Текст книги "Царица Несчастий. Часть 1 (СИ)"

Автор книги: Антон Тутынин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц)

Глава 14

– Учитель Дигвер, я всё же не понимаю зачем нам этот…

Мы почти закончили своё небольшое путешествие, приблизившись по словам старика к его владениям. Два дня уже прошло с тех пор как мы столкнулись с Обществом Творцов. Пленника нашего звали Викарий из Ларимы, и это всё что удалось из него вытянуть! Из-за чего мне всё больше казалось, что зря Дигвер оставил его в живых. Ага, вот такая я стала кровожадная…. Наверное, последние потрясения повлияли, вместе с обручем, что я носила на голове, ибо смерти и убийство тех людей и лошадей-мутантов меня более никак не трогали.

– Этот? «Этот» нужен не нам, а тебе.

– Чего?! Это ещё зачем? Мне он вот ну ни разу не нужен! – я аж возмутилась такой постановкой вопроса.

– Ты, девонька, если в вопросе не шуршишь, то и не умничай. Тренировочные бои ты со мной собралась проводить? – Дигвер так на меня глянул через своё раненное плечо что я тут же помотала головой мол «не-не, не хочу!». – Вот то-то и оно. А Викарий парень средней комплекции, и воин среднего уровня – его основная сила в знаниях, если уж в этом я хоть что-то понимаю…

Я обернулась на нашего «временного пленника», ведущего трёх навьюченных лошадей-мутантов. Жуткие твари, как по мне – у них вместо обычной морды настоящая зубастая пасть с двумя рядами острейших зубов, словно у акулы… и питаются они почти одним мясом. Прямо на моих глазах эти три лошадки сожрали даже труп одного из своих сотоварищей! Только кости хрустели. Бр-р-р… Огромные, выше меня ростом только в спине, ноги словно небольшие столбы, а копыта и вовсе размером с мою голову! Весят, наверное, всю тонну если не больше.

И вот трёх таких чудовищ Викарий умудрился поймать или найти вокруг прошедшей бойни. Один монстр во всяком случае точно был его – оказался привязан к дереву подальше от места боя. Так что парень откопал кучу барахла, оставшегося от его отряда, навьючил на этих скакунов, и теперь вёл всю эту кодлу с нами. Дигвер сразу сказал, что кормить их он будет сам, на что пленник лишь кивнул.

Остаток пути пролетел почти незаметно. В основном потому, что я каждую минуту ждала какой-то неудачи от нашего пленника: то по склону скатится, оступившись, то конь ему на ногу наступит (слегка), то вдруг развяжется крепёж во вьюках и приходится ему заново всё собирать! Бедный парень страдал и терпел, не понимая откуда все эти неудачи на его голову. А вот Дигвер до сих пор не влип ни в одну серьёзную неприятность, что меня неслабо удивляло. Кроме той злополучной стрелы других инцидентов в общем-то и не было…

– О-ого-о…! – выйдя из лесного массива, я попала на большую поляну, раскинувшеюся вокруг гигантского(!) дуба. Дерево было настолько большим, что возраст его, наверное, исчислялся тысячелетиями! Территорию равную минимум половине футбольного поля он прикрывал своей кроной, под коей и располагалось жилище Дигвера. В основном загоны для скота, и хоз. постройки, но диким свиньям такое соседство было только на руку.

– Чего встала, заходи уже! – донеслось до меня издали. Я и не заметила, как дед ушёл от нас далеко вперёд.

– Хымх! – даже пленник меня обогнал, наградив снисходительной усмешкой. Да ещё и продефилировал мимо словно он какой-то принц, я дурочка с окраины!

«А х ты ж… муфлон вяленый!» – проводив его презрительным взглядом, постаралась сразу выкинуть из головы неприятное мгновение.

Подняла с земли огромный жёлудь (размером с хороший апельсин) как и всё в этом мире. Дерево явно плодоносило исправно, а значит диким хрюшкам, шумевшим совсем недалеко, было что поесть круглый год. Я уже успела заметить, что все прообразы земных растений или животных на этой планете какие-то монструозные как по размеру, так и по эффектам. А это о чём-то да говорит! Может и поросята тут размером со слона?

Сбросив поближе к стволу дуба свои пожитки, пошла знакомиться с территорией: сараи из тёсаных досок (пилёные-то я могу отличить от тёсаных), загоны для свиней, для куриц, больше похожих на дикий вид, огромный конь (похоже тоже мутант… бррр), свободно гуляющий по самому большому загону. Что странно, не стреножен, и даже не пытается убежать хотя оградка из жердей едва ли ему по грудь. Привычного туалета на улице не наблюдалось, хотя выгребная яма воняла дай боже, впрочем, как и куча навозу из птичьего, свиного и лошадиного дерьма. Всё же чистить их жилища было нужно, чем Дигвер занимался со всем тщанием. Ну и пара огородиков с травами и корнеплодами. В общем, весьма богатые угодья были у одинокого старика!

* * *

«Викарий из Ларимы»

Никак он не ожидал от судьбы такого смачного пинка. Положить пятнадцать лет службе «Обществу» (с самых детских лет!), получить третий ранг за безупречное исполнение обязанностей и выдающие успехи в обучении раньше на пять лет, и вот оно! Первое самостоятельное задание! Найти и покарать убийц мастера начертания знаков. Казалось бы, что могло пойти не так?

Но сперва оказалось, что убийцы уже мертвы, а вокруг какое-то странное проклятье так и мелькает, вынуждая Викарий спешно переключиться на новую задачу. Хорошо, что не додумался вестника посылать, иначе бы о его неудачах уже узнали, и тогда жди беды. Если и возвращаться, то с существенными результатами!

И вот он, успех. Нашёл! Но кто же мог знать, что «Золотой Череп» до сих пор жив, и всё также силён, как и в старину. Убить полный боевой отряд и остаться невредимым – это было что-то немыслимое в стенах общества творцов! Лучшее вооружение, лучшие кони, лучшая тактика и выучка. Их боялись и уважали все без исключения! И вдруг такой провал… Без серьёзной информации или другого стратегического успеха ему лучше вообще не возвращаться в Общество, иначе быструю смерть можно будет посчитать за благо.

И вот тут было где развернуться. Дигвер сам уже был немалой причиной вернуться назад с повинной, ибо за сведения о нём, его артефактах и его силе Орден простит многое. Но ещё была эта странная девчонка, у коей под ногами словно верная псина крутилась самая настоящая пепельная гончая. Эта девчонка-то и была носителем странного проклятья, чьи следы привели его к недавнему поражению. Проклятья неприятного, сильного, и почти непреодолимого.

Викарий уже понял, что это проклятье работает по принципу вероятностей, и буквально «активирует» возможные случайности. Если есть хоть малейший шанс камню упасть, он упадёт, а если есть при этом шанс попасть в человека, то он в него попадёт: человек или запнётся, либо сам остановится в опасном месте, вспомнив о чём-нибудь. Так примерно это и происходит. И защититься от этого проклятья на постоянной основе возможно было лишь благословлением Божества Удачи, чего Викарий был лишён – он носил знаки Духа и Разума.

И хотя Общество Творцов и противопоставляло себя «Капищам чёрного камня», выступая этакими прибежищем атеистов и учёных, но «Общество» и дураком не было, легко применяя любые работающие рецепты, в том числе и символы богов. В конце концов Боги были силой с какой приходилось считаться даже им, и неважно как их иерархи относились к самой сути культа поклонения высшим сущностям. Викарию вообще казалось порой, что высшие иерархи Общества хотят противопоставить себя Богам, или даже занять их место. Но он каждый раз он гнал от себя эти мысли, воспринимая их как несущественные.

В общем, самый интересный факт был в том, что Дигвер не носил знака Божества Удачи – это Викарий узнал доподлинно, увидев его знаки однажды на привале. При этом любой ребёнок (утрирую конечно) в этом мире знает, что чем дольше носишь знак, тем больше силы он даст, а ещё все знают, что больше двух знаков не может носить ни одно живое существо! Так вот, Дигвер носил знаки Тела и Духа, что было весьма ожидаемо для самого благородного и непримиримого воина-легенды, пришедшего прямиком из «Божественного противостояния» прошлого.

Что за противостояние? Общество творцов вместе с некоторыми земельными лордами однажды уже попытались сковырнуть власть «Капищ Чёрного Камня», но, к сожалению, почти не преуспели. Почти. Как минимум «Общество» заявило о себе как о значимой силе, что привлекло к ним новых людей и новые ресурсы, а это уже можно было считать результатом. Слишком многие, как оказалось, были недовольны ценами на чудеса и монополией на сильные знания служителей Богов. Ведь даже наличие денег не гарантировало того что ты получишь из рук монаха заветную плашку! Капище очень ревностно относилось к тем, кто не почитал богов в должной мере, назначая непосильные виры и епитимьи.

«Общество творцов» же обещало расшифровать и распространить божественные знаки среди тех, кто был лишён доступа к ним!

Но вернёмся к настоящему. Так ка́к Дигвер защищался от проклятья? И просто, и сложно одновременно: он свёл фактор случайностей вокруг себя до предельного минимума. Это было единственное объяснение, так как оберегов он точно не использовал! И Викарию даже представить было тяжело какого уровня мастерства достиг его пленитель, если с такой лёгкостью избегал поджидавшие его вокруг случайности и несчастья. В это просто вдуматься нужно! Он контролировал ситуацию вокруг себя настолько, что заранее избегал случайностей! Викарий даже подумал сперва что проклятье на него не действует, но это оказалось не так, и факт этот был им проверен не раз (удалось задействовать кое-что из личных артефактов).

– Эй, парень, – окрик хозяина исполинского дуба привлёк внимание мужчины, разгружавшего свои пожитки. Вскоре их запрут в каком-нибудь чулане под божественной защитой, и он не увидит их до следующей осени… Всё же Дигве́р был высшим адептом Божества Тела и был на особом счету у богов.

– Да? Что-то не так?

– Подойди сюда на секунду, – Дигвер, вышедший из-за массивной двери, искусно замаскированной под часть ствола дуба, уже переоделся в чистое, и был даже без своих жутких инструментов войны. Викарию до сих пор мерещились хруст костей и скрежет сминаемых доспехов его людей, когда он смотрел на исполинский шестопёр старика. Благо хоть воля его была достаточно закалена, чтобы преодолеть и этот неприятный участок жизни, а потому внешне он выглядел весьма спокойным и уверенным.

– Иду, – оставив лошадей не рассёдланными, он быстро подбежал к гиганту. Привычка все команды выполнять быстро и чётко въелась за время службы в сами его кости! Да и на ближайшее лето (лето – в смысле целый цикл сезонов) он дал клятву подчиняться этому легендарному человеку, так что диссонанса в голове Викария не существовало. Они напали на него сами, и старик честно убил нападавших – он теперь был в своём праве сильного.

– Ты вот что, знающий, фортеля не вздумай выкидывать – у меня здесь вся округа под контролем. В дороге я тебя не стал одёргивать, но впредь запомни: никаких инструментов знаний! На ремни порежу. Вот возьми, – Дигве́р бросил в Викария плотный комок одежды, – Носить будешь то что я даю. Свою одёжу и доспехи снимай и складывай в общую кучу – в схрон упрячем. Верну, когда срок службы выйдет. И ещё… Бестию не тронь – выхолощу и живьём прикопаю поближе к башне-муравейнику. Красные твари тебя изнутри выжрут за пару суток, причём начнут с глаз и ушей. Понял?

– И в мыслях не было, – поспешил отговориться Викарий, почти не соврав. Оно конечно девка была рядом сочная, но он свои мысли и чувства контролировать умел, а главное понимал, что к чему. Личная ученица – считай, что дочь!

– Вот и хорошо, что мы поняли друг друга. Половина свечи* тебе на всё про всё, а после за дело примешься – корм надо дать скотине, да навоз вынести. Подстилку поменять, рапторов (лошадей-мутантов) обиходить.

(* Мера времени в этой местности. Одна свеча из капища прогорает за пятнадцать-шестнадцать минут.)

С каждым словом лицо Викария становилось всё более грустным.

– А ты думал…! – лишь усмехнулся старик, – Пахать будешь как проклятый! Моя земля – мои порядки. Ступай.

И молодой мастер рунических знаков без разговоров приступил к делу. Похоже быть тренировочным пособием будет не самым страшным его испытанием в вынужденном плену.

Глава 15

Уже два дня как началась моя новая жизнь. Да, я не ошиблась – два дня. Я только сейчас ощутила, что живу полноценно, не находясь в подвешенном состоянии и в моей жизни есть хоть какие-то перспективы.

– Выше! Выше, мать твою!

Правда новая жизнь давалась мне нелегко… Приходилось вкалывать на таком уровне, что я буквально отключалась от усталости. Благо хоть богатый орехами, ягодами и мясом рацион помогал переваривать даже такие запредельные нагрузки.

– Резче удар! Ещё! Во-от. А теперь выпад! – Дигвер, как и любой тренер моего времени старался выжать меня до суха, заставляя отрабатывать монотонные движения. Уже второй день я занималась с тем самым мечом, что он подобрал с одного из убитых. Клинок был для меня тяжёл, длиной около метра двадцати, и рукоять его была явно не по женской руке. Но я всё равно остервенело им махала, отрабатывая удары с нужных углов. Терпела неудобства, и била, терпела содранные до крови мазали на руках, и била. Терпела боль в затёкших пальцах, руках, бёдрах и спине, и колотила несчастную мишень из брёвен! Потому что я уже поняла, что лишь от моей силы и проворства будет зависеть моя судьба. Никто. Я повторюсь, НИКТО! не станет меня защищать от проблем и устраивать мою жизнь. Даже Дигвер. Не то время и не те отношения меж людьми сейчас.

– Я… ха-ах… не могу… боль… ше… – мои руки опустились сами собой, так и не выпустив из рук меч (Учитель насмерть вбивал в меня мысль: «Выпустишь оружие – умрёшь!». А получать хворостиной по жопе было ой как неприятно, так что я быстро усвоила урок). Пот стекал по мои щекам и лбу, лез в глаза, слеплял в уродливые сосульки мои волосы, превращал в противную субстанцию одежду на моей спине, но я терпела. И всё же мои силы были не бесконечны, о чём старик тоже знал.

– Оружие в ножны, ножны на спину, и бегом в лес, – говорил он спокойно, без нагнетания, хотя мог при случае и прикрикнуть. И ругался порой не стесняясь, ибо был без комплекса «джентльмена», называя всё своими словами.

Я с трудом наклонилась за ножнами для меча, к коим были прикреплены специальные лямки, и не сразу, но выпрямилась, дыша словно загнанная лошадь. Перекинув этот меч за спину крест-накрест, я могла не переживать что оружие помешает мне бежать или отвалится. Спросит кто-то: «Почему не оставить его здесь? Всё равно ведь никто не возьмёт.» А всё просто – меч на спине тоже элемент тренировок.

А дальше был долгий, почти бесконечный бег по пересечённой лесной местности. Бежать я могла очень медленно едва ли быстрей пешехода, но Дигвер настаивал именно на такой схеме обучения. Он так и говорил мне: «Никто не будет ждать пока ты отдохнёшь и наберёшься сил, девочка! Догонят, пустят по кругу и прирежут на месте! А теперь пошла вперёд, да чтобы как я учил! Да куда ты ногу ставишь, образина беспутная?! Ветку! Ветку не тронь!»

Я ведь уже говорила, что дед Дигвер не стеснялся в выражениях?

Второй день закончился также, как и предыдущий: водные процедуры из бочки, разминка на гибкость связок и мышц, проводимая мою сквозь слёзы и боль, сквозь желание послать всё к дьяволу и лечь уже на набитую сеном постель! А ведь занималась я этим, когда остальные уже спать ложились.

А после меня ждал запоздалый сон, больше похожий на потерю сознания. Я не спала, я не видела сновидений – я просто умирала до следующего рассвета….

От того, наверное, Дигвер и был недоволен моими тяжёлыми пробуждениями, называл меня соней, лентяйкой и просто хмурился, когда я с трудом сползала с кровати.

Так прошла первая седмица, а потом вторая. К этому сроку я уже могла сносно справляться с обычной нагрузкой и начала добавлять и свою: пресс, отжимания с разным хватом, подтягивание на ветке в тонких перчатках из кожи чтобы мазали не ободрать о жёсткую кору, ну и конечно планка, растяжка ног, спины и прочее…прочее… Всё что смогла вспомнить из занятий по гимнастике, и принципов построения тела.

Конечно времени на это было мало, но я каждую минуту отдыха старалась использовать с толком. Ибо каждый раз как я могла остановиться и подумать, меня вдруг обуревал страх остаться совершенно беспомощной и слабой, как раньше, и этот страх каждый раз гнал меня обратно на тренировки, заставляя выкладываться на все двести процентов!

К тому же, как говорил когда-то одни мой парень, рассказывая о своих увлечениях: «Спарринг и техника – это конечно важно. Но нельзя забывать и об основах. Основы подготовки тела важны всем, даже мастерам! Иначе можно просто покалечиться.»

Я не знаю прав он был или нет, но определённая логика в этом была. Ведь что делал Дигвер? Тренировал те части моего тела и те мышцы, что непосредственно и участвуют в нанесении ударов. Просто давал оружие, и заставил работать им на пределе интенсивности. Как много мышц будут при этом развиваться и не приведёт ли это к дисбалансу и увечьям? Ну… возможно. Можно привести сравнительную аналогию: умея отлично кататься на велосипеде, ты не станешь быстрейшим бегуном, ибо группы мышц работают при этом разные. Также и с оружием: незадействованные мышцы тоже нужно тренировать, дабы тело легче переносило будущие нагрузки. К тому же кто его знает с чем я столкнусь в бою или нештатной ситуации! Вдруг силы каких-то мышц попросит не хватит в критически важный момент?

* * *

Дигвер сидел под кроной выращенного собственноручно дуба-дома, и наблюдал за тем как в свете луны Бестия колет дрова. Он знал о том, что она почти не спит, уделяя каждую минуту тренировкам своего тела. Да, многие упражнения казались ему странным и даже ненужными, но он был рад что его ученица проявляет инициативу и упорство. А потому даже не планировал как-то их пресекать. Всяко на пользу пойдут!

– Что, не спится? – даже не оборачиваясь Дигвер почувствовал присутствие Викария где-то справа от себя. В десятке локтей. Если что, успеет убить парня даже не глядя.

– Хумх! Да вот, стало интересно кто это у мня работу отбирает? Решил глянуть…

– Ну-ну…

Разговор как-то сам затих, хотя дед явно чувствовал желание парня задать какой-то вопрос. Но он не стал его подталкивать к инициативе, и просто ждал.

– Странная она какая-то. Даже у нас не все такое рвение проявляют к учёбе и тренировкам как эта девица. Теперь ещё и дрова колет ночью, словно завтра уже не наступит. И ведь видно, что устала как псина, а всё равно упорствует! Вот мне и стало интересно, зачем? Если это конечно не секрет.

Дигвер наконец оглянулся. Смерил прислонившегося к толстой коре дуба мужчину в серых простых одеждах, да задумался стоит ли отвечать. И если отвечать, то как?

– Два дня назад я застал её за странным занятием: Бестия набила один из старых моих мешков песком и глиной, сложила его в другой мешок и подвесила это угробище на толстой ветке тут недалеко. За домом. Так вот, когда я её застал очередной ночью, она долбила его своими кулачками словно тот был её кровником. Мешок раскачивался, из стороны в сторону, а она старалась по нему попасть, одновременно уклоняясь. Я тоже спросил зачем ей это? Не лучше ли заняться выносливостью или силой если время есть свободное? Мечом или копьём помахать.

– И что он ответила? – Викарий даже ухмыльнулся, представив эту картину.

– Что умение бить правильно и быстро важнее силы. И что искусство убивать придумали слабые, дабы защититься от тех, кто сильней! А она всегда будет слабее и меньше своих врагов. Ха! Да я до сих пор над этим думаю время от времени, не понимая чушь она сморозила или откровение свыше произнесла? И вот теперь она колет дрова… Но я же вижу, что дров у нас ещё много, все сухие, да под навесом. Я вообще эти брёвна разрубил на будущее, оставил полежать. Так что дрова ей точно не нужны. Тогда зачем она это делает? Как ты думаешь? – Дигвер хитро прищурился, поглядев на собеседника.

– Хм… даже не знаю, – от услышанного Викарий тоже остался под впечатлением. Не каждый день какая-то пигалица выдаёт мысли на уровне его мастера-учителя. Тот тоже за лета́ жизни в обществе многое поведал молодым воинам такого, что сразу и в голове не укладывалось, а всё-таки пригодилось на практике.

– А ты спроси.

– Вот ещё! Делать мне больше не чего?

– А я вот только что спросил. Не поленился.

– Ага… и что она ответила? – в голосе Викария теперь была уже лёгкая заинтересованность, чего собственно старик и добивался. Ведь он оставил в живых этого парня не только для роли тренировочного пособия. Этот знающий обладал огромными знаниями по рунам древних людей! Он даже больше знал, чем сам Дигвер, что было логично – ведь старый воин ни у кого не учился. Так, по верхам что-то нахватал, да божественные знаки умел применять. А тут молодая девка, охочая до знаний. Не уж-то не выудит из молодого мужика нужные?

Да только вот не спешил Викарий с ней общаться, дистанцию держал что твой монах из капища, а значит следовало его как-то расшевелить.

– Сказала, что спинные мышцы у неё слабые. Что удару сбоку силы не хватает, мол если кто пристанет, так хоть не сразу глотку наглецу резать, а сперва хоть вырубить попытается, а на это сила нужна, скорость и точность. А то в челюсть правильно не попадёт. Вот и колет дрова, чтобы спину натренировать – это самый лучший способ.

– В челюсть? Почему в челюсть? И почему именно сбоку? – Викарий даже брови нахмурил, пытаясь понять логику. Кулачный бой как таковой в этом мире был в примитивно-зачаточном состоянии, так как конфликты между серьёзными людьми решались абсолютно всегда острым железом. А на кулаках биться – это удел бесправного быдла да крестьян-работяг. Позорно воину на кулаках биться! Но Бестия – баба. А бабья честь другая, так что ей можно и кулаками махать – никто слова не скажет.

– Она сказала, что, если ударить в челюсть под правильным углом, мозги в голове так взболтает, что сознание человека просто отключится. И неважно насколько тот силён или здоров. При этом опасности убить нет – это безобидный удар.

– Мозги… мозги… Странное слово. Что оно значит? – слово «мозг» не было в словаре местного языка, отчего Бестия на автомате использовала русский язык, который воспринимался здесь весьма чужеродно.

– Это то что находится здесь, – постучал себя по голове Дигвер, – Этим местом, сокрытым за черепом, человек думает, оно управляет нашим подсознательным и сознательным, там же находятся основные центры контроля движений тела, и даже сообразительность и смекалка зависит от качества этого органа. Не спрашивай меня что это всё значит, – тут же отвернулся старик, – Я едва половину понял из того что сказал только что. Просто повторяю слова Бестии.

– Бред какой-то. Откуда об этом может знать девчонка, едва бросившая первую кровь? Сколько ей? Шестнадцать зим? Пятнадцать? – Викарий аж возмутился, – Да любой лекарь «Общества» посмеётся над её бредом, ведь каждый из них знает, что в голове находится особая железа, что генерирует мокроту в носу. Я болел прошлой зимой – я точно знаю!

Заинтересованность молодого мастера тотчас сменилась возмущением, и он вернулся назад к своему сараю, где и было обустроено его личное спальное место. Но Дигвер знал, что зёрна брошены в плодородную почву. Ведь каждый кто стремится к познанию тянется к непонятному и новому! А он просто посидит и подождёт. Ну и проконтролирует чтобы чего не вышло.