Текст книги "Берегись, наследница!"
Автор книги: Чарлин Сэндс
Жанр:
Короткие любовные романы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Мэк наблюдал, как Джейн снимает с него брюки. Через минуту она осторожно взглянула на него, бережно прижимая брюки к груди.
– Хотелось бы мне раздеть тебя, – тихо признался он.
Джейн улыбнулась почти незаметным движением губ. Бросив брюки на пол, она, не раздумывая, стянула себя маечку.
Мэк шумно вздохнул.
– Ого, – пробормотал он, глядя на поблескивающее в лунном свете ожерелье, примостившееся в ложбинке между грудей. Джейн всегда носила подаренные им украшения.
Теперь она, нагнувшись, стояла перед ним.
– Можешь раздеть меня.
Мэк потянулся к ее спине, чтобы расстегнуть застежки, и вот белый хлопковый бюстгальтер скользнул между его ладоней. Показались ее груди, пышные и упругие. Мэк застонал:
– Джейн, ты сводишь меня с ума.
– Я не нарочно, Мэк. – Она наклонилась, чтобы поцеловать его, но Мэк схватил ее за талию, увлек за собой в постель и усадил себе на бедра.
Их губы тут же встретились, скрепляя их судьбы долгим, горячим, влажным поцелуем, который все длился и длился. Охваченные лихорадкой, они боролись и игриво поддразнивали друг друга. Мэк обеими руками гладил белокурые волосы Джейн, слыша издаваемые ею тихие, нежные стоны, говорившие о ее страсти, которую она, не смущаясь, дарила ему.
Наконец, Джейн потихоньку отстранилась, дыша, как и он, с трудом.
– Тебе, наверное, больно, – сказала она.
Мэк покачал головой.
– Если ты уйдешь, будет еще больнее.
Джейн улеглась обратно, и Мэк понял, что никогда в своей жизни не чувствовал ничего прекраснее. Он снова страстно поцеловал ее, затем взял за талию и с легкостью поднял повыше, так, чтобы дотронуться кончиком языка до соска.
– Ох, Мэк! – простонала Джейн, когда Мэк, сложив ладони чашей, взял ее грудь и заскользил языком по розовому бугорку.
Джейн снова протяжно, удовлетворенно застонала, и это почти довело его до предела.
– Я хочу соединиться с тобой, Джейн, – хриплым от желания голосом прошептал Мэк.
Он потянулся к ее джинсам и стал неумело расстегивать молнию. Джейн помогла ему, но Мэк чуть снова не растерялся, когда Джейн выскользнула из штанов. Она помогла ему снять боксерские трусы, затем, изгибаясь, вылезла из своих трусиков.
Принимая его в себя, Джейн зажмурилась, приоткрыла свои влажные губы и запрокинула голову. Мэк никогда в жизни не видел ничего более прекрасного, его окатила волна глубоких, ярких ощущений, когда он видел эту сексуальную, таинственную женщину. Их тела двигались в унисон, Джейн издавала короткие гортанные вздохи, Мэк двигался все быстрее, и толчки становились все более интенсивными.
Он потянулся вверх и стал ласкать ее грудь, касаясь большими пальцами ее набухших сосков, пока она, задыхаясь, не прошептала его имя. Пристальный взгляд на лицо Джейн, качавшейся на волнах страсти, принес ему новую порцию блаженства. Вверх-вниз, быстрее, сильнее. Мэк взял Джейн за обе руки, переплетая ее пальцы со своими, всевозможными способами соединяя их.
– Ох, Мэк…
Он почувствовал, как она вздрогнула. Ее невнятные стоны и мольбы, то, как она, задыхаясь, произносила его имя, – все это вознесло его на вершину блаженства…
Мэк лежал, с трудом дыша, поверх него – Джейн.
Они молча смотрели друг другу в глаза.
Шло время, и ни один из них не проронил ни слова.
Затем на лице у Джейн появилось выражение легкого удивления. Мэк почувствовал то же самое. Наконец он растянул губы в кривой улыбке. Джейн улыбнулась ему в ответ.
Он страстно поцеловал ее.
– Этого стоило столько ждать.
Джейн соскользнула вниз, улеглась рядом с ним, обвив его шею руками.
