Текст книги "Психологическая помощь для неуравновешенных драконов (СИ)"

Автор книги: Дана Яр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 29

– Давайте все успокоимся, – примирительно сказал Элеран-Эр, – да ситуация неприятная, но не неисправимая. Похищенных артефакторов мы теперь знаем, где искать и очень скоро найдем и вернём обратно, не без помощи твоих чудо-артефактов, – сделал «реверанс» генерал в сторону шмыгающей носом меня, – Осталось только решить, что делать с тобой. Без защиты тебя оставлять нельзя. Ты девушка и украсть тебя и принудить работать на врагов гораздо проще, стоит только выдать замуж, – Элеран-Эр одарил императора насмешливой улыбкой, – и тогда вернуть тебя будет уже невозможно. Поэтому самый надёжный вариант, обезопасить тебя от похищения, тот же. Выдать замуж.

Я захлопала мокрыми ресницами, а потом прищурилась.

– Похоже ты кое-что забыл, я любовница, на мне никто не женится, ни человек, ни тем более дракон.

– По приказу императора? Женится, как миленький, к тому же с твоим состоянием, тебя и без приказа с руками оторвут, стоит лишь намекнуть, что ты ищешь мужа. Не так уж и редко даже драконы женятся на деньгах, – короткий взгляд Элеран-Эра на белобрысого генерала, подтвердил его слова, а я открыла рот от изумления. Никелар-Эр только флегматично кивнул, не выражая никаких эмоций, – Но в твоем случае, даже твои богатства не главное, главное, что ты дракон. Девушки-драконы очень большая редкость и ценность, можно сказать настоящее сокровище, так что не переживай, женихов у тебя будет в достатке.

Во время нашего разговора император сидел подозрительно тихо, только обивка кресла тихо рвалась под его отросшими когтями.

– Магариет, ты же хочешь семью, детей? – спросил Делен-Эр, я поджала губы, – Это отличный шанс освободиться от клейма любовницы, – елейно заливался дед, поглядывая на хмурого императора с немалой долей ехидства, – Даже не обязательно выходить замуж за дракона, у нас в империи много достойных людей, присмотришься, возможно даже полюбишь, давить и торопить тебя никто не будет, – прозвучало очень категорично и властно. Я даже задуматься не успела. Император заревел и вскочил на ноги, тяжело дыша. Зрачки его пульсировали в такт дыханию, то сужаясь в чёрточку, то снова расширяясь.

– Никаких людей и тем более драконов! – заорал он, – Никому, слышите? Никому не сметь говорить или думать об этом. Я сам могу ее защитить!

Император сгреб все артефакты в саквояж, сунул мне его в руки, подхватил на руки и выбежал в коридор, чуть не выбив дверь.

– Зачем провоцируете? – донёсся до меня удивленный голос, кажется Алескан-Эра. Ответ я уже не слышала, слишком быстро шел император, я опасливо покосилась на его зверскую рожу и дотронулась до ожерелья. Он бросил на меня нечитаемый взгляд и подбросил на руках, чтобы защита обтекла меня и не врезалась в его тело.

Притащив меня в спальню, сгрузил на кровать и лег сверху, разглядывая меня с каким-то непонятным отчаянием, сквозь защитные плетения.

– Ты хочешь замуж? – задал он неожиданный вопрос.

– В перспективе может быть, – осторожно ответила я, а то ещё вздумает мне действительно мужа искать.

– И какие требования к избраннику? – он спрашивал совершенно серьезно. Я постаралась ответить так же серьезно, хотя его вопрос насмешил меня. Я сделала вид, что задумалась и стала загибать пальцы.

– Адекватный, внимательный, заботливый, приятный в общении, щедрый, ставит мои интересы выше собственных, не склонный к изменам, я этого не потерплю. Это принципиальные моменты из не принципиальных, красивый внешне и умелый любовник. Пожалуй все.

– А любовь? – пытливо спросил император, – Если будущий муж не будет обладать некоторыми принципиальными для тебя качествами, но будет любить тебя?

– В таком случае, принципиальным остаётся только верность. Любви без верности не бывает, – жёстко сказала я, – Я могу смириться с некоторыми недостатками, но только не с отсутствием верности.

– И если у будущего мужа будет плохой характер? – меня пугала его серьезность. Он уже присмотрел кого-то? Элеран-Эр прав, единственный способ обезопасить меня от похищений, выдать замуж и желательно за дракона. Жену дракона украсть незаметно не получится и спрятать ее невозможно. Муж все равно найдет, и разорвать брачную связь может только он. Но я не хочу! С другой стороны, я тогда буду защищена не только от похищений, но и от поползновений императора. Сердце кольнула тоска. Я с неохотой должна была признать, что мне нравится наше противостояние. До оговоренного срока пари осталось два дня, потом если я не поддамся ему, он меня должен будет отпустить. Вероятно поэтому он и расспрашивает про качества будущего мужа. Грозился же, что сам мне его найдет. На душе стало совсем паршиво, – Так как? – он поторопил меня с ответом.

– У меня самой характер не сахарный, сомневаюсь, что в этом мире найдется хоть один мужик, который будет мириться с ним. Так что не думаю, что вам удастся выдать меня замуж по любви. Рассматривайте варианты по расчету, так надёжнее, – вздохнула я и отвернулась.

– Сколько тебе понадобится времени, чтобы изготовить хотя бы один «подглядывающий» артефакт?

– Пара часов, при наличии нужных деталей и ингредиентов и защищённая мастерская, – вздохнула я. Разговаривать о делах лёжа под мужчиной было странно.

– Пошли, – сказал император поднимаясь.

– Куда? В подвал? – у меня даже губа нижняя задрожала.

– Можем и в подвал, там самые просторные и защищённые помещения, но, если не хочешь в подвал, посмотрим помещения под мастерскую здесь. У меня есть лишняя приемная возле кабинета, можешь обустроиться там.

– Лучше в приемной, – нервно сказала я, слезая с кровати. Подвал у меня стойко ассоциировался с железной цепью и миской супа.

После ужина, который снова проходил в урезанном составе, я выкатила императору список ингредиентов для изготовления пяти комплектов «подглядывающих» артефактов. Мастерская была уже готова, я самолично поставила на нее полную защиту. Пришлось закатить небольшой скандал, так как император требовал предоставить ему доступ в мастерскую, а я памятуя, как однажды в другой реальности он смог не только преодолеть защиту моей квартиры, но и нейтрализовать действие моего охранного артефакта, просто прикарманив другой. Такие козыри ему давать нельзя. Я всё ещё намеревалась выиграть пари.

Ночевала я снова в его спальне, мне даже выдали вполне приличную ночную рубашку, но подготовиться ко сну в спокойной обстановке не получилось. Саквояж император у меня отобрал и спрятал, а потом хищно следил, как я ухожу в ванную. Накопители в ожерелье почти разрядились и заменить их было нечем, да и спать в нем не очень удобно, но у меня всё ещё оставался полностью заряженный артефакт на ноге и защитные символы на теле, поэтому полностью мыться я не стала. Вернулась в спальню с ехидной улыбкой, повесила платье в гардероб, ожерелье положила на столик с зеркалом и залезла под одеяло. Император уже лежал в постели, закинув руки за голову, и пристально следил за моими перемещениями. Стоило мне улечься, придвинулся ко мне и обнял, наткнувшись на защиту, тихо выругался, отвернулся ко мне спиной и буркнул:

– Спи, завтра рано вставать.

Я радостно улыбнулась, взбила подушку и закрыла глаза.

На следующий день мое настроение улучшалось каждый раз, когда я видела недовольную физиономию императора. С каждой новой встречей она становилась все мрачнее, что меня очень радовало. Встречались мы только в обеденном зале, все остальное время я провела в приемной возле его кабинета, собирая «подглядывающие» артефакты. Инструменты у меня были с собой, а все что нужно, по списку мне принесли с самого утра. Последний артефакт я закончила перед ужином. Собрала инструменты и чертежи. Саквояж император мне вернул, так как я наотрез отказалась носить по замку чертежи без соответствующей защиты.

После ужина император пригласил генералов в свой кабинет, где я торжественно вручила им всем артефакты.

– Я немного доработала конструкцию «глаза», теперь его можно носить, прикрепив на пуговицу, – объясняла я, – кристалл-матрица очень емкий, записывать непрерывно можно несколько лет, но все же для разных действий стоит использовать разные кристаллы. Искать нужные события будет проще. Я вам сделала по два дополнительных кристалла, на всякий случай. Они хранятся в нижнем отделении смотровой коробки, там специальный ящичек предусмотрен. Инструкция, по очистке кристаллов, лежит там же. И ещё, вы можете вставить кристалл-матрицу в виджет и получить нужное изображение на бумаге. В инструкции это тоже есть, – деловито рассказывала я о своем детище, поглядывая на хищные рожи драконов. Такое ощущение, что я им гору сокровищ отдаю, а не артефакты.

Император выпроводил довольных генералов, Делен-Эр пытался задержаться, и дело чуть не дошло до драки, но все же уступил и пожелав «зарвавшемуся сопляку», как он его сам назвал, чтоб у того чешуя облезла, ушел. Я была в шоке. Для меня давно было загадкой, почему генералы позволяют себе так развязно вести себя со своим правителем. Я всё пыталась натянуть местные реалии на глобус своих представлений из родного мира и понимала, что ничего не понимаю. Остальные драконы беспрекословно соблюдали субординацию, про людей и говорить нечего. Решив, что у меня больше не будет возможности разгадать эту загадку я спросила у императора.

– Потому что каждый из них почти равен мне по силе. Императором может быть лишь сильнейший из драконов, но это титул условный. Управление государством осуществляется пятью генералами, у нас равные обязанности и ответственность. У меня лишь единственный приоритет перед ними, – император усмехнулся, – я могу их вызвать в свой замок, а они меня к себе только пригласить. Но это государственная тайна, если кому-нибудь проболтаешься, посажу в подвал, – хитро сказал дракон, – Для всего остального мира я единоличный держатель власти.

– Но ведь генералов назначает император, – я была в замешательстве, зная общеизвестную информацию о том, что генералом может стать любой дракон, живущий в генералитете, – получается и императора выбирают?

– Нет, конечно, и генералов никто не назначает, титул переходит от отца к сыну или внуку, так же, как и титул императора. У нас много столетий власть в руках посвященных семей, – усмехнулся император, видя мое задумчивое лицо.

Пока я переваривала услышанное, император вскочил с кресла и, подхватив меня на руки, вышел из кабинета. Я подумала, что он тащит меня в спальню, но вместо коридора ведущего в его покои он свернул в другой, темный и узкий, в конце которого был выход на винтовую лестницу в башню.

– Куда вы меня тащите? – запоздало забеспокоилась я, но вырываться не стала. Лестница была крутая и неровная, не хватало ещё свалиться и кости переломать. Открыв дверь, на самом верху лестницы, мы вышли на продаваемую всеми ветрами и заваленную снегом крышу башни. Я тут же покрылась мурашками от пронизывающего ледяного ветра и застучала зубами, – Зачем мы здесь? – уже во всю паниковала я.

Дракон очаровательно ухмыльнулся и сказал:

– Полетаем?

После он разбежался и сиганул с башни вниз. У меня сердце остановилось от ужаса, когда я увидела внизу заснеженный двор замка. Дракон обернулся в свободном полете, меня тряхнуло, так, что казалось позвоночник в пятки осыпался и мы полетели. Я визжала от ужаса, пока мы стремительно поднимались к облакам, орала и материлась, когда дракон с лёгкостью подбросил меня вверх отправив в свободный полет, а когда приземлилась ему на спину, поняла что защита не даёт мне уцепиться за него и я соскальзываю, но к тому моменту я уже успокоилась и, хоть и дрожащей рукой, но отключила артефакт и вцепилась в гибкую шею дракона руками и ногами. Он завибрировал подо мной и я звонко рассмеялась. Я вновь летела на спине своего дракона, меня овевали теплые волны его магии, ветер свистел в ушах, а глаза слезились от счастья. Но в этот раз я молчала, впитывая в себя эти моменты, чтобы потом долгими холодными вечерами воскрешать в памяти и лелеять в сердце любовь к самому невозможному мужчине в моей жизни.

Мы летали всю ночь, ныряя в облака, соревнуясь с порывами ветра и любовались звездами. С первыми лучами солнца дракон приземлился на ту же башню, обернувшись человеком, поймал меня на руки и поцеловал.

Глава 30

Я куталась в шаль, глядя на темный заснеженный двор внизу, через небольшую щёлочку между тяжёлых штор, где снова разместилась огромная туша золотого дракона. Он лежал там каждую ночь, тяжело вздыхал на всю улицу и смотрел на мои окна грустными зелёными глазами. У меня от его вида сердце разрывалось, но я каждый раз упрямо поджимая губы, заставляла себя отворачиваться от окна и потом лежать до утра без сна, слушая его печальное дыхание. Уже неделя прошла с тех пор, как я вернулась в свою квартиру и каждую ночь у меня под окнами дежурил дракон. Зачем он там лежал, я не спрашивала, делала вид, что его нет, но сердце все равно болело.

Вырваться из лап императора, мне удалось с большим скандалом. Этот пудель категорически отказался меня отпускать. После самого умопомрачительного поцелуя в моей жизни на верхушке башни, он спеленал меня магией, так что я даже пошевелиться не могла, и утащил в спальню, намереваясь все же выиграть пари. Естественно, я распсиховалась, мои вопли слышал весь замок, и пришлось идти на крайние меры, чтобы защитить свою честь от этого вероломного обманщика. Он пытался склонить меня к близости силой, я брыкалась и визжала, в какой-то момент прицельно врезала ему по его мужскому достоинству. Император сложился по полам, пока он пытался отдышаться я извернулась и активировала защиту на ноге. Тут же плетения дракона рассыпались и тогда я, уже не стесняясь, активировала защитные символы.

Император был в бешенстве, он пытался схватить меня, но едва дотрагивался, как его сносило в сторону, даже защитные плетения мало помогали. От соприкосновения с моей защитой они искрили с противным шипением. Из спальни выбраться через дверь я не смогла, он ее запер, поэтому побегав по комнате, я юркнула в ванную и там забаррикадировалась. Защиту я тоже умею ставить отменно. Дракон орал, рычал, осыпал дверь боевыми плетениями, а я, рыдая в три ручья, ползала по полу и куском мыла чертила портальный треугольник. Пришлось пожертвовать ожерельем, сняв с него полудохлые накопители, активировала портал в приемную возле императорского кабинета. Забрав саквояж со своим добром, сняла защиту с помещения и бегом рванула к выходу из замка. Стража провожала меня обалдевшими взглядами, но не препятствовала. Я в одном платье вылетела на мороз и чуть не грохнулась на обледеневших ступеньках, кое-как удержав равновесие, побежала к воротам замка, когда где-то сверху раздался страшный драконий рев. Я поняла, что император обнаружил, что меня нет в ванной и прибавила скорости, задрав подол платья почти до талии. До ворот оставалось шагов пятнадцать, когда яростно ревущий дракон, снёс стену в императорских покоях и взмыл в небо, хищно осмотрелся, увидел бегущую меня и рванул следом.

Дальше все происходило, как в замедленной съемке. Ворота оказались запертыми и судя по лицам стражников, открывать они их были не намерены. Я остановилась. Повернувшись, смотрела, как золотой дракон стремительно приближается ко мне. Дрожащей рукой нащупала в саквояже портальный камень, надеясь, что защита от порталов стоит только на здании замка. Швырнула камень под ноги, от чего он разбился и рухнула в переход, последнее, что я видела, был глаз дракона, пылающий бешенством.

Портал выплюнул меня во дворе у моего дома и я рухнула в глубокий сугроб. За время моего отсутствия никто не убирал здесь снег, поэтому добралась до квартиры я еле живая от холода. Активировав защиту, я истерически рассмеялась и сползла по двери. С улицы послышалось хлопанье огромных крыльев и громкое рычание. Я упала на пол и по-пластунски поползла в ванную, решив, что на этом мое общение с императором следует прекратить. Отмокала я в горячей воде несколько часов, глотая вино вперемешку с успокоительным, плакала и проклинала дракона, за то что по его вине опять заработала нервный срыв, пока мой дом сотрясался от попыток психованного императораразобрать его по камешкам. К тому моменту, как я выползла из ванны, дракон угомонился и развалившись во дворе не спускал глаз с моих окон, шумно принюхиваясь и порыкивая. Силы мои были на исходе, как физические, так и моральные, поэтому я, хлопнув сонного зелья, рухнула в постель и проспала до следующего утра.

Но ночными бдениями эта чешуйчатая задница не ограничилась. На следующий день спустившись в лавку, первым кого я увидела был злющий император, оккупировавшие диван для посетителей. Лэйра Тотарина трусливо пряталась за стойкой и смотрела на него круглыми глазами. При моем появлении он не сделал попытки подняться, а лишь вперил в меня обжигающий взгляд. Я тоже проигнорировала его, даже не пытаясь, выказать уважения этому коронованному пуделю, подошла к Тотарине и стала расспрашивать о работе лавки во время моего отсутствия, хотя сердце колотилось, как бешеное.

Выглядел император помятым и растрепанным, он со вчерашнего дня даже одежду не сменил. Рубаха не заправлена, ворот распущен, мятый камзол не застегнут, золотые нечесаные кудри собраны на затылке и завязаны узлом, создавая вид древней мочалки, на лице двухдневная щетина, глаза запали, а лицо осунулось. Я разозлилась на себя, что за пару секунд, что смотрела на него, успела заметить все это и сердце кольнуло жалостью.

К обеду я уже пылала праведным негодованием. Мало того, что он своей зверской рожей перепугал всех моих работников, так он ещё и покупателей встречает таким взглядом, что они отойдя от первого шока, подобострастно кланяются и стараются побыстрее убраться из его поля зрения.

Ближе к вечеру, он ушел, но радовалась я рано. Ночью он прилетел и снова оккупировал мой двор, а на следующий день я чуть не упала в обморок, когда спустилась в лавку и снова увидела его. Но сегодня император выглядел, как ему и положено, аккуратно и ослепительно. В белоснежном мундире с аккуратной косой и гладко выбритым лицо. Эта сволочь снова расположилась на диване, но сегодня он не бросал на окружающих убийственных взглядов. Он был собран и холоден, как и положено императору, перед ним на низком столике лежали какие-то документы, писчие принадлежности, а в лавке топтались все его вельможи. Этот гад решил тут устроить себе кабинет! И так продолжается уже неделю. Толпа зевак на улице с каждым днём становится все больше, но внутрь лавки зайти никто не может, оцепление из стражи не пускает, только слуги и вельможи носятся туда-сюда, как угорелые.

Вчера я не стала открывать лавку, так этот гад приказал разбить полевой лагерь. У дверей поставили огромный шатер, а стражи на улице стало ещё больше. Я только и могла, что скрипеть зубами от бессильной ярости. Самое обидное, что говорить он со мной не пытался, если бы вздумал, я бы его послала куда подальше. Я выиграла пари, но ни извинений, ни подарков от него так и не дождалась.

Сегодня меня навестил папа, ему пришлось долго объясняться со стражей, которая стояла даже у двери моей квартиры, но в итоге его все же пропустили. Быстро открыв дверь, я вытащила его внутрь и снова активировала защиту. Лэйр Варел крепко меня обнял, а я не сдержалась и разревелась.

Он усадил меня на диван и прижал к себе, гладил по голове, пока я не успокоилась, а потом я выложила ему все, со всеми возмутительными подробностями. Выслушав, мои сбивчивые речи, перемежающиеся с гневными потрясаниями кулаками и новыми порциями слез, отец тяжко вздохнул и сказал:

– Дорогая моя, дракона любить очень непросто, приходится всю жизнь мириться с некоторыми особенностями этой древней расы, – я изумлённо уставилась на отца. Любить⁈ Да я его ненавижу! Готова голыми руками разорвать! Отец только хмыкнул, видя мое разъяренное лицо, – Я больше тридцати лет живу с драконом, и знаю о чем говорю. К тому же тебе гораздо тяжелее, чем мне. Ты сама дракон.

– Что ты имеешь в виду? – настороженно спросила я и шмыгнула носом.

– Все драконы ужасные собственники и эгоисты, твоя мать впадает в ярость, стоит какой-нибудь женщине просто посмотреть на меня, – довольным голосом сказал лэйр Варел, – Ты даже не представляешь сколько нервов она мне попортила, пока я за ней ухаживал. Знал бы я тогда, что она дракон, просто закинул бы на плечо и утащил в родовое поместье и не выпустил бы пока она не сдалась нашим общим чувствам. Мне до сих пор приходится ее каждый день завоёвывать, – сказал он с хитрой улыбкой.

Я насупившись обдумывала услышанное и не верила. Нинириет? Нежная и хрупкая, ласковая Нинириет? Да быть не может. Она же никогда даже голос на отца не повышала, не говоря уже о детях.

– Зачем ты мне все это говоришь?

– Затем, чтобы ты задумалась чего ты хочешь на самом деле. Сейчас в тебе горит обида на императора, за его действия, но с девушками-драконами нежные ухаживания просто бессмысленны. Посмотрела бы ты на него, если бы он приходил с визитами, дарил подарки и томно вздыхал, держа тебя за руку?

Я представила императора в роли такого ухажера и поморщилась. Образ получился настолько ему чуждый, что даже смешно стало. Во время нашего знакомства, во всех трёх реальностях, он постоянно пытался меня прогнуть. Бесил, выводил из себя, раздражал. И влюбилась я в него именно такого, невозможно упрямого, наглого и бесячего до зубовного скрежета.

А чего я сейчас хочу, собственно? Этот вопрос поставил меня в тупик. Неделю назад я хотела выиграть пари и утереть ему нос. Потом я была зла и мечтала, чтобы он исчез и оставил меня в покое, хотя если быть совсем честной, где-то глубоко сидело очень странное чувство, которое воспринимало настырность дракона с обморочным восторгом, но я старалась не обращать на него внимания, потому что, опять же, была зла и обижена.

Я подперла ладонью подбородок и пыталась разобраться в комке противоречивых чувств, но выходило из рук вон плохо. Хочу я чтобы он отстал от меня и забыл? Хочу, но… И вот это «но» бесило больше всего. И тут мне вдруг пришла в голову интересная мысль: «А чего он добивается?». Не для того же он мне осаду устроил, чтобы просто позлить. С того дня, как я бежала из его замка он не предпринимает больше никаких действий, чтобы принудить меня быть его любовницей. Даже не разговаривает со мной, просто мозолит глаза. Так что же он хочет показать этим молчаливым демаршем?

– Ты хочешь сказать, что он за мной так ухаживал⁈ – возмущённо вскрикнула я, когда до меня дошел весь смысл фразы.

– Определенно, а ты очень ярко отвечала на его ухаживания, – рассмеялся отец, – знаешь, как говориться, хочешь поймать дракона, наступи ему на хвост. А ты императору хвост знатно оттоптала.

Я сидела поражённая до глубины души. Нет. Это неправда. Я не… Что «Я не?..». С тихим стоном я спрятала лицо в ладонях.

– А сейчас? Он тоже за мной ухаживает? – глухо спросила я.

– О, нет. Сейчас он уже охраняет свое, – громко засмеялся отец и потрепал меня по волосам, – И если не хочешь до конца жизни сидеть взаперти, поговори с ним, а то вся империя на ушах стоит от ваших брачных игрищ. Ты видела последний выпуск «Императорского свитка»? – Я помотала головой, – Посмотри, думаю впечатлишься.

Сказав это, лэйр Варел достал из внутреннего кармана своего камзола сложенный листок бумаги и положил на стол. Обещав передать привет маме и бабушке, обнял меня на прощание и удалился. Закрыв за отцом дверь, я нервно походила по комнате, с опаской посматривая на бумажный квадратик. Заварила себе чай. Выпила чашечку. Руки дрожали, а меня одолевал безотчетный страх. Любопытство все же победило и я, схватив газету, решительно развернула ее.

По мере того, как я читала мои брови лезли все выше, а глаза становились все больше. Дочитав последние слова, я смяла листок в кулаке и прошипела:

«Убью гада!».

Император на всю империю сообщил о нашем с ним пари. Публично заявил, что я это пари выиграла, признал себя побежденным и рассказал, что я получила от него в подарок. У меня заломило зубы, так сильно я их стискивала. Потому что в подарок за победу я получила сердце, одного несносного дракона, вместе со всем его имуществом и сокровищами и как только я соизволю принять эти щедрые дары, меня без промедления потащат под венец.

Я посмотрела на гору писем, которые ежедневно забирала из лавки и складывала на комод, не читая. Взяв первое попавшееся, прочитала первую строчку и отбросила его, будто это не письмо, а ядовитая змея. Остальные даже открывать не стала, подозревая, что содержание у них такое же, как у первого. Восторженные поздравления со скорым браком. Остаток дня я провела, бегая по квартире, проклиная дракона и его твердолобость. Он даже не соизволил поговорить со мной. Объясниться. Все решил сам, за моей спиной.

А сейчас стою в темноте и подглядываю за драконом, который вздыхает, лёжа у меня во дворе. Мне хочется спуститься и треснуть его хорошенечко, а потом поцеловать крепко-крепко, а потом ещё раз треснуть и высказать все, что я о нем думаю. Я теперь поняла, чего он ждёт. Моего ответа. Но вопроса не было, так что и отвечать я не спешу. Душу грызет обида, что он просто ждёт и ничего не делает. Я действительно дракон. Глупый и влюбленный. Я хочу, чтобы он меня завоевал, а не валялся внизу и вздыхал так печально. Может окно приоткрыть и защиту снять? Нет, это будет слишком очевидной капитуляцией, мы же птицы гордые.

Отпустила штору. Никуда я не пойду. Когда он меня склонял к любовной связи он был более настойчив, значит не так уж я ему и нужна. В душе снова подняла голову обида. Как я устала от этих эмоциональных качелей. Кинув шаль на кресло, зажгла лампу, разделась, побросав вещи как попало, и в чем мать родила пошла в ванную.