Текст книги "Крылья ангела (СИ)"

Автор книги: Анна Верная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 27 страниц)

глава 56

– Я ничего не понимаю. Как такое вообще возможно? Да, я помню все вопросы с теста, могу хоть сейчас вам на каждый дать развернутый ответ.

– Я знаю, Лин, и верю тебе. Поэтому и разговариваю сейчас с тобой здесь, а не озвучила результаты при всех. Ты же понимаешь, что, если я выставлю, тебе неуд, то о пятерки в четверти можно даже не думать.

Я впервые за свой стаж иду на должностное преступление. Если кто – то об этом узнает, меня уволят по статье. И в лучшем случае я смогу преподавать где – нибудь в сельской школе. И это действительно будет лучший вариант.

Но я и правда тебе верю. Даже если бы ты пришла на урок с температурой под сорок или не спавшая несколько ночей подряд, то даже в этом случае ты бы не сдала эту мерзость, – женщина, кривясь, показала рукой на мою работу.

Муж говорит, я очень люблю читать и смотреть детективы в свободное время. Но, что делать, если так и есть. Только в жизни я простой учитель истории, а не Пуаро и распутать этот странный клубок я не могу. Да и доказательств у нас с тобой никаких нет.

Но моя интуиция мне говорит и не просто говорит, а кричит, что ты не писала вот это. Я заранее еще до первых уроков изучила все твое портфолио и знала наперед твои успехи в учебе.

И, если здесь все, абсолютно все учатся благодаря положению и финансам своей семьи, то в твоем лицее все учатся только благодаря старанию и упорству. Знаешь, скольких здесь я бы лично выгнала пинком под зад? Достаточно, я тебе честно признаюсь.

Конечно, далеко не все просто числятся и отсиживаются на занятиях. Есть и очень много талантливых и успешных ребят. Но все портят эти мажоры. Я даже не хочу представлять, что они будут творить дальше в институтах.

Так вот, как я и сказала, я многое видела. У меня лично на моем предмете троечники, которые еле – еле допускались к итоговому зачету, на моем экзамене сдавали на высший балл.

Вот как такое может быть?

Я только отрицательно покачала головой.

– Вот и я не знаю, как. Все проверяю, чтобы ни телефонов, ни наушников, ни шпаргалок, ничего не было. И ничего не нахожу. И они, как по волшебству, сдают на отлично. Хотя семь лет ни одной темы полностью не прочитали.

Потом меня на учительском совещании прилюдно при всех отчитывают, что я к некоторым учащимся предвзято относилась и не рассмотрела талант в них, принижала их выдающиеся способности. Представляешь?

А я, как нашкодивший ребенок, прячу глаза и не могу ничего ответить. Потому что, как и сейчас с тобой, у меня нет никаких доказательств. Только моя интуиция и все.

Да, у нас у учителей тоже есть свои кланы, кто – то с кем – то больше общается, кто – то даже дружит семьями. Есть кто регулярно получает подарки от родителей. И, как ты понимаешь, эти ученики становятся для них фаворитами.

Но несмотря на это, всех нас объединяет одно. Мы все хотим, чтобы наш предмет любили, изучали. Тогда ты получаешь удовлетворение и от себя и от своей работы. Когда ты видишь, что можешь заинтересовать учеников, вызвать у них желание учиться, это и есть высшая награда для любого учителя.

Думаю, ты меня прекрасно понимаешь, твоя мама тоже же была педагогом. И повторю, мне очень жаль.

Поэтому сейчас мы перепишем быстро работу и с сегодняшнего дня ты сидишь на первой парте. Для всех я начинаю готовить тебя к олимпиаде, сначала к школьной, потом к районной.

Это не вызовет никаких подозрений. На других предметах тоже посоветую тебе сесть впереди. Можно сказать, что у тебя стало немного падать зрение. С нашим медиком будет не сложно договориться.

И еще, это только на всякий случай, но все равно лишняя осторожность сейчас не помешает. В столовой старайся брать всегда разную еду, а воду лучше носи с собой свою. Не бери никаких посторонних или чужих вещей.

– На что вы намекаете? – взволнованно спросила я.

– Лин, не переживай. Это просто мой совет на всякий случай. Хотя бы на первое время. Просто говорю, люблю детективы. Ну, а, если серьезно, у тебя в школе не было ни с кем конфликтов?

– Нет, у меня со всеми нормальные отношения, – я решила не рассказывать о вчерашнем неприятном разговоре с девочками.

