Текст книги "Невозможный проект (СИ)"
Автор книги: Ария Снежная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц)
Альфа-самка
Девушка сидела на диване, быстро переключая каналы на телевизоре, словно пыталась найти что-то, что отвлечёт её. Она выглядела младше меня – может, на два или три года. В голове промелькнул навязчивый вопрос: «Кто она для Виктора?» Я с усилием откинула ненужные догадки и села в свободное кресло. Оно было настолько мягким, что можно было утонуть в его обивке. Я расслабилась и почувствовала, как снова начинает клонить в сон, но любопытство взяло верх над усталостью, когда девушка заговорила.
– Виктор уехал по работе. Его не будет несколько дней, – начала она, не отрывая взгляда от экрана. – Он попросил меня присмотреть за тобой. Не ожидала, что ты проснёшься ночью и съешь пол холодильника. И сразу предупреждаю: бегать за тобой не собираюсь.
Ее слова были резки. Я ощутила это знакомое чувство соперничества. Вместо стыда я почувствовала лёгкое раздражение. Кто она такая, чтобы так со мной разговаривать?
– Прости, – выдавила я, попыталась улыбнуться и слегка наклонилась вперёд. – Как тебя зовут?
– Ника, – она посмотрела на меня так, будто подозревала во всех тяжких грехах. Её настроение едва скрывало неприязнь. Я попыталась расслабить плечи.
– Виктор твой парень? – спросила я, пытаясь разбавить напряжение. Но её взгляд стал еще более колючим.
– Нет. Мы семья, но не родственники, – ответ только больше запутал всё, что я пыталась понять. Они жили вместе, но кем приходились друг другу, было неясно. Почему меня это волновало?
Я продолжила:
– Ты не подумай, я не навязываюсь Виктору. Даже не понимаю, почему он привел меня сюда, а не в больницу. Он мне даже не нравится. – почему-то я стала оправдываться. Чем больше я открывала рот, тем сильнее ощущала неловкость.
Ника вздохнула и, скрестив руки на груди, вышла на новый уровень недовольства:
– Виктор слишком добрый. Видимо, ты стала его новым благотворительным проектом.
Решив не реагировать на её агрессивную позицию, я перевела тему, чтобы уйти.
– Пойду умоюсь и посплю.
– Постой, я покажу тебе твою комнату, – неохотно она поднялась и направилась к двери. Я почувствовала, что ей бы больше хотелось выставить меня за дверь. Но по какой-то причине она этого не делала.
– А там, где я спала? – спросила я, вспоминая последнюю ночь.
– Это комната Виктора. Там нужно убраться. Он не любит беспорядка.
Слушая её, я задумалась о странных поворотах судьбы, которые привели меня в этот дом. Ещё вчера я находилась в очень подавленном состоянии, а сейчас меня уже ничего не волновало, кроме Виктора. Это было странно и сбивало с толку. А ещё эта подозрительная девушка с острым взглядом.
Я последовала за Никой по коридору, едва успевая за её быстрыми шагами. Она открыла дверь в небольшую уютную комнату, залитую мягким светом ночника.
– Вот твоя комната. Одежду подбирала я в спешке. Всё самое необходимое найдешь в шкафу, – сказала она и исчезла, оставив меня одну.
осмотрела комнату: это было простое, но уютное помещение с аккуратно застеленной кроватью и окном, из которого открывался вид на двор. Постепенно восходило солнце, и я могла различить улицу. На всём поле раскинулась протяжённая лужайка, упирающаяся в высокий забор. Высокие деревья заслоняли обзор, из-за чего трудно было понять, где я оказалась. Всё вокруг казалось совершенно чужим, но я старалась верить, что здесь безопасно.
Зайдя в ванную, я включила воду и наблюдала, как пар окутывает помещение. Медленно снимая одежду, я представляла, как тёплые струи воды смоют с меня пот и усталость. Однако в голове по-прежнему крутились обрывки воспоминаний, которые заставляли меня смущаться. Никогда раньше я не вела себя так раскрепощённо с мужчиной, не установив сперва с ним эмоциональную связь. С Виктором у нас была налажена связь, но совсем другого рода. Я его терпеть не могла. Но сейчас, казалось, все причины для этого испарились.
Закончив с душем, я завернулась в полотенце и взглянула в зеркало. Моё лицо приобрело розоватый оттенок, и я больше не выглядела такой затравленной и смертельно уставшей, как вчера. Это было небольшое, но всё же утешение.
