Текст книги "Пробуждение Лимнида (СИ)"

Автор книги: Антон Лесков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Борис продолжал рассказывать свою историю, и его голос дрожал от воспоминаний.

– В тот момент я почувствовал себя преданным и одиноким. Армен, который казался мне таким уверенным и сильным, вдруг стал слабым и беспомощным. Я понимал его страх, но не мог простить ему того, что он оставил нас. Арн лежал там, среди врагов, и я не мог ему помочь.

Борис замолчал на мгновение, словно погружаясь в воспоминания.

Глава 3

Однако Борис продолжал свою историю, и его голос становился всё более напряжённым. Чувство совести продолжало угрызать меня изнутри. Мне стало слишком жалко Арна, а страх всё же не смог окончательно победить чувство отваги и долга. Бросить Арна было куда хуже, чем попытаться догнать Армена. Приняв решение, я свернул с пути и, забыв об Армене, направился обратно к Арну. Подходя ближе к месту, где мы оставили Арна, я услышал знакомые свисты, которые слышались пару часов назад. Эти звуки казались мне зловещими предвестниками. Подойдя ещё ближе, я столкнулся с пугающей тишиной. Выглянув из укрытия и оглядев поле боя, я увидел месиво из грязи и глины, разлетевшееся по сторонам. Повсюду валялись кучки потрохов, а земля была покрыта слоем грязи. То, что произошло на этом поле до начала сражения и после него, меня не сильно шокировало. Однако сражение казалось законченным, и ничего не предвещало беды. Но в тот момент я чувствовал какой-то странный подвох.

Я разглядывал вещи, которые остались нетронутыми. В воздухе висел запах свежей глины, словно прошёл лёгкий дождь, оживляя почву приятным ароматом. Арна на месте, где он лежал, видно не было. Словно его поглотили гливики или он просто исчез – этого я не знал. Медленно шатаясь из стороны в сторону, я услышал тихий стон, нарушивший тишину. Оглядевшись и пройдя несколько метров в траве под деревом, я увидел Арна. Он лежал, ухватившись за голову, и выглядел плохо, но я был рад, что он остался жив.

Стон продолжал нарушать тишину. Видя, как Арн страдает, он казался ещё более недовольным и сказал: "Зачем нам всё это? Какого чёрта нужно было слушать Армена?" Его еле слышный слабый голос звучал как вечерняя молитва. Арн попросил меня принести сумку, в которой находились несколько пузырьков с зельями, способными поправить здоровье и ситуацию в целом. Тихо пробежав до вещей, я взял сумку и вернулся к нему. Отдав ему флакон, я аккуратно помог опустить его голову на землю и дал выпить зелье. Арн закрыл глаза и попросил дать ему немного отдохнуть. Пока он отдыхал, в моей голове мелькнула нотка оптимизма – я подумал, что сейчас будет правильно выполнить часть своей работы. Мне следовало обшарить останки гливиков, собрать добычу в мешочек и помочь Арну подняться, чтобы спокойно уйти обратно, завершив этот ужасный поход. Этого добра должно было хватить на наши нужды. По поводу дележки и распила нажитого разговора не было – договориться с Арном не должно было составить труда. Прошло немного времени, и мне удалось собрать несколько коричневых камешков. Я даже немного обрадовался. Стараясь всё быстро закончить, я уже возвращался обратно к Арну, когда снова послышалось хлюпанье. Оно исходило недалеко от него. К счастью, Арн очнулся и увидел приближающихся гливиков. Поднявшись на ноги, он собрался с силами и шлёпнул обоих врагов. Сильная головная боль всё ещё мучила его, ему требовалось время полностью прийти в себя.

Я взял небольшой мешочек и продолжил собирать останки гливиков. В тот момент я понял: несмотря на все трудности и опасности, мы должны были выжить.

История Бориса ожила перед моими глазами – каждое слово было наполнено эмоциями и напряжением. Его рассказ заставлял задуматься о том, как важно оставаться сильным и верным своим друзьям даже в самых безнадёжных ситуациях. Сложности в собирании, казалось бы, нет. Часто охотники, такие как Арн и Армен, предпочитают брать с собой человека без способностей, не открывшего в себе возможность использовать магию, именно для таких работ, как я говорил в самом начале истории. Арн отдыхал, восстанавливал силы. За Армена я не переживал, и в голове не укладывалось, как он мог так поступить. Вникать в его положение дел я не собирался, как и думать о нём.

Собрав всё, что удалось, я понял, что в целом вышло довольно неплохо: с гливиков покрупнее выходило от одного до двух коричневых шарика, с гливиков поменьше – от ничего до одного. Порой некоторые оказывались пустыми. Мне оставалось немного до собирать, и я уже шёл к последним потрохам. Наклоняясь и роясь в останках одного из гливиков, я не спешил, перебирая их. Как вдруг за моей спиной стали слышны звуки, которых мне ещё не доводилось слышать. Они казались гулкими и длинными. Первое, что пришло мне на ум – Армен. Ведь он бежал так быстро и непонятно куда. Возможно, он попал в беду и теперь его ждёт не лучшая судьба.

Я находился в этом мире не так давно и мне ещё не доводилось слышать от охотников про других существ. Однако они были, и было их немало, как и прочих других тварей. Звук издавался монотонно вдали, но со временем становился всё более слышимым. Арн лежал неподвижно, но мне хотелось быстрее уйти с этого места. Требовалось найти безопасное место для восстановления сил – место, где будет минимальная угроза нашему короткому перевалу.

Ненароком, когда я потрошил останки гливиков, я заметил, что камни отличались друг от друга. Попадались однотипные, порой светло-коричневые оттенки придавали им блеск. Некоторые были совсем мягкие, другие – потверже. Звуки заставляли меня думать об Армене: куда он так бежал, бросив своего друга и меня? Я был не так сильно с ним знаком, как Арн. Они являлись друзьями и попали в этот мир вместе. Я надеялся, что с ним всё в порядке и он вернётся или будет ждать нас в безопасном месте. Но в крайнем случае выйдет на тропу, по которой мы пришли на это место.

Мне удалось закончить с потрошением, после чего я пошёл посмотреть на состояние Арна. Дыхание у него было лёгким и тихим. Грудная клетка поднималась плавно, сердце билось в обычном режиме без рывков. Арн находился в спокойствии. Звук из глубины леса стал более гулким и слышимым – своего рода предупреждение о немедленном уходе. Мешочек с добычей я убрал подальше. Суммарно нажива вышла на одиннадцать камней, три из которых были добыты в начале кампании.

Уходить следовало немедленно: звук был пугающим, а существо, которое его издавало, явно было не маленьким и точно не с добрыми намерениями. Оставалось привести Арна в сознание и двигаться дальше. Но Арн продолжал лежать неподвижно. Я начал нервничать, понимая, что времени у нас почти не осталось. Я потряс его за плечо и прошептал: "Арн, нам нужно уходить". Но он лишь тихо простонал в ответ. В отчаянии я вытащил флягу с водой и плеснул ему на лицо. Его глаза медленно открылись, и он посмотрел на меня слабыми глазами.

"Что… что случилось?" – спросил он хриплым голосом.

"Нам нужно уходить," – повторил я настойчиво. "Здесь небезопасно."

С трудом поднявшись на ноги, Арн опёрся на меня. Мы начали двигаться прочь от этого проклятого места, надеясь найти укрытие до того, как нас настигнет неизвестная угроза из леса.

Закинув одну руку Арна на своё плечо и поддерживая его за бок, мы медленно двигались в сторону наших вещей. Взяв их наспех, мы ощутили приближение чего-то огромного и зловещего. Повернувшись, мы увидели, как из леса вышло огромное существо – гигантский Гливик! Меня охватил ужас и страх перед этим колоссом. Лишь позже мне рассказали о его истинной природе. Боря сделал паузу в своей истории и обратился ко мне: "Да, Рома, он действительно похож на обычного гливика, но на самом деле это их прародитель, существо, которое их порождает." Звук, который он издавал, уже не казался таким гулким и затянутым. Обычные гливики выглядели как дети этого чудовища и повиновались ему. Для этого монстра не составляло труда поглощать крупные предметы. Ходили слухи, что он способен кидаться теми вещами, которые поглощает или которые находятся поблизости. Путникам следовало держаться от него как можно дальше, ведь одолеть его в одиночку практически невозможно. Даже человек с огромной силой и потенциалом не решится на такую охоту в одиночку, зная о его способностях и скрытой опасности. На такого монстра охотники собираются большими группами, в состав которых обязательно входят те, кто уже имел опыт борьбы с этим существом. По правде говоря, такие охоты устраиваются очень редко и только самыми отчаянными охотниками или группами сильных людей. Я задал Борису вопрос: "Как это происходит? Откуда он мог взяться и порождать гливиков?" Борис удивлённо ответил: "Как и всё вокруг, это вещи, которые не имеют логического объяснения!" Борис продолжил свою историю: "Посмотрев на Арна, я спросил его: 'Случайно не в этом причина большого скопления гливиков?' Арн утвердительно кивнул головой." Мы продолжили медленно идти вперёд, но, к нашему ужасу, гигантский Гливик явно двигался не медленнее нас. Мне было тяжело тащить Арна и всю нашу амуницию. Арн облокотился на меня, и было очевидно, что он не готов идти дальше. Высокий и упитанный, я с огромным усилием сдвинул его на пару метров. Моё дыхание стало прерывистым, пот начал выступать на лбу, а усталость усиливалась с каждым шагом. Тащить Арна было испытанием характера и воли.

Здоровенное существо не переставало идти за нами. Казалось, его шаги становились всё более активными и быстрыми. Я понял, что, если оно нас настигнет, смерть будет неизбежной для нас обоих. Арн подавал признаки жизни, приоткрывая глаза и пытаясь сосредоточиться. Он явно хотел принять решение и дать команду для какого-либо действия. Наконец, он произнёс: "Спасайся, Борис. Я слишком тяжёлое бремя, и твоя кончина будет так же неизбежна, как и моя." Происходящее внушало ужас. Адреналин кипел в моей крови. Один раз я уже бросил Арна и теперь не хотел повторять эту ошибку. Схватившись за него крепче, я почувствовал прилив сил от активного допинга моего организма. Благодаря этому мы двинулись вперёд, уходя от чудовища. Я быстро поворачивал голову и видел, как оно отдаляется от нас.

Мы углубились в лес и сменили направление. Как оказалось позже, мы сбились с пути, откуда пришли в это место. Мы продолжали идти, несмотря на невыносимую тяжесть, которую я чувствовал, неся Арна. Усталость одолела меня, и в какой-то момент я споткнулся о что-то лежащее на земле и рухнул. Арн всей своей массой упал мне на ногу, и я почувствовал дикую боль. Функция моей нижней конечности сразу дала о себе знать: отек, слабость и жуткая боль охватили меня. Арн открыл глаза с удивлением и спросил: "Мы ещё живы? Что случилось?" Объяснять долго не пришлось – мы оба лежали на земле, ощущая свежесть пропитанной земли и тяжесть нашего падения.

Арн держался за голову, словно его ударили чем-то тяжёлым, и посмотрев на меня, сказал: "Как думаешь, что случилось с Арменом? Возможно, будет лучше вернуться к месту нашего первого перевала." Я ответил: "До места мы, возможно, дойдём, но есть трудность – Армен бежал так быстро и испуганно, что неясно, где он сейчас и жив ли он вообще." Арн хотел сказать что-то хорошее об Армене, но его взгляд выдавал недоверие к поступку друга.

Немного полежав на земле, Арну стало легче. Он смог подняться и кое-как двигаться, но я шёл хромая и кряхтя от боли. Арн дал мне выпить зелье и с трудом помог обмотать ногу. Мы оба осознавали неприятную сторону медали: Арн не мог сражаться, а я не умел этого делать. У нас не было сил и рационального принятия решений. Оставалось одно решение – продолжать путь к месту перевала без приключений. Найти дорогу обратно мы смогли, но нам следовало выйти на тропу. Медленно передвигаясь, мы забрели не совсем туда, куда планировали, но у нас была еда и вода. Проходя через лесные тропы, погружённые в храм природы и тишины, всё казалось спокойным до тех пор, пока мы не услышали неожиданные крики вдали. Знакомый голос взбудоражил Арна; мне он тоже показался знакомым. Прислушавшись, я понял – это был голос Армена. Арн быстро проговорил: "Это Армен, он в беде." Мы шли как могли на звук его криков. Я пытался докричаться до него: "Армен! Армен!" Но он кричал неразборчиво, явно не зовя нас, а просто орал во всё горло. Арн всё ещё не мог передвигаться быстро, поэтому я уложил его в безопасном месте и продолжил путь один. Ковыляя и мучаясь от боли, я увидел Армена, на которого напирали несколько гливиков. Видно было, что он отчаянно сопротивлялся, моля о помощи. Эмоции брали верх над его действиями; страх и адреналин заставляли его поступать быстро и решительно. Проходя шаг за шагом в надежде помочь, я увидел ужасное зрелище: Армен был на пике отчаяния, махал каким-то предметом, но ничего не происходило. Эмоции погружали меня в самые неприятные ощущения. В голове проскальзывали разные мысли, но я вспомнил, что перед началом нашего приключения Армен с Арном подарили мне палочку – самую простую без каких-либо диковинок или отличительных особенностей.

Борис снова отвлекся от рассказа и показал мне, где лежала его палочка. Она покоилась рядом с карманом. Боря продолжил свою историю. Я взглянул на Армена, затем повернул голову к Арну и на мгновение абсурдно посмотрел на гливика, осуждая его и все происходящее вокруг, словно это было безумием. Я взял палочку в руку и направил её на гливика, решив атаковать без колебаний. Собравшись с мыслями, я начал концентрироваться, вспоминая свою семью, смерть, любовь, дружбу и товарищество. Воспоминания пролетали перед моими глазами, как дым и мощным потоком хлынули в руку. Из палочки вырвалась струя ужасающего потока и попала в гливика. От такого мощного удара меня словно поразило электрическим током; палочка выпала из руки, которая онемела, а мысли превратились в пустые звуки.

Приглушенные стоны Арна и резкие крики Армена обостряли ситуацию. В тот момент, когда у меня открылась способность, я резко подобрал палочку и поднял глаза. Мой взгляд упал на Армена, и я увидел то самое страшное и ужасное, что может произойти в охоте на гливиков. Гливик обеими своими культяпками начал поглощать Армена через уши; глина и грязь стекали по его шее и лицу. Армен не мог выдержать этого и упал на колени, продолжая что-то говорить или кричать, но уже было поздно – слышались лишь заглатывания и стоны. Гливик погружался в его тело жадно, словно питаясь лакомством, пожирая жертву изнутри.

Снова пытаясь повторить свои действия, но мне было очень тяжело сосредоточиться; мысли не посещали мою голову. Я пробовал и старался снова повторить то, что ему удалось ранее, но никак не мог сконцентрироваться. Пожирающий гливик не отрывался от своей жертвы, поглощая её; глина становилась игривой переливаясь разными оттенками, гливик явно увеличивался при поглощении. Мне становилось страшнее с каждой секундой. Я продолжал свои попытки атаковать этого монстра, но попытки казались напрасными.

В какой-то момент мне удалось поймать себя на мысли и сосредоточиться, что дало свои плоды. Поток вылетел из палочки так же молниеносно, как и в первый раз, поразив гливика. Ошметки чудовища разлетелись в разные стороны, придавая мне небольшое чувство радости. Однако после всего происходящего картина передо мной, напугала меня еще сильнее; боль в ноге начинала пульсировать ощутимее.

Глава 4

Мой взгляд упал на Армена, сидящего на коленях. Он находился в странном состоянии с опущенной вниз головой, словно молился творцу. По его лицу медленно стекала жижа из ушей и рта, её огромное количество поглотило Армена. Вскоре живая глина начала двигать им; он медленно начал подниматься на ноги, слегка шатаясь, как выпивший. Никто не рассказывал мне, что происходит с живым существом после нападения гливика, но мне посчастливилось увидеть этот процесс вживую.

Поднявшись, он стоял и смотрел вперёд; я находился позади него и не видел его стеклянного взгляда, устремлённого куда-то далеко в пустоту. В пустоту всех тех событий и того происходящего, что произошло за этот крайний и безумный день. Чувство страха всё больше сковывало меня; острая боль и всепоглощающий панический ужас пожирали меня изнутри, не давая сосредоточиться и понять ситуацию и порядок действий в такой сложившейся ситуации. Боль в ноге не отпускала меня после выпитого зелья; наоборот, она сохранялась и словно ледяные иглы изнутри продолжали колоть мою ногу. Всё-таки я решился подойти к Армену. Сделав пару шагов и взяв его за плечо, я медленно повернул его к себе.

Увидев обезумевший взгляд фанатика, я заметил, что его стеклянные глаза были полностью поглощены субстанцией гливика. Голова неповоротливо дергалась то в одну сторону, то в другую; блевотные глиняные сопли и слюни выплескивались у него изо рта. Вдруг он начал подниматься на ноги, успев схватить меня крепко за руку и повернувшись ко мне лицом, резко посмотрел в мои глаза. Его взгляд становился всё больше похожим на взгляд умершего человека, теряющего жизнь своего тела. Глаза были сильно расширены, рот открывался слишком широко с сопутствующим мерзким смрадным запахом и вытекающей обильной жидкостью. Он восклицал лишь одну фразу: "Быстрее пойдём, нас ждут… он ждёт!" Я осознавал, что может произойти в ближайшее время, и не стал медлить. Свободной рукой я нанёс сильный удар по руке, которая меня держала. Силы было достаточно, чтобы сломать ему руку и легко освободиться, но я не учёл одного нюанса: его рука была далеко не человеческой; она имела куда более плотную структуру, а кости словно преобразовались, становясь прочнее обычных человеческих костей. Удар за ударом я наносил по его руке. Удары казались бесполезными; его лицо с каждым мигом становилось всё менее человеческим. Его вторая рука, которой я не придавал внимания, сделала достаточный размах для удара и метким движением попала мне прямо в челюсть. Земля уходила из-под моих ног; я начал падать.

Звуки постепенно менялись, принимая нечеловеческие голосовые ноты. Его голос практически пропал; вместо него начинались хлюпанья во рту. Внешность охотника потеряла человеческие признаки и больше напоминала утопленника, у которого отсутствует человеческий запах. Страх и бессилие охватили меня; я понимал, что моя жизнь может закончиться в эту минуту.

Мне удалось отползти от этого мерзкого существа, напоминающего человека. Моим глазам почти удалось увидеть угасающий свет. Голова сильно пульсировала, я смотрел, как он приближается всё ближе и ближе. Звук хлюпанья доносился всё ближе; он также полз ко мне, изрыгая жижу на ходу, медленно передвигаясь. Его рука быстрым движением схватила меня за ногу и с силой тянула к себе. Я стал осознавать, что смерть подошла ко мне слишком близко.

Раздался резкий свист, разрезающий воздух. Что-то пролетело с невероятной скоростью. Глухой звук, и я почувствовал на своём теле жижу, словно меня облили из ведра помоями. В этот момент от сильного стресса я потерял сознание. Спустя некоторое время, неясно сколько прошло, медленно и не до конца открыв глаза, я увидел неприятную картину: кусок тушки моего знакомого Армена лежал перевёрнутый, без некоторых конечностей и головы. Мой взгляд был прикован к телу; сложно понять, что могло произойти за короткий момент. Меня осенило, что я ещё живой, и я не верил своему сознанию. Никакие последние мысли не успели посетить мою голову, я боялся лишь что сам мог превратиться в гливика, если бы не этот спасительный снаряд, который дал мне возможность ещё пожить в этом мире.

Головные боли и адская, мучительная боль в ноге продолжали мешать мне сосредоточиться на происходящем. Боря попытался выразить свою боль через гримасу на лице, но получилось это у него несколько комично. Вместо этого его слова передали мне всю глубину его страданий гораздо яснее. Меня сильно трясло, и тело меня не слушалось. Медленный и тихий стон со стороны заставил меня испуганно обернуться: рядом лежал Арн. Ему не стало лучше; он чувствовал себя только хуже. В руке он крепко сжимал флакон с жидкостью пурпурного цвета с дольками жёлтого оттенка. Он сжимал его из последних сил; флакончик лежал в его ладони, и жидкость внутри него словно была живая. Лежа на спине, он пытался что-то сказать, но не мог связать речь.

Мы оба отвлеклись на происходящее и забыли про шум внутри леса. Лес оживал и начинал порождать всё больше подозрительных и настораживающих звуков; они становились всё более слышимыми. Мои попытки подняться были тщетными: нога взвыла от боли, голова не соображала, реальность происходящего вгоняла в ужас. Эмоции перепутались как клубок нитей; жуткой вонью насытился воздух, который отуплял.

Арну оставалось недолго находиться в таком состоянии. Он спас мне жизнь, и я подполз ближе к нему, неторопливо отблагодарив его за спасение своей жизни. Но он лишь медленно и словно выдавливая из себя последние слова произнёс: "Б-Борис… мне конец… наши п-пути… рас…ходятся… прости… з-забери флакон… и выпей его сейчас же… он даст тебе сил выбраться на тропу… где был наш ночлег… забирай добычу и иди… оставь меня… мне конец…"

Мне было больно смотреть на него. Спасти его было долгом или честью – как кому удобнее будет звучать это слово. К сожалению, жизнь одна, и я выполнил его просьбу.

Открыв эликсир, который источал довольно приятный запах, я залпом выпил его. Мое состояние начало резко улучшаться: головные боли утихли, боль в ноге прошла вмиг, вонь стала менее ощутимой и вполне терпимой. Чудесный глоток свежести окрылил меня, направив к тропе, ведущей обратно в поселок. Однако я не забыл про вещи, оставленные где-то неподалеку. Время шло, лес медленно погружался во тьму, и мне нужно было спешить, чтобы отыскать все ценное с нашей охоты.

Не хотелось подходить близко к телу Армена. Казалось, его поймал безумный дикий зверь и изуродовал до неузнаваемости. Смрад исходил от его тела, покрытого грязно-глиняным налетом. Рыться в его вещах не было нужды – все лежало неподалеку. Нужно было быстро собрать все необходимое и удирать отсюда. Поиск вещей оказался не таким простым: они были разбросаны на недалеком расстоянии от меня. Звуковые волны исходящие от чудовища медленно приближались, как это было некоторое время назад до поиска Армена. Внимательно осматривая место, где лежал погибающий Арн, я пробежался по месту нашего падения, всматриваясь в каждую деталь. Каждый миг казался бесценным, словно золото в нашем привычном мире. Требовалось быстрым взглядом найти пропавшие вещи. И наконец, я их нашел.

Неожиданно наступила тишина – резкая и без повода. Я не стал задаваться лишними вопросами: здесь многое происходило без видимой логики. Моей целью оставалось собрать все потерянные вещи и двигаться как можно быстрее обратно в поселок. Эликсир, который дал мне Арн, явно был сильнодействующим веществом. Почему он сам его не выпил – оставалось загадкой.

В итоге мне удалось собрать все наши вещи с охоты, разбросанные по небольшой площади внутри чащи. Я схватил все добро и, как мог, бежал в сторону посёлка. Вдруг тишину прервал глухой гул, напоминающий рев древнего горна, становившийся всё громче и зловещее. С крон деревьев мягким, таинственным пледом начала расстилаться едва заметная пелена тумана, словно призрачное покрывало, медленно спускаясь вниз. Звуки становились всё более отчетливыми: приглушенный рев сменился зловещим чавканьем чего-то жидкого, доносящимся откуда-то неподалёку.

Напоминания о гливиках и огромных неизведанных существах стали реальностью: мне показалось, после дня наружу выходили другие, более мелкие твари. На тот момент представить более опасных существ было страшно. То, что сделал простой гливик с Арменом, казалось ужасом.

Меня продолжало беспокоить, почему Арн решил не спасаться, а остаться здесь. Я быстро передвигался по лесу в обратном направлении, надеясь выйти на то место, с которого мы начинали поиски Армена. Других троп я не знал и понимал: если выйду не туда, то точно не вернусь в поселок. Обо мне забудут, и будет ходить молва о том, как нас сожрали гливики или еще кто-то. Мы пошли на охоту за добычей, а сами стали ею.

История Бори: хоть она и казалась долгой и интересной, но в моей голове не укладывались странные и пугающие факторы. Что нас ждет дальше? Как сложится теперь моя жизнь в этом мире?

Пока мы с Борей шли по лесу, я прокручивал в голове каждый момент нашей встречи и все детали его истории. Боря хотел закончить рассказ, но предложил сначала перекусить после долгого пути к поселку. Мы устроились возле плоского камня, напоминающего стол. Боря достал пару кукурузных лепешек, немного молока и два стаканчика, приглашая меня присоединиться к трапезе. Я был голоден и сразу начал жадно есть лепешку, а Боря неспешно взял свою, сделал небольшой глоток молока и с довольным видом продолжил свою историю. "Я вернулся туда, где Арн рассек голову," начал Боря. "Вышел к болоту, откуда пришли те самые гливики, которых мы прихлопнули. Осмотревшись, я не нашел ничего интересного, но, когда поднял глаза и посмотрел вдаль лесной гущи, сердце у меня ушло в пятки. Там стоял огромный гливик – монстр, превосходящий всё, что я видел до этого момента. Невероятно огромная глинно-грязевая жижа, издающая приглушенный рев, словно демонстрируя свою силу и мощь. Вокруг него начали появляться другие гливики. Не раздумывая, я ринулся бежать из этого места как можно скорее."

Сидя и наслаждаясь кукурузной лепешкой, вкус которой мне очень понравился, я быстро пережевывал и спросил у Бориса: "Как тебе удалось выбраться из леса?" Борис с ухмылкой ответил: "Мне удалось свернуть на тропу и продолжать бежать. Легкая пелена тумана становилась все гуще, накрывая лес как простыня. Пришлось переночевать в другом месте, не столь далеком от того, где я был с Арном и Арменом. Но был еще один нюанс: как только я прибежал на место и подготовил ночлег, меня сразу вырубило, так что проснулся я лишь спустя долгое время. Сколько проспал – не понял. Было свежее утро."

Я посмотрел на Борю и задал ему еще один вопрос о его состоянии. Борис смотрел мне прямо в глаза, и на его лице появилась грусть – та самая, которую ощущает человек от утраты чего-то или кого-то важного. Он решил немного приподнять себе настроение и вспомнил действия эликсира, который дал ему Арн. Объясняя то, что сам слышал от местных людей о зельях и эликсирах, он сказал: "Эликсир придал мне силы и трезвый разум. Эффект продлился недолго, может быть около двух часов." По словам Бори, об этом чудесном эликсире ему рассказал местный алхимик. "Чудесная штука: бодрит и силы придает," усмехнулся он. "Утром правда нога снова дала о себе знать, как и другие болячки," добавил Боря с улыбкой. "Побочные действия от эликсира не самые приятные."

После того как мы перекусили, Боря аккуратно сложил столовые принадлежности в сумку и сказал, что нужно идти дальше – к поселку. На сытый желудок мне стало легче думать, да и настроение улучшилось. Боря шел неспешно, но уверенно говорил, что до начала ночи мы успеем добраться до поселка. С пищей и водой проблем не было – его провизии хватало на нас обоих. История Бори была закончена, путь до поселка оставался неблизким, но мы шли и сменили тему на более спокойную и жизненную.

****

Пройдя недолгий и легкий путь, мы вышли из леса и направились в другую сторону. Меня удивляло, что у Бори не было никаких средств для ориентации – ни компаса, ни карты, но он отлично знал местность. По его словам, он иногда мог напугать случайных путников, которые забрели сюда по ошибке или просто плохо ориентировались. Иногда это происходило случайно, а иногда он делал это ради собственной забавы. Однако, как подчеркнул Боря, путникам эти встречи не казались смешными.

Мы проходили через полянки и выходили на более крупные поля. Время летело быстро, и вот мы оказались на небольшой возвышенности. С нее открывался великолепный вид на поселок, о котором так много рассказывал Боря. Он был построен из нескольких внешних и внутренних кругов. Внешний круг был сооружен из крупных бревен, вбитых в землю рядом друг с другом, напоминая огромные заостренные колья. По периметру поселка стояли наблюдательные вышки – их было немного, но они виднелись с каждой стороны. Мы приближались к поселку.

Виднелся глубокий проход ко входу в это загадочное место. Борис рассказывал о поселке, описывая множество помещений внутри и внешний контур, между которым был еще один внутренний, почти такой же, как первый, но наполненный ловушками и другими приспособлениями. Видно их не было, но Боря пояснял, что они необходимы для обороны от внешних угроз – будь то нападения людей или куда более страшных тварей, обитающих в разных уголках этого мира. Существа имели разновидные формы, способности и характеры. Они могли мигрировать из одного места в другое с разными целями, что оставалось загадкой для людей. Этим вопросом занимался определенный круг лиц по всему миру.

Боря продолжал рассказывать о поселке и его значении в этом мире. С каждым его словом мы приближались ко входу. За воротами чувствовалась бурная жизнь, и мне становилось все интереснее.

В воздухе витал аромат свежего хлеба и жареного мяса, смешиваясь с запахами трав и цветов, растущих вдоль дороги. За воротами слышались детские голоса, смех и звуки работы – стук молотков, скрип телег и звон кузнечных наковален. Мне хотелось скорее зайти и увидеть эту новую жизнь, пообщаться с новыми людьми, понять их быт и интересы и раскрыть для себя часть этого нового мира – не со стороны тварей, которые его населяли, а со стороны простых людей.

Когда мы подошли к массивным воротам поселка, Борис громко крикнул: "Я Борис, завсегдатай здесь! Привел с собой попутчика. Отворите! Вооружен одним магическим предметом, мой попутчик не вооружен!" За воротами началась негромкая суета. Сначала были слышны короткие переговоры, затем раздался басовитый голос: "Открываем."

Массивные двери ворот начали медленно отворяться, словно никто не спешил. Тяжелые ворота начали свое движение. Когда они полностью открылись, перед нами стояли несколько охранников. Один из них внимательно рассматривал меня, другой посмотрел на Борю и сказал: "От вас запах сильный, сходите помойтесь, а то, как с помойки вышли." Боря посмотрел на него слегка криво и ответил: "Не вставляй свои пять копеек. Я привел новенького, можно сказать сопроводил. Так что пропустите нас. Впереди еще много процедур, а времени мало." Охранник воспринял слова Бориса с ухмылкой и злобой сказал: "Шагай вперед со своим спутником и не смей дерзить охране!" Второй охранник тоже не был расположен к Борису доброжелательно – это было видно по его гримасе на лице. Но он ничего не сказал, лишь буркнул: "Добро пожаловать в Урпку!