Текст книги "Академия тайных даров. Преданная смерти (СИ)"

Автор книги: Дана Данберг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

Глава 21

Ночью происходило что-то странное, не в том плане, что выли упыри или любые другие сущности, нет. Но кто-то бегал, что-то кричал, и это было по меньшей мере подозрительно. Проблема была в том, что это все происходило не с моей стороны и довольно далеко от нашего корпуса. Мне кажется, где-то в районе ворот.

Я даже вышла в гостиную посмотреть, потому что там окна выходили на другую сторону, но кроме рысью пробежавшей парочки охранников, которых я заметила в темноте мельком, я больше никого не увидела.

Шум и беготня закончились через полчаса, и в кампусе опять стало тихо. Никого не будили, прятаться не заставляли. Да и магией, вроде бы, никто не пользовался, по крайней мере, в боевых целях. Хотя тут бы я не поручилась на сто процентов, потому что все же окна в другую сторону выходят, а техники могут быть видимыми, но не особо слышимыми.

Девочки так и вовсе не проснулись, а меня Лиска разбудила, поднявшая писк посреди ночи. Если честно, я чуть было удар от испуга не получила, потому что подумала, что ко мне в комнату кто-то проник. Потом, когда поняла, что в нашем общежитии и около него все спокойно, я подумала, что можно было бы ласку отпустить посмотреть, что там происходит.

Идея была интересная, но в итоге я все же не решилась. Вдруг это не просто шум, а отвлечение внимания? Вдруг этого никто больше кроме меня не слышит, как было с упырями?

Я сейчас отпущу Лиску проверить, а сама останусь без системы предупреждения и дополнительной защиты? Нет, спасибо. Я лучше так посижу. Был тут правда и еще один аргумент в пользу того, чтобы животина осталась дома. Как мне кажется, шумели у ворот, но до них больше двухсот метров, а значит я не смогу контролировать свое умертвие на таком расстоянии.

Утро началось обычно, но я даже удивилась, когда меня о ночном происшествии спросила Алина. Оказывается, она тоже что-то слышала сквозь сон, но вставать и смотреть не стала. То есть это не менталист развлекался и пытался меня выманить, это было все на самом деле.

– Может, сходим посмотрим? – спросила соседка. Только не Алина, а Зои, чем меня очень удивила.

– Зачем?

– Не знаю, – та пожала плечами. – Интересно же.

– Ну… – я сначала хотела отказаться, но тут взвыла моя новая черта – подозрительность. Я еще раз посмотрела на соседку, и мне опять показалось странным ее выражение лица. Что-то было в ней не то, но я никак не могла понять, что именно. Это не было что-то угрожающее, просто что-то странное. – Ну давайте сходим. Алина?

– Да, я с вами. Мне тоже интересно.

Мы втроем пошли к воротам. Но мы были не одни, тут еще некоторые парни ошивались, как я понимаю, из первого общежития. Из второго не должны были слышать, что происходило у ворот – слишком далеко, у нас-то не так чтобы громко было, а они намного дальше. Тем не менее, народ тонкими ручейками стекался к воротам – всем было интересно.

Чем ближе мы подходили к забору, тем больше видели странностей. Нет, тут не было следов разрушений или боев, но был сильно помят и кое-где даже выдернут газон, затоптаны несколько клумб, поломаны кусты. Будто здесь реально кто-то бегал и быстро, не обращая внимания на мелкие детали ландшафта.

– Здесь кровь, – остановилась рядом с каким-то кустом наша магичка крови.

– Ну, может, кто-то поцарапался? – резонно предположила Зои.

– Нет, тут повсюду кровь, – покачала головой Алина. Она указала на газон: – Тут и тут, и вот там.

– И что это значит? – нахмурилась я. – Я не вижу следов битвы.

– Думаю, сюда принесли несколько раненых. Кровь разная, – девушка прикрыла глаза, постояла несколько секунд.

– Четверых, – сбоку подошел какой-то парень, может на курс или два старше.

– Да, ты прав, четверых. Маг крови?

