Текст книги "Желанная для джинна (СИ)"

Автор книги: Арина Алексанова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

Глава 12

Глава 12

Гаффар плещется в голубой воде озера, а я стою в ущелье и тайком разглядываю его. Джинн – очень противоречивый персонаж, и я пока не знаю, как к нему относится. У меня даже злости к нему не осталось, однако мое уязвленное самолюбие все еще не хочет сдаваться на милость всемогущего существа.

Может, попробовать улизнуть от него? Конечно, он сразу же найдет меня – в этом у меня не было сомнений! Я уже ни раз была свидетелем его магии!

Но сдаваться без боя – не в моем характере!

Гаффар обожает нырять. Каждое его погружение длится порядка трех минут. Я улучаю момент, когда его тело снова скрывается под толщей воды, и бросаюсь в чащу джунглей. Ветки царапают мне лицо, и я искренне понимаю, насколько глупа моя затея, но ноги продолжают бежать вперед.

В голове я продолжаю отсчитывать время, на третьей минуте мне даже начинает казаться, что я смогу убежать далеко, смогу затеряться среди деревьев. В ушах шумит ветер, сердце бешено колотиться, дыхание становится таким рваным, что в горле начинает печь, но я все равно продолжаю бежать без оглядки с надеждой на спасение.

А вот и город! Я добежала, я смогла!

Я влетаю в толпу женщин, на которых надеты накидки, скрывающие лица, и по-арабски начинаю просить их дать мне такую же. Сначала они смотрят на меня с недоумением, но затем одна из них машет мне рукой, и я иду за ней. Оказавшись в ее доме, я переодеваюсь в закрытую одежду и надеваю никаб.

Вдруг, в помещении темнеет.

Я иду к окну и вижу песчаную бурю. Она поднимается до самых небес, закрывая собой солнце. Женщина, давшая мне одежду, испуганно смотрит то на окно, то на меня.

– Что это? – спрашиваю я у нее.

Но хозяйка дома не отвечает. Вместо этого она начинает толкать меня в спину, выпроваживая на улицу.

– Эй, подожди! Не надо! Позволь мне остаться!

Женщина испуганно машет и выставляет меня за дверь. Она явно чего-то боится. Тем временем, пыльное облако все ближе. Я уже чувствую, как песок летает вокруг меня, клубясь и забиваясь мне в рот. Дышать становится все труднее, я задыхаюсь. Людей на улицах уже нет, они спрятались в своих домах. Я бреду вперед, цепляясь за стену, так как видимость уже практически нулевая. Пытаюсь стучать в каждую дверь, но мне никто не открывает. Люди в окнах смотрят на меня с испугом или жалостью.

И тут я понимаю, что песчаная буря дело рук Гаффара. Ну конечно! Кого же еще! Я разгневала могущественного джинна, и он не успокоится, пока не найдет меня.

Воздух вокруг трещит, а с неба раздается громогласный голос:

– Вивьен!! Тебе не удастся сбежать!

Услышав знакомые нотки голоса, я ускоряю шаг. Мне срочно нужно найти какое-нибудь укрытие!

Гигантская рука появляется в пространстве и сносит крышу здания, которое находится в двух шагах от меня. Я прижимаю ладонь ко рту, чтобы не закричать и не выдать себя. Просто молча наблюдаю за тем, как рука шарится в разрушенном доме и вытаскивает какую—то женщину в платке.

– Не она! – сердито заявляет голос и ставит женщину на место.

Я добегаю до базара и прячусь под узкий прилавок. Из-под него мне почти ничего не видно, но я хорошо слышу, как рушатся другие крыши домов и вскрикивают люди. Гаффар рушит свой город! Неужели, он не остановится ни перед чем, чтобы добраться дом меня!? У меня по спине бегут мурашки!

Я начинаю ползти под прилавками, стараясь пролезть незаметно, как мышка. У джинна есть огромное преимущество передо мной. Его гигантское око видит все, но в моей душе еще теплится надежда на спасение. Я не могу сдаться, даже сейчас, когда разумом понимаю, насколько тщетны мои попытки.

Мной движет страх. Я не знаю, на что способно разгневанное существо!

