Текст книги "Суетящийся демон. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Антон Гусев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

Глава 15
Полет к свету

«Глубже в Норы, крепче связи» – звучала в голове молодого человека поговорка, которую он частенько слышал на протяжении их пути от самых разных обитателей. Живущие в глубине, искренне гордились своим положением относительно жителей окраин, то есть внешней части пещер. Находясь рядом с Суетящимся демоном, Евклид постепенно впитывал умение понимать чужую речь, а мозгач, который попадал на язык с завидной регулярностью, ещё сильнее способствовал обучению.

Поговорка появилась не зря, в глубине пещер процветали ремёсла и какая-никакая промышленность. И хотя стандартное производственное помещение порой напоминало молодому человеку обычный дачный сарай, оно вполне покрывало скромные потребности большинства жителей.

Текущий отрезок пути был задымлён отходами, клубящимися сразу из нескольких пещер и частично выходящими через вытяжки в потолке, но сейчас этого способа явно было недостаточно. Евклид шёл вперёд, прищурившись и старался дышать сквозь рукав, отфильтровывая едкие химические пары.

«Никогда бы не подумал, что в Норах можно наладить жизнь такого уровня!»

«Демоны очень выносливы, хозяин, как, впрочем, и люди».

Откуда-то справа послышалась ругань и звук ударов. Неожиданно, пронзая клубы дыма, в сторону Евклида пронеслось тело, но со всего размаха врезалось в ледяной щит. Синеволосый был наготове и сумел прикрыть хозяина. Не успело тело осесть на пол, как с той же стороны на него обрушился рогатый демон, осыпая градом ударов.

Евклид отскочил в сторону, Тимофей встал рядом с ним со щитом и копьём. Оба ошарашенно наблюдали, как одно существо вколачивает голову другого в пол. Чёрные ошмётки летели во все стороны, выше шеи лежащего внизу уже практически ничего не осталось, однако, он вдруг вскинул руки и принялся отчаянно отбиваться.

Он извернулся, схватил сидящего за волосы и скинул с себя, взгромоздившись сверху. Теперь уже настала его очередь обрушить на противника ярость своих разбитых кулаков. Его собственная голова при этом с невероятной скоростью восстанавливалась. Низкий лоб, глубоко посаженные глаза, большой горбатый нос и закручивающиеся рога – внешность его постепенно обретала различимые черты.

Наконец, оба сатана расцепились и обмякли на полу, на ходу залечивая повреждения и злобно таращась друг на друга. Евклид отметил, что они довольно похожи. Вокруг, не обращая внимания на едкий дым, уже собралась толпа, но эти двое словно не замечали никого вокруг.

– Я говорил тебе, ублюдок, что ты подохнешь сегодня! – прохрипел тот, чьи рога были прямыми и гладкими. – Ни варить, ни драться не умеешь!

– Я ещё устрою тебе взбучку, мы, винторогие, не прощаем обид! Состав приготовил я! Мне его и нести!

– Твой раскисший мозг, который я только что размозжил, видимо позабыл кто придумал его формулу?

– Что толку от чёртовой теории, без результа! Варка моя! Я довёл состав!

– Уважаемые! – вмешался Евклид, – могу я поинтересоваться в чём суть ваших разногласий?

– Ты ещё кто⁈ – нахмурился винторогий и втянул воздух носом. – Человек? Ты чего тут забыл? Воздух вокруг отравлен, тебе не стоит здесь задерживаться!

– Я просто случайный прохожий, которого вы двоя, друзья мои, чуть не пришибли в процессе вашей беседы. Если бы не мой сатан, не стоять мне здесь и не задавать вопросов. Прошу объясниться, можете считать это извинением за причинённые неудобства.

– Чего это он так разговаривает? – понизив голос, спросил пряморогий у своего, противника. – Может важный какой?

– Не знаю, – косясь на молодого человека, – прошептал винторогий. – Вон у него демон какой внушительный. Может и важный. Давай у него спросим?

Пряморогий согласно кивнул.

– А чего это ты так разговариваешь? Ты что это? Важный? – неуверенно пробубнил один из них.

Евклид и так прекрасно слышал, что обсуждали эти существа, они были явно не в себе и не питали агрессии ни к кому, кроме друг друга.

