Текст книги "Собиратели осколков"

Автор книги: Антон Первушин

Соавторы: Николай Большаков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

– Ты не слишком занята сегодня? – вкрадчиво поинтересовался товарищ полковник.

– Нет. А что?

– А я вот, видишь ли, очень занят. Так что домой сегодня не выберусь. И завтра не выберусь.

– Опять какие-нибудь маневры?.. – Вероника даже не потрудилась припудрить свое безразличие к делам тестя.

– Можно сказать и так, – легко согласился товарищ полковник. – Я это к чему? Раз ты свободна, сводила бы Олечку в зоопарк…

– Со мной она не пойдет, – отчеканила невестка.

– Ты побеседуй с ней, убеди.

– Вадим Сергеич, я ещё раз повторяю, – говорит, как с дауном, – я могу сводить её в зоопарк, но она со мной не пойдет! А кончится всё это большим ревом.

– Но попробуй хотя бы. Она же твоя дочь.

– Да, она – моя дочь! – резко прибавила обороты Вероника. – Но разбаловали её вы, Вадим Сергеич! Вы с ней теперь и беседуйте! И пробуйте! И убеждайте!

– Послушай, Вероника…

– И слушать ничего не буду! – невестка отвернулась от визора. – Олька, перестань хныкать! Не пойдешь сегодня в зоопарк, ясно? И не смей реветь! Никуда вообще не пойдешь! Дед занят, ему не до тебя, поняла? Не смей реветь!

– Де – да!!! – преисполненный слёзной мольбой крик из угла.

– Вероника, ну нельзя же так! – вспылил наконец товарищ полковник.

– А как?! Как можно? – невестку не так – то легко было сбить с единожды избранного ею курса. – Что дед, что отец – явятся раз в месяц: леденцы, пирожные, мороженые, игрушек тонна, «что пожелаешь, Олечка?» – а мне потом отдувайся? На – до – е – ло! Слышите? На – до – е – ло! Сами её разбередили – сами теперь с ней в зоопарк и ходите!

Невестка взмахнула рукой и экран погас.

Товарищ полковник со свистом выпустил воздух сквозь зубы. Медленно ладонью стёр со лба выступивший во время перепалки пот. Нет, ну какая всё-таки стерва!

Как и всегда после подобных «бесед» товарищ полковник испытывал острое желание прямо вот сейчас встать, закрыть кабинет, спуститься в подвал и высадить в тире добрую обойму из станка по «бегущему кабану». Но поддаваться такого рода порывам было ниже достоинства офицера Третьего Отделения, и товарищ полковник, естественно, никуда не пошёл и ни по каким кабанам стрелять не стал.

Вместо этого, он собрался наконец связаться с архивом и только открыл рот, чтобы отдать терминалу соответствующие указания, как опять загорелся красным сигнал вызова. Тут же выскочило сообщение, что вызов поступил с частного терминала, с которым только что (минуту и двадцать три секунды назад) товарищ полковник обменивался информацией. Никак Вероника одумалась? – искренне удивился товарищ полковник. Извиниться хочет? Быть такого не может!

И оказался прав. Потому что этот новый запрос исходил не от Вероники, и вообще, не от кого – либо из близких товарищу полковнику людей. На противоположном от товарища полковника конце линии связи находился Падший Слава.

0001:0006

– Приветствую, Вадим.

В голопроекции появилось не привычное видеоизображение лица собеседника – перед товарищем полковником предстал Волк – нарисованная в трёхмерной графике и с большой любовью морда персонажа из знаменитого мультипликационного сериала «Ну, погоди!». И голос не принадлежал ни одному из живущих ныне людей: это была точная имитация голоса замечательного актера прошлого века Анатолия Папанова.

Тем не менее товарищ полковник сразу понял, кто перед ними на самом деле. И рука его плавно нырнула под стол. Он коснулся пальцем специальной клавиши, призывая на подмогу группу технического обеспечения Третьего Отделения. Группа немедленно подключилась, что засвидетельствовала ярко – алая плоскость, разрубившая рисованную шею Волка поперек гипертрофированного кадыка. Теперь они попытаются определить истинное местонахождение источника сигнала, а от товарища полковника требуется растянуть разговор как можно дольше и выжать из собеседника как можно больше. И о Фантомасе в том числе.