***
После душа сон не сразу пришёл, но когда я уснула, то спокойно проспала несколько часов. Меня никто не будил, и я впервые нормально выспалась за всё последнее время. Проанализировав ситуацию, я поняла, что находилась явно под влиянием чего-то. Иначе как объяснить своё возбуждённое состояние, когда я так сильно хотела отдаться Виктору? Было бы странно считать, что он подмешал что-то в тот коньяк, так как даже не воспользовался моментом. Да и к тому же прошли сутки.
Мои размышления привели к единственному решению. Я должна делать вид, что ничего не помню. Притвориться, что ничего не было, – легче лёгкого. У меня и так было на чём сосредоточить свои мысли. Всё остальное будет лишь отвлекать. Да и я бы не смогла изменить своё отношение к Виктору, не в этой вселенной.
Умывшись, я направилась на кухню, где меня ждала замечательная еда. Хоть моё настроение ночью попыталась испортить недовольная Ника, я шла туда в полной боевой готовности. «Если назревает драка, бей первой», – повторял отец, когда я жаловалась на кого-нибудь. В прошлом я не дралась, предпочитая использовать более хитрые методы. Но начать никогда не поздно.
Голоса, доносившиеся из приоткрытой двери, заставили меня остановиться и напрячь слух. Я даже почти перестала дышать, как только услышала своё имя. Первый голос определённо принадлежал Никe, а второй был незнаком. Его я слышала впервые.
– Макс, отвали, – донёсся раздражённый голос девушки и смех парня. Они находились вдвоём. Присутствия Виктора я не обнаружила.
– Я всего лишь соскучился, а ты, как всегда, – в голосе парня было слишком много драматизма.
– И что?
По интонации Ники я поняла, что лучше с ней пока не сталкиваться. Не хотелось питаться чужими негативными эмоциями, вместо обеда. Однако дальнейший диалог вынудил меня задержаться и постоять так ещё какое-то время.
– Как тебе Роксана?
– Ничего особенного, – последовал уставший вздох. – У него отвратительный вкус.
– А мне кажется, что ты ревнуешь, – по разговору парня ощущалось, что он напрашивался на неприятности. – В логово привели новую альфа-самку. Он даже сам ухаживал за ней. К тебе он так трепетно никогда не относился.
– Мне всё равно. Это меня не касается.
Макс усмехнулся, но в его голосе чувствовалась некая напряжённость.
– Ты всегда говоришь, что тебе всё равно, – ответил он чуть мягче. – Но почему тогда ты так нервничаешь?
Ника замолчала, и между ними повисло напряжённое молчание.
– Может, стоит перестать скрывать свои чувства? – наконец предложил Макс.
– Ты знаешь, что это невозможно, – отрезала Ника, но её голос звучал не столь уверенно.
Повисло молчание. Я на мгновение задумалась, относится ли этот диалог ко мне? Может быть косвенно. Стоит ли рассказать Нике, что с Виктором у меня ничего нет и не будет? Хотя какая разница. Скоро меня снова отправят жить в отель. Так что не было смысла налаживать отношения с этой девушкой.
– Подслушиваешь? – из проёма высунулась голова парня. Он хитро улыбался и подмигивал.
Сперва я вздрогнула от неожиданности. Однако быстро взяла себя в руки.
– Что, если да? Дверь не закрыта, а таблички, что нельзя подслушивать нигде не было.
– Макс, – он протянул руку.
– Я знаю, – он удивлённо вскинул брови. За мимикой парня было интересно наблюдать. Его голубые глаза были настолько яркими, что мне захотелось узнать не линзы ли это. Я сдержала этот порыв.
– Ты заводная, – усмехнулся Макс, его глаза блестели с любопытством и озорством. – Но я люблю людей, которые могут постоять за себя.
Я ответила ему лёгкой улыбкой, пытаясь понять, стоит ли мне делать шаг назад или продолжить игру. За его внешней лёгкостью чувствовалась настоящая глубина, и это меня интриговало. Он выглядел довольно открытым и был болтлив. Среди болтовни я могла услышать что-то важное.
– Чем занимаетесь? – спросила я, решив не отступать, но и не выдавать излишнюю заинтересованность. Заглянув за плечо парня, я столкнулась с парой зелёных глаз Ники. Она быстро отвела взгляд и отвернулась.
– Ника готовит, а я ей помогаю не умереть от скуки, – пожал он плечами, но в его словах было ощущение недосказанности. – Она бывает довольно страстной в своих переживаниях.
– Знаю, – ответила я, прикусив губу, чтобы не улыбнуться шире. Вспомнился наш ночной диалог. – И вроде бы не особо их скрывает.
Его смех прозвучал как обещание верной дружбы, однако за ним пряталось нечто большее – мимолетное ощущение, что он изучает меня так же внимательно, как я его.
– Где Виктор? – спросила я, решив вернуться к явной цели. Меня это не слишком волновало, но мне хотелось избавиться от чувства неопределенности. Его не было, и мы до сих пор не выяснили, как будем работать вместе, и что мне вообще делать.
Макс взглянул в сторону прихожей, будто обдумывая, стоит ли отвечать честно.
– Скорее всего, скоро вернётся, – небрежно бросил он, но его глаза засияли улыбкой. – Он взрослый мальчик, сам себе хозяин.
– А ты? – Этот разговор становился странным. Я не особо задумывалась над своим вопросами.
Макс прищурился, затем ответил с неожиданной серьёзностью:
– Каждый раз всё зависит от момента, времени и людей вокруг. Виктор, например, не отходил от тебя ни на миг, а затем внезапно сорвался и уехал, оставляя охранять тебя самых лучших людей.
Его ответ заинтриговал меня, заставив задуматься о том, какие игры ведутся вокруг. Но, прежде чем я успела что-либо сказать, из кухни вышла Ника. Она подтолкнула Макса в спину, так как он загораживал весь проход, и взглянула на меня.
– Роксана, – начала она без обычной раздражительности, – Виктор попросил контролировать твои приёмы пищи. Обед готов, проходи к столу.
Мы молча переглянулись. Я сразу отвлеклась на ароматный запах специй, исходивший из кухни.
– Спасибо за заботу, – ответила я, стараясь говорить искренне.
Ника, похоже, оценила мой ответ, кивнув, и напряжение между нами чуть-чуть рассеялось. Макс, наблюдавший за сценой, наклонил голову и, казалось, отметил про себя, что увидел то, что хотел.
– Ну, я рад, что у нас такое сплочённое сообщество, – весело произнес он, не скрывая сарказма.
Ника усадила нас с Максом за стол и начала накрывать. Я почувствовала себя слегка неловко, ведь я могла бы сделать это сама. Макс засмеялся, заметив моё замешательство.
– Ника как настоящая мамочка в этой семье, – сказал он. – Всех накормит, но будет ворчать, называя нас детьми.
– Захлопнись, – спокойно ответила она. – Когда ты последний раз здесь готовил, грязь оказалась даже на потолке.
Разговор прервал телефонный звонок. Ника полезла за трубкой в карман джинсов и ответила.
– Она рядом, – сказала девушка, перевела взгляд на меня и протянула телефон. С некоторым сомнением я приложила его к уху и услышала голос Виктора.
– Как спалось без меня, Роксана?
Пресс-конференция
– Как спалось без меня, Роксана?
Всего один вопрос заставил меня забыть обо всём, что я себе пообещала. Его надменный тон мгновенно взбесил, не оставив шанса на спокойный, рациональный ответ.
– Замечательно, – произнесла я с обманчивым спокойствием, хотя внутри бушевал настоящий шторм.
– Как хорошо. А то я волновался, что моё присутствие мешало тебе. Не знал, что тебя так легко завести.
Если бы я обладала неимоверной силой, телефон в моей руке наверняка раскрошился бы на мелкие осколки. Я сжимала его так крепко, что заболели пальцы.
– Говори, чего хотел, или я отключаюсь.
На другом конце связи раздался довольный смешок. Виктор всегда был мастером провокаций, и я едва сдерживала себя, чтобы не выругаться.
– Я приеду в четверг. Тебе придётся потерпеть компанию Ники и Макса. Одну я тебя не оставлю. Из дома советую не высовываться. Если что-то нужно, можешь попросить Нику. Я пока собираю информацию, так что можешь просто отдыхать. Приеду – обсудим дальнейший план действий. Есть вопросы?
Я вспыхнула от возмущения. Почему он всё решил за меня, что мне делать, а что нет? И почему приставил ко мне этих сомнительных людей? Подавив в себе ядовитые эмоции, я спросила то, что волновало меня больше всего:
– Что со мной было?
Он не торопился с ответом, глубоко вздохнул, и из его голоса исчезла та острота, с которой он говорил в начале.