– Вивьен! – окрик Гаффара, как гром среди ясного неба. Он рокочет в воздухе, а вокруг меня клубится густой пыльный туман. Я чувствую, как джинн подбирается ко мне все ближе и ближе.

Впереди виднеется дворец Гаффара. Я смогла бы затеряться в его длинных коридорах и многочисленных помещениях. Ну не станет же джинн ломать столь великолепное здание!?

Бегом, спотыкаясь и падая, я кое-как добираюсь до черного входа и проникаю внутрь. В огромном зале мечутся служанки, вскрикивая от паники.

– Тише, тише! – я пытаюсь их успокоить, но они не замолкают и с неприязнью поглядывают на меня, словно знают из-за чего случился весь этот апокалипсис.

– Умоляю, помогите мне!

Они отрицательно машут головами.

– Он удерживает меня силой! Прошу! Мне надо вернутся домой!

Я падаю на колени и складываю ладони в молитвенном жесте.

– На вас вся надежда! Спрячьте меня!

Одна из женщин, что помоложе, нерешительно подходит ко мне и протягивает мне руку. Я хватаюсь за нее, как за спасительную соломинку.

– Спасибо! Спасибо!

Девушка меня куда-то ведет, и я полностью доверяюсь ей, так как у меня нет иного выхода. Стены дворца трясутся, и здание, вдруг, кажется мне таким шатким словно это какая-то брезентовая палатка. Гул на улице нарастает с каждым моим шагом. Я каждой клеточкой чувствую зов джинна. Его голос звучит в моей голове, и от него сложно укрыться.

Мы со служанкой поднимаемся по ступеням наверх и оказываемся на самой высокой башне дворца.

– Это балкон? – с ужасом спрашиваю я девушку. – Ты зачем привела меня сюда?

Она молчит, и я понимаю, что все мои надежды рушатся у меня на глазах. На кого я надеялась? В этом городе все подчиняются Гаффару! Никто не посмеет пойти против его воли! Никто мне не поможет!

Я смотрю вниз, и от высоты у меня кружится голова. Затем я перевожу взгляд на огромное облако прямо над моей головой, и в нем я вижу рассерженное лицо Гаффара.

– Как ты посмела уйти? – гневно спрашивает джинн.

– Я – не твоя собственность! – кричу я ему во все горло.

– Ты отвергаешь мою любовь, Вивьен?

– Любовь – не птица, которую можно удержать в клетке. Мне нужна свобода!

– Никогда! Ты – моя, и я не готов тебя отпустить! Я слишком долго тебя ждал!

Я обреченно опускаю голову. Его слова в моем понимании звучат так безнадежно, что я на секунду ломаюсь.

– Ну а я никогда не смирюсь с подобным положением, – шепотом произношу я и перевешиваюсь через балконную перегородку.

Это было краткое помешательство. Я не знаю, о чем я думала, но в то мгновение мне казалось, что моя жизнь кончена. Зачем продолжать то, что не имеет смысла.

Не вполне осознав свои последствия, я наклоняюсь вниз и падаю…

Глава 13

Глава 13

Свободное падение – это прекрасно. Я закрываю глаза, представляя себя птицей. Только…почему я не разбиваюсь о землю? Ведь лечу я уже очень долго (по собственным субъективным меркам)! Как будто меня что-то держит и не дает упасть…

Я моргаю и тут же щурюсь от яркого солнца.

Или кто-то!

Гаффар крепко держит меня за талию, и мы висим с ним где-то в воздухе на уровне пятого этажа. Джинн снова принял свой человеческий облик, и теперь смотрит на меня весьма осуждающим взором.

– Ты совсем с ума сошла? Ты что творишь?

– Я знала, что ты не дашь мне умереть, – честно признаюсь я.

Мне не к чему лукавить. Гаффар уже не раз доказывал, что я ему нужна, поэтому я не сомневалась в том, что он поймает меня. Меня раздражало в нем другое: то, что он не дает мне право выбора.

– Не дам. Но я очень злюсь на тебя. Очень! И поверь, я очень сильно сдерживаюсь, чтобы не придушить тебя! – Гаффар говорил очень ласково, его руки, лежащие на моей талии, даже не дрогнули, но вот его взгляд не предвещал ничего хорошего. Эти глаза горели таким сильным блеском, что я начала боятся, что они испепелят меня до тла.

Мы продолжаем парить в воздухе, а мой спутник не спешит ставить меня на землю. Смею предположить, что он боится, что я опять сбегу. Джинн боится…

Это предположение почему-то веселит меня.

– Поцелуй меня. Поцелуй меня так, чтобы я поверил, что ты тоже желаешь меня, – шепчет Гаффар, и его голос тонет в звуках песчаного ветра.

Я замираю на мгновение, ловя его взгляд – тёмный, напряжённый, почти опасный. Потом медленно поднимаю руки, провожу ладонями по его плечам, ощущая под пальцами твёрдые контуры мышц. Он прижимает меня ближе, почти вплотную, и я чувствую тепло его тела, прерывистое дыхание.

Его рука скользит по моей спине вниз, на поясницу, чуть задерживается там, а затем обратно на талию. Я поднимаю руку, провожу пальцами по его шее, чувствую, как под кожей пульсирует вена. Его дыхание сбивается. В глазах – искра, которую уже невозможно скрыть.

Гаффар провоцирует меня. Я могла бы отказаться выполнять его просьбу, но я недавно была на волосок от смерти. Могу ли я позволить себе наградить моего спасителя горячим поцелуем?

Я медленно наклоняюсь и трогаю его губы своими. Гаффар напряжен, а я смущена. Его губы сухие и горячие. Я провожу по ним язычком, будто пробую на вкус. Осторожно, медленно, нерешительно.

– Khara*! Вивьен!

Гаффар обхватывает мою голову ладонями.

– Поцелуй, как будто я все, что тебе нужно! Как будто, ты не можешь жить без меня! Как будто, ты любишь меня всей душой! Неужели, это так сложно!?

Слова Гаффара сочатся болью, которая находит отклик в моем сердце. Я чувствую, как мне хочется плакать. Но чертова гордость сильнее моих настоящих эмоций.

Джинн издает мучительный стон и врезается мне в губы. Агрессивно, страстно, горячо. Так, что колени подкашиваются, а в голове – ни одной связной мысли. Его пальцы впиваются в мои плечи, прижимают ближе, будто он пытается что—то доказать – только не понятно: себе или мне.

Я отвечаю – сначала робко, потом всё смелее. Мои руки сами находят путь к его волосам, пальцы путаются в прядях, притягивают ещё ближе. Воздух между нами раскаляется до предела.

Он отрывается от моих губ лишь на миг – глаза тёмные, почти чёрные, дыхание рваное.

– Моя спелая айва…брызжешь сладким соком, слегка вяжешь во рту и таешь на языке...

Его губы снова находят мои, но теперь поцелуй – не атака, а медленное, тягучее погружение. Он проводит языком по моей нижней губе, заставляет приоткрыться, и я подчиняюсь, теряя последние остатки самоконтроля.

Время перестаёт существовать. Есть только он, его руки, его дыхание, его вкус – терпкий, как тёмный шоколад, с лёгкой горчинкой. Я цепляюсь за него, будто он – единственный якорь в этом хаосе.

Но по факту, я даже не приукрашиваю это. Все так и есть. Он держит меня в воздухе, не давая упасть, и я чувствую себя в безопасности. Даже, когда он злится, я знаю одно: он никогда не причинит мне боль.

Вдруг, мы падаем вниз на упругую кровать, да так, что меня слегка подбрасывает вверх. Гаффар успевает схватить меня за запястья и притягивает к себе. Я оглядываюсь. Мы лежим на огромной кровати посреди бархатистых дюн.

– Где мы?

– В пустыне.

– А зачем тут кровать?

– Ты предпочитаешь падать на более твердую поверхность? Нет, я, конечно, с радостью соберу тебя обратно по косточкам, но на это уйдет время. А я не хочу его тратить впустую, когда мы могли бы заняться чем-нибудь поинтереснее.

Гаффар поглаживает мою руку, и у меня на коже, от локтя до предплечья, выступают мурашки. Я смотрю в глаза Гаффара, и мир вокруг перестаёт существовать. Я касаюсь его губ. Поцелуи сжигают, от них кружится голова.

Сама не понимаю, как решилась снова сделать первый шаг. Чистое безумие, продиктованное одной мыслью: я не хочу его отпускать. Каждую секунду в его объятиях я чувствовала себя такой живой, что мысль о расставании стала казаться пыткой.

– Вивьен, ты нужна мне, – хрипло произнес Гаффар.

Его дыхание было сбивчивым, а пальцы с силой впились в мои запястья, когда я рискнула запустить ладони под его рубашку, очерчивая твёрдые мышцы живота.

– М-м-м… – я лишь тихо застонала, не в силах остановиться.

Мне хотелось тепла его кожи, хотелось большего. На открытом пространстве я задыхалась, как будто меня заперли в коробку.

Его широкие ладони идут тараном по моему телу, горячие губы обжигают. Я даже не отслеживаю, как остаюсь совершенно голой, захлёбываясь восторгом от нашей близости.

Выгибаюсь навстречу каждому касанию, жадно ловя каждый его вздох, каждое движение, которое пронизывает меня сладкой истомой. Она копится, множится, превращаясь в нечто огромное, непомерное, грозящее снести меня, словно лавина, и я упрямо стремлюсь к ней.

Гаффар поспешно переворачивает меня на спину, скидывает свою одежду, ложиться сверху, и вдруг замирает, смотрит так пронзительно и целует так нежно, и вместе с поцелуем, я чувствую желанное вторжение, которое растягивает меня до сладкой боли, и я выдыхаю стон в его губы, сама виляю бёдрами навстречу.

Накал эмоций, затянувшееся ожидание, вожделение, которое затмевало рассудок, – всё смешалось в один взрывной коктейль.

Оргазм накрывает внезапно: я всё ещё цепляюсь за его плечи, пытаясь удержаться на плаву, но реальность уже изменилась, осталась только дрожь, крик и обессиливающее удовольствие, которое, казалось, вышибло из лёгких весь кислород.

Я таяла под ним, растекаясь в его объятиях, переполненная чувствами, которым даже не было названия.

*Khara – ругательство на арабском

Глава 14

Глава 14

Я пропускаю тот момент, когда Гаффар щелкает пальцами, и мы снова оказываемся с ним в его дворце.

– Как легко у тебя все выходит. Одно короткое движение, и ты меняешь реальность.

– Да. Если могу – почему не сделать.

– Большая сила – большая ответственность, – вспоминаю я слова одного из героев фильма.

– И ее осознаю. Люди в моем городе счастливы. И для меня – это главное.

– А как же те, кто пропадал? Ты забирал их навсегда? Но у них были семьи, близкие. Их ждали домой!

Гаффар вздохнул.

– Я никого не заставлял силой. Я предлагал им отличную возможность изменить свою жизнь. Разве я виноват в том, что они выбирали остаться?

– Ты купил их! – возмутилась я.

– Ты по—прежнему будешь упрекать меня в том, что я хотел помочь людям? Каждый сам решает свою судьбу. Я давал им выбор! Каждому из них!

– Ладно, допустим. Тогда почему, у меня нет такой привилегии?

– Потому что ты особенная, Вивьен.

– Да хватит уже этого пафоса! Гаффар! Разуй глаза! Ты – бессмертен!! А мне осталось каких-то там сорок-пятьдесят лет! Я лишь временная игрушка, которой ты потом легко найдешь замену!

– Так, дело в этом? – засмеялся джин.

Его заливистый хохот слегка озадачил меня.

– Что тут смешного?

– Извини, не подумал об этом вопросе. Каюсь, виноват. Я подарю тебе бессмертие. Только останься со мной.

– Ты шутишь?

– Нет.

Мысль провести в этом месте вечность вызвала во мне смешанные эмоции. Да, дорого, красиво, богато, но не в деньгах счастье.

Гаффар истолковал мое молчание по-своему.

– Сейчас поужинаем, а потом полетим на моем ковре, и я покажу тебе город с высоты птичьего полета.

– Спасибо, но вынуждена отказаться. Я уже налеталась за сегодня. Надолго впечатлений хватит!

– Предпочитаешь наземный способ передвижения? У меня есть верблюды, арабские скакуны! Все, что пожелаешь, свет моих очей! Ради тебя я запрягу даже крокодила!

Я представила себя сидящей на этой опасной рептилии и поежилась.

– Лучше лошадь.

– Хорошо.

Гаффар щелкнул пальцами, и передо мной появилась легкая дымка.

Я сидела на горе мягких шелковых подушек, боясь пошевелиться. Воздух, густой и тягучий от ароматов жасмина и сандала, казался почти осязаемым. Но все запахи меркли перед тем пиршеством, что раскинулось передо мной на низком столике, инкрустированном перламутром. Гаффар сидел напротив, и его темные, как южная ночь, глаза внимательно следили за каждым моим движением.

– Попробуй, – его голос был низким, бархатным, как и подушки, на которых я утопала. – Это для тебя.

Мой взгляд скользнул по столу, и я почувствовала, как во рту моментально стало влажно от предвкушения. Это была не просто еда. Это была картина, написанная самыми искусными красками Востока.

В центре, на огромном серебряном блюде, возвышалась гора золотистого риса —кабса . Он был усыпан жареным миндалем, крупным сладким изюмом и изумрудными фисташками. Из-под этой драгоценной россыпи выглядывали нежнейшие куски баранины, которые, казалось, сами распадались на волокна. Гаффар зачерпнул немного риса специальной ложкой и положил на мою тарелку.

Я взяла щепотку, как он меня учил, правой рукой. Рис был теплым и рассыпчатым. Сначала я почувствовала сладость изюма, потом – пряный, согревающий вкус корицы и кардамона, и, наконец, глубокий, насыщенный вкус мяса, которое таяло во рту, оставляя послевкусие дымка и специй. Это было похоже на его объятие – теплое, уютное и невероятно чувственное.

Рядом стояли маленькие пиалы. В одной из них былхумус – нежный, кремовый, с капелькой оливкового масла в центре и щепоткой красной паприки. Я зачерпнула его кусочком горячей, пышной лепешки. Его вкус был ореховым, с легкой лимонной кислинкой и чесночной ноткой, которая не обжигала, а лишь деликатно подчеркивала бархатистую текстуру.

В другой пиале —мутабаль , закуска из печеных баклажанов. Ее дымный, чуть горьковатый аромат сводил с ума. На вкус она была еще более шелковистой, чем хумус, с терпким послевкусием кунжутной пасты и гранатовых зерен, которые лопались на языке, взрываясь кисло-сладким соком.

Я ела медленно, смакуя каждый кусочек, чувствуя на себе его пристальный, обволакивающий взгляд Гаффара. Он не торопил, давая мне насладиться моментом.

– А это, – сказал он, указывая на маленькие, похожие на пельмени сверточки в бульоне, —шишбарак . Их лепят вручную, с любовью. Внутри – пряный фарш, а соус – из нежного йогурта с мятой.

Я попробовала. Горячий, солоноватый йогурт обволакивал язык, а затем – взрыв вкуса от сочной мясной начинки с ароматом кинзы. Это было так по-домашнему и одновременно так изысканно.

– Наконец-то ты угостил меня чем-то стоящим. Я боялась, мне до конца жизни придется есть сладости и фрукты, – хихикнула я.

– Наконец-то ты улыбаешься, – парировал Гаффар. – Вот это действительно праздник. Точно! – он хлопнул себя ладонью по лбу. – Надо устроить праздник в твою честь! Мои люди давненько не веселились!

– Это ни к чему!

– Праздник – это лишний повод для улыбки. А веселое настроение – залог счастливой жизни. Ты же помнишь, что я говорил про свой народ?

– Да. Ты сделаешь все, чтобы сделать его счастливым.

– И тебя тоже, Вивьен. Я всегда держу свои слова.

– Хорошо. Пусть будет праздник. Только, давай завтра. Я очень устала за день.

– А как же верблюды?

– Подождут, – я зевнула и откинулась на подушки.

– Могу сделать тебе расслабляющий массаж, – замурлыкал Гаффар.

– Массаж? Сам? Или щелкнешь пальцами, и незримые руки сделают это за тебя? – сонным голосом спросила я.

– Обижаешь, Вивьен, – сердито пробубнил джинн. – Самое приятное я оставляю только себе.

Я улыбнулась и положила голову Гаффару на плечо.

Джинн ласково погладил мои волосы, и я окончательно расслабилась. Ощущение уюта и покоя согрели настолько, что я расслабленно закрыла глаза и через минуту провалилась в сладкий сон.

Глава 15

Глава 15

Солнце лилось в окна и било по векам. Мне пришлось открыть глаза и прищурится. Сон еще не отпускал мое сознание, но быстро испарился, едва только я увидела Гаффара, который уже, будучи бодрым и одетым, смотрел на меня, тараща глаза.

– Ты вообще спишь? – пробубнила я, потягиваясь.

– Мне это не требуется, но, да, я спал. Чуть-чуть.

Я нахмурилась.

– И ты уже принял душ?

– Мне это не требуется. Я всегда чист и свеж.

– Нет, так не пойдет! Ты хочешь, чтобы мы жили вместе, но при этом все решаешь по щелчку пальцев!? Ты даже не знаешь, что такое совместная жизнь!

– Во-первых, доброе утро, красавица, – примирительно произнес Гаффар, – а во-вторых, что ты имеешь ввиду, говоря, что я не знаю про понятие «совместная жизнь»?

– Доброе утро!

Я задумалась: «Как объяснить джинну, что такое «бытовые хлопоты?»

– Совместная жизнь состоит из разных моментов, и я не хочу их пропускать, понимаешь? Например, вместе принять душ, или пойти по магазинам, споря о мелочах, а быть может вместе приготовить ужин, помогая друг другу. Вместе решать совместные задачи по дому или поить другого человека лекарством, когда тот заболеет. Да мало ли, что еще!

Гаффар почесал подбородок.

– Я понял тебя. Но не лучше ли потратить это время на что—то другое?

– На что?

– Я покровительствую своим людям и стараюсь разрешать семейные споры. Так вот, я заметил, что семейные скандалы как раз и получаются из-за этих самых бытовых вопросов! Не лучше ли избежать подобного? Мы будем больше гулять, развлекаться, радоваться жизни! Если я могу решить неприятные моменты по щелчку пальца, почему я не могу облегчить нам жизнь? Что в этом плохого?

Я не нашлась с ответом. Его слова звучали вполне логично. Но это все равно было как-то неправильно. Не по-человечески. Я вздохнула. Нам с джинном никогда не прийти к компромиссу, ведь мы такие разные! Он – мифическое существо, о существовании которого до недавних дней я даже не догадывалась!

– Хотя, одна твоя мысль звучит очень соблазнительно, – лукаво улыбнулся Гаффар.

– Какая же?

– Вместе принять душ! Пойдем!

Гаффар отвел меня в свою ванную и, поставив лицом к зеркалу, стал мне за спину. Его руки не спеша развязали поясок моего сарафана (в котором я вчера уснула), в то время как его глаза ни на мгновение не оставляли моих глаз. Он наблюдал за мной и моей реакцией на то, что он делал со мной.

Мои инстинкты должны были кричать держаться подальше от этого существа с неспокойной душой. Но, черт возьми, я не могла!

Напротив, меня тянуло к нему. Все мои мысли, каждая клеточка моего тела стремилась к нему в низменном желании ощутить его ласку, удостоиться его внимания.

Было ли это нормально? Нет! Я знала, что то, что происходит далеко от нормального или понятного. То, что вызывал во мне Гаффар, пугало. Я все еще никак не могла полностью отбросить мысль о том, что он использует магию, чтобы привязать меня. Иначе, почему мое сопротивление так слабеет под натиском его близости?

В этом не было логики. Но собственные чувства давно шли вразрез со здравым смыслом.

Шелк легко скользнул по телу, и сарафан упал на пол, к моим ногам.

– Вивьен, ты иногда слишком много думаешь. В этом твоя проблема. Прими, как данность, что мы просто очень подходим друг другу, вопреки тому, что мы из разных миров.

Наша встреча – неизбежность, против которой я боялась не выстоять.

Со мной на руках Гаффар вошел в душевую кабину, включив воду, и сильный поток брызг обрушился на нас. Поставив меня на пол, он взял бутылочку с гелем и, выдавив себе на ладонь, принялся осторожными, нежными движениями растирать по моей коже.

Ох, противоречивый, странный, сбивающий с толку джинн. Что я была против него? Когда ни собственное тело, ни разум не желали слушаться, стоило ему проявить немного тепла и милости.

Гаффар массировал мою кожу, и я чуть не замурлыкала, как котенок.

– Зачем тебе душ, если ты им не пользуешься?

– Дворец был спроектировал для человека. Я ждал того, кто разделит со мной вечность.

– Оу!

– Хоть ты и похожа на верблюжью колючку, но для меня ты – королева пустыни. Я люблю тебя, Вивьен!

Гаффар притянул меня к себе, зaкидывaя мои руки себе нa шею. Зaтем он подхвaтил под ягодицы, a я обвилa его тaлию ногaми, позволяя поддерживaть меня.

– Не стрaшно? – тихо спросил он, глядя мне прямо в глaзa.

– Вроде нет…

– У тебя сердце тaк громко бьется.

А кaк еще оно должно биться, когдa руки Гаффара лежaт нa моих бедрaх и держaт тaк крепко? Я только и думaлa о его пaльцaх и губaх, что были тaк близко. Нaклонилaсь к нему и поцеловaлa, прижимaясь сильнее и норовя уронить нaс обоих. Кaжется, желaние быть к нему ближе перекрывaло всякий стрaх.

Гаффар сегодня был на редкость отзывчивым и подaтливым. Я была инициатором того, как двигались наши губы и сплетались наши языки, он подхватывал все мои движения и следовал за мной, как спутник за своей планетой.

– Ах! – я вцепилaсь в него ногтями, вырвaв сдaвленный стон. – Прости.

– Не извиняйся, – прохрипел Гаффар и сновa прижaл к себе. – Мне понрaвилось. Мне нравится все, что ты делаешь.

Теперь он меня целовaл, нaпористо, не дaвaя дaже вздохнуть. Сопротивление нa минимум, ток нa мaксимум. Короткое зaмыкaние. Нaши мокрые телa терлись друг о другa, вызывaя всё большее нaпряжение.

Гаффар наклонил голову и впился зубaми в мой сосок, a зaтем провел языком по кругу, вызывaя ворох мурaшек по спине от удовольствия. Стон сорвaлся с моих губ, когдa он уперся членом мне промеж ног.

– Кaк же я тебя хочу, – прорычaл Гаффар, целуя меня в шею.

Кaждое его прикосновение обжигaло кожу сильнее солнечных лучей.

– Ты была права, свет моих очей. Принимать душ вместе действительно очень приятно.

Гаффар толкнулся в мое тело нежно и чувственно. Я ощущала каждый миллиметр, и это было так остро, так глубоко, что мне хотелось заплакать. Эта была наша третья близость, но я никак не могла привыкнуть к тому, что она вызывала во мне такой сильный отклик.

Меня колотило и трясло. Если бы Гаффар не удерживал меня силой своих мышц, я бы точно упала на пол душевой кабины. Но в его руках я могла позволить себе быть слабой и хрупкой. Я могла просто чувствовать.

Гаффар уткнулся мне в шею, его горячее дыхание обжигало мою кожу. Я еще сильнее прижалась к нему, чтобы ничто на свете не помешало нашей близости. Я хотела слиться с ним воедино, прилипнуть к нему навечно…

Движения его бедер стали жестче. Его орган попадал в одну точку, бил по ней размеренными ударами, каждый из которых приближал меня к падению в бездну. Я не знала, в какую секунду я полечу вниз, поэтому все сильнее сжимала плечи Гаффара дрожащими от напряжения пальцами. И вот, долгожданный момент. Мое тело испытывает блаженство и падает в нирвану. Это то, чего я так ждала. Теперь, я уже точно не могу сдержать непрошенных слез, и они рвутся наружу, смешиваясь с потоками воды.