Текст книги "Падший ангел для генерала (СИ)"

Автор книги: Арина Теплова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 31

– Кто? – спросила я, не понимая.

– Герцог Альваро де Ортега приказал привести тебя. Мы втроем ищем тебя уже битый час. Где ты шатаешься, глупая служанка?

– Я искала Мартину. И можно без оскорблений?

– Немедля следуй за мной!

Сказал он это так грозно и жёстко, что спорить с ним я не решилась. Да у меня и не было сил на это. Просто устало вздохнув, пошла за ним. Гвардеец проводил меня до покоев герцога, к которым как раз примыкала моя комнатушка, и, распахнув дверь, втолкнул меня в просторную спальню.

– Служанка Ирене доставлена, ваше сиятельство! – отчеканил гвардеец в сторону Альваро, который стоял у окна.

– Ступай! – приказал герцог.

Я прошла в комнату, а гвардеец уже стремительно ретировался из спальни, плотно прикрыв за собой двери.

– Поужинаешь со мной, Ирене? Отметим мою… нет, нашу общую победу?

Он указал рукой на сервированный стол, где красовались несколько десятков блюд. Свечи горели в большом канделябре, а хрустальные бокалы явно предназначались для вина.

От неожиданности я даже не нашлась, что ответить. Он что, хотел поужинать со мной?

Герцог тоже преобразился с последнего раза, когда я видела его утром. Был одет в свежую рубашку, фиолетовый камзол, темные штаны и туфли. Даже побрит и причесан, и явно принял до того ванну.

Я же была в пыльном платье, с грязным подолом. Потому что днем прошел дождь, а я туда-сюда ходила по двору и испачкалась, да и волосы мои растрепались. А ноги гудели от усталости. И я точно не подходила внешним видом к светскому ужину при свечах.

Я недоуменно хлопала глазами, понимая, что надо отказаться, но вкусные запахи жаренной курочки, которые разливались по комнате, прямо будили жадным аппетитом мой желудок.

– Но я не подобающе одета для ужина с вами, ваше сиятельство, – уклончиво ответила я.

– Глупости, – произнес Альваро. – Но если хочешь переодеться в другое платье, я подожду.

Надо же! Что это ещё за джентльменские фразочки?

Его глаза как-то странно горели, и этот взгляд мне не нравился. Отчего-то я подумала, что он решил накормить меня, а потом затащить в постель. Уж больно красноречив был его взор.

– Но я грязная, весь день в кухне. Надо сначала помыться, прежде чем одевать красивое платье, – заявила я, решив повредничать.

Как бы я ни была голодна, но в его компании я совершенно не хотела делать этого. К тому же у меня было единственное шелковое платье, в котором я ехала сюда. Марать его о потное, пыльное тело я совсем не хотела.

Герцог окатил меня хмурым взглядом и тут же подошёл к столу, схватил колокольчик и громко позвонил.

Ну всё. Выбесила его. Сейчас велит отвести меня на задний двор и запереть там в сарае на ночь. Я видела, что так наказывали непослушных, нерадивых слуг. После оплеухи это было самое лёгкое наказание здесь в этом мире.

Я напряглась и, решив немедля сгладить свои слова, тихо произнесла:

– Может, я просто пойду спать? Я не хочу есть.

– Нет, – отрезал он жёстко.

В этот момент вошёл слуга и поклонился.

– Бертучо, немедленно приготовить ванну для госпожи, – выдал неожиданный приказ Альваро, указывая на меня глазами. – Воду, налитую теперь в ванне вычерпать наполовину и добавить горячую. Бери сколько надо слуг, но чтобы ванна была готова в течение часа.

Ванная комната герцога находилась за дверцей сбоку в этой самой спальне.

– Слушаюсь, ваше сиятельство.

Слуга умчался выполнять поручение, а Альваро подошёл к столу, налил два бокала вина и приблизился ко мне. Протянул один из них. Сладко улыбнулся и заявил:

– Пока готовят твою ванну, выпей со мной, Ирене.

Я нерешительно взяла бокал из его руки. Он поднял свой и произнёс:

– За первую победу над басками. Надеюсь, что она будет не последней. Пора утихомирить этих неспокойных соседей.

За такое и я хотела выпить. Эти две недели так вымотали меня и морально, и физически, что я тоже хотела мира, и чтобы эти бешеные баски больше не лезли к нам.

Согласно кивнув Альваро, я глотнула вина, и оно обожгло мне горло, оказалось слишком крепким. Чуть закашлялась.

– Простите.

Герцог тут же обвил мою талию сильной рукой и, склоняясь, предложил:

– Не торопись, Ирене. Пойдем к столу. Немного перекусим, пока вода не готова. Есть ароматные мясные колбаски и медовый сыр.

Он как-то умело усадил меня за небольшой стол, сел рядом и начал накладывать мне в тарелку разнообразные закуски, о которых я и мечтать не могла последний месяц, едва попала в этот мир.

Отказываться я не стала и начала с аппетитом поглощать вкусную еду, жадно заглатывая. Оказывается, я была очень голодна. Четверо слуг в этот момент притащили ведра, чтобы такать воду из ванной и начали выполнять поручение герцога. Они как-то подозрительно косились в нашу сторону, точнее в мою, но я делала вид что не замечаю этого.

Альваро снова подлил мне вина, а сам, крутя в пальцах небольшой хлебец, как-то насмешливо смотрел, как я ем.

Я на миг остановилась. Наверняка я выглядела глупо, набросившись на еду, как голодный хорёк. Я немного перевела дух и постаралась есть более спокойно.

– Завтра в замок придут портные. Закажешь у них несколько платьев, – опять выдал герцог странную фразу.

– У меня есть два простых платья, которые выдала мне Мартина.

– И все же тебе сошьют новые, модные из дорогой ткани.

Я недоуменно смотрела на Альваро, не веря своим ушам и глазам. Он что, реально вот кормил меня как госпожу в этой интимной, красивой обстановке, велел приготовить мне купание в своей ванной комнате, а теперь еще и новую одежду решил пошить для служанки?

Мне виделся в его действиях какой-то подвох.

– И зачем они мне? Убираться в них неудобно. Будут пылиться в сундуке, – произнесла я недоуменно.

– Убираться ты больше не будешь, Ирене.

– Как это?

– Я поговорил с Мартиной и велел ей освободить тебя от тяжёлой работы. Будешь помогать мне с бумагами и другими документами. Секретаря у меня нет, а ты как раз подойдёшь.

– Но я еще плохо знаю ваш язык и написание некоторых слов вызывает у меня сложности, – попыталась возразить я, совершенно не горя желанием помогать герцогу в этом и находиться чаще рядом с ним.

– Не обманывай меня, Ирене. Я видел твои записи в книге, в твоем дневнике. Ты прекрасно пишешь на нашем языке и всё понимаешь, ведь так?

Отпираться было бесполезно, раз он видел мой дневник, который лежал под подушкой в моей комнатке. Видимо шарился там, когда меня не было, поганец.

– Да. Это умение само как-то пришло мне в голову, словно я всегда это и знала.

Но не стала говорить, что заслуга в этом была маленькой белой птички. Каждый день в течение недели она садилась по вечерам мне на голову и вливала в моё сознание знания о языке и умение писать и читать на местном языке.

Оли пыталась помочь мне, как могла, чтобы мне было легче адаптироваться в этой реальности. За это я была очень благодарна ей.

– И прекрасно, – улыбнулся Альваро. – Иногда иномиряне получают некий дар при перемещении. Видимо это с тобой и произошло. Поэтому на кухню ты больше не вернёшься.

Вот почему эти грымзы так взъелись на меня. Герцог решил убрать меня с грязной работы.

Глава 32

Вскоре вода для купания была готова, о чем доложил слуга. Герцог разрешил мне встать из-за стола, и я почти бегом направилась в ванную. Отчего-то последние полчаса, когда он подливал мне в бокал вино, рассказывая о моих новых обязанностях при нем как секретаря, меня очень напрягли.

Я чувствовала какой-то подвох во всем его изменившемся ко мне отношении. Альваро разрешил мне принять ванную, и одежду собирался шить и перевел на легкий труд. Он точно делал все это не спроста. И, похоже, задумал снова соблазнить меня. Раньше он пытался взять силой, а теперь – джентльменским напором. Нутром чуяла, что это так. Но поддаваться на его уловки я не собиралась.

Прикрыв дверь ванной на защелку, чтобы никто не вошел, я быстро скинула с себя одежду и полезла в большой чан с теплой водой. Почти запищала от удовольствия. Еще никогда я не казалась себе такой грязной и потной.

Последний раз я принимала ванну на постоялом дворе по дороге три недели назад. А после только подмывалась в корытце стоя и обтиралась влажной тряпкой. Волосы я не мыла так же пару недель. Зато теперь узнала, отчего в старинные времена их пудрили не только аристократы, но и слуги. Пудра скрывала сальные волосы и делала их вид более эстетичным. Однако пудра была очень дорога, поэтому я, по примеру других слуг, покрывала свои волосы простой мукой. Наносила ее на корни волос, втирала и расчесывала не от корней. На моих светлых волосах муку видно не было, зато волосы, немытые две недели, выглядели вполне прилично.

Мне, конечно, не нравилось пудрить мукой волосы, но, выхода другого не было, я не была аристократкой, чтобы принимать ванную и мыться каждый день. По крайней мере, я не ходила с засаленными, грязными волосами.

Теперь же я с головой окунулась в чан с водой, решив наконец-то хорошенько помыть волосы. Рядом на деревянном стуле стоял настой на мыльном корне, заботливо приготовленный слугами.

Спустя полчаса я намылась всласть и, разморенная, решила ещё немного посидеть в воде, которая была едва тёплой. Господам слуги подливали постоянно горячую, потому они могли нежиться в ванной часами, а я теперь была одна, и слуг в помощниках у меня не было. Я даже прикрыла глаза от удовольствия, нежась в чане. Но в какой-то момент вдруг едва не хлебнула воды, ибо я так расслабилась, что меня сильно разморило. И виной тому был тот фужер вина, который я выпила на голодный желудок, а сейчас ещё эта тёплая ванна.

Надо было уже вылезать, пока у меня ещё были силы, ведь герцог ждал меня на ужин. Всё же невежливо заставлять его ждать, когда он был так вежлив и добр сегодня вечером со мной.

Я осторожно вылезла из чана, завернулась в полотенце, которое также лежало на стуле. До конца вытерла свои волосы, которые уже стекли и даже немного подсохли. Распустила их по плечам, чтобы быстрее высохли.

Предусмотрительно захватив до того своё единственное алое шёлковое платье, которое мне купил Альваро ещё когда забирал меня из тюрьмы, я оделась. Наконец выплыла из ванной. Когда мои башмачки из дерева затопали по паркету, герцог повернул ко мне голову, встав из-за секретера. Он что-то до того сосредоточенно писал.

В комнате больше никого не было, кроме нас.

Альваро быстро подошел ко мне и вдруг приподнял мою ладонь, поцеловал. Довольно быстро отпустил ее, но я недоуменно замерла, не ожидая подобного.

– Теперь ты готова отужинать со мной, Ирене? – спросил он так галантно, что я окончательно опешила от его поведения.

Мне показалось, что я какая-то знатная сеньора, а он мой вассал, который хочет заслужить мое расположение. Но все было совершенно не так.

– Да, – ответила я, чуть улыбнувшись. – Если только вас не смущает, что я не причесана.

– Не смущает, – ответил он и вдруг поднял руку, прикоснулся к моим еще влажным светлым волосам. – Они смотрятся естественно, без этой сахарной воды и глупых завитушек, коими грешат все дамы.

Его пальцы продолжили ласкать мои пряди, а в следующий миг ладонь мужчины вклинилась полностью в мои волосы, обхватив мой затылок. Я не успела опомниться, как губы герцога властно накрыли мои. И я тут же напряглась.

Собственно, произошло то, чего я и опасалась. Вся эта прелюдия с ваннами и поцелуями ручки была для этого. Но я не хотела продолжения. Я желала только поесть и завалиться на свою кровать спать. Падала с ног.

Поэтому уже через пару мгновений, очень осторожно, чтобы не разозлить Альваро, попыталась отстраниться от него и отвернула свое лицо от его жадных, требовательных губ.

– Я кое-что вспомнила, ваша милость. Забыла сказать вам, – срывающимся голосом выпалила я, моё дыхание сбивалось. – Об ореоле.

Герцог тут же отступил от меня на шаг и внимательно впился в мое лицо глазами. И я видела, что он даже не разозлился, как в прошлый раз, что я не позволила ему себя целовать.

– Говори, Ирене, что ты вспомнила?

– Сундук. Я спрятала ореол в небольшой сундучок. Там лежали фарфоровые сервизы, переложенные белыми тряпицами. Я засунула его в пузатый чайник.

– Понял. Это старуха Асусена велела тебе туда спрятать?

– Нет. Она велела мне спрятать в большой деревянный сундук. Он стоял напротив. Там двойное дно. Сверху чеканный железный лист, который открывается по тайному. Это показала мне та старуха. Под него я должна была спрятать ореол. Но в те минуты, когда ваша драгоценность была у меня в руках, я была словно не в себе, оттого перепутала сундуки. Долго искала потайное дно, но его не было в том сундуке, где были сервизы, потому и сунула в чайник. Мои мысли были как в тумане после тех благовоний. А потом уже поняла, что открыла не тот сундук. Но было уже поздно перепрятывать, я услышала шаги. Когда старуха вошла, я хотела сказать, что спрятала не туда, но едва она приблизилась, я потеряла сознание. Потом уже пришла в себя в той королевской спальне рядом с вами.

Это воспоминание я держала как козырную карту, вот для такого случая. Когда надо выкрутиться и сделать так, чтобы герцог не разозлился. Хотя это озарение-воспоминание пришло мне еще поутру неделю назад.

– Понятно. Похоже, старуха Крус решила, что ты всё сделала как надо, и вырубила тебя. Чтобы потом подкинуть мне в постель и подставить тебя. Ты ей больше была не нужна.

Глава 33

– Подставить? – удивилась я.

– Да. Она ведь знала, что иномиряне в нашем мире живут недолго, – объяснил Альваро. – Их обычно казнят на месте или через пару дней. Я же говорил тебе. Тебя использовали, чтобы опорочить меня в глазах инфанты, а потом тебя просто убрали бы, ты много знаешь. Да и ореол ты уже украла. Идеальный исполнитель темной воли мерзавцев.

– Ваше сиятельство, а что если ореол всё ещё в этом чайнике? Вдруг старуха не нашла его?

– Я тоже об этом подумал, Ирене, – задумчиво ответил герцог, подходя к столу и отодвигая для меня стул. – Садись. Давай уже поедим, далее обсудим всё за трапезой.

Я охотно согласилась, так как мой желудок уже крутило от голода. Присела на предложенный с мягкой обивкой стул, Альваро занял место напротив небольшого стола.

Герцог галантно положил мне куриную запеченную ножку, немного фасоли и печёных овощей, опять налил вина в бокал. Я видела, что другого питья не было, но спорить и просить, например, воды не стала. У нас теперь была такая милая располагающая обстановка, что портить её не хотелось. Потому я потихоньку потягивала вино, едва делая глоток или два, запивая вкусную еду, и с аппетитом поглощала кушанья со своей тарелки.

Альваро ел немного. Больше вертел бокал с вином в своих пальцах и то и дело как-то задумчиво поглядывал на меня.

– Значит, ты хочешь сказать, что старуха Асусена могла не найти ореол? Раз ты положила его не в тот сундук?

– Вполне возможно, ваше сиятельство.

– Надо найти тот дом, где мы были с тобой в ту ночь, – вдруг заявил он. – Я же сразу поехал в этот дом для развлечений. В тот же день, едва тебя арестовали. Но там никого не было. Мало того, тот дом наутро выглядел заброшенным, облезлым, и там никто не живёт. Хотя накануне вечером, когда я пришел в увеселительное заведение особняк выглядел новым и довольно респектабельным, там даже посетители другие были и играла музыка.

– Как странно. Они за сутки изменили внешний вид дома?

– Не знаю. Но я обыскал там даже подвалы со своими людьми. И ничего. Везде плесень, мыши и паутина, даже окон некоторых нет. Я даже засомневался, что приходил именно туда. Поэтому и не знаю, что и думать.

– А я вообще пришла туда в своём мире. И потому даже помочь воспоминаниями не могу.

Герцог вдруг по-доброму улыбнулся и, накрыв своей широкой ладонью мою кисть, державшую двузубую вилку, погладил пальцами мою руку.

– Я вижу, Ирене, что ты стараешься вспомнить. Ты умница.

– Спасибо, я правда хочу помочь, – ответила я, осторожно высвобождая свою руку из-под его тяжёлой ладони.

Мне показалось, что ему не понравилось это, но он сделал вид, что всё нормально.

– Отныне можешь называть меня по-простому Альваро.

– Вы же запретили называть вас по имени, забыли?

– А сейчас разрешаю. И на «ты», – твердо сказал он. – И знаешь что, Ирене? Если и дальше будешь вспоминать еще какие-то подробности про старуху Крус или тот проклятый дом… то что поможет мне. То я обещаю, что дам тебе свободу.

– Правда? – опешила я от его слов.

– Обещаю. Если ты поможешь мне вернуть ореол, то я, возможно, помогу тебе даже вернуться в твой мир.

Его слова привели меня в замешательство. А горло от таких потрясающих перспектив вмиг пересохло. Я захлопала глазами и тут же, схватив свой фужер с вином, залпом осушила его.

Неужели был шанс снова вернуться в свое время? Не оставаться в этом жутком средневековье рабыней? Не бояться пушечных ядер в этом замке на краю света? А жить в своем спокойном, понятном мире, где был интернет и вкусные роллы. Раньше я даже не представляла, как моя жизнь комфортна и мила мне. Да, я не была богата, но я точно имела очень многое для счастливой мирной жизни. Здесь же у меня даже не было нормальных трусов! Не говоря уже о свободе и спокойном сне. А еще в любой момент снова могли напасть баски, и вернуться эта грохочущая война.

Я так растрогалась от слов герцога, что на моих глазах выступили слезы.

– Выпьем за прекрасное будущее? – проворковал вдруг Альваро, снова наливая мне вина. – Где мы с тобой не ссоримся, Ирене, а добрые друзья.

– Я тоже бы хотела этого, ваша светлость.

– Альваро, забыла?

– Альваро, – улыбнулась я ему.

Мы чокнулись, а потом выпили снова вина. Вскоре я насытилась и отложила приборы. Очень хотелось спать, меня так и клонило в сон. Но я сидела за столом и беседовала с герцогом, ища повод, чтобы ретироваться в свою комнатушку.

Альваро же тоже закончил с едой и всё задавал вопросы, и пристально смотрел мне в глаза. Наконец, решившись, я отложила салфетку и встала.

– Спасибо за ужин, уже так поздно, – произнесла я.

– Ты устала? – спросил он, тоже вставая.

– Да. Пойду спать, – объяснила я и чуть улыбнулась.

Уже направилась от стола, как неожиданно оступилась, чуть зацепившись носком туфли за ковёр на полу.

Герцог тут же оказался около меня.

– Осторожнее, – произнёс он хрипло над ухом, придержав меня за талию.

В следующий миг я снова покачнулась, чувствуя, что у меня совсем нет сил. Ванна, обильная еда и вино так сильно расслабили моё измождённое тело, что я прямо валилась с ног от усталости. Неимоверно хотелось спать. Последние ночи я отдыхала всего по пять часов.

Когда я снова пришла в себя, Альваро уже держал меня на руках и куда-то нес. Шептал мне что-то ласковое на ухо и предлагал отдохнуть на его постели.

И действительно, через минуту он осторожно опустил меня на свою мягкую перину и тут же, наклонившись, приник горячими губами к моей шее. Далее началась чувственная вакханалия, когда герцог умело целовал меня, ласкал руками и пытался стянуть с меня платье.

Я едва опомнилась и, почти оттолкнув его, вывернулась и слезла с кровати.

– Не надо этого, – промямлила я срывающимся голосом.

Быстро оправляя одежду, я сунула ноги в деревянные башмаки и отошла.

– Вернись сюда, Ирене. Я приказываю, – выдал герцог, сев на кровати.

Его поведение вмиг изменилось. И из ласкового, галантного кавалера вновь проступила военно-приказная властность.

– Нет, прости, я не хочу, – выпалила я и со всех ног бросилась вон из его спальни.

– Ирене! – услышала я его недовольный рык за спиной.

Влетев в свою комнатку, я закрылась на засов и, прислонившись к двери, облегченно выдохнула.

Так и знала, для чего он всё это устроил. Но я была начеку и не собиралась становиться его забавой на ночь. Пусть ищет других дам и служанок.

Я прислушивалась к звукам за дверью и боялась, что Альваро придёт сюда. Но ведь он не будет ломать дверь, чтобы заполучить меня?

Спустя четверть часа, удостоверившись, что герцог решил всё же оставить меня в покое, я разделась, надела длинную ночную рубашку и забралась в свою постель. Прикрыв глаза, я вдруг снова вспомнила о его поцелуях на его кровати. Мне нравилось о них вспоминать. Альваро очень умело целовал и явно знал в этом толк.

– Нет, мне не нравятся его поцелуи! Не нравятся, – шептала я, уже засыпая.

Хотя уже была не уверена в своих словах, ибо едва этот мужчина прикасался ко мне, я начала дрожать, а дыхание становилось прерывистым. И он явно вызывал у меня некие будоражащие любовные чувства.

Глава 34

Альваро, герцог де Ортега

Девчонка была дерзка, несносна, красива и… невыносимо желанна.

Когда она оказывалась рядом, мой мозг как будто отключался, а в голову лезли мысли одна похабнее другой и яркие картины соития с её участием.

А сейчас она просто сбежала от меня!

В тот день, когда ее едва не убили в том злосчастном лесу, я поцеловал её. И мне показалось, что ей тоже понравилось, но когда позже я зашёл в её спальню, то получил холодный отказ. Конечно, я разозлился, не понимая, что во мне не так и отчего эта девчонка ни в какую не хочет моей близости. Ведь до встречи с ней у меня никогда не возникало проблем с женщинами. С ней же вся моя тактика соблазнения не работала.

После её холодного отказа я был так зол и возбуждён одновременно, что не сдержался и, утоляя плотский голод, пристал к той самой служанке, что подавала нам еду в трактире. Она была этому только рада. А три золотые монеты вызвали у неё полное восхищение. Ведь на них она и её семья могли жить, не работая, почти месяц или больше.

Однако один неприятный момент терзал моё существо. Когда Ирене нечаянно наткнулась на нас с той трактирной девкой, я отчётливо заметил в её глазах непонимание и отвращение. Явно она осуждала меня за мой поступок. Хотя я и не понимал отчего? Что такого, если я немного развлекся со служанкой? Обычное дело. Девка и сама была не прочь этого. Но это осуждение в глаза Ирене не давало мне покоя.

Я чувствовал, что делаю всё не так. Точнее, вел себя с Ирене как-то не так, что вызвало у неё неприязнь и отчуждение. Этот её ледяной взор, который она постоянно применяла ко мне, вмиг остужал моё жадное влечение к ней и просто выводил из себя. Ну почему она просто не могла смириться и стать послушной, ласковой и нежной?

Ведь я не желал ей зла, а наоборот, уже не раз спасал её. Я старался исправить и наладить наше общение, найти взаимопонимание, несмотря на то, что мы познакомились при таких мерзких обстоятельствах. Но она продолжала упорствовать и ни в какую не хотела открываться мне, словно до сих пор боялась меня.

Но я знал, помнил, что она может быть и другой – ласковой кошечкой, мягкой и пушистой, как в ту ночь, когда стянула с меня ореол. Именно это воспоминание о той сладкой ночи не давало мне покоя и постоянно терзало мои мысли.

А сегодня, когда она вошла в спальню, такая уставшая и печальная, всё равно была желанна и невозможно красива. И я решил действовать по-другому – ласковым напором и хитростью. Потому почти весь вечер вел себя как идиот, точнее, включил на полную мощность галантные манеры и науку соблазнения. Их я применял лишь однажды, когда пытался заслужить внимание инфанты Розалинды. Другие дамы и девицы сами падали к моим ногам, мне для этого хватало всего пары комплиментов, и они были готовы на всё.

На избалованную инфанту эта тактика соблазнения подействовала безотказно, как, впрочем, и на Ирене сегодня. Именно так я и подумал, когда она вышла из ванной – довольная и умиротворённая, розовощекая и невыносимо желанная.

За ужином она мне искренно улыбалась и пыталась честно отвечать на все мои вопросы, и это навело меня на мысли, что всё может случиться и сегодня. Я давно уже мечтал о близости с ней, но не хотел брать силой. Вожделел её все эти две недели, когда не мог спуститься со стен замка, пока мы держали оборону. Когда спал сидя с оружием, прикорнув у каменной кладки и накрывшись плащом, то в эти тревожные часы отдыха снова видел её. И отчего-то всё время голую в той самой спальне, где нас застала инфанта со своей свитой.

Я чувствовал, что думы об этой девчонке становятся каким-то наваждением, и боялся этого. А ещё не давала покоя мысль, что я был у неё первым – это подкупало и раздражало одновременно. Я отчего-то стал опасаться того, что Ирене может влюбиться в другого мужчину и отдаться ему. Одна мысль об этом вызывала у меня дикую ярость. Ведь я хотел так и остаться у неё первым и единственным. Конечно, в первый же день по приезде в замок я объявил всем, что Ирене принадлежит мне, и того, кто только посмеет притронуться к ней, ждёт суровое наказание. Но это лишь немного успокаивало мои тревожные вожделенные думы на счет этой прекрасной строптивицы.

А сегодня вечером настало прекрасное время воспользоваться моим трофеем, провести ночь в её объятиях. Всеми силами я старался соблазнить Ирене, но она опять сбежала. Смотрела на меня так, словно я какое-то чудовище, которое жаждет её слопать. Именно это вмиг остудило мой пыл.

Неблагодарная бестия!

И вся эта ситуация бесила меня неимоверно.