355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » авторов Коллектив » Знание-сила, 2002 №03 (897) » Текст книги (страница 9)
Знание-сила, 2002 №03 (897)
  • Текст добавлен: 10 октября 2016, 04:02

Текст книги "Знание-сила, 2002 №03 (897)"


Автор книги: авторов Коллектив



сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

Снежный человек становится бурым…

Александр Грудинкин


Десятилетиями энтузиасты искали странное существо, похожее на человека. Его называли йети, саскватч, бигфут… Его встречали в Гималаях, в Северной Америке, на Памире… Его принимали за неандертальца, питекантропа или вымерших давно обезьян – гигантопитеков. Возможно, их небольшие популяции чудом уцелели в безлюдных горных районах, считали некоторые исследователи, снаряжая одну экспедицию за другой.

В 1990 году советская экспедиция искала «снежного человека» в горах Тянь-Шаня, но найден был лишь отпечаток ноги некоего существа, весившего, по расчетам, 250 килограммов. В 1995 году китайские палеоантропологи пустились в облаву на «йети» на вертолетах – все было напрасно.

Больше всего о «снежном человеке» рассказывали в Гималаях и на Тибете. Знаменитый альпинист Рейнхольд Месснер – он известен на Западе, как у нас Федор Конюхов, – давно и подолгу путешествует в этих горных странах. За это время он покорил здесь все вершины высотой более 8000 метров, проведя в пути – нередко в одиночку – около двадцати тысяч километров. Пробыв столько времени на «родине йети», Месснер вряд ли мог разойтись с ним на горных тропах.

В самом деле, первая их встреча состоялась еще в 1986 году на Тибете. Загадочное существо вышло из зарослей. «У меня перехватило дыхание» – вспоминает альпинист. Потом последовали новые встречи. Месснер то видел в бинокль лохматую фигуру, то находил ее чучело в отдаленном монастыре в Восточном Тибете.

Особенно запомнилась ему встреча с йети в 1997 году. Это случилось в необжитой, горной части Кашмира. Местность была открытой, безлесной. Месснер еще издали заметил странную фигуру и подкрался к ней: «Я мог бы его схватить! Если бы вы видели этого зверя, вас охватил бы ужас». С близкого расстояния он сделал серию прекрасных по качеству снимков «реликтового гоминоида».

Теперь все сомнения должны были отпасть. В необитаемых горах и лесах впрямь водится исполинское существо, издалека порой напоминающее своей фигурой человека. Оно глядело на скептиков с фотографий.

Весь следующий год Месснер провел за написанием книги. На вопросы об увиденном он отвечал, перефразируя загадку Сфинкса: «Это существо ходит то на двух, то на четырех ногах». И еще: «Оно питается всем, что и человек».



Роберт Бетман. Йетти

В октябре 1998 года прошла презентация книги Месснера «Иети: легенда и действительность». Все ждали разгадки, спорили о необычных обезьянах или питекантропах, нашедших приют в Гималаях. Тем сильнее было разочарование. С фотографий, сделанных альпинистом, и не только в Кашмире, смотрел обыкновенный Ursus arctos, бурый медведь.

Сухо и взвешенно, в традициях зоологической науки, Месснер описал исчезающую популяцию бурых медведей в гималайском регионе. Ранее некоторые американские исследователи также полагали, что легенды о «бигфуте» навеяны встречами с медведем гризли. Во всех районах США, где бытуют слухи о «снежных людях», водится и гризли. Добавим лишь, что книга Месснера, сороковая по счету написанная им, вполне заслуживает перевода на русский язык; ее первый тираж, кстати, достиг 50 ООО экземпляров. История «снежного человека» так долго интересовала нашу публику, что теперь не обойтись без эпилога к ней в виде отдельно изданной книги – пусть и не той, которую так долго ждали. Питекантроп не пойман, гигантопитек не доставлен в лучшие зоопарки мира, а встреча со снежным.., простите, бурым медведем так же опасна, как с загадочным йети. Зато после этого «разоблачения масок» все легенды о бигфуте, саскватче и остальных получают простое и понятное объяснение.

Что ж, в мире фауны, как и всюду в природе, не стоит «умножать сущности», толкуя неведомые явления. Громадный медведь, встав на задние лапы, издали вправду похож на покрытого шерстью древнего человека, а вблизи… вблизи йети ведь никогда не видели! Оказавшись рядом с медведем, его точно ни с кем не перепутаешь.


ЭКСПЕДИЦИИ. ПОИСКИ И НАХОДКИ

Корабли плывут на восход

Александр Волков

Эллада прочно успокоилась, в ней не было больше передвижений; и эллины стали выселять колонии: афиняне заселили тогда Ионию и большинство островов.