– Да, второй курс, – ответил парень, представился, и они стали говорить с Алиной на каком-то тарабарском языке, сыпя непонятными терминами из магии крови и перемежая их чуть более понятными медицинскими.

– Ничего не поняла, – честно ответила я.

– Я тебе потом объясню, – ответила соседка, не сводя взгляда с парня. Так, кажется, мы ее теряем.

Не то чтобы я против, главное, чтобы на Маркуса никто глаз не положил. Но Алина старается держаться от менталиста подальше после их первого знакомства, а на Зои он сам не посмотрит – не тот уровень. Остается надеяться, что он обратил на меня внимание не только потому, что тут других девушек его круга почти нет. И хотя, может, несколько штук и наберется, но это из преподавателей или сотрудников. А они, зачастую, постарше его, иногда, намного. К тому же не все, далеко не все, хотят встречаться или даже просто общаться с менталистом. Это у меня иммунитет, точнее щит, а остальным в его присутствии может быть некомфортно, хотя он и не эмпат и не считывает эмоции постоянно, но все равно, где-то грызет червячок сомнения: а сейчас читает или нет?

Так что, соперниц у меня немного, что меня однозначно радует, а то я не привыкла просто так отступать. Не та у меня школа. Да и мама меня получше любого упыря сожрет, если узнает, что я такого перспективного парня кому-то просто так отдала.

Конечно, сейчас странно об этом думать. Но я посмотрела на явно заинтересованную в маге крови Алину, и вот подумала почему-то о Маркусе. Надо бы нам все же выбраться в город и устроить небольшое импровизированное свидание. Он меня не приглашал, конечно, но так мы не будем это называть свиданием, назовем просто ужином. Только непонятно, как нам безопасно отсюда выбраться, чтобы на лесной дороги нас обоих просто разом не прибили?

Так, если отвлечься от милого щебетания Алины и ее нового знакомого, то помимо следов крови у ворот было мало интересного. Следов боев действительно не наблюдалось, а наблюдалось серьезное усиление охраны. И это касалось не только непосредственно охранников, тут присутствовали и четыре тройки студентов, явно не просто так ошивающихся, а следящих за порядком.

Здесь, в этой Академии, студенты обычно не дежурили, но иногда, когда требовалась помощь, их все же привлекали к общественно полезным занятиям.

Я пригляделась к одной из троек и узнала одного из парней – это был Теренс де Нидвес. К нему-то я и направилась. Не охрану же с сотрудниками расспрашивать! Они ведь, даже если спрошу, не ответят.

– Привет, – я остановилась перед парнем. Его коллеги с других факультетов, судя по шарфам, посмотрели на меня, потом на своего напарника и деликатно отошли на пару шагов.

– Привет, ты как? Я слышал, бойкот прекратили?

– Все хорошо, спасибо. Ты можешь сказать, что тут произошло? Я ночью слышала какое-то копошение, на нас кто-то напал?

– На нас? Нет, не напал, – парень пожал плечами. – Вообще, тут тайны нет, все равно уже сплетни поползли. Ты знаешь, что армейские подразделения и жандармерия ходят в горы искать беглецов из тюрем, а также просто беглых преступников, которых еще не судили?

– Не знаю, но предполагаю. У нас в горах хоть тюрем нет, но тоже полно всяких криминальных личностей.

– Ну так вот, отряд поисковиков, жандармы и военные, столкнулись с какой-то сильной бандой в горах. Да настолько сильной, что отряду из двух десятков человек пришлось отступить.

– Есть раненые? – полувопросительно спросила я, хотя и так знала ответ на этот вопрос.

– Не только раненые, но и погибшие. Вот они и запросили у нас помощи, потому что никого другого вокруг и нет.

– А поселок?

– Ну а смысл? – вклинился один из парней, судя по шарфу, теневик. Отойти-то они отошли, но все равно уши грели. Вдруг мы что-то личное и интересное обсуждать начнем? – В поселке есть один очень слабый целитель – уж можешь мне поверить, – он неосознанно дотронулся до шрама на виске, – два жандарма без способностей. Это деревня. Чем они могут помочь?

– Ну да, логично вообще-то… – задумчиво откликнулась я. – И что, много раненых?

Парни переглянулись, пожали плечами.

– Мы точно не знаем, охранники с нами особо информацией не делятся, но вроде, человек семь или восемь. И двое погибли.

– М-да уж, ничего себе! Дела…

– Выход и выезд, кстати, ректор приказал временно закрыть. А то банда эта где-то неподалеку бродит. Они опасаются, что на студентов может тоже напасть, – сказал Теренс.

– Ну вообще, логично. Правда, жаль, я хотела съездить в город.

– Да что в этой деревне делать? – фыркнул маг крови.

– Не, я хотела в большой город.

– Это который в сотне миль? А ты не мелочишься!

– Хочется в нормальный ресторан и чего-нибудь сладкого. У меня все запасы уже кончились, – пожала плечами я. В свои планы, я, разумеется, первых встречных посвящать не собиралась.

– Девушки, – пожал плечами теневик и переглянулся с магом крови.

– Эй!

– Не обижайся, просто только вы, дамы, можете проехать сотню миль ради пирожных.

– Ну-у-у… – хмыкнула я. – Цель вполне достойная, вы просто ничего не понимаете.

Мы посмеялись над шуткой – я хотела немного разрядить тягостную обстановку. Витало что-то в воздухе такое неприятное.

– Ладно, спасибо за информацию, ребята. Пойду что ли на завтрак, а то уже мало времени осталось.

Я распрощались на дружеской ноте с этой троицей, оказавшейся нормальными парнями. По крайней мере, никто из них ни словом, ни взглядом меня задеть не пытался. Ярких отрицательных эмоций они тоже не испытывали. Тревожились, да, но это не связано со мной.

Что же касается инцидента, то тут все было не так уж и просто, как мне кажется. Да, стычки армейских с криминалом в горах случаются. Даже у нас бывает, хотя у нас вообще-то более цивильные места. Вроде бы дело обычное.

И все же что-то не давало мне покоя!

История с нападением банды на армейских продолжения пока не получила, я только знала, что кто-то лечится в медблоке и вроде бы должны еще прислать людей, чтобы устроить облаву. Однако, сама по себе эта информация меня натолкнула на интересную мысль, и я написала Маркусу, что хочу вечером с ним встретиться.

На этот раз встретились мы не на нашем месте, потому что оно было уже порядком засвечено. Мы же там сидели уже три раза, так что любой мог за нами проследить, да и видели нас пару раз, пусть не там, но на пути туда.

Когда я бродила по холмам в поисках упырей, я видела не так уж далеко от общежитий поваленное дерево, на котором можно с удобством посидеть. Было оно не на дороге, а прямо в самых зарослях, так что можно с уверенностью сказать, что там никто ходить не будет.

С Маркусом мы встретились опять после ужина, потому что у нас все же напряженный график учебы, чтобы еще вместо отдыха и обеда куда-то идти и что-то обсуждать, а так удобно. Правда, уже темнело, но так даже лучше. На этот раз я сама взяла все для пикника, потому что идти надо было вверх от моего общежития, соответственно, мне было удобнее.

– Ты слышала, что сегодня произошло? – спросил парень, когда мы углубились в лесок на холме. Я его попросила сканировать, чтобы нас никто не заметил и не пошел следом, но он ответил, что все чисто.

– Слышала, я еще утром ходила к воротам, узнавать. У меня ночью было слышно какую-то возню, я даже проснулась.

– У меня нет – далеко слишком. Я только за завтраком слухи узнал и то обрывочно.

– Ну, там облава была на криминальные элементы, а они оказались не робкого десятка – все просто, в общем-то. Я, кстати, как раз по этому поводу хотела с тобой поговорить.

– По этому? Ничего не понимаю, – нахмурился Маркус. – Я про это только сегодня сам узнал.

– Нет… Неправильно выразилась. Ладно, давай доберемся до места, там поговорим.

Дальше мы шагали молча. Под сенью деревьев тени сгущались, быстро становилось темно, но нас это не слишком беспокоило, маги мы, в конце концов, или нет? Поэтому не составило труда найти этот ствол, организовать там небольшой пикник и только после этого мы приступили к разговору.

– Я что подумала, Маркус… – я откусила пирожок, на секунду замолчала, пережевывая. – Что если я мельком видела тоже что-то криминальное по дороге? Я же не помню, что точно, но мне кажется, что что-то там было.

– Ты думаешь, это связано как-то с той бандой, но внутри Академии? Это возможно, конечно, что кто-то у кого-то на подхвате, и не факт, кстати, что бандиты у студентов, может, и наоборот.

– Сейчас рано об этом делать выводы, хотя такие мысли у меня действительно были. Я хотела поговорить о другом.

– О чем же?

– Ты – менталист, ты мог бы как-то ввести меня в ментальный транс, и мы бы с тобой вместе прошлись по моей дороге до Академии?

Маркус задумался на некоторое время, я ему не мешала.

– Транс, говоришь?

– Да, ты не можешь на меня воздействовать напрямую из-за щита, но это непрямое воздействие, по сути.

– Ментальные транс – это сложно, Диана. Кроме того, я не уверен, что у меня получится из-за щита. Не знаю точно, может ли он помешать, но такая вероятность существует.

– Значит, думаешь, что плохая идея?

– Да нет, идея-то как раз хорошая. В целом, это с твоего разрешения законно. Если щит не повлияет, может даже получиться. Тут в другом проблема: теоретически я это изучал, но практически никогда не делал – как-то не было необходимости. Я не отказываюсь, просто не уверен…

– Я не вижу другого выхода, Маркус, – мягко сказала я. – Мне надо понять, из-за чего все случилось. Возможно, если менталист так всполошился, там будет неслабый компромат.

– Ты права, – вздохнула тот. – Давай попробуем. Ты когда хочешь?

– А ты думаешь, я тебя сюда зачем привела? Тут место уединенное, нам никто не помешает.

– Я не смогу контролировать окружающую обстановку, пока ты находишься в трансе – нужно другое место.

– Для этого у нас есть Лиска, – я улыбнулась и позвала свое чудовище.

Ласка запрыгнула мне на руку и уставилась в глаза. Я ей транслировала четкий приказ, охранять и контролировать, если любое существо больше по размерам, чем она сама, пересечет стометровую зону, она должна сообщить мне.

Нет, тут, конечно, могут быть зайцы или собаки, но, если честно, я их не видела. А все, что по размеру больше, может представлять угрозу, и не важно, волк ли это, умертвие или человек.

– Все, готово. Что нужно делать?

– Расслабься. Не нервничай, постарайся выбросить все мысли из головы, будто хочешь лечь поспать.

– На бревне это как-то не очень удобно, – пробурчала я.

– О том и речь.

– У нас нет другого места, Маркус. В твоей общаге – вообще не вариант, в моей… Алина до сих пор тебя не любит, а насчет Зои у меня вообще в последнее время серьезные подозрения.

– Насчет чего?

– Не знаю, но ведет она себя странно. Плюс, менталисту ее подчинить легче легкого, – пожала плечами я. – Ладно, не будем отвлекаться, приступим. Расслабиться, значит?

– Я сказал расслабиться, а не напрячься, пытаясь расслабиться, – усмехнулся менталист.

– Ха-ха, как смешно!

– Не обижайся, Диана, просто попробуй сесть спокойно и ни о чем не думать, выбросить все мысли из головы. Хорошо. А теперь открой глаза и следи за огоньками.

Над ладонью парня вспыхнули пять огоньков, которые начали мерно пульсировать и неспешно двигаться по кругу.

Я действительно постаралась сделать так, как он говорит, расслабиться, хотя сидеть было не очень удобно, выбросить все из головы, хотя я должна была контролировать Лиску в любом случае. Что-то даже начало получаться через несколько минут. Очень помогали огни, они будто завораживали, манили, гипнотизировали. Транс – это не гипноз, конечно, но нам для нашей задумки нужен именно первый, чтобы исключить ложные воспоминания при втором. А то были случаи, когда людей гипнотизировали, а они, насмотревшись синематографа потом рассказывали, как их похищали вурдалаки. Которых, к слову, уже лет тысячу не существует.

Нам нужна была достоверность, потому что вряд ли меня преследовали из-за чего-то мнимого.

Маркусу все же удалось ввести меня в состояние, близкое к трансу, может, не очень глубокому, но что-то вроде бы стало получаться. В итоге, я действительно по шагам, по минутам начала вспоминать дорогу. Вслух не проговаривала, чтобы не отвлекаться.

Вот я выезжаю из последнего населенного пункта и сворачиваю в лес. Дорога настолько плохая, что мне нужно сосредоточиться, смотреть только вперед, крепко держать руль, потому что его дергает из стороны в сторону, и если я его не удержу, то улечу с дороги. Вот я еду с какого-то небольшого холма, не попадаю в колею и мобиль немного заносит, мне с трудом удается его удержать. Руки трясутся от напряжения, когда я въезжаю в очередной перелесок.

Тут дорога еще хуже, к тому же она начинает петлять. Я всерьез думаю остановиться, чтобы перевести дух, но останавливаться негде, потому что из-за очередного поворота мой мобиль могут не увидеть и просто врезаться, к тому же я боюсь увязнуть, поэтому даже не снижаю скорости.

Плавно вхожу в очередной поворот, который открывает вид на каньон внизу. Я бросаю туда взгляд, боясь не справиться с управлением и улететь вниз, и вижу, боковым зрением, как группа каких-то людей вешает двух бедолаг на дереве. Руки продолжают трястись, глаза до боли впиваются в дорогу, машину опять слегка заносит, но мне уже недалеко осталось, может, мили три – еще немного и доеду. Только эта мысль вселяет радость.

Стоп. Что?!

– Маркус, Маркус, – я схватила парня за руку, – я вспомнила!

Теперь уже руки у меня тряслись не только в воспоминаниях.

– Что ты вспомнила? – нахмурился парень, гася огоньки.

– Когда я ехала, я видела краем глаза, как группа каких-то людей вешает двоих на дереве.

– В смысле вешает?

– В смысле, на веревке за шею! – вспыхнула я, поражаясь его непонятливости. – Они убили их, понимаешь?!

– Что за люди?

– Да откуда ж я знаю? Было слишком далеко. Я даже не уверена, сколько было бандитов. Вроде пятеро, может, шестеро.

– Насколько ты была далеко?

– Ну, может, метрах в двухстах. Там поворот есть, где какие-то кусты обломанные, видимо, кто-то улетел-таки вниз с дороги. Оттуда как раз в прогал видно долину внизу.

– А, знаю, – кивнул Маркус. – Туда съехал парень из параллельной группы, хорошо хоть только мобиль разбил.

– Так вот, я вроде бы видела, как их вешают, но подробности… – я развела руки в стороны.

– Ладно, – менталист задумался, потом опять зажег свои огоньки. – Давай-ка еще раз. Погрузись именно в это воспоминание, попробуй вспомнить подробности. А то пока на причину не тянет. Ты была далеко и ничего, по сути, не видела. Ну вешали какие-то бандиты других бандитов – что с того?

– Это если предположить, что бандиты вешали бандитов. Но тут есть масса других вариантов, – ответила я и уставилась на огоньки вновь. Теперь расслабиться и погрузиться в транс стало еще сложнее.

Глава 22

С помощью повторного транса я вспомнила подробности, те детали, которых не заметила сразу, но все же которые удалось мельком, но разглядеть. И вот как раз эти детали в корне меняли все, потому что бандиты вешали не абы кого, а двоих дознавателей в форме. То есть это даже не те, что по горам бегают и вылавливают всякую криминальную шушеру, потому что они не в черной парадной форме тут скачут, а в обычной, маскировочной, чтобы их за милю из кустов не было видно.

Этих же людей, выходит, где-то похитили и сюда привезли. А потом повесили… Ладно, только мне кажется это странным?

Маркус все же думает, что я ошиблась и это были просто каких-то два человека в темной одежде. И я даже была бы с ним согласна, если бы не один момент. Я, вообще-то, должна была подумать об этом раньше, тем более что способ это энергозатратный, неприятный, но для меня совершенно не новый.

Так что, когда я пришла домой после нашего с менталистом разговора, я заперлась в комнате, схватила в охапку Лиску и погрузилась в ее мысли, выискивая момент поездки. Помнила она, конечно, не все, все же объем памяти у нее не такой большой, однако, тут была важная деталь: ласка ненавидела ездить в мобиле в клетке, надолго это запоминала и долго мне припоминала. А еще, из-за большого количества вещей, клетка стояла довольно высоко над сидением, поэтому живность всю дорогу пялилась в окно.

Конечно, была вероятность, что именно этот момент дороги она забыла, пропустила, отвлеклась. В конце концов, она могла смотреть в другую сторону, но я как раз надеялась, что движение в низине привлечет ее внимание. Так и оказалось.

И сейчас я смотрела все эти несколько секунд, что мы проезжали прогалину в кустах, глазами ласки, у которой зрение намного острее человеческого. Насчет настоящих ласок ничего сказать не могу, но умертвие видело дальше и четче меня – факт.

Вот тогда-то я и рассмотрела черные пиджаки специального подразделения жандармского корпуса, которое занимается дознанием. Даже их форменные портупеи были на месте, только оружия я не увидела. К сожалению, даже возможности Лиски не позволяли мне детально рассмотреть лица как дознавателей, так и бандитов. Кстати, последних было шестеро.

Я вынырнула из сознания умертвия, отправила ее сторожить дверь, а сама задумалась. Было во всей этой ситуации что-то странное, гротескное. Как будто какая-то деталь не давала мне покоя, но я никак не могла ухватить мысль за хвост.

Но если размышлять логически, ведь очень странно получается… В жандармский корпус берут всех, и одаренных, и нет, представителей разных рас в том числе. Но в дознаватели принимают только одаренных – это я точно знаю. Откуда? А потому что дядя Лизы раньше, до того как стать главным жандармом нашего домена, служил дознавателем, но получил магическую травму и был вынужден уйти. Даже такой опытный человек не смог остаться!

Дознавателями работали только одаренные. Точка.

А вот теперь внимание, вопрос: чего же эти одаренные не смогли справиться с горсткой бандитов-то? Нет, я вполне допускаю, что они были закованы в антимагический металл, но все же у дознавателей должны быть методы борьбы даже в таких условиях.

Я взяла артефакт связи, взвесила его в руках, раздумывая, кому звонить.

– Мама? – через несколько секунд аппарат нас соединил, и я услышала далекий раздраженный голос. – Можешь говорить?

– Минуту подожди, я выйду.

Пока я ждала, что мама откуда-то там выйдет, я собиралась с мыслями. Что сказать, как спросить?

– Да, слушаю. Что случилось, дочь?

– Мама, скажи, есть ли ритуалы или какие-то обряды, в которых фигурирует повешение? – так ничего и не придумав, напрямик спросила я.

– В смысле, повешение?

– В смысле, за шею, – передразнила я. Да чего они такие все непонятливые, что Маркус, что мама?! Как еще можно трактовать это слово?

– Не умничай, дочь, – фыркнула та. – Я имею в виду, чем вешали, веревкой или цепью? Или, может, еще чем?

– Вроде бы веревкой, а что?

– А то, что от метода и оборудование может зависеть цель ритуала.

– То есть, такие есть?

– Да полно! А что?

Тут я рассказала маме вкратце, что я видела, не забыв упомянуть про транс и последующий допрос Лиски.

– Ты бы поаккуратнее с трансом была! – мама хихикнула. – А то менталисты – ребята ушлые…

– Мама!

– Ладно, ладно, дочь. Дело, я тебе хочу сказать, серьезное.

– Да не то слово! Только я не понимаю, что теперь делать?

– Тебе пока делать вид, что ты ничего не знаешь. И этого своего Маркуса предупреди.

– Он не мой.

– Это только пока, как я понимаю?

– Мама!

– Пф!.. В общем, я лучше с нашим лордом Гивеем поговорю, у него должны остаться связи у дознавателей, хоть его и выперли. Может, он узнает, пропал кто-то или нет.

– Не уверена, что это не бессмысленно. С подтверждением пропасть могут те, кто не на заданиях. А те, кто на заданиях, в отъезде, о них могут не сразу и узнать.

– Да, но они были в форме, как ты говоришь, – не согласилась мама. – Так что шанс есть.

– Ты хочешь ввести его в курс дела?

– Думаю, это лишним не будет. К тому же, он сможет что-то посоветовать.

– Что посоветовать, мам? По идее, тут надо организовать королевскую комиссию для проверки Академии, в которой обязательно должны быть менталисты. Это точно не уровень жандарма домена и даже не князя Греатриша, иначе Маркус бы уже попросил отца помочь.

– В чем-то ты права, конечно. Тем не менее, лорда Гивея на всякий случай лучше поставить в известность.

– Как знаешь, – махнула я рукой. – Лучше скажи, для каких ритуалов используют повешение на веревке?

– Навскидку могу сказать только про темные ритуалы. А, кстати!.. – вскричала мама и замолчала.

– Что?

– Есть такой темный ритуал, когда человека доводят практически до смерти, его душа покидает тело, а ее место занимает теневой двойник, то есть сущность из темного мира.

– Так… И для этого вешать обязательно?

– Это один из вариантов, потому что нужно, чтобы жизнь уходила по капле. А повешение – это далеко не быстрая смерть. Если не ошибаюсь, при том ритуале нельзя повреждать тело снаружи, иначе темная сущность может его не принять.

– То есть, ты хочешь сказать, что после ритуала в дознавателей вселяется эта сущность, они идут дальше работать и никто не подозревает, что это уже не те люди? Мам, как это вообще возможно? Как сущности могут копировать поведение людей, они же неразумны?

– Ну во-первых, они не совсем тупые, их не обязательно контролировать постоянно. А во-вторых, менталист тебе на что? Ему их надо только направлять.

– Ты в этом уверена? – усомнилась я. Нет, если это правда, тогда масштаб проблемы даже сложно предположить, ведь неизвестно, сколько из находящихся здесь, в Академии, людей тоже не совсем люди.

– Не уверена. Проверю эту информацию. Но учти, для проведения этого ритуала нужна спайка из сильного менталиста и сильного мага тьмы.

– Это может быть один человек?

– Не знаю, но честно говоря очень в этом сомневаюсь. Слишком уж ему много всего надо контролировать во время ритуала и после.

– Мам, постарайся узнать об этом все, что можешь, ладно? В крайнем случае, папу спроси, у него должны быть знакомые маги тьмы и менталисты.

– Отец опять в отъезде, у нас одну из шахт затопило. Никто не погиб – людей успели эвакуировать, но сейчас папа и Ален разбираются в причинах и можно ли все восстановить.

– Понятно. Тогда действительно поговори с лордом Гивеем, мам, может он что-то здравое подскажет.

На этом мы с мамой попрощались. Мне нужно было многое обдумать, но главное я все же вычленила из всех маминых предположений. Если мама права и это тот самый ритуал, а он ведь хорошо ложится и в то, что я видела, и в канву всей ситуации в целом, то значит, что я мельком видела и менталиста, и мага тьмы, если это вообще разные люди.

Видеть-то видела, только опознать я их не могу, потому что не разглядела лиц. Но они-то думают, что могу, и в этом главная причина, почему меня преследуют. Не из-за каких-то повешенных, а потому, что менталист думает, что я могу его опознать. И из-за расстояния и моей силы он мне задурить голову не может. И я такая, возможно, вообще единственная, потому что наверняка свое родное личико он тем бандитам не показал.

Надо выяснить, как они выглядят, но как? Попробовать еще помучать Лиску? Может, другой ракурс был или она здесь узнает кого-то, кого уже видела, но не совсем разглядела? Да и самой нужно искать более-менее похожих людей, хоть по общим чертам. Но опять же, я даже не уверена, что менталист в Академии не дурит всем голову насчет внешности. Хотя это очень затратно по магии, конечно, так что вряд ли.

