Текст книги "Последнее воплощение"

Автор книги: Антон Белозеров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 41 страниц)

Наконец, двери растворились, и в зал вошли начальник отдела шоу-бизнеса, кинорежиссер Крейл Кирс и… любимец всех женщин планеты, знаменитый кино– и телеактер Райнол Равалдо. За спинами режиссера и актера маячили четыре рослых и широкоплечих телохранителя.

Все присутствующие встали и аплодисментами поприветствовали высоких гостей. Крейл Кирс и Райнол Равалдо заулыбались и раскланялись, словно получали очередные награды за выдающийся вклад в мировую культуру. Затем все сели за стол, а телохранители заняли места возле дверей.

Первым делом все рекламисты продемонстрировали озабоченность драгоценным здоровьем Ланара Кирса. Несмотря на то, что всего несколько минут назад в зале раздавались совершенно противоположные высказывания, слова опытных профессионалов звучали совершенно искренне.

Крейл Кирс с удовольствием поблагодарил за участие и сказал, что сейчас его сын вне опасности, и что некоторое время ему придется пробыть под наблюдением врачей, чтобы избавиться от шока.

Рекламисты понимающе и сочувствующе покивали головами. На самом деле все знали, что врачи будут лечить Ланара Кирса от наркотической и алкогольной зависимости. Наверняка, и сам Крейл Кирс прекрасно понимал, что присутствующим в этом зале известны и обстоятельства аварии, и истинное состояние его сына. Но внешне все соблюдали установленные правила приличия.

Латэла вновь вспомнила избитую старушку. Если рекламисты щадили чувства Крейл Кирс, то полиция едва ли сейчас особенно церемонилась с «преступницей».

После обмена любезностями беседа перешла в сугубо деловое русло.

Крейл Кирс кратко рассказал о том, что привело его в Главное Агентство Пропаганды:

– Я намерен начать съемки нового кинофильма с Райнолом Равалдо в главной роли. Сценарий еще не закончен, но основная идея – борьба с международным терроризмом. Герой Равалдо возглавляет отряд коммандос, отправляющийся в пустыни Дабистанала, чтобы уничтожить базу торговцев оружием.

– Это не будет продолжением фильма «Кровавая разборка»? – спросил Кунг Варлан.

– Нет, – ответил Крейл Кирс. – Я хочу снять совершенно отдельный фильм с оригинальным сюжетом.

На счет «оригинальности» сюжета можно было бы поспорить. Киностудии сняли уже не менее сотни фильмов на подобную тему. В «Кровавой разборке» Райнол Равалдо сыграл роль полицейского – бывшего морского пехотинца, который отправился в джунгли Фаралана, чтобы спасти друга, попавшего в плен к наркоторговцам.

Латэла просматривала подобные «шедевры» лишь в силу служебной необходимости. Слишком о многом ей напоминали эти схожие однотипные сюжеты. Ее отец был ветераном морской пехоты, получил несколько ранений в тайных правительственных операциях, стал инвалидом и оказался за бортом жизни без средств к существованию. Такова была судьба истинных, а не придуманных героев.

Тем временем рекламисты начали «мозговой штурм». Один за другим предлагались варианты названия фильма, главного рекламного девиза, методов раскрутки и продвижения основных и сопутствующих товаров. (Под основным товаром подразумевался прокат фильма в кинотеатрах, продажа видеокассет и демонстрация на телеканалах. Сопутствующими товарами являлись сувениры, одежда с символикой фильма, игрушки – персонажи фильма, даже продукты питания «под коммандос».)

Кунг Варлан и заказчики пока не принимали участия в обсуждении. Начальник отдела шоу-бизнеса старался выловить из потока идей нужную оригинальную фразу. Но пока ничего путного не выходило. Сюжет фильма был до неприличия примитивен, и из-за этого придумать что-то новое для его раскрутки было очень сложно. Но рекламисты не могли указать Крейлу Кирсу на недостатки его очередного творения, поэтому им приходилось работать с тем материалом, который имелся в наличии.

Латэла также пока не произнесла ни слова. Воспоминания о родителях направили ее мысли совершенно в другую сторону. Отец умер в нищете, мать до сих пор жила в провинциальном городке. Латэла пересылала ей деньги, но делала это не так часто, как могла бы. Поэтому сейчас она внезапно испытала давно забытое и заглушенное благополучной жизнью чувство стыда.

От тяжелых мыслей Латэлу отвлек обращенный к ней вопрос Кунга Варлана:

– Какой рекламный слоган предложит нам старший рекламист?

Латэла открыла рот и неожиданно для самой себя произнесла:

– Еще одна сказка о нашей победе.

Разговоры мгновенно стихли.

– Что? – переспросил Варлан. – Что ты сказала?

– Я думаю, что этот фильм должен называться «Картонные герои», а слоган будет звучать так: «Еще одна сказка о нашей победе».

Повисла мертвая тишина.

Крейл Кирс прошипел:

– Если это шутка, то неудачная. Мы собрались, чтобы делать бизнес, а не выслушивать глупые шутки.

В отличие от рекламистов, кинорежиссер всерьез верил в свою исключительную гениальность и неоспоримую правоту. Или, возможно, просто профессионально играл свою роль.

– Мои слова ничуть не глупее, чем ваши фильмы, – твердо произнесла Латэла и сама ужаснулась своим словам.

От подобного оскорбления всенародно любимый режиссер остолбенел и не смог достойно ответить.

Зато открыл рот Райнол Равалдо. Но вместо того, чтобы возразить по существу, актер заговорил заученными фразами одного из своих персонажей:

– Наша Велпасия – самое лучшее и влиятельное государство, гарант стабильности и безопасности во всем мире. Наши солдаты – самые мужественные ребята, которые готовы отстаивать наш закон и наш порядок в любой точке планеты.

– Уж ты-то помолчал бы! – презрительно бросила Латэла. – Здесь ты можешь не играть очередную героическую роль. Мы не стадо, а трезвомыслящие люди.

– Позор предателям родины и демократии! – воскликнул Равалдо.

– Ваша демократия – ложь и лицемерие! Не далее, как сегодня утром свински пьяный сын Крейла Кирса вместе с тремя дружками избил немощную старушку. Но наша демократия защищает не справедливость, а интересы богачей. Старушку обвинили в вымышленном преступлении, а подонка и негодяя объявили едва ли не национальным героем. Это омерзительно!

Побелевший Кунг Варлан привстал на дрожащих ногах и проорал:

– Во-о-он!

– Мне самой противно здесь находиться. Тут рассадник яда, который отравляет Велпасию, отравляет весь мир.

Латэла встала со своего места и сделала несколько шагов по направлению к выходу. Но потом она обернулась и добавила:

– Мой отец был настоящим героем. Он воевал на настоящей войне и получал настоящие ранения. А за это наша прекрасная Велпасия выдала ему нищенскую пенсию, на которую невозможно было прокормиться и одному человеку, не то что содержать семью. А ты, Равалдо – жалкое ничтожество. Всем известно, что все твои трюки выполняют дублеры, а сам ты способен лишь демонстрировать свою мужественно-слащавую мордашку. Но на этом твоя мужественность и заканчивается. Твой рекламный агент платит актрискам, чтобы те в интервью называли тебя лучшим в мире любовником. Но все знают, что это ложь, и что в любви ты также немощен, как и на экране.

– Ах ты, тварь! – взвизгнул Райнол Равалдо, вскочил с места и кинулся наперерез уходившей Латэле.

Непонятно было, что актер собирался сделать. Он занес руку то ли для того, чтобы ударить, то ли собираясь совершенно по-женски вцепиться Латэле в волосы.

В далеком-далеком детстве отец пытался научить Латэлу нескольким боевым приемам. Он полагал, что это поможет его дочери при необходимости защититься от чересчур назойливых приставаний парней. Конечно, Латэла давно уже забыла все эти уроки. Но теперь, увидев занесенную над ее головой руку, она среагировала быстро, решительно и совершенно неожиданно для себя самой.

Латэла перехватила запястье Равалдо, завернула ему руку за спину и отвесила хороший пинок пониже спины. Дальнейшие события произошли в течение всего нескольких мгновений. Актер, пытаясь сохранить равновесие и удержаться на ногах, каким-то нелепым боковым ходом пересек зал, выскочил через открытую дверь на террасу, перевалился через невысокие перила и исчез из вида.

Кто-то из женщин вскрикнул. Кто-то потерял сознание. Некоторые вскочили со своих мест, да так и замерли, не зная, что делать.

Латэла также застыла. Подобного исхода она не желала и не предполагала. И расстояние-то до террасы было немалое. То, что от легкого толчка Райнол Равалдо отлетел на два десятка шагов, казалось совершенно невероятным. И тем не менее, это произошло. Знаменитый актер, без всяких сомнений, лежал сейчас на мостовой. Падение с такой высоты должно было превратить его тело в кровавую кляксу.

Латэла вновь вспомнила свой сон. Неужели в ней проявилась сила Найи Кайдавар? Нет. Она не чувствовала ни сверхчеловеческой мощи, ни хладнокровной радости от убийства. Что же тогда произошло? Почему она разговаривала и поступала так, словно ею руководил совершенно другой человек? Размышления Латэлы были прерваны шумом.

После минутного оцепенения одновременно заговорили сразу несколько человек:

– Убийство!

– Она убила Райнола Равалдо!

– Вызовите полицию!

Из общего хора выбивались лишь причитания Крейла Кирса:

– Какая неудача. Ведь я так рассчитывал на Райнола. А теперь придется переписывать сценарий под Кела Вардана.

На Латэлу с ужасом и каким-то затаенным восторгом смотрели несколько десятков человеческих глаз. «Бежать!» – мелькнула мысль в сознании девушки. Она попятилась к дверям.

– Задержите ее! – приказал Кунг Варлан телохранителям.

Четыре здоровяка были шокированы точно также, как и остальные находившиеся в зале люди. Их готовили к различным ситуациям, когда жизни охраняемых объектов будет угрожать опасность, но произошедшее не вписывалось ни в одну из заранее продуманных схем. Мозги телохранителей были натренированы гораздо хуже, чем тела, и к самостоятельным размышлениям были плохо приспособлены. Но теперь, получив прямой и четкий приказ, эти громилы начали действовать.

Телохранители двинулись навстречу Латэле, растопырив руки, словно ловили не человека, а дикое животное. Латэла на секунду испугалась, но потом решительно зашагала к выходу. Она вновь утратила контроль над своим телом. Некто, сидящий внутри ее сознания, не сомневался в победе. Телохранители оказались не готовы к стремительной атаке молодой женщины. Недостаток силы Латэла компенсировала молниеносными и неотразимыми ударами. Через несколько мгновений все четыре телохранителя лежали на полу, а Латэла беспрепятственно выскочила в коридор и вызвала кабину лифта.

К ее радости, лифт прибыл почти мгновенно, так как находился этажом выше, и внутри кабины не оказалось ни одного человека. Когда двери закрылись, послышались звуки выстрелов, и в отполированных металлических створках появились пулевые отверстия. Телохранители быстро пришли в себя и применили огнестрельное оружие.

Латэла ничком распласталась на полу, но ураганный огонь достал бы ее и там, если бы кабина лифта не поехала вниз.

Латэла вскочила на ноги и нажала на кнопку следующего нижнего этажа. Она понимала, что этот лифт остановят и блокируют в шахте до того, как она успеет опуститься на первый этаж.

– Неужели это происходит на самом деле? – как заклинание, твердила Латэла. – Неужели это происходит со мной?

На какое-то мгновение мелькнула мысль о том, что надо сдаться полиции и отдаться на милость правосудия. Но это пораженческое настроение тут же сменилось боевым задором, пришедшим неизвестно откуда.

