон Алекса, и она опустила трубку, чтобы найти среди бумаг на столе блокнот. – Я уверена, что мистер Локерби сможет вам помочь, – добавила она, найдя блокнот. – Я попрошу его перезвонить вам, когда он вернется.
Алекс узнал этот акцент: явно со Среднего Запада, из Айовы или сельской местности Иллинойса. Она что-то написала в блокноте и повесила трубку.
Алекс откашлялся, и женщина вздрогнула, выронив блокнот и карандаш, которыми она пользовалась.
– О, – воскликнула она, прижав руку к груди. – Вы меня напугали.
Алекс усмехнулся и изобразил самую безобидную улыбку.
– Так будет справедливо, – сказал он. – Я Алекс Локерби, и я почти уверен, что это мой кабинет.
Ее лицо посуровело, она приподняла бровь.
– У вас тут приятный распорядок дня, мистер Локерби, – сказала она.
– Как вы сюда попали?
– Дверь была не заперта, – пожала она плечами. – Я ждала здесь больше часа.
– И вы решили начать отвечать на мои звонки? – настаивал Алекс, стараясь не думать о том, что прошлой ночью оставил дверь незапертой.
– И правильно сделалала, – сказала она, протягивая блокнот Алексу, чтобы тот мог его увидеть. – Пока я здесь была, вам трижды звонили: один человек не назвал своего имени, мисс Биллингсли, которая пытается найти свою потерявшуюся собаку, и миссис Джефферсон, которая хочет, чтобы вы выяснили, не изменяет ли ей муж. Миссис Джефферсон, цветная, – добавила женщина. – Если это имеет значение.
– Ни в малейшей степени, – ответил Алекс, нахмурившись. – Но мне интересно, зачем вы у неё об этом спросили.
– Я не спрашивала, – ответила женщина, с вызовом глядя на Алекса своими карими глазами. – Она сама мне сказала, на случай, если вам интересно.
Она сунула блокнот Алексу в руки.
– Не буду больше отнимать у вас время, мистер Локерби, – сказала она, беря сумочку и шляпку.
Она попыталась пройти мимо него, но Алекс удержал её за руку.
– Минуточку, мисс…?
Она на мгновение замешкалась. Несмотря на то, что они стояли близко друг к другу, Алекс видел, что она старше его, ей было больше двадцати девяти. Может, под сорок? Но годы никак не отражались на её внешности. Она была просто сногсшибательна.
– Томпкинс, – ответила она, холодно глядя на него своими серыми глазами. – Лесли Томпкинс, и я миссис...
Алекс отпустил ее руку и отступил на шаг.
– Вы явно проделали долгий путь, миссис Томпкинс, – сказал он и указал на одинокий стул, стоявший перед его захламленным столом. – Можете рассказать мне, зачем вы пришли и почему так долго ждали.
Впервые ее непробиваемая невозмутимость дала трещину, и Алекс увидел, как в одном из этих идеальных глаз блеснула слеза. Она замешкалась, но потом повернулась и села.
– Простите, что опоздал, миссис Томпкинс, – сказал Алекс, обходя стол и усаживаясь в свое довольно шаткое кресло. Помимо стола и стульев, в кабинете были только обшарпанный шкаф для документов у стены и вешалка у двери. – Я задержался, искал доказательства измены мужа.
Он достал из кармана пиджака пачку сигарет и предложил одну Лесли. Она взяла ее с чуть большим энтузиазмом, чем ожидал Алекс. Он чиркнул спичкой о край стола и предложил ей прикурить. Она сделала затяжку и откинулась на спинку стула, наслаждаясь сигаретой.
Она бережёт деньги. Наверное, давно не курила. Денег у неё немного.
Алекс закурил и сел.
– Итак, что привело вас ко мне, миссис...
– Лесли, – поправила она его.
– Что привело вас ко мне, Лесли? – уточнил Алекс.
– Мне нужно, чтобы вы кое-что для меня нашли, – сказала она. Она держалась совершенно непринужденно, но в ее голосе слышалась дрожь, выдававшая едва сдерживаемые эмоции.
– Вы обратились по адресу, – сказал он с улыбкой. – У меня есть руна поиска, с помощью которой можно найти что угодно.
Лесли посмотрела на него с недоверием, но потом, кажется, немного успокоилась.