– Конечно. Я очень важный человек. Как сам думаешь, пришёл бы я сюда, дышать этим вонючим вредным дымом, если бы у меня не было какого-то важного дела? Давай рассказывай, что у вас тут стряслось?

– Рассказывать? – обратился демон к своему товарищу, чью голову минуту назад с таким упоением разносил.

– Рассказывай, чего уж. Важный какой-то, что поделать.

– Мы учёные. Химики. Напарники. Взяли хороший заказ. Выполнили блестяще… – забормотал первый.

– Да, великолепно выполнили! – поддержал второй. – Говорили, что ни у кого не получится, а у нас получилось! Уплотнение металла, борьба с коррозией, Иридий, мы бросаем тебе вызов!

– Да! Вызов! Я сейчас же, отнесу результат нашему заказчику!

– Не дождёшься! – зарычал его оппонент, – Результат понесу я!

Начавшая было приходить в порядок обстановка, снова начала накаляться.

– Друзья! – перебил Евклид. – Кто ваш заказчик? Может в качестве небольшой услуги, состав доставлю я? Я как раз направляюсь вглубь по просьбе своего партнёра, уважаемого Бракуса.

– Бракуса? Он сказал Бракуса? – обратился пряморогий к приятелю.

– Точно! С Бракусом шутки плохи. Он тоже учёный.

– Что скажешь? Он незнакомец. Нельзя доверять ему состав. Лучше я сам…

– Да пожри тебя пустота, ты не понесёшь состав сам! -зашипел пряморогий. – Какой же он незнакомец, если он друг Бракуса⁈ Лучше уж этот, чем ты или кто-то из этих бестолковых зевак!

– Как твоё имя, проходимец? – Обратился один из учёных к молодому человеку.

– Евклид.

– О! Евклид! Знаем такого.!

«Слышишь, Тимофей? Моя слава докатилась и до этих мест!»

– … Знаменитый математик-человек из прошлого! Жаль, что ты не он, но имя хорошее.

«Действительно отличное имя, хозяин».

– Ладно! Если ты от Бракуса, мы согласны. Сейчас схожу за посылкой.

Винторогий исчез в пелене, а его напарник подскочил к Евклиду, повязывая чёрную шёлковую повязку на запястье:

– Знак того, что ты идёшь к заказчику! – Громко зашептал он на ухо Евклиду. – Никто точно не знает где он живёт. Но когда прибудешь на торговую площадь, тебя узнают по этой повязке и отведут! Он даёт её вместе с заказом. С ней вас никто не тронет по пути.

Второй демон возник с небольшим, но тяжёлым металлическим коробом в руке с цепью вместо ручки. Он втиснул цепь в ладонь молодому человеку и громко зашептал в другое ухо:

– Не потеряй! Очень ценное! Обманешь, найдём, Евклид, друг Бракуса!

– Как зовут вашего заказчика? Теперь, когда я ваш курьер, я имею право знать. – Молодой человек был зажат между двумя демонами, которые одновременно нашёптывали, каждый в своё ухо, детали маршрута и слова, которые следовало передать заказчику.

Демоны переглянулись и одновременно выпалили:

– Ваджра!

– Зачем ты в это ввязался? – спросил Тимофей, когда едкий дым и пара сумасшедших демонов остались позади.

– Знаешь, с момента, как я решил собирать армию, мне как будто бы появилось дело до всего, что здесь происходит. Знаешь, это как… Жить в съёмной квартире и своей собственной. В собственной хочется сделать так, чтобы всё было по-твоему, в порядке и навсегда. В школе Пояса Апостола я не чувствовал подобного. И потом, с момента нашего путешествия вглубь, я ощущаю, что события складываются удивительным образом: этот старик в коляске, потом Малёк, теперь вот эти двое… Тебе не кажется это странным?

– Норы вообще странное место, хозяин. Но мне непонятна аналогия с квартирой. Я всегда жил рядом с хозяевами-людьми в самых разных местах. Я – это я, а не место в котором я нахожусь. Я – везде я.

– Держи короб, сатан, – нарочито громко вздохнул Евклид, – я законтрактовался не для того, чтобы носить тяжести.

– Люди слабы, – усмехнулся Тимофей.

– Главное, что вера в успех крепка, – парировал Евклид. – Только на ней и держимся.

Остаток пути прошёл без особенных происшествий. Евклид предпочёл отказаться ото сна и прибыть на место побыстрее. Судя по карте, они находились недалеко от пункта назначения. В продолговатой и хорошо освещённой пещере раскинулись торговые ряды. Продукты питания, артефакты, товары для дома и прочие безделушки были разложены на полу или в лучшем случае небольших полках, собранных из чего попало.

Вокруг полок сновал народ, торгуясь и общаясь между собой жестами. Людей было мало, в основном демоны самого разного вида.

– Тимофей, вот гляжу я на этих существ и думаю, если голодную тварь снаружи притащить сюда и дать время, стала бы она вот также мирно бродить, выбирая побрякушки?

– Зарождение разума внутри демонов пока плохо изучено, Евклид. Со всеми бы точно не сработало. Возможность осознавать себя и расти, вбирая в себя знания и получая могущество – привилегия, доступная не всем.

– И кто раздаёт подобные привилегии? Бог?

– Демоны, в большинстве своём, не признают никаких сущностей выше себя. В том числе и я. Считаю, что зарождение меня, как разумной сущности, это моя собственная заслуга. Ещё я благодарен пожилой женщине, связавшей мне эти перчатки, но более – никому.

– Уже неплохо! А я вот даже не знаю кого мне благодарить за то, что я стал сущностью Хаосума. Тито? Павла? Короля Закхарда? Директора?

– Себя благодари, хозяин. Наша цель – господство над этим миром, не стоит примешивать сюда слишком много благодарности… – Демон ухмыльнулся, – Смешно сказал?

– Юмор, как по мне, это нечто иное, Тимофей. Но попытка хорошая.

– Простите…

Евклид подпрыгнул от неожиданности, звук доносился откуда-то сверху. Прямо над его головой махал крыльями крохотный демон, похожий на летучую мышь. Только голова у этой летучей мыши была человеческая, детская, с большими глазами, а зубки во рту были острые, в несколько рядов. Демон дружелюбно улыбался, разглядывая Суетящегося.

– У вас на руке шёлковый платок господина. Следуйте за мной, я вас провожу, здесь недалеко.

Они свернули в одну из боковых пещер и зашагали по лестнице, резко ведущей вниз.

– Идёте? Я тоже иду… – постоянно твердил их спутник, видимо, чтобы путники не потеряли его в темноте. Эти слова эхом разносились по тоннелю и звучали довольно жутко.

Шли они минут пять, людей вокруг совсем не осталось. На карте, это Евклид помнил ясно, вообще не было подобных пещер. Остановились они перед дырой в стене, уходящей вниз в темноту под углом.

– Ложитесь и отталкивайтесь, господин ожидает вас внизу.

– Куда ведёт эта горка? – Евклид заглянул в отверстие. – Мы тебя даже не знаем, может там, внизу разинуло пасть какое-то чудище, а ты отправляешь нас ему на ужин.

– Вы же надели чёрный платок. Я вас довёл. Идите. Туда я не иду. – Твердил демон, будто не понимал, что ему говорят.

«Хватай его, Тимофей. Возьмём малявку с собой».

– Да застынешь ты, холодом объят…

Парализованное тело их проводника, покрытое тонкой корочкой льда, упало вниз, прямо в подставленную ладонь синеволосого.

– Почему? Почему.? – Непонимающе твердил демон.

– Потому что в этом мире никому нельзя доверять, дружок. – С сожалением покачал головой Евклид. – Тимофей, ты первый. И подготовь копьё на случай, если придётся тормозить или там внизу действительно окажется кто-то, желающий нас сожрать.

Демон кивнул и полез в дыру, параллельно вытаскивая копьё. Евклид, нырнул следом.

В тёмном желобе было холодно, зато тонкий слой льда, покрывающий его стенки позволял скользить по нему, не обдирая кожи. Скорость и уклон быстро нарастали и дуэту приходилось цепляться за стенки всеми конечностями, чтобы не разгоняться слишком быстро.

– А назад-то как⁈ – крикнул Евклид, обращаясь к их проводнику.

– Назад проводят, – донёсся грустный голос в ответ.

Поездка длилась недолго, секунд через тридцать, Тимофей предупредил, что видит свет впереди, а затем они друг за другом вылетели из желоба. Оба порядком приложились бы об пол, несмотря на наваленную внизу солому, если бы воздух, ставший вдруг невероятно густым, не замедлил их падение. Евклид не смог сделать вдох. Уплотнившийся воздух никак не хотел проходить сквозь носоглотку, в лёгкие. Но не успел он запаниковать, как они медленно сползли вниз, оказавшись на предусмотрительно подложенной мягкой подстилке. Дыхание вмиг восстановилось.

– Отличная могла получится ловушка, – тяжело втягивая воздух, Евклид стряхивал с брюк остатки соломы.

– В чём дело, хозяин?

– В этом клубке сгущенного воздуха невозможно дышать… Точно, ты же не знаешь, что такое дыхание, Тимофей.

– Знаю, но к счастью, не нуждаюсь в нём. Невозможность дыхания одна из самых частых причин смерти людей, хозяин, а я знаю в этом толк. Люди могут утонуть, подавиться, задушить друг друга…

Раздался отдалённый металлический лязг и синеволосый умолк. Ещё удар.

– Что это? – спросил Тимофей у проводника.

– Мне нельзя сюда, пустите, – замотал головой тот.

– Освободи его, – велел Евклид. – Свою работу он сделал. Пойдём взглянем, что там происходит.

Коридор изогнулся и они увидели дрожащий на стенках свет, а потом и то, что его отбрасывало. Внушительный горн в виде пасти демона изрыгал языки пламени, освещая мрачное помещение. В середине помещения, отбрасывая жуткую тень, возвышалась тощая фигура кузнеца, раз за разом наносящая удары по чему-то лежащему на наковальне.

Окончательно освободившийся от ледяных пут проводник, несколько раз взмахнул перепончатыми крыльями и глядя на пламя, завороженно прошептал.

– Огонёк-огонёк…

– Тимофей, останови его!

Но было уже поздно, их новый знакомый, не издав больше ни звука, исчез в пламени.

– Твою мать… – выругался Евклид.

Кузнец поднял голову.

– Свет горнила тянет этих демонов к себе, – голос кузнеца показался Евклиду знакомым.

Приблизившись, он окончательно узнал его:

– Гелиодор!

– Мои недавние спасители! Приветствую вас в своей обители. Рад, что вам удалось добраться сюда, да ещё и с подарком. – Он кивнул на металлический короб на цепи, который держал Тимофей.

– Да, по пути нам подкинули работёнку. Пара учёных-демонов попросили передать это заказчику, а этот маленький крылатый демон сказал, что Ваджру можно найти здесь. Гелиодор, вы не знаете где он? И как вы умудрились добраться сюда быстрее нас.?

Евклид запнулся, он увидел что лежало на наковальне. Это была неестественно сплющенная, раскалённая у самых пальцев, человеческая нога. Толстая часть ноги исчезала под серой рубахой кузнеца. Инвалидное кресло на ножках стояло здесь же.

– Он и есть Ваджра, Евклид. Разве ты не видишь? – Суетящийся демон положил руку на плечо хозяина. Он был в восторге от очередного поворота судьбы, к которому его привела связь с хозяином. На обнажённых зубах сатана бегали блики пламени.

Кузнец кивнул и ударил по раскалённым пальцам. А потом ещё и ещё. Евклид и Тимофей восторженно наблюдали за тем, как пальцы и стопа постепенно приобретали привычную человеческую форму.

– Подсобишь, демон? – поинтересовался кузнец.

Синеволосый кивнул и вокруг ноги кузнеца зашипел мгновенно испаряющийся лёд. Ваджра закрыл глаза и рухнул в своё кресло. Когда пар рассеялся он медленно встал и прошёлся по кузнице.

– Я уже очень стар. А этот… Массаж… Помогает моему телу… Сохранять тонус. Так мне проще находится в человеческом обличье. Хотя, если признаться, я всё равно неизбежно стремлюсь к развоплощению. Или проще говоря, умираю.

Я рад, что вы двое появились здесь. В Норах почти нет достойных демонов и точно нет ни одного достойного человека для того чтобы сделать то, что мне нужно. Я долго ждал и наконец, дождался. На моё счастье, в этих забытых богом пещерах, появились вы, друзья мои. Пока вы добирались сюда, я решил провести парочку испытаний и вы справились. Не идеально, но весьма достойно.

В награду я дам тебе силу которую ты так жаждешь, молодой человек. А в ответ ты пообещаешь утолить мою жажду жизнями своих врагов и своей собственной… Отчасти. На что ты готов, чтобы получить оружие, способное разрушать территории за одно мгновение?

Старик подошёл к горну. Языки пламени облизывали его кожу и волосы, но ни один волосок даже не задымился. В его глазах, глядящих в глаза молодого человека плясали огоньки безумия.

Евклид сделал глубокий вздох:

– На всё.

– Ха! – радостно вскрикнул старик, покачивая свой молот и двинулся к ним. – Суетящийся демон, положи свою посылку на наковальню, она понадобится нам в предстоящем деле. Осталось пройти два, последних, испытания. И в первом, твой на всё готовый хозяин отдаст мне свою руку.

Глава 16
Гелиодор передает привет

– Руку? – Евклид невольно взглянул на свою ладонь.

– Ты должен суметь удержать меня, если хочешь владеть столь невероятной силой. Попробуй, – старик взял Евклида за руку, – может и ты хочешь рискнуть, демон?

Тимофей кивнул и протянул Ваджре левую руку в бордовой перчатке для рукопожатия.

Молодой человек почти сразу почуял жар, словно прикоснулся к резко раскаляющейся конфорке. Он повернулся к сатану, тот явно ощущал то же самое. Через две секунды жар стал уже невыносимым.

Евклид вздохнул и стал считать про себя, стараясь отрешиться от этой боли.

… Одна секунда, – резкий запах палёной плоти.

… Ещё секунда, – всё его тело уже кричало о помощи. Сверху до низу его пробила мелкая дрожь.

Не выдержав, он отдёрнул руку и посмотрел на обгоревшую ладонь, а затем на то, как справляется синеволосый. Бордовая перчатка почти сразу истлела, а кожа синеволосого быстро темнела в рукопожатии Гелиодора.

Три секунды… Четыре… Кисть и предплечье охватило пламя, кончики пальцев демона растаяли, словно свечи.

– Достаточно! – велел старик и сам отпустил руку. – Человек, четыре секунды, демон, в лучшем случае десять. Первый просто не выдержит, а второй быстро потеряет конечность. Вторую тоже, причём ещё быстрее. Такой рукой тебе не удержать меня, мальчик. Поэтому, мы сделаем тебе новую.

– Это больно? – спокойно спросил Евклид, неосознанно подхватив правую, повреждённую руку, левой. Краем глаза он видел, как постепенно восстанавливается и конечность синеволосого. Перчатка, являясь частью демона, тоже обретала привычную форму, нить за нитью.

– Не знаю, – ответил старик. – Никогда не чувствовал боли, думаю и не доведётся теперь. Готов?

Евклид кивнул.

– Суетящийся, не крутись здесь, лучше встреть ещё одного гостя, он вот-вот явится сюда из той же дыры, что и ты несколько минут назад. Сходи приведи его сюда.

Евклид наблюдал за кузнецом. Тот подкатил к наковальне верстак и металлический стул, грубо сваренный из обрезков труб. На стуле имелось множество фиксаторов, не позволяющих вырваться, особенно много их было в районе правой руки.

– Что за силу я получу, Гелиодор?

Старик явно тщательно готовился к этому событию заранее. На верстаке он разложил чертёж – новую конечность, предназначавшуюся молодому человеку. И рядом ещё один, крупнее, со множеством мелких деталей.

– Вот так, значит? До самого локтя? – Евклид разглядывал рисунок, пытаясь разобраться в том, что ему предстоит пережить.

– И частично немного выше, – кивнул старик.

– Чувствительность сохранится?

– Шутишь? Как ты сможешь держать меня, если она сохранится? Нет уж, парень. Своими плотскими человеческими делами ты теперь будешь заниматься другой рукой. Жертва, что поделать…

– Постараемся, партнёр! Не будь я лучшим анатомом в Хаосуме, если ты не сможешь на ощупь отличить полено от женской груди!

– Бракус⁈

– Я не мог пропустить столь уникальный эксперимент. Плоть и металл вместе! Ты будешь вспоминать старину Бракуса с благодарностью, стирая в порошок территорию за территорией!

За спиной Бракус тащил квадратный короб, а ещё два внушительных чемодана держал в руках. Молодой человек заметил, что из-под рукава временами выглядывают щупальца.

– Ваше появление меня успокоило, анатом. Лучшего специалиста по замене конечностей и пожелать было нельзя.

Евклид присел на стул, чтобы понять как устроиться поудобнее. В момент фиксации тело затекает слишком быстро, ему хотелось этого избежать. Не обращая внимания на зудящую от ожога кожу, он с волнением наблюдал как оба специалиста раскладывают свой инвентарь. Ваджра – металлические инструменты и чертежи, а Бракус – баночки с жидкостями, шприцы и заметки на листочках в клетку.

– На, выпей, – анатом положил на чайную ложку мокрый цветок с фиолетовыми лепестками. – Только не жуй, глотай сразу, а то оно погибнет. Быстрее давай, оно не может жить на окрытом воздухе.

– Что это? – поморщившись, спросил молодой человек и, подавляя тошноту, проглотил цветок, запив целым стаканом воды.

– Медуза. Она застрянет у тебя в пищеводе, примерно вот здесь и выпустит щупальца во все стороны, подцепившись к твоим нервным окончаниям. Это немного притупит боль.

– Зря ты так, – философствовал Гелиодор. – Страдания – важнейшая часть человеческого роста. Ты же человек. Кому как ни тебе знать?

– Я прежде всего врач, натягивая маску на свой пульсирующий насекомоподобный рот, – возразил Бракус. – Моя задача – помогать, а не заставлять страдать. Вот если страдание является целью, например в случае с пытками, тогда другое дело, а сейчас это ни к чему.

«Тимофей?»

«Да, хозяин».

«Даже не знаю что и спросить, у меня, если честно, всё внутри перекручивается, от вида этих двоих. Мутит от мыслей о том, что они будут сейчас делать».

«Держись, Евклид. Всё получится. Я не знаю, что сказать в поддержку и зачем она тебе в такой великий момент. Я ведь демон и как по мне, у тебя всё складывается просто чудесно».

«Давай поговорим о чём-нибудь…. Например, ты бы смог убить этих двоих в случае чего, как думаешь?»

Евклид откинулся на спинку стула и попытался расслабиться. После секундного замешательства Тимофей ответил:

«Биолога прикончил бы за пару секунд. Вырвал бы сердце прямо через спину, одним ударом. Этого бы оказалось достаточно, если он, конечно не приделал себе второе».

Евклид улыбнулся.

«С кузнецом пришлось бы повозиться. Он только делает вид, что дряхлый. Ты видел с какой силой он себе по ноге колотил? Скорее всего его тело абсолютно непробиваемое. Думаю, что лучший способ убить его – заморозить полностью, кроме, например руки, а руку наоборот разогреть и отделить от тела каким-нибудь тупым предметом. С ногой поступил бы также…»

Евклид почувствовал укол в шею.

«А можно ещё засунуть старца в горнило, где сгинул этот мелкий… Жаль его…»

– Не отключайся! – похлопал молодого человека по щеке анатом. – Ты нам пока нужен в сознании, я проверяю импульсы!

Евклид поглядел на стол. Его раскуроченная конечность лежала на столе поверх чертежа. Кожа и мышцы были частично содраны и разложены здесь же, некоторые кости отсутствовали. Голова внезапно закружилась.

– Не отключайся! Держись давай!

Ещё один шлепок по голове.

Послышались удары молота. Евклид не мог разглядеть тощего старика за стойкой верстака, зато отлично видел его длинную тень на стене и потолке пещеры.

«Тимофей, скажи, ты когда-нибудь спал с женщиной-демоном?»

«Нет, хозяин, с людьми бывало, другие демоны мне неинтересны».

– Какие новости, Бракус? Как там Лори? – Евклид уже плохо понимал, что спрашивает, но говорить хотелось неимоверно. Больше болтовни хотелось только спать. Но отключаться было нельзя.

– Лори? К чёрту Лори… К чёрту в цепи… – Бракус взял длинную ватную палочку и положил в ванночку с жёлтой жидкостью. – На Норы напали, пару часов назад. Церковники. Много.

– Как церковники? А мой корабль.?

– Я как узнал, что дело близится к развязке, сразу прибыл сюда. Не знаю ни о каких кораблях. Всё самое важное для Нор находится сейчас в этой комнате.

– Что насчёт флота Золуса? Куда делся Закхард.?

– Так… Не дёргайся, пожалуйста, сейчас важный момент…

– У меня тоже, – старик голыми руками держал в руках пару железяк, раскалённых докрасна. – Ты эту кость хочешь сберечь? Сюда крепим?

Бракус кивнул:

– Только клади сразу, чтобы не переворачивать в ране, вот эта колония бактерий очень хрупкая, не повреди.

– Бракус, я вырубаюсь… – Евклид мотал головой, но это уже не помогало.

– Держись-держись! На вот, понюхай!

От резкого запаха сознание прояснилось, но только чтобы начать очередное погружение во мрак.

«Евклид, мой слуга, ты тут присмотри, чтобы они тут ничего…»

«Я Тимофей, хозяин, Евклид теперь ты, забыл?»

«Да-да… Точно…»

Тьма. Абсолютная тьма вокруг.

Он погружался глубже и глубже в темноту, в прошлое. Продравшись сквозь вязкий, непроницаемый слой, Евклид вдруг обнаружил себя в кинотеатре, перед большим экраном. На экране крутилась сцена из фильма, главным героем в котором был он сам:

– Как закрываемся? Всё же хорошо было? Я два года отпахал без единого пропуска! Ни разу не опоздал! Количество отработанных часов вне рабочего времени, видел? Я в лидерах двадцать чёртовых месяцев подряд!

– Тим! Тимофей! Послушай, – его собеседник закурил и облокотился за металлический бордюр за которым вяло текла широкая река. – Это бизнес. Так бывает. Большие боссы всё решили за нас. Они расходятся, это уже решено, я сегодня у юристов был, документы подписаны уже. С десяток человек ещё на телефонах посидят, а всех топов за дверь. Выплатят нормально, не переживай…

– Выплатят⁈ – молодой человек расхаживал взад-вперёд не в силах скрыть негодование. – Я здесь не за это «выплатят» сидел. Мне должность в совете обещали и долю в компании!

– Да не кипятись ты! В первых раз что ли? Мы всего лишь пешки в этой игре. Радуйся, что хоть с деньгами уйдёшь, вот у супруги случай был…

В кинотеатре резко включили свет. Евклид зажмурился.

Он по прежнему находился в кресле, но не в кинотеатре, а на металлической раме, к которой был прикован, чтобы не мешать операции. Встряхнув головой, молодой человек оглядел своды пещеры, огонь в горне и озабоченное лицо Суетящегося демона.

– Я же говорил, – ухмыльнулся синеволосый. – Если бы хозяин откинулся, я бы это почувствовал.

– Крепкий оказался, – похлопал его по плечу Бракус. – Рад, что вы очнулись, партнёр! Операция прошла успешно. Рукой своей можете пользоваться немедленно! Главное два часа не есть и не пить! Шучу!

Молодой человек перевёл взгляд на конечность лежащую на столе. Его новая рука напоминала конечность игрушечного скелета. Отполированные до блеска, словно пластиковые, желтоватые кости, перемешивающиеся с металлическими сочленениями, почти полное отсутствие кожи. Блики огня играли на округлых поверхностях пальцев. Ряд небольших выгравированных символов на фалангах и ладонях.

Его рука напомнила о его коллекции нэцкэ из «мира-до-смешения» – миниатюрных резных фигурках из слоновой кости, которые друзья часто привозили ему из азиатских стран. Возможно сейчас они плывут где-то в Хаосуме или находятся в брюхе у самых разных чудовищ. Идея найти всех этих чудовищ и вернуть коллекцию показалась ему забавной.

Он сжал кулак, и рука подчинилась, будто его собственная. Кончиками пальцев левой, живой руки он провёл по ладони правой и почувствовал прикосновение. Не так явно как раньше, но чувствительность определённо присутствовала. В месте стыка его новой руки с основанием, он разглядел татуировки, опоясывающие бицепс. Символы дублировались с теми, что имелись на пальцах. Без помощи магии здесь явно не обошлось.

– Тонкая работа! – восхитился анатом. – Скажи спасибо Гелиодору, получилось весьма изящно!

– Моя последняя работа! – старик стоял, уперев руки в боки и с довольным видом разглядывал своё творение. – Апогей творческой деятельности в текущем воплощении. Не думал, что она получится настолько живой. Спасибо за помощь, коллега.

Евклид потрогал небольшой пинцет, явно участвующий в операции. Ощущения были странные, будто конечность немного онемела, но сжать и разжать пинцет не уронив, он смог.

– Какие рекомендации? Инструкции по использованию? – Евклид встал и сделал несколько шагов, двигая пальцы, вращая кистью и сгибая конечность в локте. Прикрыв глаза, он прислушивался к новым ощущениям.

– Рекомендации? После смерти тебя сожгут и в эту руку можно будет сложить горстку оставшегося пепла и она будет вечно стоять на чьём-нибудь столе в качестве назидания. Говорят, что человеческая душа живёт вечно, но помяни мои слова, эта рука будет жить гораздо дольше твоей души.

– Моя душа в скором времени отправится вот этому синеволосому джентльмену, господа-врачи, так что у руки есть небольшая фора. – Евклид поднял с пола небольшой гвоздь и попытался сжать между пальцев. Через пару мгновений гвоздь поддался. – Неплохо! Выходит, я справился с испытанием?

– Осталось ещё одно, последнее, парень. Но прежде пообещай мне, что вышвырнешь церковников из моих Нор, а перед тем как убить скажешь, что Гелиодор передаёт привет. Запомнишь?

– Запомню и передам, – слегка поклонился Евклид, – давайте переходить к последнему испытанию. Не хочется, чтобы наши враги перебили всех местных жителей, пока мы здесь болтаем.

– Не перебьют. Под страхом смерти никто не передаст им карты, кроме разве что грубых поделок с окраин. Никто не может вторгнуться в Норы без приглашения, а все приглашающие боятся смерти. Противник будет месяцами бродить по коридорам, теряя людей и истощая припасы. Норы не первый раз пытаются захватить, мы уже проходили это множество раз. Однако тянуть и вправду не стоит. Итак, последнее задание…

Старик, прихрамывая, медленно обошёл пещеру, касаясь шершавых стен и разглядывая знакомые инструменты. Оставшаяся троица не сводила с него глаз, ожидая последнего испытания, не решаясь прервать странный ритуал. Гелиодор остановился напротив горна и обратился к Евклиду:

– Чтобы заполучить мою силу, ты должен убить меня. Лично.

– Убить вас? – переспросил молодой человек.

– Да. Убить меня. Но учти, я буду слегка сопротивляться. Надеюсь, я не ошибся в тебе, ты справишься и…

Евклид сделал шаг вперёд и не дав тому договорить, произнёс:

– Состав сплава, тяжёлой поступью, сомни!

Гелиодор скривился и задрожал. Он слегка вздёрнул подбородок, жилы на его шее напряглись, ноздри расширились.

– Неплохо… – прошипел он сквозь стиснутые зубы. – Но недостаточно для того, чтобы справиться со мной, мальчик.

– Разделяя надвое, одним. Рассеки…

Старик осклабился, удар не оставил на нём ни царапины, только прядь светлых волос, кружась опустилась на землю. Он сопротивлялся заклинанию утяжеления, которое уже постепенно начало проходить и ехидно глазел на Евклида, вытаращив глаза. Тимофей и Бракус, не двигаясь, стояли поодаль, с интересом глядя на происходящее.

– Ты не пройдёшь испытание, мальчик… Так и останешься пешкой на чужой доске… Будешь смотреть на мой подарок во время ужина, – он кивнул на руку, – и помнить, что не смог. Но будет уже поздно.

Слова старика достигли цели, из глубин сознания молодого человека, словно вулкан, поднялся гнев. Костяной правой рукой Евклид схватил Гелиодора за горло, накрыв сверху человеческой левой. Послышался хруст, но старик как ни в чём ни бывало продолжал глядеть на него круглыми безумными глазами.

– Хорошая попытка! А дальше что⁈

Евклид, призывая на помощь силу ускоряющего артефакта, ударил старика со всей мощи локтём. Правая рука продолжала стискивать горло. Старик сдвинулся всего на пару сантиметров и прохрипел: