332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Аня Грачева » Люди до (СИ) » Текст книги (страница 9)
Люди до (СИ)
  • Текст добавлен: 7 ноября 2017, 09:30

Текст книги "Люди до (СИ)"


Автор книги: Аня Грачева






сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 12.


Стараюсь не потревожить сон Лёна, он вымотался, таскаясь за мной по библиотеке, а после тащил меня домой.

По обстановке – это его дом и его комната. Очень мало вещей, но если они есть, то они полностью отражают характер хозяина. Вот – лампа на столе, ярко-желтого цвета, а рядом по столу разбросаны бумаги, тетради, книги. А на стуле, висит пара рубашек. В остальном, комната выглядит чистой и уютной. Мне захотелось увидеть комнату Тима, рассмотреть в ней каждую мелочь. Попробовать по его вещам воссоздать его характер и привычки.

А сейчас, я тихонько пробираюсь мимо Лёна, и выхожу из комнаты в поисках уборной. Вокруг тишина и темнота. Еще только начало светать и тени от предметов проявляются на стенах и полу. Мне удается найти ванную комнату без особого труда – это комната, находящаяся рядом с комнатой, в которой я спала. Она достаточно просторна, а еще, я замечаю много баночек и пузырьков с шампунями, мылом, гелем и кремами. Это то, чего мне так долго не хватало.

Выходя из ванной, я натянула на себя полотенце, которое висело на крючке, рядом с входной дверью, потому что моя одежда уже стояла колом от грязи и пыли. Я выстирала ее и теперь ищу место, где бы смогла ее просушить. С моих волос еще капает вода, и если кто захочет меня найти, он обязательно отыщет, по моим мокрым следам на полу.

Кухня, ммм... Есть охота так, что начинает кружиться голова, а желудок сводит спазмами. Я не могу терпеть больше. Кладу мокрую одежду на стул, а сама начинаю открывать шкафчики в поисках чего– то не приготовленного, без лекарств и других добавок.

– Да, у нас много чего есть вкусненького, если ты, конечно, не ищешь клад. Красть у нас точно нечего! – Лён появляется так внезапно, что мое сердце останавливается с испугу, а потом начинает отбивать дробь, когда я узнаю его голос.

Он стоит на пороге кухни, улыбается мне. А вот я, своей бледность, наверное, сильно его испугала.

– Прости, я просто очень голодна, а тебя будить не хотела. – оправдываюсь я.

– Ничего, я тебе даже помогу. Сам не ел с прошлой смены. А ты? – решил спросить он, видимо, чтобы поддержать разговор.

– А я вообще не помню, когда ела в последний раз. – Решила не скрывать я.

– Я мигом.

Лён начинает суетиться на кухне, пока я нахожу место для сушки моей одежды и белья. Когда я вернулась обратно, на столе уже не было свободного места. Такое ощущение, что Лён выложил на него все содержимое кухонных шкафчиков и холодильника. И как теперь объяснить ему, что я хочу, но не могу, есть их пищу? Я присела на стул, заботливо выдвинутый для меня Лёном, и осмотрела каждый продукт, что уместился на столе. Остановила взгляд на яблоке и решила, что это наименее опасный продукт. Не будут же прокалывать каждое яблоко, легче добавить лекарство в готовую пищу. От Лёна не скрылся мой загадочный поиск.

– В чем дело? Ты ешь только растительную пищу в сыром виде? Я где то читал, что раньше это считалось полезным, но уже давно доказан вред употребления только необработанной пищи. Разве ты не согласна с этим?

Я не знала, что ответить и делала вид, что тщательно пережевываю яблоко, хотя мой желудок, от его сока, сводило еще сильнее.

– А она боится, что еда отравлена! Ведь так? – Раздается мужской, командный голос, а я даже перестаю жевать от испуга. Лён же наоборот, глядя на меня, даже не оборачиваясь, начинает смеяться во весь голос.

– Ты бы видела свое лицо сейчас! – Сквозь смех говорит Лён и снова продолжает смеяться.

Я же, смотрю на мужчину в дверях. Он очень высокого роста и похож на Лёна, только намного старше и его волосы окутаны сединой, но сквозь еще черную бороду проглядывает та же, что у Лёна обворожительная улыбка. Это может быть только его отец. Когда я вспоминаю, в каком виде нахожусь на кухне, мое смущение переходит на покрасневшие щеки.

– Видишь, она тоже не принимает лекарств, довольно давно. Какие чувства бурлят!!!

Я не очень одобряю эту беседу – сквозь меня. Но молчу, я же в гостях.

Лён, уже успокоился, и представляет нас.

– Это Лин – моя пара. – Говорит он, глядя на отца, и подмигивает ему, как и мне на панели. – А это мой отец – член правления, по связям с общественностью Господин Зоин.

– Можно просто Зоин. – Он подходит ко мне и вместо привычного рукопожатия, он обхватывает меня руками и крепко прижимает к себе. Мои руки висят по бокам, я напугана и не знаю, как действовать. Разве это нормально, когда член правления или отец твоей пары так действует. Может и нормально, думаю я, ведь я не знаю, как принято в Новом городе встречать пару своего сына. Может – это принятая мера радушия. Я делаю усилие над собой и прижимаю руки к бокам Зоина, как бы обнимая его. На самом деле, из мужского пола, я обнимала только Тима и хотела, чтобы так осталось навсегда. Наконец, Зоин отстраняется и осматривает меня на расстоянии вытянутой руки, так пристально, что мне не ловко, и я опускаю глаза. Зоина – это ничуть не смущает, и он продолжает пялиться.

– Какая же ты красавица. – Говорит он и протягивает руку снова ко мне, но на этот раз его пальцы касаются кулона висящего у меня на шее, подвешенного шнурком Вероники – Красиво, правда? – Спрашивает он, но не ждет ответа и продолжает. – Когда я впервые нашел эту безделушку, я решил, что она очень красива и трагична, два в одном. Я всегда хотел передать этот амулет, как символ памяти и привязанности своей дочери, чтобы она хоть как-то могла обратиться ко мне, чтобы у нее была от меня хотя бы частица. – Он уходит в свои размышления. А до меня потихоньку доходит смысл сказанных им слов. Он и правда имеет в виду, то, что говорит? Этого же не может быть? Я открываю рот, но не могу ничего сказать, слова перемешиваются в моей голове, но никак не складываются в предложение. Это шок, с которым я не могу справиться. А я то думала, что готова ко всему, идя на встречу Новому городу, но к такому я подготовить себя не могла. Я думала, что меня плохо встретят или же не захотят вовсе пустить в город. Я ждала борьбы за встречу с правлением, или недоверия с их стороны моим словам. Но такого я ожидать не могла, о таком – я подумать и не смела. Даже зная, что мой отец находиться где-то в этом городе, мне и в голову ни разу не пришло найти его и поговорить, или просто посмотреть. Но он нашел меня сам. Как? Похоже, он не сильно удивлен моим появлением здесь, уж точно не как я удивлена этой встрече. Я жду объяснений. Это, читается в моих глазах, которые смотрят на Лёна, и на Зоина поочередно, пытаясь найти ответ.

– Что это значит? – Наконец, не выдерживаю я молчания с их стороны, и задаю первый вопрос, возникший у меня в голове, который хоть как-то подходит к данной ситуации.

– Сначала мы тебя накормим, а то, от переизбытка чувств, ты упадешь здесь, потеряв сознание.

Я киваю и смотрю на стол, снова в поисках продукта пригодного к употреблению в пищу, без содержания добавок.

– Не смотри ты так на продукты, как на средство массового поражения. Это всего лишь пища. Без содержания вредных добавок, как у вас в городе. В Новом городе лекарственные добавки употребляют только служащие, несущие охрану. Их не должны отвлекать чувства. А для простых граждан, служащих и членов правления лекарственные препараты, заглушающие чувства не требуются. Нам разрешено проявлять любые эмоции, правда, мы не сообщаем об этом нашему Основному городу в целях сохранения секретности. Наши города не обязаны вести друг перед другом отчет. И те, кто посещает наш город, едят привычную им пищу. Мы не раскрываем тайны Основного города, чтобы не вмешиваться в их политику. Но некоторые, все же делают исключения. Однажды его сделал и я. – Зоин прерывает свой рассказ и ставит передо мной чашку с дымящейся кашей, овощами и чего-то еще. Я тяну ложку ко рту, жую и глотаю пищу, даже не чувствуя вкуса. Хотя, без тех добавок, что я пробовала в Коммуне, любая пища кажется мне однородной массой. – Я тогда был еще служащим, помогающим члену правления по связям с общественностью, но уже тогда подавал большие надежды и мне сулили место в правлении. – Продолжает Зоин, наблюдая, ем ли я. И я продолжаю жевать. – Тогда, мне и прислали пару, по всем параметрам подходящую мне. Когда я увидел твою мать впервые, я просто не поверил глазам. Ее красота сбила меня с ног. Я ходил за ней хвостиком, и все время пытался обратить на себя внимание. Но когда понял, что под действием этих лекарств, она не может раскрыть в себе никаких чувств, которые могли бы возникнуть ко мне, я решился подменить наши порции на обеде. Сам я не ел, а вот она, постоянно съедала пищу без примеси лекарств. А я перебивался теми запасами, что хранились у меня дома. Когда я впервые на свой комплимент увидел румянец на ее щеках, я понял, что чувства к ней возвращаются. Я просто стал ее тенью, постоянно следуя рядом и исполняя все ее прихоти. Так мне хотелось, чтобы наши чувства были взаимны. Вскоре, она не смогла сопротивляться себе. Она тоже полюбила меня. Я выпросил у правления дополнительную неделю, якобы для точности в расчетах совместимости нашего генома, якобы хотел до конца удостовериться в правдивости их расчетов. Мне поверили и дали время. Нашим чувствам – дали время. Наш роман был бурный, но вскоре и повторное время истекло. Нам необходимо было проститься. Я выдал себя, уговаривал правление оставить ее у нас в городе, на что мне ответили отказом. Мы расстались. Единственное, что я оставил ей – это кулон для моей дочери. Она же мне подарила сына, рожденного вместе с тобой. Я поклялся ей, что добьюсь нашей встречи, но ее больше не выпустили в Новый город, объясняя это сложными родами двойняшек. Вскоре Лён перебрался жить ко мне, а ты осталась с матерью. Единственное что я у нее попросил – это передать тебе этот медальон, чтобы я смог отыскать тебя, когда ты появишься в Новом городе. Я обещал ей, что сделаю все возможное. И сделал, подтасовав данные и выставив твоей парой брата. Надеюсь, ты не очень сердишься на меня за этот поступок?

Он закончил свой рассказ.

Лён не выглядел встревоженным и удивленным, наверное, он был с самого начала в курсе. А вот я не перестаю жевать третью порцию, подставленную мне, и не знаю, как отреагировать на такие признания. У меня теперь есть отец и брат. Где-то в Основном городе ждет меня мама, а за пределами обоих городов – Тим. Я потерялась и не могу определиться с выбором действий.

Я стараюсь абстрагироваться от вновь открывшихся обстоятельств и действовать по ранее заготовленному мной плану. Менять что-то сейчас – было бы не честно по отношению ко всем.

Я решила, что если и распространять информацию, то через члена правления по общественным связям, по совместительству – моего отца. Если я не смогу довериться ему, то надежнее человека в Новом городе мне не найти.

– Зоин, – обращаюсь я после долгой паузы, что мне дали на осмысление сказанной им речи, – мне нужно рассказать вам, как члену правления, причину и следствие моего позднего, одиночного появления в Новом городе.

– Да, я слушаю тебя, Лин. – Он даже изменился в лице, его глаза стали серьезнее, брови сдвинулись к переносице, он словно замер ожидая от меня подробностей.

– Я рассказала не совсем все на охранном пункте города. Та информация, которую я умолчала, должна быть передана непосредственно правлению, она является важной для меня и, думаю, для вашего города тоже. – Он перебивает, чтобы уверовать меня в правильности моего выбора, обещая незамедлительно связаться с остальными членами правления. После чего, я продолжаю, – Когда меня с девушками вывели из Основного города, замечу, что это произошло поздним вечером, нас встретила машина похитителей, как вы уже знаете, – я вопросительно посмотрела на Зоина, и он кивнул мне, давая понять о своей осведомленности, я продолжала, – я заснула, а когда проснулась в машине была только я и еще одна девушка. Мы смогли выбраться, о не имели понятия, что нам теперь делать. Моя спутница, высказала свои сомнения на счет забравших нас людей и сложившейся ситуации. Тогда, мы пошли в сторону, как нам показалось, следования похитителей, чтобы попытаться вытащить остальных девчонок. Мы с Рон, так звали вторую девочку, разделились и до места, где были похищенные девушки, я дошла одна. Это было убежище под землей. Я шла очень долго, по пути я поранила ногу и спину, при падении в яму, которой в темноте не было видно. Видимо я опоздала, так как девушки там были уже другие, не те с которыми вывозили меня. Но несомненно, похитившие люди к этому были причастны. Потому что девушек снова было пятеро, они все были под воздействием лекарства и не понимали, что происходит. На меня и мою спутницу лекарство не подействовало, потому что мы не ели перед поездкой в Новый город. – Не знаю почему, но даже своему отцу, члену правления я не смогла рассказать о Тиме и Коммуне, у меня даже язык не поворачивается упомянуть о нем. Кажется, что я выдам его, чем причиню ему вред. Но если правление Нового города начнет подробно разбирать мой рассказ, то обязательно обнаружит пробелы в этой истории. Такие как: «Где Рон» и «Где ты была все это время от похищения вас до появления в Новом городе». Но с этим я решаю разобраться позже, пока главное, чтобы правление уловило суть всего происходящего. Я продолжаю, – Я вывела девушек в безопасное место, и отправилась в Новый город за помощью.

Зоин сидел, все так же нахмурив брови, и о чем-то думал, а я ждала его вердикта.

– Так как, говоришь, звали твою попутчицу? – Спрашивает, наконец, он.

– Ее зовут Рон, вы ее знаете? – Я занервничала, понимая, что не я одна недоговариваю.

– Потом, все потом. Мне нужно собрать заседание правления.

Он попросил подождать до вечера, пока он обсудит все это с правлением, а после вызовет меня для присутствия на заседании.

Он ушел. А перед уходом мимолетно положил мне руку на плечи и пару раз похлопал. Наверное, это был какой-то отцовский жест, о котором я понятия не имела.

Я переоделась в уже высохшую одежду, пока Лён убирал со стола все, что осталось нетронутым, обратно по шкафчикам.

– Ну что, братец, какая у нас на сегодня культурная программа. – Обратилась я к нему в намеренно шутливой форме, чтобы сгладить эффект, от состоявшегося между мной и Зоином разговором.

– Думал, ты и не спросишь. А тебя разве интересует что-то, кроме книг? – съязвил он в ответ.

Ну, вот и нормальное общение брата с сестрой, а то я уже подумала, что нравлюсь ему, как пара.

– Я посмотрела бы на Новый город, если, ты не против, его мне показать.

– Сегодня, я весь в твоем распоряжении. – Говорит Лён и протягивает мне свою руку. Я ее принимаю и следую за ним.

Он снова привел меня на центральную площадь, от которой, как от солнца – лучики, расходились узенькие дорожки в разные стороны. Мы прошлись по парку, засеянному разными цветами и растениями.

Новый город мне показался очень чистым, красивым и ухоженным. Но, все же, каким-то отчужденным. Люди в округе сторонились нас, все очень заняты своими делами и даже не смотрят в нашу сторону. В основном городе, к нам бы уже подошло несколько служащих и спросили, по какой причине, мы разгуливаем здесь без дела? А здешнее равнодушие, поначалу меня напугало. Но Лён, объяснил мне это не безразличием, а ненавязчивостью.

– Дело в том, что парень с девушкой прогуливаются по городу только в том случае, если они пара. Другого – быть не может. И никто не хочет нам мешать, лучше узнать друг друга.

Я об этом не думала, так как в принципе не представляла, как могут парень и девушка гулять по городу. Другое дело Коммуна, там это выглядело настолько естественно, что я даже не задавалась таким вопросом, как «Что подумают окружающие нас люди?»

Вероятно, я задумалась и пропустила какой-то вопрос Лёна. Потому что он смотрит на меня и чего-то ждет. Я пожала плечами, не зная, что ему ответить и на какой вопрос.

– Понятно, – говорит он, громко вздыхая. – Ты опять меня не слушаешь! – Утверждает он, а не спрашивает.

– Прости! Просто столько всего навалилось! – Я попыталась оправдать свое поведение.

– Нет! – говорит он уже более решительно. – Я же видел, что ты нам что-то не договариваешь, и отец тоже определенно заметил это, но видимо посчитал, что ты упускаешь какие-то моменты от пережитого стресса. Но не я. – Выдает мне Лён.

– А ты, значит, менее тактичен, более внимателен, и решил спросить напрямую? – Рассердившись, грублю я, хотя сержусь скорее на себя. На то, что не умею таить в себе то, что не нужно знать остальным.

– Предположим так! Но я просто хочу знать, что тебя тревожит, и могу ли я тебе чем-то помочь? – Спокойно говорит он, а мне становиться стыдно за свое поведение.

– Прости! – Снова извиняюсь я. – Наверное я не умею общаться с братьями. – Пытаюсь отшутиться я.

– А ты попробуй говорить со мной, как с другом. Я думаю – это не сильно отличается.

– Верно. – Замечаю я. – Ты прав, но это слишком личное. – Снова закрываю я тему, а мое лицо вспыхивает от тех слов, что не могут вырваться наружу.

Лён рассматривает меня, очень внимательно и мне кажется – видит насквозь.

– Ох, – вздыхает он, – только не говори, что влюбилась в меня, я этого не вынесу! – Смеется он, а я толкаю его в плечо и тоже смеюсь вместе с ним.

– Нет, конечно! Ты красавец, но не думаю, что смогла бы в тебя влюбиться. – «Ведь, ты – полная противоположность Тиму», заканчиваю я мысленно.

– Тогда, кто этот счастливчик? – Начинает выпытывать он, а я снова заливаюсь румянцем.

– Да с чего ты взял, что я влюбилась в кого-то? – Чуть ли не заикаясь, отнекиваюсь я снова.

– Твои глаза, – говорит он уже серьезно, – я уже видел этот взгляд. Отец, всегда рассказывая о маме, как будто представляет ее рядом с собой, от чего смотрит, словно, сквозь время. Ты сейчас смотрела точно так же. И не надо мне говорить, что ты тоже вспоминала маму. – Заканчивает он свою разоблачительную речь, и я снова попадаюсь в его ловушку. Ловкости ему не занимать. Он, как бы шутя, вывел меня на самую серьезную тему, которой я бы не хотела обсуждать ни с кем. Но сейчас, уже начинаю сомневаться. Так уж и ни с кем? Мне захотелось облегчить душу и вывалить на Лёна все свои мысли и чувства. Просто выговориться, даже без его ответа. Пусть он молчит и слушает меня.

Лён, уже заметил мои сомнения и идет рядом, молча, ожидая, когда меня прорвет, и я залью его потоком своих переживаний.

– За городом, я встретила кое-кого. – Наконец решаюсь я. – Он помог мне преодолеть этот путь от Основного до Нового города. И я надеюсь на нашу встречу вновь, – говорю я, даже немного больше, чем собиралась вначале, когда только раскрыла рот.

– Это серьезно! – Присвистывает он. – Я то, уже думал, что ты влюбилась в кого-то из своего города и вас разлучили, отправив тебя сюда.

– Лён, не говори глупости, в Основном городе не осталось мужчин, кроме тех, что уже в престарелом возрасте и работающих в полях, куда нас не вывозят никогда. Я уже сомневаюсь, есть ли эти поля вообще. Моя подруга была на практике не далеко от них, но в заповедном месте, где они изучали виды растений и уход за ними, а на сами поля путь закрыт. А когда она не прошла аттестацию, ее собирались отправить именно туда, как не пригодный для воссоздания здорового Общества, а вместо этого ее выставили за пределы города. Просто вытолкнули, открыв проход, а сами остались внутри.

– Даже так? – Удивляется Лен. – Отец говорил о жестокости и своенравности членов Совета Основного города, но я думал – это он от обиды, за то, что они запретили им с матерью встречи.

– Я сама только недавно все узнала, и именно поэтому сейчас здесь пытаюсь выяснить, что делать дальше.

Мы гуляли по городу до самого вечера, болтали о различиях и сходствах городов, но я больше не упоминала Тима и ни слова не рассказывала про Коммуну, хотя Лён пытался вывести меня на разговор. Думаю, того, что я сказала, вполне достаточно, чтобы восстановить пробелы моего рассказа.

Когда мы вернулись в дом, нас уже ждало голосовое сообщение на панели. Зоин, поговорил с остальными членами правления, и теперь они ждут меня, для уточнения информации. Утром он предупреждал, что мне придется встретиться с правлением. Я тогда восприняла это к лучшему. А сейчас у меня началась паника. А вдруг они мне не поверят, или попросят подробный рассказ по дням. Или вовсе скажут показать, то место, где я была все это время. Я плохо умею врать, даже Лён понял, что я утаиваю что-то. А уж члены правления заметят это определенно. Я начинаю нервно расхаживать по комнате.

– Не переживай, наше правление – вполне адекватно, я же тебе рассказывал. Решения принимают согласованно, несколько дней могут совещаться, пока не придут к общему мнению. И потом у тебя родственник в правлении, а это многое значит. Отец, определенно будет на твоей стороне. И попытается убедить остальных. Так что плохих последствий быть не может. Они просто хотят разобраться так же, как и ты. – Лён успокаивает меня, подходит и кладет руку мне на плечо, поглаживая. Мне становиться легче. Я прижимаюсь головой к его плечу и глубоко вдыхаю.

– А ты пойдешь со мной? – Я зажмуриваюсь, ожидая отказа, но Лён кивает.

– Если хочешь. – Подтверждает он.

– Да. – Отвечаю я, беру его за руку и мы вместе направляемся к зданию правления Нового города, что тоже находиться на центральной площади, недалеко от библиотеки.

Внутри просторно и светло, уже поздно, и почти все служащие покинули свои рабочие места. Лён проводит меня по коридорам, покрытые красными дорожками полы, стены идеально выбелены, кругом светильники и лампы. Все предметы находятся на своем месте. Все четко и правильно. Мы поднимаемся по лестнице, проходим по коридору третьего этажа до самого конца. Перед нами массивная деревянная дверь, украшенная резьбой. Так красиво. Я прикасаюсь рукой и провожу по замысловатым узорам, вьющимся по дереву, а Лён берет дверную ручку и тянет на себя. Дверь из-за своей тяжести тихо и размеренно отворяется. И если бы я тянула ее на себя, у меня бы с первого раза, точно ничего не вышло, я бы тянула ее не так изящно, как Лён, а дергала бы двумя руками, чтобы хоть что-то вышло. Когда створка двери открылась достаточно широко, чтобы пройти внутрь, первым переступил порог Лён, загораживая собой обзор. Я иду следом, пытаясь не отставать и не выпячиваться из-за его спины. А когда он останавливается, я едва удержала равновесие, чтобы не врезаться в его спину. Делаю шаг в сторону, и передо мной открывается довольно знакомая картина. Большая комната, кругом зеркальное покрытие стен, большой деревянный стол, с такой же резьбой что и дверь, расположенный по центру зала. За столом пять массивных стульев, но они не пусты. На них сидят пятеро мужчин, все примерно одного возраста. Зоин сидит от меня второй, справа. Взгляды обращены на нас, а комната, словно звенит, от тишины.

– Мы ждали тебя Лин. Спасибо за поддержку Лён, ты тоже можешь остаться. – Говорит Зоин, и смыкает руки на столе, образуя круг.

– Добрый вечер. – Говорю я всем.

Вот я и добилась, чего хотела, теперь главное не сбежать от страха, захватившего меня целиком.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю