Текст книги "Невеста севера (СИ)"

Автор книги: Анна Завгородняя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

Я уснула в его объятьях, умиротворенная, счастливая, полная любви и моей последней мыслю, перед тем, как погрузится в сон, была молитва Богам. Я просила, чтобы они подарили мне в эту ночь свое благословение. Я мечтала о том, что во мне зародится новая жизнь. Сын или дочь, как две капли воды похожие на Хагена. С такими же пронзительными голубыми глазами…

Ночью мне приснился Хаген и он держал на руках нашего ребенка.

ГЛАВА 12

Вскоре пришла весна. Теплые, солнечные дни пришли на смену зимнему холоду, и первая молодая поросль покрыла землю зеленым ковром, а ветви деревьев нежной салатной зеленью. Я была счастлива настолько, насколько могла себе позволить, пытаясь не думать о смертоносной татуировке на груди Хагена. Только мысли о ней заставляли мое сердце холодеть, но я старательно прогоняла их прочь, полностью отдаваясь тому счастью, которое было у меня сейчас, и, стараясь не думать о будущем. Я пыталась подавить в себе страх за него, но у меня плохо получалось, и каждый день я с замиранием сердца просыпалась и тут же, едва открыв глаза, поворачивалась к Хагену, и только увидев, что с ним все в порядке, на какое-то время успокаивалась. Что-то внутри меня надеялось на чудо, что проклятье рассеялось как-то само собой, но проклятая змея так и украшала его грудь, хотя в последнее время не сдвинулась с места. Казалось, что-то остановило ее…

Хаген замечал мои страхи, но ничего не говорил.

Жизнь текла своим чередом, дни сменяли друг друга с забавной постоянностью. Я обрела в этом суровом холодном крае свое счастье, и теперь мне казалось, что я всегда жила здесь и у меня не было другой родины. Отец и моя прежняя семья, все кроме деда Радима и моего брата, остались в далеком прошлом, в котором мне больше не было места. Я полюбила людей, населявших эти земли, природу, окружавшую все вокруг. Я полюбила все это потому, что это любил Хаген.

Эйнар не мог нарадоваться, глядя на нас. Я видела, как сияют его глаза при взгляде на своего сына. От его внимания не ускользало то, как мы с Хагеном смотрим друг на друга, как прикасаемся, особенно когда наивно полагаем, что никто не замечает.

Кокча остывал постепенно, но, к моему удивлению, зла на меня не держал и кажется, наконец-то обратил внимание на Айге, вследствие чего, девушка передумала возвращаться домой. Я надеялась, что они поженятся и из души моей младшей сестры, наконец, уйдет вся злоба и обида. В день нашей свадьбы с Хагеном он сказал мне, что не уступил бы меня ни кому, кроме брата.

– Я желаю вам обоим счастья, – сказал он тогда, подняв на свадебном пиру свой первый тост в нашу честь.

Постепенно я начала привыкать к своей новой роли в этой жизни. Любимая жена, уважаемая всеми хозяйка огромного поместья – вот кем стала никчемная незаконнорожденная дочь. Я наслаждалась покоем и счастьем, но в один из теплых солнечных дней наша идиллия была нарушена. В тот день муж и его брат занимались с пополнением на заднем дворе, а я, усевшись на скамейку и подставив спину теплому солнышку, лениво, словно кошка, прищурив глаза, следила за Хагеном. В последнее время у меня вошло в привычку присутствовать на тренировках.

Я не знала, что произошло, я видела только то, что за Хагеном и Кокчей прибежал раб и попросил обоих срочно прийти в большой зал к отцу. Мое сердце почему-то сразу сжалось от непонятной тревоги. Я посмотрела на мужа, но он только улыбнулся мне, отдал тренировочный меч одному из новобранцев и вошел в дом вслед за братом. Я некоторое время постояла, глядя на закрывшуюся за спиной Хагена дверь, потом решительно направилась в дом, но к моему удивлению, дверь в зал оказалась заперта. Я подняла было руку, намереваясь постучать, но немного помедлив, передумала и спокойно прошла в нашу с Хагеном комнату, надеясь, что он первым делом направится после разговора с отцом именно сюда. И я не ошиблась. Хаген пришел через некоторое время. Увидев меня сидящей на кровати, он замер на пороге, а потом мягко улыбнулся и вошел в комнату.

– Я ждала тебя, – произнесла я.

– Я так и думал, что ты будешь здесь, – он приблизился. Я вскочила и, обхватив руками его за талию, положила свою голову ему на грудь. Хаген поднял руку и погладил мои косы.

– Завтра я ухожу в море, – сказал он спустя несколько минут, на протяжении которых мы оба молчали. Я напряглась. Не знаю, почему, но мне неожиданно стало страшно. Сердце бешено застучало в груди, причиняя боль. Я не совсем понимала причину этого страха, он ведь не первый раз отправлялся в поход и всегда возвращался назад…

– Куда ты отправляешься? – я подняла на него глаза, – Возьмешь меня с собой?

– Нет, мы едем с отцом, – он покачал головой, – Ты остаешься здесь вместе с Кокчей.

Он заметил мои погрустневшие глаза и, осторожно прикоснувшись к моему подбородку своими пальцами, заставил меня посмотреть ему в лицо.

– Не переживай. Это не опасно. Мне всего-то надо съездить в поместье к Гейрмунду.

Мои глаза расширились. Я ведь уже прекрасно знала, что Гейрмунд – отец Льета, из-за которого у нас было столько неприятностей. Хаген терпеть не мог своего брата, а Кокча его откровенно ненавидел. Я не могла понять, зачем он отправляется туда, особенно после всего, что произошло между ними.

– Зачем? – только и спросила я.

– Я еду по просьбе отца, не могу же я отправить его туда одного, – ответил Хаген и добавил, объясняя, – На поместье Гейрмунда было совершено нападение. Сегодня прилетел сокол от Льета с сообщением, что дядя при смерти и зовет отца попрощаться.

Я подозрительно прищурила глаза. Мне это казалось неправдоподобным.

– Это правда? – произнесла я.

– Надеюсь, что да.

Я приподнялась на носочки и обхватила руками Хагена за шею. Я не хотела его отпускать от себя даже на минуту, а тут он собирался в море и пусть земли Гейрмунда лежат не так уж и далеко от наших, я все равно испытывала ужас перед расставанием.

– Я боюсь за тебя, – прошептала я.

Он легко поцеловал меня.

– Боги и так мне дали слишком много времени, – сказал он тихо. Я подняла руку и положила пальцы на его губы, заставляя его замолчать. Как он мог так говорить, подумала я. Разве так можно?

– Ну, возьми меня с собой, – взмолилась я, – Пожалуйста! Я не буду тебе мешать! Тем более, ты же сам говоришь, что это не опасно!

Хаген покачал головой, всем своим видом показывая, что уговаривать бесполезно.

– Я вернусь раньше, чем ты успеешь соскучиться, – сказал он.

– Я уже скучаю, – ответила я, – От одной мысли, что ты уедешь, мне становится не по себе.

Хаген рассмеялся и прижал меня к своей груди.

– Глупая моя, – только и сказал он.

Я не помню, что за сон приснился мне в эту ночь, но проснулась я от собственного крика. Села в постели, подняла руку, прикоснулась пальцами к вспотевшему лбу. Тут же сильные руки обхватили меня, прижали к широкой, теплой груди. Я уткнулась носом в плечо мужа, шумно вдохнула его запах и теснее прижалась под одеялом.

– Плохой сон? – спросил он.

– Не знаю, – ответила я честно, – Не помню подробностей, но знаю лишь, что проснувшись, почувствовала какое-то облегчение, что ты рядом.

Хаген стал гладить мои волосы, я постепенно расслабилась в его руках, потянулась к его губам. Он поцеловал меня бережно, не переставая перебирать своими пальцами пряди моих волос, потом откинул одеяло и встал.

– Тебе надо переодеться, – сказал он, зажигая свечу и поставив ее на столе.

Я проследила за ним взглядом, чувствуя поднимающуюся где – то внутри нежность к этому огромному сильному воину, моему мужу. Губы как-то сами собой растянулись в улыбке. Словно почувствовав мой взгляд, Хаген резко обернулся. Я вынырнула из-под одеяла, быстро сорвала с себя рубашку, оставшись обнаженной. Хаген замер, не отводя от меня взгляда, в котором разгоралось пламя. Затем отшвырнул свежую рубашку, которую уже достал для меня из сундука и шагнул ко мне.

Когда некоторое время спустя я засыпала на его груди, я уже твердо знала, что на завтра ни за что не отпущу его одного.

Когда я, собрав вещи, решительно шагнула за Хагеном, он остановил меня взглядом, недоуменно покосился на заплечный мешок, дорожную одежду и болтающийся на поясе в ножнах кинжал. Я глупо улыбнулась в ответ на его нахмуренные брови, пожала плечами и, прежде чем он успел хоть что-то произнести, выскочила из нашей комнаты, направившись ровным уверенным шагом по коридору к дверям, ведущим во двор, где своего вождя уже ожидали его люди и отец. Увидев меня выходящей из двери с заплечным мешком, Эйнар только усмехнулся в усы, но ничего не сказал. Вышедший следом Хаген только угрюмо посмотрел на меня.

– Я думал, мне досталась послушная жена, – сказал он, – Вижу, я сильно ошибся.

Я посмотрела в его глаза и увидела в них теплящуюся нежность, настолько глубокую, что едва не задохнулась от ответного чувства, понимая, что он совсем не злится на меня, потому что он, так же, как и я, не хочет этого расставания. Не обращая внимания на смотрящих на нас Эйнара и остальных воинов, я быстро прильнула к груди Хагена и, приподнявшись на носочки, легко поцеловала его в губы.

– Хорошо, – неожиданно смягчился он, – Но ты пообещаешь мне, что не сойдешь с корабля, пока мы с Эйнаром будем решить наши дела и будешь ждать меня там, что бы не случилось.

Я поспешно кивнула. Сейчас я была согласна абсолютно на все, лишь бы он взял меня с собой.

Спустя некоторое время, мы уже стояли на палубе корабля, и я смотрела на отдаляющийся берег.

Зарево пламени и густой туман дыма, клубящийся из-за деревьев, мы заметили еще издалека. И несмотря на то, что до заката было еще совсем далеко, я отчетливо разглядела золотисто-алые разводы над густым лесом, начинавшимся за тонкой линией берега. Сначала показалось, что это странная игра света. А потом мы увидели дым… Судя по настороженному взгляду Эйнара, смотревшему неотрывно на берег, я поняла, что мы наконец-то достигли своей цели и оказались у берегов владений его брата.

– Значит, правда, – произнес Хаген, когда воины налегли на весла, чтобы как можно скорее причалить к берегу.

Я неотрывно смотрела на небо, на котором теперь отчетливо проступали огненные всполохи за густым лесом, и прекрасно понимала, что там что-то горит. Когда нос ладьи ушел в песок, ударившись о берег, я едва устояла на ногах, вцепившись в борт. Мужчины побросали весла, схватили оружие и один за другим перепрыгивали с корабля на берег.

– Ни шагу с корабля, – строго сказал Хаген, обращаясь ко мне, перед тем, как последовать за ними. Его спина мелькнула перед моими глазами и вот он уже впереди своих людей поднимается от берега, перебирается по каменной насыпи и исчезает за деревьями, подступившими почти к самому морю. Я оглядываюсь на Эйнара. Мы остались втроем. Я, Эйнар и старый кормчий Гвалт. В моих глазах стоит страх, я смотрю на отца моего мужа, дрожа всем телом.

– Не беспокойся, – говорит он тихо, а сам смотрит вверх, туда, где над поселением Гейрмунда клубится тяжелым облаком дым. Я даже чувствую запах гари, и неожиданно волна тошноты поднимается к горлу, я оседаю на палубу, борясь со спазмом, прижимая пальцы к губам.

– Что с тобой? – рядом возникает встревоженное лицо Эйнара. Он берег меня за руку.

– Все в порядке, – я медленно вздохнула, чувствуя, что тошнота медленно отступает. На лицо постепенно возвращаются краски. Эйнар смотрит подозрительно, нахмурившись. Потом спрашивает несколько резко, не привычно для его обычного мягкого тона.

– Хаген знает?

Я перевожу удивленный взгляд на Эйнара. За его спиной стоит Гвалт, молча смотрит на нас. Я вздрагиваю от понимания того, что говорят мне глаза старого воина, и внезапно чувствую охватившую меня радость, разливающуюся по венам. Качаю головой.

– Нет, – сказала я, отвечая на странный вопрос Эйнара, который теперь, когда я поняла сама, перестал быть таковым, – Я сама не знала до этой самой минуты.

По лицу Безногого расползлась улыбка.

– Это хорошая новость, – произнес он, – Расскажи мужу при первой же возможности.

Я кивнула в ответ. Молча положила ладони на свой еще плоский живот, где уже билось еще одно сердце. Я надеялась, что это мальчик.

Дым над лесом постепенно исчез. Я всматривалась в берег, надеясь, что с минуты на минуту там появятся наши люди во главе с Хагеном, но время шло, а они все никак не возвращались. Во взгляде Эйнара, которым тот обменивался с Гвалтом, я ясно читала настороженность. Что-то было не так, это понимала даже я. Внезапно меня охватило страшное предчувствие, что с Хагеном произошло самое страшное. Я медленно выдохнула, вслушиваясь в биение собственного сердца. Мне всегда казалось, что если с моим мужем что-то случится, я обязательно почувствую это, но сейчас оно молчало, издавая только какие-то болезненные сигналы. Тогда я решительно направилась к Эйнару.

– Отец, – произнесла я. Он любил, когда после свадьбы я стала так называть его.

Эйнар повернул ко мне свое лицо. Гвалт находился рядом с Безногим. Оба мужчины посмотрели на меня.

– Я прошу позволения сойти на берег, – сказала я и добавила, в ответ на молчаливый вопрос Эйнара, – Да, я хочу пробраться к поселению вашего брата и посмотреть, что там происходит и почему Хаген и его люди еще не вернулись.

Безногий отрицательно покачал головой.

– Я не могу, – сказал он, – Я отвечаю перед своим сыном за тебя.

Я нахмурилась.

– Да что может случиться? – воскликнула я, – Я прекрасно умею ориентироваться в лесу и смогу прокрасться незаметно. И думаю, что сделаю это намного лучше вас, – я посмотрела на мужчин, красноречиво намекая на недостатки обоих. Сейчас мне было не до любезностей. Должны же они были понять, что калека и старик совсем не подходят на эту роль.

Эйнар остановил меня взмахом руки.

– Если кто туда и пойдет, так это Гвалт, – сказал он, решительно пресекая мои дальнейшие попытки продолжить начатый разговор, – Он пойдет через час. Если там все в порядке, то Гвалт вернется за нами. Если же нет… – он помедлил.

– Что тогда? – спросила я, – Вы собираетесь ждать еще час, а может там, в это самое время нужна помощь вашему сыну!

– Не будем спорить, – Эйнар отвернулся от меня. Я судорожно сжала ладони в кулаки, потом спокойно подошла к местам гребцов, куда положила перед отплытием свои вещи. Извлекла оттуда лук, подаренный дедом Радимом, перекинула его через плечо, затем пристегнула к поясу длинный нож и, завязав волосы на голове тугим узлом, решительно направилась к борту ладьи, тому самому, что выходил на берег. Гвалт рванулся было перехватить меня, но куда уж было старому, уже отяжелевшему в силу возраста, кормчему угнаться за мной? Я перемахнула через борт и очутилась по колено в холодной воде.

– Данка! – позвал меня Эйнар, но я уже выскочила на берег. Следом за мной раздался всплеск. Это Гвалт сошел с корабля, очевидно, все еще пытаясь остановить меня.

– Даже не пытайся, – крикнула я ему, на мгновение, оглянувшись назад, перед тем как побежала в том направлении, в котором несколько часов назад исчез мой муж и его дружина. Еще через несколько минут я вошла в лес.

ГЛАВА 13

Странный шум, словно кто-то огромный ломился сквозь деревья, заставил меня остановиться и спрятаться за ствол поваленного дерева, оказавшегося на моем пути. Я отошла всего на несколько десятков метров от берега, когда внезапно, увидела вооруженных воинов, несущихся по лесу в сторону моря. Это не были наши люди. Я впервые видела их. Выглядывая из-за дерева, я внезапно поняла, куда они направлялись, к тому же, совершенно не таясь.

– Эйнар! – вспыхнуло в голове. Я рванулась следом за воинами обратно к берегу и внезапно застыла, увидев, как они уже спустившись к самой воде, обступили корабль. У Безногого не было ни единого шанса выстоять против них. Я стояла, не шевелясь, и смотрела на то, как стоявший на берегу Гвалт обнажил свой меч и двинулся на врага. Его моментально окружили. Я даже слышала смех, доносившийся с берега, и с отчаянием понимала, что ничем не смогу помочь Эйнару и старому кормчему. Когда Гвалт вступил в бой с одним из воинов, я заметила, как второй зашел к нему со спины. Мгновение и старик осел в песок, уронив руки, все еще сжимавшие меч, так и не успев добраться до своего противника. Эйнар отвернулся от погибшего друга. Его взгляд устремился ко мне. Не знаю, как, но на какое-то мгновение мне показалось, что он разглядел меня среди переплетения ветвей, но это было просто невозможно. Потом он резко отвернулся, я перевела дыхание и, бросив в последний раз взгляд в сторону берега, побежала в лес. Я старалась ступать как можно бесшумнее, направляясь, как мне казалось, в сторону поселения Гейрмунда. Мое дыхание от быстрого бега стало сиплым. Я отчаянно молилась богам, чтобы с Эйнаром ничего не случилось. Все-таки, он приходился родным дядей Льету и братом его отцу, хотя надеяться на это я не могла.

– Значит, это все-таки была ловушка, – подумала я и остановилась под высоким раскидистым деревом. Прислонилась спиной к стволу, переводя дыхание и утирая ставший влажным лоб. Я старалась не думать о том, что произошло в поселение с Хагеном и его людьми, прекрасно понимая, что ничего хорошего их там не ожидало. И если Эйнара Льет хоть сколько-нибудь уважал, то откровенная ненависть, которую питали друг к другу он и мой муж, заставляла мое сердце сжиматься от страха за последнего.

Я понимала, что если бы не мое упрямство, заставившее меня отправится на поиски Хагена, то сейчас у Льета оказалось бы на одного пленника больше…или на берегу прибавился еще один труп. Я все-таки не была уверена в том, что Эйнара оставили в живых, особенно после того, как разделались с Гвалтом.

– Где же это проклятое поместье, – проговорила я почти шепотом и удивилась появившейся в моем голосе хрипотце.

Отдышавшись, уже медленнее пошла вперед и вскоре увидела впереди светлеющую вырубку, за которой высился частокол. Замерев, пошла по лесу, пока не вышла к широкой протоптанной тропинке, очевидно ведущей от поселения вниз к морю. И действительно, вскоре перед моими глазами предстали массивные ворота. Они были распахнуты. Я притаилась в густо кустарнике, в ожидании посмотрела на тропу. Из моего невольно укрытия, мне была видна часть тропы, словно выныривавшая из-за гряды деревьев и широкий двор, открывавшийся из-за распахнутых настежь ворот. Не знаю, сколько я прождала там, но воины с берега не вернулись, или сделали это раньше меня. Они ведь шли напрямик, пока я петляла по лесу, словно заяц. Я лихорадочно соображала, как бы мне пройти внутрь, но пока никаких мыслей не появлялось. Постепенно вокруг меня стала опускаться тьма. Ворота на ночь заперли и я, переждав с полчаса, наконец, встала в полный рост, распрямив затекшую от долгого сидения в неудобной позе, спину. Поправила лук за спиной и вышла к частоколу.

Сейчас смысла пробираться в поселение не было. Следовало подождать, пока все улягутся спать.

Я прошлась вдоль ограждения. Потрогала рукой прочные стены, затем вернулась обратно в лес, но далеко заходить не стала. Нарвав лапника, уложила его под ель и легла, поджав под себя ноги. Надо мной разгорались звезды. Я подняла глаза, пытаясь разглядеть в густом переплетении ветвей черное небо, усыпанное блестящими точками звезд. Нашла сначала одну, потом другую…Когда я досчитала до двадцати светил, меня охватила приятная сонливость. Я подложила под голову руку и закрыла глаза, почти сразу же провалившись в сон.

Мне снился Хаген. Я видела, как он сидит один в светлой комнате и смотрит на меня. На его губах играет улыбка, и я срываюсь с места и бегу к нему. И когда я уже почти рядом, осталось всего ничего, я протягиваю к нему руки, но он внезапно резко встает и качает головой. Потом произносит:

– Уже поздно, Данка!

Я просыпаюсь и, силясь не кричать, кусаю до боли пальцы, сжатые в кулак. По щекам текут жгучие соленые слезы. И так некстати вспоминаю, что именно этот сон снился мне в день до нашего отъезда.

– Хаген, – прошептала я. Поднимаюсь на ноги. Тело от лежания на холодной земле в неудобной позе, затекло. Я разминаю суставы и только потом возвращаюсь к частоколу. Оглядевшись вокруг, я поняла, что сейчас уже давно за полночь. Надломленная луна стоит высоко в небе, освещая перистые облака.

Я достала из колчана несколько стрел. Выпустила их одну за одной в стену частокола перед собой, так, что получилось некое подобие лестницы. Стрелы сделаны на славу из прочного дерева. Я повесила лук обратно за спину и стала подниматься. У самого верха замерла, прислушиваясь. Потом рискнула выглянуть вниз. К моему счастью по ту сторону частокола никого не оказалось. Я разглядела несколько длинных жилых домов с крытыми крышами, освещенных светом горящих факелов, за ними высокий колодец и курятник. Где-то в стороне завыла собака. Я едва не свалилась на землю от испуга и сильнее вцепилась в заточенные зубцы.

– Трусиха, – сказала я сама себе, – Вот бы дед Радим расстроился, что воспитал такую глупую внучку, да ко всему прочему еще и трусиху!

Я достала еще одну стрелу. С силой всунула наконечник в дерево на обратной стороне частокола. Проверила его на крепость и только после этого перебросила ногу, уперевшись в жалкое подобие ступени. Мгновение и я спрыгнула вниз и замерла, оглядываясь по сторонам, не привлекла ли я внимание дозорных? Но никого по близости, к счастью, не оказалось. Я рванула в спасительную темноту ближайшего дома, притихла, присев на корточки, огляделась вокруг. Дом вождя возвышался над остальными. Из отверстия в крыше валил дым от очага. Я слышала людские крики и смех. Там определенно что-то праздновали. Я не заметила следов даже малейшего разрушения в поселении. Мои предположения оказались не беспочвенными. Льет и его отец заманили Хагена и Эйнара.

Когда я дернулась, было, встать, двери хозяйского дома распахнулись, выпуская наружу двоих высоких мужчин. Судя по тому, как они покачивались, я поняла, что они явно на подпитии. Мужчины отошли за угол, разговаривая между собой. Потом я расслышала характерный звук и поняла, что они справляют малую нужду, после чего оба снова вернулись в дом. Когда за ними закрылась скрипнувшая несмазанными петлями дверь, я выскочила из своего убежища и рванула к соседнему дому. Мгновение и я уже стою, прижавшись спиной к деревянной стене, тяжело дыша. Спустя несколько секунд расслышала отчетливые шаги. Из-за угла вышли дозорные. Я медленно, стараясь ступать как можно тише, не отрывая спины от стены дома, стала отступать назад, за угол дома. Я пятилась, не сводя глаз с охраны, но они не заметили меня и скоро прошли мимо. Я облегченно вздохнула.

– Хаген, где же ты? – прошептала я тихо. Потом направилась в сторону, в которую ушли охранники. Миновав несколько домов, резко остановилась. Прямо передо мной стоял небольшой длинный дом. Около дверей стоял охранник. Я метнулась за широкую бочку и, выглянув из своего не надежного убежища, посмотрела на мужчину. В то время, как все веселились в доме вождя, этот находился здесь, явно что-то охраняя или кого-то, но судя по тому, что у дверей оставили только одного человека, там внутри находилось что-то или кто-то не представляющее большой угрозы, иначе их было бы намного больше.

Я опустила руку к бедру. Достала из ножен подарок Хагена. Рукоять кинжала приятно холодила ладонь. Я была уверена, что мне следует непременно узнать, что находится в этом доме.

Сделав небольшой крюк, подобралась к охраннику со спины. Затихла, слушая тишину, нарушаемую лишь дыханием мужчины. Потом резко прыгнула на него со спины. Не ожидавший подобного, охранник пошатнулся назад. Я обхватила ногами его талию, одной рукой задрала его голову за подбородок кверху, одновременно зажав ему рот, а правой полоснула по незащищенному горлу.

Горячая кровь, брызнувшая из раны, окропила мои пальцы. Я спрыгнула с оседающего на землю тела. Охранник издал последний булькающий звук и замер, распростершись под дверью. Я поспешно обыскала его карманы, нашла ключ от увесистого амбарного замка, висевшего на двери и быстро открыла ее. Затем затащила в темноту труп и прикрыв двери, огляделась.

Внутри было очень темно. Но когда мои глаза немного приспособились к мраку, я различила в самом углу, у столба, связанное тело, черным бесформенным силуэтом свисавшее к земле.

– Хаген! – шепотом позвала я, надеясь, что это он. Ответом мне был тихий стон. Я поспешила вперед и присела около связанного человека. Протянув руку, прикоснулась к его лицу, ощутив пальцами что-то липкое на щеке мужчины.

– Я так рад, что они не поймали тебя, – прохрипел Эйнар, – Но тебе не стоило сюда приходить.

– Отец, ты ранен? – спросила я.

Ответом мне был его сиплый стон. Я быстро разрезала веревки, стягивающие руки Безногого и подхватила его, не дав упасть на землю. Затем помогла облокотиться на столб, к которому еще мгновение назад он был привязан, заметив при этом, что его правый глаз налился алым, а на разбитых губах запеклась кровь. Мои руки как-то сами сжались в кулаки. Я стиснула зубы.

– Уходи отсюда, – сказал Эйнар, – Ты еще сможешь, а я уже нет. Возвращайся к Кокче, расскажи про предательство.

– Нет! – вскрикнула я, громче, чем стоило, – Я не могу бросить вас здесь. Я не могу оставить Хагена. Вы его не видели?

Старый воин покачал головой.

– Нет. Меня затащили прямиком сюда и привязали. Я не успел ничего толком разглядеть…

Я закусила губу, судорожно переплела пальцы на рукояти кинжала.

– Уходи отсюда, – продолжил Эйнар, – Это единственно разумное решение. Что можешь ты, дочка? Сейчас не время показывать свою храбрость. Если Льет тебя поймает, как думаешь, что он с тобой сделает? – он перевел дыхание, казалось, речь давалась ему с большим трудом, потом продолжил, – Подумай о ребенке, которого ты носишь. Ради Хагена, сбереги его!

Я поднялась на ноги, не отрывая взгляд от сидящего предо мной безногого мужчину. В моем сердце боролись жалость к нему и восхищение храбростью. Что-то подсказывало мне, что если я сейчас уйду, то больше никогда не увижу Эйнара вновь.

– Уходи, – воин протянул руку и толкнул меня в колено, но толчок получился настолько слабым, что я поняла – Эйнар обессилен.

– Прости, отец, – только и сказала я и тенью выскочила из сарая. Но мне не удалось отойти от него даже на несколько шагов. Чья-то подсечка и вот я лечу вперед, выставив перед собой руки. Едва коснувшись земли, я тут же перекатилась назад и поднялась на ноги, выставив перед собой кинжал, который успела достать достаточно быстро.

– Не дергайся, – произнес голос из толпы окруживших меня мужчин. Двое из них держали в руках факелы, слепящие мне глаза. Я прищурилась и чуть повернула на бок голову, а затем, словно почувствовав подвох, отпрыгнула в сторону, что и спасло мне жизнь. Выскочивший из толпы воин был довольно хорошо сложен и широк в плечах. На мгновение свет от факела осветил его лицо, искаженное злорадной ухмылкой и блеснул кровавым светом на наточенном острие меча.

– Сейчас я обуздаю эту кобылку, а потом мы с ней позабавимся! – сказал он и смачно сплюнул на землю. Я подавила в себе желание отступить.

– Только не особо подпорть ей шкурку, – сказал кто-то из окружившей нас в кольцо толпы, – Я люблю, когда они подо мной шевелятся, а не подыхают!

Раздались тихие смешки. Я оскалилась и посмотрела на противника. Шансов на то, что мне удастся уйти от этих подвыпивших мужчин, не было. Но я не собиралась сдаваться, не смотря ни на что.

Внезапно мой противник рванул вперед. Для выпившего он действовал слишком быстро и слажено. Я едва успела увернутся от удара его меча, заметив при этом, что он бил плашмя. Значит, убивать меня они не собирались. Точнее, пока не собирались. Та участь, которую они мне предрекли была во много раз хуже смерти.

– Ловкая, кошечка, – сказал воин и сделал очередной выпад. Я проскользнула у него под рукой и резанула кинжалом по его руке. Мужчина удивленно замер.

– Что, Орм, зацепила она тебя? – услышала я голос державшего один из факелов.

– Вот, дрянь, – названный Ормом снова сплюнул, – Все, я больше не буду играть с тобой, – он уверенно шагнул ко мне. Я хотела парировать удар, но внезапно кто-то сзади ударил меня ногой по голени. Вскрикнув больше от подлого удара, чем от острой боли, я повалилась на землю. Орм подскочил и со всего размаху пнул меня ногой, выбивая из руки кинжал. Тот со звоном отлетел в сторону. Я едва успела перевернутся, обхватив руками живот и сжавшись в страхе за своего ребенка. Только теперь я услышала, как кричит из сарая Эйнар. Во время короткого боя я была так сосредоточена, что даже не слышала его голоса.

Орм нагнулся ко мне и, схватив за воротник куртки, поднял и поставил на ноги.

– Доигралась? – его лицо вплотную приблизилось к моему. Я с силой плюнула ему в лицо, за что тут же получила удар в скулу.

– Ах, ты! – он ринулся было ко мне, когда раздавшийся из темноты голос заставил Орма замереть на месте.

– Что здесь у вас происходит? – в свете факелов показалась знакомая фигура. Льет узнал меня сразу же. Его брови удивленно взлетели вверх.

– Женщина? Ты тут как оказалась? – спросил он.

Я встала на ноги. Щека моментально опухла, и я почувствовала, как по правой стороне лица растекается боль. Синяк, наверное, будет на пол лица, подумала я так некстати и усмехнулась своим мыслям. Как будто меня сейчас должна была волновать внешность!

– Где Хаген? – спросила я. Но он меня не слушал, пристально вглядываясь в мое лицо. Взгляд Льета изменился, когда он увидел кровоподтек на моей щеке.

– Кто? – только и спросил он, обведя стоящих вокруг нас воинов похолодевшим взглядом, – Кто ее ударил?

Я заметила, как нерешительно выступил вперед Орм. Спесь с него слетела в считанные секунды. Я даже не заметила, как Льет выхватил из рук воина его же собственный меч. Один удар и голова Орма отлетела назад, снесенная острым лезвием. Обезглавленное тело повалилось в грязь прямо под мои ноги. К горлу подступила тошнота, я упала на колени и меня тут же вырвало.

– Заприте Эйнара, – Льет швырнул кому-то в руки меч, – А девушку отведите в дом! И приберите тут, – он указал на обезглавленный труп.

Льет повернулся ко мне спиной и направился к дому вождя. Один из воинов помог мне подняться и толкнул перед собой.

– Давай, топай, – сказал он.

Я поморщилась от боли. Щека начала пульсировать. Я стиснула зубы, стараясь не застонать, и вытерла рукавом губы.

Мы прошли широкий двор и поднялись на крыльцо добротного дома, который я заметила ранее. Я открыла дверь и переступила порог. Почти сразу, вместе с теплом, идущим от разожжённого очага, меня захлестнула волна голосов и веселого смеха. В воздухе чувствовался яркий запах пива и пота. Большой зал, в который мы попали через широкую деревянную дверь, оказался буквально забит до отказа гостями. Играла музыка, которую, впрочем, мало кто слушал. На первом столе шла жаркая битва – два громадных воина мерялись силой на руках. Их обступила галдящая толпа. Я шагнула мимо, подталкиваемая рукой моего провожатого, пока не оказалась в центре зала. Мы остановились, и я посмотрела на место вождя, за которым восседал седовласый мужчина, внешне очень похожий на Эйнара. Только когда я присмотрелась чуть внимательнее, то заметила, что глаза Гейрмунда прямо излучают ненависть. И смотрел он именно на меня. Когда наши глаза встретились, я почувствовала, как от холода его взгляда по моей спине пробежали мурашки. Меня передернуло, то ли от страха, то ли от отвращения. Рядом с вождем, по правую руку сидел Льет, а около него…тут я невольно подняла вверх руку, прижимая ее к животу. Мое движение не осталось незамеченным холодными глазами Гудхильд. Встретившись с ведьмой взглядом, я тут же поняла, что она уже знает о том, что я ношу ребенка Хагена. Мой жест выдал меня. Я инстинктивно прикрыла живот рукой, словно пытаясь защитить свое еще не рожденное дитя, что вызвало усмешку северной колдуньи.