– Здравствуй, Слава, – протянул товарищ полковник.

– Быстро соображаешь, – оценил Падший Слава, а Волк в голопроекции развязно подмигнул. – Как твои дела?

– Работаю, – отвечал товарищ полковник.

– И хорошо работаешь, – сделал новый комплимент Слава. – Я к тебе именно по поводу работы.

Н-да, что-то невероятное сегодня происходит!

– Никак устроиться надумал? – очень натурально изумился товарищ полковник. – Или, наоборот, сдаться?

Смешок.

– Ну что ты, Вадим. Я не такой псих, чтобы поступать к вам на службу или капитулировать. Информацией хочу поделиться.

– Вот оно что… – протянул товарищ полковник. – Интересно. Значит, ты собираешься стать нашим информатором? Дятлом, что называется?

Не перегибай. Не клюнет.

– Вовсе нет, – сказал Падший Слава, а Волк вдруг встал на передние лапы, задрав задние вверх, и обнажил в хищной улыбке свои знаменитые клыки. – Такого дохода мне не надо. Я предупредить тебя хочу.

Какая забота о моей заднице! К чему бы это?

– О чем?

– Сегодня ты взял группу «Сетевые вампиры».

Вот черт! Все уже знают! Кроме, наверное, Вероники с Олечкой!.. Хотя…

– Ты интересуешься судьбой Фантомаса? – настороженно спросил товарищ полковник.

– Нет, – легко ответил Падший Слава; Волк сделал очередной кульбит. Я просто хочу дать тебе совет.

Ярко – алая плоскость, пересекавшая до сих пор кадык Волка и следовавшая за этим самым кадыком в моменты его, кадыка, перемещёний, приобрела отчетливо багровый цвет и покрылась рябью. Кажется, группа технического обеспечения засекла координаты респондента. Впрочем, данные следовало проверить.

– Совет? Что за совет?

– Будь я на твоем месте, – сказал Падший Слава, – я немедленно отпустил бы всю группу «Сетевые вампиры» за недостаточностью улик и более никогда не брался за разработку человека по имени Фантомас.

всё-таки Фантомас. Поистине свет клином сошелся на этом гении всех времен и народов!

– Будешь мотивировать свой совет? – уточнил товарищ полковник.

– Около года назад, – словно и невпопад произнес Падший Слава, – со мной связался один программист, вольный стрелок. И предложил свои услуги в решении вопросов весьма деликатного свойства. Я, естественно, поинтересовался стоимостью его услуг. Названная сумма меня удивила. Этот программист стоил намного дороже, чем сам себя оценивал. И это настораживало. Но я согласился. И никогда впоследствии не пожалел об этом.

– Интересно, – обронил товарищ полковник, который догадался, конечно, что речь идет не о каком – нибудь абстрактном программисте, а все о нём же о Фантомасе, будь он трижды проклят, – то есть ты хочешь сказать, что вот так вот взял и принял человека на работу? Без рекомендаций? Без залога? Что-то верится с трудом…

– Видишь ли, Вадим, – сказал Падший Слава, и морда Волка в голопроекции приобрела определенно задумчивое выражение, – этот человек не нуждался в рекомендациях.

– По какой такой уважительной причине?

– Он связался со мной по каналу, о существовании которого знали до сих пор только два человека: я и моя жена. Этим он подтвердил, в частности, и уровень своей квалификации.

Эк он его, подумал товарищ полковник с благоговением. Правильно говорят, высшего класса специалист. Не зря в него Геннадий вцепился, как клещ. Не зря.

– Спасибо за информацию, – сказал товарищ полковник вслух. – Но, честно говоря, меня твое предупреждение не пугает. Взломщик Фантомас блестящий, и программер – выше всяческих похвал. Только вот попался он и сидит сейчас в камере. И никакие выдающиеся способности ему выбраться из этой камеры не помогут.

– Ты в этом уверен?

– На сто процентов.

– Может быть, ты уже знаешь, кто из пяти Фантомас?

Полковнику очень хотелось сказать – да, мол, знаю – но он понимал, что Падший Слава находится в курсе происходящих в Третьем Отделении событий (каким образом – другой вопрос), а значит, располагает информацией о ходе разработки по Фантомасу. «Преувеличивать» не следовало: доверительный диалог утратит точку опоры. И товарищ полковник ответил прямо:

– Нет, пока ещё не знаю. Но ведь ты подскажешь?

Алая плоскость на шее Волка вдруг дёрнулась, поблекла и покрылась пузырями. Волк хищно оскалился.

Что там у них происходит?..

– Даже если бы захотел, – сказал Падший Слава раздумчиво, – что, в общем – то, маловероятно, то вряд ли я смог бы помочь тебе в этом деле.

– Это почему же? – насторожился товарищ полковник.

– Потому что я тоже не знаю, кто из них Фантомас.

– Интересное дело получается, – язвительно заметил товарищ полковник. – Ты нанимаешь человека. Человек на тебя работает. Ты платишь человеку за работу большие деньги. И вдруг в один прекрасный день выясняется, что ты не знаешь, кого ты нанял, кто на тебя работает и кому ты платишь?

– Не бери на понт, Вадик, – с презрением обронил Падший Слава, – я не из тех, кого можно взять на понт, и ты это прекрасно знаешь. Что же касается моих взаимоотношений с Фантомасом, то тут все просто: результаты работ говорили сами за себя… а деньги я ему переводил открыто, на легализованный счет, с уплатой подоходного и т. д. А вот встречаться с ним или разговаривать мне не приходилось…

– Но кто из пяти, ты ведь знал?

– Создание группы «Сетевые вампиры», – невозмутимо продолжал Падший Слава, – не моя инициатива. Это – одно из условий нашего с Фантомасом договора. Он сам потребовал, чтобы группу – всю целиком – мы обласкали и приняли на полную ставку. Очевидно, Фантомас предвидел возможность ареста и обезопасил себя таким вот необычным образом.

– «Обезопасил»? – товарищ полковник скептически хмыкнул. – Не так, оказывается, страшен Фантомас, как нам его малюют. Честно говоря, Вячеслав, я был о тебе более высокого мнения. Прикрыть разработку только потому, что какой-то хитрожопый сукин сын попытался обезопасить себя на ранней стадии подобным неуклюжим способом – странные, однако, советы ты даешь. И смешные.

Волк сморгнул и почесал когтем кончик носа. Алая плоскость поблекла ещё больше, покрылась трещинами и с едва слышным сухим треском раскололась на фрагменты. Волк схватил четырёхпалой лапой один из фрагментов и с задумчивым видом принялся жевать.

– Ты меня снова не понял, – сказал Падший Слава со вздохом. – А я хочу довести до тебя простую мысль: этот человек – маньяк. Он пришёл ко мне не за крышей и не за башлями – он пришёл ко мне делать дело, а я со всей своей техникой и связями был для него лишь наиболее подходящим рычагом, с помощью которого он собирался перевернуть Землю.

– Весьма образно, – оценил товарищ полковник. – И ты так легко согласился быть рычагом?

– Я позволял ему так думать, – после краткой паузы сказал Падший Слава. – В конце концов, эта маленькая уступка приносила мне большие деньги. Но ещё я понимал и понимаю, что долгое и равноправное сотрудничество с этим человеком невозможно. Да, он гений, но он еще и безумный гений – улавливаешь разницу? Возможно, вы его расколете… Нет, о чём это я – вы его обязательно расколете! Потом он сотворит вам чудо: одно – два – три – и вы будете в полном восторге: виктория, ордена, шампанское. А потом он вас обманет… – Падший Слава замолчал.

Товарищ полковник всё понял. Оставался один вопрос. Последний.

– Ты его боишься? – спросил товарищ полковник.

– А если и боюсь, – вспылил неожиданно Слава, – что это меняет?.. Да, я боюсь этого человека. Я боюсь гениальных безумцев. Меня, видишь ли, вполне устраивает то положение, которое я занимаю в этом мире. А наш с тобой общий друг способен все это взять, и изменить. На любом из уровней. Причём, это он сделает не по какой-то суровой необходимости, а как подскажет ему любимая мозоль на левой пятке.

– И ты так долго терпел его в своей епархии?

– Ну ладно, – продолжал Слава невпопад, словно и не слыша, что ему говорит товарищ полковник, – я понимаю, закрыть дело ты не можешь. Тебе этого просто не позволят. Но тогда возьми ты парня покрепче, стрелка проверенного – вызови из камер всех пятерых и… Убей его, Вадим!

Товарищ полковник растерялся. Он ожидал от Падшего Славы чего угодно, но только не такого предложения. Да в своем ли он уме?

– Ты в своем уме?

– Предпочел бы оказаться в чужом! – огрызнулся Падший Слава, перефразировав Кэрролла. – Пойми, Вадим, он опасен. Более опасного человека ты ещё под замок не сажал. Если ты его не убьешь, он тебя уничтожит!

– Ну, это мы ещё посмотрим…

– Я тебя предупредил! – сказал Падший Слава, как отрезал. – Тебе принимать решение. И не дай тебе Бог допустить ошибку.

Слава отключился. Волк растерянно моргнул, затем сунул лапу куда-то за спину и извлек, держа за уши, обречёно повизгивающего зайца, облизнулся и съел. После чего картинка скомкалась и исчезла.

Товарищ полковник немедленно связался с группой технического обеспечения.

В голопроекции появилось помятое лицо товарища майора Петракова. По выражению этого лица товарищ полковник понял, что у группы технического обеспечения что-то пошло не так.

– Засечь удалось?

Майора передёрнуло. Но он доложился:

– Нет, товарищ полковник.

– Параметры?

– Обмен продолжался четырнадцать минут тридцать шесть секунд. Изображение и голос респондента смоделированы с использованием пакета «Кристал Дизайнер Про»…

– Это имеет значение? – поинтересовался товарищ полковник.

– Нет.

– Тогда отделяйте шелуху.

– Так точно, – майор явно обиделся, но спорить не посмел. – В ходе обмена адрес респондента менялся семнадцать раз. Всё это – частные терминалы пользователей, проживающих в Москве и области. Они уже проверены. Как и следовало ожидать, они не имеют никакого отношения к криминальным структурам Города.

– План «Перехват – Центр»?

– Удалось получить только общую ориентировку. Судя по всему, передатчик респондента смонтирован на транспортном средстве; его средняя скорость во время разговора составляла сорок – сорок пять километров в час.

Шёл в черте города, сообразил товарищ полковник.

– Направление взяли?

– Юг, юго – восток. Автоинспекция и оперативные группы работают. Но шансы невелики.

– Понятно, – товарищ полковник ожидал чего-то подобного, и совершенно не собирался по этому поводу переживать. – Хорошо. Будут новости, немедленно свяжитесь со мной.

– Слушаюсь!

По лицу майора было видно, что новости вряд ли последуют, но протокол соблюден, а остальное – не его дело.

Товарищ полковник прервал связь и задумался.

Итак, Падший Слава.

Персонаж не простой. Пятьдесят девять лет. До двадцатого года занимал видный пост в недоброй памяти Правительстве Национального Возрождения. Потом, когда интервенты из ЭКАР при поддержке интернациональных бригад ЕС разгромили под Москвой Добровольческую армию Ершова и низложили «возрожденцев», Слава бежал и два года скрывался в Сибири. Однако после выборов в обновлённый парламент, снова всплыл в Столице – уже как глава мощнейшей криминальной группировки новой, «поствозрожденческой» формации. Предметом интереса и главным источником дохода для этой группировки стала информация и её непосредственное вместилище – всепланетная информационная сеть. Промышленный шпионаж, прогнозирование на основе прямого взлома, торговля «мертвыми душами», откровенный грабёж среди бела дня – это и многое другое использовалось группировкой Падшего Славы. Понятно, что для проведения акций подобного ранга требовались специалисты самого широкого профиля. И такие специалисты у Падшего Славы имелись. И не только компьютерщики. Так, согласно последним оперативным данным, в горячем резерве Падший Слава держал до двух сотен боевиков: в условиях города целая армия! Казалось бы, чего или кого может бояться человек подобного размаха и богатства? А вот оказывается, боится. До такой степени, что, выпустив ситуацию из-под контроля, идёт на контакт с органами правосудия, нарушая тем самым целый ряд писаных и неписаных правил. Неужели Фантомас действительно так хорош? Но если он так хорош, то почему тогда так легко попался?

Да нет, ерунда, одернул сам себя товарищ полковник. Задурить тебя Слава хотел – и весь разговор. Запугать и запутать. Видно, не самую низкую ступеньку занимал Фантомас в его доморощенной иерархии, многое знает, ко многому причастен. Вот и решил наш Слава сделать, что называется, ход конем: представить дело таким образом, будто вместо талантливого взломщика нам достался маньяк – индивидуалист, который только для вида согласится сотрудничать, а сам будет строить козни и врать напропалую. Чтобы, поверив Славе, мы авансом перестали верить Фантомасу.

Очень похоже на правду, – решил товарищ полковник, – ход конем. Так это и следует расценивать… Но в конце концов, дадут мне сегодня поработать или нет?!

Не откладывая более этого дела в долгий ящик, товарищ полковник связался с архивом и выяснил, что двенадцатого апреля две тысячи двадцать пятого года паролем доступа в локальную сеть Третьего Отделения Комитета по Вопросам Общественной Стабилизации и Интеграции по приоритету «С» было вычурное сочетание из трёх слов: «Гиацинты трепещут томно».

0001:0007

В 17:58 товарищ полковник получил наконец возможность ознакомиться с первыми результатами работы своих капитанов по расшифровке Фантомаса. Начал он по порядку – с записи допроса Первого из подозреваемых капитаном Скворешниковым.

Для служебного пользования

Видеопротокол допроса гр. Перевезенцева А.К. (РПН TYUER588974) («Первый»)

Рабочий материал по делу № HJ 457943 «Сетевые вампиры»

(3 экз., копия – в архив, копия – нач. группы)

16:51:04–17:13:43

Капитан Скворешников: – Ещё раз здравствуй, мой юный друг.

Первый: (неразборчиво).

Скворешников: – Что ты сказал?

Первый: – Зенкались уже.

Скворешников: – Я рад, что ты помнишь. Но перейдем к делу…

Первый (с негодованием): – Какие дела, нач? Я – грыж в лояле, заки чту. В рум закатил по рюмахе черного квакнуть, фройнд у меня там. По натуре врос, а тут твои крабы, контрольнули и брек. А я и не вайсаю, где и ху.

Скворешников (вкрадчиво): – Значит, говоришь, кофе зашел попить? К другу в контору?

Первый: – Тики, нач. Я грыж в лояле. По пассу зенкни. Там аллес заскреено.

Скворешников: – Видел я твою карту. Не спорю: по этой ксивке ты перед законом чист. Как та слеза. И поверить был бы тебе рад, да вот только мучает меня смутное подозрение: если ты в лояле, то какого, спрашивается, хрена дружбу водишь со всякой требухой?

Первый (расслабленно): – Ну багом заколдобилось, нач. Фройнд ис фройнд. Мастдай, без бреха. Но нуль в завязку – зуб.

Скворешников: – И что теперь раскаиваешься, вижу. Ещё бы ты не раскаивался. А по поводу завязки… Не верю я, чтобы сам Фантомас взял вдруг и завязал.

(Пауза).

Первый: – Не вайсаю, нач. Ху Фантомас?

Скворешников (удивленно): – Как это кто? Ты!

Первый: – Не штопь, нач, не штопь. Я псив по госту лабаю. В пассе заскреено. Вечерний Штопор – мой имаж.

Скворешников (с живейшим интересом): – А к чему, кстати, такой интересный псевдоним – Вечерний Штопор?

Первый (польщенный проявлением интереса): – Хумарим, нач, по кляйну. Ламеры тащают, метёлки кипятком писают, аллес гут.

Скворешников: – Понятно. Любишь, значит, пошутить? Это хорошо. Я юмористов уважаю. Особенно эта твоя мне шутка понравилась. Которая – «Бля».

(Пауза).

Первый (нервно): – Вир «Бля» я хавал, нач. И по приколу пластал. Но в задрючку не я обрунил – зуб. Немайный арбайт.

Скворешников (помедлив): – Что ж, поверю пока на слово. Мы вернемся к этому вопросу.

Первый (ещё более нервно): – Не по кайфу ретурить, нач. В стрелку так в стрелку. Но вир «Бля» не на майной ряшке, врубись!

Скворешников (невозмутимо): – А что ты тогда волнуешься? Разберёмся.

(Пауза).

Скворешников: – Пока давай о друге твоем поговорим. Ты тут упоминал, что друг у тебя в конторе этой работал. Что за друг? Давно ли ты с ним знаком?

Первый (осторожно): – Кларнет – его имаж. Феска – Борислав Калныньш. Папик, но в толке. Лабуду не клеит. В нэтке шурует, как гот. Мы с ним требуху фанэта клеили. Я и не вайсал, что он у кримов в корешах.

Скворешников: – Так уж и не знал?

Первый: – У него ж на фейсе не заскреено.

Скворешников: – Понятно. Ну а о работе своей теперешней он что-нибудь тебе рассказывал?

Первый (заметно расслабившись): – Да ужимами аллес, нач. Дас обрунил, двас обрунил. Без листа.

Скворешников (с напряжением в голосе): – Но вы же были друзья. Неужели совсем обходилось без подробностей?

Первый (почти нагло): – Тики, нач.

Скворешников (глухо): – Хорошо. Значит, и о делах друга своего ты ничего толком рассказать не можешь? Но давай хоть о твоих повседневных заботах поговорим. Чем занимаешься? Чем живёшь? Чем дышишь?

Первый (явно издеваясь): – Как грыжи в лояле, нач. Против ланда смердеть – не рулез. Я и не смердю. Тэд – пасс в руку, нач, и отгребём, как шипы. А то мне рвотник зенкать и арбайт задрючивать…

Скворешников (чуть повысив голос): – Не желаешь, значит, говорить серьезно? Дурочку, значит, валяешь? Балаган, значит, здесь устроил? Весёлое, значит, представление?..

(Пауза).

Скворешников (почти кричит): Да я тебя, ханыгу аршного, на кичу прикуплю! Я тебя факом на шишак отнычу! Ты у меня, чмырь позный, заюшкаешься!..

(Пауза).

Первый (пришибленно): – Извините, гражданин начальник. Я больше не буду…

Торопится, подумал товарищ полковник о капитане Скворешникове. Спешит. Накрутили ему хвост – теперь спешит. Не перегнул бы только. А то уйдет парнишка в отказ, что тогда будем делать?

Досматривать запись этой беседы товарищ полковник не стал, а проглядел составленное самим Скворешниковым краткое резюме: «Первый на контакт не идет. Играет по сценарию «Дурочка». Коэффициент ВНУП = 24,5. Коэффициент ЛЖИ = 56,6. Для интенсификации ведения разработки по Первому прошу санкционировать применение к подследственному воздействие второй степени по шкале МВ.»

Торопится. А вторая степень парнишку может сломать. Коэффициент ВНУП 24 с половиной – это, что называется, не коэффициент ВНУП 40 или 50. Если Первый – Фантомас, Высокий Гена мне этого самого «воздействия» никогда не простит. Так что, Николай, проси – не проси, а с Центром мы ссориться не будем. С Центром мы будем дружить. Или хотя бы изображать видимость дружбы.

В графе «Резолюция» товарищ полковник набрал следующий ответ: «Продолжайте разработку. Воздействие второй степени запрещаю категорически!», после чего перешел к делу Второго из подозреваемых, которым занимался капитан Магидович.

Для служебного пользования

Видеопротокол допроса гр. Калныньша Б.А. (РПН FRETS287452) («Второй»)

Рабочий материал по делу № HJ 457943 «Сетевые вампиры»

(3 экз., копия – в архив, копия – нач. группы)

16:52:18–17:24:14

Капитан Магидович (вежливо): – Меня зовут Андрей.

Второй (помедлив): – А отчество?

Магидович: – Вы можете называть меня просто по имени.

Второй: – В таком случае и вы называйте меня просто по имени: Борислав.

Магидович: – Рад познакомиться, Борислав.

Второй: – Мне тоже весьма приятно беседовать с вами, но, если честно, то я предпочитаю знакомиться с интересными людьми в другой обстановке. И при других обстоятельствах.

Магидович (философски): – Что же делать, Борислав? Вы свой выбор сделали. Всем нам раньше – позже приходится выбирать: с кем я – с теми, или с этими. И результат выбора определяет нашу дальнейшую судьбу. И в конечном счёте – обстановку, в которой приходится знакомиться с новым интересным для вас человеком.

Второй (задумчиво): – Почему же только «с тем я, или с этим»? А третий путь?

Магидович: – Третьего не дано. И не подумайте, Борислав, что я из фанатиков Идеи. Нет. Просто у меня богатый опыт по части выбора «путей в жизни». Вот, например, вы… К какой категории людей вы себя причисляете?

(Пауза).

Второй: – Можно мне закурить?

Магидович: – Пожалуйста.

Второй: – Не составите компанию? «Данхилл»…

Магидович: – Я не курю.

Второй (щелкая зажигалкой): – И правильно делаете… К какой категории людей я себя причисляю? Ну допустим, к тем, кто ценит свою личную свободу выше всего остального.

Магидович: – К анархистам – индивидуалистам?

Второй: – Не столь примитивно, конечно… Да, я – индивидуалист. Однако признаю, что общество, состоящее из одних индивидуалистов, обречено на скорое вымирание. А мне не хотелось бы, чтобы в один прекрасный день всё человечество вымерло. Поэтому я принимаю право государства пресекать любыми методами – вплоть до самых кровавых – действия, ведущие к разрушению установившихся между индивидуумами связей.

Магидович: – То есть получается, что вы поддерживаете государственный курс Социальной Стабилизации?

Второй (подумав): – Я признаю необходимость подобного курса в нынешних условиях. Однако это признание вовсе не обязывает меня курс Социальной Стабилизации поддерживать.

Магидович: – Нонсенс…

Второй: – А вы взгляните на это под другим углом. А все ли, что делает человечество для своего спасения, имеет право быть причисленным к благодеянию?

Магидович (пожимая плечами): – В конечном счете – да.

Второй: – Вот – вот. Но не думаю, что с вами согласились бы, например, дети Хиросимы…

Магидович: – Передергиваем, Борислав! Передергиваем. Взрыв атомной бомбы над Хиросимой не есть акт во спасение человеческой расы. Американцы минимизировали собственные потери в предстоящей кампании; это разные вещи. Однако именно этот ваш логический выверт возвращает нас к тому, с чего мы сегодня начали…

Второй (закуривая новую сигарету): – Вот как? Очень интересно!

Магидович: – А начали мы, собственно, с проблемы выбора. И я утверждаю, Борислав, что даже рассуждая вышеизложенным образом, вы всё равно окажетесь по одну из сторон баррикады, и то, что вы называете «третьим путем», – лишь иллюзия, самообман. Вы не поддерживаете курс правительства? Прекрасно. Скоро у вас появятся друзья, которые тоже не поддерживают курс правительства. Очень мягко и ненавязчиво друзья в конце концов предложат вам не поддерживать курс правительства активно. И даже если вы откажетесь участвовать в их «борьбе», одно то, что вы не сообщите в компетентные органы о факте подобного предложения, автоматически поставит вас за рамки закона – и где здесь «третий» путь? Находясь внутри социума, легко быть индивидуалистом. Но трудно и на практике невозможно – быть отшельником.

Второй: – Хорошо сказано!

Магидович: – Спасибо.

Второй: – Но осмелюсь ещё поспорить, Андрей. Надеюсь, вы не против?

Магидович: – Отнюдь.

Второй: – Видите ли, Андрей, обосновывая свою позицию, вы исходили из достаточно традиционного представления о человеке как существе, всегда адекватно воспринимающем окружающий мир. Но ведь это не так. Каждый человек сам строит свою вселенную. Третий путь не может возникнуть во внешнем мире – тут я с вами согласен; любое движение личности в объективной реальности кто-нибудь обязательно использует к своей выгоде. Третий путь возникает и строится во внутреннем мире, на внутреннем ощущении. Понимаете?

Магидович (с заметным разочарованием): – Так вы, оказывается, субъективный идеалист?

Второй: – Вы всё стараетесь упростить. Я же хотел только сказать, что человек может оставаться свободным вне зависимости от того, в какой среде он находится. Это внутренняя свобода; и она – гораздо большая ценность, чем свобода навязанная…

Магидович: – Для кого «большая»?

Второй: – Теоретически, для самого человека. Но практически – и для государства.

Магидович: – Новое противоречие. Если представить себе некую экстремальную ситуацию: войну и тотальную мобилизацию, например – куда заведет данного конкретного гражданина эта ваша «внутренняя» свобода? Не на передовую, думается…

Второй (с усмешкой): – Как раз экстремальная ситуация и способна продемонстрировать нам, насколько глубоко уважается конкретным государством внутренняя свобода его конкретных граждан.

Магидович (заинтересованно): – Поясните, пожалуйста.

Второй: – Тут принцип простой. Человек по умолчанию наделен внутренней свободой в полном объеме. Он этого может не понимать, но это и неважно. Если государство вместо того, чтобы всячески эту свободу развивать, старается, наоборот, задавить её, свести до минимума, человек на внутреннем, практически подсознательном уровне вступает с подобным государством в конфликт. Я хочу сказать, что человек будет защищать телом своим и сердцем только ту страну (Родина она ему или нет – безразлично), которая уважает его право на внутреннюю свободу.

Магидович: – То есть, вы считаете, что политика Социальной Стабилизации направлена на подавление внутренней свободы?

Второй: – Я этого не говорил.

Магидович: – Но я вас так понял. Иначе зачем бы вам искать пресловутый «третий» путь?

Второй: – Можно, я ещё закурю?..

Запись допроса капитаном Магидовичем Второго из подозреваемых вызвала у товарища полковника искреннее и вполне объяснимое недоумение. Понятно, что у каждого сыщика своя собственная метода. Хоть и учат их пять лет, хоть и сдают они курсовые работы по основам и принципам ведения допросов, плох тот следователь который не сумеет сам отыскать свой особый прием по раскалыванию клиента, Магидович, несмотря на свое неуважительное отношение к субординации и писаным правилам, был из числа лучших работников Третьего Отделения. За счет этих самых особых приемов, в частности. Но такой манеры вести дознание товарищ полковник не ожидал даже от него. Что это, в самом деле, Внутренняя свобода, третий путь, субъективный индивидуализм… Жаргон похлеще, чем у того хохлатого, с которым работает Скворешников.

Товарищ полковник быстро просмотрел доклад Магидовича о первых результатах: «КАЛНЫНЬШ Борислав Аркадьевич («Второй»). ФИО – подлинные. Биографические данные, указанные в регистр – пассе – подлинные. В группе «Сетевые вампиры» занимался криптозащитой[62]62
   Криптозащита – защита информации путём превращения её в бессмысленный набор символов, расшифровать который может только человек, знающий ключ.


[Закрыть], распределенными системами AI[63]63
   AI – общепринятое сокращ. от англ. Artificial Intelligence, что означает «искусственный интеллект».


[Закрыть]. Вину свою осознает, готов нести всю полноту ответственности за совершенные преступления против законности и порядка. Коэффициент ВНУП = 42,2. Коэффициент ЛЖИ = 12,4. »

Ну да, и все эти выводы он сделал на основании такой вот неудобоваримой беседы. Затянутой, между прочим, беседы. Очень затянутой. А времени у нас осталось сорок четыре часа. Ни больше, ни меньше. Андрей хороший, признанный специалист, но не перемудрил бы. Или он полагает, что Второй никаким Фантомасом оказаться не может, и поэтому просто с удовольствием проводит время. Хотя нет. Если бы он так считал, немедленно доложился бы. Дело он знает. Тогда зачем этот спектакль.

В резюме для Магидовича товарищ полковник записал следующую рекомендацию, «Интенсифицировать работу над Вторым. Выявить связи, допросить на предмет его личного отношения к коллегам по работе. Беседы за жизнь прекратить».

Потом перечитал своё собственное послание и оно ему не понравилось. Не из той породы капитан Андрей Магидович, чтобы ему указывать, как и когда интенсифицировать оперативную разработку, но и оставить всё так, как оно есть и без комментариев товарищ полковник не мог.

Он ещё раз перечитал рекомендацию, стёр грозно – необдуманное, «Беседы за жизнь прекратить», и отправил послание в сеть.