332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Аристарх Нилин » Пандемия » Текст книги (страница 10)
Пандемия
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 17:46

Текст книги "Пандемия"


Автор книги: Аристарх Нилин






сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)

30.11. Утром был тяжелый разговор с Борисом. Мы сидели вдвоем на кухне. Он сказал, что Асланов стал тревожиться, что нет реальных результатов. Если мы не уложимся в отведенный срок, максимум, что он сможет выбить, это месяц, от силы полтора. Я налил себе водки, но Борис выплеснул её в раковину и раскричался, чтобы я не смел пить. Я сказал, что это мое дело, если захочу, начну колоться. Он посмотрел мрачно на меня и промолчал, хотя я чувствовал, что он хочет высказать мне свое отношение к происходящему, но боится, что мы оба сорвемся и наговорим друг другу разных гадостей, или что я действительно возьму и начну колоть себе всякую дрянь. Проклятье, как жить дальше? После разговора, ушел злой, но в лаборатории все равно выпил спирта, и сразу полегчало.

Ближе к вечеру имел разговор с Новиковым. Леонид Сергеевич подошел ко мне, когда все разошлись, и только Гальперин продолжал чем-то заниматься в дальнем углу, своего рабочего места. Подсев, он неожиданно заговорил о том, сдержим ли мы свое обещание и отпустим его и дочь, взятую в качестве заложницы, в случае, если добьемся успеха? Я сказал, что он может быть полностью уверен. Хотя, про себя подумал, как наивен бывает человек, когда дело касается жизни и смерти. На кону стоят громадные деньги, позади гора трупов, и жизнь еще двух десятков людей уже ничего не решает. И все же, он надеется, что мы сдержим слово и отпустим их на все четыре стороны. Поразительно!

Ему сорок восемь лет. Женат второй раз и поэтому дочери всего семь лет. Безумно любит её и даже не знает, что когда Али брал его, жена сопротивлялась, и её пришлось убить. Если бы знал, вряд ли стал работать. Хотя, кто знает, возможно, дочь для него в такой ситуации, стала бы еще дороже.

Смотрел грустными, собачьими глазами на меня и было непонятно, верит он мне или нет? Сидел и молчал, словно решал, говорить или нет, потом, видимо решившись, произнес: «Я знаю, что вы можете обмануть, даже наверняка, не думайте, что я такой наивный человек и всему верю. Но я хочу выжить и сохранить жизнь своей дочери, причем ей в первую очередь. Вы здесь не самый главный, но от вас многое зависит. Помогите мне, и я помогу вам».

– Мне? В чем вы мне можете помочь?

– Во всем. И в первую очередь получить то, что вы хотите, вирус.

– Вирус?

– Да. Он существует. Я его сделал, точнее, я знаю полностью его структуру. Его создание займет два три дня.

– Вы блефуете.

– Отнюдь нет. Он уже мутировал, мы прошли его стадию и просто не заметили, но я выделил элементы, которые изучались и необходимо только воспроизвести его и запустить в клиническую фазу испытаний.

– Не верю. И потом, вы так говорите, даже не получив от меня ответ на свой вопрос, помогу я вам или нет.

– Поможете, я уверен.

– И на чем зиждется ваша уверенность?

– На том, что вы сами не уверены, что вы получите свою долю обещанных денег или каких либо обещанных благ, когда станет известно, что вирус создан. Возможно все, кто здесь находится, будут уничтожены, и только тот, кто возглавляет весь проект, спокойно отправится получать причитающиеся ему дивиденды.

– А вы умнее, чем я предполагал.

– А вы зря думаете, что все люди, это стадо баранов.

– Я так никогда не думал.

– Да, конечно, только вряд ли я в это поверю. А вот то, что вы задумывались и не раз, получите ли вы причитающуюся вам долю, совершенно точно, иначе бы вы не стали столько пить, что вы делаете уже каждый день.

– Это вовсе не от этого, и потом, это мое личное дело.

– Вполне допускаю, что личное, но оно имеет свои причины. Просто так, люди не начинают пить. Для этого должен быть повод.

– Оставим этот разговор. Что вы хотите взамен?

– Гарантии.

– Гарантии? И в каком виде, может быть в письменной форме?

– Нет. Я предлагаю вам заключить союз.

– Вот это оригинально. И что вы под этим понимаете?

– Вы организуете транспорт, и мы втроем, включая мою дочь, уезжаем отсюда. Как только мы покинем это место, вы получите контейнер, с готовой культурой вируса, и мы распрощаемся. Вы сможете предъявить своим хозяевам вирус и получить деньги, возможно, даже увеличив свою первоначальную долю. По-моему, все честно?

– Да, за исключением одного.

– Чего именно?

– Как я могу быть уверенным, что в контейнере будет действительно мутированный вирус, который мы безуспешно ищем столько времени. Ведь если он пройдет испытание, нам и так будет известна его генная структура. А иначе, это будет блеф. Вы спокойно можете засунуть туда образцы любого вируса гриппа и доказательств, что это именно он, у меня не будет?

– Вы совершенно правы, я об этом уже думал, и не один день, поэтому обратился к вам только сейчас, а не месяц назад.

– Вы хотите сказать, что вирус был готов еще месяц назад?

– Если быть точным, почти два.

– Ерунда, два месяца назад не было даже намека, на то, что мы получили результат.

– Это вы не получили результат, а я получил.

– Я имею в виду не себя лично, а всю команду. Все результаты анализов, тесты, все записывается. Я каждый день проверяю данные исследований, и там даже намека нет на какие-либо положительные результаты.

– Что же, ваше право сомневаться, впрочем, я это предполагал, прежде чем начать разговор. А потому, есть только один шанс, которым я могу воспользоваться. Это продемонстрировать вам вирус в действии.

– И как вы это собираетесь сделать?

– Очень просто. Но прежде, я хочу услышать ответ, вы согласитесь на мое предложение или нет?

– Мне надо подумать. Уехать отсюда не так просто, даже мне. Потребуется время, чтобы все организовать.

– Так да или нет?

Я смотрел на этого, не по годам пожилого человека, с горящими глазами и думал о том, что, возможно, он не блефует, и подумал: «А что если он прав? На все сто процентов прав, и ему действительно удалось создать виру? Оставят ли меня, Бориса, и других в живых? Если это так, то вариант, который предлагает Новиков, весьма разумный, и бегство отсюда, может решить очень много проблем. Но с другой стороны, может и многократно их увеличить. Риск, в обоих случаях остаться в живых или умереть, так и не получив в этой жизни тех удовольствий, о которых мечтал. Проклятье. Извечный вопрос выбора».

– Хорошо. Сколько времени, вы даете мне на раздумыванье?

– До утра.

– Так мало?

– На большее, я не согласен.

– А вы не боитесь, что я откажусь? Через неделю-две, максимум месяц, мы все равно найдем пропущенную цепочку в экспериментах, которая дала на ваш взгляд положительный результат. И потом, если вы готовы доказать, значит, у вас есть сам вирус?

– Есть, но его запуск, будет всем стоить слишком дорого.

– Так он у вас есть, или вы опять блефуете? Первоначально вы сказали, что для его синтеза вам нужно день-два?

– Я не мог сразу вам все открыть. Мне необходимо было проверить вашу реакцию на информацию, а уже потом сообщать всю правду.

– Хорошо, допустим это так, но на что вы намекаете, говоря, что всем нам это будет стоить дорого?

– Мы все умрем, и при том, очень быстро.

– Какое время его инкубационного периода, на ваш взгляд?

– Он сорбируется на человеческих рецепторах и предположительно, инкубационный цикл составляет 5–8 часов.

– Этого не может быть. Такая скорость выходит за рамки допустимого. Вы выдаете желаемое за действительность и тем самым, сами выдали себя, что это просто блеф.

– Мне нечего больше сказать. У вас есть время подумать до утра.

Мы расстались. Он отправился к себе, где жили все сотрудники лаборатории, за исключением меня и Гальперина, который все это время продолжал сидеть в своем закутке. Я вернулся к себе и достал диктофон, который был у меня в кармане халата, и который включил практически машинально, как только Новиков заговорил со мной. Вот почему, я так дословно переписал весь наш разговор. Не знаю, зачем я это делаю, возможно, для того, чтобы, если все это когда-нибудь кончится и вирус действительно явится в мир, все знали, истинное имя его создателя – Новиков Леонид Сергеевич.

01.12. Проснулся и посмотрел на часы. Пять утра. Осталось три часа, до того момента, когда я должен дать ответ. Что же делать? Поверить? А вдруг все действительно, правда, и он создал вирус? Сказка стала былью. Но если так, то, что ждет впереди всех нас, я имею в виду не только нашу команду. Если вирус действительно обладает таким инкубационным периодом, это может привести к катастрофе, остановить которую будет сложно, а может быть даже нереально. Забыл спросить, каков механизм его распространения? Если при непосредственном контакте с больным, то это не так смертельно, хотя и опасно, а если воздушно-капельным, как и обычный штамм человеческого гриппа, тогда это действительно очень серьезно. Создать вакцину можно просто не успеть, даже наверняка, и тогда… Нет, это будет, похлеще апокалипсиса. Там хотя бы вообще все будет разрушено, а здесь, все останется. Только люди, а вместе с ними все млекопитающие, вымрут, оставив планету в качестве космического кладбища когда-то существовавшей цивилизации. А может так и надо? Все равно мы к этому идем и рано или поздно достигнем точки, когда мир кончит свое существование?

Да гори оно все огнем. Черт, спиртное кончилось в самый неподходящий момент. Хорошо, допустим, что я приму его предложение? Если он продемонстрирует действие вируса, это будет сразу известно всем, стало быть, придется решать вопрос, как быть с остальными? А если просто поверить Новикову и организовать побег? Ха, слово-то какое, побег. А что, это действительно не так просто организовать. Впрочем, нет, можно взять фургон, предварительно погрузив туда Новикова с дочерью, хотя это будет и не так просто, но можно, к примеру, выехать в лес, подышать воздухом. За это время, я дважды выезжал с фазенды, вполне возможно, что это не вызовет подозрений. А потом, до ближайшей бензоколонки и вперед, как можно дальше отсюда, куда глаза глядят, хоть на север, хоть на юг, без разницы.

Решено, соглашаюсь, и будь что будет…

03.12. Суббота, чувствую себя словно заговорщик, впрочем, так оно и есть на самом деле. Договорился с Новиковым, что побег устроим в воскресенье. Сегодня, прогуливаясь по фазенде, обмолвился с Борисом парой фраз, что собираюсь прислушаться к его совету и меньше пить. Дела по разработке вируса стали продвигаться гораздо интенсивнее и есть надежды, что еще две-три недели, и он будет создан. Нужны еще десятка два испытаний, и тогда можно с уверенностью сказать, что мы близки, к тому, чтобы заполучить свои деньги. Говорил так эмоционально, что он поверил, уверен в этом, поэтому, когда спросил, не будет ли он против, если я смотаюсь на озеро, в пяти километрах отсюда, и в одиночестве отдохну на природе, он не стал возражать, хотя и удивился, что я там буду делать, когда на дворе минус десять. На это я ответил, что просто хочу час другой побыть один и подышать морозным воздухом, там, кстати, на берегу чудесный сосновый лес. Он хмыкнул, и промолчал. Итак, вопрос решен, осталось незаметно посадить в фургон Новикова и его дочь. Думаю, что это удастся мне сделать без особых проблем. И все же, остается доля сомнения, что Новиков блефует и никакого вируса не существует, просто он надеется каким-то образом бежать, используя для этих целей меня и мое состояние. Ну и пусть, мне уже все настолько осточертело, да и шансов, что мы решим эту задачу, остается все меньше и меньше. Никаких положительных результатов в действительности нет и мы практически в тупике. Гальперин вчера расплакался по поводу неудач в очередной серии тестов, и мне пришлось его успокаивать, как мальчишку. Было смешно и противно. Взрослый человек плакал, оттого, что он не может добиться того, что может погубить все человечество, а ему на это наплевать. Мне хотелось не успокоить его, а положить на операционный стол и вырезать его сердце, просто для тренировки хирургических навыков. Мы сидели рядом, и я думал, как смешно жизнь распределила роли между людьми. Хотелось напиться в сиську и орать во всю мочь, чтобы мир катился ко всем чертям, но я держался, зная, что завтра, мне предстоит решать много дел. Завтра, побег из преисподней… Интересно, кто в ней я?

На этом дневник обрывался.

– Всего несколько листов исповеди человека, который совершил столько преступлений за столь короткий срок. Его исповедь потрясает и ужасает одновременно, – подумал Павел, засовывая листы в файл и положив папку рядом на сиденье. Откинув голову назад, он закрыл глаза, чтобы попытаться немного вздремнуть, но мозг, возбужденный только что прочитанным, явно не был готов к отдыху. Павел полулежал с закрытыми глазами и невольно вспоминал о том, что произошло за эти полгода…

Глава 2

Итак, Павел Юрьевич Лебедев официально перевелся на работу на Петровку 38, что послужило поводом для того, чтобы вновь собраться у него дома и отметить это событие. Собрались его близкие друзья, Лизины родители, и Соловьев, теперь уже бывший сослуживец Павла. Заодно, отметили своего рода помолвку его и Лизы. Было весело и радостно, а жизнь впереди казалось безоблачной и счастливой.

Спустя месяц, они подали заявление в загс, и Лиза переехала жить к нему. Павел пребывал в том счастливом и приподнятом настроении, когда казалось, что весь мир улыбается ему и немного завидует его счастью и успехам. Как-то перед сном, когда Лиза была на дежурстве, а Павел на кухне пил чай и чему-то улыбался, мать заметила:

– Знаешь, кого ты мне напоминаешь?

– Кого? – спросил Павел, глядя на мать.

– Отца. Как сейчас помню, он тоже вечно мурлыкал, перед свадьбой и улыбался, а потом признался мне, что это состояние, когда ты вот-вот станешь женатым мужчиной, почему-то приводила его в неописуемый восторг. И что все должно быть обязательно хорошо.

– Правда! Ты мне никогда об этом не говорила.

– Просто гляжу на тебя, ты копия своего отца.

– Мам, а это плохо или хорошо?

– Хорошо, конечно. Было бы плохо, разве мы прожили бы с ним столько лет. Как никак, четверть века вместе.

– Мам, а тебе правда Лиза нравится?

– Лиза? А ты сам-то как думаешь?

– Я первый спросил.

Лидия Петровна рассмеялась и ответила:

– Нет, я каждый раз удивляюсь, как в тебе уживается взрослый человек и детская непосредственность, – а потом серьезно посмотрела на сына и ответила, – знаешь, по-моему, она тебя очень любит, а это самое главное. А нравится она мне или нет, разве это имеет значение. Матерям всегда кажется, что их сыновьям нужна принцесса. Только зачем, живые люди куда лучше. А твоя Лиза хорошая девушка, и нам с отцом она нравится, ты только не зазнавайся и не обижай её, потому что я буду всегда на её стороне, понял меня?

– Как это? – спросил он и удивленно уставился на мать.

– Вот так. Будешь обижать, я скорее за неё заступлюсь, чем за тебя.

Павел посмотрел на мать с благодарностью и, поднявшись, обнял её и поцеловал.

– Ладно подлиза, я пошла спать, а ты как, дожидаться будешь, когда она вернется с дежурства или спать пойдешь?

– Угу.

– Не угу, а отвечай как работник милиции, четко и ясно?

– Мам! Конечно же буду дожидаться.

– Вот так бы сразу и ответил. Ладно, я пошла спать, и она, потрепав сына по волосам, вышла из кухни.

Павел прикрыл за ней дверь, а заодно достал из холодильника банку с клубничным джемом и продолжил чаевничать.

Спустя два месяца они поженились. Свадьбу справили достаточно скромную, дома. Собралась родня и близкие друзья, и все равно набралось человек двадцать. Поднимали тосты за молодых, кричали горько, потом матери зажигали свечи и ими воспламеняли семейный очаг – большую свечу, и снова тосты за жениха и невесту, все как водится на свадьбе. Тост за родителей и напутствия от них, пожелания от друзей и родственников, шум гам и веселье до глубокой ночи.

Павел вспомнил, как вышел на улицу вместе с Лизиным дядей, чтобы проводить его и супругу, а заодно, немного подышать свежим воздухом. Лиза все пыталась надеть ему пиджак, чтобы он не простудился, а он краем глаза успел заметить, как мать, видя эту заботу о нем, радостно улыбается, и возможно немного ревнует, глядя на Лизу. Геннадий Степанович, успевший хорошо принять на грудь спиртного, старался держаться молодцом, чувствовалась настоящая мужицкая хватка. Однако, обняв Павла, повис на нем, так, что тому стоило больших усилий не согнуться под его тяжестью. Он поцеловал Павла и произнес:

– Ты уж того, береги жену. Ты хоть теперь и высоко сидишь, аж на самой Петровке, помни, дядя племянницу в обиду не даст.

Павел, который на своей свадьбе, чисто символически пил и потому был почти трезвым, неожиданно на ухо прошептал:

– А если проштрафлюсь, обратно возьмете в отделение?

– Ты, да проштрафишься? Поверь мне, Паша, ты далеко пойдешь и когда таких как ты побольше у нас в милиции служить будет, вот тогда мне не стыдно будет, за то, где мы с тобой работаем и народу служим, понял?

– Понял, Геннадий Степанович.

– Вот это ты молодец, что понял. Ладно, ступай, а то и впрямь, на дворе холодно, еще простынешь, – и он по-отечески поцеловал Павла.

В день свадьбы, молодые уехали к Лизе, а её родители остались помогать родителям Павла убираться в квартире.

Они лежали на её узком диване, тесно прижавшись друг к другу, и хотя утро уже было не за горами, и оба устали, целовались и любили друг друга, ведь это была их первая брачная ночь. Павел был рад как никогда, он нашел свое счастье и верил, что жизнь будет прекрасной, и никакие беды и грозы не смогут помешать ему, быть счастливым, и сделать такой же счастливой свою жену Лизу…

Перейдя работать на Петровку, он стал заниматься делами, которые передавались из районных отделений и становились делами городского значения. Дело, которое явилось причиной его перевода на новую работу, постепенно забылось, из-за отсутствия каких либо фактов, и перешло в разряд нераскрытых преступлений, что тяжким грузом висело на отделе, где он работал. Нет, нет, да всплывали какие-то новые подробности, обусловленные свидетельскими показаниями друзей потерпевших ребят, с которыми месяца два после перевода на Петровку занимался Павел. Выяснились некоторые имена, приметы подозреваемых, и что самое важное, Павлу удалось установить личность главного подозреваемого. Это был некто Логачев Аркадий Викторович.

Все встало на свои места, когда из множества фотографий Гладышев мгновенно узнал лицо этого «очкастого» доктора. Беседа с врачами, работавшими вместе с ним на прежнем месте работы, дали ясное представление о нем. Вскоре всплыли факты по делу, которое проходило в Санкт-Петербурге, за полтора года до этого, где Логачев, чудом избежал ареста и вскоре исчез. Все было ясно, за исключением одного – где теперь искать его и чем он занимается? Вряд ли, после столь большого провала, он рискнет снова заняться тем же? А раз так, то, стало быть, он либо ляжет на дно и осядет где-нибудь в небольшом городе, либо попытается сменить фамилию и заняться новым делом. Хотя, не исключен вариант, что он просто сопьется, не найдя выхода в реализации своих амбиций, которые переполняли его, как заявил заведующий отделением больницы, откуда Логачев уволился несколько лет назад назад.

Итак, личность «очкастого» была установлена, а вот где его искать, повисло в воздухе. Логачев был объявлен во всероссийский розыск и на этом дело застопорилось. Казалось, что оно так и зависнет на многие годы, прежде чем, как выразился капитан Волин, его труп не всплывет случайно в каком-нибудь деле и тогда можно будет закрыть его и сдать в архив. Однако по прошествии двух месяцев, новые события привели к тому, что, казалось бы «дохлое» дело, снова дало о себе знать и весьма странным образом.

Волин заглянул в кабинет, когда Павел сидел за столом и читал рапорты по делу, которым они занимались непосредственно с капитаном.

– Привет. В три пятнадцать у начальства совещание. Тебя касается тоже.

– С чего вдруг?

– Не знаю, Людмила предупредила, что всю нашу группу полковник желает видеть в полном составе.

– Как считаешь, разгон учинять будет?

– Как знать, но ордена раздавать вряд ли, а ты что, уже погоны припас?

– А то, я решил, чем у тебя под началом ходить, сразу майора попрошу, а то так и до пенсии ходить в лейтенантах буду, – с юмором ответил Павел.

– Молоток, ты их в портфельчик сунь на всякий случай. Если что, сразу в кабинете обмоем, – в тон ему предложил Волин.

– Точно, и складной стаканчик захвачу, а то вдруг у начальства стаканов на всех не хватит. Ладно, понял, через час буду, ты сейчас куда?

– Я тут еще с экспертом поговорю и вернусь.

Через час Павел открывал тяжелую дубовую дверь в кабинет полковника Сабресова. Тот сумрачным и одновременно дружелюбным голосом пригласил Павла пройти в кабинет. Через пару минут, когда все собрались, он начал совещание.

– Так что, похвастаться нечем? Сколько «дохлых» дел на отделе висит? А мы рады радешеньки и ждем, когда нам ордена и звания за это дадут? Ладно, это я так к слову, чтобы вы не особо расслаблялись. Я вас не для этого сюда пригласил. Разговор есть, – он обвел собравшихся взглядом и произнес:

– Вот господа-товарищи, информацию мне передали. Почему я вас так назвал, потому, как инфа из-за бугра пришла, а мне её из ФСБ переслали для оказания оперативной помощи. Для этой цели решили нас привлечь, поскольку, как говорится, отдел наш имеет заслуги, а потому и нас вспомнили, когда помощь понадобилась.

Полковник открыл лежащую перед ним папку и выудил из неё лист:

– Я тут лирику опущу, дабы время не терять, а сразу к делу перейду. Наши спецслужбы получили от американцев сообщение, что по их разведданным на нашей территории ведется тайная разработка вируса «куриного гриппа», точнее на его основе нового штамма, который в симбиозе с человеческим, может представлять собой крайне опасное бактериологическое оружие против всего человечества. По их данным, через ряд подставных фирм за последнее время проходили закупки оборудования для оснащения лабораторий в области вирусно-бактериологических исследований. Проверка данных показала, что фирм, которые производили непосредственно покупку оборудования, в действительности не существует, а следы, по которым оно уходило, ведут в Россию. Совместная проверка по линии ФСБ-ФБР, так же не выявила на территории России фирм, которым якобы по цепочке переправлялось оборудование и медикаменты. Вследствие чего, были проведены оперативно-розыскные мероприятия, которые вывели наши службы на ряд фактов, которые говорят в пользу гипотезы американцев, по поводу того, что их опасения не беспочвенны.

Установлено, за период с июля по август месяц в Государственном научном центре вирусологии и биотехнологии «Вектор», расположенный под Новосибирском, пропало несколько сотрудников, главным образом вирусологов и специалистов в области генной инженерии. Тогда этому факту не придали особо большого значения, так как во всех случаях предполагалось, что имело место преступление с целью ограбления, и поэтому, относили дела к грабежу, хотя смущало, то обстоятельство, что ученые пропали вместе с женами и детьми. Дела вели наши районные службы. Кроме того, еще одно преступление, аналогичное этим произошло позже. У некоего Новикова, одного из авторитетнейших вирусологов, по приметам все совпадало с ограблением. В квартире пропали ценные вещи, а жена пропавшего была убита и в последствии её труп был найден за городом.

Однако, это еще не все. Связавшись с нашими коллегами из Беларуси, мы выяснили, точнее сотрудники ФСБ, что в республиканском, научно-исследовательском институте эпидемиологии и микробиологии, так же пропало два сотрудника, занимающихся именно вирусными инфекциями. И что важно отметить, их исчезновение тоже сопровождалось якобы грабежом. При этом вместе с ними пропали члены их семей. Все это наводит на размышления, что имеет место слишком много совпадений, чтобы от этого отмахнуться и факты говорят, что возможно, мы имеем дело с международной террористической организацией, которая на территории нашей страны могла организовать экспериментальную разработку вируса нового поколения в качестве бактериологического оружия в целях шантажа, а возможно и применения.

Вот такие дела, – подытожил свое выступление полковник, – да, еще в заключение, чтобы всем было ясно, что это не просто предположения, а все гораздо серьезнее, чем хотелось бы. На днях прошло экстренно совещание в ООН. Вот несколько выдержек из этого совещания, – и он передал всем по два листа перепечатанного сообщения:

03.11.2005. Сегодня в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке под эгидой Экономического и Социального Совета (ЭКОСОС) состоялась специальная встреча, посвященная борьбе с птичьим гриппом. Ее участники обсудили роль ООН и международного сообщества в предотвращении пандемии и оказании помощи государствам, уже столкнувшимся с этим заболеванием среди птиц и даже людей. Выступая на встрече, Старший координатор системы ООН по проблеме птичьего и человеческого гриппа Дейвид Набарро изложил глобальную стратегию борьбы с куриным гриппом. Она состоит из трех направлений деятельности. Одно касается борьбы с распространением гриппа среди птицы, другое – предотвращения или замедления его распространения среди людей и третье – направлено на подготовку к возможной пандемии куриного гриппа среди людей. Дэвид Набарро выразил надежду, что эта стратегия будет рассмотрена на международной встрече по борьбе с птичьим гриппом, которая откроется 7 ноября в Женеве. Ожидается, что участие в ней примут около 600 представителей правительств, ученных и неправительственных организаций. Обращаясь к участникам сегодняшней встречи, представитель Генерального директора ВОЗ – Всемирной организации здравоохранения – доктор Дейвид Хейман заявил, что куриный грипп является международной проблемой, которая, требует решительного международного ответа. Он посетовал, что не все государства воспринимают ее всерьез и даже игнорируют рекомендации ВОЗ в этой области. Дейвид Хейман отметил, что всего куриным гриппом заразилось 122 человека в мире. 62 из них умерли. Все эти случаи заражения произошли в четырех странах Азии. Он подчеркнул, что пока этот вирус не косит человеческие ряды, но имеет громадные последствия для популяции птиц. Волна куриного гриппа охватила весь мир. «Информация, которой мы обладаем на сегодняшний день, свидетельствует о том, что вирус куриного гриппа, известный специалистам как Н5N1, постепенно видоизменяется. Вирусы гриппа знамениты своей приспособляемостью. Каждый раз, когда вирус Н5N1 поражает человека или птицу у него появляется возможность измениться и улучшить свою способность передаваться. Пандемии гриппа среди людей в предыдущих столетиях были вызваны именно мутацией птичьего гриппа в человеческий», – заявил представитель ВОЗ. Дейвид Хейман подчеркнул, что как только новый вирус куриного гриппа, сможет легко поражать людей и передаваться от человека к человеку, он вызовет пандемию. Он добавил, что для предотвращения широкомасштабных последствий этой пандемии необходимо действовать уже сейчас. По его словам, ВОЗ разослала всем странам рекомендации по разработке плана предотвращения пандемии. «Однако пока лишь 40 государств имеют такой план», – с сожалением добавил представитель ВОЗ. «Мы не можем ничего сделать, чтобы предотвратить видоизменение вируса, но мы можем ограничить его возможности по распространению среди людей», – отметил доктор Хейман. Он подчеркнул, что ущерб от этой пандемии будет огромным и не только для здоровья людей, но для общества в целом.

Статья была опубликована в интернете на сайте: http://www.un.org/russian/news/daily/pdf/2005/03112005.pdf

– Как видите, американцы пока не уведомили ООН, о том, что террористы возможно параллельно с природным механизмом мутации вируса, ведут исследования, в этой области, чтобы, создав вирус, угрожать им человечеству, но факты говорят сами за себя. Так что нам поручено оказать самую действенную помощь, для чего необходимо поднять все материалы, по делам, которые могли хоть как-то пересекаться с этим вопросом. Возможно, это даст новые направления для работы по данному делу. Координировать всю работу будет майор федеральной службы безопасности Евдокимов Савелий Игоревич. Прошу любить и жаловать.

Вслед за этим, из-за стола поднялся моложавого вида майор, одетый в штатское, и на которого Павел вначале не обратил внимания, решив, что это кто-то из соседнего отдела.

– Вопросы есть?

Тишина означала, что вопросов много, но сейчас требовалось для начала осмыслить полученную информацию, а уже потом задавать вопросы.

– Вот и отлично, тогда за работу и в авральном режиме. Выходные отменяются, так что предупредите домочадцев, чтобы рано домой не ждали, и на выходные планов не строили.

Павел вместе с остальными вышел из кабинета полковника. Когда он вместе с Волиным подошли к своему кабинету, тот спросил:

– Что скажешь?

– Скажу, что ничего хорошего, нам не светит, я имею в виду, ближайшие выходные, а по поводу того, что и кого искать в прошлых делах, то первое, что мне приходит на ум, это паренек, пропавший на моем участке и доктор Логачев.

– Так ведь он хирург? Не вижу связи?

– Возможно, только мне почему-то кажется, что именно такие люди могут организовать и координировать работу врачей, особенно, если им придется заниматься этим по принуждению.

– Ты так считаешь?

– Интересно, а зачем им нужны были семьи врачей?

– Пожалуй ты прав. Только вот где его искать, Россия, страна большая.

– Если бы была маленькая, нас бы с тобой не позвали на помощь.

– Смеешься?

– Да нет, так размышляю, насчет того, что поспешил я насчет погон майора, надо было сразу генеральские брать.

– Точно, как в фильме «Ширли мырли», обмывали. Кинули звездочки майора, а они в маршальские превратились, как никак всю землю в случае чего спасем.

– Насчет маршальских, это слишком круто, а вот от капитана, я бы не отказался.

– Чего так.

– Чтобы ты мной не помыкал, – и, рассмеявшись, хлопнул Волина по плечу. Тот понял шутку Павла и вслед за ним рассмеялся, а затем вошел в кабинет, прикрыв за собой дверь.

– Слушай, а если серьезно, может действительно, этот Логачев, каким то образом участвует в деле?

– Вряд ли, это я так в шутку, а ты всерьез воспринял.

– А что, шутки шутками, а версия весьма интересная, может, обмозгуем, в качестве так сказать, рабочей гипотезы?

– А что, давай.

Под вечер, Волин ушел по делам, а Павел, порыскал в интернете и познакомился поближе с вирусом птичьего гриппа. В принципе во всех статьях на данную тему было одно и тоже. Фигурировали одинаковые цифры заболевших и умерших людей, и если сравнивать с количеством вообще умирающих на Земле, то это было настолько мало, что было странно, что эта тема звучит столь ужасающе на данный момент. Однако, одна заметка, его насторожила. В ней сообщалось, что, по мнению авторитетных ученых, в случае, если мутация действительно произойдет и вакцинация населения начнется с опозданием, то эпидемия может унести от семисот миллионов до двух с половиной миллиардов человек. Иными словами, при неблагоприятном стечении обстоятельств, может погибнуть до трети населения планеты. Это в свою очередь, может привести к непредсказуемым последствиям в целом, поскольку может повлечь за собой последовательность вторичных эпидемий, но уже другого рода, вызванных последствием гибели людей, что, в конечном счете, может быть началом конца цивилизации.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю