Текст книги "Желанная для джинна (СИ)"

Автор книги: Арина Алексанова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)

Глава 16

Глава 16

– Мне понравилось принимать душ вместе с тобой. Пожалуй, добавлю его в список своих ежедневных занятий.

– Всегда рада помочь, – засмеялась я.

– А, теперь, может, пойдем погуляем?

– Давай.

– Я отведу тебя в свой Ботанический сад. Тебе там точно понравится!

Воздух там был густым и сладким, пропитанным ароматами, которые я никогда раньше не встречала. Мы шли по узкой тропинке, петляющей среди буйства зелени и цветов, словно оказавшись в другом мире. Солнце, пробиваясь сквозь пышные кроны пальм, рисовало на земле причудливые узоры, а легкий ветерок приносил с собой шепот неведомых трав и пряностей.

Гаффар шел рядом, его рука почти касалась моей, и я чувствовала, как по коже пробегают мурашки. Каждый его взгляд, каждый жест, казалось, был наполнен чем-то особенным. Мы остановились у зарослей ярко-красных цветов, чьи лепестки напоминали бархат. Я протянула руку, чтобы прикоснуться к одному из них, и почувствовала его нежную прохладу.

– Они называются "Пламя пустыни", – тихо сказал джинн, его голос был таким же мягким, как и эти цветы. – Я вырастил их сам, скрещивая разные сорта. Эти цветы расцветают только в самые жаркие дни, черпая силу из самого солнца.

Я повернулась к Гаффару, и наши взгляды встретились. В его глазах, темных и глубоких, я увидела отражение этого экзотического сада. Буйство красок и взрыв ароматов. Это было похоже на то, как эти редкие цветы расцветают под палящим солнцем – внезапно, ярко и неудержимо.

– Некоторые чувства тоже могут расцветать, если их теплом и светом, – прошептала я, не отводя глаз.

Джинн улыбнулся, и эта улыбка осветила его лицо, сделав его еще более притягательным. Он взял мою руку в свою, и его пальцы переплелись с моими. Тепло его ладони разлилось по всему телу, словно солнечный луч, проникающий сквозь листву.

Гафффар рассказывал мне о каждом растении, и это было поразительно! Как он мог знать все о каждом лепесточке, каждой травинке!? Он действительно искренне любил свой народ, свой город, и все, что его окружало, и это никак не укладывалось у меня в голове!

Прежде я думала, что он любит управлять, что для него окружающий мир – это кукольный домик, где он главный кукловод. Я была уверена, что его мнимая любовь ко мне не больше, чем привязанность к мягкой игрушке, которую ты сначала обожаешь, а потом выкидываешь за ненадобностью. Неужели, я ошибалась!?

Я задумчиво застыла на месте, отстранённо глядя себе под ноги.

– Не грусти, райская пташка, – Гаффар коснулся моих волос, поправляя прядь моих кудрявых локонов.

– Что?

– Тебе не идет тоска.

Я осмысленно посмотрела на джинна. Он держал в руках белый олеандр.

– Брось его! Он ядовит!

– Ты опять забыла, кто я? – усмехнулся Гаффар.

Он неспеша поднес цветок к моим волосам и украсил им мою прическу.

– Очень красиво.

– И опасно.

– Не тогда, когда я рядом.

Гаффар протянул руку, и я, не задумываясь, взяла ее. Наши пальцы переплелись, как ветки лианы, и я почувствовала, как по телу разливается волна тепла.

Наш день продолжался. Запоздавший ужин насытил наши желудки, а после мы пошли к верблюдам.

Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая бескрайние пески в оттенки золота и меди. Я сидела на спине горбатого животного, чувствуя, как его шершавая шкура приятно греет сквозь тонкую ткань платья. Рядом, на таком же величественном верблюде, восседал Гаффар. Его улыбка в лучах заходящего солнца казалась еще более ослепительной.

Поначалу я боялась. Не столько высоты, сколько самого верблюда. Его огромные, влажные глаза смотрели на меня с какой-то древней мудростью, а длинные, густые ресницы казались пушистыми веерами. Когда он поднимался, это было похоже на медленное, но неумолимое землетрясение. Я крепче вцепилась в веревку, чувствуя, как по спине ползут холодные капли пота.

– Все хорошо, Вивьен, – прозвучал голос Гаффара, и я моментально успокоилась.

Верблюд, которого я, смеясь, назвала про себя «Дубайский шоколад», шел плавно, его широкие ступни мягко погружались в песок. Он оставлял позади себя характерные кучки, которые издавали весьма специфичный запах. При этом верблюд издавал странные, утробные звуки – то ли вздохи, то ли ворчание, но в них не было злобы, скорее, какое-то смирение перед бесконечностью пустыни. В целом он был весьма забавным животным. Иногда он останавливался, чтобы пожевать колючку, и тогда мы с Гаффаром замирали, наслаждаясь тишиной, нарушаемой лишь шелестом ветра и далеким криком какой-то птицы.

Я смотрела на джинна, на его профиль, освещенный последними лучами солнца. Его волосы были слегка растрепаны ветром, а на лице играли тени. Он был частью этого пейзажа, таким же естественным и прекрасным, как и эти бескрайние пески. Я чувствовала себя маленькой и хрупкой рядом с ним, но в то же время – невероятно сильной, потому что он был рядом.

– Как ты появился на свет? – вдруг, спросила я Гаффара. – Ты помнишь свое…гкхм…рождение, или как это назвать?

– Я был создан из чистого бездымного пламени много веков назад. Конечно, я уже не помню свои первые дни, но подозреваю, что они мало отличались от тех, что я проживаю сейчас.

– Ты никогда не был ребенком? И у тебя не было родителей? Кто научил тебя жизни?

– Я уже был создан тем, кто я есть сейчас. Меня не надо было учить жизни. Я знал ее с самого начала. Конечно, какой—то опыт я приобрел с годами, например, как общаться с обычными людьми, с женщинами. Плюс изменение мира заставляет тебя адаптироваться и обучаться новым навыкам, но я такой же, каким был много веков назад.

– И ты никогда никого не любил? Ты всегда был один? Как же так?

– Я – повелитель целого города, Вивьен! Я всегда чувствовал свою значимость.

– Но у тебя не было близкого человека! Это очень тяжело.

Гаффар дернул плечом.

– Я не нуждаюсь в чьей-то близости. Я самодостаточен.

– Тогда, зачем тебе я?

Гаффар болезненно скривился:

– Ты – первый человек, с которым я не хочу расставаться. Даже легкая мысль об этом сводит меня с ума.

В первый раз, за все время, проведенное с ним, я почувствовала укол совести. Дальше мы поехали молча, каждый погруженный в свои мысли, но наши души все равно были связаны невидимой нитью. Я чувствовала присутствие Гаффара, словно он незримо касается меня своей рукой, даря мне свою безусловную любовь. Это уже была не просто прогулка на верблюдах, это были счастливые минуты, которые останутся в моей памяти на долгие годы.

Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, оставив после себя лишь нежное сияние, мы остановились. Верблюды опустились на колени, и мы легко соскользнули на мягкий песок. Гаффар подошел ко мне, обнял за талию и притянул к себе. Я уткнулась носом в его грудь, вдыхая запах его кожи, смешанный с ароматом пустыни.

– Ты не боялась? – спросил он. Его тихий голос зашелестел возле моего уха.

Я улыбнулась, прижимаясь к Гаффару еще сильнее.

– Сначала немного. Но потом… потом я поняла, что с тобой мне ничего не страшно.

Он поцеловал меня в макушку, и я почувствовала, как его губы касаются моих волос.

– Я часто проводил время подобным образом, но никогда еще не чувствовал себя так прекрасно. Ты скрасила мою жизнь, моя сладкая роза пустыни.

Гаффар редко говорил так искренне. Обычно его лицо было насмешливым или слегка надменным, а здесь – черты слегка смягчились, выдавая что-то настоящее, живое, трогательное. Он позволил себе быть со мной другим, и я была благодарна ему за это.

Глава 17

Глава 17

Наше уединение нарушили чьи-то пронзительные вопли. Мы с Гаффаром одновременно повернули головы налево и увидели, как к нам бегут две фигуры. Они что-то кричали и размахивали руками, но это выглядело так сумбурно, что сложно было понять, что они от нас хотят.

Женщина первая оказалась рядом.

– Мой сын, – она тяжело закалялась от быстрого бега и схватилась рукой за горло, – мой сын потерялся! Я не знаю, где он! О, повелитель, помогите, пожалуйста!

– Что значит пропал, Захра? – джинн озадаченно нахмурился. – После каких событий это произошло?

– Он испугался вчерашней бури, – женщина опустила взгляд. – Мы все испугались.

– Понятно. Это мое упущение. Я возмещу все материальные потери и лично извинюсь перед жителями. Я должен был контролировать свои эмоции.

Тут подоспел мужчина. Он был полненький и маленький. Видно было, что спорт – определенно не его любимое занятие.

– Ахмад, я уже сказал твоей жене, что очень сожалею о вчерашнем дне. Мы обязательно найдем вашего сына. Расскажите поподробнее, что случилось?

– Когда началась песчаная буря, мы бросили все дела и побежали в дом, чтобы скрыться там. Я взял Гаяра за руку и потащил за собой. Видимость была уже очень плохая, но я крепко держал его руку. В какой-то момент, когда до дома оставалось уже пару шагов, я почувствовал, как рука моего ребенка выскальзывает из моей потной ладони. Я пытался ухватиться покрепче, но не смог. Я остановился и попытался наощупь найти Гаяра, кричал ему, звал его по имени, но в ответ лишь тишина.

Мужчина схватился за голову, его лицо исказилось от боли.

– Когда буря прошла, мы с мужем и все наши родственники и друзья выскочили на улицу. Мы прочесывали все улицы, но все было впустую.

– Вам надо было обратиться раньше. Какой я болван! Что я натворил! – Гаффар был очень расстроен. Я аккуратно взяла его за локоть и похлопала по руке.

– Ничего. Мы найдем его! – мне искренне хотелось верить в свои же слова, и я не собиралась допускать даже мысли о чем—то плохом. – Сколько лет мальчику? – обратилась я к матери.

– Семь.

– Такой маленький! – воскликнула я и покачала головой.

Мать с отцом совсем поникли.

– Простите, если расстроила. Кстати, имя «Гаяр» значит мужественный и храбрый, поэтому я уверена, что с ним все будет хорошо.

– Дайте мне какую-нибудь вещь вашего сына, – попросил Гаффар у Захры.

– Вот! – женщина протянула джинну маленького плюшевого мишку. – Он любит с ним спать. Любил, – она всхлипнула, и у нее затряслись губы.

Я обняла Захру, не желая оставаться в стороне от горя.

Гаффар взял мишку и понюхал его. Его облик стал меняться, и через мгновение он превратился в собаку породы «немецкая овчарка». Загавкав и схватив мишку в зубы, животное побежало куда-то в сторону города. Я тоже рванула с места, прекрасно понимая, насколько это бессмысленно, ведь моей выносливости хватит лишь на первые триста метров.

Вскоре я потеряла Гаффара из виду. Мне оставалось лишь молиться и ждать. Захра рядом плакала от беспомощности, я, как могла, успокаивала ее, обнимая за плечи. Я не знаю, сколько прошло времени, так как с уходом Гаффара оно стало тянутся так долго и мучительно, что это начало сводить с ума, но я не сводила глаз с горизонта.

Зрачки заболели от напряжения, и я часто-часто заморгала. Но, что это за мираж??

Две размытые фигуры – одна высокая, а вторая низкая – показались издалека. Я даже потёрла веки костяшками пальцев, чтобы точно убедиться, что мне это не мерещится!

– Захра, посмотри туда! Захра! – по-арабски заговорила я, тыкая пальцем в сторону.

Но женщина и сама увидела их, почти одновременно со мной. Она всплеснула руками и закрыла глаза. Я увидела, как шевелятся ее губы, читая молитву.

Гаффар подхватил мальчика на руки и подлетел к нам за считанные секунды.

– Гаяр! – родители наперебой кинулись обнимать сына.

Глядя на это счастливое воссоединение, я не могла не вспомнить свою семью. Мне тоже захотелось плакать.

– Как ты нашел мальчика? – шепотом спросила я Гаффара.

– На старой мельнице. Он прятался в коробках.

– Хорошо, что с ним все в порядке.

– Да.

Гаффар пристально посмотрел на меня.

– Почему ты плачешь, Вивьен?

– Мои родители также потеряли меня. Я представляю себе, как они мучаются от неизвестности. Как мама обзванивает все аэропорты, морги, больницы. Посмотри на эту семью, Гаффар! Нельзя разлучать семью насильно! Даже если дети уже взрослые, для родителей они все равно остаются детьми!

– Ты это к чему? – джинн неодобрительно нахмурил брови.

– Отпусти меня домой! Ты заботишься о своем народе, и это похвально! Но, что насчет других людей!? Например, моих родителей!? Разве, они не заслуживают счастья!? Тебе не жалко их?

– Вивьен!

Гаффар попробовал взять меня за руку, но я вырвалась и со злостью посмотрела на него.

– Если да, то ты позволишь мне уйти!

Глава 18

Глава 18

После той стычки с Гаффаром мы больше не пересекались. Целый день я провела, блуждая по замку в одиночестве. Скорее всего джинн полетел восстанавливать дома и устранять последствия его взрывного характера, а может он просто избегал разговора со мной.

Пока я гуляла по огромной территории здания я много думала о сложившейся ситуации. И, конечно, я размышляла на тему того, чтобы остаться с Гаффаром. Да, и как я могла не думать об этом, ведь в мое сердце трепыхалось в груди каждый раз, когда я думала о нем.

Но одной любовью сыт не будешь. Я не знала, смогу ли я остаться с Гаффаром в этом проклятом городе на веки вечные. Когда люди выходят замуж или женятся, они клянутся в любви до гроба. Но никому из людей еще не выпадала возможность узнать: даст ли он клятву, если впереди его ждет бесконечное количество времени. Это не могло не пугать. Я всего лишь обычный человек. Вопросы бытия и вечности от меня так же далеки, как и солнце от земли, если не дальше.

Да, я люблю Гаффара. Да, я хочу быть с ним. Но смогу ли я отказаться от своей жизни ради него? Отказаться от семьи и друзей? Это слишком большие жертвы.

Мы живем в такое время, которое неизбежно учит нас выбирать себя. Ни один мужчина в мире, каким бы он ни был, не стоит того, чтобы ради него перечеркивать всю свою жизнь, карьеру, близких! Ведь в случае чего, я останусь ни с чем!

Кто может дать мне гарантию, что лет через сто, Гаффар не выкинет меня из этого города? А когда я вернулась в Канаду, я увижу лишь памятники на могилах. Мне предстоит дожить жизнь в полном одиночестве, оплакивая своих родных и свою несостоявшуюся «вечную» любовь.

Чем больше я думала о об этой непонятной ситуации, тем больше я запутывала саму себя. Чаша весов склонялась то в одну, то в другую сторону, и мне казалось, я схожу с ума.

Лишь к вечеру Гаффар появился в замке. Он был измотан, его лицо было таким серьезным, что я даже слегка испугалась за его состояние.

–Ты в порядке?

–Да.

–Ты же никогда не устаешь. Ты —мифическое существо. А видок у тебя такой, будто ты лично камни таскал.

–Я измотан мыслями, —уголок его рта слегка приподнялся, и это напомнило мне прежнего Гаффара.

–Понимаю. Я тоже весь день думала, как быть.

–Ты передумала и остаешься? – в голосе джинна прозвучал слабый огонек надежды.

–Нет. Я не могу. Прости, —мне было очень больно, но я не могла сдать назад.

Я буду жалеть, что осталась здесь. Я буду жалеть, что положила свою жизнь к ногам мужчины.

–Если ты все решила, то дай мне последнее слово?

–Конечно.

Гаффар подошел к окну, и его взгляд стал туманным. Я не торопила его, понимая, что любые слова, которые он произнесет, требуют терпения и отваги.

Наконец, он повернулся ко мне и заговорил:

–Я – всемогущий джинн, который может управлять практически чем угодно. Я думал, что смогу управлять и твоими чувствами, но ошибся. Я люблю тебя, Вивьен! Я и не верил, что смогу когда-нибудь испытать нечто подобное. Наверное, именно из-за этого страха, я и вел себя, как одержимый, не думая о твоих желаниях. Я просто боялся потерять ту единственную, которая принесла свет в мою жизнь. Но, увы, несмотря на мою силу и власть, есть вещи, над которыми мы бессильны. Я могу удержать тебя силой, но не могу заставить тебя меня полюбить. Я готов признать, что сдаюсь. Я – могущественный и сильный, но ты поставила меня на колени. Я больше не хочу быть эгоистом и собственником. Ты просила тебя отпустить. И я сделаю это. Я больше не буду удерживать тебя в клетке. Ты свободна, Вивьен. Я покажу тебе место, через которое я смогу переправить тебя в твою реальность.

–Ты серьезно? Ты и правда отпускаешь меня? – я задохнулась от эмоций.

–Да. Я никогда еще не был так серьезен.

Я подошла к Гаффару и обняла его. Мне хотелось плакать. Свобода была так близка, но в груди застыл непонятный комок, который мешал говорить. Мне безумно сильно хотелось сказать джинну, что я тоже его люблю, но я боялась, что, если признаюсь в своих чувствах, мне не хватит храбрости уйти от него.

Я положила ладонь на щеку Гаффара, покрытую маленькими волосками. Так мягко, так уютно.

–Хорошо. Тогда отведи меня на то место…

Я сделала паузу, и джинн дернулся с места, готовясь начать движение, но я покачала головой и толкнула его в грудь, возвращая на прежнюю позицию.

–Завтра, —закончила я свою фразу.

–Завтра? – эхом повторил Гаффар.

–Завтра, —еще увереннее заявила я, соблазнительно улыбаясь.

Джинн все еще, недоумевая, стоял в напряженной паузе, поглядывая на меня с подозрением.

–Я еще не все успела сделать, —в моих глазах зажглись огонечки, и я прикусила нижнюю губу.

–Все, что захочешь, моя сладкая.

От серьезного тона Гаффара мне хотелось рассмеяться в голос.

Мои ладони скользнули на его грудь, медленно провели по ней, а затем спустились вниз, проникая под свободные штаны, сделанные из легкой ткани. Джинн вздрогнул.

–Что ты делаешь?

–Восполняю пробелы.

Не сводя глаз с Гаффара, я опустилась перед ним на колени.

Глава 19

Глава 19

– Ты уверена? Твоя поза слишком заводит. Я не смогу остаться равнодушным.

– Что ты хочешь, Гаффар? – мило улыбнулась я, продолжая свою игру.

Мои пальчики легонько пробежали по его паху, слегка погладили выпуклость под штанами. Но я специально не торопилась, чтобы напряжение между нами достигло максимальным значений.

– Хочу засунуть тебе член в рот, – Гаффар надавил на мой подбородок, заставляя губы раскрыться. – Чтобы, глядя на тебя, сохранить в голове этот горячий момент: как ты мне сосала. Я буду вечность помнить об этом, пока ты будешь целоваться с кем-то другим в своей реальности.

Его слова снова причинили мне незримую боль. Я не могла представить себя с кем—то другим. Иные мужчины словно померкли.

Не говоря ни слова, продолжая смотреть в его потемневшие глаза, я нащупала край штанов и потянула их вниз, оголяя то, что находилось под ними. При таком жарком климате, нижнее белье мужчинам не требовалось, и моему взору сразу предстало окрепшее достоинство. Оно гордо взирало на меня, маня своей розовой блестящей головкой.

Я тяжело задышала, гадая, какой он будет на вкус. Я этого никогда раньше не делала, как—то не довелось.

Видя мое смятение, Гаффар, наклонившись ближе, убрал мои волосы назад, собирая их в хвост. Он направил меня, грубо и настойчиво. Я приоткрыла губы и, закрыв глаза, коснулась горячей плоти. Непривычно. Я медлила, а джинн не отличался терпением. Он надавил мне на затылок, заполняя сильнее.

– Расслабь горло и сожми губы, – гортанно и тихо произнес Гаффар. – Можешь кусать зубами, но не сильно. Дыши через нос.

Я кивнула, принимая указания. Отдалась моменту и представила, что облизываю то самое эскимо, купленное возле дома в своем небольшом городке возле планетария. Увлеклась видимо так сильно, что почувствовала, как пульсирует член во рту. Неожиданно из него начала выходить немного сладковатая и вязкая жидкость, но не похоже было, что Гаффар так быстро испытал удовольствие. Поэтому я продолжила.

Я старалась полностью сосредоточиться на процессе. Достоинство Гаффара заполнило мой рот, и мне пришлось помочь себе рукой, когда не хватало дыхания. Джинн чуть не рычал и двигал бедрами мне на встречу

Я запустила руку ему под рубашку, упираясь в твердый пресс. Гаффар резко схватил меня за волосы и оттянул от себя ровно в тот момент, когда член, казалось, взорвется у меня во рту.

Так и произошло. Гаффар перехватил свой орган своей рукой и излился, пачкая немного мое лицо и платье. Моя грудь вздымалась от частого дыхания. Я пыталась прийти в себя, между ног неистово свербело.

Гаффар откинул голову назад и шумно выдохнул. Я не шевелилась, наблюдая за ним.

– Моя сладкая девочка. Я никогда этого не забуду. А сейчас иди ко мне. Я хочу одарить тебя своей любовью.

Гаффар принялся снимать с меня покровы одежды, оставляя беззащитной и беспомощной, трепещущей под его прикосновениями.

– Покажи мне себя. Я хочу увидеть твое тело, – настойчиво шептал джинн, и его безумные глаза запылали от страсти.

Мои ладони оказались вытянутыми наверх, а пальцы Гаффара провели по моей коже и погладили чувствительную точку на сгибе локтя. – Позволь мне полюбоваться тобой последний раз, – его губы коснулись моего уха. – Ты такая шёлковая, мягкая, нежная. раздвинь ножки пошире. Сделай это для меня, Вивьен….

От его неприличных слов стало ещё жарче, в горле пересохло, и между ног разгорелся настоящий пожар. Мне нравилось их слышать, ощущать, что он говорил правду, всё так и было. И он так смотрел… Пристально, завораживающе, требовательно, что я с тихим стоном сдалась и чуть-чуть раздвинула ноги, чем и воспользовался Гаффар, уверенно разведя их совсем широко. И он тоже теперь видел, какая я.

Джинн одним быстрым движением оказался между моих ног, не давая сдвинуть их, и я задохнулась от лавины эмоций, от острого приступа смущения, смешанного с удовольствием. Его ладонь легла на мою грудь, пальцы чуть сжали напряжённый, пульсировавший сосок, и с моих губ сорвался негромкий возглас, жаркие ручейки брызнули по коже во все стороны, заставив бесстыдно выгнуться.

Легко удерживая одну мою ногу рукой, а вторую – плечом, Гаффар медленно провёл пальцем по нежным складочкам, уже давно влажным, и у меня перед глазами вспыхнули звёзды. Палец раздвинул, открывая меня сильнее, делая совсем доступной, и дотронулся до пылавшей огнём чувствительной точки, легонько нажал, и я не сдержала короткого стона, стремительно падая в пропасть удовольствия. Глаза зажмурились, оставляя меня наедине с моими ощущениями. В тот момент я вообще уже ни о чём не думала, смущение притаилось где-то на самой границе сознания, уступив место другим чувствам.

– Открой глаза. Ты должна видеть, кто ласкает тебя! – тут же раздался требовательный шёпот Гаффара, и я послушно распахнула веки, чтобы встретиться с его горящим вожделением взглядом, проникавшем, казалось в самую душу.

Джинн улыбнулся, одновременно нежно и с предвкушением, и снова сжал твёрдую горошину, на грани боли и удовольствия. Затем он медленно погладил болезненно нывший бугорок внизу, и я громко охнула, сглотнув пересохшим горлом. Лицо пылало, и я уже не понимала, от чего – стеснения или страсти, затопившей расплавленной лавой всё тело до самой последней клеточки. Боже, я хотела, чтобы Гаффар продолжил, не останавливался, дарил мне эти восхитительно—сладостные ощущения, от которых сердце металось по всей грудной клетке, а дыхание перехватывало. Улыбка джинна стала шире, а насмешливый огонёк в зрачках, который я успела полюбить, – ярче.

– Нравится, крошка? – вкрадчиво шепнул Гаффар, почти касаясь моих губ, и обвёл подушечкой вокруг соска, едва ощутимо, как будто пёрышком.

Пальцем второй руки он чуть ускорил поглаживания внизу, между складочек, то и дело задевая чувствительную точку, и мои бёдра начали двигаться. Я ничего не могла поделать со своим телом, полностью вышедшим из—под контроля. Оно сгорало в тёмном удовольствии, плавилось под взглядом джинна, и ему нравилось, что с ним делают, что оно такое беспомощное и открытое… Для взглядов, прикосновений, всего того, что было приготовлено для меня сегодня. Ноги сами раздвинулись ещё шире, и моих ушей коснулся тихий, довольный смех Гаффара.

– Вивьен, ты так не ответила, – мурлыкнул он мне на ухо и чуть прикусил мочку – ощутимо, чуть-чуть больно, и в то же время приятно.

Тёплые губы втянули, язык поиграл, и с моих губ сорвалось покорное:

– Да-а-а!..

Кажется, скоро это будет моим любимым словом… Потому что после этого меня поцеловали. Неторопливо, настойчиво, дразня мой рот, побуждая податься навстречу и ответить, сдаться под напором и позволить Гаффару целовать меня так глубоко, как он этого хотел. И как хотела я… С небес на землю вернуло очередное деликатное прикосновение внизу, но – на сей раз не пальцем. Через мгновение я осознала, что это мужские губы прижались к моему нежному местечку, осторожно втянули ставший безумно чувствительным лепесток, и уже язык пощекотал истекающий влагой бугорок.

Я сдавленно всхлипнула, дёрнулась. Острое смущение пронзило до самой глубины, и я всё же попыталась сдвинуть колени – безрезультатно. Ведь Гаффар легко удержал мои ноги, продолжая бесстыдно ласкать самым откровенным и интимным образом, и я совсем ничего не могла с этим поделать. Разве только постараться удержать порыв прижаться бёдрами сильнее к искушающему, такому умелому рту…

Но я хотела успеть и еще кое—что.

– Гаффар, подожди! – почти выкрикнула я, пытаясь унять дрожь.

– Что такое?

Я толкнула любовника в грудь, заставив его перекатиться на спину. С видом прекрасной, воинственной валькирии я уселась на него сверху.

– Могущественный джинн, обладающий почти безграничной властью, лежит на лопатках. Как я мечтала увидеть это!

– Хитрая лиса. И каковы твои следующие действия? – насмешливо поинтересовался Гаффар.

– Овладеть тобой, – дерзко ответила я, опускаясь на его орган и зажимая его своими мышцами.

Положив ладони на мужскую грудь, я начала ритмично двигать бедрами, пока не нашла нужный темп. Механизм был запущен, дальнейшие движения ощущались так туманно, что я уже ничего не соображала. Это, как поток ветра, который подхватывает тебя и несет. Как стихия, управлять которой нам не под силу.

Каждая клеточка тела трепетала, все органы чувств были обострены, как никогда раньше. Я ощутила приближение чего-то неизбежного еще издалека, и теперь просто расслабленно двигалась ему навстречу.

И все равно, я не была готова к такой ударной волне. Она накрыла меня так внезапно, что я чуть не захлебнулась в ее потоке. Феерия чувств и буйство эмоций.

– Свет моих очей, любимая, я с тобой…

Услышала я, и этот приглушенный нежный бархатистый шёпот вернул меня обратно в реальность.

Я упала Гаффару на грудь и почувствовала, как он касается моего лба.

Наша близость – особенная. Могу поклясться, что я смогла коснуться его души, скрытой во времени и пространстве. Как я смогу отказаться от него? Ведь Гаффар давно стал частью меня. Или наоборот?

А разве эти тонкости важны? Ведь я уже приняла решение. И у моего выбора лишь один конец.