444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Брайан Смит » Гонка с дьяволом (ЛП) » Текст книги (страница 3)
Гонка с дьяволом (ЛП)
  • Текст добавлен: 20 ноября 2026, 14:00

Текст книги "Гонка с дьяволом (ЛП)"


Автор книги: Брайан Смит


Жанр:

   

Ужасы


сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)

Он уже почти в полном отчаянии, когда чувствует порыв холодного воздуха, шевелящий волосы, а затем ледяные струйки щекочут лицо. В туалете становится так холодно, что зубы начинают стучать. Звук откуда-то сзади заставляет вздрогнуть. Он узнает его – звук природы, уханье совы. То, что он точно не должен слышать в туалете на заправке. Тяжелый груз страха оседает внутри. Ему не хочется смотреть, что там позади, но он знает: надо обернуться.

Перед этим он еще несколько мгновений смотрит на дверь перед собой, убеждая себя в ее реальности. Выглядит она как обычно. Обычная дверь. Не плавится и не подернута мерцающей дымкой, как в страшном кино. Майк протягивает руку и прижимает ладонь к металлической поверхности. Он почти всхлипывает от облегчения, чувствуя холодный металл под кожей. Дверь здесь. Она существует физически. Он бросает взгляд на автомат с презервативами, привинченный к стене рядом с дверью.

Большинство презервативов – с приколами. «С пупырышками для ее удовольствия» – написано над одним из них, там же изображение женщины с пышными темными волосами и надутыми красными губами. Похожа на порноактрису из семидесятых. Майк трогает ее изображение кончиком пальца. Автомат такой же твердый, как дверь. Он убирает палец и смотрит на похотливое лицо женщины, чувствуя укол тоски. Что бы он только не отдал, чтобы эти вишневые губы сейчас обхватили его член. В каком-нибудь другом, гораздо более теплом месте, а не в этом гребаном проклятом сортире. Впрочем, мечты о недостижимом ему никогда особо не помогали.

Он вздыхает и медленно оборачивается.

А потом молча, остолбенев, смотрит на пустое пространство там, где в прошлый раз была задняя стена. Стены нет. Остальной туалет на месте. Другие стены. Омерзительный унитаз. Замерзшая моча на полу. Это ненадежное зеркало. Но задней стены больше не существует. Вместо нее – узкая тенистая тропа через густой лес. В воздухе плавает туман, не особенно густой. Снова слышится уханье совы – громче и, пожалуй, чуть более встревоженное.

Мозг сломался, – думает Майк. - Только это и имеет смысл. Психоз. Ну конечно. Я спятил. Вот и все.

Он смеется, но звук выходит плоским.

Он не верит, что сошел с ума.

Но чем еще это объяснить?

То, что он видит сейчас, выходит далеко за рамки его представлений о том, как должно проявляться реальное проклятие. Сверхъестественные явления в проклятом здании не должны выходить за его физические границы. Хотя, опять же, все его предположения основаны исключительно на кино. Настоящего опыта в этой области у него нет.

Он снова поворачивается к двери и в последний раз проверяет ручку.

Та по-прежнему не двигается.

Не зная, что еще предпринять, Майк отворачивается от двери и подходит к проему, где раньше была задняя стена. В голову приходит еще одна мысль, и он понимает: ее нужно проверить, прежде чем ступать на тенистую тропу в лес. Он уже почти не смеет надеяться на хорошее, но, может, решение окажется простым.

Майк подходит к уцелевшему участку стены справа и заглядывает за него. Разочарование вырывается стоном. Он думал, что сможет просто обойти стену и выйти на парковку, но сразу ясно: этот вариант не сработает. Он не видит ни внешней стороны магазина, ни пути обратно на парковку. Только деревья там, где должен быть магазин.

Он снова зовет друзей – в последней отчаянной попытке.

Как и следовало ожидать, никто не отзывается.

Сдавшись, Майк выходит из туалета и ступает на туманную тропу.

Глава 9

Деннис вышел из магазина и увидел Стива, который стоял, привалившись к «Камаро», с открытой банкой «Бада» в правой руке. Ящиков с пивом, которые они с Дэйвом утащили из магазина, нигде не было видно – значит, уже заныканы в машине. Дэйва тоже не видно. Скорее всего, завалился на заднее сиденье и снова вырубился от переизбытка.

