Текст книги "Отпуск за свой счет, или Очумелое хозяйство попаданки (СИ)"

Автор книги: Дарина Ромм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)

Глава 7

Два килограмма литого алюминия встретились с зелёным черепом монстра с глухим звуком.

«Бум-с!!!»

Монстр громко кхекнул и пошатнулся, но устоял. Только почесал ушибленное место ручкой кухонной лопатки.

– Какого грагла ты делаешь, женщина?! Я тебя знать не знаю! – прорычал он, да так страшно, что Лида едва не начала пятиться. Но пересилила себя и снова угрожающе подняла сковородку. Выкрикнула:

– Изыди, чудище! Я тоже тебя не знаю! – и всё-таки отступила, правда всего на шажок.

А монстр смотрел на неё зло и слегка растерянно, и чесал свою отбитую башку деревянной лопаткой.

– Ты кто?! Почему такой зеленый? – наконец догадалась спросить Лида.

– Гамлет я, хозяин трактира. Орк, потому и зеленый. Только имей в виду, жениться на тебе не стану, – ни с того, ни с сего заявил… орк.

– Размечтался на мне жениться! Рожей не вышел! – возмутилась Лида.

– Зачем тогда посудой своей меня ударила?! – вроде бы с обидой спросил монстр, и тут на сцене появился третий персонаж.

Из-за пыльной, заваленной немытой посудой барной стойки вылезла знакомая Лиде мелкая личность. Растянула рот в улыбке и радостно завопила, подпрыгивая и воздевая к потолку руки:

– Она огрела тебя по голове посудой, Гамлет! Ты женишься, ты женишься! Ура, у нас свадьба, орочья свадьба! Будет много эля, пива, бормотухи. Ещё бычья туша на вертеле, три туши! И пончики с сахарной пудрой!

Некоторое время Лида рассматривала ликующего водителя по имени Маргузин. Машинально отметила, что свой бархатный камзол и берет с алым пером он где-то потерял. Теперь его тщедушное тельце украшал грязный белый фартук, а голову – поварской колпак. Из-под колпака торчали нос-морковка и уши… Огромные, треугольные, ещё и покрытые коротенькой бархатистой шерсткой.

– Это ты?! – прошипела она зловеще и шагнула к стойке. – Ну-ка, объясни, что здесь происходит?! Где мой пансионат?!

– Никакого пансионата нет! – продолжал ликовать Маргузин. – Ты теперь здесь! Будешь работать, работать! Готовить, убирать, порядок наводить. Гостей встречать – ты ведь умеешь гостей встречать? А раз ты теперь невеста Гамлета, будешь делать это не за монеты, а по доброй воле!

– Чего-чего?! Какая ещё невеста?! – не поняла Лида. – Ты ополоумел – я не собираюсь…

– Ты невеста! – заверещал Маргузин, не дав ей договорить. – Обычай, обычай! Если свободная женщина бьёт неженатого орка по голове посудой – значит, замуж за него хочет! Если орк не увернулся, позволил ударить – значит, соглашается и тоже хочет на ней жениться! Ты ударила – он согласился, и скоро будет орочья свадьба!

– Я испугалась, поэтому ударила! – выкрикнула Лида, чувствуя себя пациенткой в дурдоме. – И никаких орков мне не надо!

– Надо, надо! Гамлет красивый, – Маргузин поднял палец. – А обычай есть обычай!

– Я не женюсь! – прорычал Гамлет. – Ни на ком! Тем более на этой…

– Ты обязан! – не унимался Маргузин. – Если получил по голове – женись! Иначе род прервётся! Бабушка Латуфа тебя с того света проклянёт. Другие орки тебе руки при встрече не подадут…

Гамлет сжал кулаки и шагнул вперёд, но Лида его опередила. Она развернулась к Маргузину и со всей силы огрела его по затылку сковородой. Тот взвизгнул, нелепо взмахнул короткими ручками и повалился на пол. Глядя на неё с грязных досок, завопил:

– За что?!

– За всё! – прорычала Лида. Наклонилась к Маргузину и генеральским голосом скомандовала: – Живо встал и пригнал сюда своё такси! Я возвращаюсь домой!

Маргузин некоторое время смотрел на неё, хлопал глазами и губами, а потом растянул рот в улыбке и сладко засюсюкал:

– Не получится, не получится. Денежек заплатить за телепорт нету, нету – всё потратили, чтобы тебя сюда доставить. Потратили, потратили, – и в доказательство вывернул наружу пустые, в дырках, карманы штанов.

Глава 8

«Денег на телепорт нету...»

Как это нет? Куда девали?! Лида опустила руку со сковородкой и огляделась.

Всюду в помещении были грязь и пыль. В буфете посуда, которую не мыли, кажется, никогда. Стулья с отломанными спинками и ободранными сидушками. Столы, держащиеся на честном слове и паутине. Барная стойка, не видевшая тряпку, наверное, лет сто. И запах – ядрёная смесь, которую лучше не идентифицировать. Настоящая разруха.

При этом кое-что здесь напоминало о былом уюте. На стенах висели изящные полки, а на одной из них Лида заметила глиняный кувшин, расписанный синими цветами. Возле окна стояла скамья  с выгнутой резной спинкой – явно хороший мастер делал.

Над барной стойкой висела красивая люстра в виде цветка, сейчас вся в паутине. А на подоконнике в ряд стояли цветочные горшки с чахлыми стебельками. Явно, когда-то здесь были красота и чистота. Просто теперь всё это утонуло в грязи, как драгоценности в болотной жиже.

Лида перевела взгляд на Маргузина. Тот всё ещё лежал на полу и смотрел на неё с таким видом, будто это она виновна в ужасном состоянии трактира.

– Реально нет денег, чтобы отправить меня обратно? – спросила Лида, повернувшись к Гамлету.

Орк тяжело вздохнул. Зелёная грудь под кожаной жилеткой поднялась, опустилась, и Лиде показалось, что перед ней печальная подводная лодка, которая узнала, что океан пересох и плавать больше негде.

– Но почему трактир в таком состоянии? Он же приносил когда-то деньги? – продолжала распросы Лида.

– Я воин, не трактирщик. А Маргузин – тот ещё хозяйственник. Бабушка умерла год назад, и всё покатилось в бездну, – ответил Гамлет глухо и как-то безнадёжно.

Лида присмотрелась к нему – и правда, воин. Широкие плечи, мощные руки, бритый череп, волевая челюсть. Брутальный до ужаса, хоть сейчас в «Перевозчике» снимать вместо Джейсона Стэтхема. Такому парню в руках меч держать, а не поварскую лопатку.

На самом деле, Лиде всегда нравился такой типаж – мужественный, суровый... Если бы не зелёная кожа, желтые глаза да клыки –  был бы идеальный мужчина.

«Интересно, – совершенно некстати подумала Лида, – а как он с такими клыками целуется? Или орки не знают слова "нежность"? Раз у них замуж вот так выходят – шваркнула симпатичного мужика по голове тазиком, и вперёд, в загс?»

– Мне домой надо! – с досадой выдохнула она, поняв, что слишком уж пристально рассматривает брутального орка, и он это заметил. – Вы не имеете права держать меня здесь! Нет своих денег на телепорт, значит, займите или украдите! Спонсора найдите, в конце концов, но верните меня в мой мир!

Тут с пола подал голос Маргузин.

– Не-а! Ты приведёшь, приведешь трактир в порядок. Заработаешь, заработаешь денежку нам с Гамлетом, тогда и вернем. Делов-то!

Лида медленно повернулась к нему. Ласково спросила:

– Значит, я должна привести трактир в порядок и заработать для вас денег. В награду вы вернете меня в мой мир. Правильно?

– Точно! Умная ты, женщина! – одобрил Маргузин, поднимаясь с пола. Деловито отряхнул фартук, поправил колпак. – Можешь, можешь приступать к работе. Как тебя зовут, кстати?

В ушах у Лиды загудело, в глазах запрыгали красные мушки.

– А я согласие давала, чтобы ты меня сюда притащил, пакость мелкая?! – процедила она, едва сдерживаясь.

– Зачем оно мне, согласие твое? – удивился Маргузин, и тут у Лиды сорвало последний предохранитель. Она замахнулась сковородкой, и с воплем «Сейчас получишь за самоуправство!», ринулась на шикшу.

– Э-э! Ты чего?! – взвизгнул тот и юркнул под стол. Выскочил с другой стороны и бросился наутек. Лида, ведомая яростью и жаждой прихлопнуть паршивца, рванула за ним.

Шикша удирал, петляя по залу и опрокидывая стулья. Нырял под столы, пытался спрятаться за спину оторопевшего Гамлета и громко верещал, что его убивают.

– Убью! – подтверждала Лида, носясь за ним по трактиру и размахивая сковородкой. – Мне домой надо! Я главный бухгалтер, у меня отчёт! Право второй подписи на документах! Аудиторская проверка скоро!

Маргузин перемахнул через барную стойку, забился в дальний угол и оттуда прокричал:

– Я понимаю, что ты огорчилась, но давай поговорим, как цивилизованные существа…

– Я огорчилась?! – пропыхтела Лида, ложась животом на стойку  и пытаясь дотянуться до ушастой головы шикши. – Да я в бешенстве! Сейчас узнаешь, что такое женщина в расстроенных чувствах!

«Бам-м-ц!» – пропела сковорода победно – это Лида всё же исхитрилась заехать шикше по уху.

– У-у-у, больно! Скандалистка! Ведьма сковородистая! – Маргузин выскочил с другой стороны и, держась за голову, припустил прочь.

– Стоять! – взвизгнула Лида и швырнула в него табуреткой.

Шикша увернулся, табуретка с хрустом врезалась в стену, и Лида снова погналась за мелким поганцем. Сковорода свистела в воздухе, мебель с грохотом отлетала с дороги, Маргузин верещал, Лида ругалась…

Если бы не Гамлет, неизвестно чем бы все это закончилось, возможно смертоубийством – в такой Лида была ярости. Но орк молча встал у нее на пути, и она как пушинка взлетела над полом, оказавшись в его в руках.

– Успокойся, – произнёс он ей в лицо, и Лида мгновенно обмякла, словно сдулась.

Она висела в мощных объятиях орка, глядя в его жёлтые глаза, и вдруг поняла, что ей… нравится, как он её держит. Крепко, но бережно, будто она была хрупкой и ценной.И пахло от него чистотой и чем-то приятным, похожим на аромат «Фаренгейта». Лида этот запах обожала, хотя этот мужской парфюм давным-давно вышел из моды.

Именно из-за «Фаренгейта» она год назад обратила внимание на Николеньку – он надушился этой туалетной водой и показался Лиде очень мужественным. Но сейчас, когда она чувствовала тот же запах от орка, бывший жених казался ей жалкой пародией на мужчину.

– Отпусти, – тихо попросила Лида, продолжая смотреть в глаза Гамлету. Он помедлил и осторожно поставил её на ноги. Она проковыляла к окну, села на лавку и уставилась в одну точку, пока Маргузин и Гамлет переминались рядом.

Лида долго сидела, пытаясь принять реальность: вернуться нельзя, потому что денег нет. Чтобы появились деньги, нужно работать в трактире… Отчёт, конечно, важен, но в бухгалтерии девочки сами справятся – у нее отличная команда, сплоченная и ответственная. А здесь, похоже, без нее никак... И ей отсюда никак, только через восстановленный трактир...

