Текст книги "Испорчу тебя, девочка (СИ)"
Автор книги: Арина Вильде
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)
Глава 34. Рая
Назар настоял, что отвезет меня домой на машине. Я пыталась его отговорить – это же так далеко, к тому же у меня есть билет на поезд, зачем тратить время и деньги? Но он не слушал.
– Не отпущу тебя одну в таком состоянии, – сказал он коротко.
Он смотрел на меня как-то странно весь день – внимательно, изучающе, будто боялся, что я исчезну, стоит ему отвернуться. Это напряжение не отпускало меня ни на минуту.
Перед отъездом я решила позвонить Вите. Хотела объясниться, попробовать наладить отношения. Может, он меня выслушает, поймет, что я не все так плохо…
Но как только брат услышал мой голос, сразу взорвался:
– Ты вообще соображаешь, что делаешь?! С этим козлом связалась! Он тебе не пара, Рая! Очнись уже!
– Витя, дай мне объяснить...
– Нечего объяснять! – кричал он. – Ты моя сестра, и я не дам тебе загубить жизнь из-за этого...
Я не выдержала и бросила трубку. Руки тряслись, слезы душили. Ну что за характер у моего брата? Почему он не может хотя бы выслушать?
Назар потянулся ко мне, взял меня за руку, переплел наши пальцы.
– Он просто волнуется за тебя, – сказал он тихо. – Когда увидит, что я к тебе серьезно отношусь, попустит.
Я хотела в это верить. Очень хотела.
Домой мы ехали почти всю дорогу в тишине. Я смотрела в окно на мелькающие пейзажи, думала о том, как быстро все изменилось. Еще вчера утром я была счастлива – приехала к брату на день рождения, планировала сюрприз для Назара. А теперь...
Несколько раз мы останавливались на заправках – выпить кофе, перекусить, размять ноги. Назар был внимателен и заботлив, как всегда. Покупал мне любимые сладости, укрывал пледом в машине, когда я дремала.
Все было бы идеально, если бы не ссора с Витей, которая тяжелым грузом лежала у меня на сердце.
– О чем думаешь? – спросил Назар во время одной из остановок. Мы сидели в придорожном кафе, я рассеянно помешивала ложечкой кофе.
– Ни о чем особенном, – соврала я.
– Рая, – он накрыл мою руку своей. – Не отдаляйся от меня. Мне нужно знать, что ты чувствуешь.
Я подняла на него глаза. В его взгляде была такая нежность, такая забота, что сердце сжалось.
– Боюсь, – призналась я тихо.
– Чего?
– Что мы не справимся. Что эта ссора разрушит нас.
Назар крепче сжал мою руку.
– Не разрушит, – сказал он твердо. – Я не дам.
Но страх не отпускал меня всю оставшуюся дорогу. Казалось, что впереди нас ждут только проблемы, и я не знала, хватит ли у наших чувств сил все это выдержать.
Глава 35. Рая
Назар уехал, и на душе стало еще хуже. Я поздоровалась с папой, как ни в чем не бывало рассказала про поездку к брату, а потом заперлась у себя в комнате и разрыдалась.
Все рухнуло. Витя меня ненавидит, Назар потерял лучшего друга, а я чувствую себя виноватой во всем этом кошмаре.
Назар писал мне постоянно. Каждые полчаса приходили сообщения: "Как дела?", "Что делаешь?", "Скучаю", "Думаю о тебе". Словно он боялся, что из-за всего этого дерьма я могу принять решение с ним расстаться.
Два дня я провела в своей комнате, почти не выходила. Папа волновался, спрашивал, не заболела ли я. Я отвечала, что просто устала после поездки.
А потом, без всякого предупреждения, приехал Витя.
Я как раз обедала с отцом – мы сидели на кухне, я машинально хлебала суп, думая о своем. И вдруг слышу, как открывается входная дверь, знакомые шаги в коридоре.
Мой брат зашел в кухню, будто ничего не случилось.
Я тут же подавилась супом и начала громко кашлять. Ложка выпала из рук, глаза слезились.
– Витя? – удивился папа, поднимаясь из-за стола. – Откуда ты здесь?
– Привет, пап, – брат обнял отца, но взгляд его был направлен на меня. – Рая у меня кое-какие вещи забыла. Решил привезти.