– Я схожу с ума! – воскликнула Латэла. – Я схожу с ума! Все это мне только кажется.

Но, к сожалению, это был не сон и не мираж, а самая настоящая реальная жизнь, пусть даже похожая на один из тех боевиков, которые так презирала Латэла.

Когда двери лифта раскрылись, Латэла увидела длинный коридор, по которому бегали люди с кипами бумаг и коробками видеокассет. На этом этаже Латэла никогда не была, но знала, что его и последующие семь этажей вниз занимают офисы сценаристов и режиссеров, которые воплощали в жизнь идеи рекламистов отдела шоу-бизнеса. В отличие от офисов рекламистов, чья творческая интеллектуальная работа требовала тишины и уединения (за исключением редких «мозговых штурмов», предваряющих разработку крупного проекта), здесь царила деловая суета.

По-видимому, тут еще никто не знал о том, что произошло на верхнем этаже. Поэтому Латэла беспрепятственно смешалась с толпой и пересела в другой лифт. В кабине находилась видеокамера, поэтому Латэла встала лицом к стене. Если ее поведение и вызвало недоумение, то вслух его никто не выразил.

Латэла пока не видела ни внутренней охраны Главного Агентства Пропаганды, ни полиции, но предполагала, что на нее уже объявлена самая настоящая охота. Латэла достаточно хорошо знала методы работы охранников и полицейских по фильмам и документальным репортажам. Поэтому еще до входа в лифт избавилась от мобильного телефона, по сигналу которого ее могли выследить.

Проехав шесть этажей, Латэла вновь пересела на другой лифт. На следующих этажах размещался отдел продовольственных товаров, в котором она проработала несколько лет – вначале секретаршей, а потом и старшим рекламистом. Здесь ее многие знали, и поменять лифт она решила заранее, чтобы не встречаться со знакомыми в коридоре.

Правда, эти меры предосторожности не помогли. В лифт вошли две девушки, с которыми Латэла поддерживала приятельские отношения еще во времена секретарской работы. Но карьера Латэлы резко пошла вверх, а ее подружки так и остались секретаршами. Последний раз они виделись больше месяца назад.

Одна из девушек, Дамина, с восторгом и затаенной завистью оглядела Латэлу с ног до головы:

– Здравствуй, милочка. Давно ты не радовала нас своими посещениями. Впрочем, обладательнице одежды от Дома Данликалло ни к чему водить дружбу с простыми секретаршами.

Только теперь Латэла заметила, что ее офисный костюм ничуть не пострадал от схватки с телохранителями. Это удивило ее даже больше, чем то, что она смогла легко победить четверых тренированных охранников.

Вторая девушка, Лакида, не была столь язвительна:

– Латэла, как у тебя дела? Как с личной жизнью? Ты еще встречаешься с Набом Шуадом?

– С кем? – переспросила Латэла, думая совершенно о другом.

– Ну, с тем симпатягой, с которым ты познакомилась на вечеринке у Рапила?

Латэла с трудом вспомнила, что, действительно, какое-то время была немного влюблена в менеджера автоторговой фирмы Наба Шуада. Но расстались они так же легко, как и познакомились. После нескольких встреч ни Латэла, ни Шуад не нашли друг в друге ничего особенного.

Однако ложь так глубоко въелась в сознание всех людей, работавших в Главном Агентстве Пропаганды, что даже в обыденной жизни они не могли говорить правду.

Поэтому подружки услышали другую версию:

– Я дала Шуаду полную отставку. Он преследовал меня, как маньяк. Спал в машине у моего дома, чтобы утром подарить букет цветов, водил в самые дорогие рестораны. Но мне он надоел, и я его отшила. Он до сих пор пытается со мной встретиться. Страдает, бедняга.

– Правда? – хором воскликнули Лакида и Дамина.

Латэла увидела, что лифт приближается к нужному ей этажу и нажала на кнопку остановки.

Затем она повернулась к подружкам и рассмеялась с истеричными интонациями:

– Конечно, неправда! Правда в том, что несколько минут назад я убила Райнола Равалдо и сейчас скрываюсь от полиции.

Девушки присоединились к ее смеху.

– С чувством юмора у тебя все в порядке! – сказала Лакида, доставая из сумочки зеркало, чтобы проверить макияж.

– Куда уж лучше…

Двери лифта открылись. Латэла запнулась на полуслове. В коридоре стояли двое охранников и сжимали в руках направленные на нее пистолеты.

– На колени! Руки за голову! – крикнул один охранник.

Лакида, Дамина и другие женщины, ехавшие в лифте, оглушительно завизжали.

Воспользовавшись секундным замешательством охранников, Латэла пригнулась и прыгнула вперед. Она ушла с линии огня, и пули пролетели над ее головой. Латэла перекатилась через голову и ударами ног повалила охранников на пол, не дав им сделать больше ни одного выстрела.

В лифте позади нее послышались крики раненных. Но у Латэлы не было времени выяснять, кто пострадал. Она подняла с пола выроненные охранниками пистолеты и помчалась по коридору.

На этом этаже Латэла остановилась, так как знала, что здесь находится навесной мост-переход из офисного небоскреба в соседнее здание, где располагались съемочные студии. Но, как оказалось, не только она помнила об этом пути отступления. Охранники, несомненно, ожидали, что она воспользуется этой дорогой.

Поэтому Латэла изменила свой первоначальный план. Вместо того, чтобы бежать к переходу, она повернула к пожарной лестнице. Спустившись по безлюдной лестнице на два этажа вниз, Латэла вновь вернулась в общий коридор и смешалась с толпой. Пистолеты она выбросила в ближайший бак для мусора.

Стараясь не попадать в объективы видеокамер, Латэла направилась к лифтам. Она надеялась, что ей удалось запутать следы и на некоторое время сбить преследователей со следа.

Действительно, в лифте на Латэлу никто не обратил внимания. Она беспрепятственно спустилась на третий этаж небоскреба. Ехать вниз Латэла не решилась. Она нисколько не сомневалась в том, что все выходы из здания заблокированы.

Но существовал еще один способ бегства, о котором полиция могла не догадаться. Латэла быстрым шагом пошла по этажу, стараясь сориентироваться в переплетении коридоров, дверей и перегородок. На третьем этаже располагались помещения для обслуживающего персонала: уборщиков, почтальонов, электриков, механиков. Здесь было многолюдно, но Латэла в своем дорогом костюме слишком выделялась из общей массы. Люди оборачивались ей вслед, и Латэла поняла, что у нее в запасе всего несколько минут.

К счастью, Латэла быстро нашла то, что искала. Зайдя в подсобное помещение, где были сложены штабеля щеток и бастионы пакетов с чистящими средствами, она выглянула в окно и убедилась, что не ошиблась.

Прямо под ней виднелся навес над лавочкой торговца цветами из сине-красной полосатой ткани. Еще вчера Латэла никогда не вспомнила бы об этой лавочке и тем более никогда не нашла бы нужную дорогу. Но сегодня все ее чувства были обострены до предела, и в голове разрабатывались совершенно четкие и решительные планы действий.

Схватив щетку, Латэла одним ударом разбила стекло и отбила осколки по краям, чтобы не порезаться. На звон сбежались люди, но никто не решился приблизиться к Латэле. Поэтому она совершенно спокойно взобралась на подоконник, рассчитала силу прыжка и с силой оттолкнулась обеими ногами.

Навес из плотной ткани мягко принял Латэлу, и она без труда соскользнула вниз. Многочисленные прохожие наградили Латэлу громкими хлопками. Люди озирались в поисках кинокамер, ничуть не сомневаясь, что стали свидетелями одного из трюков снимаемого фильма.

Латэла быстро зашагала по тротуару, стараясь как можно быстрее покинуть окрестности небоскреба. За спиной она услышала рев полицейских сирен. Быстро обернувшись, Латэла увидела, как два винтолета кружат возле разбитого окна. Еще один пролетел в сторону небоскреба прямо над ее головой.

Латэла поняла, что ее голография еще не поступила в бортовые компьютеры полицейских машин, иначе бы ее уже засекли сканеры. Впрочем, ждать оставалась недолго. Скоро анализаторы запаха соберут образцы на подоконнике и на навесе и поведут винтолеты по «горячему» следу.

Латэла начала озираться вокруг, ища пути для бегства. И нашла. Правда, эта дорога была ей чужда и незнакома. Но ничего лучшего Латэла не обнаружила, поэтому отправилась ко входу в Подземку.

Вначале она удивилась, увидев в престижном районе гигаполиса указатель: «Метростанция Площадь Кабирала», но потом поняла, что не все люди, работавшие в Главном Агентстве Пропаганды и окрестных офисных зданиях, добираются до работы на личных автомобилях. Обслуживающий и технический персонал вынужден был ежедневно пользоваться Подземкой.

Осторожно, словно пробираясь во вражеский лагерь, Латэла прошла через прозрачные двери. Ее обгоняли другие люди, толкали в спину и пихали в бок локтями. Латэла уже начала сомневаться в правильности выбранного пути, но приближавшийся звук полицейских сирен заставил ее ускорить шаг.

О Подземке Латэла знала не так уж много. В основном, все эти сведения были получены из боевиков, в которых храбрый полицейский спускался под землю, преследуя опасного преступника. Подземка была оборотной стороной респектабельного и делового гигаполиса Птиола. Подземка состояла не только из метростанций, метропутей и переходов между станциями. Она включала в себя и подземные магазины, и автостоянки, и канализационные тоннели, и электрошахты, и компрессорные подстанции водопровода, и прочие коммуникации и сооружения, обеспечивавшие жизнь гигаполиса.

Богатые обитатели Птиола с презрением относились к тем, кто передвигался на метропоездах или иных видах общественного транспорта. Любой приличный человек обязан был иметь личный автомобиль, класс которого подчеркивал социальный статус владельца. Тот, кто не обладал автомобилем, не мог считаться полноценным членом демократического общества.

Латэла также разделяла эти убеждения, ни разу в жизни она не пользовалась метропоездом, но именно в таинственной Подземке вынуждена была теперь искать защиту и спасение.

* * *

Вначале Подземка не показалась Латэле такой опасной и зловещей, как ее изображали в фильмах и детективных романах. Конечно, люди здесь выглядели чрезвычайно серо и однообразно, лица их были осунувшимися и усталыми. Никто не улыбался, наоборот, стоя в очереди к преграждавшим вход турникетам, люди неприязненно косились друг на друг на друга, норовили подтолкнуть соседа, словно надеялись, что очередь от этого будет двигаться быстрее.

Но грубость и неприветливость Латэла отнесла на усталость людей и неустроенность их нищенского существования. Она не столько презирала этих простолюдинов, не сумевших подняться в этой жизни хотя бы на первый «надземный» уровень, сколько жалела их.

Латэла встала в очередь, но внезапно вспомнила, что все ее кредитные карточки и наличные деньги находились в сумочке. А сумочку она оставила в зале совещаний. Там же остались и ее документы, и ключи от дома, и дистанционный пульт управления автомобилем.

– Впрочем, едва ли мне теперь понадобятся документы, – усмехнулась Латэла. – Полиция заберет меня, ориентируясь по голографии, а мой дом и лимузин давно уже взяты под охрану. Но вот деньги сейчас бы пригодились…

Однако воспользоваться деньгами для прохода через турникет Латэла все равно бы не успела. Обернувшись в очередной раз, она увидела вооруженных полицейских, бегущих ко входу в метростанцию.

– Извините! – Латэла начала пробираться вперед, расталкивая стоящих в очереди людей.

– Куда лезешь?! – послышались недовольные голоса.

– Не толкайся, корова!

– Не пускайте ее без очереди!

Особенно возмущались женщины. Мужчины провожали Латэлу восхищенно-оценивающими взглядами и не столько преграждали ей путь, сколько тянули руки к ее юному ухоженному телу. На фоне женщин Подземки Латэла, действительно, выглядела, как сошедшая с небес богиня.

Латэла оборачивалась все чаще и чаще. Полицейские уже вошли внутрь станции и теперь осматривали очередь у турникетов. Латэлу они пока не замечали, так как она старалась прятаться за особенно массивными и рослыми мужчинами.

Но удача не могла все время быть на стороне Латэлы.

– Вот она! – закричал один из полицейских. – Латэла Томпа, приказываю немедленно остановиться!

Латэла понадеялась на то, что полицейские на станут стрелять в толпу, и рванулась к турникету, раскидывая людей в стороны. Она перепрыгнула через створки турникета и тут же пригнулась, так как полицейские все-таки открыли огонь. Пули раскалывали облицовочную плитку на стенах, рикошетили, попадали в ни в чем не повинных людей. Завсегдатаи Подземки привычно повалились ничком на пол. Закричали и застонали раненные.

– Стой! Будем стрелять на поражение! – кричали полицейские, хотя стрельба уже началась, и появились первые жертвы.

Разумеется, Латэла не остановилась. Петляя и пригибаясь, она помчалась вниз по широкой лестнице.

– Перекрыть все выходы! – слышала Латэла крики отставших полицейских. – Стой! Стой!

Она вихрем промчалась по движущемуся эскалатору и оказалась на платформе. Метропоездов еще не было видно, и Латэла, быстро осмотревшись, побежала к указателю, обозначавшему переход на метростанцию другой линии. К ее удивлению, находившиеся вокруг люди ничуть не беспокоились, слыша выстрелы и крики у входа. Они понуро торопились по своим делам и, похоже, мало интересовались тем, что происходило всего в какой-нибудь сотне метров от них. Впрочем, может быть, они просто уже привыкли к перестрелкам и полицейским облавам в Подземке.

Все это играло на руку убегающей Латэле. Никто не помогал полицейским, никто не собирался задерживать бегущую девушку. Оказавшись на следующей платформе, Латэла увидела стоящий метропоезд с открытыми дверьми и полицейских, пробирающихся сквозь толпу с противоположной стороны станции. Полицейские были так поглощены преодолением встречного людского потока, что пока не замечали Латэлу.

Воспользовавшись этим, Латэла вбежала в двери метропоезда и постаралась встать так, чтобы ее не было видно с платформы. Люди косились на хорошо одетую женщину, но молчали.

Раздался механический голос:

– Осторожно, двери закрываются! Следующая метростанция «Проспект Варолда».

Двери с легким шипением закрылись. Метропоезд тронулся с места и начал быстро набирать скорость. Латэла увидела стоявших на платформе полицейских, которые внимательно разглядывали внутренности двигавшихся мимо вагонов. Латэла села на корточки и укрылась за спинками сидений. Она надеялась, что полицейские ее не заметили.

Действительно, когда метропоезд остановился на следующей станции, Латэла не увидела ни одного полицейского. Но все же она вышла и пересела на другую линию, чтобы окончательно запутать следы.

В метропоезде, на который она села, пассажиров было немного. С одной стороны, Латэле труднее было затеряться, но, с другой стороны, она получила возможность сесть на свободное сидение и немного передохнуть.

В горячке погони Латэла думала только о том, как скрыться от преследования. Теперь же, получив передышку, она осознала, ЧТО совершила, и ЧТО может ожидать ее в дальнейшем. И вновь Латэла ощутила раздвоение сознания. ПРЕЖНЯЯ Латэла пребывала в шоке и готова была упасть в обморок. НОВАЯ Латэла испытывала гордость от того, насколько ловко сумела оторваться от погони и раствориться в недрах Подземки. Обе Латэлы были согласны только в одном: возврата к прежней благополучной жизни нет и быть не может.