Текст книги "Пока хватит сил (ЛП)"

Автор книги: Бриттни Шахин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

Глава 25

Наталья

Это действительно мило. Учитывая тот факт, что Маурицио послал двух парней шпионить за Райаном, я была шокирована тем, что сегодня за ужином мне было так хорошо.

Мы расположились во внутреннем дворике, Маурицио сидел во главе стола на восемь человек, рассказывал о семейном бизнесе, а Райан вежливо кивал, как будто его это интересовало. Может быть, ему и правда было не все равно? Я не была уверена.

У его дяди были такие же густые темные волосы, как у Райана, но с серебром на висках. У обоих были одинаковые карие глаза. Ему было около пятидесяти, и он еще не женился. Судя по тому, что он говорил за ужином, он был слишком погружен в управление бизнесом, чтобы влюбиться.

Наверное, я ожидала увидеть в нем обходительного мудака или клишированного кинозлодея, но Маурицио был далек от Крестного отца или персонажа комиксов, которого я рисовала в своем воображении.

Съев несколько блюд, я каким-то образом все еще была полна сил и держалась вполне бодро, даже несмотря на смену времени. Может быть, дело в уютной обстановке?

Во внутреннем дворике было комфортно благодаря обогревателям, которые не давали нам замерзнуть. Мягкая музыка, звучащая из колонок, великолепные яркие цветы, итальянские фонари с зажженными свечами, гирлянды лампочек над головой и журчащий фонтан… в общем, идеальная декорация для инсценировки предложения.

На самом деле я получала удовольствие в основном из-за греховно красивого мужчины напротив меня. Льняные брюки цвета хаки и потрясающая бирюзово-зеленая льняная рубашка на пуговицах, которую я заставила его купить, сидели на нем идеально, подчеркивая некоторые из его лучших черт. Несколько верхних пуговиц были расстегнуты так, как мне нравилось: достаточно, чтобы намекнуть на силу и мощь его груди, но не настолько, чтобы казаться слишком расслабленным и непринужденным в данной обстановке. И мне хотелось запустить руки в его сексуальные волосы, пока он будет целовать меня до помутнения рассудка.

Я не могла не отвлечься от рассказов его дяди о семейном бизнесе, когда мой взгляд был прикован к Райану, особенно к его сильным, напряженным предплечьям, открытым моему взгляду благодаря закатанным до локтя рукавам. Ммм… Это. Прямо здесь. Это мой фетиш. Порно с руками.

Вместо часов Apple с черным ремешком, которые он носил обычно, он выбрал более дорогие часы и каждые несколько минут проверял время, как будто ему нужно было куда-то идти. А может, он нервничал, ожидая, когда придет время опуститься на одно колено?

Я сделала небольшой глоток вина, в горле пересохло при мысли о том, что Райан сделает предложение, и оно будет фальшивым. Мне придется как-то пережить это. Вероятно, позже мне понадобится второй душ. Неприятное напряжение между ног так и не спало, даже после того как я поиграла с собой в душе перед ужином.

Райан как будто прочитал мои грязные мысли, его понимающие карие глаза впились в меня, прожигая меня насквозь. Ага, твои глаза. Тоже мой фетиш. Этот задумчивый взгляд и дьявольская улыбка. Да помогут мне небеса.

Райан отпил вина, не сводя с меня взгляда, медленно поднеся бокал ко рту, его язык скользнул между губами, когда он сделал глоток. Он знал, что делает. И я не пропустила напоминание о том, как он удовлетворил меня прошлой ночью.

Я неловко сдвинулась на мягком кресле и попыталась найти в себе силу воли, чтобы не вспыхнуть на глазах у его дяди, сидевшего всего в двух пустых креслах от меня.

Конечно, последние два часа мы исполняли этот маленький танец под мелодию флирта. Искушали друг друга. Дразнили. Как-то так, чтобы наш контроль не срывался. Пока.

Это была прелюдия без прикосновений, и это сводило меня с ума.

Когда он вышел из ванной перед ужином, только полотенце обнимало его бедра чуть выше сексуальной V-образной линии, а волосы были растрепанными и мокрыми, я решила немного отомстить.