– Что именно вам нужно найти? – спросил Алекс.
– Крест «За выдающиеся заслуги» моего мужа, – ответила она. Когда Алекс не отреагировал, она продолжила: – Это медаль, которую он получил на войне за... за доблесть.
– Ваш муж знает, что медаль пропала? – спросил Алекс. Его руна поиска была так же хороша, как и его хвастовство, но медаль принадлежала мужу Лесли, так что для установления связи ему нужно было что-то ещё, принадлежавшее этому счастливчику.
– Мой муж умер, мистер Локерби, – сказала Лесли. На этот раз эмоции, которые она сдерживала, вырвались наружу, и она опустила глаза, вытирая слезу.
– Зовите меня Алекс, – сказал он, достал из внутреннего кармана пиджака платок и протянул ей.
– Простите, – сказала она, вытирая глаза, и вернула платок.
– Не стоит, – ответил Алекс, забирая платок. – Как так вышло, что вы потеряли медаль мужа?
– Её украли, – ответила Лесли. – Два дня назад из моей квартиры.
Алекс кивнул.
– Украли только медаль? – Если в ее квартире побывали грабители, то все вещи, скорее всего, уже в ломбарде, а значит, есть большая вероятность, что он сможет вернуть медаль Лесли.
– Нет, – Лесли покачала головой. – Тот, кто забрал медаль, все перевернул вверх дном. Они забрали все, что можно было продать.
– Хорошо, – сказал Алекс. – Я почти уверен, что смогу найти ваши вещи...
– Мне нужна только медаль, – сказала Лесли. – Я возвращаюсь домой в Айову и не хочу уезжать без нее.
Алекс прекрасно ее понимал.
– Я беру двадцать долларов за руну, – сказал он. – И мне понадобится что-то, принадлежавшее вашему мужу.
Лесли кивнула и открыла сумочку. Алекс заметил, что в ней, похоже, уместилось все содержимое ее косметички. Через мгновение Лесли достала три потрепанные купюры, десятку и две пятерки, и протянула ему.
Алекс положил деньги в карман, даже не взглянув на них, и подошел к шкафу с картотекой. Он достал свернутую в рулон тканевую карту Манхэттена и расстелил ее на полу, затем открыл верхний ящик стола и достал магнитный железняк, похожий на небольшую стопку монет. Из внутреннего кармана пиджака он достал красную картонную книгу. Открыв ее, он пролистал тонкие страницы, на каждой из которых была написана отдельная руна, пока не нашел ту, что ему была нужна, восьмиугольную руну с символом в центре, похожим на дракона, лежащего в шезлонге. Затем он аккуратно вырвал ее.
– У вас есть что-нибудь, принадлежавшее вашему мужу? – спросил он, обернувшись к Лесли.
Она кивнула и расстегнула две верхние пуговицы на блузке. Засунув палец внутрь, она достала небольшую серебряную цепочку, висевшую у нее на шее, и расстегнула застежку. Когда она сняла его, Алекс увидел, что на цепочке висят два кольца: мужское золотое обручальное и женское обручальное с маленьким бриллиантом.
– Вот, – сказала она, сняла кольцо с цепочки и протянула Алексу.
Алекс взял кольцо и положил его на бумагу с руной. Поверх кольца он положил магнитный камень и поставил бумагу точно в центр карты.
– Расскажите мне о медали вашего мужа, – попросил он.
– Это бронзовый крест, – начала Лесли. – С фиолетовой лентой с красно-белой окантовкой.
– Что-нибудь ещё?
– На лицевой стороне изображён орёл, а на обратной место, где я... где я собиралась выгравировать его имя.
Алекс запечатлел этот образ в памяти, а затем коснулся светящимся кончиком сигареты бумаги с руной. Вспышка, порыв ветра, и бумага исчезла, оставив кольцо и магнитный камень в светящейся клетке из символов. Через несколько секунд раздался хлопок, и кольцо покатилось по карте, а магнитный камень завертелся вокруг него.
Схватив кольцо, пока оно не улетело слишком далеко, Алекс вернул его Лесли. Они оба склонились над картой, на которой в самом центре вращался магнитный камень. Он просто висел там, не двигаясь и не вращаясь.
– Черт, – пробормотал Алекс.
– Что?
– Связи нет, – объяснил он и вздохнул. – Руна сработала, но зацепиться было не за что.
Лесли подняла на него взгляд, в котором читалось отчаяние, и Алекс почувствовал себя последним мерзавцем.
– Что это значит?
– Может быть, медаль увезли из города, – сказал Алекс, – но я не думаю, что это вероятно. Ваш муж действительно носил это кольцо?
– Да, – ответила Лесли таким голосом, будто сам вопрос причинял ей боль. – Каждый день, вплоть до дня своей смерти. Я получила его вместе с остальными вещами из армии.
Алекс подавил стон. Он понял, что пошло не так с его руной.
– Ваш муж получил эту медаль в том сражении, в котором погиб?
Лесли отвернулась.
– Да, – выдавила она через мгновение. Алекс видел, что она плачет, но гордость не позволяла ей показать это.
– В этом-то и проблема, – сказал он. – Медаль ему не принадлежала. Она никак с ним не связана.
Лесли затрясла плечами, сдерживая рыдания.
– Спасибо, что попытались, Алекс, – сказала она спустя долгое время. – Я пойду.
Она встала, но Алекс снова взял ее за руку. Он полез в карман и достал потрепанные купюры.
– Обычно я беру всего десять долларов, если руна не сработала, – сказал он, протягивая ей десятку. – А на материалы для новой руны у меня уходит всего пять долларов.
Она хотела возразить, но улыбнулась, и на ее идеальном лице заблестели дорожки от слез.
– Спасибо, – повторила она.
Алекс наблюдал за тем, как она идет к двери. С каждым шагом она, казалось, все больше брала себя в руки, и когда она наконец дошла до двери, то снова выпрямилась и стояла, гордо расправив плечи. В этот момент он проникся к ней сочувствием и пожалел, что ничем не может ей помочь.
– Эй, – окликнул он ее, когда она уже открывала дверь, чтобы уйти. – Вы сказали, что вор забрал из вашей квартиры все ценное, верно?
Лесли кивнула, обернувшись. В ее заплаканных глазах мелькнул проблеск надежды.
– У вас украли что-то особенное? – спросил он. – Не просто что-то особенное, а что-то, чем вы дорожили?
Огонек надежды разгорелся в ее глазах, и она кивнула.
– Я участвовала в конкурсах красоты, – сказала она.
Глядя на нее, Алекс мог в это поверить.
– Когда я стала королевой красоты, мне в качестве приза подарили серебряную расческу. С тех пор она у меня с собой.
– Вы ею пользуетесь?
– Каждый день, – ответила она. – Но чем это может помочь?
– Потому что, – сказал Алекс с лукавой улыбкой, – тот, кто ограбил вашу квартиру, скорее всего, продал все вещи в ломбард. Если я найду вашу расческу, то, скорее всего, найду и медальон. Может быть, вам удастся вернуть и то, и другое.
Лесли широко улыбнулась, и Алекс понял, почему она побеждала в конкурсах красоты. Эта улыбка осветила всю комнату.
Но лишь на мгновение.
– Я, – начала она, – не могу позволить себе, чтобы вы еще раз гадали на рунах. – Все, что у меня осталось, кроме того, что вы мне дали, это деньги на билет на автобус до дома.
Что-то в ее желании вернуться домой не давало Алексу покоя, и ему невольно вспомнились слова его наставника.
Если что-то кажется неправильным, копни глубже.
– Почему вы возвращаетесь домой? Это из-за ограбления?
Она покачала головой и пожала плечами.
– Я слишком давно живу в этом городе, чтобы позволить этому сломить меня, но я не могу бороться с приливной волной. Все, кто брал меня на работу после смерти мужа, либо хотят, чтобы я молчала и выглядела пристойно, либо чтобы я приходила к ним домой и рассматривала их гравюры. – Она невесело усмехнулась. – Когда я отказываюсь и от того, и от другого… – она пожала плечами. – За последние десять лет я сменила пятнадцать мест работы. Хватит с меня.
– Мне жаль, – сказал Алекс, и это было искренне. – Может, я помогу вам с руной? Я знаю, что смогу найти медаль вашего мужа.
Лесли грустно покачала головой, но потом подняла глаза, и в них заблестели огоньки.
– А что, если мы заключим сделку?» – спросила она с лукавой улыбкой.
После её рассказа о похотливых начальниках Алекс был уверен, что она имела в виду совсем не то, что он подумал, поэтому сохранил невозмутимое выражение лица.