Наконец она подняла голову, посмотрела на Маргузина, перевела взгляд на Гамлета и сказала:

– Меня зовут Лида… Ладно, я приведу ваш трактир в порядок. Но чтобы слушались каждого моего слова, понятно! Как только появятся деньги – сразу отправите меня домой. И никаких «замуж за орка»! – и она угрожающе взмахнула сковородкой.

Глава 9

Первым делом Лида выбрала на втором этаже место, где она может жить.Всего в «Очумелом хозяйстве» имелось тринадцать комнат, «нумеров», как деликатно выразился Гамлет. В одной обитал он сам, в другой мелкий ушастый прохиндей. Остальные помещения казались просто захламленными чуланами.

Лишь дальняя комната слева от лестницы оказалась сносной: пыли с паутиной в ней почти не было, а кровать выглядела так, будто на ней можно спать. Тут даже имелось чистое постельное белье, к тому же выглаженное. Но главное, в этой комнате на стене висело зеркало, а окна выходили на миленький, хотя и сильно заросший садик – как рассказал все тот же Маргузин, в нем бабушка Гамлета выращивала цветы и травки для кухни.

Определившись с жильем, решительная Лида погнала Маргузина за водой и тряпками. Когда он все притащил, выставила его за дверь. Переоделась в лосины и свободную футболку с надписью на груди «I LOVE NY», добытые из чемодана – другой одежды, подходящей для уборки, у нее не было.

Свадебное платье она сначала хотела выбросить или сжечь, но после короткого колебания передумала и аккуратно свернула. Решила, что пошьет из него салфетки или платочки – не пропадать же таким хорошим кружевам и натуральному шелку!

После этого за какие-то сорок минут Лида превратила комнату из пыльного сарая в пригодное для жизни место: протерла полки в шкафу, вымыла окно, отдраила до блеска пол.

Когда комната засияла чистотой, она разобрала чемодан. Одежду и обувь разместила в шкафу, а гигиенические принадлежности и косметику аккуратно разложила на подоконнике – маленькая победа цивилизации и педантизма над фэнтезийным бардаком.

После этого Лида решительно распахнула дверь и вышла из комнаты – пришло время оценить фронт работ и составить план действий.

По лестнице она спускалась медленно: ступеньки скрипели так, словно вот-вот проломятся, поэтому Лида осторожничала. Гамлет и Маргузин ждали ее внизу у лестницы и о чем-то бурно спорили. Но когда она показалась из полумрака второго этажа, резко замолчали и дружно уставились на нее с ошалелым видом.

Не очень понимая, что вызвало такую реакцию, Лида продолжала неспешно спускаться, а Маргузин вдруг замычал, показывая на нее пальцем:

– Ноги... У тебя... ноги...

– Ты гений наблюдательности, – похвалила его Лида, подходя. – Без ног я, конечно, не спустилась бы по лестнице, но спасибо, что заметил. А теперь приступаем к работе, и первым делом я хочу посмотреть учётные книги по таверне.

– Я принесу, принесу! Щас-щас! – пискнул Маргузин, перестав мычать. Крутанулся на месте и исчез, а Гамлет остался: стоял столбом и смотрел на Лиду очень странно.

Недоуменно пожав плечами, она пошла в обеденный зал. Стараясь не обращать внимания на прожигающий спину взгляд желтых глаз, принялась изучать обстановку и делать мысленные пометки, чем стоит заняться в первую очередь, а что может подождать.

Через час она сидела за столом в обеденном зале, который перед этим собственноручно отскребла до состояния «не страшно поставить локти», и изучала записи в учетных книгах.

Спина слегка ныла, а руки пахли  довольно вонючим местным мылом. Зато в голове у Лиды царила удивительная ясность – обычное состояние после того, как она приводила в порядок хотя бы квадратный метр окружающего хаоса. Жаль только, что в этом месте хаоса было метров четыреста.

Глава 10

– Да-а, – протянула Лида, закрывая книгу учета за текущий год. – Печаль печальная – денег нет.

– Нет, нет денег. Говорим же тебе, упрямая женщина. Иди, иди работай уже! – заявил Маргузин и подпрыгнул на стуле, где вертелся все это время.

Гамлет тяжело переступил с ноги на ногу, с усилием отвел взгляд от Лидиных коленок, обтянутых лосинами, и цыкнул на шикшу:

– Помолчи уже! Лида и так работает!

Но Маргузин не согласился – скривил рот, возмущенно дернул носом-морковкой и выпалил:

– Варить, варить надо, а не твои каракули изучать! Скоро гоблины на ужин придут, а у нас пусто, пусто в котлах!

Лида подняла на него глаза:

– Во сколько они приходят, гоблины ваши?

– Так в восемь. Скоро, скоро!

Лида перевела взгляд на стену, где висели совершенно земного вида часы с кукушкой – до восьми время еще есть. Не покормить гоблинов было нельзя: судя по записям, они регулярно ужинали в «Очумелом хозяйстве» и платили наличными, причем не жадничали. Значит, гоблины на данный момент – наши вип-клиенты!

– Накормим, – пообещала Лида. – А можно здесь нанять работников для уборки? Прямо сейчас? С условием, что за работу мы заплатим позже, когда пойдут посетители и деньги?

Гамлет нахмурился и покачал головой.

– Нет. Наёмники плату просят вперёд. Или товар на обмен. А у нас нет ни того, ни другого.

– Это ты так думаешь, – раздался голос из угла. Маргузин, который только что сидел на стуле, вынырнул из-за буфета, отряхивая штаны. – А я знаю, знаю, где можно найти работников за еду и обещания. В портовом квартале есть ребята, которые за миску грибного супа согласятся на что угодно. Даже на уборку.

Гамлет мрачно посмотрел на шикшу:

– Ты про своих дружков-жуликов?

– Профессионалов, – поправил Маргузин с достоинством. – Просто временно безработных профессионалов. Дай мне полчаса, и я приведу уборщиц. Или уборщиков. Кого там надо?

– Уборщиц, – сказала Лида. – Кухню должны мыть женщины. У мужчин с тряпкой отношения как у кота с водой.

Маргузин уже был в дверях, сверкая глазами:

– Будет, будет! Жди, жди, Лида! Не скучай без меня! – и исчез, как сквозь землю провалился.

С его уходом зал словно опустел. Лида снова открыла книги учета, а большой зелёный орк переминался с ноги на ногу рядом со столом, явно не зная, куда себя деть. Он переводил взгляд то на окно, то на дверь, то на потолок, изо всех сил стараясь не смотреть на ноги девушки. А она мысленно улыбалась – кто бы мог подумать, что обычные хлопковые лосины, даже не очень новые, произведут такой фурор!

– Гамлет, – позвала она великана. – Знаешь, ты очень хорошо вел учетные книги. Записывал всё так досконально и подробно, что мне будет легко понять, на чём можно сэкономить, а где мы будем выходить в плюс.

Она сказала это совершенно искренне, без желания польстить – просто потому, что в бухгалтерии порядок действительно важен. Но скулы орка вдруг потемнели, а на лбу выступила испарина. Он стоял, сжимая и разжимая кулаки, молчал и смотрел себе под ноги.

Сначала Лида недоуменно замерла, а потом до неё дошло: Гамлет смутился! Да так, что не знает куда себя девать!

«Ну надо же, – подумала она, пряча улыбку за деловым выражением лица. – Два метра мышц, клыки как у саблезубого тигра, а от комплимента краснеет. Или зеленеет? Милота-а!»

Чтобы не конфузить его еще больше, она поднялась из-за стола. Предложила:

– Посмотрим кухню? И кладовые? Надо понять, что у нас есть из запасов.

Гамлет молчком показал направление и двинулся вперёд. Лида пошла за ним, но уже через несколько шагов поняла, что орк идет как-то странно. Он то ускорялся, то замедлялся, явно стараясь держаться так, чтобы видеть её. И все время косился на ее ноги, задерживаясь взглядом там, где заканчивалась футболка и начиналось место, на которое люди ищут приключения.

«Ну и ну, – подумала Лида, от души веселясь. – У них в мире что, совсем нет женщин? Или он вообще никогда не видел женских ног, что у него крышу сносит?»

Вслух она, конечно, ничего не сказала, просто из хулиганских побуждений сильнее качнула крутыми бёдрами. Гамлет споткнулся, и шумно, с присвистом выдохнул.

«Эксперимент удался, – мысленно захихикала шалунья. – Лидуся, тебе можно получать Нобелевскую премию по орочьей психологии».

Глава 11

Кухня встретила их запахом, еще более тяжёлым и стойким, чем в зале. Лида зажала нос и огляделась.

Грязь была везде. Плита, похожая на чугунного монстра, заросла жиром в палец толщиной. В огромной мойке – горы посуды, которая не видела воды, наверное, со времён царя Гороха. На стенах разводы, которые могли сойти за карты неизведанных миров. На полу – что-то липкое, хлюпающее и пузырящееся, словно живое.

– Это... – начала Лида и замолчала, не в состоянии придумать сравнение.

Гамлет вздохнул:

– Бабушка здесь сама хозяйничала. После её смерти...

– Вы не мыли здесь целый год?

Орк развёл руками. Вид у него был такой, будто его застали с поличным при ограблении банка.

– Я воин. Я могу убить любого, кто войдёт в этот трактир без спроса. Но я не знаю, как оттереть жир с плиты.

– Понятно, – сказала Лида и направилась в кладовую.

Там оказалось много лучше, во всяком случае, почти чисто. Запасы были скудные, но кое-что имелось: большой мешок муки, по кувшину с растительным и топленым маслами, банка соли, мешок сахара. Главное, были крупы, сразу несколько видов, в том числе нечто, с виду – вылитая земная пшенка.

По стенам висели пучки сушёных трав, которые пахли так, что можно было нюхать и плакать от счастья. И грибы! Грибов было море. Сушёные на верёвочках, солёные в небольших бочках, маринованные в банках...

– А это что? – Лида показала на деревянный ящик размером с письменный стол в углу. Бока ящика украшали резные узоры, и от него веяло холодом, как от открытой морозилки.

– Артефакт, – пояснил Гамлет. – Сохраняет свежесть еды. Бабушка клала туда всё, что могло испортиться. Грибы вот уже год лежат и как новые.

– Холодильник, – выдохнула Лида. – Магический холодильник!

Откинула верхнюю крышку и заглянула. Внутри и правда лежали грибы: по виду совершенно земные белые и подосиновики. Упругие, пахнущие лесом, будто их только что срезали. У неё даже слюнки потекли – блюда из грибов Лида очень любила.

Она хотела ещё что-то спросить, но из зала донесся вопль:– Женщина Лида, я привёл, привёл убиральщиц! Смотри, смотри кого!

Лида вышла из кладовой и негромко ойкнула. В зале, возле возбужденно подпрыгивающего Маргузина, стояли трое… три… В общем, три человекообразные личности, росточком ей по пояс.

У них была серо-голубая, покрытая мелкой чешуёй, кожа. Губы торчали вперед, будто их до предела накачали филерами. Глаза огромные, круглые и выпуклые, словно у рыб, только аквамариновые. Светлые полупрозрачные волосы водопадами струились до колен. На макушках красовались маленькие перепончатые гребни, которые подрагивали при каждом движении. В общем, хтонь полная…

– Это кто? – икнула Лида.

– Русалки! – гордо объявил шикша. – Береговые. Они в портовой реке живут и чистоту обожают. Временно безработные. Ты им дашь суп и бочку воды для купания – за это они всё тут вылижут. Даже твои ноги, если надо!

– Не надо мои ноги трогать, – торопливо отказалась Лида.

Одна из русалок, самая решительная на вид, шагнула вперёд, открыла рот и забулькала:

– Я Туна, старшая. Мы работать каждый день. Много дней работать, до зимы. Мы сильные. Мы делать чисто. Ты давать суп и вода для купания два раза каждый день. Каждую неделю давать нам бусы за работу. Договор?

«Где же я вам столько бус наберу, чтобы до зимы хватило?» – подумала Лида, глядя на чешуйчатую ладошку, протянутую для рукопожатия.

Перевела взгляд на Гамлета – тот стоял с лицом, на котором читалось: «Маргузин опять придумал какую-то фигню». Посмотрела на русалку...– Значит так, я Лида, я здесь главная. Условия такие: за три дня делаете уборку во всем трактире, включая жилые комнаты. Пройдете испытательный срок, и дальше я решу, продлевать с вами контракт или нет, –  заявила Лида жестко. По сказкам она прекрасно помнила, что русалки – те еще наглые хитрованки. Чуть дашь спуску – объегорят тебя, и скажут, что так и было.

– Три дня? – разочарованно булькнула русалка.

– Убираете то, на что покажу, и слушаетесь меня как господа бога. Сломаете что-то или испортите – получите штраф. Украдете что-то – выгоню безжалостно. Суп получаете два раза в день, воду для купания два раза в день. Будете своевольничать или плохо убирать – договор расторгну! – припечатала Лида и разрубила воздух ребром ладони, как всегда делала, когда приходилось быть грозной и строгой начальницей.

– А бусы? Бусы хотим, – немного растерянно пробулькала русалка.

– Бусы подарю, если хорошо работать будете, – отрезала Лида и протянула руку. – Согласна?

Русалка чуть подумала и пожала ее пальцы прохладной чешуйчатой ладонью.

– Договор! Теперь кажи, что делать надо.

– Первое задание – кухня. Она должна засверкать так, чтобы я могла готовить, не давясь от вони и не прилипая к полу ногами. Времени у вас час. Справитесь?!

– Справимся! – хором забулькали русалки и дружно рванули на кухню, топая голыми чешуйчатыми пятками.

– Эй! – крикнула Лида вслед. – Вы точно умеете посуду мыть? Или только в речке хвостами машете?

– Умеем-умеем! – донеслось из кухни. Потом что-то грохнуло, кто-то взвизгнул, и зажурчала вода. Маргузин с воплем «Я их проконтролирую!» помчался в кухню, а Гамлет остался, переминаясь с ноги на ногу.

Лида вздохнула – ладно, посмотрим, что из этого выйдет. Села за стол и открыла ежедневник, который везде возила с собой.

– Садись, – позвала она орка. – Будем составлять список, чем заняться в первую очередь, чтобы начать зарабатывать деньги. Что, по твоему мнению, самое важное в трактире, чего у нас нет?

Гамлет осторожно сел на стул, жалобно скрипнувший под его весом. И снова его взгляд прилип к Лидиным ногам, затянутым в лосины в горошек. Правда, в этот раз он быстро взял себя в руки. Кашлянул и пробасил:

– Нет мяса. Нет овощей. Самогона нет –  Маргузин всё выпил в первый месяц после смерти бабушки. Без самогона гномы приходить не будут.

– Маргузин – козёл ушастый, – ровно сказала Лида, делая пометку в ежедневнике. – Но мы его поставим на хозяйство и заставим отрабатывать. Что ещё нужно?

Гамлет стал перечислять. Список был длинный, и Лида всё записывала аккуратным почерком, попутно задавая уточняющие вопросы. Орк отвечал, и оказалось, что он не так уж безнадежен в плане хозяйствования.

Минут через сорок три странички ежедневника были густо исписаны, а в голове у Лиды созрела полноценная концепция возрождения некогда прибыльного трактира.