– Ммм… Не думаю, что я когда-нибудь… ммм… – пробормотала она.
Мэк приподнял голову и пристально посмотрел на нее.
– Когда-нибудь?
Джейн застенчиво улыбнулась ему.
– Нет, не так. Я имела в виду, что мне, наверное, никогда ни с кем не было так хорошо.
Он глубоко вдохнул.
– Ты же этого не знаешь наверняка.
– Почти уверена, что знаю, Мэк.
В этом он ей поверил. Мэк поверил, что женщина не может забыть такие вещи. Мэк напомнил себе, что к Джейн в любой момент может вернуться память, но было уже поздно оберегать свое сердце от нее. Он больше не мог мыслить рационально, когда дело касалось Джейн. Ни о чем. Особенно после этой ночи.
Впервые в жизни Мэк решил поверить в то, что обстоятельства могут сложиться в его пользу. На этот раз он рискнет.
Ведь Джейн этого стоит.
На сковородке, шипя, поджаривался бекон, варились яйца, и Джейн, все еще охваченная трепетом, выглядывала в окно; все ее тело как будто пело при воспоминании о прошедшей ночи. Несколько минут назад она оставила Мэка, чтобы он как следует отдохнул, что было просто необходимо ему; когда она уходила, его дыхание было глубоким и ровным. К счастью, его ранения оказались не слишком опасными. Более всего Джейн радовалась ощущению расцветающей в ней любви. Ее всю наполняли глубокие, свежие чувства, а в сердце поселилась жажда счастья.
Но при этом она сильно опасалась, что проснувшись Мэк скажет ей: все, что произошло сегодня ночью, было ошибкой. Если это случится, ее сердце не вынесет такого удара.
Как только эта мысль пришла ей на ум, Мэк подошел сзади, обхватил Джейн руками за талию и притянул к себе. Она откинулась назад, положив голову ему под подбородок.
– Доброе утро, – сказал он, теплыми, соблазнительными губами касаясь мочки ее уха.
– Ой, Мэк, – тихо ответила Джейн, радуясь тому, что он снова обнимает ее. – Утро очень доброе, правда?
– Самое лучшее, – негромко отозвался он, пробегая пальцами вверх и вниз по ее бокам, даря ей нежную, чувственную ласку.
Сковородка потрескивала, и по кухне разлился аромат бекона, напоминающий о завтраке, которым она хотела угостить Мэка сегодня утром.
Она повернулась в его объятиях так, чтобы разглядеть его лицо. Синевато-лиловые участки стали заметнее при дневном свете, но его глаза с теплотой и нежностью смотрели на Джейн. Она потянулась, чтобы осторожно обвести пальцем синяк чуть повыше виска.
– Как ты сейчас? – спросила она.
– Вообще, ужас как хорошо, любимая.
– Правда? Я подумала, что после своего вчерашнего ранения ты наутро будешь вялым. Как твоя грудь? Могу я что-нибудь сделать?
Склонив голову, Мэк крепко поцеловал Джейн. Ей стало трудно внятно формулировать мысли, и она, чувствуя его поцелуй, забыла обо всем на свете.
– Этого как раз хватит, – произнес Мэк после поцелуя, отходя назад. Вздохнув, он почесал подбородок. – Сегодня утром мне не хватало тебя в постели.
– Я хотела приготовить тебе завтрак. Тебе надо как следует питаться, Мэк. Особенно после вчерашнего.
Он криво улыбнулся ей:
– Я, кажется, держался молодцом. Ты единственная, которая не захотела по второму разу…
– Мэк!.. – У Джейн отвисла челюсть. Ей не верилось, что он станет так открыто говорить о том, что произошло между ними. – Я имела в виду ту драку вчера вечером.
Мэк рассмеялся и обернулся, чтобы повернуть ручку конфорки.
– Идея мне нравится, но боюсь, что придется устроить это как-нибудь в другой раз. Я опаздываю в участок. Нужно подготовить отчет.
Джейн скрыла свою досаду. А она надеялась, что он не пойдет на работу.
– Ладно, – ответила она.
– С тобой… все хорошо? – спросил Мэк. – Я о вчерашнем.
Джейн и не думала притворяться: она знала, что он имеет в виду ночь, которую они провели вместе.
– Это было чудесно, Мэк.
– Точно, – отозвался он и опять вздохнул. – А ты сегодня в свой магазин?
Джейн кивнула.
– Вообще, я собиралась.
– Ты не могла бы отпроситься сегодня днем?
– Конечно. Мне нужно подъехать в участок?
Мэк покачал головой:
– Нет, я и сам собираюсь отпроситься. Есть… одно место, которое я хочу тебе показать. Поедешь со мной?
Правда ли, что солнце светит? Правда ли, что Париж – столица Франции?
– Конечно, с удовольствием.
– Здорово! Тогда я заберу тебя из магазина. А, да, еще надень что-нибудь удобное, без всяких изысков, и не надевай эти туфли. Там, куда мы едем, они превратятся в руины.
– И это все твое? – спросила Джейн, изумленно осматривая ограду из необожженного кирпича, окружающую красивое ранчо. Они были в двадцати милях от города, на зеленом склоне Столовой горы. Вдали виднелся пик Пайка, а еще Мэк показал ей удивительную горную гряду Целующихся Верблюдов.
– Почти двадцать акров мои, – ответил Мэк, и она не могла не заметить гордости, с которой он это произнес. – Когда я купил эту землю, тут были одни развалины.
– Давно ты ее купил? – спросила Джейн, все еще удивляясь этой новой стороне жизни Мэка.
– Почти восемь лет назад. Я в свободное время занимался благоустройством дома.
Восемь лет? Почти столько же лет назад он развелся. Джейн подумала, что после распада брака Мэку нужен был свой угол и эта работа по благоустройству дома была для него своего рода терапией.
– Здесь так мило.
Мэк засмеялся и повел ее дальше.
– Прежде чем говорить это, подожди, пока увидишь все поближе.
Он провел ее в дом, и огромное ранчо сразу стало уютным убежищем, едва Джейн переступила порог.
– Тут надо еще поработать, но…
– Никаких «но», Мэк, – возразила Джейн, медленно прогуливаясь по дому, осматривая камин, деревянные ребристые потолки, очаровательную гостиную и широкие эркеры с видом на прерию. – Это необыкновенно красиво!
Мэк улыбнулся.
– Я рад, что тебе понравилось. Некоторым дом кажется… грубоватым, слишком деревенским. А это и есть деревенский дом.
– Мне он очень нравится. Когда ты находишь время выбираться сюда?
– По выходным, когда не на работе. Когда у меня отпуск. Это не настолько далеко, чтобы не заезжать сюда по вечерам, а то Дюк и Дейзи Мэй могут соскучиться.
Джейн удивленно вскинула брови.
– Это мои лошади. То есть Дюк мой, а Дейзи Мэй я купил для Лиззи. Она иногда тоже приезжает и катается со мной верхом. Если мне не удается сюда выбраться, я прошу Энджи, дочь моего соседа, покормить лошадок. Она прекрасно ладит с ними. Я надеялся, что ты захочешь покататься сегодня. Умеешь?
Несколько секунд Джейн размышляла.
– Не думаю. Но очень хочу научиться.
Мэк улыбнулся, и Джейн, вся во власти нахлынувших на нее эмоций, подошла к нему.
– Я так рада, что ты привез меня сюда. У тебя очень милый дом, и я хочу отправиться с тобой на большую прогулку верхом. – Обвив его шею руками, она опустила его голову до уровня своей. Вопреки ожиданиям Мэка, Джейн вместо поцелуя тихо прошептала около его губ: – Прогулку, которая закончится в твоей спальне, Мэк. Как ты думаешь, лошадки могут подождать?
Мэк все крепче прижимал ее к своему мускулистому телу. Их поцелуй был долгим, умопомрачительным, таким, что у Джейн захватило дух.
– Мы дадим им за это еще морковки, – предложил Мэк.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Джейн погладила гриву лошади, жесткие волосы скользили под ладонями девушки.
– Привет, Дейзи Мэй. Ты же у нас красавица, правда?
В ответ кобыла уткнулась носом ей в шею, очевидно, довольная тем, что находится ранним вечером не в стойле, а на свежем воздухе.
– Осторожнее, – предупредил Мэк, – она смирная, но еще не знает тебя.
– Думаю, мы подружимся, – улыбнулась Джейн.
На мгновение Мэк засмотрелся на нее, потом кивнул.
– Это гнедая скаковая лошадь. Она из рабочих лошадей, выращенных на Диком Западе, только гораздо спокойнее.
Джейн взглянула на вороного коня, который стоял рядом с Мэком и периодически легонько толкал его носом, прося внимания.
– А Дюк?
– Дюк – скаковой жеребец и замечательный парень. – Мэк погладил морду коня почти так же нежно и ласково, как всего час назад гладил Джейн. Несмотря на грубоватые замашки шерифа Мэка Риггса, Джейн не могла не признать, что в нем сокрыта неиссякаемая нежность.
Мэк оседлал обеих лошадей, попутно давая Джейн краткие инструкции:
– Залезай с левой стороны, держи поводья свободно, но натяни их так, чтобы Дейзи знала, что ты управляешь ею. – Он провел рукой по бедру Джейн, и одно это прикосновение заставило ее сердце отчаянно биться. – С помощью этой части тела ты будешь приподниматься в седле и дашь ей знать, в какую сторону хочешь повернуть. Лошади понимают язык тела, так что полагайся не только на поводья.
Джейн кивнула, молча глядя в его темные глаза.
– Кажется, я все поняла.
Мэк помог ей залезть на лошадь и вручил поводья.
– Не показывай Дейзи, что волнуешься. Будь уверенной в седле. Я буду рядом, Джейн, и не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
Джейн, наконец, смогла выдохнуть. Она знала только одно – она впервые в жизни верхом на лошади.
– Я верю тебе, Мэк.
Он поднял брови, и нечто властное блеснуло в его глазах.
– Хорошо, тогда – в путь.
Он оседлал Дюка, и Джейн поразило, насколько внушительно он смотрелся в седле; она представила его шерифом на Диком Западе, который готов повести отряд, чтобы победить врага и взять его в плен. Девушка тихонько засмеялась над своими мыслями, но ее веселье не ускользнуло от Мэка.
– Что такое?
Она покачала головой:
– Ничего. Просто ты очень органично смотришься здесь. Это место идет тебе.
Он нагнулся и быстро поцеловал ее; знакомая теплота его губ снова заставила сердце Джейн отчаянно биться.
– Поехали.
Мэк ехал впереди, и Дейзи, казалось, шла за Дюком без всякой помощи Джейн. Вскоре девушка даже забыла, что едет на лошади, и вместо этого наслаждалась пейзажем и с удовольствием слушала увлекательные рассказы Мэка об этом крае. Едва они успели объехать владения Мэка по периметру, за горную гряду начало садиться солнце.
Приехали затемно. Джейн настояла на том, чтобы помочь Мэку устроить лошадей на ночь. Дейзи Мэй не сопротивлялась неумелым рукам Джейн, когда та чистила ее щеткой с кожаной ручкой. Затем она очень осторожно протерла губкой глаза и ноздри Дейзи и окатила ее водой.
– Я поражен, – признался Мэк, когда они вошли в дом.
– Да? И чем?
– Лиззи ненавидит процесс чистки. Особенно расчесывать хвост Дейзи влажной щеткой.
Джейн рассмеялась:
– Я ее понимаю. Сзади стоять опасно.
Мэк тоже тихонько засмеялся и обнял Джейн, сцепив руки у нее за спиной и прижав ее к себе, как будто поймав в ловушку.
– Ты испачкалась, Джейн. Думаю, тебе нужно принять душ.
– Ты тоже грязный, Мэк. – Она повела носом. – Это не конским ли навозом от тебя пахнет?
– Здесь только один душ. – В его глазах блеснул огонек.
– Это то, что надо.
Они уже разделись к тому времени, как добрались до ванной. Мэк залез в ванну первым, чтобы проверить температуру воды и сделать нужную.
– Ну все, сюда можно безопасно залезать.
Джейн забралась внутрь, поняв, что большое, мускулистое тело Мэка занимает почти все пространство.
– Я бы с трудом назвала это безопасным, – сглотнув, сказала она и пристально посмотрела на него, подставляя тело струям воды.
Мэк не ответил. Вместо этого он взял кусок мыла и принялся намыливать Джейн, скользя руками по всему ее телу. Она чувствовала его мягкие, но в то же время чуть шершавые ладони на своей коже. Мэк властно касался каждого уголка ее тела.
