Текст книги "Боясь нас (ЛП)"

Автор книги: Б Рейд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Челюсти Кинана сжались, но эта сука была слишком занята, насмехаясь надо мной, чтобы это заметить.

– Мисси, если ты не возражаешь, через пять минут у меня будет еще один клиент, но как насчет того, чтобы я воспользовался твоим предложением на этих выходных?

– Это было бы прекрасно.

– Круто. Я тебе позвоню, – сказала он, не глядя на нее. Я закатила глаза, увидев, как она выбегает из салона.

– Ты свинья. Удивительно, что ты ничем не заразился.

– Я всегда осторожен, Шелдон.

– Не могу сказать того же. Ты никогда не используешь презерватив, когда я тебя об этом прошу.

– Это потому, что ты другая.

– Минуту назад я была никем.

– Что могу сказать? Я должен делать своих клиентов счастливыми.

– Каким это образом? Своим членом? Мне все равно, что они говорят. Шлюха есть шлюха, будь то мужчина или женщина.

– Ты не знаешь, о чем говоришь, – процедил он.

– Я знаю, что ты не изменился. Когда тебе этого станет достаточно?

– Заткнись, Шелли.

– Скажи мне… со сколькими женщинами ты переспал с тех пор, как мы расстались? Одна за ночь? Две? Шесть?

– Ноль.

Возможно, это был стук моего сердца, звучавший у меня в ушах, который заставил меня неправильно расслышать. Мне удалось оправиться от шока от его ответа и сказать:

– Ты не только неверная шлюха, но еще и лжец.

– Разве я когда-либо лгал тебе? Возможно, я и скрывал от тебя свое дерьмо, но когда ты узнавала, я никогда не лгал, так зачем мне лгать сейчас? Я не ищу будущего с тобой. Я не прикасался ни к одной чертовой женщине за эти четыре года.

Столько эмоций нахлынуло на меня одновременно. Я проглотила их тяжесть, но они продолжали подниматься на поверхность, пока меня не выблевало по всему полу. Мои сухие рыдания заставили меня потерять концентрацию, и из-за моего нечеткого зрения я не видела, чтобы он двигался, но чувствовала, как его руки поднимают меня.

– Ради бога, Шелли. Дыши!

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДВА

КИНАН

Не думаю, что когда-либо был так напуган. Даже когда я впервые встретил Кирана или, когда почувствовал, как первая пуля вошла в мое тело и угрожала оборвать жизнь. Даже когда меня поместили в больницу умирать.

– Шелли, пожалуйста, дыши, детка. Не делай этого со мной.

– Не… не умираю, – кашлянула она.

– Тогда какого черта ты со мной делаешь? – я не осознавал, что кричу, пока ее тело не вздрогнуло в моих руках.

– Пожалуйста, перестань кричать, – она застонала и прижалась к моей груди. Я на мгновение задумался, насколько крепко смогу держать ее, не раздавив.

Я теряю контроль.

Она обладала силой сводить меня с ума ничего не делая.

– Ты это серьезно? – спросила она через некоторое время. Я продолжал массировать ее спину, надеясь успокоить ее.

– Что?

– Я у тебя первая?

– Ну, не совсем первая. Помнишь, было…

– Кинан.

– Да, ты была моей первой и последней.

– Почему?

Я сильно выдохнул и подумал о последних четырех годах.

– У меня были возможности, но я не мог этого сделать. Не знаю почему.

– Значит, ты был верен мне, когда нас не связывали обязательства, но не тогда, когда мы были вместе?

– Что ты хочешь, чтобы я сказал? Дай мне правильные слова, и я их скажу.

– Это не имеет значения, и это не мое дело. Мне не следовало спрашивать. А теперь, если ты не возражаешь, запах моей рвоты вызывает желание блевать снова и снова.

Она выскользнула из моих рук, и я позволил ей это сделать, потому что не знал, что еще делать.

– Где здесь ванная комната?

Я указал на свой кабинет и, пока ее не было, собрал чистящие средства и навел порядок. Когда пол снова стал безупречным, я пошел проведать ее.

Я нашел ее застывшей у входа в ванную. Ее рука крепко зажала рот, а слезы текли по ее лицу. Я стоял в замешательстве и проследил за направлением ее взгляда, пока не остановился на ее эскизе, занимавшем большую часть правой стены. Он находился на виду из ванной и был первым, что она увидела, когда вышла.