Фукидид


У многих народов была своя «земля обетованная», и они стремились попасть туда. Подчас, чтобы до нее добраться, им приходилось пересекать морс. В новое время всем памятны переселения в Америку обедневших испанских идальго, английских пуритан или ирландцев, ставших чужими в родной стране. В древности искать «свою Америку» не раз отправлялись греки. Для них она неизменно лежала на Востоке, среди мудрости и роскоши, ведь Запад был достоянием дикарей, не строивших города и скрывавшихся в лесах.

Жители Эллады, гористой страны с немногими плодородными долинами, довольно рано столкнулись с проблемой, хорошо известной европейцам нового времени. Страна оказалась перенаселенной. Ее города-государства процветали, но прокормить всех уже не могли. И люди пускаются в плавания в поисках лучшей доли. Неизвестные заморские края кажутся им землей обетованной; они обретают там новую родину. Так почти три тысячи лет спустя нищий и безземельный люд покидал Европу, чтобы переселиться за море, в страну, населенную дикими индейскими племенами.

В IV веке до новой эры, в пору походов Александра Македонского, греки расселились по Персии и Египту. В эпоху Великой колонизации они пересекли Черное и Ионическое моря. В VIII же веке до новой эры до «земли обетованной» было рукой подать. Тысячи греков покидали Элладу и устремлялись в Малую Азию, на другой берег Эгейского моря. Здесь, попав в среду, созданную местными великими цивилизациями, они многое заимствовали. Энергия, темперамент, напор эллинов смешивалась с опытом и восточными откровениями древних. Сплав их культур отлился цепью городов, протянувшейся по всему побережью Малой Азии – от Троады до Карии, от Ил иона до Милета и Галикарнаса. Впоследствии именно в Милете родится Геродот, отец греческой истории.

Греческая культура многое унаследовала от народов, населявших в древности Анатолию. Образно говоря, корабли, бороздившие Эгейское море, переносили прошлое азиатских народов в будущее Европы. В основе античной цивилизации (а значит, и европейских культур нового времени) лежат давние достижения, отнюдь не принадлежащие грекам.


Путешествие в глубь Эфеса

Вот недавняя громкая новость: «типично греческие» храмы начали строить вовсе не в Элладе. Сенсация эта родилась на месте печально славных деяний Герострата. Австрийский археолог Антон Баммер, обследуя руины храма Артемиды в Эфесе, усомнился в предании, коему доверяли до сих пор. Ему не верилось, что монументальное святилище размерами 50 х 103 метра, украшенное ста двадцатью колоннами, было возведено в VT веке до новой эры на пустом месте.

Раскопки показали: прежде здесь тоже высился храм, только был он куда скромнее, в сорок раз меньше знаменитого чуда света (13,5 х 6,5 метров), но форма была примечательна. Археологам открылись целла – помещение с изображением божества или его символов, – а также коллонада из двадцати колонн. Это древнейшее святилище напоминало собой Парфенон, лишь сильно уменьшенный, но самое важное – его возраст. Черепки битой посуды, заложенные в основание храма, были украшены геометрическим орнаментом, вышедшим из моды еще в VIII веке до новой эры! Этот «классический храм» в Эфесе был построен в ту пору, когда жители Эллады умели сооружать лишь скромные хлжины.

На этом сенсации не кончились. Под остатками греческого строения обнаружился мегарон (от греческого «большой зал») с очагом посредине: эта форма с незапамятных времен использовалась в Анатолии…


Обедневшие жители Эллады устремлялись за мере, надеясь поправить свои дела. Нищий, безземельный люд искал счастье на чужом берегу.

Здесь дела у многих колонистов и беженцев впрямь шли на лад.

Залогом тому-процветание основанных ими городов


В поисках земли обетованной

…в Анатолии, в Малой Азии. Как же получилось, что греки расселились в Малой Азии, эмигрировали туда, как ирландцы или идальго?

На рубеже XIII – XII веков до новой эры страшное бедствие постигло Пелопоннес, родину героев, недавно отличившихся у стен Трои. Свою страну они оборонить не сумели. Сюда пришли племена с севера. Под их ударами пали микенские крепости. Лишь Афины избежали разгрома. На опустевших землях расселилось пришлое греческое племя – дорийцы. Они были предками спартанцев.

Что же стало с грекам и-ахейцами, населявшими Микены, Тиринф, Пилос? Часть их все-таки спаслась. Одни укрылись в Аттике.

Единожды выдержав натиск врагов, афиняне отныне обречены соперничать со спартанцами. В их давней стойкости коренятся будущие раздоры в Элладе.

Другие ахейцы – их было большинство – бежали туда, где некоторые из них уже бывали, воюя или торгуя: они укрылись в Малой Азии. Именно они связали прошлое и будущее греческой культуры. Благодаря им классическая Греция сохранила элементы микенской культуры. Хранительницей прошлого стала Малая Азия. Здесь столетиями рассказывали предания о Троянской войне, о славе и величии ахейцев, о былой красоте их городов. В конце концов, эти сказания нашли своего Гомера. Так после поражения южан в Гражданской войне в США почти столетие сохранялись предания о славе и величии «Сарторисов, Маккаслинов, Компсонов», пока не нашли своего Гомера – Фолкнера.

Античные авторы были едины во мнении о том, когда греки появились в Малой Азии. Так, Павсаний, историк II века новой эры (но ведь он такой же надежный свидетель далекого прошлого, как иной наш современник, пишущий о «Велесовой книге»; пропасть, разделившая эпохи, громадна), доверительно сообщал, что Кодр, последний афинский царь, защищая родной город от пришлых дорийцев, послал своего сына на Восток, чтобы основать новое поселение для жителей Аттики. По расчетам историков, явствовало, что событие это, описанное Павсанием и другими авторами, произошло около 1000 года до новой эры.

Лишь недавно археолог из Греции Ирена Лемос попыталась подтвердить время переселения греков. Пускаясь искать следы древних «морских кочевников», она исходила из того, что три тысячи лет назад спасшиеся ахейцы, странствуя ради земель плодородных и обетованных, непременно делали остановки на отдельных островах и, лишь убеждаясь, что они непригодны для колоний, продолжали свой путь. Задерживал их в бухтах островков и всесильный Посейдон. Переменчивый нравом бог, он трепал и мучил их суденышки, как воспетый легендой корабль Одиссея. От его немилости греки коротали время среди скал, подчас роняя и разбивая вдребезги посуду, отмеченную неповторимым стилем того времени – геометрическим стилем. Те же черепки, что нашлись в основании храма Артемиды в Эфесе, можно было найти и на клочках суши, раскиданных по пути в Малую Азию. Так рассуждала Ирена Лемос и принялась за поиски битой посуды на Киклааских островах и западном побережье Турции. Против ожидания ей редко попадались сосуды со строгим геометрическим рисунком. Зато много было керамики, украшенной растительными завитками. Такую посуду в этом регионе изготавливали около 1200 года до новой эры. Поэтому Лемос датировала исход своих предков в Малую Азию этим временем – эпохой «народов моря», когда многие племена Средиземноморья двинулись в путь и, преодолевая разнообразные препятствия, переселялись в Троаду, Сирию, Анатолию, Нильскую дельту, наводняя своими полчишами Хеттскую державу и страну фараонов.



Дорогами морских кочевников

Корабли плывут на заход

Греков привлекали не только восточные берега Средиземного моря. Их корабли, плывшие на заход Солнца, достигали Сицилии и Италии, почти рассекших Средиземное море надвое. Все южное побережье Апеннинского полуострова покрылось городами. Торгуя и замиряясь с местными племенами, а при случае и побеждая их, греки захватили обширные плодородные земли – Великую Грецию. В ту пору в окрестности Везувия возник Новый полис – Неаполь. Эти места тогда были так дики, что эллины назвали лежавший вблизи остров Искья и другие островки «архипелагом Обезьян» (Pithekussai). На берегу Сицилии коринфянин Архий основал Сиракузы, вытеснив живших здесь сикулов. Позднее город станет яблоком раздора среди греческих полисов. Выгодно расположенная крепость не раз явится причиной войн. А добравшись до устья реки Роны в Южной Франции, колонисты обоснуются здесь и назовут свой город Массалия (ныне Марсель).


Милет, рождавший Невтонов

Итак, два главных фактора, исторический и географический, определили процветание Малой Азии в начале первого тысячелетия до новой эры – в ту пору, когда Греция все еще пребывала в упадке. Здесь, у себя на родине, микенская культура была забыта. Там, в Малой Азии, хоть отчасти сбережена. С другой стороны, Малая Азия лежала на границе двух миров: Востока и Запада, микенского мира и страны хеттов, а позднее дорийской Греции и Лидийского царства. Через Малую Азию пролегали торговые пути, связывавшие два непохожих мира. Опыт Микен и опыт Востока срослись на этой земле, породив самобытную культуру. Греческие соседи могли лишь завидовать и подражать ей.

В VIII веке до новой эры Малая Азия казалась эллинам страной неограниченных возможностей. Для жителей Эллады скромная деревушка слыла городом, клочок окрестной земли – царством. В Малой Азии грекам пришлось жить по меркам, заданным обширной страной и ее многовековой историей. Удивлять народы Востока можно было лишь подлинным величием и размахом.

Первым «небоскребом» для европейцев, вероятно, был храм Артемиды в Эфесе, главой устремленный ввысь. Поэт Антипатр во 11 веке до новой эры, когда сожженный храм был давно восстановлен, передает, наверное, общее мнение, говоря, что он «кровлю вознес до туч, все остальное померкло пред ним» (пер. Л. Блуменау). Воистину храм этот «скреб крышей небо», как сказал бы какой-нибудь господин из Сан-Франциско, окажись он при дворе царя Пергама. Одно слово – чудо света. «Солнце не видит нигде равной ему красоты».


Микенская ваза. Местные гончары делали посуду самых различных размеров – от маленьких кубков до громадных амфор. Экспорт керамики и торговля оливковым маслом приносили богатство Микенам



Две мудрости юга

На юго-восточном побережье Средиземного моря возникли две крупные колонии: Кирена в Ливии, славная своими урожаями пшеницы, и Навкратис в устье Нила, известное место торговли для иноземцев, ведь, по словам Геродота, «никакого другого порта в Египте не было». В Навкратис переселялись жители из разных греческих городов. В стране фараонов греки приобщались к таинствам философии и математики и увозили на родину семена египетской учености. У ливийцев же учились практической мудрости, например, узнавали, как «запрягать четырех лошадей кряду», сообщал Геродот.



Кикладские острова: на полпути из Европы в Азию

В первой половине III тысячелетия до новой эры ведущую роль в хозяйстве Эгейского региона играют Кикладские острова. Здесь, на этих крохотных островах, возникают центры выплавки и обработки важнейших тогда металлов – меди и олова, а также их сплава – бронзы. Здесь стремительно развивается судоходство. Жители островов регулярно совершают плавания по Эгейскому морю на лодках, вероятно, еще не оснащенных парусами.

В раннем бронзовом веке Кикладские острова уже являют прообраз будущей Греции, состоявшей из множества общин – из городов-государств, которые справедливо будет назвать «островками», что лежали, правда, не посреди моря, а на суше.

После 2500 года значение архипелага падает, хотя никаких следов разрушения или резких перерывов в культурной традиции нет. Вероятно, упадок здешней культуры был связан со стремительным возвышением соседнего крупного острова – Крита.

К сожалению, мы не знаем, кто были носители кикладской культуры, откуда они появились, на каком языке говорили.


Иония – так называли греки побережье Малой Азии – давно стала для эллинов «Старого Света» не только «фабрикой грез», где процветали огромные, удивительные города, но и средоточием мысли.

В XX веке в Америку ехали Эйнштейн и Ферми, Набоков и Томас Манн, великое множество китайских и индийских ученых. За несколько столетий до наступления новой эры такими же важными интеллектуальными центрами, как Нью-Йорк или «Силиконовая долина», были города Ионии.

Уроженец Милета Фалес впервые в европейской истории предсказал затмение Солнца. Светило, послушное ему, померкло 28 мая 585 года до новой эры, знаменуя восход эллинской научной мысли. Анаксимандр из Милета свел все разнообразие сущего к единой основе – апейрону (первоматерии), а также поведал, что мир наш не единственный, а только один из многих других, возникающих и погибающих. Его земляк Анаксимен наделил мироздание удивительной гибкостью, где воздух плавно превращался в огонь, в туман, воду, землю, камень. Гераклит из Эфеса с его фразой «Все течет, все изменяется», возможно, и сегодня остается самым цитируемым греческим философом. Уроженец острова Самос Пифагор стал основателем религиозной и математической школы. Правда, из-за политических реалий того времени школа эта нашла приют в Кротоне, в Южной Италии. Именем врача Гиппократа из Коса выпускники медицинских вузов клянутся по сей день.

Здесь, в Ионии, зарождалась греческая словесность. Города Ионии спорили за право зваться родиной Гомера. «Илиада» и «Одиссея» – две великие «библии» греческого народа – были написаны на ионийском диалекте. Местные плачи и причитания породили лирический жанр элегии. Из насмешливых перебранок, учиняемых на праздниках плодородия, возник обычай сочинять ямбы – хлесткие, полемические стихи.



Кипр: малая, забытая часть Малой Азии

Кипр занимает важнейшее и недооцененное пока положение в Средиземноморье. Еще с начала III тысячелетия до новой эры население Кипра занялось добычей меди: ее поставляют и на Крит, и в Египет, и в важнейшие центры Древнего Востока. Остров стал перевалочной базой на пути из Крита и Кикладского архипелага в Сирию, Палестину, Месопотамию и Египет.

Во II тысячелетии до новой эры близ острова Кипр простирается Хеттское царство. Сам остров привлекает внимание египетских фараонов

Около 1500 года до новой эры на Кипре появляется собственная система письма, происходящая от критского линейного письма, что, впрочем, не означает этнического родства жителей Кипра и Крита. Мы мало что знаем о происхождении людей, населяющих в это время Кипр. Влияние индоевропейцев вплоть до 1400 года не ощутимо.

Зато после 1400 года часто и в большом количестве встречаются памятники микенской культуры. Это указывает на оживленные торговые сношения местных жителей с Микенами, а также на присутствие здесь микенских «факторий». На рубеже XIII – XII веков отмечено массовое переселение греков на Кипр, очевидно, вызванное вторжением дорийцев. Установлено, что переселенцы прибыли из Аркадии – страны в Центральном Пелопоннесе. С этого времени остров становится типично греческим островом. В эпоху классической Греции на Кипре говорят главным образом на греческом языке, точнее, на его аркадийском диалекте. Исключение составляют несколько финикийских анклавов.


В архитектуре возник свой особый стиль. Стройные колонны ионического ордера сменили приземистые дорические колонны. Венчало их украшение – стилизованно закругленная волюта, напоминавшая части растений или геометрический узор.

Уже в VIII веке до новой эры жители городов Малой Азии сами пускаются осваивать новые земли. По берегам Черного моря они основывают около полусотни колоний, среди них такие известные, как Синопа и Трапезунт. В VII-VI веках выходцы из Милета заложили основы Пантикапеи (Керчь), Феодосии и Ольвии, лежавшей в устье Буга.


Откуда есть пошла Ионийская земля?

Итак, все вроде бы ясно. По свидетельствам историков и археологов, греки начали колонизовать Малую Азию около 1200 года до новой эры, на рубеже бронзового и железного веков. Считается, что от сего времени берет начало земля Ионийская. Не будь вторжения дорийцев, не было бы греков в Малой Азии?

Нет, этот вывод неокончательный. Например, немецкий археолог Вольф-Дитрих Нимайер полагает, что уже в IV тысячелетии до новой эры в окрестности Милета появились чужаки с греческих островов. Здесь обнаружены предметы, сделанные из обсидиана – вулканического стекла. Еще в эпоху неолита его добывали на острове Мелос, самом южном из Кикладских островов.

Позднее туг оставили свой след критяне. Археологи встречают их фрески, печати, алтари. Судя по всему, посланцы Минойской державы обосновались здесь всерьез и надолго. Очевидно, ранний Милет был колонией Крита.


Плавание Диониса. Рисунок с греческой вазы VI века. Автором его был выдающийся гончар и вазописец Эксекий, живший в Аттике

Когда природные катастрофы ослабили Крит, тогда побережье Малой Азии, видимо, подпало под влияние Микен. Порой на эти земли обращали свое внимание и шшстители Хеттекой державы, хотя их политические интересы были устремлены в основном на юг. Дипломатические послания хеттеких правителей сохранили некоторые названия, напоминающие о борьбе, что развернулась за Малую Азию. Считается доказанным, например, что непонятные прежде топонимы «Миллаванда» и «Арпаса» означают Милет и Эфес. Рядом с ними упоминаются ахиява (ахейцы) и греки (микенцы). В конце концов, битва за Малую Азию кончилась унижением великой державы. Около 1190 года до новой эры ахейцы вместе с другими «народами моря» разгромили столицу хеттов Хаттусу, положив конец их владычеству на полуострове.


Порой колонистов ждали не покой и богатство, а ожесточенные сражения (рисунок с вазы Аристонофа)

Сама же Малая Азия поистине стала «плавильным тиглем», где соединились разные, подчас совершенно несхожие культуры. Древность традиций и их богатство неизменно влекли сюда эллинов. Вековой практический опыт был здесь нераздельно слит с мудростью, накопленной целой чередой народов, исстари населявших эти и соседние земли.

Здесь умозрительная мудрость Востока была претворена в практическую науку эллинов, и это положило начало всей интеллектуальной жизни западной цивилизации. Отсюда, с греческого Востока, свет разума воссиял над Западным миром.


Жерналы, газеты, книги

«Frankfurter Allgemeine Zeitung», «Spiegel», «Saeculum», Марго Иалайс. «Мусульмане в Бранденбурге. Военнопленные Первой мировой войны: их взгляды и намерения». – Берлин, 2000


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю