Текст книги "Игрушка для босса: моя по контракту (СИ)"

Автор книги: Аня Истомина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

33. Доверие

Мы несколько секунд сверлили друг друга взглядами.

– На, пей сразу две таблетки, – Александр Анатольевич поставил на кровать два пакета и протянул Марату упаковку лекарств. – И жди приступ со дня на день. Безрассудный идиот.

– Это моя вина, – вступилась я за Марата, с испугом глядя на лекарство в его руках, хоть и не понимала, о чем речь.

Александр Анатольевич уже шел к выходу, но остановился и обернулся, смерив меня не очень доброжелательным взглядом.

– Не берите на себя больше, чем следует. Есть риск не выдержать бремя ответственности. Зачем вам нужны душевные терзания в случае чего?.. Жду внизу.

– Марат, – чувствуя, как садится голос, посмотрела я на то, как непринужденно он скидывает халат и достает из пакета одежду. – Что с вами?

– Не бери в голову слова Александра Анатольевича. – бросил он через плечо. – Он слишком импульсивный.

Я замялась, обнимая себя за плечи.

Нет, я чувствовала, что доктор был искренен. И искренне переживал, поэтому был груб. Это не он слишком импульсивный, похоже, это Марат через чур спокойный.

Закусив губу, я сделала несколько несмелых шагов и, когда он распрямился, натянув брюки, крепко обняла его со спины.

Марат напрягся, но спустя несколько секунд его руки все же легли на мои.

Почувствовав себя увереннее, я потерлась носом ему между лопаток и, с удовольствием наблюдая мурашки, прижалась к ним щекой, а потом начала покрывать нежными поцелуями.

– Это непривычно, – хмыкнул Марат довольно.

– Что? – шепнула я, не отрываясь.

– Доверять женщине спину.

– Почему? – я отстранилась и он развернулся лицом ко мне, пристально глядя в глаза.

– Обязательно найдутся желающие воткнуть в нее нож… А из-за тебя… я поеду на работу со стояком. Одевайся.

Я усмехнулась. Неожиданно про “стояк” из-за лёгкого поцелуя. И так же неожиданно про доверие. Ему тоже трудно?

В пакетах лежала и новая одежда, и наши телефоны.

– Можно вопрос? – не утерпела я, надевая туфли на низком каблуке. Платье сидело так, будто я сама лично выбирала его в магазине.

– Ты долго держалась, – улыбнулся Марат, прищурившись.

– Александр Анатольевич – ваш отец?

– Нет. Мой отец давно умер. Это его лучший друг. Ну, и мой теперь. По наследству. Готова? У нас сегодня много дел.

– Каких? – я быстро заплетала волосы в небрежную косу.

– Сначала ты пройдешь медкомиссию. Это не долго. Потом разберемся с твоими разработками. Я помогу, как и обещал. Потом ты выполнишь свое обещание.

– Какое? – нахмурилась я, но потом вздернула брови и улыбнулась. – Подам на развод?

– Именно… Или не уверена?

– Уверена. Жаль, что не разводят одним днём. Я бы с удовольствием ускорила этот процесс.

– Есть вариант… Но для этого тебе придется лично обратиться к одному человеку. Я предупрежу ее, если хочешь.

– Хочу. И буду с нетерпением ждать.

– Я постараюсь не томить тебя долго.

– Спасибо вам, Марат.

– Ты можешь наедине не “выкать”? – Марат поморщился, пропуская меня в лифт.

– Могу. – я дождалась, когда кабина придет в движение и, привстав на цыпочки, аккуратно коснулась губами колючей щеки. – Спасибо тебе.

Марат улыбнулся, глядя на меня из-под ресниц и склонился чуть ниже.

Будто ждал продолжения.

Я несмело обняла его за шею и коснулась губ, которые послушно приоткрылись, давая мне карт-бланш.

Я прильнула к ним, чувствуя острую потребность касаться Марата.

– Извини, – отступила, когда двери лифта открылись. – Это… эмоции.

– Мне понравилось. – ровно ответил Марат, но в глазах его был задорный блеск. – Я не буду против, если ты будешь зажимать меня где-нибудь в темных уголках “НАНОкосмоса”.

Александр Анатольевич ждал нас в машине. Марат сел спереди, я устроилась за ним, на втором ряду сидений, и смущённо смотрела в окно.

Мужчины изредка перебрасывались фразами.

Я старалась не прислушиваться, пока вдруг слух не зацепился за волнующую тему.

– Тебе надо лечь под наблюдение. Может начаться приступ и, судя по динамике, он будет сильнее предыдущего. – буднично сообщил доктор.

– Давай позже это обсудим, – ровно ответил Марат.

– Да куда уж позже?

– Наедине, – повысил он голос.

Александр Анатольевич посмотрел на меня в зеркало заднего вида и подмигнул.

– Марта же твоя… помощница. Она просто обязана знать.

– Александр Анатольевич! – рыкнул Марат так, что я сжалась.

– Гематома. В мозге. Ее нужно удалять и коагулировать сосуды ее питающие. А ваш начальник не ложится на операцию. – не отреагировав на рык, снова посмотрел на меня доктор.

– Я готов лечь, но на своих условиях, я же говорил. – недовольно буркнул Марат сквозь зубы.

– Ещё и условия ставит. – пожаловался мужчина вдогонку. – А гематома давит на нервы и вызывает жуткие болезненные приступы, похожие на эпилепсию… Не боишься, что это произойдет наедине с Мартой и она, как минимум, испугается? Ни о ком не думаешь.

– Дай мне несколько дней доделать дела. Потом лягу на обследование и все решим. – помедлив, отозвался Марат и мужчины замолчали.

– Александр Анатольевич, – несмело позвала я и дождалась, когда мужчина посмотрит на меня в зеркало. – Я волнуюсь за зрение. Вы же в курсе, что произошло? Можно будет проверить? Сегодня.

Я увидела, что брови мужчины немного дернулись. Прищурившись, он кивнул.

– После медкомиссии ко мне заедешь.

Возле здания ведомственной больницы меня ждал Егор.

Передав меня ему в руки, мужчины уехали, а мы пошли проходить врачей.

– Вы вчера так внезапно слиняли, что мы даже не сразу вас хватились, – усмехнулся он.

– Марат украл меня покурить, пока ты ушел, – я постаралась сделать максимально расслабленный вид. – Мы долго разговаривали, а потом он поделился, что не очень любит шумные мероприятия. Конечно, я предложила уехать. Было бы некрасиво заявиться в его квартиру под утро.

– Да забей, я без укора. Марат умеет красиво испаряться с корпоративов.

Я незаметно облегчённо выдохнула. Врать Егору было неприятно, но я понимала, что эта не та ситуация, которую нужно с кем-то обсуждать.

Врачей я, действительно, прошла быстро. Офтальмолог осмотрел мои глаза и сказал, что со зрением все хорошо. Задержалась я лишь в кабинете гинеколога.

34. Манипуляция

Женщина показалась мне очень мягкой и приветливой.

Она взяла анализы, тщательно осмотрела меня.

– Месячные вот-вот наступят, – констатировала, снимая перчатки.

– Скажите, пожалуйста, – вздохнула я, смущённо пряча взгляд. – А если был незащищённый половой акт сегодня, то… большая ли вероятность забеременеть? Думаю, пить таблетки или не стоит?

– Цикл регулярный?

– Да, все, как по часам. Двадцать восемь дней, плюс-минус день. Овуляция в середине. Ну, судя по ощущениям.

– При таких данных риск беременности менее пяти процентов, – посмотрела на меня женщина, улыбнувшись. – Вред от таблеток потенциально больше. Однако, если беременность нежеланная, я бы рекомендовала вам сделать УЗИ и посмотреть точнее… У меня есть свободное окно послезавтра утром. Если что-то не так, успеете выпить контрацепцию. Думаю, в вашем случае – это лучший вариант.

Пусть и не до конца, но все же вздохнув с облегчением, я вышла из кабинета и подошла к скучающему в сторонке Егору.

– На работу? – подмигнул парень.

– Нет. Ещё в одно место. Потом на работу.

Я постучала в дверь и зашла, услышав громкое “да”.

Увидев меня, Александр Анатольевич встал из-за стола и кивнул мне на кабинет диагностики.

– Подождите, – остановила я его. – Я пришла поговорить о Марате. Думаю, мне нужно знать больше, чем вы успели рассказать.

Александр Анатольевич помолчал и снова кивнул мне на кабинет диагностики.

Чувствуя раздражение, я все же прошла и села в кресло. Мужчина сел рядом и начал осматривать меня.

– Как начинается приступ? – не выдержала я. – Что я могу сделать, если он начнется? Как часто они бывают?.. Почему Марат отказывается от операции?

– Посмотри влево, – коротко отозвался Александр Анатольевич, игнорируя мои вопросы. – Теперь надевай маску, посмотрим сосуды.

Я тяжело вздохнула и надела уже знакомый прибор.

После осмотра мы вышли обратно в кабинет.

– С глазами все отлично. Ваш заплыв никак не сказался на заживлении. Повторный осмотр через полгода. – Я молча смотрела на то, как мужчина садится за стол. – Все. Можете идти.

Я зажмурилась и сжала кулаки. Хотелось заплакать.

– Вы тоже меня бесите, доктор, – выдохнула я, впиваясь глазами в потолок.

– Что? – услышав удивленный смешок, я перевела на него взгляд.

– Вы слышали. Я думала, что могу чем-то помочь. Зачем было заводить разговор, если я в ваших глазах абсолютно бесполезное существо?

– Этот разговор был не для вас, – усмехнулся мужчина. – Это была манипуляция для Марата.

– Ну, в таком случае, если что-то случится при мне, а я не смогу оказать помощь, то виноваты будете вы. Всего хорошего! – рыкнула я, разворачиваясь к двери.

– Сядь! – я вздрогнула от громкого хлопка ладони по столу и обернулась.

Заткнув бунтующую гордость, вернулась и села в кресло.

– Приступ начинается внезапно. Обычно его провоцирует стресс. Организм может выстоять перед какой-то реально стрессовой ситуацией, а потом среагировать на… раздражение из-за невкусного кофе, например. Но перед этим всегда происходит что-то более серьезное. В данный момент – твое падение в воду, переохлаждение.

Я закусила губу. Я даже не знаю, как бы поступила на яхте, если бы знала заранее о возможных последствиях.

– Приступ начинается с резкой головной боли. Она настолько сильная, что человек не может себя контролировать. Бьётся в агонии. Нужно как можно быстрее сделать обезболивающие уколы. Они у Марата всегда в зоне доступа. Стол, бардачок. Но вы не сможете. Я несколько раз отлетал от взмахов ног и рук. Удержать в одиночку – нереально. Ещё же нужно контролировать, чтобы не разбил голову.

Александр Анатольевич встал и отошел к окну.

– И Марат это прекрасно понимает. Знает, что может навредить вам во время приступа, если вы броситесь на помощь. Поэтому, моя болтовня в машине – это реально попытка вразумить его, а не издевательство над вами. Человеку нужно просто лечь на операцию и довериться профессионалам. Приступы становятся сильнее, обезболивающего требуется больше. А это, знаете ли, не витамины. Остановка сердца и угнетение дыхания – реальные риски в данном случае.

– А почему же он не ложится на операцию? Боится умереть?

– Боится, да. Но не смерти. Боится остаться овощем. Всё-таки вмешательство в мозг.

– То есть, гарантии, что он придет в себя, нет?

– Гематома находится в очень неудачном месте. Лазер – самая щадящая операция, но даже в этом случае… увы, нет. Гарантии нет. И Марат это понимает.

Я почувствовала, что грудь сжимает стальным обручем и я не могу сделать вдох.

– Марта, вам плохо? – раздалось будто сквозь вату и все поплыло перед глазами.

Я очнулась от резких хлопков по щекам и поморщилась, пытаясь увернуться.

– Наконец-то! – выдохнул Александр Анатольевич. – Нельзя быть такой чувствительной!

– Извините, – я присела на кушетке, испытывая жуткую слабость. – Я, наверное, пойду.

Будто в трансе, я шла по коридору клиники. Щемило в груди от сдерживаемых эмоций.

Человек, который помог мне изменить и переосмыслить жизнь, сам нуждался в помощи и находился в такой ситуации, от которой мне хотелось выть. А уж ему… страшно представить.

Что будет, если приступ повторится, а он так и не ляжет в больницу? Какую жуткую боль он испытывает, что не может контролировать свое состояние?

Чем можно помочь?

– Ты чего такая бледная? – Егор открыл дверь и подозрительно разглядывал меня.

– Все нормально, – вздохнула я. – Надо кофе выпить, давление низкое. Голова кружится.

В “НАНОкосмос” я заходила более-менее успокоившись.

Поднявшись на нужный этаж, зашла в приемную, поздоровалась с секретаршей. Подошла к зеркалу и немного поправила чуть растрепавшиеся волосы. С чувством дежавю постучала в двери и толкнула тяжёлое полотно.

Марат сидел за столом и курил, изучая бумаги. Он оторвал от них взгляд и отложил в сторону.

– Графин с водой я предусмотрительно убрал, – очаровательно улыбнулся Марат, вставая с кресла и пряча руки в карманы брюк.

– Ну, сейчас же вы не делаете ничего предосудительного, – улыбнулась я ему в ответ, на что была страстно прижата к крепкому телу, а потом быстро развернута и прижата грудью к столешнице.

– Я мечтал об этом с нашего знакомства, – склонившись, шепнул Марат мне на ухо и его рука плавно заскользила по бедру. – Надеюсь, ты не воспримешь это как оскорбление в этот раз?

Я лишь слабо застонала, когда его пальцы добрались до вмиг увлажнившихся складочек.

35. Страшный сон

Кажется, одна и та же ситуация, а какие разные эмоции! Я тихо мычала Марату в ладонь, жмурясь и извиваясь от острых ощущений, пока он ласкал мое лоно. Его искусные пальцы творили что-то невероятное, то приближая меня к яркой кульминации, то заставляя хныкать от ускользающей разрядки.

Когда я зажмурилась, прогибаясь в пояснице, и меня накрыло волнами удовольствия, Марат подхватил меня под грудь и тут же прижал к себе, убирая ладонь от губ.

Я прижалась к нему и хрипло дышала, стараясь быстрее вернуться в реальность. Меня терзал страх за здоровье Марата и я не смогла в полной мере насладиться таким острым и сладким моментом.

– Можно вопрос? – немного придя в себя, я развернулась и присела на край стола. – По поводу слов Александра Анатольевича.

Марат вздохнул и, сложив руки на груди, выжидательно посмотрел на меня.

– Я могу чем-то помочь? Я понимаю, что у меня первый рабочий день. Но я быстро учусь. Давай я заберу часть твоих дел, а ты займешься здоровьем?

Марат вздернул брови и помолчал.

– Пожалуйста, Марат. Я понимаю, что не имею права лезть, но… я волнуюсь. – добавила тише, опуская глаза.

– А потянешь? – услышав усмешку, я подняла на него взгляд и кивнула. – Работы много, Марта.

– Я потяну. Обещаю.

– Ну, хорошо. – Марат заправил мне за ухо выбившуюся прядь. – Сейчас сходим пообедаем и потом начнем.

Мы не выходили из кабинета до поздней ночи. Я изучала ту документацию, что давал мне Марат. Уточняла непонятные моменты, он тут же объяснял. Я что-то запоминала, что-то записывала, чтобы не забыть.

Сидя за одним столом, мы работали рука об руку.

Как он и сказал раньше, часть работы мне была знакома, часть в новинку. Ту часть, в которой я разбиралась лучше, мы отработали быстро.

Я зевнула и поднялась, чтобы сварить очередную порцию кофе.

– Хватит на сегодня, – Марат поймал меня за руку, устало потирая переносицу. – Мы и так не спали, считай. Поехали отдыхать.

Я почувствовала, как устала, только когда расслабленно откинулась в кресле его машины.

– Устала? – будто прочитав мои мысли, уточнил Марат мягко.

– Нет, – соврала я с честными глазами. Ещё не хватало, чтобы он решил сбавить темп работы и снова начал тянуть с лечением.

Я боролась со сном всю дорогу. Наверное, Марат тоже, потому что когда мы поднимались в лифте, он приобнял меня и вздохнул.

– Ты не против, если мы сегодня просто ляжем спать?

– Конечно, – шепнула я, мысленно радуясь, потому что тоже валилась с ног.

Однако, когда дверь открылась, нас ждал небольшой сюрприз.

В квартире был включен свет и работал телевизор.

Марат нахмурился и не разуваясь прошел в гостиную.

– Привет, – послышался мягкий женский голос и меня будто обдало кипятком с головы до ног.

Я замерла на пороге, не в силах вдохнуть и пошевелиться.

– Привет, – я услышала в голосе Марата напряжение. – Неожиданно.

– Извини. Ты же понимаешь, что по-другому было невозможно? Нам нужно с тобой поговорить.

Я слушала их разговор и чувствовала себя мерзко. Отвратительно.

Закусив губу, тихо попятилась назад, прикрывая дверь как можно аккуратнее.

Выдохнула, только когда отпустила ручку, тут же бегом бросилась в лифт.

Нервно поглядывая на электронное табло, чувствовала, как горло сдавливает стальной обруч.

Он все же добился желаемого. Любой ценой, как и следовало ожидать. И плевать, что я теперь растоптана и унижена. Быть в роли любовницы – мой страшный сон, ставший явью.

Хотелось бы поверить, что я ошибаюсь в Марате, но интуиция подсказывала, что нет.

Слишком хорош, чтобы быть одиноким.

Слишком упрям, чтобы отказаться от идеи заполучить желанную игрушку.

Обманул… Да я и сама была рада обмануться и поверить ему.

Уникальная дура!

Решила, что могу покорить сердце человека из совершенно другого, богатого мира. Представляю, как смешно выглядела!

Самое страшное, что теперь я обязана с ним работать, несмотря ни на что. Смотреть на него каждый день. Общаться, делая вид, что все хорошо.

Умирать целый год.

Телефон начал звонить тогда, когда я уже выскочила за территорию жилого комплекса.

Отключив мелодию, я ушла в сторону от освещённого тротуара, присела на корточки, прячась на всякий случай за кустом, и вонзилась глазами в темное звёздное небо.

Ну почему я? Почему именно мне досталась такая жизнь?

Я же никогда никому не делала плохо!

Телефон снова начал звонить.

Вздохнув, я сбросила вызов.

Тут же начала мучаться совестью, ведь Марату нельзя нервничать. Почему меня это заботит, несмотря ни на что?

“Не могу ответить. Не переживайте, со мной все в порядке. Завтра к девяти буду на рабочем месте.”

Набрала сообщение, отправила и усмехнулась.

Ты просто хорошая девочка, Марта. Тебя ещё портить и портить.

Дыхание перехватило от рвущихся наружу слез. Хотелось зарыдать в голос, но не получалось, и я лишь тихо заскулила, выдавливая скупые горячие капли.

“Где ты? Нам нужно поговорить.” – высветилось ответное сообщение на экране.

“Извините, телефон садится. До завтра.” – отправила смс.

Только выключила экран, тут же пришло новое от Марата.

“Ты слишком поспешно делаешь выводы, Марта. Скажи, где ты, и я приеду.”

Немного сомневаясь, все же отключила телефон.

Я не готова слушать очередную ложь.

Это слишком больно.

Душа будто разрывается на части, ранит осколками внутренности.

Меня выворачивает, выкручивает изнутри. Эта боль ощутима физически.

Хочется исчезнуть и просто ничего не чувствовать.

Я брела, как бездомная собака, по ночному шоссе. Остановилась на мосту через реку. Недавнее падение с яхты усилило страх перед водной стихией, но я все же встала на мысочки и выглянула за перила.

С высоты вода казалась абсолютно черной и гладкой. Лишь свет луны оставлял рябые блики на поверхности.

Если бы я не была такой трусихой, то могла бы оборвать все свои злоключения в считанные секунды. Я же уже тонула. Это страшно, но быстро.

Горло снова сжало от того ужаса, что я испытала, когда делала свой последний вдох. Почувствовав, как кружится голова, я резко отстранилась и присела, держась за прутья.

Господи, какие страшные мысли лезут в голову в моменты отчаяния!

Отдышавшись, я встала и побрела дальше. Второй час ночи. Мне некуда идти. Конечно, подруга придет на помощь в любое время, когда бы я ни заявилась, но мне не хочется ее тревожить.

Хоть просись на ночёвку к Толику.

36. Личные дела

Утро началось тяжело. Глаза отказывались открываться, потому что я всю ночь не могла их сомкнуть.

Чувствовала себя, как разбитое корыто, выглядела немногим лучше.

Мне повезло наткнуться ночью на гуляющую парочку и попросить их посмотреть адрес ближайшего отеля или хостела. Заплатив приличную сумму за самый простой номер, я порадовалась тому, что сегодня у меня есть крыша над головой. А вот до вечера нужно будет кровь из носу придумать варианты с жилищем.

Чувствуя себя бытовым инвалидом, неспособным самостоятельно решить проблемы, все же решила, что вечером напишу Катюше и попрошу в долг на съем комнаты. Если у нее не найдется такой суммы, придется все же, как бы не хотелось, просить Гришу о помощи.

Приняв душ и выпив чашечку кофе в холле гостиницы, я вызвала такси и поехала на работу.

Когда машина подъехала ко входу в “НАНОкосмос”, я почувствовала, что ноги отнимаются от волнения, ведь на высоком крыльце стояли Марат и Гриша, о чем-то беседуя.

До начала работы было ещё полчаса и я надеялась, что проскочу в кабинет никем не замеченная.

Пока Марат не видел, я разглядывала его сквозь тонированное стекло автомобиля с замиранием сердца. Он как всегда выглядел с иголочки, но взгляд мне показался уставшим.

Собравшись с духом, я вышла из машины и как можно увереннее пошла в их сторону.

Ноги настолько не слушались, что преследовало ощущение, будто я вот-вот споткнусь и упаду.

– Доброе утро, Марта, – сдержанно произнес Марат и я оторвала взгляд от ступенек.

Несмотря на ровный голос, было видно, что он напряжен. Марат просто сверлил меня взглядом. Сканировал.

Гриша тоже улыбнулся, раскрывая объятия, но и в его глазах я увидела тревогу. Конечно, он же знает, что я сейчас живу у Марата, а тут вдруг приехала отдельно.

– Всем доброго утра, – я коротко обняла друга и как можно быстрее проскользнула мимо, не в силах выдержать столько немых вопросов.

Быстрым шагом прошла холл, остановилась в ожидании лифта. Он как назло ехал откуда-то сверху. Я нервно сжала сумку. Хотелось успеть хотя бы немного отсрочить тот момент, когда мы столкнемся с Маратом наедине.

Когда двери открылись, то в отражении зеркальной стены я увидела, что Марат уже рядом и зашел следом за мной.

Вздохнув, обернулась, не поднимая глаз, предпочитая разглядывать железный пол.

Марат не проронил ни слова. Мы поднялись в абсолютной тишине и из-за этого подъем показался мне бесконечным.

Когда двери открылись, Марат вышел первым, а я покорно проследовала за ним.

Мы прошли еще пока пустую приемную. Марат толкнул дверь кабинета, на ходу прикурил сигарету и, забрав со стола пепельницу, отошел к окну и задумчиво уставился вдаль.

Я старалась не шуметь. Поставила в кофемашину две чашки, потом подключила телефон на зарядку, тихонько села за стол, отодвигаясь немного дальше, чем вчера. Теперь мне хотелось с ним контактировать по минимуму, потому что больно. Я очень надеялась, что Марат все поймет и не будет со мной разговаривать на тему вчерашнего.

– Какие планы на сегодня, Марта? – Марат потушил сигарету и подошел к столу.

Тон деловой, голос ровный, но меня все равно прошибло мурашками от его вопроса.

– Помогать… вам. В обеденный перерыв отлучусь по личному вопросу. – перечисляла, медитируя на пепельницу, но, почувствовав на себе взгляд, поняла, что голос предательски дрожит. – После работы встречаюсь с подругой.

Про вечер соврала, конечно же, просто пытаясь оградиться от любого общения.

– Ммм, – Марат подошел к кофемашине, взял кружки и поставил одну передо мной. – А в вашем плотном графике найдется место для разговора со мной?

– А давайте… оставим всё как есть? – я вздохнула и перевела взгляд в окно, потому что Марат сел напротив. – Мы же взрослые люди. Можем и без лишних разговоров сделать выводы и просто… просто работать.

В горле пересохло от волнения, хотя я старалась выглядеть непринужденно. Дрожащими руками я обхватила чашку и сделала глоток горячего напитка, обожглась и поморщилась.

– Какие выводы, Марта? Мне очень интересно послушать ваши варианты. – Марат снова потянулся за сигаретой, прикурил и толкнул мне пачку.

– Например, что… если у человека есть доступ в квартиру, то этот человек – не чужой.

– Так себе вывод. У вас был доступ к моей квартире, хотя мы видели друг друга всего пару раз.

– А это, видимо, потому, что у вас был незакрытый гештальт по поводу стола, – ответила я ему без тени юмора, но услышала, что Марат усмеханулся.

Отодвинув его сигареты, я достала из сумки пачку тонких и встала с кресла.

– Извините, пока есть время, схожу, подышу воздухом.

– То есть, контраргументы вам послушать не интересно?

– Не думаю, что в этом есть смысл. Мы – априори разные. По природе. По статусу. По взглядам. Я пойду?

Наконец, я подняла на Марата глаза. Старалась быть спокойной, но внутри все бурлило от обиды и напряжения. Марат задумчиво посмотрел на меня..

– Идите, – наконец, кивнул он. И, пока я шла в сторону двери, добавил – Странно, я думал, по взглядам мы очень близки.

Я стояла на крыльце и курила уже вторую сигарету. Возвращаться совсем не хотелось, потому что это тяжело, отвечать вот так сдержанно и отстраненно, когда ещё вчера ты верила в сказку и жизнь играла яркими красками.

Потому что человеческий мозг так устроен, что он не любит, когда плохо. Ему нравятся положительные эмоции. И обмануться в данной ситуации и поверить в красивые слова, кажется ему не такой уж плохой затеей.

Собравшись с духом, я набрала женщине, которую мне посоветовал Марат, чтобы ускорить процедуру развода. Мы обсуждали нюансы пару минут и в конце разговора я поняла, что быстро развестись без согласия Толика у меня не получится. Придется все же встретиться с ним еще раз и поговорить.

– Какие люди, – когда-то любимый голос был пропитан желчью.

– Привет, Толя. – вздохнула я, стараясь унять дрожь в коленях. Последняя его выходка не прошла бесследно. Мне было не по себе. – Нам нужно встретиться и поговорить.

– Если ты хочешь вернуться, то катись туда, где шлялась все это время! – грубо отозвался он, явно давая понять, что разговаривать будет только на своих условиях.

– Нет, я не буду проситься обратно. Нам нужно поговорить о кое-чем другом. И, поверь, это в твоих интересах. – собрав все мужество, твердо бросила я. – Если ты выходной, я заеду ближе к часу.

Меньше всего мне хотелось сейчас видеть мужа, но и быть его женой мне казалось уже совершенно невыносимым. Слишком много оков для меня одной.

Когда я вернулась в кабинет, Марат был уже поглощен бумагами. Я просто молча присоединилась к нему и мы продолжили работать, как и вчера, – профессионально и без лишних эмоций.

.

– Пообедаете со мной? – уточнил он, откладывая документы.

Я посмотрела на часы и удивленно вскинула брови. Время до обеда пролетело молниеносно.

– Извините, у меня есть личные дела, – холодно бросила я ему в ответ и встала из-за стола.

– Егор отвезет вас, куда нужно, – начал было Марат, но я отрицательно помахала рукой, встала и быстро вышла из помещения.

Не хочу больше его защиты. Хочу сама.Слишком дорогая оказалась цена за несколько дней слабости.

Такси подъехало к когда-то любимому зеленому двору, где вовсю цвела вишня и кружило голову от сладкого аромата черемухи. Поднявшись на нужный этаж, я решительно позвонила в дверь и сжала кулаки, чтобы унять волнение.

Все вокруг такое знакомое и такое чужое одновременно, что даже не верится.

Когда дверь наконец открылась, на пороге стояла та самая молодая женщина, которую я застала в своей кровати после собеседования.

Она молча и выжидательно смотрела на меня. Не было уже того робкого испуганного взгляда, что я наблюдала при нашей первой встрече. Теперь она выглядела как полноправная хозяйка.

– Здравствуйте, – усмехнулась я своим мыслям. – Мне нужно увидеть Анатолия.

– Тоооль, – позвала она, закатив глаза и захлопнув перед моим носом дверь.

Еще с минуту спустя, выглянул муж и вышел ко мне в подъезд.

Совсем чужой. Будто нас не связывало пять лет брака.

– Что, даже кофе не позовешь выпить? – не удержавшись, все же съязвила я.

– Че хотела? – раздраженно бросил Толик, при этом с интересом разглядывая меня.

– Собирайся, Толь, поехали разводиться. Мне обещали все сделать быстро, нужно лишь присутствие обоих супругов.

– Пф! Дел у меня других нет! Тебе надо, ты и разводись. Через суд спокойно можешь это сделать.

– Мне надо срочно, Толя. Так можно только в том случае, если ты согласен. Давай не будем мотать друг другу нервы и сделаем все по-человечески.

– Тебе надо, ты и разводись. – делая паузы, снова отчеканил со сталью в голосе Анатолий и развернулся к двери. – Это же в твоих интересах.

– Это и в твоих интересах, Толь! – повысила я голос, сверля взглядом его спину. – Я беременна.