Мои глаза закрылись от сожаления о моей неудаче. Она никогда не должна была этого видеть.

Я откашлялся, но это оказалось еще одной ошибкой. Потерянный взгляд в ее глазах чертовски сломал меня.

– Кинан… что это?

Разве она не помнила? Она уже видела этот эскиз. Я разбудил ее, чтобы показать ей это той ночью. Именно тогда я узнал, насколько сварливой она была.

– Ты знаешь что это.

– Он намного больше, и он здесь. Почему?

– Почему нет? Я нарисовал это. Это хорошая картина.

– Не делай этого, Кинан. Скажи мне почему.

– Моей целью было ненавидеть тебя и никогда не вспоминать, почему я когда-либо любил тебя. Постоянное напоминание в виде этого эскиза помогало. Это напомнило мне, как ты забрала единственного человека, который когда-либо хотел меня, и первую любовь, которую я почувствовал, что была настоящей.

– Кинан, пожалуйста, постарайся понять… ты так сильно меня обидел. Каждый раз, когда ты был с ними, мне было больно.

– Что ж, тогда ты должна чувствовать себя удовлетворенной. Ты вернула мне все в полной мере.

* * *

Тусклый клубный свет и грохочущая со всех сторон музыка – именно то, что мне нужно было – затеряться на виду. Напитки появлялись и исчезали от бесстыдных воздыхательниц. В большинстве случаев я понятия не имел откуда они взялись, но меня это не волновало. Я хотел забыться из-за чувства своей неправоты. Клуб был наполовину заполнен танцующими, наполовину занимающимися сексом, и всем остальным.

Здесь возможно все.

Даже убийство.

Я обнял ближайшую брюнетку. Я избегал блондинок и всего, что напоминало мне о суке-предательнице, которая преследовала каждую мою мысль.

Отвезя Шелдон обратно в свою квартиру и снова заперев ее в своей спальне, я избегал ее и, как только наступила ночь, сбежал.

– Детка, ты такой напряженный, – проворковала брюнетка. Ее рука скользнула вверх по моему бедру и остановилась чуть ниже моего члена. – Как насчет минета?

Четыре года назад я бы нашел такое распутное поведение привлекательным и сразу же окунулся в него. Теперь я только задавался вопросом, какого черта я вообще посмотрел в ее сторону.

Ее длинные ногти играли с моей молнией, и когда я одобрительно кивнул ей, она опустила ее и сунула руку внутрь. Когда ее пальцы обхватили мой член, я почувствовал, как у меня по коже побежали мурашки. Я проигнорировал это и продолжал потягивать напиток, пока она старалась сделать мой член твердым.

Может быть член вялый из-за виски.

Или, может быть, я хочу только Шелдон.

Черт возьми. Я все равно не могу ее иметь.

Она дала понять это довольно ясно.

Часть меня хотела снова отпустить ее, но знала, что на этот раз отпустить ее и остаться в стороне будет невозможно. Как я мог, зная, что у нее мой ребенок?

Черт. Кеннеди.

Я посмотрел на женщину, которая все еще старалась довести меня до оргазма.

– Достаточно.

Я проверил время и быстро выбежал из клуба, надеясь, что смогу застать ее перед тем, как она уснет.

В городе было полно людей, желающих хорошо провести время, чтобы завершить выходные. Тридцать минут спустя я вошел в парадную дверь. Я обнаружил, что Ди и Кеннеди разбили лагерь в гостиной, смотрели «Челюсти» и ели мороженое.

– Серьезно, Ди? – она чуть не выпрыгнула из кожи при звуке моего голоса.

– Кинан! – Кеннеди побежала ко мне с лицом, покрытым шоколадным сиропом. Я вовремя поймал ее и поднял на руки.

– Как ты, принцесса?

– Отлично. Где мама?

Вина за свою ложь вернулась в полную силу, и я почувствовал себя еще большим ослом. Разлучение их официально возглавило список худших поступков, которые я когда-либо совершал. Возможно, я злился из-за того, что пропустил три года жизни Кеннеди, но я знал, что Шелдон не намеренно держала ее вдали от меня. Я совершил эту ошибку в одиночку, уйдя.

– Она ждет, чтобы уложить тебя, поэтому я пришел за тобой.

– Действительно? – спросила Ди, заслужив мой взгляд. – Посмотрите, у кого появилась совесть.

– Держись подальше от этого.

