Текст книги ""Иной мир. Морпехи-Лабиринты миров". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Айнур Галин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 147 страниц) [доступный отрывок для чтения: 52 страниц]

– Почему Унк, она мне просто Яхантой назвалась.

– У медведей, Денис, есть вторые имена. Иногда это обозначает пол, как с Унк. Это значит, что она медведица. У Архам – Хур, это значит хранитель. Много вторых имён. Это почти как фамилия у людей.

– Понятно. Кстати, главный-то прикол в том, что эта старая тварь снюхалась с людьми, и, видимо, туда приезжали люди. Мы следы от машины нашли.

– Вот это уже интересно. Люди жестоки. Они готовы жертвовать своими соплеменниками ради своей же безопасности или выгоды.

Шурик, Глеб и Алиса сидели без звука, слушая разговор Дениса и Рашидова. Шурик, проживший в этом мире уже не один год, узнавал для себя очень многие аспекты, скрытые от обычных людей в этом мире. Вся прошлая жизнь, посвящённая тому, чтобы заработать и потратить заработанные деньги, выглядела детским садом по сравнению с тем, что на самом деле происходит в Ином мире. Медведи ведут скрытую борьбу не только с хищническими городами, которые истребляют всё вокруг, ради выгоды, но и между собой. А Глеб с Алисой находились в глубоком шоке от происходящего и не могли поверить в то, что это всё происходит у них в реальности. Но во сне ссадины и раны не могут болеть, и эта боль была ярким индикатором настоящего.

– Семён Викторович, а не взять ли Вам этих замечательных ребят с собой?

– Кого это?

– Ну вот, этих самых. Мы их вытащили из лап шумунов. Если бы не успели, наверно, съели бы их. Куда их пристроить в группе, я пока не знаю. Ну и просьба к Вам будет, найдите моих. Помните девушку Дашу и парня моего? Когда мы через лес шли, нарвались на шумунов, благодаря которым этот портал и нашли. В бою его ранили. С нами ещё был дальнобойщик Юра-Воронеж, он себя так называл, он должен был вывезти их из леса. Нам ещё надо вернуться к медведице и выяснить, что там за следы. Хотя, ещё не уверен, надо ли это делать. Кстати, как там шумиха-то вокруг нас? Ищут до сих пор?

– Искать – ищут. Но без особого энтузиазма. Кстати, под шумок мы смогли устранить нашего маршала. Теперь там мой человек. Хотя, в посёлке хватает ещё стукачей. Грегор рассказал про моего помощника. Жаль, что не смогли уберечь парня. А ребятам, думаю, найду работу. У меня продажи падают. Кстати, молодой человек, а чем Вы раньше занимались?

– Глеб, у тебя спрашивают, – толкнула Алиса своего мужа в бок.

– Я? Да рекламу продавал. Ну и продажами, в общем, – ответил парень.

– Ну вот и славно, неплохой посёлок, да и работой будете обеспечены, – хлопнув ладонями, сказал Денис.

– Денис, ты хочешь выяснить кто привозил им людей?

– Семён Викторович, в принципе-то, если даже узнаю, что от этого изменится? Я же не судья. Думаю, на месте это решим. Вообще, надо посмотреть, что там за место. Определённые догадки есть, но надо проверить. Я этих шумунов уже видел.

– А третий выход смотрели?

– Я сам туда не ходил, Кронах с Хурхом были. Говорят, там джунгли. Южные широты, если коротко.

– Три портала есть, уже хорошо. Надо найти ближайший портал к Иерихону. Тогда мы сможем пробраться в город.

– Ну а дальше что? Резню устроите? Погибнут же много невинных людей. Я видел, как берсерки работают. Но и их надолго не хватит. Шустрые, сильные да. А против крупного калибра они не выстоят.

– Нет, Денис. Грубой силой их не одолеть. Нужно мягко. И там будет для вас работа.

– Семён Викторович, какая? Мне надо знать!

– Придёт время, и я всё расскажу. И всё это должно быть в тайне – сказав, Рашидов посмотрел сперва на Шурика, а после на Глеба и Алису. Молодые люди застыли на секунду, а после закивали, давая знать, что всё прекрасно поняли.

– Не надо, вот, на меня смотреть. Я с вами уже сколько тут нахожусь? – недовольно ответил на взгляд профессора Шурик. Рашидов же только улыбнулся.

