Текст книги "Развод. Последний шанс вернуть жену (СИ)"
Автор книги: Дари Дэй
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)
Развод. Последний шанс вернуть жену
ГЛАВА 1
ИРА
– Я беременна от твоего мужа, Ира.
– Что?.. – выдохнула я, глядя на Але́ксу. – Зачем ты это говоришь?
Она сидела на краю моего рабочего стола и даже не собиралась вставать. Белая майка обтягивала пышную грудь, удобные спортивные брюки подчёркивали крепкие бёдра. Рядом с её рукой лежало заключение, которое она сама же мне и принесла.
– Затем, что скоро это всё равно станет заметно. Лучше узнать от меня, чем в коридоре. Тебе ведь всё равно кто-нибудь донесёт.
Я снова посмотрела на лист. Имя Алексы, дата, срок беременности. Ещё несколько минут назад я собиралась её поздравить.
А потом спросила, кто отец. Случайно. Не думая даже…
Срок совпадал с их учениями. Они с А́ланом почти месяц провели вдвоём в закрытом модуле. Готовились к полёту, жили по расписанию, проходили испытания.
В день его возвращения я три раза переоделась. Хотелось понравиться мужу, как будто мы только начали встречаться. Ужин наготовила, стол накрыла.
Но за ужином Алан почти не разговаривал.
И на следующий день ничего не изменилось. Он всё чаще оставался в кабинете до ночи, а я ложилась одна и прислушивалась, когда наконец откроется дверь нашей спальни.
Я думала, это из-за предстоящего полёта.
Алан так переживал, так готовился.
– Ты врёшь, да? – с тупой надеждой спросила я Алексу. – Алан, он… Он не мог так со мной. Он бы не…
– Ир, мы месяц в закрытом модуле с ним вдвоём жили.
– Только работали!
– Не только…
И почему-то всё это всё больше походило на правду. Всё больше заставляло меня в это верить.
– Сама его спросишь? – Алекса говорила с неколебимым спокойствием.
– Он что, знает? – опешила я. – Он знает про ребёнка? И что он… сказал?
– Что не оставит нас с малышом.
Она ответила так легко, что мне стало страшно. Будто я спросила что-то глупое и сама должна была обо всём догадаться.
Я сглотнула. Прижала ладонь к столу. Нужно было встать, но я боялась, что ноги меня не удержат. Алекса смотрела прямо на меня. Ждала, наверное, когда я расплачусь.
– Я с ним поговорю. Сама.
– Поговори, да. Только не устраивай истерику перед стартом. Ты же понимаешь, что для него этот день очень важен.
– Поэтому ты решила сообщить мне обо всём именно сегодня?! – Я вскипела.
Голос всё-таки сорвался. Замолчала, сглотнула, стараясь справиться с собой. Не хотела плакать при ней. Потом, когда останусь одна, сколько угодно. Только не сейчас.
– Ну зачем ты так? – Алекса пожала плечами. – Я ведь не виновата, что у вас с мужем не всё хорошо.
– У нас всё было хорошо! – горячо возразила я. – Пока ты не приехала.
Алекса чуть улыбнулась, и я пожалела, что это сказала. Не надо было признавать, что у неё получилось вбить клин между мной и Аланом.
Когда она только появилась на базе, я сама встретила её у жилого корпуса. Проводила до комнаты, показала, где столовая. Она тогда обняла меня за плечи и сказала, что теперь понимает, почему Алан женился. Такая заботливая жена – просто чудо.
Я ещё радовалась, что мы поладили. Алекса – его бывшая девушка.
Но я знала об их отношениях и ревновать не хотела. Алан сам с ней расстался ещё задолго до нашего знакомства.
– Ты правда думала, что такой мужчина всегда будет верен единственной женщине? Надеялась, что он только на тебя теперь будет смотреть? – спросила Алекса.
Думала? Надеялась? Не знаю. Я не задавала себе этих вопросов. Я ему просто верила, чёрт побери!
Я поднялась. Стул зацепился колёсиком за край халата, и пришлось наклониться, чтобы его освободить. От этой неловкости стало совсем обидно. Хотелось хотя бы уйти нормально, а я даже этого не смогла.
– Я… я не знаю, Алекса. Я… не верю тебе! – Вздёрнув подбородок, я посмотрела сопернице прямо в глаза. – Я думаю, что он должен сам мне всё объяснить.
Зазвонил её телефон. Алекса посмотрела на экран и сразу ответила, включив громкую связь.
– Да, Алан?
– Алёшка, ты где? Подойди ко мне.
Я так и осталась стоять возле стола.
У них были какие-то «свои» старые шутки, которые понимали только они. И обращение это… «Алёшка» – я уже не раз его слышала. Наверное, Алан раньше так её называл. Я не обращала внимания.
Хотя кому же я вру? Обращала, конечно. Просто отмахивалась от таких мыслей, как от назойливых мух.
«Алекса в прошлом, – уверял меня муж. – Сейчас нас связывает только работа. Она отличный напарник, высококлассный специалист, и ты же знаешь, как много она сделала для моей компании. Она заслужила это место. Тем более из неё вышло отличное медийное лицо».
– Сейчас буду, – ответила Алекса в телефонную трубку, вырывая меня из собственных мыслей.
– Алан… – Я шагнула ближе, но вызов уже закончился.
Алекса убрала телефон в карман и спрыгнула со стола.
– Он в корпусе подготовки. Пойдём, если тебе так не терпится. Пора уже расставить все точки над i.
Я вышла первой. Лист с её результатами остался в руке.
В стеклянном переходе было солнечно. Внизу по дорожке ехал маленький белый электромобиль, у входа в соседний корпус двое сотрудников пили кофе. Всё как всегда, и от этого хотелось остановить кого-нибудь, показать этот лист и рявкнуть: «Как такое вообще могло случиться?!»
Я ведь ещё утром провожала мужа из дома. Поправляла ему воротник, просила обязательно позвонить перед стартом. Он сказал: «Позвоню», а я поцеловала его и отпустила.
Три года я была его женой. Работала здесь же, жила с ним в доме за лабораторным корпусом. Иногда неделями не выезжала за ворота базы, и мне ничего не хотелось менять. Здесь был Алан. Мне этого хватало. Он – весь мой мир.
Теперь я шла к нему и боялась услышать ответ на единственный вопрос.
Охранник у двери, увидев меня, посторонился.
Алан разговаривал с двумя мужчинами у большого экрана. Высокий, широкоплечий, с коротко остриженными тёмными волосами. На нём уже был белый лётный комбинезон.
А я увидела мужа и чуть не расплакалась от облегчения.
Вот сейчас он всё объяснит. Посмотрит на меня, скажет, что Алекса сошла с ума. Я так хотела этого, что даже прижала лист к себе, будто могла пока спрятать от мира случившееся.
– Алан, мне нужно с тобой поговорить.
Муж обернулся. Сначала посмотрел на меня, потом на Алексу, вошедшую следом.
– Что случилось?
– Это правда?
Я протянула ему заключение. Алан взял его, пробежал по нему глазами и поднял голову.
– Ира…
– Она сказала, что ребёнок твой.
Один из мужчин возле экрана неловко отвернулся. Алан заметил это и подошёл ко мне ближе.
– Давай выйдем.
Прикрыла глаза на секунду и вышла следом за мужем в небольшую соседнюю комнату. На вешалке висела его куртка, на столе лежали часы, которые я подарила ему на день рождения. Мне вдруг очень захотелось, чтобы он снял этот комбинезон, надел куртку и мы поехали домой. Вдвоём. И забыли всё это.
– Скажи мне, что она врёт, – попросила я.
Алан закрыл дверь и потёр ладонью лицо.
– Я хотел с тобой поговорить…
Дверь сразу открылась снова.
– Алан, вас ждут. Нужно проверить связь.
– Минуту.
Сотрудник остался на пороге. Алан повернулся к нему, коротко ответил на вопрос, потом ещё на один. А я стояла рядом и просто ждала, пока у моего мужа появится для меня одна чёртова свободная минута.
Наконец дверь закрылась.
– Алан, посмотри на меня.
Взгляд зелёных глаз мужа – прямой, жёсткий, уверенный.
Я взяла его за руку.
– Ты ведь не мог так со мной?
Он накрыл мои пальцы ладонью.
– Ир, послушай…
Из-за двери его снова позвали. Алан оглянулся, но я крепче сжала его руку.
– Я весь месяц тебя ждала. Потом ждала, когда ты отдохнёшь, когда у тебя появится время на меня. Я и сейчас подожду. Только сначала скажи…
Он молчал, а я уже не могла сдержать слёз.
– Когда вы были там с Алексой вдвоём, вы ведь… просто работали, да? Этот ребёнок ведь не может быть твоим? Алан?.. Ну что ты молчишь?..
ГЛАВА 2
ИРА
– Да, – ответил Алан. – Я тебе изменил.
Я продолжала держать его за руку. Наверное, даже не сразу поняла смысл этих слов.
Да. Он мне изменил.
Муж только что сам в этом признался, а я всё ещё ждала, что он скажет что-нибудь другое. Что Алекса всё придумала. Что угодно, только не это короткое «да».
Алан первым убрал руку.
– Это случилось один раз. Во время учений.
Он подошёл к столу и надел подаренные мною часы. Посмотрел на экран, будто сейчас его больше волновало время.
– Один раз? – переспросила я. – Мне от этого должно стать легче?
– Я не сказал, что тебе должно стать легче.
– Алан…
– Я собирался поговорить с тобой после полёта, Ира.
После полёта.
– Ребёнок… он твой?
– Она говорит, что мой. Срок совпадает.
– И ты ей веришь?
– У меня нет причин ей не верить.
Вот так.
Кто-то постучал в дверь и сразу вошёл. Молодой сотрудник с гарнитурой, увидев мои слёзы, уставился в пол:
– Алан, вас ждут на проверке связи. До старта двадцать четыре минуты.
Муж вставил наушник в ухо и стал отвечать на вопросы. Коротко и спокойно. На стене за стеклом горели большие красные цифры. Все ждали только его.
Алана здесь слушались беспрекословно. Раньше я этим гордилась. А сейчас не понимала, как великий Алан Асколов – миллиардер, гениальный учёный, воплощающий самые смелые идеи в жизнь, и основатель космического центра «Атлас» – мог оказаться таким подонком, предавшим меня.
– Связь в норме, – сказал он, возвращая гарнитуру. – Ждите меня у выхода.
Сотрудник сразу ушёл.
– У тебя двадцать четыре минуты до старта, – прошептала я. – А у меня только что вся жизнь закончилась.
– Ира, не начинай. Истерика сейчас ничего не изменит.
– Истерика? Ты сделал ребёнка другой женщине!
– Я сказал, что ребёнок может быть моим.
– Ой, прости. Действительно, важное уточнение!
Я отвернулась и прижала пальцы к губам. Всё ещё ждала, что Алан подойдёт, обнимет и скажет, что любит только меня. Но муж остался возле стола.
– Мне нужно идти, – произнёс он. – Поезжай домой. Вернусь, и мы спокойно поговорим.
– А что мне делать дома? Ждать, пока ты решишь, с кем из нас хочешь остаться?
– Я не брошу Алексу с ребёнком.
– А… меня?.. – Меня вдруг будто ударила молния. Мысль пришла резко и ясно: мы больше не вместе. Мы больше не одно целое. Где-то на подкорке сознания задребезжало страшное слово «РАЗВОД».
Но страшнее было другое – Алан и не планировал сохранять наш брак, так?
На мой последний вопрос он ничего не ответил.
В комнату вошла Алекса. Поверх белой майки она накинула короткую куртку с эмблемой «Атласа». Чёрные глянцевые волосы переливались в ярком освещении помещения.
Она уверенно встала рядом с моим мужем. Будто всегда должна была находиться именно там. Она, а не я.
– Алан, тебя все ищут. Уже журналисты приехали. Все на нервах.
– Я сейчас буду.
– Я ведь просила тебя не устраивать драм в день старта, – с претензией глядя на меня, сказала Алекса. – Кажется, этот день важен всем, кроме тебя.
Я даже плакать перестала.
– Тогда зачем ты сама принесла мне анализы и всё рассказала?! На что вы оба рассчитывали?! – Я перевела яростный взгляд сначала на Алана, потом на Алексу.
Девушка отвела взгляд.
– Ира, тебе сейчас лучше успокоиться.
Она говорила со мной как с маленькой девочкой. Ещё немного, и по голове бы погладила.
– Не смей указывать, что мне делать!
– Хватит! – резко сказал Алан.
Алекса опустила глаза, только я всё равно заметила улыбку в уголках её губ.
– Алан, как ты можешь?! Как же я?! Как же «мы»?! Как же наш брак?! А наш совместный проект?! Я три года на него потратила!
– То, что происходит между нами, не имеет отношения к работе.
– Имеет! Вся моя жизнь находится в «Атласе»!
– Что бы ни случилось, ты можешь продолжать свой проект, – сухо бросил Алан, до сих пор пряча взгляд.
За открытой дверью стало тихо. Я видела белые рукава и чью-то руку с планшетом. Все слышали наш разговор. Изменил мне Алан, а стыдно стало мне почему-то.
– Продолжать проект? То есть продолжать тут работать, видя, как другая женщина вынашивает твоего ребёнка? Я не ослышалась?
– Она мой напарник и отличный специалист. Я не стану выгонять её из центра из-за твоей ревности.
– Ревности?! Я твоя жена!
– Это не даёт тебе права решать, кто будет работать в моём центре!
В его центре. Не в нашем.
– Без моего проекта «Атлас» ещё пять лет будет топтаться на месте!
– Не преувеличивай свою роль, Ир, – надменно бросил мне в лицо муж.
Краска прилила к щекам. Неужели Алан считает меня пустым местом?
– Что?..
– Ты пришла сюда моей студенткой. Я дал тебе работу, этот дом, всё, что у тебя есть. Без меня ты бы даже на территорию «Атласа» не вошла.
– Значит, так?.. – хрипло сказала я.
Алекса, о которой мы на время забыли, ликовала. Я видела это в её глазах. Ощущала триумф другой женщины каждой клеточкой кожи.
– Поезжай домой и успокойся, – устало сказал Алан, вновь бросая взгляд на часы.
– Нет, – твёрдо ответила я. – Если я для тебя пустое место, то ты немногое потеряешь, когда я уйду, так ведь?
Я смотрела в глаза мужа с отчаянием и тихой мольбой.
Усмири свою гордость. Скажи, что ты просто вспылил, чтобы я…
«Чтобы что?! – мысленно закричала я на себя. – Чтобы ты, как последняя тряпка, закрыла глаза на измену?!»
По щеке покатилась слеза.
Думать о том, что наш брак действительно кончен, было так больно, будто мне заживо сердце из груди выдирали.
Алан замер. Всего на секунду, но я это заметила. Потом усмехнулся:
– И куда ты пойдёшь?
– Куда угодно.
– Не говори глупостей. Без моей поддержки, без моих денег, без «Атласа» ты не продержишься и недели.
Он был уверен, что тихая Ира, которая три года во всём с ним соглашалась, заглядывала в рот гениальному мужу, никуда уже не денется.
– Считаешь, что я никто без тебя?
Я сняла с шеи пропуск и протянула ему.
Алан взял карточку, на мгновение замер, а потом решительно переломил её напополам.
Пластик хрустнул с оглушающим звуком.
Две неровные половинки упали на пол возле его белых ботинок.
– Твой доступ в центр закрыт, – сказал муж. – Документы на развод придут тебе по электронной почту.
Я смотрела на свою фотографию на пропуске, переломленную прямо посередине, и не могла в это поверить. Три года моей жизни Алан сломал одним движением пальцев.
– Алекса, идём, – бросил муж. – Мы опаздываем.
Алекса переступила через половинку моего пропуска и пошла за ним.
А Алан даже не обернулся.
***
Дом встретил меня тишиной. На кухонном столе стояла чашка мужа с недопитым кофе. Хотелось швырнуть её в стену. Но вместо этого я вылила кофе в раковину и поставила чашку в посудомоечную машину. Просто по привычке.
Чемодан выскользнул с верхней полки и с грохотом упал на пол. Я бросала внутрь всё подряд. Джинсы, кофты, бельё.
Свадебную фотографию на тумбочке повернула лицом к стене.
Кольцо снялось не сразу. Я оставила его рядом с фотографией, а из нижнего ящика достала небольшой белый конверт.
Его я тоже собиралась сегодня отдать мужу.
Теперь убрала в рюкзак.
Вся моя жизнь поместилась в один чемодан. Три года рядом с Аланом, а забрать с собой почти нечего, кроме воспоминаний.
У дома уже ждал маленький белый электромобиль. Водитель поставил чемодан сзади и открыл передо мной дверцу.