Я задумчиво посмотрела на ласку, животина что-то заподозрила и даже попятилась. Ну что поделать, надо попробовать все рассмотреть еще раз.

Через полчаса я вернулась из разрозненных воспоминаний Лиски и опять посмотрела на артефакт связи. Было еще не поздно, до отбоя час, а знание жгло, не давало просто подождать до завтрашнего дня.

– Маркус, привет! – защебетала я и добавила в голос чуть плаксивости. – Ты меня прости за эту ссору. Я так скучала! Очень хочу с тобой увидеться и извиниться лично.

Актриса погорелого театра, ага. Только я помнила его предостережение, что чем ближе второй абонент артефакта, тем проще его прослушать. А учитывая то, что общежитие парня в полумиле отсюда, любой, даже самый слабый менталист его прослушает с легкостью.

– Давай встретимся на нашем месте? Там, где поссорились, – намекнула я именно на последнее место.

– Сейчас? – видимо, не отойдя от шока, сдавленно спросил тот.

– Пожалуйста! Мне так плохо из-за того, что я тебе наговорила! Мне так стыдно, – я всхлипнула.

– Ну… Хорошо, через пятнадцать минут буду на месте, только не плачь, прошу тебя, – кажется, он все-таки догадался и включился в игру.

Как же хорошо, что на расстоянии менталист мог подслушать, но не мог залезть в голову. А то вышел бы небольшой казус, потому что я никакого расстройства или раскаяния сейчас не чувствовала. Веселья, впрочем, тоже. Не до того сейчас.

Я начала собираться. Маркусу, конечно, идти дальше, только он-то темный, для него ночь – дом родной. Все темные видят неплохо в темноте. Я тоже видела, но не так уж хорошо, запросто могу чего-то не заметить и ногу подвернуть, например. Так что я вышла из общежития, оглянулась, пытаясь понять, есть ли кто-то поблизости, а потом пошла в сторону склона холма, где мы встречались раньше.

Поскольку мы с Лиской так и не заметили слежки, а маневр этот я выполнила именно для того, чтобы проверить, то я просто с тропы свернула в лес и решила идти по нему. Да, так сложнее двигаться, но и засечь движение по лесу проще. Если следящий не маг тьмы, конечно.

Я вообще не знала, подслушивал меня кто-то или нет, но лишняя страховка не повредит. Так что пока я ходила кругами, Маркус уже успел прийти и сейчас сидел на том поваленном дереве в лесу.

– Ты откуда это? – парень сразу заметил, что я подошла с другой стороны.

– Пыталась понять, следят ли за мой, запутывала следы.

– Все так серьезно?

– Серьезно, Маркус. Я залезла в память своей ласки и еще раз пересмотрела то, что видела. Это точно были дознаватели – у зверюги зрение лучше моего и намного. А потом пообщалась с одним человеком, который мне подсказал, что это может быть.

– Ритуал вселения? – тут же спросил тот.

– А ты откуда?..

– Я же из семьи темных, помнишь? Пусть и получил дар менталиста, но основное направление магии моего рода – тьма. Я в детстве кучу книг прочитал на эту тему, а сегодня, когда мы расстались, я стал думать и кое-что вспомнил. Потом позвонил отцу и проконсультировался.

– Я не знаю подробностей, моя мама не темная, но она просто кладезь бесполезной информации, которую где-то слышала.

– Не такой уж бесполезной, выходит.

– Ты сказал отцу, что у нас тут происходит?

– Сказал. Он попытается аккуратно навести справки. Если действовать нахрапом, нас могут убить или взять в заложники. Пока-то нас по-настоящему убить не пытались – так, пугали больше.

– Согласна. Так что с ритуалом?

– На самом деле, когда ты сказала, что видела, мне в этой картине показалось что-то странным. Если предположить, что это были дознаватели, а ты это сейчас подтвердила, то почему они не сопротивлялись?