Я попросила его застегнуть молнию на моем платье, прекрасно зная, что молния начинается у края моих трусиков. Пока он медленно застегивал молнию, я оглянулась через плечо, а он наклонился и почти поцеловал меня.

Мурашки побежали по позвоночнику при воспоминаниях о спальне. Учитывая, что он по-прежнему смотрел на меня так, словно мысленно раздевал, я поняла, что одному из нас придется спать на полу, если мы действительно собираемся ночевать сегодня в одной комнате и не наброситься друг на друга.

Я наклонила голову в сторону Маурицио, напоминая Райану, чтобы он снова сосредоточился на том, что его дядя говорит о бизнесе, но он проигнорировал мой намек. Я увидела, как напряженно сжимаются мышцы его челюсти под щетиной, пока он изучает меня.

– Лаура сказала, что тебе нельзя больше ударяться головой. Что случилось? – резкая смена темы разговора Маурицио с деловой на личную наконец привлекла наше внимание, положив конец нашему эротическому поединку взглядов.

– Моя мать? – Райан откинулся в кресле, с подозрением глядя на дядю. – Ты говорил с ней? Когда?

Маурицио, который был похож на Джорджа Клуни, побарабанил пальцами по столу возле своего бокала с вином. – Мы разговариваем раз в месяц. Я проверяю, как она. Все ли в порядке и не нуждается ли она в деньгах.

Глаза Райана опустились на его бокал, и он сделал большой глоток, обдумывая эту информацию, явно удивленный ею.

– Я предложил Лауре деньги после смерти родителей, и, как и ты, она отказалась. Но она попросила кое-что другое. Поддерживать связь. И с тех пор мы регулярно общаемся.

– Даже не знаю, что сказать, – ответил Райан, в голосе которого звучало скорее сожаление, чем горечь.

– Должен признать, я хотел бы, чтобы мы сделали это раньше. Твоя мама верила, что мы поладим. Наверное, я слишком боялся снова обратиться к тебе после того, как ты в последний раз сказал мне, чтобы я не лез в твою жизнь, как я не лез в жизнь Данте, – поделился Маурицио, приложив руку к груди, словно напоминание о потере брата причиняло боль его сердцу.

– Я был зол. Молод. – Райан наконец снова посмотрел на него. – Ты мог бы приложить усилия. Но, наверное, и я мог бы.

Маурицио расстегнул пуговицы своего серого пиджака и нахмурился.

– Мне жаль, что я не поверил твоим намерениям в отношении Натальи. Посылать моих людей шпионить за вами было, пожалуй, чересчур.

– Думаешь? – Райан поставил свой пустой бокал на стол чуть сильнее, чем нужно.

– Мне нужно кое-что объяснить, Райан. – Карие глаза Маурицио на мгновение переместились в мою сторону, а затем вернулись к Райану. Теперь казалось, что он нервничает. – Когда Данте познакомился с твоей матерью во время ее учебы здесь, ему было всего девятнадцать. Столько же было и тебе, когда ты ушел на флот.

– И мне было столько же, когда он умер, – отмахнулся Райан от неприятного напоминания и уставился в пустой бокал.

Брови Маурицио снова нахмурились.

– У меня много сожалений, но одно из самых больших – я винил твоего отца за то, что он уехал отсюда. Выбрал Лауру вместо семьи. Оставил меня, когда мне было всего двенадцать, когда он был для меня больше отцом, чем наш собственный. Я чувствовал себя брошенным. – Он поднес руку к груди и дважды легонько постучал кулаком, словно заново запуская его, проверяя, забьется ли оно снова.

И, о, Боже, неужели дядя дал Райану повод провести параллели между ним и Энтони?

– Тогда я не понял, что твой отец не бросил меня. Наша семья бросила его. Выбросила его на обочину, как говорится, из-за той, кого он полюбил. Это была не его вина. И я думаю, что возненавидел его еще больше, когда он умер. Снова бросил меня, теперь уже навсегда, так и не дав мне возможности все исправить.

Мне захотелось потянуться к Райану и сжать его руку. Мне было нелегко сидеть и слушать исповедь его дяди. Я даже представить себе не могла, какую боль это должно было причинить Райану.

– Мне действительно жаль, что мы делаем это только сейчас. Преломляем хлеб вместе. – Он говорил искренне, но поверит ли ему Райан? – Энтони был единственным, кто за все эти годы старался навещать меня здесь, но причиной всегда были деньги. – Разочарование в его тоне соответствовало грустному взгляду его глаз.

Эти слова привлекли внимание Райана. Он снова посмотрел на дядю, глаза прищурились, челюсть сжалась. Я провела ладонями по шали, наброшенной на мои плечи, от того, что этот разговор вызвал мурашки по коже, и от того, в каком направлении он, кажется, собирался развиваться.

– Энтони предложил жениться ради наследства, хотя знал, что технически это твои деньги, – сказал Маурицио, и у меня сжался живот. Я могла смириться с этой новостью, но меня беспокоило, как это воспримет Райан.

– Он сделал мне предложение, чтобы попытаться получить десять миллионов долларов? – спросила я, опередив Маурицио. Когда я взглянула на Райана, его челюсть была напряжена до предела, и я почти ожидала, что ручки кресла, за которые он держался, разлетятся в щепки.

– Я не понимал, зачем хоккеисту нужны деньги, но он сказал, что не все профессионалы зарабатывают кучу денег. И поскольку ты постоянно отказывался, а я знал, что Лаура всегда беспокоилась о будущем Энтони после хоккея, я согласился.

– Этот … сын… – Райан оттолкнулся от стола, вероятно, опустив слово «сука», поскольку технически это относилось бы к его матери, а не потому, что он просто был слишком зол, чтобы произнести это. – Так вот почему Энтони так разозлился на меня после того, как я уличил его в измене и потребовал признаться? – Райан встал с такой силой, что тяжелый стул покачнулся и упал назад. – Вот почему он злился на меня? Потому что он потерял деньги? – он оттолкнулся от стола и обогнул упавший стул.

– Я не думал, что ты об этом знаешь, и, похоже, я был прав. – Маурицио произнес несколько слов на непонятном мне итальянском языке, а я поспешила к Райану.

Стоя позади него, я обхватила его мускулистые руки, надеясь, что мое присутствие и прикосновение успокоят его.

– Когда он спросил меня, сможет ли он получить деньги, если женится на ком-то другом, – начал Маурицио, подняв ладони к небу, – я уже передумал. Сказал ему, что ты единственный, кто может получить доступ к ним, и чтобы он больше никогда не беспокоил меня по поводу денег.

Я попросила Райана повернуться ко мне лицом, но он не сдвинулся с места. Я знала, что теперь он еще больше сомневается в текущей ситуации с Энтони и в том, насколько все это правда.

– Теперь ты понимаешь мои опасения, когда позвонил мне и попросил денег. Я должен был убедиться, что ты серьезен. Я боялся, что твой брат подговорил тебя на это, ведь ты впервые в жизни обратился ко мне за помощью. – Ножки его кресла заскрипели по брусчатке, когда Маурицио встал и повернулся к нам лицом. – Глядя на вас двоих вместе, можно уверенно сказать, что в вашей любви нет ничего фальшивого. Это очевидно.

Райан опустил руки и повернулся в сторону, заставив меня отпустить его.

– Я знаю, что это может быть неуместным в свете новостей, но если ты хочешь сделать то, ради чего приехал сюда, то я предлагаю тебе приступить. Мне, правда, завтра рано утром нужно успеть на самолет. Но, возможно, вы сможете вернуться и навестить меня еще раз? Или я могу приехать к вам? У нас есть время, чтобы наверстать упущенное, если ты, конечно, не против.

Я отступила от Райана, натолкнувшись на стол, пытаясь осознать, как быстро все происходит.

Моя шаль упала на пол, и я нервно встряхнула руками, ожидая, когда Райан повернется ко мне лицом, и не зная, что он собирается делать в свете этой новой информации.

Он имел полное право злиться и ненавидеть Энтони за то, что тот использовал меня, чтобы получить деньги, а теперь поставил Райана в то же самое положение, чтобы снова использовать меня для получения денег.

Я также знала, что Райан не станет рисковать и признавать то, что Энтони лжет. Он все еще был его братом, и, если бы существовал хотя бы маленький шанс, что Энтони нужна помощь, он бы помог.

Он не мог провести остаток жизни в сожалениях, как Маурицио, и я не позволила бы ему этого сделать.

Я потянулась к руке Райана и легонько потянула.

– Ты хочешь меня о чем-то спросить? – прошептала я, напоминая ему о том, что он должен сделать, и давая понять, что я не возражаю.

Маурицио был прав. В нас не было ничего фальшивого. Энтони был единственной фальшивкой в моей жизни. Ни в нем, ни в наших отношениях не было ничего настоящего. И я ненавидела себя только за то, что позволила себе оказаться в таком положении.

Но я была человеком и могла ошибаться. Я не позволю этому чувству вины помешать мне быть с мужчиной, с которым я должна была быть с самого начала.

Райан медленно повернулся, и я отпустила его руку. На короткое мгновение он посмотрел на своего дядю, его челюсть сжалась, а затем он сфокусировался на мне.

Его взгляд опустел, когда он сунул руки в карман брюк, вероятно, в поисках самодельного кольца, которое я сделала из своей сережки-обруча.

Глубоко вздохнув, он потянулся к моей руке и переплел наши пальцы. Когда он медленно опустился на одно колено, я увидела, как его злость на брата отошла на второй план, и он стал героем, которым всегда был и, как я знала, всегда будет.

Держа кольцо в другой руке, он поднял его, и наши глаза встретились. Его дыхание участилось, пока он спокойно изучал меня, и я поднесла руку к груди, мое сердце бешено колотилось, несмотря на то что знала, что все это обман.

Как только он закрыл глаза и покачал головой, я поняла, что предложения не последует.

– Мне очень жаль. Я не сделаю того, что он сделал с тобой. Я не могу, – прохрипел он, смежив веки. – Я найду другой способ спасти его, если он действительно в этом нуждается. Даже если он этого не заслуживает.

– Встань, сынок, – сказал Маурицио на удивление ровным голосом. Я сжала руку Райана, когда он встал и положил серьгу-кольцо обратно в карман. – Я должен был догадаться, что тебе не нужны деньги. Ты так похож на своего отца. – Он вздохнул. – Сколько нужно твоему брату и почему?

Райан отпустил мою руку и провел ладонью по линии челюсти.

– Ростовщики. Люди типа «заплати или умри». Ну, если Энтони говорит правду. Он сделал паузу. – Он должен девятьсот пятьдесят тысяч.

Маурицио покачал головой.

– Почему я не удивлен?

– Мне жаль, что я солгал тебе. – Плечи Райана опустились, но его глаза неотрывно смотрели на дядю. Боже, как же хотелось протянуть руку и обнять этого парня.

– Ты благородный человек. Как и Данте. – Его губы сжались, и он слегка кивнул. – Утром деньги будут у тебя.

Глава 26

Наталья

– Я так сожалению. О стольких вещах. – Райан закрыл дверь спальни и прижал к ней обе ладони. Его широкая спина выгнулась, мышцы напряглись под рубашкой, когда он склонил голову между ладонями.

– Ты не должен передо мной извиняться. – Я потянулась к его плечу, надеясь, что он повернется ко мне лицом, но его руки превратились в кулаки, упершиеся в дверь. – Этот ужин был непростым для тебя по многим причинам.

При воспоминании об этом по коже пробежали мурашки, и я рассеянно попыталась поправить шаль, забыв, что оставила ее на улице. Я обняла себя и потерла плечи ладонями, пытаясь прогнать озноб.

– Думаю, все было бы проще, если бы Маурицио оказался таким засранцем, каким я его представлял себе все эти годы, – наконец повернулся, и я отступила назад, чтобы дать ему место. – А потом я узнал, что моя мама регулярно с ним разговаривает… это было просто вишенкой на торте. То, что она не посчитала возможным поделиться этим со мной, – отстой. Наверное, она боялась, что я разозлюсь или что-то в этом роде.

– Мне жаль, – прошептала я.

– Независимо от того, лжет Энтони об опасности, в которой он сейчас находится, или нет, то, что он сделал с тобой, непростительно. – Он наклонил голову, изучая меня, как будто во мне был ответ на вопрос, который он еще не задал. – Я не знаю, как жить дальше.

Я подошла к нему, совершенно не зная, что сказать. С одной стороны, Энтони был готов жениться на мне за десять миллионов долларов, и с тем, что меня использовали подобным образом, было трудно смириться. Но, с другой стороны, я никогда не любила его, поэтому мне не было больно.

Нет, больнее всего мне было видеть, как эта новость повлияла на Райана. Боль, которую он испытывал из-за этого предательства, была тем, что подействовало на меня.

– Я хочу, чтобы ты простил его. – И я говорила серьезно. – Думаю, он найдет еще больше способов встать между нами, если ты этого не сделаешь. – Я схватилась за его рубашку и потянула, умоляя выслушать. – Не упрямься. – Он твой брат, и если ты позволишь тому, что он сделал со мной, разрушить ваши отношения, то я уверена, что в конечном итоге это разрушит и наши. Может быть, еще до того, как все начнется. – И эта мысль пугала меня до смерти.

– Да пошел он, – сказал он, его голос был пустым. И все же его глаза блестели от испытываемых эмоций.

Я покачала головой и крепче вцепилась в его рубашку, притягивая к себе. Я чувствовала, как напряжение и ярость скапливаются внутри его мощной, мускулистой фигуры.

Руки Райана не двигались, но я знала его. Знала, чего он хочет. Прикоснуться ко мне. Обнять меня. Но он слишком боялся этого из-за своего гнева.

– Я больше не позволю ему встать между нами. – На этот раз его голос прозвучал так низко, что у меня зашевелились волосы на руках. – С меня хватит.

Я поджала губы, подыскивая нужные слова, хотя на самом деле у меня их не было. Потому что я не знала, что думать или говорить.

На прошлой неделе я боялась, что потеряю свой ресторан. Теперь я боялась, что потеряю свое сердце.

Оно билось только для одного человека, и в тот момент во дворе я поняла, что без него оно больше никогда не будет биться.

– Посмотри, что произошло между Маурицио и твоим отцом. – Мои плечи опустились. – Ты же не хочешь всю жизнь сожалеть, как твой дядя. Ты спасешь своего брата, потому что ты такой. Ты не бросишь семью.

– Спасти ему жизнь – это одно. Простить его – другое. – Он осторожно убрал мою руку со своей рубашки, заставив меня отпустить ее.

Его дыхание все еще было тяжелым и напряженным, но темный взгляд в его глазах превратился в нечто иное. Вместо гнева в них появилась…

Похоть.

Желание.

Потребность?

Он наклонил голову, его рот сложился в жесткую линию, демонстрирующую борьбу с собой.

Он хотел меня сейчас. Не так ли?

Я повернулась, не в силах смотреть ему в глаза и не броситься в его объятия. Я хотела забыть о тяжелом грузе на наших плечах и освободиться от бремени. Пусть даже всего на одну ночь.

– Расстегни мне молнию, пожалуйста? – попросила, стоя к нему спиной и пряча дрожащие губы.

Я резко вдохнула, когда он передвинул мои волосы на грудь, его рука скользнула по моему плечу, посылая новые волны электричества по позвоночнику.

Он провел костяшками пальцев по моей разгоряченной коже вдоль позвоночника, и медленно опустил молнию до кромки моих трусиков.

Скользнул рукой по моему обнаженному плечу и перешел к ключицам, провел шершавой ладонью по горлу и прижал мое тело к своему.

– Что мы делаем? – мои веки затрепетали от прикосновения.

– То, что мы должны были сделать давным-давно. – Его горячее дыхание коснулось чувствительной кожи возле моего уха. – Единственная преграда на нашем пути – эта одежда.

Пока его рука все еще нежно сжимала мое горло в собственнической и чертовски сексуальной манере, я наклонила голову к плечу.

Его указательный палец коснулся моего подбородка, но его рука осталась на месте, когда я открыла глаза.

Его темный взгляд был прикован ко мне, и я не смогла устоять. Когда я предложила ему свои губы, он наклонился ко мне через плечо, чтобы поцеловать меня. Он провел губами по моим губам, а свободной рукой смахнул один рукав платья с моего плеча.

Платье соскользнуло на пол, оставив меня в одних трусиках и туфлях на каблуках. Встроенные бюстгальтеры – идеальный аксессуар.

Он оторвал свои губы от моих и скользнул рукой по моему горлу вверх к моему рту. Я закрыла глаза и поцеловала его ладонь, когда он провел ею по моей щеке, а затем снова вернул ее к горлу.

Почему его рука на моем горле так заводила? То, как он держал меня сейчас?

Я выгнула спину, когда он крепко притянул меня к себе, и прижалась задницей к его твердой длине, легкая ткань его льняных брюк была хлипким барьером между нами.

Я не знала, как мы перешли от обсуждения его брата к тому, что его рука скользнула под мои трусики, но мне было все равно. В этот момент были только мы. Все остальное могло подождать.

– Райан, – всхлипнула я, когда он коснулся ладонью моей мокрой киски под атласными трусиками, а его вторая рука сжимала мое горло.

Когда я открыла глаза, наши горячие взгляды столкнулись в отражении зеркала в полный рост. Это был один из самых эротичных моментов в моей жизни.

Я подняла руку, чтобы обхватить его за шею, прижимая его еще ближе к себе, пока он медленно ласкал меня самым провокационным образом. Моя полная грудь была выставлена напоказ, поднимаясь и опускаясь, когда я стонала от его прикосновений.

Его взгляд переместился на мои напряженные соски в зеркале, а его рука скользнула вниз от моего горла к груди.

– Ты такая красивая, Талия, – прорычал он мне в ухо, когда я прикоснулась к нему.

– Ты, – выдохнула я, решив, что он должен знать правду. – Именно из-за тебя я назвала свой ресторан «У Талии». Потому что всякий раз, когда ты называл меня так, я чувствовала себя в безопасности. Я не знаю, как описать то, что ты заставляешь меня чувствовать. Даже когда мы делали вид, что ненавидели друг друга, я просто…

Он пристально смотрел в мои глаза, его грудь касалась меня при каждом глубоком вдохе.

– Тебе не нужно это описывать. Я чувствую это. – Его палец замер на моем клиторе, каким-то образом усиливая интимность его слов. – Я возвел тебя на пьедестал много лет назад, и никто даже не приблизился к тебе. И никто никогда не сможет.

Моя грудь напряглась, интенсивность эмоций, которые мы оба испытывали, сильно действовала на меня, и когда он снова начал двигать пальцами, я держалась из последних сил, чтобы не кончить мгновенно.

Это было слишком быстро. Я хотела больше. Больше времени на ощущения, которые он вызывал во мне. Он так хорошо знал мое тело, хотя совсем недавно впервые прикоснулся ко мне. Он разжег во мне огонь, который бушевал и горел только для него.

– Займешься со мной любовью? – прошептала я, глядя на него в зеркало. Он кивнул в ответ, убирая руку с трусиков и освобождая мою грудь.

Я опустила руку, и он развернул меня, одновременно расстегивая пуговицы рубашки. Я стянула рубашку с его мощных плеч и спустила ее по рукам, желая насладиться его видом. Я ласкала твердые мышцы груди и проводила руками по рельефному прессу, но он не дал мне шанса снять ее полностью.

Он схватил меня за бедра, зажав мои руки между нами, и притянул меня к себе. Он страстно поцеловал меня, его язык переплелся с моим, а затем медленно провел губами по моему телу. Он остановился у моей груди, не спеша посасывая каждый сосок, превращая их зубами в твердые точки, а затем опустился на колени.

Он держал меня за бедра, глядя на меня снизу вверх, и я вздрогнула, когда он, не отрывая взгляда, медленно стянул с меня трусики.

Стоя в одних туфлях на каблуках, чувствуя себя одновременно и обнаженной, и защищенной, я взглянула на наше отражение в зеркале. Его мощные мышцы спины напряглись, а бледные шрамы от старых ран заставили мое сердце затрепетать.

– Я хочу, чтобы ты кончила от моего языка, а потом еще раз, когда я буду в тебе. Тебя это устраивает?

Сглотнув, посмотрела ему в глаза, пока кончики его пальцев впивались в мою задницу, а затем вздохнула:

– Да, пожалуйста.

Темный и сексуальный огонь вспыхнул в его глазах, когда он поцеловал мой клитор, взгляд, в котором я потерялась, пока моя голова не откинулась назад от движения его языка. Этот мужчина был талантлив. После нескольких тяжелых вздохов я перевела взгляд на зеркало, но при виде своего обнаженного тела, одетого только в черные туфли на каблуках, и этого сексуального мужчины, стоящего передо мной на коленях, у меня снова перехватило дыхание.

Мои колени подогнулись.

Лицо стало розовым и горячим. Волосы растрепались. Возбужденные соски были одного цвета с моими припухшими губами.

Я запустила руки в его темные локоны и, двигая бедрами, прижалась к его лицу, получая все, что мне было нужно, и наслаждаясь каждым мгновением. Но мне не терпелось, чтобы наши тела соединились. Мне нужно было почувствовать его внутри себя. И я чертовски надеялась, что он взял с собой средства защиты, потому что я не принимала таблетки.

Он зарылся лицом между моих ног, облизывая и посасывая. Я пыталась контролировать удовольствие, приглушить ощущения, захватывающие меня. Но он был слишком сексуальным. Слишком идеальным. А моей выдержки катастрофически не хватало.

Когда рука с моей задницы, переместилась к влажному входу, и он ввел палец внутрь, я закричала и забилась, не в силах остановить происходящее.

– Да, да, о, Боже, да. – Мне было все равно, услышит ли меня кто-нибудь в этом огромном доме.

Ноги дрожали, и, пытаясь перевести дыхание, чуть не упала, когда он оторвал свой рот от моей киски. Его сильные руки удержали меня на ногах. Ты всегда будешь меня ловить, правда?

Держа меня за руки, он не сводил с меня глаз, пока поднимался. Выпрямившись, он посмотрел на меня сверху вниз и медленно провел большим пальцем по линии своего рта, словно пробуя мой вкус.

– Я изголодалась по тебе, – прошептала я, опустив взгляд на его брюки, и начала расстегивать их. – Моя очередь.

– Мне нужно почувствовать тебя, милая. Я не могу ждать.

– А мне нужно встать перед тобой на колени. – Стянула его брюки, обнажив трусы-боксеры цвета хаки. – Я слишком долго фантазировала об этом. – Мои губы дрогнули в улыбке, а взгляд уверенно прошелся по его мускулистому телу. – Я подведу тебя к самому краю. Хорошо?

Он взял меня за подбородок, нежно притягивая мое лицо к своему. – Ты держишь меня на грани с вечера среды, – прохрипел он. – Я не уверен, что смогу выдержать больше.

– Ты будешь терпеть, пока хватит сил, я уверена. – О, я сейчас провоцировала быка, не так ли? Которому еще только предстоит снять напряжение, как это сделала я только что.

Брови Райана сдвинулись, пока он изучал меня, и у меня возникло ощущение, что он уже на грани того, чтобы взять меня жестко. Мои бедра сжались при мысли о том, что он может потерять контроль и быть грубым со мной.

Он спустил свои боксеры.

– Тогда на колени, – мрачно сказал он, раздувая ноздри.

Сняв мокасины, он освободился от брюк и боксеров, оставив их на полу, чтобы моим коленям не было больно. Боже, этот мужчина.

Ему удалось удержать мой подбородок, пока я медленно опускалась перед ним, заставляя свой взгляд не отрываться от него.

Он наклонил голову, глаза по-прежнему были прикованы к моим, и я медленно провела языком между губами, ожидая, когда он позволит мне взять его в рот.

Его челюсть сжалась, когда я взяла его член в руки.

– Пожалуйста, – взмолилась я, отчаяние брало верх, и его член дернулся в моих ладонях.

Он отпустил мой подбородок, но когда я опустила глаза, чтобы полюбоваться его мощным, покрытым венами членом, он схватил меня за волосы и потянул. Я задохнулась от удивления, когда его хватка заставила меня снова поднять глаза. – Только до края, милая, до того места, где ты любишь меня держать. Не освобождай меня, будь добра, – прошептал он предупреждение, и его низкого тона мои бедра снова напряглись.

– Да, сэр, – сказала я, мой голос звучал так знойно, что я сама едва узнала его.

Его челюсть сжалась, а затем он убил меня, пробормотав:

– Хорошая девочка.

Я ухватилась за его мускулистое бедро, держа его член в другой руке, открыла рот и скользнула губами по его длине, вбирая в себя как можно больше.

Мышцы его ног напряглись под моей ладонью, когда я медленно двигала ртом вверх и вниз по его стволу, помогая себе рукой.

Я провела языком по головке его члена, собирая губами сперму, прежде чем снова опуститься на него. Я не торопилась, моя киска снова становилась влажной и готовой для него.

Он держал меня за волосы, то ли контролируя меня, то ли сопротивляясь желанию заставить меня двигаться сильнее. Быстрее.

Он хотел этого. Но я знала, что он будет сдерживаться. Он будет терпеть, чтобы впервые кончить в меня.

– Остановись, – прорычал он мгновение спустя, и я нерешительно повиновалась и отстранилась. Когда я подняла голову, в глубине его глаз ясно читалась страстное желание. – Вставай, – прохрипел он, и я улыбнулась, подумав, что его способность говорить ограничена, потому что вся кровь отлила от его головы к члену.

Райан отпустил мои волосы и помог мне встать. Его брови нахмурились.

– Я слишком возбужден, чтобы быть нежным, – признался он. – Но клянусь, когда я приду в себя после жесткого и быстрого траха, я не буду торопиться и займусь с тобой любовью.

Я задрожала от этого обещания и прижалась к нему. Мои соски терлись о его кожу, и я жадно ждала, что он прикоснется ко мне везде. Чтобы овладеть мной всеми возможными способами.

– Я принадлежу тебе, – пролепетала я, не понимая, откуда это взялось, но зная, что это чистая правда.

Райан снова нахмурился и покачал головой.

– Ты не принадлежишь мне, Талия.

– Но я твоя, – прошептала я.

Его губы приблизились ко мне, глаза по-прежнему были закрыты.

– Да, блядь, ты моя.

Он поцеловал меня яростно. Страстно. Руки блуждали по моему телу. От моего лица, через волосы, к спине и заднице. Он продолжал прикасаться ко мне, пока наши языки переплетались. И я не хотела, чтобы он останавливался.

– Презервативы, – сказал он между голодными поцелуями, – в моей сумке. – Еще один долгий, горячий поцелуй, прежде чем он отстранился.

Он сделал шаг назад, запустив руки в волосы, а его глаза при этом блуждали по моему обнаженному телу. Его руки сжались по бокам, словно пытаясь не поддаться порыву взять меня без защиты. Я бы позволила ему. Почувствовать его кожей к коже в наш первый раз стоило риска.

Но то, что я жаждала чего-то, не делало это правильным, и Райан, скорее всего, думал также.

Я не сводила глаз с его высокой, крепкой фигуры, пока он ходил за презервативом. Его ягодицы были мечтой скульптора эпохи Возрождения. Да кого я обманываю? Мечтой любого. Райан вернулся с целой коробкой Durex. Он достал один и бросил коробку на пол.

– Я имел в виду то, что сказал, – начал он, его удивительно ровный тон контрастировал с диким взглядом его глаз. – Я не думаю, что смогу взять тебя медленно в первый раз. Я не могу что-либо контролировать, когда дело касается тебя…

– Я тоже этого хочу. – Я подошла ближе, пока он разрывал упаковку зубами.

– Но я сломаю себе руку, если кончу первым, – убежденно сказал он. – Так что, когда на моей шее выступят вены, не удивляйся, – добавил он с небольшой улыбкой, – это просто я делаю все возможное, что не кончить.