– Не могу. Больше некому сказать тебе, что ты ведешь себя как придурок… и, кстати, если еще не понял, ты ведешь себя как придурок.

– Что это значит? – спросила Кеннеди.

– Принцесса, иди посиди в гостиной, пока я поговорю с Ди.

Она убежала, и как только она скрылась из виду, Ди начал пятиться к входной двери.

– Даже не думай об этом. Нам с тобой нужно поговорить.

– Действительно? – она визжала и притворялась невежественной. – О чем?

– Во-первых, почему мой ребенок смотрит «Челюсти» и ест мороженое так поздно ночью? Кстати, о последнем, почему она не в постели?

– Ого, супер-папа. Успокойся. Думаю, лучший вопрос: почему она не знает, что она твой ребенок?

– Все сложно. Теперь ответь на вопрос.

– Ты попросил меня помочь тебе похитить их, установив все эти замки, чтобы ты мог «заявить о своих правах», а теперь ты трусишь?

– Это не похищение, и все пошло не так, как планировалось, но это не имеет значения, потому что они сейчас здесь.

– Все пошло не так, как планировалось, потому что этого не должно было случиться. Я просто рада, что ты пришел в себя… вроде как.

– Почему ты сдала меня моему брату?

– Потому что ты тосковал по дому, и я знала, что он не причинит тебе вреда, сколько бы раз он ни фантазировал об этом за эти годы.

– Это не причина.

– Могу ли сказать, что Кеннеди была причиной?

– Как ты узнала?

Она глубоко вздохнула и медленно выдохнула.

– Он сказал мне, когда загнал в угол. Сначала я подумала, что это уловка, чтобы заставить меня рассказать ему то, что он хочет знать, но потом поняла – это же Киран. Он бы меня просто стал пытать.

– Так как же он убедил тебя, что она настоящая?

– Он показал мне ее фотографию. Она выглядит точной твоей копией, и это немного обидно. Мне всегда хотелось знать, были ли эти шоу «Мори» созданы на основе реального материала или на основе постановок.

– Ди.

– Да?

– Спасибо.

– Для чего еще нужны друзья? – она самодовольно ухмыльнулась.

– Ты меня чертовски раздражаешь.

– А ты шлюха.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРИ

ШЕЛДОН

Я вырвалась на свободу. Когда была в салоне, я сперла пару заколок и не позволила себе задаться вопросом, как они туда попали. Благодаря скуке и ютубу я давно разобралась, как взломать замок. Освободившись, я на цыпочках вышла из комнаты и прислушалась, нет ли признаков Кинана. Когда я поняла, что его нет в квартире, то бросилась к телефону, который заметила внизу.

Я сорвала трубку со стойки и набрала Дэша. Когда он не ответил, я позвонила Лэйк, которая ответила почти сразу.

– Шелдон! Я так рада, что ты позвонила. Я собиралась уже организовывать поисковую группу и толпу охотников за головой Кинана.

– Так почему ты этого не сделала? – горько спросила я. Все, что я могла сделать, это не закричать в трубку. Я была заперта в каком-то неизвестном месте последние двадцать четыре часа или около того, и Лэйк, одна из моих лучших друзей, притворилась, будто я только что вернулась из отпуска.

– Ну, я не хотела мешать твоему романтическому уединению.

– Погоди, что?

– Не скупись на детали, девочка. Рассказывай.

– Лэйк… о чем, черт возьми, ты говоришь? – я кричала в трубку, сжимая ее хваткой, более удушающей, чем смерть. – Забудь. Где Кеннеди?

– Я думала, Кеннеди с вами, ребята. Ты в порядке?

– Нет. Я не в порядке. Кинан…

– Мама?

Я обернулась и чуть не спотыкнулась о ноги при звуке голоса моего милого маленького ангела.

– Кеннеди? – я слышала, как Лэйк зовет меня на заднем плане, но рассеянно повесила трубку и пробежала небольшое расстояние до того места, где Кеннеди ждала у двери.

– Кен! Боже мой, – я поцеловала все ее лицо и полностью проигнорировал тот факт, что могу ее напугать. – Ты в порядке? Дай мне посмотреть на тебя.

– Мама, мне было весело, – она начала рассказывать обо всем, что сделала, и хотя я едва могла уследить за ее болтовней, я слушала, потому что хотела точно знать, где она была. – Покажи мне акул.

Ди? Она сказала «Ди»?

– Ди? Моя дочь была рядом с этой шлюхой?

– Следи за своим языком рядом с моим ребенком.

– Думаю, я знаю, как воспитывать собственную дочь. Я ее мать.

– Тогда веди себя соответственно. Ей нужно принять ванну, а уже поздно. Сделай это, пока я не передумал.

Как бы мне ни хотелось поспорить, он был прав. Была почти полночь, и я была удивлена, что она все еще не спала. Я также чувствовала запах пляжа от нее. Он прошел мимо меня и сбросил свою льняную куртку, которая соответствовала брюкам, которые были на нем. Я старалась не пускать слюни от того, каким он выглядел. Это было совсем не похоже на джинсы и футболки, которые он обычно носил. Он выглядел во всех отношениях тем человеком, которым вырос, и даже старше своих двадцати двух лет.

Я приготовила ванну для Кеннеди. Вскоре ее глаза уже закрывались, и я уложила ее спать. К тому времени, как я надела на нее ночную рубашку, Кинан вошел и сел на край ванны, пока я расчесывала волосы Кеннеди. Ее голова лежала у меня на груди, но когда вошел Кинан, она начала бороться со сном.

Может ли она уже быть привязана к нему? Если да, то уже слишком поздно. Как я могу теперь их разлучить?

– Почему Лэйк думала, что мы проводим время наедине?

– Потому что я им так сказал.

– И они просто поверили тебе? – у меня было такое чувство, будто меня продали тому, кто предложил самую высокую цену.

– Я говорил тебе… они хотят, чтобы мы снова были вместе… даже если это не так.

– Они ведут себя смешно.

Его глаза сузились, а руки сжались от моего заявления. Кеннеди, казалось, почувствовала перемену в своем отце, потому что подняла голову и посмотрела на него. Он заметил это и сразу же отстранился, а я не смогла сдержать ухмылку.

– Я собираюсь уложить нашу дочь спать. Я хочу, чтобы ты подождала меня в спальне.

– Кинан, я не думаю, что это хорошая идея. Может быть, мне стоит поспать с Кеннеди.

Он притянул меня к себе, легко рукой обхватив за шею и зарычал мне в губы.

– Иди. Сейчас.

Я встретилась с глазами дочери, которые были почти закрыты от усталости, но все еще очень внимательны. Ссора с Кинаном на ее глазах, когда он еще был для нее почти незнакомцем, только напугала бы ее.

Я навела порядок в ванной и направилась в спальню, где приняла душ в главной ванной. Когда я закончила, Кинан уже ждал меня на кровати. Он сбросил рубашку и туфли, и такой его вид возбуждал нежелательную похоть. Татуировки, покрывающие верхнюю часть его тела, сильно контрастировали с классическими брюками.

– Теперь ты можешь перестать пускать слюни.

Я захлопнула рот и проглотила влагу, образовавшуюся от его вида.

– Я не пускала слюни.

– Если ты так говоришь, – он ухмыльнулся. – Вот. Я хочу, чтобы ты надела это, – он протянул кусок прозрачной ткани, и я неохотно взяла его и подняла для осмотра.

– Думаю, это не совсем подходит для сна, тебе так не кажется?

– Если хочешь, можешь спать голой.

– Почему я не могу носить пижаму, которую принесла с собой?

Вместо ответа он обнял меня за талию и притянул между своими ногами, а затем вырвал нижнее белье из моих рук. Полотенце было снято с моего тела и небрежно упало на пол, и так же быстро я надела вещицу.

– Будешь ли ты всегда настаивать, чтобы я поступала по-твоему?

– Боюсь, что так, – он встал на ноги, возвышаясь надо мной. – Я собираюсь принять душ, но вернусь за тобой.

– Это угроза?

– Это обещание.

Он напугал меня, нежно поцеловав в нос, а затем исчез в ванной.

Какого черта?

Я едва не выбежала из комнаты, чувствуя себя растерянной и на грани.

Почему он изменил свое мнение о Кеннеди? Почему был нежным и почти приятным?

Одна часть меня надеялась, что это реально, а другая боялась, что это всего лишь очередная игра разума.

Я вошла в спальню, где Кеннеди крепко спала, и долго смотрела, как поднимается и опускается ее грудь. С каждым ее вздохом на сердце у меня становилось легче. Она была в безопасности. Она была дома. Мы были друг у друга.

– Мы должны рассказать ей как можно скорее, – моя голова повернулась к двери, где стоял Кинан, его волосы и тело были мокрыми, а вокруг талии было обернуто полотенце. – Ты снова пускаешь слюни.

– Твой член практически делает палатку из этого полотенца.

– В моем члене нет ничего практичного, детка.

– Почему ты так мило говоришь со мной?

– Ты бы предпочла, чтобы я угрожал и кричал на тебя?

– По крайней мере, это было бы по настоящему.

– Позволь мне показать тебе кое-что настоящее, – прохрипел он, когда его глаза потемнели до угольной тьмы. Я внезапно пожалела о сказанном. Меня пугало, как быстро он мог меняться. – Пойдем.

Он отвернулся, предполагая, что я последую за ним.

И я последовала.

И я проклинала себя всю дорогу до его спальни.

Он сел на край большой кровати и согнул палец.

Глупая я последовала за ним.

– Лицом к стене.

Я сделала, как мне сказали, хотя мой мозг послал телу команду бежать.

Ты можешь сделать это.

Как бы он меня ни ненавидел, я должна была помнить, что где-то глубоко внутри все еще был Кинан. Мой Кинан. Кинан, у которого всегда была готовая шутка и любящий подход.

Только… в этот момент, здесь, вместе со мной, он не был моим Кинаном. Он был моей погибелью.

Я слышала, как он двигался, но почему-то знала, что развернуться было бы ошибкой. Комната наполнилась медленным и сексуальным пением мужчины, который пел о потерянной любви, замененной ненавистью и сексом.

– Станцуй для меня.

По его команде мои бедра начали покачиваться. Прозрачная ткань, которую он приказал мне надеть, не скрывала форм, которые я приобрела во время беременности. Его глаза перед тем, как я повернулась, когда они сканировали мое обнаженное тело, сказали мне, что он оценил это.

– Твоя задница еще красивее, чем я помню. А твои сиськи… – его стон был тихим, но прекрасно слышимым. – Теперь ты женщина, – его теплое дыхание скользило по моей коже, согревая меня, но в то же время вызывая холодок. Я даже не слышала, как он двигался. – Мой ребенок сделал это с тобой?

– А ты как думаешь?

– Я думаю, ты сексуальнее, чем когда-либо. Даже идеальная.

Его рука прошла между моих бедер и скользнула вверх, пока кончики пальцев не оказались под тонкой ночной рубашкой.

– Идеальная? – я едва смогла произнести это слово, когда его пальцы на мгновение коснулись моей киски, прежде чем исчезнуть, как будто этого никогда не было.

– Идеальная, – повторил он. – На самом деле это очень плохо.

Поцелуй в плечо заставил меня нуждаться в большем, чем просто многообещающая угроза.

– Почему это?

– Потому что ты перестанешь быть такой, когда я с тобой закончу. Я буду тем дьяволом, которого ты из меня сделала.

– Может быть, ты всегда был таким человеком, а парень, в которого я влюбилась, был фасадом.

Он развернул меня лицом к себе, положив руки мне на бедра.

– Поздравляю, Шелли. Наконец-то ты думаешь головой.

Он толкнул меня на кровать и залез на меня сверху.

– Жаль, что твоя голова не нужна для того, что я собираюсь с тобой сделать.

– Я никогда не говорила, что хочу тебя.

– Тебе не обязательно это делать. Твое тело говорит все, что мне нужно знать, – он провел рукой по моему бедру и положил ее туда, где мое бедро соприкасалось с промежностью. – Твоя киска тоже не врет. Я чувствую весь этот жар между нами прямо… здесь, – он провел пальцем по моей киске, и мое предательское тело задрожало.

– Потому что ты играешь нечестно.

Я стянула полотенце с его бедер, а он сдернул прозрачную ткань через мою голову. Моя рука тут же схватила его член и направила его внутрь себя.

– Я никогда этого не опровергал, – простонал он, когда полностью вошел.

– Тогда что нам теперь делать?

– Трахнуться.

Его губы встретились с моими, и в тот же момент он начал двигаться внутри меня. Мои ноги крепче обхватили его за талию, и я притянула его к себе. Его темный взгляд пригвоздил меня к кровати как раз перед тем, как это сделали его руки.

– Только я контролирую эту хуйню, детка, так что отпусти и дай мне это.

Мне пришлось схватить его за бедра, чтобы справиться с резким, но медленным движением его тела. И так было каждый раз, когда я ему отдавалась. Это я боролась за то, чтобы он не увидел, как сильно я желала сдаться.

* * *

Он перевернулся на спину, взяв меня с собой, и уставился в потолок. Мои конечности были как резиновые, а все тело болело от чрезмерной нагрузки, включая запрещенные части.

Кинан тщательно исследовал меня всю ночь. Мой рот и задница приняли на себя основной удар его похоти.

– Почему ты передумал? – прошептала я в темноту.

– А?

– Отнимать у меня Кеннеди.

– Я никогда не забирал ее у тебя, а даже если бы и да, ничего не изменилось, Шелли. Я все еще плохой парень.

– Защита себя не обязательно означает причинение вреда другим. Не обязательно быть таким жестоким.

– Ты хочешь знать о жестокости? Нет ничего хуже, чем влюбиться в того, кого хочешь ненавидеть.

– О чем ты говоришь?

– Я думаю, ты знаешь.

Я знала, но некоторые вещи лучше оставить в неведении. Мне определенно не хотелось в это верить.

Каждый из нас предался своим личным мыслям. Подъем и падение его груди начало убаюкивать меня, пока мой разум не начал кричать, чтобы я задала вопрос, который все еще стоял между нами двумя.

– Зачем ты ее трахнул?

Он так долго молчал, что я подумала, что он, возможно, заснул, пока его тяжелый вздох не сказал мне, что это не так.

– Потому что я бы потерял тебя в любом случае. По крайней мере, я знал, что у меня есть шанс удержать тебя, и с тобой все будет в порядке.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что потерял бы меня? Куда бы я делась?

– Оставь это, Шелли.

– Я не могу этого сделать.

– У тебя нет выбора, – я села и всмотрелась в его лицо, возможно, надеясь, что он сдастся, но его стальной взгляд непоколебимо встретился с моим.

– Забудь. Это.

– На днях я наконец признаю, что ты никогда не перестанешь быть трусом, – я повернулась на бок и отвернулась от него, сдерживая слезы.

Долгое время единственным звуком, который можно было услышать, был звук моего непрерывного всхлипывания, пока он не заговорил так тихо, что я почти не слышала его.

– Ты читала те текстовые сообщения, но поняла ли ты их смысл?

Что?

– Я не глупая.

Их было не так уж много, и по прошествии четырех лет я, вероятно, могла только догадываться, что их было не больше горстки в течение двух недель.

– Нет, Шелли. Это не так.

* * *

ЧЕТЫРЕ ГОДА НАЗАД

– Твои родители сегодня дома? – Кинан уткнулся носом в мою шею и нащупал мою задницу, чтобы притянуть к себе. Мы только что закончили целоваться на подъездной дорожке

– Я не знаю, но Дэш может вернуться в любой момент, – хихикнула я.

– Нет, он не вернется. Он занят погоней за задницей Уиллоу. Я его не виню.

Я ударила его в грудь и подумывала о том, чтобы ударить еще и коленом.

– Не шути о моих друзьях, – предупредила я.

– Детка, я просто пошутил. Ты – моя зеница ока.

– Ты действительно напрашиваешься сегодня вечером, не так ли? – я имела в виду угрозу, но похоть в его глазах возросла в десять раз.

– Я почти умоляю об этом, Шелли. Ты собираешься подарить мне себя сегодня?

– Это зависит от…

– Чего?

– Как хорошо ты просишь.

– Я очень хорошо умею просить, детка. Если отведешь меня внутрь прямо сейчас, я смогу показать тебе, как хорошо умоляю, касаясь ртом твоей киски.

Мы были наверху и заперлись в моей комнате ровно через шестьдесят секунд. Мы продолжали целоваться с интенсивностью, к которой я еще не совсем привыкла.

– У твоих губ такой вкус, будто я умер и попал в рай, но твоя киска заставит меня желать смерти за этот маленький кусочек рая. Повернись, детка, и наклонись над кроватью.

Я без колебаний выполнила его указание.

– Подними юбку и спусти трусики до щиколоток, – мне было неловко выполнять его указания в моем нынешнем положении, но я справилась с этим без смущения. – Хорошая девочка, – похвалил он. Его голос звучал издалека, поэтому я повернула голову и увидела, что он стоит возле дальней стены и наблюдает за мной, скрестив лодыжки и руки.

– Почему ты играешь со мной?

– Я восхищаюсь. Игра начинается сейчас, – он снял толстовку и футболку и опустился на колени позади меня. – Чертовски красиво, – простонал он, прежде чем его язык коснулся моей киски.

С этого момента он держал меня в постоянном состоянии стонов и дрожи, жадно поедая. Когда он, наконец, решил, что с меня достаточно, то расположился поверх моего голубого покрывала и приказал мне объездить его.

После трёх раундов мы наконец устали. Засыпая, я почувствовала, как он поцеловал меня в нос. Я открыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как он выскользнул из комнаты. Как только он закрыл дверь, его телефон завибрировал и появилось сообщение. Я застонала и перевернулась, готовая ко сну, который заберет меня. Пять минут спустя его телефон продолжил противно вибрировать. Подумав, что это была чрезвычайная ситуация, я схватила его джинсы и выудила из кармана телефон:

Неизвестный: Почему ты меня игнорируешь?

Похоже, это было первое сообщение, пришедшее с неизвестного номера. Их было как минимум еще пять, каждая хуже и инкриминировала предыдущую:

Неизвестный : Твоя маленькая подружка рядом?

Неизвестный : Она не может любить тебя так, как я.

Неизвестный : Я хочу еще Кинана.

Неизвестный : Сколько еще парней могут сказать, что трахали свою учительницу химии?

Неизвестный : У нас есть что-то особенное. Я не перестаю думать о твоем члене.

Последнее было самым запутанным из всех.

Неизвестный : Я же говорила тебе… если хочешь оставить ее, нужно смотреть на вещи по-моему.

Я быстро прокрутила вверх и перечитала сообщения. Кинан ответил только дважды за две недели, когда были отправлены сообщения. Он писал ей, что их сделка заключена, а во втором сообщении говорилось, что произошедшее было ошибкой.

Телефон выскользнул из моих рук на пол, и я последовала за ним, когда у меня подкосились колени.

Какая сделка может включать в себя секс с мисс Фелдерс?

Он трахнул мисс Фелдерс.

Он изменял мне не в первый раз, но я никогда не думала, что мы зайдем так далеко. Я не осознавала, что плачу, пока не почувствовала, как его руки обняли меня и подняли с пола. Его голос был едва слышен за звуком моего сердца, разбивающегося на кровавые осколки. Если бы я присмотрелась достаточно близко, то, возможно, смогла бы увидеть его лежащим у моих ног.

Он поднял мое обнаженное тело и осторожно уложил на кровать, а затем быстро оглядел меня. Когда он не увидел физических признаков моего нынешнего состояния, он снова спросил:

– Почему ты плачешь, Шелли?

– Ты сказал, что это больше не повторится.

Последние мои слезы пролились, и на их месте появился гнев.

– Я не понимаю, – смятение отразилось на его лице, когда он посмотрел на меня.

– Тогда, возможно, твой телефон поможет тебе вникнуть, – я вскочила с кровати, подняла с пола его телефон и швырнула его ему в обнаженную грудь. – Кажется, вы с учительницей химии хорошо знакомы друг с другом. Это потому, что ты ее трахнул? Чертову учительницу химии.

– Ебать, – он встал с кровати и потянулся ко мне, но я отступила. От мысли о его руках у меня по коже побежали мурашки. – Шелдон, это было…

– Ошибкой? Я знаю. Ты написал ей это после того, как она отправила тебе множество сообщений, просто умоляя дать тебе больше твоего члена.

– Это было только один раз. После этого я ей отказал.

– Что это должно значить для меня? Этого никогда не должно было произойти.

– Но это не то, что ты думаешь.

– А разве так бывает? Этого не было ни с Джессикой Стэнтон, ни с Кейси Уитмор, ни с Бриттани Андерсон. Как думаешь, насколько я сильна, Кинан? Или ты просто считаешь меня такой дурой? Нет, не отвечай. Я дура, но более того – с меня хватит.

– Не делай этого, Шелли, – он умолял и умолял, но я ничего этого не слышала. – Не уходи снова.

– Кинан, я не ухожу. Я закрываю дверь. А теперь, пожалуйста, уйди.

– Я не уйду, Шелли, и ты тоже.

– Я больше не могу быть с тобой, Кинан. Я не могу конкурировать с твоими демонами. Они поглощают тебя. Я так тебя ненавижу, что если бы ты умер прямо сейчас, мне было бы все равно.