– Я получил твои анализы. Ты была под действием очень сильных препаратов. Тебе ввели лекарство. Оно не вызывает привыкания. Какое-то время будет легче. Так что не удивляйся, если снова появятся головокружения или состояние ухудшится, – он замолчал, и я обдумывала его слова, находясь в шоке. – Скажешь, что принимала?
Этот вопрос болезненно уколол.
– Я никогда ничего не принимала! Зачем мне это? У меня была замечательная жизнь! – слова жгли горло, хотелось бросить телефон об стену и закричать. Но воспоминания о прошлой жизни, как всё изменилось в один миг, преградили путь ярости. Неужели такое бывает?
– Ладно. Я тебе верю. Но ты должна хорошенько подумать об этом. Тот, кто сделал это с тобой, будет наказан. Я не шучу, – в его голосе звучала уверенность и угроза, направленная не на меня. И почему-то это успокоило. Мгновенно нахлынула усталость. Я откинулась назад на спинку стула, вся спесь улетучилась с выдохом.
– Мне пора идти. Если что, звони. До связи, чертёнок.
В голове пронеслось несколько резких мыслей, но прежде чем я успела выразить своё возмущение по поводу прозвища, Виктор отключился.
После разговора я долго не могла прийти в себя. Мысли метались в беспорядке, оставляя за собой бесконечную череду вопросов без ответов. Мне необходимо было отвлечься, и, к счастью или же к сожалению, у меня была в распоряжении компания в лице Ники и Макса. Наше трио переместилось в гостиную, каждый занял определённый конец комнаты. Я находилась посередине.
Ника была молчалива, но её взгляд выдавал глубокую наблюдательность и готовность прийти на помощь в любой момент. Макс же, напротив, словно стремился заполнить собой всё пространство. Его заразительная улыбка дарила иллюзию, что все проблемы растворяются хотя бы на мгновение. Однако вскоре я поняла, что они, скорее всего, просто следят за мной, и это их присутствие больше напрягало, нежели радовало.
Слова Виктора о том, что я могла что-то принимать, засели в голове, как заноза. Раньше со мной никогда такого не было, чтобы я теряла сознание. Даже когда отец ушёл, я смогла пережить это и стать счастливой. Последние несколько месяцев я стала больше уставать и много спать, хотя чувствовала себя хорошо. У меня не было домработницы – готовила я себе сама или же меня кормил Аслан. Он приносил мне завтрак в постель; с его рук я принимала стакан с водой или другой жидкостью. Я доверяла ему безоговорочно. И вот чем всё это обернулось. Осознание пришло вместе с тупой головной болью. Я зажмурилась, вспоминая его слова о любви, которые на самом деле являлись ложью.
– Могу предложить обезболивающее, – прервала мои размышления Ника. По её нахмуренному лицу я поняла, что она изображает беспокойство.
– Откуда мне знать, что там действительно обезболивающее?
Я не могла поверить в её доброту после того, как она общалась со мной. Да и вообще, хотелось выместить свой гнев хоть на ком-то.
– Мне не нужна нянька.
Девушка вскинула руки и направилась к выходу.
– Да мне как-то всё равно. Делай что хочешь, – бросила она перед тем, как уйти.
Моё внимание привлёк смех Макса.
– Я сказала что-то смешное?
– Нет. Просто обычно Ника самая невыносимая, а тут ты её заставила уйти.
Любопытство подтолкнуло меня к разговору. Макс выглядел как человек, готовый рассказать обо всём, что нужно узнать. Он был болтлив, и у меня появился шанс узнать их поближе.
– Ника твоя подружка? Вы встречаетесь? – спросила я, видя, как он смотрит на меня с недоумением.
Как только до него дошёл смысл сказанного, он заливисто рассмеялся.
– Если ты спросишь это у неё, тебе лучше быть где-то на другом конце материка, – ответил он, вытирая выступившие слёзы. – Она ни за что не будет встречаться с таким, как я.
– Почему? – спросила я, запнувшись на следующей догадке. – Она влюблена в Виктора?
– Во-первых, она считает меня безответственным и уверена, что я не могу о себе позаботиться. И я с ней полностью согласен, – начал Макс, обнимая подушку и смотря на меня с весёлой улыбкой.
Его глаза сияли, и я отметила для себя, что он симпатичный. О Нике он говорил с теплом, и насколько близки они были, можно было только догадываться.
– Во-вторых, Виктор для неё как старший брат. Он вытащил её из беды, и она хочет отблагодарить его. Ты, наверное, слышала, что у Виктора была жена. Так вот, с тех пор как они развелись, он никого не подпускал к себе. Ты первая женщина, которую он принёс в этот дом на руках. Представь, как мы удивились, когда он почти не выходил из своей комнаты, пока был с тобой.
Слова Макса напомнили мне о времени, проведённом с Виктором: как он обтирал моё горячее тело мокрым полотенцем, как я тянулась к нему и как он поцеловал меня. Мне стало настолько неловко, что я уронила голову и спрятала лицо в ладонях, желая провалиться сквозь землю. Самое ужасное было то, что мне это понравилось.
– Так сильно голова болит? – обеспокоенно спросил Макс, выведя меня из оцепенения.
– Нет, может, немного, – солгала я, понимая, что оправдаться не смогла бы.
Он не стал меня расспрашивать, за что я была ему благодарна, и вместо этого сменил тему.
– Сегодня у твоего бывшего мужа пресс-конференция. Там будет наш человек, так что мы можем наблюдать прямо отсюда.
Макс достал телефон, подключился к прямой трансляции и сел ближе ко мне. Мы ждали недолго, вскоре конференция началась. Меня поразило, сколько репортёров было на этом событии; я никогда не видела такого внимания прессы к моему бизнесу. Я участвовала во многих интервью, но такой шумихи ещё не было, и тут я поняла, что являюсь темой обсуждения.
Наконец-то в кадре появился Аслан. Он выглядел просто безупречно в новом костюме, словно мой уход пошёл ему только на пользу, и теперь он сияет, показывая это всем своим видом. Всё внимание репортёров сразу сосредоточилось на нём. Вспышки камер осветили его, и он лучезарно улыбнулся. Во мне снова начала закипать злость.
– Приветствую всех, кому небезразлична судьба компании, – начал он, читая заранее подготовленную речь. – К сожалению, моя бывшая жена, Фокс Роксана Алексеевна, попала под следствие. Её ждёт суд, на котором решится её дальнейшая судьба. Я ничем не могу ей помочь. Мы развелись, чтобы спасти нашу компанию. Это было её последнее желание, и я ничего не знаю о её дальнейшем местонахождении.
Репортёры наперебой начали задавать вопросы, создавая неразбериху, пока Аслан не сказал всем соблюдать тишину и очередность. Первым выступал тот, кого мужчина выбрал сам.
– До нас дошли сведения, что Роксана Алексеевна не выплачивала рабочим зарплату по несколько месяцев. Как вы это прокомментируете?
На лице Аслана промелькнула грустная улыбка, которая выглядела фальшивой.
– Я понятия не имею, о чём она думала. Она не допускала меня к управлению на правах главного директора. Я предупреждал её о всех вытекающих проблемах. На данный момент наша цель – выплатить все задолженности людям.
Его слова вызвали аплодисменты и новые вспышки камер. Я же вцепилась в обивку дивана. Волна негодования накатывала на меня. Как он смеет так нагло лгать? Неужели он так уверен, что его не коснутся никакие последствия?
– Простите за вопрос сугубо личного характера, – начал следующий репортёр. – В каких отношениях состоит ваша бывшая жена с Доберманом Виктором Зенкевичем?
– Хороший вопрос, – Аслан поправил галстук, сжимая челюсть. – Только я не понимаю, какое это имеет отношение к пресс-конференции.
– Нам сообщили, что она покинула место, где содержалась под стражей, вместе с ним. Они уехали на его машине.
Аслан замолчал на мгновение, давая себе время собраться с мыслями. Он словно оценивал, как лучше всего повернуть ответ в свою пользу.
– Видите ли, – начал он с нескрываемым холодом в голосе, – Роксана всегда была самостоятельной женщиной, принимающей свои собственные решения. Если она решила довериться Доберману, это, возможно, её личный выбор и не имеет никакого отношения к делам компании. Ей всегда было присуще желание выйти за рамки дозволенного. Единственное, о чём она думает, – её личная выгода
Он ловко перевёл внимание всех присутствующих обратно на мои «недостатки», избегая любых признаков того, что сам может быть замешан в чём-то нелегитимном. Репортёры кивали, записывая каждое его слово.
Это была лишь часть его представления. Пока Аслан продолжал говорить, умело манипулируя фактами и уничтожая мою репутацию, во мне кипел гнев и желание нанести ответный удар. Он должен ответить за всё своё враньё и за то, что сделал со мной. Придёт время, когда Аслан столкнётся с неизбежными последствиями своих действий. Именно я буду той, благодаря кому он окажется на самом дне.
