Текст книги "Житие попаданки. Лес (СИ)"

Автор книги: Дара Хаард

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

‒ Похожа, ‒ медленно сказал один из эльфов, глаза у него зеленющие как листва на деревьях, и рассматривал он меня с любопытством. ‒ Но как алайия оказалась за стеной, странно, они из своих поселков никуда не выезжают.

‒Так куда ее? ‒ второй был моложе аму Найслера и одет в доспехи, где золоченых деталей было меньше, значит, и ранг пониже.

‒ Пусть пока со всеми сидит, как приедем на место, отведете ее в отдельное место. Если продавать, то дороже, чем остальных токмо.

Странно, что они у меня даже не спросили кто я и откуда. Поболтали, рядом разглядывая меня как незнакомую зверушку и ушли по своим делам. Я не стала качать права, эльфы у меня неприятное впечатление вызывают. Что интересно изгоев они называют просто алайями и ведут с ними торговлю. А вот драконы с местными алайями не в ладах. Когда я уже разберусь во всех этих расовых хитросплетениях взаимоотношений.

Еще несколько мгновений я смотрела в спины эльфам, призывая на их головы все бедствия мира, а потом над нашими головами раздался угрожающий рык дракона, вернее драконов. Опасно лавируя между огромными деревьями, сверху спускались три ящера, завораживающее зрелище...

Красиво спускались, всех эльфов всполошили, токмо тоже занервничали.

‒ Нас сожгут, ‒ плакала девушка, потерявшая питомца.

‒ Хватит страдать, ‒ то ли успокаивал, то еще больше нагнетал один из стариков, ‒ быстрее умрем, меньше мучится.

Я покачала головой и посмотрела на малышек. Они прижались друг к дружке, а та, что со мной разговаривала, смотрела на меня. Я подмигнула ей и улыбнулась, девочка словно поняла, что волноваться не нужно, прижала к себе девочек, а я поманила их к себе. Они недолго сомневались. Через пару секунд все три подхватив колодки, уже сидели возле меня прижавшись с трех сторон и с замиранием посматривали на драконов. Странно, что токмо так равнодушны к детям, пусть из разных деревень, но это ж дети. Мальчишки с завистью посмотрели на девочек и гордо задирали вихрастые головы, будущие защитники растут.

Драконы величаво опустились и перетекли в человеческие ипостаси.

‒ Майторас! ‒ аму Найслер вышел вперед ощетинившихся воинов, ‒ Что привело тебя сюда, у нас перемирие.

‒ Перемирие, ‒ рявкнул отшельник так могуче, что даже у меня мурашки по телу пробежались, ‒ молодняк чуть не загубили! ‒ дракон указал на стоявших за его спиной моих драконов. Парни не смотрели на меня, а приподняв подбородки горделиво красовались голыми торсами, хорошо хоть срам прикрыт.

‒ Я не могу отвечать за всех изгоев, что ходят по лесу у нас неспокойно, много недовольных уходят сюда в поисках лучшей доли.

‒ Чтобы ловить несчастных и сливать с них жизненную силу! —дракон наступал на эльфов. Надо отдать должное аму, он не дрогнул и встретил дракона с гордо поднятой головой, не отступив ни на шаг.

‒ Каждый выживает, как может Майторас, ‒ устало сказал эльф, ‒ думаешь мне приятно ловить токмо, и отводить их к изгоям. Видеть, как они губят то, что еще не уничтожено, но у меня жена и я хочу ребенка. Без кристаллов жизни мы просто исчезнем.

Я внимательно слушала разговор мужчин и заплетала лохматые волосы девчонок, без расчески, конечно, получались такие же колтуны, что и у меня, но что имеем. По привычке коснулась талии в желании оторвать лиану и вспомнила, что эти гады с меня ее сняли. Как же быстро привыкаешь к хорошему и блёстки не вижу. Скорей всего виноваты вот эти колодки, я опять потрясла странными наручниками.

Заметила, что Майторас украдкой осматривает пленников взглядом и, найдя меня, успокоился, вернувшись к эльфу

‒ Я сейчас не буду говорить об ошибках своих учеников, они сами поплатились за свою глупость, но ты похитил мою женщину, ‒ припечатал он, ‒ отдай ее и можете уходить.

‒ Твою женщину? ‒ эльф был удивлён, как и я, он почему-то посмотрел на меня, словно догадался, о ком идет речь. Меня же позабавило, что без меня меня женили, но потом я подумала, что дракону так легче меня забрать… я посмотрела на малышек, на других токмо и нахмурилась. А как же они…

Осмотрелась вокруг в поисках полянок с лианами, недалеко возле самого края имелось пару ветвей. Видимо, эльфы, прежде чем останавливаться зачищали поляну от лиан. Конечно, справится с растениями можно спокойно, одеться, например, в железо, которое лианы не проткнут, заговоренное какое-нибудь, огнем спалить, или зельем каким страшным обрызгать. Но я-то теперь знаю, как ими управлять, мне бы только колодки снять да до блесток добраться. Я мило улыбнулась эльфу.

‒ Так эта странная токмо твоя? ‒ хмыкнул аму. ‒ А мы все гадали, откуда такая похожая на алай девушка появилась. ‒ Эльф усмехнулся, ‒ Все ищешь путь домой дракон.

‒ Это вы эйфары пришли сюда всем народом, мы оставили свои семьи на проклятом материке.

‒ Потому что вам надо было согласиться на вассальную клятву и переходить с нами в портал.

Дракон низким басом рыкнул:

‒ Не будем вспоминать минувшие дни, они пепел в нашей жизни, – во как заговорил, я удивлённо посмотрела на дракона, ‒ отдай мне мою женщину.

‒ Ты мне врешь дракон, ‒ улыбка резко ушла с губ эльфа, ‒ она не твоя женщина, я не вижу на ней брачной татуировки. Я отведу ее алайям и надеюсь, они дадут мне много кристаллов.

Эльф стал отходить от драконов, а все остальные эльфы, наоборот, окружали их.

‒ У нас перемирие, ‒ устало посмотрел на эльфара дракон.

‒ Плевать, если есть возможность выжить, ‒ эльф оскалился и вытянул светящийся меч из своих ножен.

‒ Индир, Лас, освобождайте ее, ‒ отрывисто рыкнул Майторас и в ту же секунду ринулся на эльфов. Он прошелся по толпе эльфов, как нож по маслу, лишь сверкали в воздухе золотистые доспехи и раздавались крики боли. Вот это мужчина! Могуч! Но почему он не оборачивается, дракон легче бы всех тут раскидал.

‒ Вика! ‒ Индир уже подскочил ко мне, а Лас прикрывал его спину от тех, кто стал мешать драконам. ‒ Уходим!

‒ Нет, ‒ я вырывала руки и тянулась к детям, ‒ потом извернулась и пнула дракона по голени, отчего он поморщился и обратил на меня внимание. ‒ Колодки сними, ‒ старалась перекричать я шум битвы. ‒ Быстро!

Я не знала, что я буду делать! Не знала, но была уверена, что увижу свои блестки, и сразу все встанет на свои места. Мне только стоит пожелать.

‒ Вика потом, ‒ Дракон злился, а я вёртко несмотря на колодки, избегала его рук.

‒ Колодки дракон! ‒ рявкнула я ему, порядком разозлившись.

Тот сверкнул на меня зеленым взглядом, схватился за колодки, и напрягая силу в руках, разорвал цепи, а потом покорежил сами наручники, раня мою кожу. Мне, если честно, было не до ран, кровь закапала на землю, а я прикрыла глаза от золотистого блеска в глазах. Вот они мои хорошие.

Глава 11

Никогда не думала, что стану волшебницей, да что там, я не верила в магию, погруженная в бытовую сторону нашей жизни. А тут она у меня появилась, поверить в это сразу невозможно, но, когда на кону твоя жизнь и жизнь тех, кто тебе стал пусть не близок, но по-своему дорог, поверишь во все, что хочешь.

Я взмахнула руками, чтобы проверить, могу ли я двигать блёстки, физически мне было легче с ними контактировать. И они послушные моей воле и рукам волной разошлись в стороны и стали налипать на тела эльфов. А потом я сжала кулаки, и блёстки стали сжимать эльфов, не давая им вздохнуть. Мне было трудно, казалось, на меня сверху навалилась огромная тяжёлая плита и давит со всей силы. Мне казалось, еще немного усилий, и я не выдержу, лопну от натуги. Это словно тащить за собой паровоз...

Но со стороны мои усилия были видны. Эльфы замерли. Даже головами не крутили, лишь таращились в разные стороны и надсадно дышали. Из рук падали мечи и луки, стрелы застывали в воздухе, а у аму Найслера медленно затухала на кончиках пальцев зеленая магия.

Драконы оглядывались, не понимая, что произошло, токмо рыдали на все голоса, кроме ворчащих стариков, а девчушки просто сжались кучкой, боясь пошевелиться.

‒ Вяжите, ‒ прохрипела я, ‒ я долго их не удержу, вяжите их, ‒ Индир услышал, тут же встряхнулся и завопил:

‒ Лас, учитель, это наша алайя их утихомирила, вяжем остроухих.

Драконы стали связывать эйфаров и складывать их как дрова в кучку. Я видела, как они двигались краем глаза, боясь, пошевелится, и нечаянно упустить бразды управления моей магией. Можно было бы снимать магию с уже связанных эльфов, но я боялась, освобожу одного, все остальные тоже слетят, не уверена я еще в своих силах. Эльфов было где-то около тридцати, вот и ждала я все это время, когда драконы свяжут их всех. Аму даже разговаривать смог, все же маг сильный:

‒ Ты пожалеешь дракон, ‒ успел он прошипеть и его бросили в общую кучу.

‒ Все, они готовы, выдохни Вика, ‒ подошёл Лас и заглянул мне в лицо. Я безвольным кулем упала к его ногам и быстро задышала.

‒ Она еще слаба так напрягаться, ‒ услышала я голос Майтораса, ‒развяжите токмо, ‒ приказал драконам, а сам склонился надо мной, подсовывая под голову, что-то мягкое, ‒ Что же ты так надрываешься неразумная, сгоришь ведь.

Ответить на его слова я не успела, потому что дракон уже ушел помогать парням развязывать токмо. Я посмотрела вверх, разглядывая кроны деревьев и проблески голубого неба, оно было так далеко. Я вдруг подумала, что давно не видела звезд, а есть ли они вообще тут.

Блёстки опять кружили рядом с разными символами, словно хотели что-то мне сказать, только я их не могла понять. Прислушалась к своему телу, и поняла, что на удивление ничего не болит. Рядом зашуршала трава и тихо уселись малышки, прижимаясь к моему боку. Не отдам их, решила я, остальные пусть куда хотят катятся, а этих не отдам. Я понимала, что сама живу еще в непонятном мне мире, но бросить таких крох было бы преступлением.

Я, кряхтя, как старуха села и осмотрелась. Эльфы лежали хорошо связанные, токмо уже освобожденные рылись в их вещах, забирая свои вещи, а может, и не свои, ну ладно, от трофеев я бы тоже не отказалась. Вещи у эльфов на порядок лучше, чем у меня или токмо. У драконов с их внутренними карманами может что-то и есть получше, но не на девушек.

‒ Ты заберешь нас себе? ‒ спросила девочка, которая со мной уже общалась, две остальные смотрели на меня черными бусинками глаза, ожидая, мой приговор.

‒ Конечно, как я могу не взять таких лапушек, ‒ я прижала к себе одну, следом прилипли и две другие. ‒ Как вас зовут?

‒ Я Илира, ‒ сказала мне разговорчивая, ‒ эта Майя, а вот эту мы сами назвали Рыся, она не разговаривает.

Очень хотелось порыдать, не должно быть таких покинутых детишек, не должно.

Я со злостью посмотрела на эльфов, их нужно наказать, но как? Я не убийца, но так хочется устроить им кузькину мать. Каково это – грабить деревни и убивать жителей. Гады остроухие.

Я аккуратно высвободилась из объятий малышек и поискала глазами девушку, у которой погиб питомец. Она стояла с другой девушкой и молча смотрела, как мужчины ковыряют сумки эльфов.

‒ Присмотри за ними, ‒ строго сказала я ей и не обращая внимание на удивление, потопала к эльфам. Ноги привычно выбирают, куда наступить, трава тут мягкая как ковер, но мало ли. Подошла к замершим ушастым, краем глаз замечаю, как насторожились драконы, готовившие телегу для нашей перевозки.

‒ Ты же алайя, ‒ у аму прорезался голос, ‒ мы отвезём тебя к твоим родным.

‒ Ты даже не проставляешь, как долго тебе придется везти меня к моим родным, ‒ хмыкнула я.

‒ Какое тебе дело до драконов и токмо, они все равно не жильцы, нам эльфам и алайям нужно быть вместе.

‒ Ты ошибаешься эльф, я не та алайя, ‒ хмыкнула и призвала свои блёстки.

Я приоткрыла свой разум для леса, было страшно, но от маленького окошечка ничего ж не будет. Открыла глаза, рассматривая лес и опять поражаясь тому, что вижу. Не было деревьев, травы, я словно еще глубже погрузилась в магию, слой за слоем углубляясь в то, что не понимала.

‒ Все остановись! ‒ Скомандовала я себе. Было страшно. Деревья, как столбы золотистой энергии, между ними связи из замысловатых символов. Еще одно понимание, лес не просто система. Лес – это огромный артефакт, такой силы, что мне даже представить сложно. Еле вытянула свой разум из сверкающей красоты и принялась творить то, что хотела.

Подтянула к себе лиану страж с края поляны и стала ее размножать, сплетать вокруг зеленых капелек. Я понимала, что это эльфы. Закрыла глаза, прекращая связь с лесом, отрезая себя от сверкающего чуда, потом вновь открыла, смотря на мир уже простым взглядом. Полюбовалась своим творением тюрьмой. Прямо над эльфами, возник куполообразный каркас, который был весь увит лианой, она ярилась острыми шипами, стараясь достать до сжавшихся и замерших от ужаса эльфов. Усомнилась не слишком ли жестоко, потом качнула головой, в самый раз, это не смерть, а тюрьма, пусть подумают над своим поведением.

Меня повело, и тут же теплые руки поддержали меня, а рокочущий голос дракона над ухом произнес:

‒ Ну куда ты опять лезешь, побереги себя, ‒ в тот же момент темнота стала наваливаться на меня выключая свет.

‒ Дети, ‒ успела я прошептать и отключилась.

Очнулась, а может, и проснулась в своей уже уютной для меня каморке в мягкой постельке. Потянулось, потом посмотрела на потолок. Где моя дыра?!

Я так привыкла лицезреть тут дыру в крыше, в которую заглядывают небо и зеленые ветки, что сначала даже опешила. Быстро села и оглянулась. Нет, в комнатке все было по-прежнему. Кровать, сундук в ногах, закрытая дверь. Прислушалась к тому, что происходит на улице, услышала голоса людей, выдохнула. Значит, не одна. И домой меня принесли, пока я прохлаждалась. Не удержалась немного и перетрудилась. Тело мое слабое такими кучами блёсток ворочать.

Я все в той же одежде, правда, ноги обмытые, не грязные. Желудок жалобно проворчал, что пора бы уже подкрепиться.

Кивнула своим мыслям, мне еще нужно за детьми присмотреть. Расправила одеяло, сложила его и направилась на улицу. Мало ли они там сейчас нахозяйничают. Открываю дверь и утыкаюсь в стену. Это что еще за радость, коридор, несколько дверей, прям как в гостинице, ну раз мы в магическом мире, значит, в таверне. А что? Людей прибывает, селить их где-то надо, чем гостиничный тип жилья не выход. Ладно приняла. Потопала на выход. Коридор заканчивался небольшой комнаткой с двумя лавками, обитыми мехом. И небольшим деревянным столом.

Я покачала головой, хоть бы раз поймать, когда все меняется…

На улице было тепло, светло и шумно. Токмо полностью заняли двор, который увеличился в несколько раз. Изгородь стала уже по шею, а лиана, которая увивала ее, расцвела красными цветами, благоухая на всю округу. Под широким навесом стоял длинный стол с лавками, печь получила свой апгрейд в виде еще одного варочного места и духовки внизу, возле нее хлопотали женщины бодро стуча ножами по столу и что-то помешивая в двух казанах. Пахло хлебом, у меня чуть слюна не потекла. Хлеб!

Под изгородью ссорились два старика, отбирая друг у друга лопату. Небольшая грядка с луком, которую мы успели засадить, радовала зелеными пёрышками, как же тут быстро все растет. Под кустами за изгородью притаились мальчишки, что-то, творя, не могут мальцы просто так затихать. А где мои малышки и драконы?

‒ Ая, ‒ одна из девушек увидела, что я вышла и склонилась поклоне, ‒ я вас покормлю, садитесь, ‒ указала на стол. Все, кто услышал ее, замерли, смотря на меня. А я что, я ничего, голодная со сна, но лохматая поэтому киваю:

‒ Все, что есть ставьте, я умываться, ‒ и понеслась на речку. Меня вдогонку пару раз позвали, но я решила, что узнаю, что им надо потом. Было стыдно, я одна как барыня сплю, а все работают. Девчушек заметила возле мальчишек и решила на обратном пути захватить их с собой, я что, одна есть буду?

Надо сказать, что поляна, на которой стоял мой домик, немного изменилась. Она стала больше, поэтому и путь до реки стал длиннее. На опушке паслись лошади, стояли две телеге, это те на которых наверно все приехали.

Подумала об эльфах, как они там, уже освободились или сил не хватает. Как-то они мои лианы с меня стянули, так что и тюрьму, которую я сплела, понемногу осилят, зато будут знать, как токмо обижать. Я лианам сказала пугать, но не убивать, голодные стражи еле подчинились моему желанию, поэтому и сил потратила много. Это еще хорошо, что они моей кровью подкормились, которая накапала с раненых рук. Посмотрела на запястья, целые, даже следа от ран не осталось, а вот удар от эльфийской цепи есть, шрам с замысловатым символом, словно веретено с ниткой.

Вода была ледяной, но взбодрила меня. Я пригладила волосы, переплела косу, возмущаясь, что вещи приходят, а несчастной расчёски все нет. Неспеша пошла назад, разглядывая по пути новые растения. Вон кустик смородины, люблю смородину, крупную душистую, с сахаром перетрёшь и вкуснота, за уши не оттянешь. А если хлебушек сметаной намазать, а сверху вареньицем, вкус из детства. У нас помню, смородина дешевая была, а вот всякие абрикосы, да персики дороже выходили. Так что варенье из смородины проходное, каждодневное, а уж остальные «привозные» на праздник, да пироги.

Я вылезла из своих воспоминаний и наконец-то увидела драконов, они за домом что-то сооружали. Оголенные торсы, могучие плечи… ну ладно, у одного могучие. У Индира и Ласа фигуры чуть сухощавей и не пышут силой, скорее ловкие да быстрые. Я засмотрелась на Майторана и чуть не упала носом в траву, фыркнула на себя, вот ты Вика чудишь. На мужика засматриваешься, в твои то годы… Потом себя же и успокоила, а у него лет-то побольше моих, у него вообще столетия, если верить россказням молодняка.

А вот и вторая девушка возле них зависает. Глазками стреляет, кувшин с водой подает, вот же быстрая. Только вчера горе пережила, а сегодня уже на мужиков поглядывает. Эх, молодость, привычно вздохнула, а потом встрепенулась… А я как же?! Я же тоже молода теперь. Посмотрела на свои руки без узловатых пальцев, без темных пигментных пятен, которые портили в последние годы мою белую кожу. А если я молода, то и смотреть мне не возбраняется, тут же сказала себе. И довольно улыбнулась, совесть успокоила теперь бы успокоить бурчащий желудок. Девчушки при моем приближении замерли, разглядывая меня словно первый раз увидели, а когда я раскрыла объятия, оттаяли. Я пожамкала их и позвала за собой всю братию.

‒ Пойдемте есть ребята.

‒ Ая, ‒ старший мальчик склонился в поклоне, ‒ Это вам.

Он подал мне расчёску. Да, корявую, да с зубьями в разные стороны, но это была так нужная мне сейчас вещь, что я от благодарности расцеловала щеки пунцового мальчишки:

‒ Какие же вы молодцы! Это то, что надо!

Мальчишки переглянулись и с гордостью потопали за мной.

‒ Сейчас позавтракаем, и я вас всех причешу.

‒ Да нам не надо, ‒ стал отбрыкиваться от приведения волос в порядок мальчишка.

‒ Тебя как зовут? ‒ спросила я.

‒ Резер, ‒ с тревогой сказал он.

‒ Так вот Резер, внешний вид многое значит в нашем обществе, всегда нужно выглядеть опрятно и чисто.

Дети гурьбой шли за мной, а женщины токмо уже наставили на стол еду. Дымящуюся похлебку, нарезанное вяленое мясо, о чудо, помидоры и желанный хлеб толстый, пористый, с подгоревшей корочкой, но все равно такой вкуснющий. Вот это я оголодала. Мы ели, посматривая друг на друга, от еды невозможно было оторваться.

‒ Очень вкусно, ‒ похвалила я женщин. И когда первый голод был утолен, мы просто знакомились и разговаривали. Подтянулись старики, стали рассказывать, какой они тут огород разобьют, все расти будет, главное, чтобы я землицу удобряла магией. Никто не заикался о доме, словно у всех, теперь одна дорога жить тут. Это было странно, и хотелось понимания, а еще знаний, почему меня «ая» зовут, что мне за это будет. Я собиралась детей себе оставить, малышек и мальчишек, какие согласятся, но не думала, что взрослые, все как один тут самоорганизуются. Мне, конечно, руки не лишние, пусть живут, да на благо работают. Тем более, женщины токмо поболее моего знают, как тут все устроено в плане быта.

‒ Ваш наир приходил, ‒ сказал одна из женщин, Угара, ‒ сказал, что позже подойдет, есть не стал. Вы б его позвали.

Если бы я еще знала, как его позвать-то, покачала головой и не стала рассказывать, что кот совсем не мой, а свой собственный и довольно противный.

Ну нечего, я себе других информаторов нашла. Вернее, одного старого, который еще прошлых алай видел. Тут же, словно подслушав мои мысли, к столу подтянулись драконы с хихикающей девушкой водоноской. Я ревниво посмотрела, не строит ли она глазки Майторану и увидев, что та всецело занята молодыми, успокоилась. Мне Майторан самой нужен, я благостно рассматривала напряженного дракона, он мне все расскажет…

Глава 12

Детвора к этому времени уже пообедала и женщины, вручив им по куску хлеба с тонкими пластиками мяса, отправили гулять, собирать мелкие ветки для топки печи.

Надо сказать получалось кашеварить у токмо получше, чем у меня, так что я со спокойной душой могла пока отказаться от готовки. А еще меня обещали научить варить жидкое мыло для волос и простое для помывки тела. Есть тут, оказывается, еще мыльный корень, который неплохо мылится и может сойти на время вместо мыла, пока варится настоящее. Правда, это растение еще нужно найти. А в сторонке уже ждала своего часа древесная зола, а я думала, какую работу себе еще придумать.

Драконы помылись в сторонке в специальной бочке, о которой я узнала уже после того, как сходила к реке. Вот всегда я так вечно тороплюсь. Украдкой подглядывала, как мылся Майторан, как волнительно перекатываются под тонкой кожей жгуты мышц, а волосы от воды крутятся мелким бесом, прикрывая его лицо. Чуть слюну не пустила, пока его рассматривала, но вовремя сделала вид, что меня дракон не волнует.

Тянула из кружки тёплый взвар из листьев смородины и меда и смотрела, как токмо накладывают новые порции густой похлебки. Нужно проверить запасы и понять, насколько нам хватит, что-то я совсем расслабилась. Картохи надо поискать, а малина?! Я чуть не кинулась ее забрать, вовремя остановив себя, что если она скисла, то уже все равно поздно бежать, а Майторан может в любой момент смыться и ищи его потом.

Я не мешала драконам, пока они насыщались, спрашивала у женщин, как будет, проходит процесс варки мыла. Процесс оказался простым, и в то же время сама бы я навряд ли додумалась. Все, что я вспомнила, что золу надо замочить и покипятить, процедить, разводить с водой и мыться ею.

Оказывается, мыло нужно осаливать. Плакали мои запасы соли. Золу просеивают, желательно чтобы она была от старых деревьев, что огромными исполинами занимали весь лес, щёлок, который с них вымывается, получается насыщенней и что главное, не вонючим, к этому мылу потом никаких отдушек не надо, посмотрим. Золу просеивают, потом варят ее в воде до нужной кондиции, постоянно помешивая и убирая всплывающие древесные угольки.

Как щелок свариться, ему дают отстояться и сливают в другую тару. Берут жир, так что плакал и мой жир в кувшине, но меня успокоили, будет мясо, будет жир, так вот смешивают жир, теплый щелок и варят, опять помешивая, до киселеобразного состояния. Проверяют готовность пальцами, если тянутся за пальцами ниточки готово, нужно его осаливать. Соль растворяем в воде и постепенно вливаем в раствор, потом надо ему дать протомится, до густого творожного состояния. Даем ему остыть и перекладываем мыло в чистую тару. Мыло почти готово, но если хочется, чтобы мыло было качественней, то осаливание нужно делать еще раз. Полученное мыло промываем от соли, растапливаем и выливаем в форму. Одна из женщин вспомнила мужа, он у нее был плотником и делал прекрасные формы для мыла, вся деревня пользовалась. Пришлось с расспросами повременить, токмо ушли отдыхать и плакать…

Когда мужчины поели, я тут же приступила к осуществлению своего плана:

‒ Майторан мне нужно с тобой поговорить, ‒ остановила я дракона. Он посмотрел серьезно, медленно сел назад на лавку, скомандовав своим воспитанникам:

‒ Идите, доделывайте, главное ровно вымеряйте.

Драконы нехотя вылезли из-за стола и пошли за дом.

‒ А что вы там делаете? ‒ поинтересовалась я наконец движениями драконов, хозяйка называется.

‒ Мойку, ‒ лаконично сказал дракон, ‒ мойку и туалет.

Я, наверно, покраснела так как о туалете не думала. И правда, если мне одной хватало небольшой ямки за ближайшими деревьями, то такая орава однозначно эту ямку быстро наполнит. Я кивнула дракону, что поняла.

‒ Когда дом в очередной раз расширится мойка и туалет окажутся внутри, ‒ хмыкнул дракон, как в лучших домах алай. О чем ты хотела поговорить са…. женщина, ‒ исправился дракон.

Я не стала придираться к словам и нахмурилась, не зная с чего начать.

‒ Расскажи мне все что знаешь с самого начала.

‒ С начало чьего?

‒ Алай, конечно, раз я алайя, я хочу знать почему я здесь, и кто такие алай.

‒ Создатели, ‒ коротко сказал дракон, а я приподняла брови, подгоняя его с ответом.

‒ Я уже слышала, что создатели, но создатели чего?

‒ Миров.

‒ Так давай я не буду из тебя все щипцами вытягивать, начни сначала кто такие алайи и как они тут оказались.

‒ Каждый мир создают творцы, ‒ хмыкнул дракон на мой удивленный взгляд, ‒ Но, смотрят за порядком они не сами, отдают эту роль своим помощникам алайям. Алайи приходят в те миры, которые «болеют» и принимают решение, лечить или уничтожить, чтобы создать новый. Алайи приходят в миры небольшой «каплей» потом разрастаются до источника.

Я не понимала, о чем сейчас говорил дракон, но не перебивала.

‒ "Капля" – это зачаток источника, в него входят несколько семей. Когда "капля" разрастается, она становится "дождем", семьи объединяются в род, а когда их становится еще больше, они становятся "источником", теми, кто способен создать новый мир. Я понимаю, что для тебя это сложно. Но представь, что у тебя одна капля воды, она не может напитать землю, так, а когда пойдет дождь из капель, начнет расти трава, а когда откроется источник, то образуется река, которая питает всю землю вокруг, также и с алайями. Когда их численность и сила доходит до состояния источника, они забирают всю силу из мира и уходят.

‒ Коллективный разум какой-то, ‒ я ошарашенно оглянулась. ‒ Я так поняла, что сюда пришла отпочковавшаяся "капля", несколько семей алай, чтобы что? Зачем они сюда пришли?

‒ Они не коллективный разум, наверно, в этом и есть проблема алай. Наш мир старый и он умирает, это произойдёт не сразу, но на такие умирающие миры приходят семьи алай, чтобы стать источником и создать новый мир.

‒ Постой, они его убивают, старый мир, чтобы создать новый?

Майторан почернел, от дум, но не стал меня успокаивать.

‒ Да, они растят лес, в котором плодятся и собирают силу. Поодиночке они слабы, а вот когда несколько алай вместе, это огромная сила, которая может заставить реки течь вспять.

‒ Неужели нельзя вылечить мир и возродить его? ‒ не согласилась я, ‒ Это не справедливо.

‒ Старое отживает, новое рождается, ‒ дракон наблюдал за мной с усмешкой, ‒ ты просто неправильная алайя, как назвал тебя наир, странная.

А у меня в голове не укладывалось, как это убить этот лес, и всех, кто в нем живет? Я даже зубами скрипнула, так сильно сжимала челюсти.

‒ Что с ними случилось с алайями?

‒ В их "дожде", когда они почти сформировались, как единый источник, появилась гниль. Уже неясно, кто все начал, но алайи ко всему еще и живые разумные существа, со своими страстями, которые могут, как и мы заблуждаться. Одни из них решили, что они готовы покинуть этот мир, а другие хотели напитаться наверняка. Они стали спорить, даже доходили до стычек. А потом одни просто уничтожили других. В то время я был в городе, сердце Леса и видел смерть алай… прямо на моих глазах они таяли, превращаясь в пепел. В городе остались только токмо, которые заснули от преизбытка силы. Я насилу улетел оттуда.

‒ И что же дальше? ‒ Я с нетерпением посмотрела на Майторана. ‒ Что стало с теми, кто все это натворил?

‒ Они не совладали с той силой, что высвободили из своих мертвых собратьев, бежали из города и спрятались под сильными щитами, пока весь мир сходил с ума в магической буре.

‒ Капец! ‒ выдохнула я, ‒ Только не говори мне, что мне нужно с ними родниться, таких родных и врагов не надо!

‒ Ты другая, ‒ Майторан внимательно наблюдал за мной, отмечая все эмоции, а я млела от его внимания. ‒ Ты ничего не понимаешь и не знаешь, как ребенок, хотя взрослая, странная. Алайи были старыми, внутри старыми.

Разговоры о старости, вернули меня в этот мир. Так, хватит смотреть на дракона, в который раз встряхнула себя, и отмахнулась от завораживающего голоса. Он хмыкнул и отвернулся, наблюдая за детьми, которые выкладывали возле печи, собранные ветки.

‒ Почему они не уходят? ‒ спросила я Майторана, ‒ в свои семьи, в деревни, я их не держу.

‒ Сироты, одиночки, ‒ дракон пожал плечами.

‒ Найслер собирает по лесу таких вот одиноких токмо, которых не берут в другие деревни, никому не нужны лишние едоки. Старики и дети, это лишние рты. У эйфар тоже проблемы, много отщепенцев, которым плевать на законы. Они приходят в лес убивать токмо и не брезгуют нами, драконами, ‒ Майторан посмотрел в сторону, где слышны были голоса Индира и Ласа.

‒ А женщины?

‒ Могут еще уйти, но думаю, останутся.

‒ Я же ненавидимая алайя, так мне сказал наир.

‒ Алайи изменили всех, когда пришли в эти земли. Раньше тут была пустыня. Они вырастили лес и дали токмо пропуск жить тут всегда. Наиры такие же создания алай, как и токмо, у них в крови преклонение перед вами алайями несмотря ни на что. Твой наир полон обид и горечи от предательства, но он свободно живет тут. Я не могу тут жить, долго жить как токмо и наиры, аэйфары тоже не могут, через несколько дней лес начнет тянуть из нас жизненную силу.

‒ А тут уже поподробней, вернее, ты рассказал об алай, теперь расскажи о драконах и эйфарах. И… постой, ‒ я тоже посмотрела в сторону молодых драконов, ‒ а как же они, лес уже должен был выкачать из них силу.

Майторан согласно кивнул, но тут послышался крик, в нашу сторону бежали дети.

‒ Что там опять? Ни дня покоя, ‒ проворчала я.

Малышня заскочила за ограду и стали смотреть в щели наружу, а Резер стал рассказывать, что случилось.

‒ Там эйфар, эйфар «ая», он сидит возле дерева.

‒ Он вам угрожал?

‒ Нет, ‒ мальчишка покачал отрицательно головой.

‒ Я схожу, ‒ Майторан тут же перемахнул через изгородь и пошел в сторону, откуда прибежали дети. Лошади, которые до этого спокойно паслись, насторожились и с тревогой посматривали в ту же сторону. Я вздохнула, строго сказала детям, чтобы сидели за изгородью и, если что, бежали к драконам, а сама побрела следом. Вернее, сначала завернула к полянке со стражем, нарвала новых плетей, накрутила их вокруг пояса. Привыкла я, как-то, что они со мной рядом, потом пошла вслед за Майтораном.