– Я отдыхать, завтра утром, молодые люди, выдвигаемся ко мне домой. Посёлок наш вам очень понравится. А ребят я найду, Денис, не волнуйся. Они будут у меня, если ещё живы.

Ночь постепенно поглотила всё вокруг, оставив зримым лишь красные угольки и тёмные силуэты людей, которые то и дело по одному ходили по поляне. Бессонница, ведь пить бодрящий отвар из трав – не лучшее занятие перед сном.

В каком бы мире ты ни был, утро всегда приходит тяжело и долго. Даже тот, кто просыпается рано и быстро, так как его подгоняют какие-то обязанности, каждый раз вставая с постели и отходя ото сна хочет ещё полежать и поспать. Кто-то встаёт поздно и тяжело, и его одолевают такие же желания. А если человек на протяжении нескольких месяцев спит только тогда, когда выпадает такой шанс, то ему без разницы, утро или вечер. Просыпаться никогда нет желания. Потому что это холодно и противно. Денис с Шуриком уже несколько часов дежурили, сменив Лёню и Макса. Обувь была уже мокрой из-за росы, которую ребята то и дело сбивали с травы проводя обход временного лагеря. Поляна утонула в лёгком тумане и в дымке, которую генерировал костёр. Тепла от огня не было, как и самого огня. Древесина тлела, не желая никак нормально разгореться.

– А не тяжело в людей стрелять? – спросила заспанная Алиса, сидевшая прислонившись спиной к бревну, которое берсерки откуда-то притащили к костру ещё днём. Глеб спал рядом, положив голову на колени своей жены.

– Тяжело. Они ведь то прячутся, то убегают, то отстреливаются, – с усталой улыбкой ответил Денис, сидевший рядом, на дыму костра подсушивая свои портянки. Но, увидев в свете наступающего утра удивлённые глаза девушки, продолжил.

– Да шучу я. Ну конечно, тяжело. И страшно. Не боятся убивать только психи. Нормальному человеку генетически запрещено убивать себе подобных. Но, опять же, ситуации бывают разные. Алиса, не забивай себе голову. Вы чего, кстати, не спите нормально? Макс сказал, что вы ещё при них пришли.

– Мы тут всю ночь сидим. Страшно спать. Как закрываю глаза – вижу их. Белый оскал, чёрная шерсть. Как вспомню, что они прикасались ко мне, становится мерзко и противно. А этот запах… Такое ощущение, что вся кожа пропиталась, и я никогда не отмоюсь. Ещё голос той девушки. Она красивая, зелёные глаза, тёмные волосы. Её крики. Боже мой, как она кричала. Я прямо на себе чувствовала, как ей было больно. А у костра тепло, и вы рядом. Живые люди, готовые защитить.

– Да, ребята, несладко вам пришлось. Ну, время лечит. О девочках ваших – бабушки позаботятся. Не думайте об этом. Им намного легче, чем вам. Главная ваша задача – выжить в этом мире. Рашидов неплохой мужик. Устроит вас у себя в посёлке. Он же там голова.

– Голова? – не расслышав, переспросила девушка.

– Ну, типа, мэр. У них там целая горнодобывающая отрасль. Руду, вроде как, добывают и металлопрокат делают. Вам, главное, ни при каких обстоятельствах, даже под страхом смерти, нельзя рассказывать о том, что знакомы с нами. И про то, что с вами произошло. С Рашидовым придумаете легенду и придерживайтесь её. Типа, он вас где-то нашёл, новенькие. Тут, в этом мире, таких как вы очень много. Практически, всё взрослое население, попадают из нашего мира, из разных стран. И умные, и тупые, и богатые, и бедные. Тут всё начинается с чистого листа.

Сквозь туман, рассекая сизый дым, стелющийся по земле, к костру приближался силуэт. Денис, увидев это, среагировал быстро, взял в руки автомат, но не успел и слова сказать, как в том силуэте разглядел Нину.

– О, очнулась. Вот и хорошо, – с облегчением на выдохе сказал Денис. За неё он очень переживал, потому как во все эти полумистические мероприятия не особо верил. Хотя, всё происходящее вокруг убеждает, что происходит это в реальности. А может, это не реально, а лишь во сне. Ну, мало ли, что могло по пути на полигон произойти. Может, не сон, а кома. В книгах же пишут, что люди после комы рассказывают удивительные вещи о том, что с ними происходило. Если так, то другого варианта нет. Напиться с утра пораньше до беспамятства он не мог, точно. Водку пил только при обмывании звёздочек на погонах. А вот уснуть он мог, так как монотонная езда на броне быстро утомляет. Нина и Даша в их мужском коллективе были напоминанием того, что есть другая жизнь. Тихая и спокойная, в окружении любимых и дорогих людей. Ведь именно женщины делают мужчин – мужчинами, и ради них, в большинстве случаев, мужчины совершают те или иные поступки. В том, что с Дашей всё хорошо, Архипов был уверен. Нина же была рядом и ответственности за неё было ещё больше. Тем более, Ваня к ней какие-то чувства проявил. А почему бы и нет, Ваня парень видный, и человек хороший. Нина умная и симпатичная. Размышления Дениса казались долгими, но на эти мысли понадобились секунды.

Девушка медленно приближалась неестественной для здорового человека походкой. Голова наклонена вбок, руки неподвижны, а к ногам как будто привязаны тяжёлые гири. Дойдя до костра, она остановилась. Архипов к тому времени уже обулся и, держа в руках автомат, смотрел на неё. Пустой взгляд Нины медленно перемещался по окружающему миру, периодически цепляясь за что-то и делая остановки на выбранных предметах.

– Шурик, – тихо позвал своего друга Денис.

Где-то из молочного тумана послышалось:

– Чего там?

– Быстро буди профессора и сюда. Тут Нина очнулась, – вполголоса сказал Денис в направлении Саши.

Нина же продолжала стоять, озираясь и не обращая внимания ни на кого.

– Бля, испортили девчонку, – промелькнула мысль у Дениса.

Девушка же направила свой взгляд на и без того напуганных Алису и Глеба, который уже сидел, держа в руках какой-то небольшой нож приготовившись любой ценой защитить себя и жену от сумасшедшей, как ему казалось девушки.

– На раз подорвались, на три убежали! – чётко и достаточно громко сказал Архипов, обращаясь к ребятам.

– Ну чего расселись, дуйте в машину, – уже громче приказал Архипов, а сам поднялся, и, держа перед собой автомат, встал между Ниной и спешно уходящими Алисой и Глебом.

– Нина, хорошая ты наша. Ты меня помнишь? Я Денис! Как ты себя чувствуешь? – пытаясь как-то привести её в чувство, мягким голосом начал Архипов. Как из такого состояния выводят людей, он не знал. Где-то в фильме видел, что нужно говорить. За время службы с таким явлением он не сталкивался, потерянных людей с пустым взглядом он видел только после контузии. Но в тех ситуациях он знал, что делать. А тут, глядя на девушку, у которой, возможно, поплыли мозги, стоящую напротив него, пускающую слюни, он растерялся. Было одно желание, запомнившееся ещё с курса молодого бойца. «Прикладом бей!».

Прошло минут пять, а может десять. Денис внимательно смотрел на неё, она на него. Её взгляд стал более разумным и устремлённым. Изо рта доносились какие-то звуки, не похожие на человеческую речь даже издалека. Что-то, схожее с рычанием или утробным рыком. Берсерки стояли неподвижно метрах в двадцати и наблюдали. Как долго они там, Архипов не знал, эти мохнатые, как обычно, появились бесшумно. Прибежал заспанный Ваня, босиком, но со своим оружием наперевес, не понимая, что происходит. Его первая попытка подойти к Нине закончилась тем, что девушка размашисто выбросила в его сторону руку, пытаясь ударить растопыренными пальцами по лицу. Субботин среагировал, уклонился, но, возможно, если бы не было оружия в руках, то машинально ответил бы ей хуком в челюсть.

Прибежали профессор с Шуриком. Рашидов тут же встал спиной к Денису, лицом к девушке, а Саша за ней, таким образом, что она оказалась в кольце. Семён Викторович закрыл глаза и тут же открыл, пристально вглядываясь в глаза девушки. Его зрачки сузились и взгляд был больше холодным звериным, чем тёплым человеческим. Пауза затянулась, и тянулась мучительно долго. Непонятность происходящего и бездействие напрягало не только людей, но и неподвижно стоящих до этого времени берсерков. Они, обнажив свои мечи, начали расходиться, и с флангов приближались к людям. Шурик с Ваней, заметив это, синхронно повернули в их стороны автоматы. Напряжение росло, казалось даже, что искрилось, готовое в любой момент взорваться и поглотить всё то, чего находящиеся на этой поляне добивались, заплатив столь высокую цену.

– Кронах, Хурх. Мечи свои уберите на хрен. Ваня, Шурик вас тоже касается. Сейчас всё решим, да Семён Викторович. Что, на хрен, тут происходит?! – решительно и громко сказал Архипов.

Берсерки мечи опустили, но идти продолжили, остановились, не доходя нескольких шагов. Медведи это расстояние могли преодолеть прыжком за долю секунды, и люди, зная их склонности к странности, побаивались и не отводили взгляда. Но больший страх шёл от девушки. Непонятное, ледяное чувство распространялось на всех вокруг так, что холодный липкий пот стекал со спины, доставляя дискомфорт. Хотелось поправить тельник и подтянуть ремень, но лишний раз делать резкие движения никто не осмеливался.

Глава 3

– Даже и не думай! – нацелившись в голову Хурха, сказал Ваня, увидев, как тот медленно поднимает свой меч. Берсерк посмотрел на своего собрата, а после – на Ваню и наведённый на него ствол автомата, и, расслабив лапу, опустил клинок в исходное положение.

– Эта тварь до сих пор жива! Человек, мы должны, обязаны её убить! – грозно прорычал Кронах, обращаясь к Денису.

– Семён Викторович, или кто там на связи?! Архам-Хур! – пытаясь получить хоть какую-то реакцию от профессора, крикнул Архипов.

Тот, не поворачивая головы, тихо ответил:

– Кронах, Хурх, встаньте и охраняйте вход. Не впускайте и не выпускайте никого, особенно её. Люди, уйдите подальше. Она испугана. Вы её пугаете, – негромко приказал Архам-Хур. Морпехи продолжали стоять неподвижно. То ли ждали приказа командира, то ли настолько были привязаны к доброй в недавнем прошлом девушке Нине, что не смели оставить её в такой ситуации. Берсерки же, в свою очередь, не убирая мечи, пошли к выходам из портала.

– Так, ребята, давайте несколько шагов назад. И оружие уберите, вряд ли оно тут поможет, – сказал Денис, отступая назад от костра.

В этот момент Нина вдруг обмякла и упала на землю, как пальто, у которого оборвалась петелька. Тело её мелко затряслось. Ваня тут же подбежал и поднял её на руки. Её тело горело, вся кожа покрылась мелкими мурашками.

– У неё температура высокая! – сказал сержант и понёс её под навес. Архам-Хур стоял без движения, только тихо прокомментировал:

– Она ушла, пока. Тело слабое, и, видимо, Нина с ней борется. Это сложно было предугадать, – безадресно, мягким голосом сказал Рашидов и побрёл к своей палатке.

– Шурик, очнись. У тебя есть аптечка? Нужен парацетамол или что-то в этом роде.

– Денис, какая аптечка! Тем более – парацетамол.

Архипов догнал профессора, когда тот копался в своём рюкзаке, что-то ища и бормоча.

– Этого не должно было случиться, что теперь делать…

– Семён Викторович, может, объясните как-то. А то я ни хрена не понимаю, что происходит.

Рашидов замер, и с силой бросил вещи, которые он держал в руке, в открытый рюкзак.

– А то, Денис, и происходит, что я не знаю – что. Есть вероятность, что, когда Хурх её убил, она была в теле Олега и боролась с Йогархом. А кто из них всё-таки сейчас в девушке, я не знаю. Её тело плохо реагирует, как видишь. Когда со мной это произошло, я несколько дней встать не мог, так же болел. Но я тогда был один. И Архам один. И у меня не было выбора, тот медведь, которого я повстречал в портале, в любом случае смог сделать задуманное, а именно – переселить свой разум в меня. К твоему сведению, Денис, наш Йогарх – сильный шаман. Именно он сотни лет назад выбирал и учил хранителей портала. Своими знаниями и умениями Архам-Хур обязан только ему.

Денис посмотрел на профессора и ребят, которые обтирали Нину чем-то и после пытались укутать одеялом. Опершись на автомат, он сел рядом с Рашидовым на землю.

– То есть, мы не в курсе, кто в теле Нины. Так?

– Именно, Денис, но я боюсь, что она одолела Йогарха. Хотя, ведьма Яханта примерно того же возраста что и шаман. Про неё я, практически, ничего не знаю и до сих пор не встречал. И не смотри на меня так. Ни я, ни Архам-Хур её не встречали. Слышал, что она пыталась найти выход в другой мир. А брала энергию из живых существ, убивая их. За это её из племени прогнали. Но она подчинила себе нескольких воинов-берсерков и таким образом устроила между ними войну. Позднее здесь стали появляться люди. В итоге вышло так, что люди начали истреблять медведей за то, что они, якобы, убивали их. А у людей оружие сильное. Объединившись в один большой отряд, берсерки смогли поймать её. Но пока они и её охрана сражались между собой, она вновь сбежала, и на этот раз – на долгие сотни лет. Берсерки поклялись, что найдут её и уничтожат. Это что касается Яханты. Слышал, что она была не одна. И вот теперь, если её разум окажется жив в теле вашей девушки, берсерки должны её убить. Как она себя поведёт – я не знаю.

– Слушай, а как разумы уживаются в одной голове. Вот вы, например, как договорились? Ну, я не знаю, каким словом это назвать. Это получается, как в одном телефоне и анероид, и айфоновский иос стоит.

– Не совсем понял про телефон. Его голос как мой внутренний, и когда у меня возникает вопрос, я представляю себе этот вопрос и тут же нахожу на него ответ. Его голос я не слышу, а чувствую. Но бывают случаи, когда он берёт управление, тогда я просто проваливаюсь в сон, и не всегда помню, что происходило в тот момент. Такое бывает редко. Архам не мешает мне жить, но очень помогает в жизни. Я открыл для себя, что благодаря ему знаю многие вещи в этом мире. Про животных, про растения. Могу найти дорогу. И самое интересное, Денис, я стал чувствовать медведей и людей. Это неописуемое чувство.

– Семён Викторович, как такое может быть-то? На земле …

– Да, да, молодой человек. На нашей прекрасной Земле попал бы я с таким набором в психушку. С этим согласен и спорить не буду.

– То есть, чувствуете и людей, и животных?

– Да, любое живое существо. Их сердцебиение и мысли. Я долго думал над этим, и, пользуясь теми знаниями, которые я получил ещё на Земле, пытался объяснить себе, как это происходит.

– Тащ майор. Протёрли её самогоном, вроде чуть остыла. Её надо вывозить, иначе помрёт, – прервав рассказ Рашидова, сказал Субботин.

– Да Ваня, готовимся к выезду. Едем дальше. Попробуем сразу и Дашу с Пашей найти. И разбуди Лёню с Максом. Они весь концерт пропустили.

– Верное решение, Денис. Тут ей помочь нечем. Так что – собираемся. Я с вами.

Берсерки отказались ехать, объяснив тем, что если они окажутся рядом в момент пробуждения Яханты, то их присутствие создаст опасность и для людей, и для них самих. А если это всё-таки она, то в любом случае, рано или поздно, они её найдут. В человеческом теле она слаба. Аргумент берсерков был железным, и никто не решился спорить.

Быстро свернув лагерь, люди готовились выехать в Мёртвый лес. Изменился ли он с того времени, когда они его покинули? Хотя, в общей сложности прошло всего несколько дней.

Из сгоревшего поселения шумунов к главной дороге в Мёртвом лесу добрались быстро, дорога была не очень далеко, и петлять не пришлось. Люди, приезжавшие мстить детям леса, оставили много следов. И выехав, машины сразу свернули направо, в противоположную сторону от Кардона. Лес днём выглядел чудесно. Яркие лучи солнца там и тут пробивались через густые кроны деревьев и освещали лес внутри мягким тёплым светом.

Шурик с Лёней и Чернышом ехали на Тойоте вместе с Ниной и Ваней. Остальные потеснились в Террано.

– Долго ехать-то, Семён Викторович? – спросил Денис, разглядывая очередные низкие кусты, растущие на обочине дороги. Видно было, что дорога сильно отличается от той, по которой они ехали до захода в портал. Стала более широкая и укатанная. То ли трактором проехались и выровняли, то ли грейдером.

– Нет, не долго. Как новую дорогу сделали, ездить можно быстрее. Теперь выедем из Мёртвого леса часов за восемь. А за ним – перевалочный посёлок Усалы. Там, думаю, сможем выяснить про вашего водителя.

Архипов в ответ угукнул и продолжил смотреть в окно. Навстречу то и дело попадались грузовики и обычные легковые машины. Ехали все неспешно. Будущее Дениса чуть пугало. Если Йогарх погиб, или же погибнет, то о поиске других порталов не может быть и речи, и придётся довольствоваться тем, что есть. Кроме него никто не может чувствовать эти порталы. Ни берсерки, ни другие медведи. Если бы чувствовали и были в курсе об их существовании, то пользовались бы по полной. С одной стороны, удобная штука. Но не для всех. А если не найти портал возле Иерихона, то о дальнейших планах можно забыть.

Ведьма, ведьма… Может ли она знать что-либо о порталах? Возможно, но где уверенность, что она самих людей не убьёт? Или люди – её? Вопросов тьма. Прекращение поисков означает, что необходимо куда-то прятаться от охотников, которых отправили за ними. А спрятаться можно только среди людей, распустив подразделение и отправив всех искать своё место самостоятельно. Время приближалось к полудню. Хотелось есть и спать. С этими желаниями и тяжёлыми мыслями Денис провалился в сон, подставляя ветру, который задувал через разбитое окно, своё лицо. Кто-то потряс Дениса за плечо, и он, не успев ещё проснуться, потянулся за автоматом, лежащим на коленях.

– Тащ майор, приехали – спокойным голосом говорил Максим, сидящий за рулём.

Пока Денис, открыв глаза, разглядывал пустую парковку, захламлённую по краям какими-то колёсами и выброшенными запчастями, профессор уже шёл к небольшой деревянной постройке.

– Какой шустрый, – недовольно сказал Архипов про себя, и, поправив китель, вышел из машины.

Постоял, разглядывая местность. Дорога проходила метрах в ста от дома. Добротная постройка, сделанная из местных деревьев. И, судя по венцам, на это ушло, от силы, три-четыре дерева. Молчавшие всю дорогу Алиса с Глебом отпросились в туалет. Всё-таки, сомнения в том, что их никто не держит, их не покидали, и на всякий случай каждое своё движение они старались согласовать.

– Профессор знает, кого мы ищем? – поинтересовался Денис.

– Да, я ему рассказал. Интересно, местные в курсе, что он мэр одного из посёлков?

– Думаю, по-любому, в курсе. И что? – не понимая вопроса, ответил Денис.

– Так их не удивляет, что он тут вот так вот разъезжает в непонятном виде.

– Макс, да фиг его знает. Может, для них это нормально. Наверное, ещё поставку с Земли чёрных мерсов с синими ведёрками не наладили, вот и гоняют, как могут, без кортежа, – улыбнувшись, сказал Денис.

Скоро в дверях появился Рашидов.

– Пойдёмте, поедим, вашего Воронежа здесь не знают. Но описанный грузовик они видели. День назад останавливался тут и ехал в сторону Эйсенберга. С ним какая-то девушка была.

– С русыми волосами и зелёными глазами? – тут же ожил Усков.

– Не знаю, какие там у неё волосы были. Иди, да сам спроси.

Усков тут же сорвался с места и быстрым шагом направился в дом. Остальные последовали за ним. Ваня остался с Ниной. И Черныша оставили, по понятным причинам, ему в такие места было нельзя.

За деревянной дверью оказался небольшой коридор. С одной стороны, были вешалки, а с другой установлены обычные рукомойники с бачком воды. В зал вела белая, повидавшая виды пластиковая дверь с затянутой плёнкой вместо стекла.

Резкий запах горевшего масла и специй ударил в нос. Это была обычная столовая. Но обычная – для Иного мира, в мире земном это заведение могло претендовать на хороший тематический ресторан с уклоном на блюда, приготовленные из дичи. Стены украшали рога неизвестных морпехам животных. Столы и стулья были деревянные, как и вся находившаяся в просторной комнате мебель.

Макс сразу пошёл к женщине, которая хозяйничала за прилавком, остальные же расселись и рассматривали внутреннее убранство.

– Ну что, заказал обед? – спросил Денис подошедшего и сияющего счастливой улыбкой Макса.

– Она тут была. Кушали, буквально, вчера. По описаниям – точно она.

– Отлично, Макс. Еды-то заказал? – переспросил Лёня.

– Нет, забыл. Сейчас закажу.

– Да сиди уже, сам схожу, – Лёня не спеша ушёл. Видимо, проголодался больше всех.

– Ну что, тут будем ждать?

– Кого, Макс.

– Как кого, тащ майор, Дашу.

– Для чего? Чтобы она приехала и нашла остывший труп своей сестры? – напомнил Максиму и вернул его в реальность Денис.

– Может, я останусь?!

– Я тебя одного не оставлю. Пристрелишь кого ещё. Максим, серьёзно. Её надо ставить на ноги. Без неё нам, мягко говоря, жопа. Так что, приём пищи и – в путь, без разговоров. Семён Викторович, дальше какой населённый пункт?

– Усалы.

– Так Вы же говорили, Усалы – это тут.

– Не, это просто вот. Типа кемпинга. Отдохнуть, покушать. Раньше тут много народу на ночлег останавливалось. Сейчас людей меньше. До Усалы ещё примерно час ехать. Там есть люди, они ей помогут.

Во время обеда Нину попытались тоже бульоном напоить, но ничего из этого не вышло. Её лихорадило, а ответа – от чего, у людей не было. Обтирания помогали слабо.

– Шурик, а самогон-то откуда?

– Да, как-то расплатились с нами за охоту. Зайцев тогда ловили. Ну, как зайцев… Чем-то похожи на наших, только мясоеды. Помнишь, дома ещё, у Башки собака была, как там её. Точно, Нюша. Так примерно с неё ростом. Вот эти ублюдки повадились свиней таскать. Черныш их выследил, ну и дальше – дело техники. Питомец наш потом почти неделю ими питался. Вот за это нам и дали, ко всему прочему, ещё и канистру сэма. Вонючий правда, хрен знает, из чего сделан. Лёня почти всё вылакал, а эту бутылку уже полгода с собой возим, на всякий случай. Антисептик хороший. Не зря возили, видимо – сказал Саша уже возле машины, готовясь выезжать.

По Мёртвому лесу доехали до огромной поляны, характер происхождения которой был непонятен. Возможно, когда-то сюда упал метеорит, или же – люди давно вырубили лес. Но непонятно, зачем сделали делянку так далеко от других посёлков. Факт остаётся фактом, и деревня Усалы находилась именно на этой огромной по человеческим меркам поляне. В длину и ширину на взгляд было не меньше двух километров. Свернув от главной артерии в Мёртвом лесу, небольшая дорога прошла ровно по центру деревни, в которой было, примерно, пара десятков домов.

– Да, высокие у них тут заборы. Видимо, шумуны, или ещё какие звери здорово их тут мучают – сказал Макс, разглядывая высокие остроги на въезде. Забор тянулся в обе стороны, насколько хватало взгляда. Ворот видно не было, но у дороги сразу за забором стояла вышка, возможно, местный наблюдательный пункт.

– Семён Викторович, – осмелившись, сказал Глеб. Видимо, разговор с Рашидовым благоприятно повлиял на парня, и он почувствовал себя более уверенно. Профессор, не меняясь в лице и продолжая что-то читать в своём блокноте, повернулся к нему, давая понять, что он весь во внимании.

– Семён Викторович, это декорации какие-то, или тут реально люди живут?

– Реальнее некуда, молодой человек. Живут и процветают. Тут несколько финских и русских семей живут. Вон видите, на площади руна стоит. Посвящена Богу солнца, который в этом лесу редко бывает. Наши староверы были пахарями, но финны поставили сюда оборудование и организовали лесозаготовку.

– Большую?

– Да, у них там дальше пилорама и делянка. На округе кроме них особо никто пило лес и не готовит.

– Лесорубы? – уточнил Денис, заинтересовавшись разговором.

– Да, они самые. Занимаются честным трудом. В этом мире лесоохраны нет, они и трудятся. Правда, кое-какие налоги Единому банку платят.

– В смысле, банку?

– Да, да, Глеб, тебе многое придётся узнавать. Тут есть банк, и даже система быстрых платежей. Правда, до онлайн банкинга ещё не дожили, но телефонный звонок, номер счёта, личный пароль – и можно переводить виртуальные деньги. Так Максим, давай, поворачивай налево и поезжай до упора. Там будут ворота. Остановись рядом, – сказал профессор, переключившись с Глеба на Ускова.

Ворота больше имели сходство с небольшой калиткой, чем с полноправными воротами. За ними стоял широкий дом из массивных гладких брёвен с двускатной крышей. На фронтоне крыши был небольшой балкон, обшитый листовым железом и ограждённый железными прутьями в виде клетки. Окна также были защищены железными решётками.

Профессор вышел из машины и направился в дом, остальные ждали на своих местах.

– Не дом, а прямо крепость, – сказал Шурик, разглядывая крепкую постройку.

– Ага, а забор хиленький, считай, его и нет совсем, – поддержал разговор Лёня.

– Ну, видимо вся фишка не в заборе, а в доме. Хотя всё свежее.

– Саш, она очнулась, – взволнованно сказал Ваня с заднего сиденья.

Нина тихо застонала. Стон был, явно, человеческий, такой, когда у человека болит всё тело. Когда головная боль меркнет перед болями в суставах и мышцах. Лёня, услышав, тут же схватил автомат и выскочил из машины, перепугав своей выходкой ребят, которые были в Террано.

– Что случилось? – пытаясь заглянуть внутрь тойоты, спросил подошедший Архипов у Лёни.

– Нина, – только и смог из себя выдавить он и сделал ещё несколько шагов назад. Денис неспешно открыл заднюю дверь.

Девушка приоткрыла глаза и прищурившись разглядывала Субботина и салон машины.

– Ваня. Как всё прошло? Где мы сейчас? – с трудом произнесла она, пытаясь спрятать взгляд от болезненного дневного света. Хотя солнце уже максимально приблизилось к горизонту и вот-вот спрячется.

– Всё хорошо, Нина. Тебя лихорадит слегка, пришлось уехать из портала. Но мы тебя вылечим.

– Лихорадит от чего? Я простыла?

– Нет, нет, тебе надо отдохнуть. Если тебе трудно, закрой глаза и старайся не тратить силы.

– Нина, как ты себя чувствуешь? – подключился к разговору Архипов.

Девушка взглядом пыталась найти источник голоса, но, так и не найдя, ответила, снова прикрыв глаза.

– Не знаю. Мне кажется, что это не я. Как будто тело не моё. Денис, это ты?

– Да, я.

В этот момент Нина крепко зажмурила глаза и сильно застонала, а руки её мелко затряслись.

– Вы слышите это? – мучительным шёпотом спросила она.

Ребята переглянулись, не понимая о чём она.

– У неё судороги начинаются, тащ майор, помогите, – вскрикнул Ваня, пытаясь держать её голову, повернув набок, чтобы она не подавилась своим языком, Денис тут же сунул ей между зубов откуда-то взявшуюся пластиковую ручку отвёртки. Общими усилиями держа её конечности, вытащили из машины и отнесли на лавку возле забора.

– Что случилось? – вдруг откуда-то появился профессор с каким-то мужчиной в вязаной шапочке и свитере.

– Судороги. Кстати, она говорила с нами, – ответил Ваня.

– Несите её в дом, а машины загоните в сарай. Справа объедете постройки и увидите ворота.

Печка наполняла дом лёгким треском и запахом ароматного блюда, которое хозяйка готовила на электроплите, стоявшей в углу кухни.

Дом внутри был разделён на четыре части. Кладовая, спальня, гостиная и кухня. Из комнаты к крыше, а именно к балкону, вела достаточно широкая лестница. Как позже выяснилось, каждую комнату можно было изолировать от остальных массивной деревянной дверью с окантовкой из железных пластин. Как объяснил хозяин дома, Михаил Сергеевич, сделано это для обороны. Как от зверья, так и от их более разумных собратьев шумунов. Хозяин этого дома, знакомый профессора, который раньше на него работал, но уже два года, как с женой переехал в это поселение на заготовку леса. Ему было уже за сорок лет и родом он из Омска. А Вилья, жена его, финка. Достаточно молодая, ей на вид и тридцати лет не было. Более подробно ребятам неловко было расспрашивать. Приютили – и ладно. Хотя изначально, как рассказал Рашидов, хозяин не особо хотел видеть чужаков у себя дома, но, когда узнал, благодаря кому в лесу стало спокойней, радушно всех принял. Хоть отсюда до племени было достаточно далеко, это не останавливало шумунов. И в поисках жертв и еды они могли неделями бродить по Мёртвому лесу, выискивая и нападая на людей.