Из душа лилась горячая вода, и в ванной образовалось столько пара, что запотели оконные стекла; но Джейн все-таки считала, что причина тому – облако их страсти. Закончив, Мэк вручил ей мыло, дав понять, что теперь ее очередь.
Джейн взяла мыло и намылила его могучую грудь, затем покрыла мыльной пеной его сильные бедра, нагнулась, чтобы сделать то же самое с икрами; поднявшись выше и взяв в руки набухшую и отвердевшую часть его тела, она вызвала у Мэка долгий стон…
С закрытыми глазами и отчаянно бьющимся сердцем, Джейн кружилась в водовороте ярких ощущений их гладких, скользких тел, жары и пара. Она принимала каждый порыв Мэка, забывая обо всем остальном, пока ее мозг не пронзила непрошеная тревожная мысль. Остановившись, она открыла глаза.
– Мэк, подожди.
Он остановился, его глаза потемнели от желания и расширились от любопытства.
– Что такое?
– Мы не предохраняемся, – сказала она, едва переводя дыхание.
На мгновение Мэк застыл в раздумье, затем пожал плечами.
– Ничего, – сказал он, и его быстрое решение красноречиво подсказало Джейн, что все произошедшее между ними уже вышло за рамки необременительного летнего романа. При этой мысли сердце Джейн воспарило, и она отбросила свои страхи. Неважно, что может предложить ей ее другая жизнь, теперь она знала – с этой поры в ее жизни должен быть Мэк.
– Правда? – спросила она, исключительно для верности.
Мэк покачал головой.
– Для меня это не проблема, и я хочу, чтобы ты это знала. Но ты права – обстоятельства могут оказаться сильнее нас. У тебя где-то есть другая жизнь, а моя работа – оберегать тебя.
Джейн притянула его к себе, их губы слились в долгом, страстном поцелуе.
– Спасибо тебе, Мэк.
Он подхватил ее на руки и отнес в спальню, стараясь защитить от всего, кроме единственной вещи, которой не мог управлять, – ее несомненной любви к нему. Они снова соединились друг с другом, довершив начатое, но горячее нетерпение теперь уступило место благоговейной заботе и трогательной нежности.
Мэк проснулся рано утром, Джейн спала в его объятиях. Он лежал, обвив ее руками, и думал, что есть в ней что-то, что он никогда не сможет забыть. Комнату наполнил солнечный свет, отражаясь в золотисто-медовых волосах девушки. Мэк крепче обнял Джейн, еще сильнее прижавшись к ней. Они провели эту ночь здесь, на ранчо. Еще ни одна женщина, кроме Лиззи, не бывала здесь, в его пристанище, его втором доме.
Он с улыбкой вспомнил Джейн на лошади, насмерть перепуганную, и потом – ее попытку почистить Дейзи Мэй. Она была счастлива научиться и с энтузиазмом бралась за дело. Мэк еще не встречал таких женщин, как Джейн Доу, таинственной леди с неизведанным прошлым.
Он глубоко вздохнул. Джейн повернулась в его объятиях и открыла свои прекрасные лавандовые глаза.
– Привет.
– Доброе утро, – ответил он, целуя ямочки в уголках ее губ. – Сегодня рабочий день, любовь моя. Мне надо ехать.
– М-м…
– Пойду поищу что-нибудь к завтраку. В кладовке должно быть немного хлопьев и сухого молока.
– Я не голодна, Мэк.
– Я тоже. – Мэк перевернулся на спину и лежал, глядя в потолок. И снова вздохнул, не в силах сдержать этого вздоха. Он должен был кое-что сказать Джейн, то, что ему следовало сказать ей вчера.
– Что случилось? – спросила девушка, поглаживая его поврежденную руку. – Мы с тобой вчера перестарались? У тебя болит грудь?
Она коснулась рукой его торса, бережно скользя пальцами вдоль ребер. Мэк накрыл ее руку своей.
– Нет, мне лучше, это просто ушибы.
– Что же тогда случилось? – Беспокойство звучало в ее голосе.
– Вчера я пошел на работу заполнить отчет, и выяснилось, что у нас есть новости по поводу твоего дела. В ходе следствия обнаружили восемь сапожников, которые делают на заказ туфли вроде твоих. Потребуется несколько дней, чтобы составить список их клиентов. Ведь это туфли, как ты знаешь, высокого качества и стоят от двух до трех тысяч долларов за пару.
Джейн села на постели и наклонилась вперед, прижав простыню к своей обнаженной груди. Она была так прекрасна с этой светящейся во взоре надеждой, что Мэк был не в силах отвести от нее глаз. И все-таки он переживал за Джейн, так, как ему еще ни разу в жизни не доводилось переживать. Как страж правопорядка он знал, что его долг – выяснить, кто она такая, и помочь ей вернуться к той жизни, которую она вела прежде. Но в то же время Мэк проклинал эти новости. Он уже начинал бояться того дня, когда будет установлена личность Джейн Доу.
– Хочешь сказать, что я вскоре смогу выяснить, кто я? Одно из имен в списке может быть моим?
Мэк кивнул, следя за ее реакцией. Она улыбнулась и медленно опустила голову на подушку, глаза ее блестели от предвкушения.
– Мне хочется узнать, как меня по-настоящему зовут, где я живу. Я столько всего хочу узнать! – Она взяла его руку и пожала ее. – Ты только подумай, Мэк. Через несколько дней я узнаю, кто я такая.
– Возможно. Я не хочу слишком рано обнадеживать тебя. Сначала надо выйти на что-то более конкретное, поэтому я и не сказал тебе этого сразу. А теперь… ну, я подумал, что мы с тобой должны посмотреть фактам в лицо.
Джейн откинула простыни и встала на колени.
– Каким фактам? – Она пристально смотрела ему в глаза, и Мэк не смог скрыть ни своей нерешительности, ни своей боли. Поэтому девушка быстро сказала: – Между нами ничего не изменится, Мэк. Это нельзя изменить.
Он откинул покрывало и встал с кровати.
– Джейн, это изменит все. И мы не можем притворяться, что это не так. – Подобрав свои вещи, он начал одеваться.
– Я ни в чем… не притворялась, – честно сказала Джейн, прежде чем встать и взять свою одежду.
Мэк подождал, пока она наденет трусики и кофточку.
– Я тоже не притворялся. Просто поживем – увидим, что будет. – Он обнял Джейн, успокаивая ее, но самого его одолевали сомнения. Во-первых, он был настолько глуп, что влюбился в нее. Черт возьми, он же старался, чтобы этого не произошло! Старался не замечать каждую милую черточку ее характера, соблазнительное очарование ее сексуального тела и эти большие лавандовые глаза, но с самого начала был неудачником, и теперь за это расплачиваются они вдвоем. Меньше всего он хотел сделать ей больно.
Джейн склонила голову ему на грудь. Мэк обнял ее крепче. На него снова нахлынула волна желания, но он отстранился, думая о том, как бы ему хотелось прижать Джейн к сердцу.
– Я никогда не думала, что мне будет больно, когда я узнаю все о себе.
– Не будет, Джейн. Обещаю тебе. Ты обрадуешься, узнав о себе.
Она подняла голову, и Мэк почувствовал на себе ее взгляд.
– Правда?
– Правда, – кивнул он.
– А ты?
– Я? – переспросил он, отводя глаза и стараясь не замечать ее проницательного взора. Мэку не хотелось, чтобы она видела его лицо в тот момент, когда он скажет самую большую в своей жизни ложь. – Я тоже буду рад, Джейн. Ведь мы вместе работали над этим все время. И сегодня нам нужно работать. Ты готова?
Джейн на прощание с грустью в глазах оглядела ранчо.
– Да, я готова. Поедем домой.
Эти слова крутились в голове у Мэка всю дорогу до Уинчестера. Он не мог предвидеть этого, не знал, как и где это случилось, но он начал думать о Джейн как о части его домашнего мира.
– Хочешь сказать, что ты переезжаешь? – крикнул Мэк Лиззи через всю комнату.
– Именно так я и сказала, Мэк. Я нашла жилье и уезжаю. Пора уже, братишка. Это не значит, что я не люблю тебя или не ценю того, что ты заботился обо мне все те годы, пока я была маленькая. Но теперь-то я не маленькая.
Джейн, оцепенев от ужаса, наблюдала за перепалкой. Она знала, что после приезда Лиззи что-то непременно изменится между братом и сестрой, но она не могла предвидеть такого поворота событий. Джейн не хотела вмешиваться, полагая, что ей не следовало бы присутствовать при этом разговоре, но ее об этом попросила Лиззи – постоять рядом в качестве моральной поддержки, когда она сообщит брату новость, – и Джейн не могла отказать ей в этом. Брат и сестра столько всего для нее сделали, и ей хотелось помочь Лиззи, хотелось увидеть ее счастливой.
– Черт, я знаю, что ты не маленькая. Но речь не об этом.
– Мэк, речь о том, чтобы я стала чуточку независимее и дала тебе необходимый простор.
Он широко развел руками:
– Дом достаточно просторный, и у меня столько личного пространства, сколько мне нужно.
– Тогда, может быть, ты понятия не имеешь, сколько пространства нужно мне, – тихо ответила Лиззи и взглянула на Джейн. Та кивком головы подбодрила ее. – Я нашла замечательный домик, всего в нескольких милях отсюда. Там действительно здорово, и я собираюсь привести там все в порядок.
Мэк уставился на сестру, потом на Джейн. С перекошенным от злости лицом он мерил шагами комнату, тяжело дыша и время от времени качая головой.
Джейн неприятно было видеть этот спор. Последние несколько дней с Мэком были восхитительными. Вернувшись домой после поездки на ранчо, они, как и всякая счастливая пара, окунулись в рутину домашних хлопот. Мэк уходил на работу, а Джейн коротала время в букинистическом магазине. Затем она приходила домой и стряпала ужин, после этого они тихо сидели во дворе, беседуя о самых обыденных вещах, пока не отправлялись в постель. Однако их интимную жизнь никак нельзя было назвать обыденной и однообразной: в один день их охватывала пылкая страсть, в другой – томная нежность.
Эти дни были омрачены только одним прискорбным обстоятельством: личность Джейн все еще оставалась загадкой. Следователи, включая самого Мэка, вышли на всех женщин, заказывавших обувь у тех восьми сапожников из списка. Каждая из них была допрошена, и все до одной подтвердили заказы…
– Черт побери! – вопль Мэка вернул Джейн к действительности, в голосе его звучали досада и раздражение. Он вскинул руки. – Может, Джейн поговорит с тобой и вразумит тебя.
Джейн подошла и положила руки ему на плечи.
– Может, это тебе стоит поговорить с Лиззи, Мэк? – мягко предложила она. – А то ты только и делаешь, что кричишь с тех пор, как она посвятила тебя в свои планы. Сядь и выслушай ее. – Джейн повернулась к Лиззи. – Вы оба выслушайте друг друга.
Мэк уже открыл было рот, чтобы ответить, но ему помешал стук в дверь. Он подошел и распахнул ее.
На пороге стоял помощник Лайл Броди.
– Доброе утро, шериф.
Мэк что-то проворчал, его лицо помрачнело.
– Броди, в чем дело? Сегодня, черт побери, воскресенье. На работе какие-то проблемы?
Лайл заглянул в комнату в надежде встретиться взглядом с Лиззи. Он улыбнулся, и Мэк оглянулся посмотреть на сестру, уверенный, что та улыбнется в ответ.
– Босс, я на самом деле пришел, чтобы увидеть Лиззи.
– Это не повод…
Лиззи вскочила и выскользнула за дверь, встав подле Лайла.
– Привет, Лайл.
– Лиззи, – поприветствовал ее помощник, – я так рад тебя видеть! У тебя сейчас есть время пройтись со мной?
Оглянувшись на брата, Лиззи ответила:
– С удовольствием.
Донельзя взвинченный, Мэк повернулся к Джейн. Когда влюбленные вышли на улицу, он с силой захлопнул за ними дверь.
– Что здесь происходит? – вскричал он.
Джейн взяла его за руку и повела к дивану.
– Сядь, – велела она.
Мэк бросил на нее свирепый взгляд, но Джейн уже хорошо знала этого человека. Она понимала, что под грубоватой оболочкой его натуры скрывается нежность, и отчасти за это так любила его. Встав на цыпочки, она поцеловала его в губы и слегка подтолкнула:
– Садись.
Мэк неохотно опустился на диван. Джейн, усевшись к нему на колени, обняла его.
– Все меняется, Мэк. И это нормально.
– Это не нормально.
– Лиззи не хочет причинить тебе боль. Не заставляй ее мучиться еще больше. Она очень тебя любит. Но настало время отпустить ее.
– Джейн, только не надо доводов типа «отпусти ее, если любишь».
Джейн засмеялась, и ее тихий смех снял напряжение ситуации.
– Ты так хорошо знаешь меня, Мэк.
Он даже не шелохнулся.
– И все-таки что ей с ним делать? – спросил Мэк.
– С Лайлом? Он ей нравится. Очень. И, очевидно, это взаимно. Лиззи нужно только твое одобрение. А в наше время это большая редкость.
Мэк, закрыв глаза, тяжело вздохнул.
– Он Лиззи не пара.
– Мэк, послушай меня. Я, кажется, поняла, почему ты настолько против того, чтобы Лиззи виделась с Лайлом.
Мэк поднял голову, но опустил глаза. Джейн знала, что ей придется действовать осторожно, прощупывая почву. Мэк очень гордый и не любит, чтобы кто-нибудь анализировал его мотивы.
– Я тебя слушаю, – отозвался он.
– За всю свою жизнь ты привык все контролировать. Когда Лиззи была маленькой, ты заботился о ней, будучи одновременно братом и отцом. Ты изо всех сил работал и сделал великолепную карьеру. Ты сильный, красивый и замечательный практически во всех отношениях.
– Я так не думаю, Джейн.
– Зато я думаю.
На его губах появилась пусть слабая, но все же улыбка.
– Правда?
– Правда, – кивнула Джейн.
– Пытаешься затащить меня в постель, детка? Ведь я, разумеется, очень даже ничего.
У Джейн неожиданно вырвался смешок.
– Согласна, но давай все-таки вернемся к нашей теме. Я думаю, работать с Лайлом в участке для тебя одно дело, но видеться с ним ты больше нигде не желаешь. Мэк, ты не хочешь, чтобы Лиззи встречалась с ним, потому что этот человек каждый раз напоминает тебе о единственном в твоей жизни провале. Я не хочу сказать, что развод – это твоя вина. Не думаю, что это было так, но Лайл Броди напоминает тебе о том, чего ты не мог предотвратить или исправить. Но против самого Лайла ты ничего не имеешь. Я даже думаю, что он тебе симпатичен.
Мэк молча сидел, глядя вдаль, и внимательно слушал ее маленький монолог.
– Я угадала? – спросила Джейн.
Он бережно поднял ее, пересадив со своих колен на диван, затем встал на ноги, повернувшись к ней лицом.
– Не знаю, Джейн, – ответил он. – Я подумаю об этом.
Джейн встала тоже, и ему в тот момент было достаточно ее ободряющей улыбки. Мэк не мог вспомнить, когда был так счастлив. Она обвила руками его шею, глядя на него открытым и честным взглядом.
– Мэк, все, что я сказала про тебя, – абсолютно верно. Ты удивительный человек.
Мэк был вынужден посмотреть правде в глаза: он без ума от Джейн. Она наполнила его жизнь доселе неведомой ему радостью. Пора уже подчиниться своему сердцу и признать, что Джейн так дорога ему.
– Джейн, я…
Резкий стук оборвал его признание. Мэк с глубоким вздохом поглядел на входную дверь.
– Должно быть, Лиззи, – сказал он, отбросив свое раздражение прочь. – Может быть, ее переезд – это не так уж и плохо. По крайней мере, в округе станет потише.
– Пойду на кухню, приготовлю кофе, – с улыбкой сказала Джейн, и Мэк догадался, что ей хочется дать ему возможность поговорить с сестрой наедине.
Мэк открыл дверь. Но, к его удивлению, на пороге вместо Лиззи стоял безупречно одетый мужчина с черными как смоль волосами, смотревший прямо в глаза шерифу.
– Шериф Риггс? – осведомился незнакомец. Мэк кивнул, чувствуя, как его душой овладевает необъяснимый ужас.
– Я пришел за Бриджит Эллиотт.