– К остановке такси, пожалуйста.
За окнами машины проплывали знакомые корпуса, столовая и стеклянный переход. Весь «Атлас» жил предстоящим стартом. Считаные минуты остались. Никто не замечал, что моя жизнь только что развалилась.
В голове снова звучал голос мужа:
«Без моей поддержки, без моих денег, без „Атласа“ ты не продержишься и недели…»
В тот момент ни я, ни Алан ещё не знали, насколько сильно он ошибается. Однажды мужу придётся горько пожалеть о сказанном…
Я стиснула зубы и положила ладонь на живот.
В белом конверте лежало заключение из клиники. Шесть недель. Совсем маленький срок, но я уже несколько дней знала, что беременна.
Сегодня хотела сказать Алану. Представляла, как он удивится, обрадуется. Поэтому и просила найти для меня минуту перед стартом.
Теперь я уезжала из «Атласа» с его ребёнком под сердцем.
– Ничего, малыш, – прошептала я. – Мы прорвёмся. Обязательно.
За окном показались ворота. Я посмотрела на белые корпуса, на наш дом между деревьями и вытерла щёки ладонью.
– Я никогда тебя не прощу…
Электромобиль выехал за ворота и остановился возле шлагбаума. Водитель опустил стекло, чтобы передать охраннику пропуск.
Земля под колёсами дрогнула.
Сначала совсем немного. Потом сильнее. Задребезжала открытая дверца, а над дальними корпусами поднялось белое облако.
– Стартовали, – сказал водитель, оборачиваясь.
Я устремила глаза в ясное небо.
Ракета уже поднималась над площадкой. Яркое пламя било вниз, за белым корпусом тянулся дымный след. Гул чувствовался всем телом. Земля под нами дрожала.
Где-то там находился Алан.
Ракета поднималась всё выше и становилась всё меньше на фоне ясного неба.
А потом сбоку вспыхнул огонь.
Сначала одна короткая вспышка. Следом вторая. Белый корпус исчез внутри большого огненного облака. Из серого дыма в разные стороны полетели несколько горящих точек.
Только через пару секунд до нас дошёл глухой удар.
– Что это?.. – выдохнула я.
Водитель резко затормозил и тут же схватил рацию.
Она затрещала, а потом послышался громкий мужской голос:
– Внимание всем постам! На участке выведения аварийная ситуация. «Атлас-один», ответьте. «Атлас-один», приём.
Все замолчали.
– Повторяю, «Атлас-один», ответьте!
Я выскочила из машины, до боли в глазах вглядываясь в яркое пламя, зияющее посреди открытого неба.
Ракеты больше не было видно. Только дым, который быстро становился чёрным.
Рация снова ожила:
– Связь с экипажем потеряна. Всем сотрудникам немедленно укрыться в зданиях! Не выходить на открытые площадки. Возможно падение обломков. Повторяю…
Охранник бросился закрывать ворота. Водитель что-то крикнул мне и показал на машину.
Но я не могла пошевелиться.
Алан был там.
ГЛАВА 3
ИРА
– Разворачивайтесь! – закричала я водителю. – Мне нужно обратно!
– Вы же слышали приказ. Всем нужно укрыться.
– Там мой муж!
Я забралась в электромобиль и захлопнула дверцу. Водитель посмотрел на чёрное облако в небе, потом на меня и резко развернул машину.
Ворота уже закрывались, но водитель высунулся из окна:
– Жена Асколова! Пропусти!
Створки снова поползли в стороны.
На территории «Атласа» выли сирены. Люди бежали к корпусам, кто-то на ходу разговаривал по рации. Возле дороги лежал перевёрнутый ящик с инструментами.
– Куда вас отвезти? – спросил водитель.
– К центральному корпусу.
Возле центра управления я побежала к стеклянным дверям, но панель у входа загорелась красным – у меня теперь не было пропуска.
– Откройте! – Я забарабанила по стеклу. – Пожалуйста!
Мимо пробежала девушка в форме. Вернувшись, она впустила меня.
Внутри корпуса было ещё страшнее. На экранах мигали красные полосы, сотрудники метались между столами. Кто-то кричал в рации, пытаясь установить связь с экипажем, кто-то готовил поисковые машины.
Я схватила за рукав первого попавшегося мужчину.
– Что с ними? Они живы?
– Пока ничего не известно.
– Но они успели выбраться?
– Не мешайте, пожалуйста!
За стеклянной стеной люди сидели перед длинными рядами мониторов. На центральном экране застыло последнее изображение ракеты. Рядом горели страшные слова: «СВЯЗЬ ПОТЕРЯНА».
Отчаяние. Настоящее, страшное, удушающее. Липкое чувство, зародившееся где-то внизу живота и теперь ползущее по венам змеями. Я впервые так остро ощутила это страшное чувство. Всё моё тело превратилось в слух и зрение. То тут, то там я выхватывала обрывки фраз сотрудников, пытаясь услышать одно: «Алан жив».
– Сработала система аварийного спасения, – сказал кто-то. – Капсула отделилась до взрыва.
– Сигнала нет!
– Ищите!
Я прижала ладонь к животу. Если Алан погиб, наш малыш никогда не увидит отца…
Нет. Только не это.
Пусть Алан присылает документы на развод. Пусть считает меня никем. Пусть вообще больше никогда на меня не посмотрит!
Только бы остался жив.
В зале кто-то вскочил со своего места.
– Есть сигнал!
Все сразу замолчали.
– Капсула на земле. Парашюты раскрылись. Экипаж вышел на связь.
– Все живы?
Несколько секунд не было ответа. Мне они показались вечностью.
– Все живы.
Ноги перестали меня держать, и я опустилась на ближайшую скамью.
Он жив. Господи, Алан жив!
Вокруг заговорили и засмеялись. А я закрыла лицо ладонями и заплакала от облегчения.
Ещё полчаса назад мне казалось, что я ненавижу мужа. Но никакой ненависти не было. Я всё ещё любила его.
Я рано осталась круглой сиротой. Из родных давно никого не было. Потом появился Алан. Сначала стал моим научным руководителем, потом мужем, семьёй, целым миром. Рядом с ним я впервые перестала чувствовать себя одинокой.
А сегодня его могло не стать.
Я вспомнила своё: «Никогда тебя не прощу».
Зачем я это сказала? В мире полно женщин, которые прощают измены. Может быть, и я смогла бы. Наверное, нужно было сначала выслушать мужа.
Мысли метались из стороны в сторону. То мне хотелось обнять Алана и забыть обо всём, то перед глазами снова появлялась довольная улыбка Алексы. Я представляла, как именно он её обнимал и целовал в том закрытом модуле, где они были вдвоём целый месяц. С ней он был так же ласков, как со мной?..
– За экипажем уже отправили машины, – сообщила девушка в синей форме. – Их сейчас привезут.
– Алан точно не пострадал?
– Все трое сами вышли из капсулы. Остальное проверят врачи.
Красные сообщения исчезли с экранов. Потом с улицы донеслись сирены машин.
– Везут! – крикнул кто-то.
Я вскочила и подошла к панорамному окну.
По дороге ехали белые машины с синими полосами. Возле входа собрались врачи и сотрудники «Атласа». Дверь первой машины открылась.
Алан вышел сам.
На белом комбинезоне темнели пятна, волосы растрепались. Муж был таким бледным и уставшим, что я сначала его не узнала. На нём буквально лица не было.
Наверное, из-за пережитого. Несколько минут назад он едва не сгорел в ракете.
Я положила ладонь на стекло.
Хотелось выбежать к нему, обнять и самой убедиться, что он живой. Сказать, что развод подождёт, что у нас будет ребёнок, а со всем остальным мы разберёмся потом.
Я уже шагнула к выходу.
Но к Алану подбежала Алекса.
Она повисла у него на шее, крепко обхватив руками. Муж придержал её за талию. Алекса что-то быстро рассказывала, потом засмеялась.
А я…
А я стояла в тени возле большого окна и смотрела, как моего мужа обнимает другая. Обнимает так, будто имеет на это право. Хотя теперь… наверное, и правда имеет. Она – мать его будущего ребёнка.
Но и у меня под сердцем был ребёнок от Алана. А обнимал после пережитой катастрофы он совсем не меня.
Мне стало так больно, что пришлось прижаться лбом к холодному стеклу.
Нет. Нет… Не смогу.
Через минуту я покинула научно-исследовательский центр «Атлас» навсегда.