– Ты сдурел, мужик? – поинтересовался Деннис, сходя с тротуара и направляясь к машине. – Знаю, место глухое, но пить вот так, на виду, все равно не лучшая идея.

Неожиданное выражение глубокого раздражения перекосило лицо Стива, прежде чем тот сделал большой глоток из банки.

– Что я могу сказать, ублюдок, мне стало скучно. Ты, блядь, просто исчез.

Деннис на миг уставился на него с отвисшей челюстью, не понимая, о чем речь, а потом покачал головой.

– Ты о чем вообще? Исчез? – oн произнес это слово с густым, презрительным нажимом. – Я никуда не исчезал, черт побери. Я в подсобке пару минут порылся, максимум, и сразу вышел.

Теперь настала очередь Стива молча, тупо смотреть на него. Потом он резко сделал еще один большой глоток и со злостью отшвырнул банку. Та покатилась по асфальту, оставляя за собой удивительно много пены. Выбросить недопитую банку – совсем не в духе Стива. Обычно он счел бы такое святотатством.

Господи, – подумал Деннис. – Он реально взбешен.

Но из-за чего?

Стив быстро шагнул к нему, так что между ними осталось несколько футов. Вблизи его злость была еще очевиднее. Дрожащая челюсть. Раздувающиеся ноздри. Выглядел он так, будто вот-вот взорвется.

– Слушай, придурок, – сказал он, тыча в Денниса дрожащим указательным пальцем. – Я не знаю, в какую гребаную игру вы, ублюдки, играете, но я, блядь, сыт по горло. Пора прекращать. Прямо сейчас, черт возьми.

Деннис никогда не видел друга в таком бешенстве. К сожалению, его недоумение только усилилось. Он снова ощутил то тревожное чувство жути, которое охватило его в подсобке. Что-то здесь не так. Что-то не на месте. Живот начал сводить, пока он в растерянности смотрел на злое лицо Стива.

– Игру? Я не... ты о чем вообще... – Деннис осекся и раздраженно выдохнул. – Игру? Что ты имеешь в виду?

Стив фыркнул.

– Кончай строить невинность. Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. Да, я знаю, ты был в подсобке. Я видел, как ты туда вошел. Но ты оттуда так и не вышел. До вот этого самого, блядь, момента.

Деннис нервно рассмеялся – звук, вызванный стрессом, без малейшей тени веселья.

– Пожалуйста, помоги мне понять, мужик. Умоляю. Чем это отличается от того, что я только что сказал?

Рот Стива скривился в гримасе отвращения. Он вернулся к "Камаро", наклонился через открытое окно, пошарил сзади и вынырнул с новой банкой "Бада". Пена брызнула из отверстия, когда он открыл ее. Пожалуй, это было самое раздраженное открывание банки, которое Деннис когда-либо видел. Стив приложил банку ко рту и жадно глотнул, потом отнял.

Эту банку он тоже отшвырнул недопитой. Стив вытер пену с губ и горько рассмеялся.

– Ублюдок, ты отсутствовал не пару минут. Где бы ты, блядь, ни шлялся после подсобки, ты был там больше получаса. Как минимум.

Деннис снова нахмурился.

– Брехня. Это невозможно.

Стив оскалился.

– Клянусь, я говорю абсолютную, блядь, правду, – oн поднял руку с открытой ладонью, как свидетель в суде перед присягой. – Посмотри на часы в машине, если не веришь.

Деннис еще немного удержал взгляд друга, молясь, чтобы эта багровая, как свекла, маска дала трещину. Цепляясь за все более призрачную надежду, что это окажется замысловатым розыгрышем. Ощущение было совсем не таким, но какая есть альтернатива?

Верить во что-то другое – значит сойти с ума.

Он выдохнул и сказал:

– Ладно. Проверю.

Стив снова горько рассмеялся, но ничего не сказал. На его лице появилось выражение, которое Деннис мог описать только как многозначительное. От него исходила железобетонная уверенность в том, что его дикое заявление подтвердится. Это выражение было почти таким же пугающим, как все остальное.

Деннис обошел машину, открыл дверь и скользнул за руль. Вставил ключ в замок зажигания и повернул, чтобы включить радио и подсветку приборной панели. Уставился на цифры на часах радио и почувствовал, как сжимается желудок. Время было на добрых сорок минут позже, чем он ожидал. Даже больше, чем предполагал Стив.

Он вынул ключ из зажигания и снова вышел из машины, стоя у приоткрытой двери. Стив смотрел на него через крышу, ухмыляясь теперь еще шире. Деннис уже готов был признать, что ошибся насчет времени – как бы невозможно это ни было, – когда его отвлекло кое-что другое. Запоздалое осознание еще одной неправильности. Он снова наклонил голову и заглянул на заднее сиденье "Камаро", несколько секунд таращась на пустое пространство.

Потом снова поднял голову и посмотрел на Стива.

– Где Дэйв?

Стив слегка склонил голову, прищурившись.

– Кто, блядь, такой Дэйв?

Деннис несколько секунд молча изучал выражение лица друга. В груди сдавило, как бывает, когда съешь слишком много острого, но это была не изжога. Очередное проявление ужаса. Дыхание начало учащаться. Все это уже слишком – эта странная херня, которая происходит снова и снова. Мелькнула мысль: как бы не начать задыхаться. И снова в лице Стива не было и намека на обман. Он выглядел озадаченным. И не так, как минуту назад, – не раздраженно. Так, как выглядит любой, кто слышит случайное упоминание о человеке, которого не знает и никогда не встречал.

Деннис завертел головой, оглядывая парковку в поисках хоть какого-то признака Дэйва Робинсона. Может, тот где-то прячется. Может, еще есть шанс, что это просто самый гребаный розыгрыш в истории. Но Дэйва нигде не было, как и очевидных мест, где можно спрятаться, – разве что он ушел за магазин.

Взгляд Денниса вернулся к Стиву, и в голову пришла еще одна мысль.

– Погоди. Просто погоди, блядь.

Он прижал руку к груди, пытаясь унять колотящееся сердце. Он вспомнил еще кое-что, что Стив сказал вскоре после того, как он вышел из магазина. Я не знаю, в какую гребаную игру вы, ублюдки, играете...

Ублюдки. Множественное число.

– Где Майк?

На один мучительно напряженный миг ему показалось, что Стив снова посмотрит на него с тем же легким недоумением и скажет: Кто такой Майк?

Стив поморщился.

На этот раз Деннис прочитал в его выражении не просто недоумение.

Муку.

Он поднял руки в жесте беспомощности и покачал головой.

– Чувак, я, блядь, не знаю. Он пошел в туалет и, насколько я могу судить, так и не вышел. Что, очевидно, вообще, блядь, невозможно, но я, хоть убей, не могу понять, куда он реально делся. Я ждал и ждал, когда вы, ребята, вернетесь, но вы не возвращались. Ну, ты наконец вернулся, спустя долгое, блядь, время. Я в какой-то момент плюнул ждать и пошел обратно, чтобы вытащить вас, придурков, наружу. Только я не смог вас найти. Нигде.

Глаза у него блестели от слез, которые он изо всех сил сдерживал.

Деннис помолчал, обдумывая все это.

Не придя ни к каким выводам – да и как он мог, – он снова наклонился и вытащил две банки "Бада" из ящика сзади. Отметил, что ящик всего один – почти наверняка тот, что спер Стив. Конечно, он знал, что там должен быть еще как минимум один такой ящик, но остальные, похоже, исчезли из реальности вместе с Дэйвом.

Он обошел машину с мокрыми банками и протянул одну Стиву, который принял ее с тяжелым благодарным вздохом. Банки зашипели, когда их открыли, и оба молча, задумчиво глотнули.

Стив шмыгнул носом после второго, меньшего глотка.

– Чувак... что здесь происходит? Серьезно... какого хера?

Деннис пожал плечами.

– Не знаю. Прости, но правда не знаю. Но это что-то неестественное. В этом, думаю, сомнений нет.

Он снова медленно огляделся, всем сердцем желая, чтобы Майк и Дэйв вдруг материализовались из чернильной, удушающей темноты. Но этого, конечно, не произошло. Сердце пронзила мрачная уверенность.

Они больше никогда не увидят ни того, ни другого.

Он уже собирался спросить Стива поподробнее о том, как тот искал их в магазине, пока Деннис "отсутствовал", когда услышал рокот приближающегося двигателя. Это был первый признак присутствия других людей в округе, и Деннис автоматически повернулся на звук. Одновременно он осознал, что в нем есть что-то тревожно знакомое.

Он посмотрел на дорогу и сначала ничего не увидел, но звук становился громче, и вскоре вдали показались яркие фары. Двигатель взревел, машина понеслась по улице и через секунды оказалась у магазина. Из приближающегося автомобиля гремела музыка – AC/DC, «Highway to Hell», выкрученная до сейсмической громкости.

Шины взвизгнули, когда машина резко свернула на парковку.

Деннис обреченно выдохнул.

Ну конечно, – подумал он. – Конечно, опять ты.

Черный Z28 сбавил скорость и остановился в нескольких футах от них.

Глава 10

Через несколько минут после того, как Майк углубился в узкую извилистую тропу, он остановился и обернулся, глядя в ту сторону, откуда пришел. В первый раз, когда он остановился и посмотрел назад, внутренности проклятого туалета еще были видны. Теперь – нет. Их скрывали плывущий туман и изгибы тропы. По крайней мере, так подсказывала обычная логика. Но сейчас он задумался: сможет ли вообще найти дорогу обратно, если попробует вернуться по своим следам? Подозревал, что нет. Хотя бы потому, что нормальная логика к его ситуации явно не применялась.

Майк подумал: если пойти назад, то он безнадежно заблудится – растерянный, бесцельно бредущий странник в этом все более фантасмагорическом пейзаже. Здесь работала какая-то потусторонняя сила, которая хотела вести его в определенном направлении. Ведет ли она к какой-то злой цели – неизвестно, но Майк сильно подозревал: это не заботливый ангел-хранитель. И все же он верил: тропа, открывшаяся после исчезновения стены туалета, возникла не случайно. И если ему суждено идти дальше, для добрых целей или нет, – что ж, он пройдет этот путь до конца.

Единственный выход – идти вперед.

Майк вздохнул и снова зашагал по тропе.

Шел он долго. Тропа все время петляла то туда, то сюда и ни разу не выпрямилась. Верхние ветки деревьев вдоль нее были голыми – листва облетела, – и можно было смотреть вверх, на ясное ночное небо с мерцающими звездами. Возможно, потому что он был один в странном, незнакомом месте, Майк испытал щемящее чувство благоговения, какого обычно не испытывал, глядя на то же самое небо в обычных обстоятельствах. Небо всегда там. Звезды всегда там. Может, он чувствовал нечто подобное в детстве, когда смотрел на них, но с тех пор – нечасто. Он чувствовал себя маленьким и ничтожным. И его поразило: в грандиозной схеме мироздания все его существование – все надежды, мечты и разочарования – не значит почти ничего.

Какая, в сущности, разница, если он никогда не выберется из этого леса? Ответ очевиден. Никакой. Если он не выйдет из этой странной полосы кошмара, семья и друзья будут горевать о его загадочной пропаже, но остальному миру – всей остальной вселенной – будет плевать. Он исчезнет навсегда, и память о нем померкнет даже в сознании тех, кто любил его больше всех. Потом они умрут и унесут с собой эти потускневшие воспоминания, и тогда все будет так, будто его никогда и не было.

Ну и что?

Мир продолжится без него, совершенно не затронутый.

Прошло еще время.

Час или больше.

И все же он не начал задыхаться, как обычно случилось бы после долгой ходьбы по лесу. И что еще страннее – после всего выпитого пива ему ни разу не захотелось остановиться и снова поссать. Это было настолько необычно, что он задумался: а не умер ли он там, на заправке, и не бродит ли теперь по своему чистилищу? От этой мысли было трудно просто отмахнуться, учитывая все странное, что происходило. Но другие факторы заставляли сомневаться. Слишком много доказательств, что остальные физические процессы работают нормально. Пар изо рта при каждом вдохе и выдохе на холодном воздухе. Мурашки на руках. Периодическое желание почесать зудящее место. С момента последнего пива прошло достаточно, чтобы хмель изрядно выветрился, но не исчез полностью.

И как раз когда Майк уже начал думать, что эта тропа и вправду бесконечна, до ушей донесся слабый звук музыки. Усиленной электрической рок-музыки. Сначала он испугался, что это слуховая галлюцинация, вызванная смесью страха и усталости от долгой ходьбы. Но звук не исчез. Источник был еще далеко, но Майк был уверен: это реальность, а не иллюзия перегруженного мозга на грани срыва. Из-за расстояния он не мог разобрать песню, но что-то подсказывало: это живая музыка, а не запись.

Майк ускорил шаг, почти перейдя на бег. Музыка становилась громче – медленно, но верно. Вскоре в нотах появилась дразнящая узнаваемость. Еще мгновение – и он ее опознает.

И тут до него дошло.

«Walk This Way» группы Aerosmith.

Живая группа играла отлично, а вокалист идеально копировал Стивена Тайлера.

Майк не сдержался. Рассмеялся.

Слишком идеально – как звуковая дорожка в кино. Наверняка просто совпадение. Но, может, и нет. Эта ночь была слишком странной, чтобы отмахиваться от всего, что кажется значимым, как от простой случайности.

Чем ближе он подходил к источнику музыки, тем больше различал другие звуки, пробивающиеся сквозь грохот усиленного рок-н-ролла. И снова потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что это. А потом дошло. Гул голосов. Общий шум толпы – тот звук, который слышишь на стадионе перед началом концерта.

Где-то впереди были люди. Судя по звуку – много. И уже совсем недалеко. Эта тропа не бесконечна, в конце концов. Майк улыбнулся, облегчение взорвалось внутри, и он побежал. Ему не терпелось выбраться из этого леса и оказаться в компании людей. Он жаждал возвращения чего-то похожего на обычную жизнь, резкого опровержения того экзистенциального смирения, которое охватило его раньше. Туман отступал, и земля стремительно уносилась назад под его ногами. Деревьев вдоль тропы становилось все меньше, чем ближе он подходил к этому концерту под открытым небом – или что это было за сборище.

Он рассмеялся, увидев впереди конец тропы.

Спасение наконец в пределах досягаемости.

Он вышел на большое открытое поле и резко замер.

Как он и подозревал, музыка была живой. Группа выступала на длинном плоском трейлере, припаркованном примерно в центре поля, которое было достаточно большим, чтобы вместить футбольный стадион и еще осталось бы место. Местность выглядела как заброшенные фермерские угодья – легко было догадаться по амбару вдалеке, чей темный силуэт вырисовывался далеко за тем местом, где наяривала группа. Кстати, о группе: они уже перешли от Aerosmith к Black Sabbath и играли «Paranoid», пока Майк стоял и таращился с края поля.

Навскидку, на этом сборище было несколько сотен человек. Они не стояли все вместе перед группой, как на стадионе. Вместо этого они либо бесцельно бродили, либо тусовались группами, разбросанными по полю. Многие собирались у костров и пивных бочек. Неудивительно, что у многих в руках были напитки. Банки, бутылки и пластиковые стаканы, наполненные пивом из бочек. Оглядывая другие гедонистические забавы, Майк заметил что-то похожее на грязевую яму. Прищурился и через пару мгновений понял: темные фигуры, барахтающиеся в яме, – это молодые женщины с большой грудью, покрытые грязью. Они боролись агрессивно, без правил. Зрелище захватывало, но Майк продолжал оглядываться, потому что грязевая яма была далеко не единственной странностью.

У ближайшего костра стояла еще одна голая женщина. Единственное, что на ней было, – остроконечная черная шляпа ведьмы. Она покачивалась в такт музыке с закрытыми глазами, и в правой руке у нее был небрежно зажат пластиковый стакан с пивом. Шляпа была явно из "Spencer Gifts"[13]– дешевого магазина приколов. Многие другие напялили маски разных икон хорроров – самые заметные, конечно, Джейсон Вурхиз, Фредди Крюгер и Кожаное Лицо. Маски были разного качества. Некоторые выглядели дорого, будто их сделали ограниченным тиражом в лаборатории профессионального гримера, а другие – дешевое пластиковое дерьмо из «Walgreens» или «K-Mart»[14]. Меньшее, но все же значительное число людей щеголяло в сложных полных костюмах, включая одного парня – вылитого Кристофера Ли из «Дракула восстал из могилы». Были оборотни, мумии и зомби, глушащие пиво.

Все вместе – панорама чистой хэллоуинской крутизны.

И тут Майка осенило.

Это та самая эпичная ночная тусовка в глуши, о которой им рассказывал Дэррил Фрыковски. Похоже, Деннис ошибался, считая, что она существует только в обкуренном воображении торчка. В этот момент осознания самым горячим желанием Майка было, чтобы друзья оказались здесь, с ним. Они тоже должны это увидеть и пережить.

Может, еще не поздно.

Может, стоит поспешить обратно на заправку и привести их.

Он оглянулся и увидел, что тропа из леса исчезла. Уставившись на место, где она должна была быть, Майк снова ощутил прежнюю тревогу. Он опять подумал о проклятом туалете и исчезновении друзей. Какое-то время, пока он жадно впитывал пьянящие виды и звуки вечеринки, проблемы были далеко. Теперь они возвращались, и ему это совсем не нравилось.

Группа играла дальше, и в ночи звучали аккорды «Ziggy Stardust».

Когда песня закончилась, Майк перестал искать пропавшую тропу и двинулся вперед, в самое сердце вечеринки.

Вскоре в его руке был пластиковый стакан, до краев полный пива.

Он осушил его и взял еще.

И еще один после этого. И так далее.

Нажирался в хлам, пока группа играла глубоко за полночь.

Глава 11

Обменявшись тревожными взглядами, Деннис и Стив инстинктивно отступили на шаг назад. Музыка из черного Z28 больше не гремела, но мощный двигатель все еще рокотал на холостых. Деннис не любил показывать что-либо похожее на страх перед явным агрессором, но что-то первобытное подавило браваду, к которой он обычно прибегал, когда сталкивался с угрозой или оказывался загнанным в угол. Z подъехал так близко, прежде чем остановиться. Это напомнило ему, как школьный задира иногда подходит вплотную к лицу ребенка, которого травит, пытаясь запугать до мольбы о пощаде.

Гладкий черный автомобиль выглядел как разумный хищный зверь. Деннис с мрачным разочарованием смотрел на него, ожидая, что предпримет невидимый водитель. Он надеялся, что навсегда оторвался от Z благодаря своей скоростной технике ухода – резким поворотам на боковые улицы, – но, похоже, ошибался. С другой стороны, может, появление Z здесь – просто космическое невезение. Или они слишком долго торчали на этом месте, пока Z продолжал рыскать по темным дорогам разыскивая их.

Как бы то ни было, неважно, как наступил этот момент финального противостояния. Деннис теперь убежден: это просто работа судьбы, неизбежная с самого начала.

Он стиснул зубы, и опущенные по бокам руки сжались в кулаки.

Ладно, ублюдок, – думает он. – Давай сделаем это.

Потом он вспоминает про алюминиевую бейсбольную биту в багажнике и гадает, успеет ли схватить ее до того, как что-то произойдет. Обычно в драках он полагается на кулаки. Он не Майк Тайсон. Он не неуязвим. Но в таких ситуациях он чаще выходил победителем. Но на этот раз противник такой, что Деннис боится: обычными средствами его не одолеть. Странное чувство, учитывая, что он до сих пор толком не знает, с кем имеет дело. Может, водитель Z – просто шпендик, парень с синдромом маленького члена, который думает, что крутая тачка делает его сильнее, чем он есть. Все, что он пока видел, – тонкую руку спутницы водителя прямо перед тем, как она бросила бутылку пива. Эти гребаные тонированные стекла скрывали все остальное.

Раздался скрип петель – двери Z наконец начали открываться. Деннис остро пожалел, что не поторопился достать биту. Ну, теперь уже ничего не поделаешь. Не хватало еще в последний момент метаться за ней, как перепуганная сучка. Все, что он может, – играть с теми картами, что сданы, и надеяться на лучшее.

Первой из Z появилась девушка с пассажирского сиденья. Та самая, что бросила бутылку. Она усмехнулась ему, приближаясь к магазину неспешно и беззаботно. Ее короткие, будто неровно подстриженные волосы были выкрашены в черный как смоль цвет. На ней была крошечная черная кожаная куртка поверх черного топа, открывающего живот, мини-юбка и сетчатые колготки. На спине куртки красовался большой патч Motorhead. Каблуки стучали по асфальту, пока она шла, покачивая бедрами. Бледная кожа, будто ее годами не касалось солнце. Она выглядела как рок-н-ролльный призрак.

Она была настолько эффектна, что Деннис и Стив сразу не заметили, как появился водитель. Их головы резко повернулись обратно к Z, когда они услышали насмешливое хихиканье.

Деннис с трудом сглотнул, впервые увидев своего противника.

Водитель Z стоял, привалившись к боку машины, скрестив мускулистые руки на груди. Из-за позы точно определить рост было трудно, но Деннис прикинул: больше шести футов[15], как минимум на пару дюймов. На нем были черные джинсы, черная безрукавка-майка и черные мотоциклетные ботинки. На правом бицепсе – татуировка Элмера Фадда[16]. Его коричневые волосы до плеч были уложены в устаревшую перьевую стрижку семидесятых. Черные очки скрывали глаза. Хотя водитель и его панк-роковая подружка явно предпочитали похожий гардероб, цветом кожи они различались. Его кожа отливала странной серостью с пятнами синего и зеленого.

Деннис нахмурился.

– Это... грим? Ты типа гребаный зомби?

Водитель снова насмешливо хмыкнул и пожал плечами.

– Понимаю, почему ты так думаешь. Все-таки Хэллоуин, – улыбка исчезла, и он молча посмотрел на Денниса из-за очков. – Присмотрись, Деннис. Это правда похоже на грим?

Деннис нахмурился, услышав свое имя.

– Мы знакомы?

Водитель Z снова пожал плечами.

– В каком-то смысле меня все знают.

Для Денниса это не прояснило ровным счетом ничего. Он ждал, что незнакомец продолжит. Когда этого не произошло, он принялся внимательнее изучать пятнистые черты, ища хоть что-то знакомое. Он не думал, что действительно знает этого человека, но тот ведь не телепат. Телепаты бывают только в романах Стивена Кинга.

– Похоже, ты искупался в бочке с радиоактивными отходами, урод, – встрял Стив, хихикая и поглядывая на Денниса. – Тупой сукин сын, наверное, думает, что он Кори Харт[17], раз носит очки ночью.

Деннис усмехнулся.

– Ага. И что это за прическа Фарры Фосетт?[18] Ты в курсе, что сейчас не 1977-й?

Он почувствовал поддержку в ехидном тоне друга, в котором не было и следа страха. Если друг не боится, может, и ему не стоит – несмотря на то, что незнакомец назвал его по имени. И в этом не обязательно было что-то зловещее. Может, как-то вечером этот тип сидел в том же баре и просто услышал, как кого-то называют Деннисом. Простое объяснение. Конечно, запомнить чужое имя вот так, случайно, – странновато, но ведь бывает.

Мужчина в очках рассмеялся.

– Неплохо, парни. Серьезные подколы, честно. Что до года – тут не все так однозначно, как вы думаете. В вашем мире, конечно, да, но вы забрели на странную территорию. Мою территорию. А здесь время не такая уж линейная штука. Черт, его вообще не существует в вашем понимании.

Деннис и Стив озадаченно уставились на него, потом снова обменялись растерянными, настороженными взглядами.

Деннис медленно покачал головой.

– Время не существует? Ты тупой? Что это, блядь, значит?

Мужчина вздохнул.

– Я не говорил, что времени не существует. Внимательнее надо быть, – oн оттолкнулся от Z28, выпрямился и полностью повернулся к ним. – Я сказал, что здесь времени не существует в вашем понимании. И это значит, Деннис, что оно не идет по прямой. В зависимости от маршрута можно вернуться в 1987-й – год, когда вы с друзьями отправились в свое злополучное приключение. Но можно оказаться и в 1977-м. Или в 2021-м. Возможности бесконечны.

Деннис уставился на него, не зная, что сказать.

Этот тип – псих.

Стив громко и грубо фыркнул.

– Блин, да ну нахуй. Этот чувак гонит. Он нас разводит, а я устал слушать это дерьмо из его тупой гребаной пасти. Давай либо набьем ему ебало, либо сваливаем.

Незнакомец рассмеялся.

Не успел он ответить на эту провокацию иначе, как девушка снова вышла из магазина, и ее приближение возвестил стук каблуков. Она снова бросила усмешку в сторону Денниса и Стива, проходя мимо них развязной походкой. В углу рта торчала незажженная сигарета. Шествуя по парковке, она прикурила от серебряного "Zippo" и с впечатляющей ловкостью захлопнула крышку. Она была для Денниса воплощением крутости во всех смыслах. В ее присутствии он чувствовал потребность излучать невозмутимую отстраненность. Он ничего не мог с собой поделать. Инстинкт, вшитый в ДНК так глубоко, что иной реакции просто не существовало.

Она поставила упаковку пива на капот Z28. Повернувшись к ним, она держала сигарету двумя пальцами поднятой руки, и тонкая струйка дыма вилась от тлеющего кончика.

– Посмотри на этого, – сказала она, кивнув в сторону Денниса. – Так старается выглядеть крутым и бесстрашным. Прелесть.

Водитель Z взглянул на нее.

– Ну-ну, Нора. Не насмехайся над ним. Он не может иначе. Ты же знаешь, как чувствуют себя молодые мальчики рядом с тобой.

Девушка, которую он назвал "Норой", затянулась и пожала плечами.

– Я не насмехаюсь. Я правда считаю это милым. Из-за этого все становится еще печальнее, чем уже есть.

Деннис зло посмотрел на них.

– Я не молодой мальчик. Мне двадцать два. Взрослый, блядь, мужик.

Стив застонал.

– Чувак, хватит позволять им тебя цеплять. Я же сказал, они нас разводят. Давай, блядь, сваливать, о'кей?

Незнакомец повернул голову к нему.

– Ты никуда не пойдешь, Стив. Ни сейчас, ни когда-либо еще. Для тебя вечеринка окончена, как ни печально.

– Да ну, нахуй.

Стив бросился на него.

Чисто в духе Стива Уэйда – тактика, которую Деннис видел много раз. Поскольку он не был крупным, он пытался компенсировать это, бросаясь на противников и сбивая их с ног. Если удавалось сбить и оказаться сверху, он мог одолеть градом сильных ударов по лицу. Иногда срабатывало, иногда нет. В этом случае Деннис, конечно, поддержит его через секунды. Размер незнакомца пугал – как и мускулистое телосложение, – но их двое против одного. Да, есть еще девушка, но она маленькая и вряд ли полезет в драку между тремя разъяренными мужиками.

Они могут его одолеть.

Может быть.

Но незнакомец даже не дрогнул, когда Стив понесся на него. Вместо этого он выставил открытую ладонь, и лоб Стива врезался прямо в нее. Импульс не оттолкнул руку мужчины назад и не сдвинул его ни на йоту. Судя по расслабленному лицу, он почти не прилагал физических усилий. Он сдерживал Стива так же легко, как отмахнулся бы от комара. Что еще страннее, Стив даже не пытался вывернуться от этой руки. Он вообще не двигался. Он застыл на месте, как доисторическая букашка в янтаре. Даже пола его плаща застыла, повиснув в воздухе, словно в середине взмаха.

Денниса затрясло, когда он наконец принял то, что должен был понять с самого начала. Незнакомец – не обычный человек. Может, он вообще не человек. Может, это что-то другое носит человеческое тело, как костюм. Или маскарадный наряд. Это могло объяснить пятнистую плоть, которая, как теперь понял Деннис, не была обычной кожей, покрытой дешевым хэллоуинским гримом.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю