Текст книги "Испорчу тебя, девочка (СИ)"

Автор книги: Арина Вильде

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)

Глава 7. Назар

Я лениво выдыхаю дым, наблюдая, как он тянется вверх, растворяясь в полумраке. Кальян расслабляет, разливается по телу тягучей волной, замедляет мысли.

Рядом несколько друзей, они что-то обсуждают, но я не особо вслушиваюсь. Пара эффектных девочек напротив, обе в обтягивающих платьях, обе с идеальными телами, и обе явно не против моего внимания. Одна из них, блондинка с чувственными губами, лениво играет локоном, иногда наклоняется ближе, смотрит прямо в глаза, словно проверяет, как далеко можно зайти.

Обычный вечер. Спокойный, насколько вообще может быть спокойно в ночном клубе.

Я беру телефон со стола, мельком проверяю экран. Ничего срочного.

Откидываюсь на диван, потягиваюсь, собираюсь снова затянуться, но в этот момент телефон начинает вибрировать в руке.

Я опускаю взгляд.

Витёк. Неужели наконец-то решил убедиться, что с его сестренкой все в порядке?

– Сейчас вернусь, – бросаю друзьям и направляюсь в конец зала.

Прохожу мимо барной стойки, ловлю пару заинтересованных взглядов, но не торможу. Открываю дверь в коридор, тут уже тише, басы не так давят на уши.

Захожу в мужской туалет, закрываю за собой дверь, прислоняюсь спиной к стене и, наконец, принимаю вызов.

Звукоизоляция здесь отличная. Музыку почти не слышно.

– Алло.

– Назар, – голос Вити звучит бодро, несмотря на разницу во времени. У него там сейчас если не ошибаюсь семь утра. – Ты не спишь?

Я усмехаюсь.

– А ты как думаешь?

– Ну да… Клуб, кальян, девочки?

Я хмыкнул.

– Догадливый.

– Короче, я недолго, отвлекать не буду. Как там Рая?

Ну вот и причина его звонка и моей бессонницы. Рая.

Я закрываю глаза, стискиваю переносицу, но перед глазами снова всплывает этот долбаный момент. Ванная. Пар. Горячая вода стекает по её телу. Влажная кожа, гладкая, блестящая. Капли бегут по изгибам.

Чёрт.

Я резко втягиваю воздух через нос, возвращая себя в реальность, но наваждение не спадает.

– Назар? – Витёк кашляет в трубку.

– Всё нормально, – бросаю я, чуть грубее, чем надо. – Она в порядке. Жива, здорова, не потерялась. Скорее всего спит в тепленькой кроватке.

– Она там не выносит тебе мозг? – смеётся он.

Выносит.

Но не так, как ты думаешь, Витёк.

Она влезла мне в голову. Чёртовым наваждением. Как липкая дрянь, от которой не отмыться. С каких пор мне вообще не хватает выпивки, чтобы выбить женщину из головы?

Я раздражённо проводжу рукой по затылку.

– Назар? Ты там вообще живой?

– Живой, – рычу в трубку.

– Ага, ясненько… – Витёк усмехается. – Похоже уже в стельку.

Ещё бы.

– Ладно, хер с ним. Спасибо, что согласился за ней присмотреть.

– Да без проблем.

– Просто я боялся, что этот мудак что-то натворит. А она у меня девка совсем наивная и простая.

Я напрягаюсь.

– Какой мудак?

– Её новый партнер по танцам.

Я молчу, а он продолжает:

– Не нравится он мне, скользкий тип. Райка же влюбилась по уши, блин. Я боюсь, как бы сестру не обидел и девку не испортил.

Чувствую, как внутри поднимается какое-то странное раздражение.

– Ты мне это раньше сказать не мог? – зло рычу я.

– Так а ты что сделать сможешь? Короче, просто поглядывай за ней, ладно? Чтоб нигде не шлялась. Устрой ей там экскурсию какую по городу, на фильмец пусть сходит.

Я сжимаю челюсть.

– Ладно.

– Ну всё, давай, не буду отвлекать.

– Давай.

Я сбрасываю вызов, убираю телефон в карман и смотрю на свое отражение в зеркале.

Рая влюблена. Что-то внутри нехорошо сжимается.

Эти слова крутятся в голове, забиваются под кожу, врезаются в череп. Челюсти сжаты так, что сводит скулы. Чёртово, необъяснимое бешенство растекается по телу, забирается в каждый мускул, в каждую жилу.

Какого хрена?

Какого хрена мне вообще не всё равно?

Я стискиваю кулаки, упираюсь ладонями в раковину.

Не моё это дело. Чего я вообще завелся? Черт его знает.

Я убираю телефон в карман, тут дверь в уборную распахивается, впуская на пару секунд ревущую музыку.

Входят двое парней. Голоса пьяные, громкие. Не услышать их разговор было бы сложно.

– Ну как тебе телка? – ржет один.

– Зачет, – ухмыляется второй.

Я криво усмехаюсь. Разворачиваюсь, собираюсь уходить, но следующая фраза заставляет меня задержаться.

– Реально собираешься Райку уложить сегодня?

– Не сегодня, – второй парень противно хмыкает. – Она же наверняка девственница. А завтра у нас турнир по бальным танцам.

Бальные танцы? Рая? Я резко торможу, поворачиваю голову.

– Я собираюсь взять призовое место, у нас есть все шансы. Но вот после турнира… – он мерзко смеется.

Что-то внутри меня сжимается в тугой, колючий комок. Не знаю, почему.

"Она же наверняка девственница."

"Но вот после турнира…"

Слова капают, как яд. Каждое слово – удар по вискам, по нервам, по самоконтролю. Я стою, смотрю на этих двоих и чувствую, как меня выворачивает. Внутри меня взрывается что-то тёмное, горячее, неуправляемое.

Это просто совпадение. Гребаное совпадение.

Я глубоко вдыхаю, подавляя раздражение, и выхожу. Телефон снова оказывается в руке.

Пальцы быстро набирают сообщение.

Я: Как вы там?

Отправлено маме. Жду ответа. Ноль реакции.

Что за херня? Они уже спят? Сейчас одиннадцать ночи, не так уж поздно. Я снова смотрю на экран, но нет никакого ответа. Дерьмовое чувство усиливается.

Я: Мам, ты тут?

Раздражённо скриплю зубами, убираю телефон в карман и возвращаюсь в зал.

Я занимаю своё место, хватаю трубку кальяна, делаю глубокую затяжку, но расслабление не приходит. Вкус дыма противно бьёт в горло.

Блядь.

Меня всего трясёт изнутри.

От злости. От раздражения. От какого-то грёбаного чувства, которое я даже не могу нормально объяснить.

Глава 8. Назар

Я стою у поручней второго этажа и смотрю вниз.

Толпа движется в такт музыке, а мне почему-то неспокойно.

Я должен расслабиться. Отвлечься. Вернуться к своим друзьям, к девушкам, которые не прочь провести со мной ночь.

Но нет.

Внутри что-то скребется. Какая-то тревога. Хочется рвануть домой и убедиться, что Рая спит в своей кровати. Я ведь Витьку пообещал, что за ее сестренкой присмотрю, а я всегда и во всем очень ответственный. Ладно, пора валить.

Я раздраженно выдыхаю, провожу рукой по лицу, разворачиваюсь к столику и тут же замираю как вкопанный.

Недалеко от нас, в компании тех самых парней сидит Рая.

Яркий макияж. Короткая юбка. Улыбка до ушей. И этот урод рядом с ней. Практически пожирает ее взглядом.

Руки сами сжимаются в кулаки. Какого хрена она здесь делает?

Я даже не успеваю подумать, что черт подери делаю сам, прежде чем уже двигаюсь в ее сторону.

Ублюдок нагло кладёт руку ей на спинку стула, приближается, что-то говорит ей прямо в ухо, и Рая смеётся, наклоняя голову вбок.

Блядь.

Меня накрывает.

Злость, раздражение, чистая, необузданная ярость хлещут по венам, срывают тормоза.

Я больше не думаю.

Не анализирую.

Просто двигаюсь.

Вижу, как этот урод наклоняется ещё ближе, как его рука скользит по спинке её стула к талии. Внезапно она меня замечает. Глаза расширяются. Пугается. Улыбка слетает с лица. Она так и не доносит до губ стакан с коктейлем, а резко ставит его на стол. Будто боится, что я настучу брату.

Блять. Сколько ей вообще лет? Я же так и не спросил, когда говорил с Витьком.

Я останавливаюсь рядом с ее столиком. Рая молча пялится на меня. Парень рядом – тот самый, который обещал трахнуть горячую цыпочку после турнира, – откидывается на спинку дивана и смотрит на меня с ухмылкой.

– Чего надо? – бросает он. Хотя в клубе долбит громкая музыка, мне удается считать слова по губам.

Я даже не удостаиваю его взглядом. Наклоняюсь к Рае, чтобы она могла меня услышать. Тут же в нос ударяет ее дурманящий запах, а я замечаю как ее кожа мгновенно мурашками покрывается. Я почти рычу:

– Встала. И на выход.

Голос звучит грубо, требовательно. Обычно я не позволяю себе такого тона. Не мой стиль. Но сейчас я не могу сдержаться.

Рая явно не ожидала меня здесь увидеть. Я вижу это по ее глазам. Она не просто удивлена – она в шоке. А еще, кажется, не понимает, что именно вывело меня из себя и почему я вдруг так с ней разговариваю.

Но я и сам не знаю, почему, черт возьми, я злюсь, увидев ее рядом с парнем.

Я ведь не брат ей, не муж, не хрен с горы, чтобы вот так командовать.

Но стоит мне представить, что этот урод рядом с ней уже все распланировал, что она по уши влюблена в него и доверяет, даже не подозревая, насколько он гнилой…

Меня это выбешивает.

Она не двигается. Парень, сидящий рядом, тот самый танцор, недовольно щурится.

– Эй, ты кто вообще?

Я перевожу на него взгляд.

Кто я? Тот, кто тебя сейчас разобьёт к чёртовой матери, если ты не закроешь пасть.

– Убирайся, мужик, – продолжает он, ухмыляясь. – Девушка с нами.

Я смотрю на него сверху вниз, холодно, без эмоций.

– Вставай, Рая, – повторяю я, но она всё ещё не двигается.

Блядь.

Она реально не понимает? Не видит, кто рядом с ней? Гребаная наивность.

– Эй, урод, – голос танцора становится громче, наглее, – у тебя проблемы?

Я сейчас вижу перед собой двух петушков, которые возомнили, что в этом клубе им все можно.

Но я не забываю, зачем пришел.

Рая.

Она напряглась, переводит взгляд с них на меня, губы плотно сжаты. Она смущена. Я уже собираюсь что-то сказать, но она не выдерживает первой.

– Да прекратите вы, – резко говорит, выдыхая. – Уже поздно, нам реально нужно идти. Завтра конкурс. Нужно выспаться.

Она встает, поправляет задравшееся платье. Все происходит за секунду. Она теряет равновесие, делая шаг ко мне, а я инстинктивно двигаюсь вперед, подхватываю ее за талию.

Она падает прямо в мои объятия. Мягкое теплое тело. Запах духов, кожи, шампуня… И алкоголя.

Я сжимаю челюсть, держу ее сильнее, чтобы не упала. И тут же ловлю себя на том, что меня ведет. Эта чертовка слишком близко.

Глава 9. Рая

Назар тянет меня к выходу, его ладонь горячая, сильная, пальцы впиваются в кожу так, что, кажется, останутся синяки. Мне больно, но я не сопротивляюсь.

Почему?

Потому что вместе с этой болью приходит что-то другое – что-то, от чего по телу разбегаются крошечные разряды тока, от чего дыхание сбивается, а сердце пропускает удары.

Я не понимаю, зачем он это делает.

Почему он так зол?

Но боюсь спросить.

На самом деле я в шоке. Я сбежала сюда, чтобы не встретится с ним в доме и посмотрите чем все закончилось? Какая вообще была вероятность пойти в тот же ночной клуб, что и он?

Он так странно ведет себя. Почему разозлился, увидев меня? Что вообще не так?

Я пытаюсь держать голову прямо, но мир слегка плывёт.

Дурацкий коктейль. Я не пью, но Женя уговорил.

"Да ладно тебе, расслабься, всего один коктейль."

И вот этот «один» дал по мозгам так, что под ногами всё шатается, а мысли путаются. Но даже если бы я была абсолютно трезвой, разве мне было бы легче?

Рядом Назар.

Горячий, злой, сжимает мою руку с такой силой, что кровь стучит в висках.

Воздуха не хватает.

Я моргаю, но перед глазами только он.

На парковке он достаёт брелок, фары машины вспыхивают, а потом он распахивает переднюю дверь и, даже не смотря на меня, грубо толкает внутрь.

– Назар… – мой голос срывается, но он не слушает.

Просто захлопывает дверь.

Громко.

Резко.

Так, что я вздрагиваю.

В груди всё сжимается, в голове – вакуум, внутри что-то кричит, но я не могу понять, страшно мне или... слишком хорошо?

Через секунду он оказывается на водительском сиденье, пальцами вцепился в руль, челюсти сжаты, весь напряжен.

Я украдкой смотрю на него. Он словно готов кого-то убить.

Я сглатываю, ловлю смелость за хвост и спрашиваю:

– Плохой вечер?

Алкоголь придал смелости, развязал язык.

Он молчит. Пронзает меня темным, холодным взглядом. Где-то в груди все сжимается. Его голос звучит низко, хрипло:

– Пристегнись.

Я сглатываю.

В груди всё ещё глухо пульсирует от его резкости, от грубости, от того, как он смотрит на меня.

Я опускаю взгляд, пальцы дрожат, когда тянусь к ремню. Металлическая пряжка с щелчком встаёт на место, но воздух остаётся таким же плотным, тяжёлым, наполненным чем-то необъяснимым, сжимающим горло.

Назар давит на газ.

Резко.

Машина срывается с места, шины скользят по асфальту, и я от неожиданности хватаюсь за сиденье.

– Осторожнее! – восклицаю я, но он даже не смотрит в мою сторону.

Я не понимаю, что с ним.

Почему он так взбешён?

В машине тепло, темно и тихо. Я смотрю в окно, но городские огни размываются перед глазами. Алкоголь, усталость, вибрация мотора… Всё это смешивается в одну размазанную картину.

Меня клонит в сон.

Кажется, я даже отключаюсь на какой-то момент. Вздрагиваю от громкого звука, моргаю, резко очнувшись.

Назар посигналил кому-то на дороге, и теперь снова сосредоточен на управлении.

Челюсть напряжена, руки крепко сжимают руль. Я снова откидываюсь на сиденье, глубоко вздыхаю. Мне хорошо. Тепло. И как-то странно безопасно рядом с ним.

*** Когда мы наконец останавливаемся у дома, я тянусь к ручке, открываю дверь… И буквально выпадаю из машины.

Ноги не слушаются. Тело ватное. Я уже чувствую, как падаю, но в следующую секунду сильные руки обхватывают меня, удерживая.

– Черт, Рая… – Назар прижимает меня к себе.

Я резко замираю. Он тоже.

Мы стоим так несколько секунд.

Его руки всё еще на моей талии. Он близко. Слишком близко. Я слышу его дыхание, чувствую его тепло. Вижу, как дергается его кадык.

Черт.

Он такой красивый.

Взрослый.

И смотрит на меня не так, как Женя.

Воздух между нами сжимается, становится густым, вязким, словно если я вдохну слишком резко – он войдёт в меня, запутает, затянет, не оставит шанса на спасение.

Грудь тяжело поднимается, сердце стучит так сильно, что отдаётся эхом в висках. Назар не шевелится. Только сжимает мои бёдра чуть крепче, будто не решается отпустить.

Его взгляд тяжёлый. Темный. Скользит по моему лицу, по скулам, по губам.

Губы.

Боже.

Он смотрит на мои губы.

И в голове взрывается паника, смешанная с чем-то другим. С чем-то опасным.

– Назар… – мой голос звучит глухо, севшим шёпотом.

Он несколько раз моргает.

Я даже не понимаю, кто первый двинулся. В один момент я просто чувствовала его дыхание, а в следующий – он прижимает меня к машине, вжимает в металл, плотно, без шанса вырваться.

Поцелуй – жесткий, голодный, без церемоний. Я не умею целоваться, но это не важно. Не важно, что я не знаю, как двигаться, что мои губы дрожат, что дыхание сбивается. Не важно, что я теряю контроль, что у меня подкашиваются ноги, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

Потому что Назар не оставляет мне шанса думать.

Он целует жадно, отчаянно, как будто пытался сдерживаться, но больше не может. Его пальцы сжимают мои бёдра, не давая даже мысли отстраниться.

Я утопаю в его тепле, в этом безумии, которое накрывает с головой.

Губы Назар грубые, требовательные, разрывают меня на части.

Он не просто целует.

Он забирает меня.

Я чувствую, как его ладонь скользит по моей спине вверх, запутывается в волосах, тянет назад, открывая мою шею, заставляя запрокинуть голову.

Глухой стон срывается с моих губ.

Я горю. Меня всю трясёт..

Его язык жёстко проскальзывает между моих губ, забирается глубже. У меня кружится голова. Сгребаю его футболку пальцами, пытаюсь держаться за реальность, но реальности больше не существует.

Существуют только его губы.

Его тяжёлое дыхание.

Его язык, обжигающий, хищный, бесстыдный.

Его рука, скользящая ниже по спине.

Его вкус. Горячий, терпкий.

И еще…

Я чувствую его твердость в паху. Это должно напугать меня. Должно остановить. Но вместо этого я бесстыдно трусь о него, наслаждая этим мгновеньем и чувствую как расползается по всему телу жар.

На улице дикий холод, я в тонком платье и капронках, но даже не чувствую дискомфорта, потому что горю в его руках. Я такого ни разу не чувствовала.

Всё заканчивается так же резко, как и началось. Он внезапно отстраняется. Резко, будто опомнился.

В глазах – что-то дикое, необузданное. Дышит глубоко, тяжело, будто только что вынырнул из воды.

Я смотрю на него в шоке, а потом меня накрывает смущение.

Что я наделала?

Набросилась на друга брата?!

Целовалась с ним, как последняя…

Я резко отворачиваюсь, обхватываю себя руками. Наверное, он теперь думает, что я какая-то доступная девка, которая липнет к первому встречному мужику.

Его голос жесткий, холодный. Он игнорирует мой взгляд.

– В комнату. Ложись спать.

Я вся сжимаюсь. Не спорю. Просто киваю и, опустив голову, иду к двери.

Назар же садится в машину. Я слышу резкий звук двигателя. Поворачиваюсь, когда его машина уже выехала за ворота.

Глава 10. Рая

Утро.

Я медленно поднимаюсь с кровати, натягивая на себя плед, будто он может защитить меня от воспоминаний о вчерашнем.

Господи, что я натворила?!

Ноги подкашиваются. Я боюсь выйти из комнаты. Боюсь встретиться с ним. Как теперь вообще смотреть ему в глаза? Но голод все-таки побеждает стыд, и я осторожно спускаюсь вниз.

На кухне пахнет свежим кофе, тостами. Слава богу, Назара нет, иначе я бы провалилась сквозь землю.

– Доброе утро, милая, – тепло встречает меня Оксана Рудольфовна, ставя передо мной тарелку с завтраком.

– Доброе, – я сажусь, смущенно поправляя волосы. Знала бы эта женщина, как я вчера пыталась соблазнить ее сына, не была со мной такой милой!

Ем молча, время от времени кидая тревожные взгляды на вход. А вдруг он все-таки появится?

Когда заканчиваю, благодарю хозяйку дома и осторожно говорю:

– Мне уже нужно ехать. У меня в час дня начинается соревнования, а я даже не накрашена.

– Конечно, – кивает она. – Я попрошу Назара тебя отвезти.

Меня словно током бьет.

– Нет! – я в паник поднимаю на нее взгляд. – Нет-нет, не надо!

Оксана Рудольфовна смотрит на меня с недоумением.

– Ну, ты же город совсем не знаешь. Да и так удобнее, чем на такси.

– Я разберусь, правда! – я машу руками, вставая из-за стола. – Мне совсем не сложно…

– Я отвезу ее.

Голос за спиной. Низкий. Глухой. Холодный.

Я замираю. Боюсь даже повернуться. Не после того, что было вчера. И тут же чувствую, как что-то резко проваливается в животе.

Назар стоит в дверном проёме с хмурым выражением лица, тёмные волосы немного взъерошены, в глазах напряжение. Он выглядит уставшим. На нём слегка помятая чёрная футболка и джинсы.

Я чувствую, как в груди поднимается паника, руки автоматически вцепляются в край кофты, словно это хоть как-то может меня спасти после вчерашней выходки.

– Назар, ну конечно, отвези её, – Оксана Рудольфовна, похоже, хочет моей смерти.

Я не могу остаться с ним в закрытом пространстве наедине после того, что я чувствовала, когда его губы были на моих.

– Правда, не надо, я… – начинаю я, но Назар перебивает:

– Я сказал, я отвезу.

Я киваю. Не потому, что хочу, а потому что выхода у меня всё равно нет.

Тело напряжено, пальцы холодные, сердце колотится где-то в горле.

Назар не смотрит на меня. Даже не двигается. Просто стоит в дверном проёме, всё такой же хмурый и отстранённый.

Я быстро отхожу от стола, чувствуя, как подкашиваются ноги, бегу в гостевую спальню, хватаю свою сумку, затем беру чехол с платьем, аккуратно складываю его, чтобы не помять.

Оксана Рудольфовна что-то говорит, желает удачи, улыбается, но я её почти не слышу. Всё, о чём я думаю, – как пережить эту поездку. Как сесть в машину и не взорваться от напряжения.

Я выхожу на улицу, Назар идёт следом.

Быстрым шагом направляюсь к машине. Он проходит мимо, молча открывает переднюю дверь, очевидно, ожидая, что я сяду рядом.

Но я даже не думаю об этом. Вместо того чтобы сесть на переднее сиденье, я дергаю заднюю дверь и забираюсь назад.

Я слышу, как он выдыхает, потом захлопывает переднюю дверь и садится за руль. Я вжимаюсь в угол, отворачиваюсь к окну, будто могу слиться с отражением и стать незаметной.

Глава 10.1

В машине напряжение можно резать ножом. Назар молчит. Я тоже. Он спокойно, уверенно ведет автомобиль, взгляд прикован к дороге.

Я незаметно наблюдаю за ним.

У него красивые руки, длинные пальцы. На запястье – часы. Дорогие, стильные. Он идеально спокоен, словно между нами ничего не произошло.

Мне нужно что-то сделать, чтобы исправить эту дурацкую ситуацию. Мозги работают на полную мощность. Я делаю глубокий вдох, заставляя себя заговорить:

– Прости за вчера.

Назар не реагирует, но я чувствую, как он напрягся. Я продолжаю, торопливо, неуверенно:

– Я обычно не пью… Поэтому быстро опьянела. Честно говоря, я не очень помню, что вчера произошло, – я кусаю губу, щеки заливает румянец, в машине становится слишком жарко и мне не хватает кислорода. – Но уверена, что принесла тебе хлопот.

Он молчит, долго, напряженно, потом мы встречаемся взглядами в зеркале заднего вида:

– Все в порядке.

Вот и всё.

Никаких подколов. Просто все в порядке. Как будто действительно ничего не было. Когда мы приезжаем к месту проведения соревнований, я поспешно беру свою сумку. Назар выходит из машины и идет за мной. Я удивленно оборачиваюсь.

– Ты что, не уезжаешь?

Он отрывается от экрана мобильного, равняется со мной.

– Подожду. Домой вместе поедем.

У меня внутри все переворачивается.

– Это надолго. Мне и так неудобно, что я заняла столько твоего времени. Тебе не обязательно это делать.

– Мне и правда нечем заняться, – спокойно бросает он, небрежно убирая телефон в карман.

Чувствую его близость каждой клеточкой кожи, каждым нервом, каждым несчастным рецептором, который реагирует на него, как будто он встроенная тревожная кнопка в моей голове.

– А работа? – я слабо пытаюсь возразить, но он смотрит на меня так, будто вопрос глупый.

– Я же сказал. Отпуск.

Слово медленно проваливается в сознание, но мне оно почему-то не нравится.

Я отворачиваюсь, стискиваю пальцы на ремне сумки, словно это может дать хоть какую-то опору, хоть какой-то контроль.

Но контроля нет.

Есть только он. Спокойный, уверенный, совсем не такой, как вчера, когда его губы были на моих.

– Делай, как хочешь, – тихо выдыхаю я и быстро разворачиваюсь, направляясь внутрь здания, стараясь не думать о том, что он будет в зале во время моего выступления.