Я все еще кашляла, не могла прийти в себя от неожиданности. Сердце колотилось как бешеное.
– Садись, поешь с нами, – предложил папа.
– Через десять минут, пап, мне нужно с Раей кое о чем поговорить.
Я наконец-то перестала кашлять, но горло все еще саднило. Посмотрела на брата, и в его глазах увидела холодную решимость.
Мы вышли в гостиную, брат закрыл дверь и повернулся ко мне. Лицо серьезное, взгляд тяжелый.
– Рая, ты понимаешь, что он намного старше тебя? – начал он без предисловий.
– И что с того? – ответила я, стараясь звучать увереннее, чем чувствовала себя.
– Что с того? – Витя поднял брови. – Ему тридцать лет, тебе двадцать. У вас совершенно разный опыт жизни.
– Десять лет – это не такая большая разница.
– Большая. Особенно в вашем возрасте. – Он наклонился ко мне. – Рая, ты совсем неопытна в отношениях. Ты же ни с кем не встречалась до этого, разве нет?
Я почувствовала, как краснею, но промолчала.
– То-то же, – кивнул брат. – А у него сколько было женщин? Он знает, как обращаться с девушками, что говорить, как себя вести, чтобы…
– Что? – вспыхнула я. – Или ты думаешь, что в такую как я невозможно влюбиться? Назар твой друг и ты его хорошо знаешь, значит должен понимать, что на самом деле он далеко не ветреный человек. Даже если мы расстанемся, то какая разница? Меня ранит Назар или какой-то другой парень? Рано или поздно это все равно случится.
Витя смотрел на меня долго, потом вздохнул.
– Разница в том, что другой парень не мой лучший друг.
Я обхватила себя руками, чувствуя, как внутри все сжимается от его слов.
– У нас с Назаром все хорошо. Если мы расстанемся в будущем, то я это переживу. Не лезь в мои отношения, пожалуйста.
– Рая...
– Ты должен меня понимать и поддерживать, а не осуждать, – продолжала я, чувствуя, как внутри поднимается волна обиды. – Ты мой брат. Я рассчитывала на твою поддержку, а не на нотации.
Витя вздохнул тяжело, провел рукой по лицу. Плечи его поникли, и вдруг он показался мне усталым. В его глазах погасла злость, сменившись чем-то похожим на растерянность.
– Ты моя сестра, и я за тебя переживаю, – сказал он мягче, чем раньше. – Не злись на меня. Просто... – он запнулся, подбирая слова.
Я почувствовала укол совести. В его голосе звучала не только злость, но и искреннее волнение за меня.
– Витя, я…
В этот момент в гостиную заглянул папа.
– Вы ужинать будете? – спросил он, но тут же заметил наши выражения лиц. – Что-то вы какие-то серьезные. Что случилось?
Мы с Витей перевели на него взгляд. Я почувствовала, как сердце учащенно забилось. Только этого не хватало – чтобы папа начал задавать вопросы.
– Нет, все хорошо, – быстро ответила я, вставая из-за стола. – Просто обсуждали всякие дела.
Папа посмотрел на нас подозрительно, но кивнул.
– Ладно. Витя, ты остаешься на ужин?
– Конечно останусь, пап, – ответил брат, но взгляд его все еще был направлен на меня.
За ужином между мной и братом висело напряжение, которое можно было резать ножом. Отец, конечно, заметил это, но тактично промолчал. Мы ели молча, только изредка перекидываясь парой незначительных фраз.
Я мучительно думала, как поступить дальше.
Прочистив горло, я произнесла:
– Пап, я на следующей неделе хотела бы тебя со своим парнем познакомить.
Витя тут же закашлялся, подавившись едой. Папа замер с вилкой в руке, уставившись на меня. После того как Витя обо всем узнал, Назар и в самом деле хотел официально познакомиться с моей семьей.
– У тебя парень есть? – спросил он удивленно.
Я кивнула, стараясь выглядеть спокойно, хотя внутри все дрожало.
– Да. Уже несколько месяцев встречаемся.
Витя выразительно посмотрел на меня и с нажимом спросил:
– Не рано ли знакомиться с родителями?
Но папа неожиданно оживился.
– Нет-нет, – замахал он руками, – это же первые серьезные отношения Раи! Я хочу увидеть этого парня, чтобы быть спокойным за дочь.
Витя фыркнул.
– Вряд ли после встречи ты останешься спокойным, – пробормотал он себе под нос.
Я быстро засмеялась, пытаясь сгладить агрессию брата:
– Витя просто ревнует меня! – сказала я, игриво толкнув его локтем. – Назар на самом деле очень хороший человек. Познакомишься и сразу это поймешь, пап.
При упоминании имени Назара Витя скривился, но промолчал. Папа же, наоборот, заинтересовался еще больше.
– Назар? А сколько ему лет? Где работает?
Я почувствовала, как Витя напрягся рядом со мной. Его взгляд буквально сверлил меня.
– Ему... тридцать, – ответила я, стараясь говорить как можно естественнее. – Он бизнесмен.
Папа нахмурился.
– Тридцать? Не многовато ли для тебя?
– Пап, десять лет – это не такая большая разница, – сказала я, повторяя те же слова, что говорила Вите час назад.
Витя тихо хмыкнул, но комментировать не стал.
– А познакомились где? – продолжал расспросы папа.
– Через Витю, – ответила я, бросив взгляд на брата. – Назар его друг.
Папа удивленно посмотрел на сына.
– Твой друг? А ты что молчишь? Расскажи о нем.
Витя медленно отложил вилку, вытер рот салфеткой. В его движениях чувствовалось напряжение.
– Что рассказывать? – произнес он ровным голосом. – Обычный парень.
– Это не тот ответ, на который я ожидал, – не унимался папа. – Ты его давно знаешь?
– Достаточно, – коротко ответил Витя.
– И как он? Надежный? – папа явно входил в роль заботливого отца.
Витя долго молчал, а потом сказал:
– Пап, лучше пусть сама Рая про него расскажет. Это ее парень, не мой.
В его голосе прозвучала едва заметная горечь, которую папа не расслышал, а я уловила отлично.
– Ладно, – кивнул отец. – Главное, чтобы он к тебе, дочка, хорошо относился. А то мало ли что на уме у этих молодых людей.
– Пап, – засмеялась я, – ты говоришь так, будто мне пятнадцать лет.
– Для меня ты всегда будешь маленькой, – улыбнулся он. – Так когда познакомимся?
Я кивнула, чувствуя, как Витя рядом со мной напрягся еще больше.
– Он через несколько сможет точно сказать.
– Отлично! – папа потер руки.
После ужина, когда папа ушел в свою комнату, мы с Витей остались на кухне убирать посуду. Молчали, каждый думал о своем.
– Если бросит тебя, ко мне даже не беги плакаться, поняла? – спросил вроде строго, но голос смягчился, он медленно начал отходить.
– Поняла, – усмехнулась я, поставила последнюю тарелку в сушилку и повернулась к нему. – Когда начнешь с кем-то встречаться я тоже хорошенько потреплю тебе нервы. Докопаюсь до каждого недостатка твоей возлюбленной, – пригрозила я и ударила его полотенцем, засмеявшись. Кажется, все налаживается.
Глава 36. Рая
Сижу с подружками в кафе рядом с университетом. Мы встретились после пар – давно не виделись, все учимся в разных универах, и свободное время найти сложно. Лена изучает журналистику, Аня – психологию, а Соня поступила в медицинский.
Девчонки делятся последними новостями: кто с кем встречается, кто поссорился, у кого какие оценки. Я киваю, улыбаюсь, иногда вставляю пару слов, но мысли совсем не здесь.
Через три дня встреча Назара с отцом. Я очень переживаю. А что, если папе он не понравится? Что, если он решит, что Назар мне не подходит? От одних этих мыслей в животе начинает все переворачиваться.
– Рая, ты что такая задумчивая? – спрашивает Лена, махая рукой перед моим лицом.
– А? Да нет, все нормально, – говорю я. – Просто устала немного.
– Слушайте, а вы слышали про Машку Петрову? – оживленно говорит Соня, наклоняясь к нам. – Она, оказывается, залетела!
– Серьезно? – округляет глаза Аня. – От кого?
– От того парня, с которым встречалась в выпускном классе. Говорят, аж на четвертом месяце узнала.
– На четвертом? – фыркает Лена. – Что за глупышка! Неужели задержка ее не насторожила?
– Ну ты знаешь Машку, – смеется Соня.
Девочки хихикают, обсуждая подробности. Я слушаю вполуха, снова погружаясь в свои мысли о предстоящей встрече.
– А представляете, каково ее родителям? – продолжает Аня. – Они квартиру продали, чтобы оплатить ей обучение за границей, а тут такие новости. Приехала на каникулы, называется.
– Зато свадьба будет, – подмигивает Лена. – Первая из нас, кто выскочит замуж.
– Если он на ней женится, – скептически замечает Соня.
Я невольно вздрагиваю при этих словах и смотрю на часы.
– Ладно, девочки, уже поздно, мне надо идти, – говорю я, встав из-за столика.
– Так рано? – удивляется Лена.
– Да, дома дела, – отвечаю, натягивая куртку.
Прощаюсь с подружками и выхожу из кафе. На улице уже темнеет. Иду к остановке, когда звонит телефон.
– Алло, пап?
– Раечка, ты где?
– Иду домой. А что?
– Заскочи по дороге в магазин, пожалуйста. Кофе закончился.
– Хорошо, зайду, – соглашаюсь я. – Что-то еще нужно?
– Нет, только кофе. Тот, который я обычно беру.
– Буду через полчаса.
Кладу трубку и меняю маршрут в сторону супермаркета. Мысли снова возвращаются к Назару и предстоящей встрече. Надеюсь, все пройдет хорошо.
В супермаркете беру корзинку и направляюсь к отделу с кофе. Быстро нахожу папину марку, кладу в корзину. Потом вспоминаю, что дома заканчивается шампунь, и иду к ряду с предметами гигиены.
Прохожу мимо полок с зубными пастами, шампунями, останавливаюсь у стеллажа с женскими товарами. Рука тянется к привычной упаковке прокладок, но вдруг я замираю.
В голове всплывает разговор с подружками: "На четвертом месяце узнала... что за глупышка, неужели задержка ее не насторожила?"
Стою и смотрю на яркие упаковки, а в голове начинает крутиться один вопрос: когда у меня были месячные в последний раз?
Пытаюсь вспомнить. Январь? Февраль? В памяти все смешивается – экзамены, поездки к Назару, стресс из-за тайных отношений...
Раньше я никогда не следила за циклом особенно тщательно. Из-за изнурительных танцевальных тренировок организм постоянно давал сбои – то задержки на неделю, то раньше времени. Я привыкла к этому и не обращала внимания.
Но сейчас... сейчас тренировок нет...
Сердце начинает колотиться. Ладони становятся влажными. Я отхожу от полки с прокладками и направляюсь к кассе.
У выхода аптека. Беру два теста на беременность. Разных фирм – для верности. Руки дрожат, когда расплачиваюсь. Девушка что-то говорит про их акцию на аптечные уходовые средства для лица, а я киваю, не слыша ни слова.
Выхожу из магазина и почти бегу домой. В голове пульсирует одна мысль: только не это, только не это.
Как только захожу в квартиру, кидаю пакет с кофе на кухонный стол и несусь в ванную. Руки трясутся, когда достаю тест из упаковки.
– Раечка, ты пришла? – слышу голос папы из гостиной.
– Да, пап! Кофе на кухне! – кричу в ответ, стараясь, чтобы голос звучал нормально.
Читаю инструкцию, хотя и так знаю, как это делается. Все как в фильмах.
Делаю тест и ставлю его на край раковины. Сижу на крышке унитаза и считаю секунды. Сердце колотится так громко, что кажется, его слышно по всей квартире.
Три минуты. Самые длинные три минуты в моей жизни.
Беру тест дрожащими руками. Смотрю.
Две полоски. Четкие, яркие.
Положительный.
Тест выпадает из рук.
Я беременна.
Господи, я беременна.
В голове становится пусто, будто кто-то выключил звук. Смотрю на себя в зеркало и не узнаю свое отражение – бледное, с огромными испуганными глазами.
Что теперь делать? Что я скажу Назару? Мы же этого не планировали. Тем более сейчас, когда все и так на грани...
А что скажет папа? Боже мой, что он скажет? Я же собиралась на пол года по обмену за границу ехать учиться! Документы собраны, меня утвердили!
Слезы жгут глаза, но я сдерживаюсь. Нельзя плакать. Нельзя паниковать.
В инструкции написано, что утром тест более точный. Завтра сделаю второй – для верности. Может, это ошибка? Может, все не так страшно?
Подбираю тест с пола, заворачиваю его в туалетную бумагу вместе с упаковкой. Нужно спрятать все это в своей комнате, чтобы папа не увидел. Утром выброшу в мусорный бак во дворе.
– Рая, ужинать будешь? – стучит в дверь папа.
– Нет, пап, – отвечаю, и голос звучит как-то странно, не мой. – Есть не хочется. У меня завтра важная контрольная, пойду готовиться.
– Хорошо, дочка. Не засиживайся допоздна.
Иду к себе в комнату, прячу тест в самый дальний ящик письменного стола. Сажусь на кровать и просто сижу, уставившись в одну точку.
Позже звонит Назар по видеосвязи. Его лицо появляется на экране телефона – родное, любимое. И от этого становится еще страшнее.
– Привет, царица. Как дела? – улыбается он.
– Нормально, – быстро отвечаю, стараясь не смотреть ему в глаза. – Слушай, я не могу долго разговаривать. У меня завтра важная контрольная, нужно готовиться. Извини, правда нужно идти. Поговорим завтра?
– Конечно, – он хмурится, явно чувствуя, что что-то не так. – Рая, ты точно в порядке? Голос какой-то...
– Все нормально! Просто устала. Пока!
Сбрасываю звонок и кидаю телефон на кровать.
Всю ночь ворочаюсь, не могу заснуть. В голове крутятся одни и те же мысли: что делать, как быть, что скажет Назар, что скажет папа...
А еще я думаю о Машке Петровой, о которой говорили подружки. И понимаю – теперь я такая же "глупышка", которая не заметила, что беременна.
Только мне от этого понимания совсем не смешно.
Глава 37. Рая
Утром чуда не произошло. Второй тест показал тот же результат – две яркие полоски. Я сидела на полу в ванной, держала тест в руках и понимала: все, это реальность. Я беременна.
Когда папа ушел на работу, я наконец-то разрыдалась. Сидела в ванной и плакала, пока не кончились слезы. От всего этого стресса меня даже немного подташнивало.
На занятия опоздала – пришла только к третьей паре. Однокурсники спрашивали, что случилось, я отвечала, что плохо спала. Сидела на лекциях и не слышала ни слова из того, что говорил преподаватель.
Я понятия не имела, что делать дальше.
Больше всего меня волновало, как отреагирует Назар. Что он скажет? Обрадуется? Испугается? А если решит, что не готов к ребенку? Мы же никогда об этом серьезно не говорили.
Держать это в себе было невыносимо. Каждая минута тянулась как час. Но как найти подходящий момент, чтобы сказать ему? По телефону такие вещи не говорят. Встретиться – но когда? Через два дня он должен приехать знакомиться с папой...
Боже, папа! А что скажет он?
Дома я не находила себе места. Чтобы хоть чем-то занять руки и отвлечься от навязчивых мыслей, затеяла генеральную уборку. Перемыла все окна, перестирала шторы, отмыла плиту и духовку до блеска, перебрала шкафы.
Папа пришел с работы и удивленно оглядел сверкающую чистотой квартиру.
– Рая, что это ты так разошлась? – спросил он, улыбаясь.
– Да так, настроение было, – пожала я плечами, продолжая протирать уже чистый стол.
– Понятно, – кивнул папа с довольным видом. – Готовишься к приезду парня, да? Надо почаще его в гости приглашать.
Я замерла с тряпкой в руках. Если бы он знал, с какими мыслями я на самом деле убираюсь...
– Что-то вроде того, – промямлила я.
– Молодец.
Я кивнула и пошла к себе в комнату. Села на кровать, обхватила колени руками и снова погрузилась в свои мысли.
Глава 38
В субботу утром я проснулась с тяжелым чувством в груди. Сегодня Назар приезжает знакомиться с папой. А я до сих пор не сказала ему о беременности.
Целое утро металась по квартире, переодевалась раз десять, не могла найти подходящий наряд. Остановилась на простом синем платье – не слишком откровенном, но и не слишком детском.
В два часа дня раздался звонок в дверь. Сердце подпрыгнуло к горлу.
Открываю дверь – передо мной стоит Наза с букетом белых роз в одной руке и бутылкой дорогого коньяка в другой. Выглядит безупречно, но в глазах читается легкое волнение.
– Привет, царица, – говорит он тихо, целуя меня в щеку.
– Привет, – шепчу в ответ.
Мы замираем в прихожей, смотря друг на друга. Его глаза загораются, он буквально пожирает меня взглядом. Я тоже не могу от него оторваться. За спиной сцепляю руки в замок от нервов. Облизываю пересохшие губы. И тут из гостиной появляется папа. Я чувствую, как краснею до корней волос. Это так неловко! Я ни разу не приводила парней домой, никого не знакомила с семьей.
– Папа, это Назар, – говорю, запинаясь. – Назар, это мой отец.
Назар протягивает руку:
– Очень приятно, Владимир Николаевич. Рая много о вас рассказывала.
– Взаимно, – улыбается папа, пожимая ему руку. – Проходите, располагайтесь.
– Это вам, – Назар протягивает мне цветы, а папе – коньяк. – Надеюсь, вы не против хорошего коньяка.
– Еще как не против! – оживляется отец, рассматривая бутылку. – Отличный выбор.
В этот момент из кухни появляется бабушка с подносом пирожков. Я чуть не стону вслух. Папа ей все разболтал, и она, конечно же, прибежала посмотреть на моего парня. Наготовила кучу всего, будто Новый год на носу.
– А вот и наша хозяюшка! – объявляет папа. – Мама, знакомься, это Назар.
Бабушка ставит поднос на стол в гостиной и оценивающе смотрит на Назара. Он улыбается:
– Здравствуйте. Очень приятно познакомиться.
– И мне, сынок, и мне, – бабушка явно остается довольна тем, что увидела. – Проходите и садитесь к столу, я еще салатик принесу.
– Бабуль, не нужно столько, – смущаюсь я. Такое ощущение, что у нас сватанье, а не простое знакомство.
– Как не нужно? – возмущается она. – Гость дорогой пришел!
Назар снова смеется:
– От ваших пирожков, конечно, не откажусь.
Бабушка просто тает от его обаяния и убегает на кухню за салатом.
Папа одобрительно кивает, наблюдая за этой сценой. Вижу в его глазах, что Назар ему нравится – вежливый, воспитанный, уважительно относится к старшим.
От этого мне становится немного легче. По крайней мере, одной проблемой меньше – папа настроен дружелюбно.
Но в животе все равно крутится тугой узел. Потому что самый сложный разговор еще впереди. Я вообще не представляю себя в роли матери, до сих пор не осознала насколько все серьезно и так и не придумала, что сказать Назару. Дети ни в его, ни в мои планы в близжайшем будущем не входили. Да и какие вообще дети? Мы в месте меньше полугода!
– Извините, я поставлю цветы в вазу, – говорю я, убегая на кухню.
Достаю из шкафа высокую вазу, наливаю воду, ставлю розы. Руки дрожат. Делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться, и возвращаюсь в гостиную.
Бабушка уже вовсю начала допрос:
– Так вы откуда родом, Назар? Кто ваши родители? Чем занимаетесь?
– Бабушка! – стону я, садясь рядом с Назаром.
Все смеются. Назар невозмутимо отвечает:
– Сейчас я веду свое дело. Родители помогли на старте.
– О, как хорошо! Молодой человек с головой на плечах, – одобрительно кивает бабушка. – А женаты не были?
– Мама! – возмущается папа. – Дай человеку хоть поесть спокойно.
– Что? Я просто интересуюсь! – защищается бабушка.
Назар улыбается:
– Не был женат. Ждал, пока встречу ту единственную.
При этих словах он смотрит на меня, и я краснею как помидор.
Знакомство проходит лучше, чем я ожидала. Назар легко находит общий язык с папой – они обсуждают спорт, машины, даже политику. Бабушка то и дело подкладывает ему еду, восхищенно причитая, какой он воспитанный.
Но несмотря на это, я не могу расслабиться. Внутри все сжато в тугой комок. Я ем, улыбаюсь, поддерживаю разговор, но мысли совсем о другом.
Назар замечает. Он несколько раз бросает на меня изучающие взгляды, хмурится.
– Владимир Николаевич, – говорит он наконец, – Рая обещала показать мне свои детские фотографии.
– Конечно, конечно! – машет рукой папа. – Идите, молодежь.
Мы встаем из-за стола и идем в мою комнату. Как только я закрываю дверь, Назар разворачивается ко мне.
Он нависает надо мной, руки упираются в стену по обе стороны от моей головы. Его губы так близко. Я скучала. Очень. Безумно скучала все это время!
– Знакомство прошло отлично, правда?
Его взгляд пронзительный. Я чувствую, как внутри все сжимается еще сильнее. Надо сказать. Прямо сейчас.
– Да, отлично, – шепчу. – Папа явно на твоей стороне и в случае чего не будет слушать бредни Вити.
Назар медленно скользит губами по моей щеке, ниже – к шее. Его дыхание горячее, движения мягкие, но в то же время настойчивые, жадные. Его рука скользит мне под свитер, и по коже пробегает дрожь.
Я рефлекторно отталкиваю его грудь ладонями:
– Подожди… – мой голос хриплый, будто мне трудно дышать.
Он прищуривается, чуть отстраняется, но пальцами мягко берет меня за подбородок, поднимая голову так, чтобы я посмотрела ему прямо в глаза.
– Что случилось? – голос низкий, серьезный. – Ты выглядишь испуганной.
Я пытаюсь что-то сказать, но вместо слов вырываются только сбивчивые звуки. Горло сжимает, язык не слушается. В глазах жжет, и слезы сами собой катятся по щекам.
– Рая… – Назар бледнеет, его взгляд мгновенно становится тревожным. Он ладонью стирает мои слезы, но я плачу еще сильнее. Его это пугает до чертиков, я вижу, как он сам едва не теряет самообладание. – Что не так?.. – он почти шепчет, прижимая меня к себе, но я не могу остановиться.
Сердце бьется где-то в горле. Я знаю, что пора сказать. Сейчас. Что я ношу в себе часть его. Что это изменит все.
Я делаю вдох. Набираюсь смелости. Выдавливаю из себя совсем тихое:
– Я беременна...
Назар замирает. Его глаза расширяются, лицо каменеет. Несколько секунд стоит полная тишина – настолько тяжелая, что слышно, как стучит мое сердце.
– Это точно? – спрашивает он наконец хрипло.
– Точнее некуда, – киваю я, чувствуя, как слезы снова подступают к горлу. – Все тесты положительные.
Голос обрывается. Не могу больше сдерживаться. Слезы катятся по щекам.
– Что теперь делать? – всхлипываю я. – Мы же этого не планировали... Витя и так на тебя злится, а теперь еще и это...
Назар молчит, смотрит на меня, и в его взгляде столько эмоций, что я не могу их разобрать. Шок? Страх? Злость?
Но потом он резко притягивает меня к себе, крепко обнимает.
– Мы поженимся, – говорит он твердо.
Я резко отстраняюсь от него, вырываясь из объятий.
– Нет! – качаю головой. – Я не хочу, чтобы ты женился на мне только потому, что я залетела!
– Не говори так, – хмурится Назар, снова притягивая меня к себе. – Я бы и так на тебе женился. Просто чуть позже. А ребенок... – он делает паузу, на губах появляется слабая улыбка, – ребенок просто ускорит процесс.
Я смотрю на него сквозь слезы, не веря услышанному.
– Ты не злишься? – шепчу.
– Злюсь? – он качает головой, вытирает большими пальцами слезы с моих щек. – Царица, я в шоке, да. Это неожиданно. Но злиться? Нет. Как я могу злиться на то, что ты носишь моего ребенка?
– Но мы же не готовы... Я еще учусь, у меня...
– Справимся, – обрывает он меня. – Вместе. Я позабочусь о тебе. О вас обоих. Правда в этот раз Витек мне точно башку открутит.
Его руки скользят к моему животу, осторожно ложатся на него. Живот еще плоский, ничего не заметно, но от этого жеста внутри все переворачивается.
– Там наш ребенок, – шепчет Назар, и в его голосе слышится что-то новое – нежность, смешанная с благоговением. – Боже, Рая... Хочу чтобы он на тебя похож был...