– Я слушаю, – сказал он.
– Если ваша руна найдёт мою расчестку, вам придётся уехать, чтобы забрать её, верно?
Алекс кивнул.
– Вы ведь часто работаете вне офиса, не так ли?
Алекс признался, что большую часть времени проводит вне офиса.
– Вам только сегодня утром трижды звонили, – сказала Лесли, закрывая дверь и поворачиваясь к нему лицом. – Мне кажется, вам нужен секретарь. Кто-то, кто будет отвечать на звонки и организовывать работу, пока вас нет.
Идея была неплохая, но Алекс едва сводил концы с концами и в этом месяце серьёзно задолжал за аренду. У него не было денег, чтобы заплатить секретарше, и он сказал об этом.
– Вы заплатите мне, когда найдете медаль моего мужа, – сказала Лесли. – Сделайте это для меня, и я проработаю на вас неделю. Договорились?
Она протянула руку, и после паузы, во время которой Алекс обдумывал предложение, он пожал ее.
– Договорились, – сказал он. – А теперь дайте мне свое обручальное кольцо, и я найду вашу расчестку.
Поиск с помощью рун был самым распространенным методом, который Алекс использовал в качестве детектива, поэтому в его красной книге было еще три таких руны. На этот раз, когда Алекс поднес сигарету к бумаге, обручальное кольцо запрыгало по карте, а магнитный камень начал лениво вращаться, словно танцующая на его краю монетка. Через мгновение камень начал раскачиваться, а его круги деформироваться, пока он перемещался по карте Манхэттена. В конце концов он перестал раскачиваться и вращаться и замер на месте над точкой на другом берегу реки Гарлем в Бронксе.
Алекс взял блокнот, в котором Лесли записывала его сообщения, и набросал названия улиц.
– Это там моя расчестка? – спросила Лесли приглушенным шепотом, словно если бы она заговорила громче, то разрушила бы чары.
– Да, – ответил Алекс. – Я знаю этот район. В этом квартале всего три ломбарда, так что я быстро найду вашу расчестку.
Лесли обняла Алекса и неловко прижалась к нему, поскольку они оба стояли на коленях.
– Спасибо, – прошептала она.
Алекс обнял Лесли в ответ. От нее пахло амбровым маслом и жасмином, и ему пришлось заставить себя отпустить ее. В конце концов, он не хотел прослыть похотливым боссом.
– Пойду посмотрю там, – сказал он, свернул карту и положил ее в потрепанный чемодан, который стоял у него под столом.
Лесли подняла с пола блокнот, который Алекс оставил на полу, и протянула ему.
– А еще тебе стоит сходить к мисс Биллингсли по поводу ее пропавшей собаки, – сказала она, указывая на адрес на бумаге. – Это недалеко.
Алекс кивнул и взял чемодан.
– Позвони ей и скажи, чтобы она приготовила для меня что-нибудь от собаки – ошейник или миску для воды, – сказал он.
Лесли оторвала верхний лист блокнота и записала номер телефона мисс Биллингсли.
– А теперь иди, – сказала она с натянутой улыбкой. – Я позабочусь о том, чтобы ты смог заплатить за аренду в этом месяце.
Алекс понятия не имел, как она собирается это сделать, но был только рад, что она пытается.
– Тебе нужен кофейник, – крикнула Лесли ему вслед, когда он открывал дверь.
– Посмотрим, что можно сделать, – ответил он и вышел в темный мрачный коридор, чувствуя себя лучше, чем когда-либо за последние месяцы.
2. Полицейский
«Уиллес Паун», это захудалый маленький ломбард в переулке в Бронксе. Под мерцающей неоновой вывеской с названием ломбарда была табличка поменьше, на которой значилось: «Арнольд Фридман, владелец». Вероятно, ломбард получил свое название в честь близлежащей Уиллис-авеню и моста через нее.
Поблизости от того места, где приземлился компас Алекса, было всего три ломбарда, и он уже проверил два других. К этому ломбарду у него было особое отношение.
Когда он вошел, над дверью зазвенел помятый колокольчик. Ряды стеклянных витрин перед высокими полками были заставлены всевозможным хламом и безделушками. Коренастый мужчина с лицом цвета репы сидел на табурете за латунной кассой, читал газету и сжимал в зубах окурок сигары. Услышав звон разбитого колокольчика, он отложил газету и встал.
– Чем могу вам помочь? – проворчал он голосом, похожим на грохот камней по битому стеклу.
Алекс не обратил на него внимания и оглядел ломбард, стараясь запомнить как можно больше. За спиной у мужчины с сигарой висели пальто и другая одежда, а в витрине перед ним лежали, судя по всему, дешевые украшения. Ценные вещи хранились здесь, под присмотром. Справа стояли музыкальные инструменты, фотоаппараты, портсигары, ремни, чемоданы и фолианты. Слева, предметы домашнего обихода, утюги, кофейники, столовое серебро, посуда и аксессуары для ухода за собой.
Алекс улыбнулся, увидев изысканную серебряную щетку с конским волосом и гравировкой на верхней части. Он был слишком далеко, чтобы разглядеть надпись, но это мог быть только приз Лесли на конкурсе красоты.
– Я ищу кое-что для своего отца, – сказал он. Если бы он прямо спросил о украденной медали, репа-лицо тут же замкнулся бы в себе. – Он коллекционирует вещи, связанные с войной.
Репа-лицо ухмыльнулся и кивнул.
– Тогда вы пришли по адресу, – сказал он, положив сигару в пепельницу. Он подошёл к дальнему концу витрины, где поблескивали золотые карманные часы, и снял с полки за прилавком коробку из-под сигар. – У меня тут всего полно, – сказал он, открывая крышку коробки.
Внутри Алекс увидел латунные гильзы и несколько целых патронов, которые, судя по размеру, были выпущены из автоматической винтовки Браунинга. Там же лежали несколько значков и медаль, которую он не узнал. На дне коробки гремели свинцовые пули, и Алекс взял одну из них в руки.
– Это с Гражданской войны, – сказал репа-лицо. – У меня есть друг, который выкапывает их из деревьев, когда навещает своих родственников в Вирджинии.
Алекс положил пулю на место и сделал вид, что рассматривает остальные. Медали Лесли там явно не было.
– Мне нужно что-то особенное, – сказал он. – У вас есть что-нибудь эффектное, например медаль?
– Извините, – ответил мужчина. – У меня было два креста «За выдающиеся заслуги», но их уже нет. Я знаю парня, который коллекционирует такие вещи, и приберег их для него. Он заходил вчера.
– Может, он захочет продать мне одну из них, – сказал Алекс как можно более непринуждённо. – Как его зовут?
Репа-лицо ещё больше помрачнел.
– Я не задаю вопросов покупателям, – сказал он.
– Я просто хочу сделать этому человеку предложение, что в этом плохого?
– В нашем деле мы не обсуждаем наших клиентов, – прорычал мужчина и закрыл коробку с сигарами. – А теперь, если вы не собираетесь ничего покупать, можете идти.
Алекс пожал плечами, поблагодарил мужчину, развернулся и вышел. Пронзительный звон колокольчика возвестил о его уходе, и мужчина за прилавком вернулся к своей сигаре и газете.
Уиллис-авеню проходила через Бронкс, пересекала одноименный мост и вела в Манхэттен, где переходила в 1-ю авеню. Алекс не смог бы поймать попутку, пока не вернулся бы на остров, а денег на такси у него не было, поэтому он надвинул шляпу на глаза и пошел пешком.
Через несколько кварталов он увидел телефонную будку и зашел туда, чтобы позвонить.
– Детективное агентство Локерби, – раздался в трубке голос Лесли.
– Это я, – ответил Алекс.
Лесли помолчала, прежде чем ответить.
– Как все прошло?
В ее голосе не было никаких эмоций, но пауза сказала Алексу, что она готовится услышать плохие новости. Алекс пересказал ей свой разговор с торговцем сигарами.
– Почему ты не забрал мою расчестку? – спросила она, когда он закончил.
– Потому что он хотел за нее десять баксов, – ответил Алекс. – А если бы я сказал ему, что она краденая, то его слово против моего, и расчестка исчезла бы раньше, чем я успел бы вернуться к тебе или в полицию.
– О, – тихо произнесла Лесли.
– Не волнуйся, – сказал Алекс. – За такую цену твоя щетка никуда не денется. Мне просто нужно найти какой-нибудь рычаг давления на нашего друга, и я узнаю имя его клиента, коллекционирующего медали. Через пару дней ты получишь и медальон, и свою расчестку.
Лесли повеселела и спросила, как прошла встреча с мисс Биллингсли и ее пропавшей собакой.
– Ее нашли какие-то дети, – ответил Алекс. – Они не хотели везти собаку в приют, потому что на ней не было ошейника. Руна привела меня прямо к ним, и мисс Биллингсли забрала Леди Баркли.
– Леди Баркли? – переспросила Лесли с улыбкой, которую Алекс услышал.
– Не спрашивай, – ответил он. – Я не любитель собак.
– Отличная работа, – сказала Лесли через некоторое время. – Час назад тебе звонил доктор Белл. Он сказал, что ты поймешь, кто он такой, и что он хочет встретиться с тобой в городском морге. Я правильно поняла?
Алекс усмехнулся.
– Да, – ответил он. – Правильно. Игги... то есть доктор Белл, мой домовладелец. А еще он научил меня быть детективом. Если он позвонит еще раз, скажи, что я уже в пути.
– А как же миссис Джефферсон и ее муж-изменщик?
– С этим придется подождать, – ответил Алекс. – К тому же вряд ли он бросит ее в три с половиной часа дня, верно?
Лесли согласилась, что это маловероятно.
– Загляни в средний ящик моего стола и найди жестянку с мятными леденцами, – сказал он ей.
– Ту, что с полированными камнями? – слишком быстро ответила Лесли. Очевидно, она уже рылась в его столе.
– Вот этот. Перезвоните миссис Джефферсон и скажите, чтобы она заходила. Дайте ей один из камней и попроси положить его в задний карман брюк мужа.
– Хорошо, – сказала Лесли. – В задний карман?
– Нет, просто пусть он будет у него при себе. На камнях есть руна, которая позволяет мне их отслеживать, – объяснил Алекс. – Я смогу следить за ним на расстоянии. Это похоже на руну поиска, только я использую камень, чтобы найти человека, у которого он находится. Скажи миссис Джефферсон, что я начну следить за её мужем завтра вечером.
– Хорошо, – пообещала Лесли, и Алекс повесил трубку.
Городской морг находился в южной части города, во внутреннем кольце, недалеко от центра. Благодаря Эндрю Бартону, одному из местных колдунов, весь остров Манхэттен питался энергией, которая исходила от Эмпайр-Тауэр, бывшего Эмпайр-Стейт-Билдинг. Энергетический луч имел овальную форму, чтобы лучше охватывать остров, и чем дальше от башни, тем хуже был приём. В результате все богачи Нью-Йорка переехали в район, известный как центр, который окружал саму Эмпайр-Тауэр. От центра расходились внутреннее кольцо, где располагались дома состоятельных людей и элитные магазины, среднее кольцо, где в основном жили представители среднего класса и располагались магазины, и внешнее кольцо, где жили все остальные.
Алекс пересёк мост Уиллис-авеню и продолжил путь, пока не нашёл станцию ползунов. «Ползуны» детище Джона Д. Рокфеллера, ещё одного из шести чародеев Нью-Йорка. Рокфеллер не просто был невероятно успешным бизнесменом, но и поздно открыл в себе магические способности и сразу же начал применять свои деловые навыки в магии.
«Ползуны» похожи на двухэтажные автобусы, которые, как слышал Алекс, есть в Лондоне, только у них нет колёс. Они ползали по земле, словно гигантские многоножки, на сотнях синих ножек, состоящих из чистой энергии. Поскольку для движения им требовалась энергия, ползуны никогда не заходили далеко во внешнее кольцо.
Было уже почти пять, когда Алекс вышел из ползуна в центре города перед городским моргом. Это было пятиэтажное здание, больше похожее на жилой комплекс, чем на что-либо другое. Алекс знал, что на верхних этажах располагались кабинеты клерков, машинисток и бухгалтеров, которые обеспечивали бесперебойную работу полицейского управления. Однако весь цокольный этаж занимал морг.
Когда Алекс вошел в здание, его взору предстал огромный лифт, занимавший всю заднюю стену, но он прошел мимо и поднялся по лестнице. По опыту он знал, что большой грузовой лифт медленный и в нем сильно пахнет промышленными чистящими средствами и аммиаком.
Подвал был почти полностью выложен плиткой: полы, стены и даже потолок. В конце коридора находилась смотровая, за которой располагалась операционная. Внутри стоял мужчина в белой рубашке и галстуке, поверх которых был надет плотный фартук. У него было широкое лицо, зачесанные назад седые волосы и пышные усы, которые, казалось, жили своей жизнью. Рукава его рубашки были закатаны и закреплены подвязками, а руки в толстых резиновых медицинских перчатках.
Алекс взял себя в руки. Труп принадлежал мужчине с каштановыми волосами, поседевшими на висках. У него были широкие плечи и ноги, которые, судя по всему, когда-то были в хорошей форме, но теперь обрюзгшие. И, конечно же, грудная клетка была вскрыта, обнажая внутренности. Алекс, конечно, был готов к такому зрелищу: он уже научился не обращать на него внимания, но оно все равно его шокировало.
– Привет, Игги, – сказал Алекс, входя в круглую комнату через распашную дверь. Доктору Игнатиусу Беллу было за семьдесят, но он был полон сил, как человек вдвое моложе. Большую часть жизни он прослужил военным врачом в британском флоте, а потом стал медицинским консультантом Скотленд-Ярда. Несколько лет назад Игги переехал в Соединенные Штаты, чтобы быть рядом со своим единственным сыном, но узнал, что тот умер от пневмонии еще до его приезда. Игги, конечно же, был рунописцем, как и все британские военные врачи, поэтому он стал наставником Алекса и обучал его рунам и навыкам детектива.
Игги фыркнул. Ему никогда не нравилось, когда его называли по имени, но он перестал поправлять Алекса, потому что это ничего не меняло.
– Я поговорил с твоей новой секретаршей, – сказал Игги, приподняв бровь. – Должно быть, дела у тебя идут неплохо, раз ты можешь позволить себе нанять такую. Она, похоже, действительно компетентная.
– Лесли отличный специалист, – сказал Алекс, вешая шляпу на вешалку рядом с вешалкой Игги и ставя на пол потрепанный коричневый чемодан. – Но она у меня временно, в обмен на помощь в поисках пропавшей армейской медали.
Он рассказал о том, как нашел Лесли в своем кабинете, и о событиях того дня. Пока он говорил, Игги небрежно достал из тела убитого сердце и осмотрел его.
– Похоже, она надолго, – сказал он, когда Алекс закончил. – Тебе стоит придумать, как платить ей и оставить ее у себя.
Алекс думал о том же, но ему едва хватало денег на оплату аренды и на то, чтобы покупать себе бутерброды и сигареты. Он понятия не имел, где взять деньги на секретаршу, не говоря уже о том, чтобы нанять компетентную.
– В общем, – сказал Игги, когда Алекс ничего не ответил. – Познакомься с мистером Доу.
– Джонни? – спросил Алекс, и Игги кивнул.
– Я подумал, что для тебя это может стать хорошей возможностью отточить свои навыки.
Игги считал, что любая ситуация, это возможность для Алекса отточить свои навыки. Алекс вздохнул, но заставил себя улыбнуться. Старик так много для него сделал, так многому его научил, и он был ему за это благодарен.
– Ладно, – сказал Алекс, медленно расхаживая вокруг стола. – Он не из Нью-Йорка.
– Ты уверен? – спросил Игги, приподняв кустистую бровь.
Алекс указал на руки мужчины.
– Посмотрите на солнечные пятна, – сказал он, указывая на тёмные пятна на коже. – И загар у него есть, но только на руках и лице.
Игги кивнул, ухмыляясь. Алекс хотел было продолжить, но тут дверь с грохотом распахнулась.
– Что здесь происходит? – спросил невысокий пухлый мужчина в помятом костюме. – Кто вы такой и где доктор Андерсон?
Игги приветливо улыбнулся.
– А, вы, должно быть, детектив Робертсон. Мне сказали, что вы заглянете по поводу нашего друга. – Он указал на тело на столе. – Я доктор Белл, замещаю доктора Андерсона, пока он в Балтиморе ухаживает за своей больной матерью. – Он повернулся к Алексу. – А это мистер Локерби, мой ученик.
Детектив Робертсон на мгновение скептически поджал губы, но потом пожал плечами и достал блокнот.
– Ладно, док, – сказал он, потеряв интерес к происходящему в операционной. – Что вы можете рассказать мне о нашем «неизвестном»?