– Это очень хорошо, но все таки сейчас будь осторожна и не оставляй свои вещи без присмотра.

И то, что ты сейчас переписываешь работу должно остаться между нами. Никому не рассказывай, даже сестре. Мы просто готовимся к олимпиаде и все. Понятно, Лин?

– Да, конечно, я и не собиралась никому рассказывать, спасибо вам большое.

– Вот и хорошо, а то, знаешь, не хотелось бы с семьей уезжать в деревню, – пошутила Светлана Валерьевна, но глаза оставались у нее серьезные. Я и сама понимала на какой риск она из – за меня идет.

– А как же камеры в кабинете? – спросила я.

– А что камеры? Охрана следит только за порядком. Ты думаешь, у них есть время и желание слушать каждый урок. Боюсь так они быстро сойдут с ума от полученной информации.

Их задача следить за порядком и безопасностью, чтобы не было на территории посторонних. А синусы и реформы Петра их мало интересуют.

И еще у меня к тебе будет один вопрос. Я понимаю, что это к делу не относится, но все таки поинтересуюсь. Ты можешь и не отвечать, если не захочешь.

– Нет, ну, что вы, я и так вам очень обязана. Спрашивайте, что хотите, я на все отвечу вам.

– Может быть у тебя, если ты говоришь, в семье и с одноклассниками все хорошо, то в личной жизни не все гладко? В этом возрасте вы быстро влюбляетесь, даже теряете голову от влюбленности.

До меня тоже дошли слухи, что ты в отношениях с Кириллом Лебедевым. Я его отлично знаю. Он тоже мой бывший ученик, мои предметы он выбрал профильными. Хороший парень с блестящим будущим.

Хоть и с шилом в одном месте. Но очень упорный и справедливый. Учился и сдавал все сам. Просто пытаюсь, хоть за что – то зацепиться, что могло повлиять на такой результат. Хотя и это уверенна не причина.

Просто кто – то сильно умный попался и заварил эту кашу.

– Нет, с Кириллом у нас прекрасные дружеские отношения. Он вообще здесь не при чем.

– Это хорошо. Любовь это, конечно, прекрасно. Мы тоже были когда – то молодыми и влюбленными, но голову терять нельзя. Впереди выпускные экзамены, а у тебя еще и медаль.

Кирилл, уверена, будет вести себя хорошо и не мешать тебе учиться. Главное, чтобы подобного не повторилось. Сегодня мы вышли из положения, а что будет дальше, не известно.

Вот из – за таких ситуаций я и не отдала своих детей сюда учиться. Хотя нам, как учителям, это разрешается. Не хочу, чтобы мои дети были изгоями. Пусть лучше учатся в простой школе, так мне будет гораздо спокойнее.

Но а сейчас давай за дело. Когда я тебе говорила об олимпиаде, я не шутила. Так что начнем работать, материала очень, очень много.

Два часа, целых два часа мы занимались со Светланой Валерьевной. Не было и пяти минут на отдых, много информации, новый материал. Еще и в библиотеку нужно будет заскочить, а некоторую информацию можно найти только в интернете.

Она настоящий зверь, в хорошем смысле слова. Кажется, она знает историю всех цивилизаций в разные эпохи. И у нее прекрасное мнение по поводу разных исторических вопросов. Оказывается, она написала не одну статью и является доктором исторических наук.

Она легко находит объяснения почему в определенных странах случались военные конфликты. Некоторые на религиозной почве, другие на фоне земельных территорий. Слушать и учиться у нее очень интересно.

Но... не сегодня. В голове до сих пор были мысли о контрольной. Я быстро переписала ее, и учитель тут же проверила ее при меня. Естественно, все задним числом, и все правильно, что и требовалось доказать.

Если еще хотя бы два или три преподавателя решат меня тоже подключить к олимпиаде, я просто тоже, как и Лика, буду пахать на разрыв. И как совмещать работу в центре, станет большим вопросом.

Хорошо, я додумалась заранее предупредить нашего водителя, что задержусь на неопределенное время. По дороге к выходу со мной, кажется кто – то даже здоровался, что – то спрашивал. Я же только, как болванчик, лишь кивала головой и все.

Уже дома в своей комнате я просто рухнула на свою кровать. Телефон во всю вибрировал. Я могу и не смотреть, кто звонит. Так как уже знаю кто это.

Так же не глядя, я ответила на звонок.

– Привет, Лин, – послышался усталый и взволнованный голос Кирилла в трубке.

Я прикрыла глаза, мне было совсем не до него эти часы. А он все звонил и звонил, и, наверное, уже бог знает, что напридумывал себе. Мне даже стало стыдно. Но не могла я в присутствии учителя с ним объясняться, да и было не до этого.

– Привет, Кир, прости, что раньше не перезвонила, просто пришлось сегодня задержаться в школе, – также устало ответила я.

– Что – то случилось? – настороженно спросил парень.

И тут стал вопрос, рассказать ему правду о контрольной или соврать. С одной стороны он начнет переживать, а с другой мне почему – то казалось, что ему все уже известно. И он сразу поймет, что я лгу. А обманывать, я действительно, не умела никогда.

– Кир, я провалила контрольную по историю. Валерьевна, правда, никому не сообщила ничего и в тайне ото всех на свой страх и риск дала мне возможность переписать ее. А также бонусом ко всему идет и предстоящая олимпиада.

Так что теперь школа – это мой второй дом.

– Ну, это же отлично! Ты все переписала, сдала, нет теперь никаких проблем. А с олимпиадой я могу тебе помочь. У меня осталось много материала со школы, я же как раз историю и сдавал на вступительных. Так что повода переживать у тебя нет. Я уже надумал хрен знает что. Не пугай меня больше так, Лин. А то инфаркт в двадцать мне обеспечен.

– Кир, ты меня вообще хоть минуту слушал? Я тебе говорю, что я запорола итоговую работу.

– Лин, я на слух не жалуюсь и прекрасно тебя услышал. Не понимаю, почему ты так расстроена. Но переписала, с кем не бывает? Даже самые умные хоть иногда тоже ошибаются. Человек не робот, это нормально.

– Кир, может это и нормально. Только вот загвоздка. Я знаю все ответы, весь школьный материал на год вперед. Даже если мне завтра скажут поступать на исторический, я с закрытыми глазами сдам ЕГЭ. Даже без подготовки.

Я помню все вопросы, и какой должен быть ответ на каждый. И понимаешь, работа моя, вернее почерк мой, а ответы не мои. И у меня не раздвоение личности. Вот и учитель в шоке. Поэтому и разрешила на тихую переписать.

Так как, выстави она мне два в журнале, уже в полугодии можно забыть о пятерке. А там и о медали, и я молчу про всякие там олимпиады и награждения. Она не могла и не хотела выносить это на всеобщее обозрение.

Если об этом узнают, ее уволят по статье. Да и меня скорее всего переведут с позором в другое место доучиваться.

– Так, а вот теперь поподробнее, – уже более внимательно стал говорить Кирилл.

– Валерьевна даже камеры смотрела, пришлось соврать охранникам, что серьгу потеряла. И на них ничего и никого подозрительного. Все, замкнутый круг. Нет ни начала, ни конца.

Только ее интуиция и вера в меня. А ты веришь мне, или считаешь, что я могла на все, абсолютно на все вопросы написать неверный ответ?

– Лин, прости, конечно, я тебе верю. Просто не предал вначале этому значение. Подумал, что может отвлеклась или еще что – то. Но, да, на все вопросы ты не могла не ответить. Да и отвлечься это не про тебя.

Давай я подключу наших безопасников. Они крутые ребята, есть даже, кто работал в частных детективных агентствах. Если есть что – то, они нароют обязательно. Никто не может сработать полностью чисто. Обязательно должны остаться хоть какие – то следы.

– Нет, Кир, пожалуйста, ничего не надо делать. Это должно все остаться между нами. Я обещала никому ничего не говорить, и уже нарушила свое слово.

– Лин, я могила, ты знаешь. И я тебе не чужой. Если у тебя есть проблемы, то они автоматом становятся и моими проблемами, и я готов их решать, даже если сейчас я не рядом.

– Просто я сама в шоке, впервые в такой странной ситуации. Валерьевна даже пересадила меня наперед, сказала не оставлять свои вещи без присмотра. Носить с собой свою личную бутылку с водой, не брать никаких чужих вещей.

Я как будто не в школу пришла, а в концлагерь, честное слово. И еще этот разговор с девчонками. И все за пару дней.

– Какие еще девчонки? – чуть громче спросил Кир.

Я и не сразу заметила, что в порыве еще и выдала ему про девочек. Хотя уж точно этого делать не собиралась. Вот блин. Только этого не хватало для полного счастья.

– Лин, я здесь, и я внимательно тебя слушаю.

– Кир, да ничего особенного, не бери в голову, – начала я его уговаривать, чтобы он не продолжал расспрашивать.

– Лин, ты рассказывай, а я сам решу, есть в этом особенное и важное или нет.

– Рассказывай все подробно, Лин, что за девочки, когда подошли, где именно и о чем разговаривали? Все с мельчайшими деталями, – через чур серьезно продолжал расспрашивать Кирилл.

– Кир, я, что на допросе нахожусь? Может быть ты еще на детекторе лжи решишь меня проверить? – решила я немного пошутить. Но по вздоху в трубке, я поняла, что кому – то очень даже не до веселья.

Кир, поверь мне, ничего серьезного и страшного не произошло. Я уже и забыла обо всем. Просто в порыве в разговоре вылетело и все. Но, если для тебя это важно, то хорошо. Все расскажу с подробностями, как ты хочешь.

Это мои одноклассницы, Ликины подружки, вместе входят в сборную по плаванию в нашей школе.

– Я понял кто это. Те еще суки... Прости, стервы.

– Кир! Может быть как – то без оскорблений? Все таки они девушки. Даже я про них про себя такого не говорила.

– Ты просто святая, Лин. Еще и защищаешь их. Но я хорошо понял, кто это. Там самооценка выше, чем башня в Дубае. Продолжай дальше. Что они у тебя спрашивали и зачем вообще решили подойти?

– Зачем я и сама не знаю, честно. Как они говорят, хотели познакомиться поближе. Я же никуда еще с классом вместе не ходила.

– Тебе и не надо. Правильно делала. Я против этого абсолютно. Нечего тебе с ними время проводить, не самая лучшая компания для тебя, – перебил меня парень.

Я, конечно, догадывалась, что ему бы не понравилось, если бы я куда – то ходила с одноклассниками и не только с ними. Но сейчас по его голосу и интонации я уже ни капельки не сомневалась в этом. Его вполне устраивало, что я из школы еду домой, из дома в центр.

И на этом все. Все мое общение заканчивается несколькими людьми. Такая вот домашняя девочка. И ему это очень нравилось. Никого лишнего рядом, все предсказуемо и по расписанию.

Но ведь позже, у меня могут появиться и друзья, и подруги. Я всегда была общительная и коммуникабельная. Никогда не была одиночкой и затворницей. В моем городе у меня остались друзья детства, среди которых были и парни.

И вот сейчас, я была точно уверена, что, если бы захотела с ними встретиться, Кир бы рвал и метал и не разрешил бы даже и пяти минут поговорить.

По тому недолгому времени, что мы с ним общаемся, я поняла, что он жуткий ревнивец и собственник, а еще страшен в гневе. Даже к своим лучшим друзьям он меня ревновал, хоть всегда все и сводилось к шуткам.

Я не хотела, чтобы наши с ним отношения и дальше строились только на том, что хочет он. Есть же еще и я. Но сейчас я не хотела развивать эту тему. Но мысленно обещала к ней в будущем обязательно вернуться.

– Лин, ты чего молчишь? Что дальше было? – напомнил о себе Кирилл.

– Прости, я немного задумалась. Ничего, я же тебе все сказала уже. Просто они не понимают, как меня взяли в семью, показали всем. Как такое может быть, что нагулянная дочка учится с благородными и чистыми детками? Что само мое только присутствие рядом – это уже оскорбление их чести.

А еще они не понимают, как ты мог Лику променять на меня? Вот в принципе и все.

– И ты говоришь, что ничего особенного они не говорили? – прорычал он мне в трубку. Я впервые слышала его голос таким злым. Только от него по телу расползлись сотни мурашек. А его ярость ощущалась даже за тысячи километров. Боже, зачем я ему всю правду только рассказала?

Я и подумать не могла, что он будет настолько злым. В трубке только и слышно было его тяжелое дыхание. Да, быть врагом Кирилла Лебедева, я бы точно не хотела.

– Кир, успокойся. Я тоже не стояла как статуя. Мне было, что им ответить. Я не из тех, кого бьют, и они с радостью подставляют обе щеки. Мы спокойно расстались, а сегодня они даже не смотрели в мою сторону. Может быть они меня так проверяли, хотели зацепить, чтобы потом доставать.

Или им просто скучно живется, и им нужно на ком – то развлекаться? В любом случае я уверена, меня доставать они больше не будут, не волнуйся, пожалуйста.

– Лин, я за меньшее не прощал и давал ответ и не в разговорной форме. А тут эти шлюхи прямо в школе решили наезжать на тебя. Втроем, а ты одна. Каждая из них физически намного сильнее тебя. Ты бы и с одной не справилась, а их блядь трое было, – уже совсем не сдерживался Кир.

– Кир, не надо их оскорблять. Все таки я повторю, они девочки!

Кирилл громко расхохотался, а потом ответил :

– Лин, боюсь тебя разочаровывать, но они уже давно не девочки.

– Кир, это их личное дело. Но все таки в моем присутствии, если разговариваешь, не выражайся так, я прошу. И не все можно решать только физически. Поверь, правильно подобранные слова тоже могут кого угодно поставить на место. К тому же мы разговаривали в классе.

Чтобы они мне сделали при камерах?

– Лин, ты и правда наивная у меня, – вздохнул парень.

– Ну, извини, какая есть!

– Я не в обиду это говорю, Лин. В отличие от тебя они учатся в этом месте уже очень давно. И поверь, хоть и охрана на высшем уровне и везде натыкано куча камер, есть и слепые зоны. Я же тоже учился там и знаю это прекрасно.

Если надо было кого – то проучить после уроков, все собирались в тайных местах. Даже курили. И никто ничего из учителей или охранников не видел. Никто за столько лет ни разу не попался. И, если бы они захотели тебе по – настоящему навредить, они с легкостью бы это сделали в стенах гимназии.

И никто бы и криков твоих не услышал. Боюсь, здесь сыграли не твои слова, не знаю, что ты им говорила. А твоя фамилия. Да и что греха таить, они догадываются, что я им потом на живую шкуру спущу.

– Кир, ты меня сейчас сильно пугаешь.

– Меня тебе точно не стоит бояться. Только не меня, малышка. Я никогда тебе не причиню вреда.

– Даже если я разочарую тебя? – тихо спросила я.

– Это просто невозможно, – с уверенностью мне ответили.

– Кир, обещай мне, что ты не обидишь их. Все уже забыто, пожалуйста.

– Лин, такие оскорбления не стоит забывать и оставлять без внимания.

– Кир, я тебя прошу, пожалуйста, обещай мне. А иначе в тебе разочаруюсь уже я.

– Лин, ты сильно добрая девочка, они не стоят того, чтобы ты за них просила. Я не причиню им физической боли, если ты об этом. Ты сама сказала, что можно и правильно выбранными словами поставить на место. Я думаю, ты не забыла, что я будущий политик? И умею вести сложные дела.

К тому же где все это время была твоя старшая любимая сестра?

– Лика готовилась к тренировке. Она как раз искала их.

– Понятно, потеряла своих шестерок.

– Кир, давай забудем все это. Я тебя очень прошу. Ты просил рассказать тебе все. Я тебе все и рассказала, хотя и не собиралась, если честно. У меня и так был ужасный и трудный день, а впереди таких дней будет еще больше. Так что прошу на этом случае поставим точку.

– Как скажешь, Лин, только впредь, обещай мне сама все рассказывать. Я еще разберусь с тем, почему я еще вчера ничего об этом не узнал.

Тут я сразу вспомнила, как Рита говорила о том, что за мной присматривают по инициативе Кирилла.

– Значит это все таки правда? – кажется я даже вслух это произнесла.

– Ты о чем сейчас?

– О том, что по твоей просьбе или по твоему приказу некоторые ученики за мной присматривают! И все тебе докладывают. Ведут за мной в школе наблюдение, снимают, фотографируют. Это так, Кир?

– Лин, послушай...

– Отвечай, Кир, это правда?

Долгое молчание в трубке было моим ответом. Это действительно было так.

– Это правда.

Спустя несколько минут мне все таки решили ответить.

– Прекрасно, Кир. Просто прекрасно. И я тоже об этом узнаю только сейчас и при таких обстоятельствах.

– Лин, я просто жутко переживаю за тебя, вот и вся правда. Я с ума схожу здесь без тебя, стараюсь напрячь себя по полной, чтобы не сорваться и не плюнуть на все, и уже в следующую секунду не мчаться к тебе в аэропорт.

Без тебя плохо, ничего не помогает. Если не услышу хотя бы твой голос на минуту, просто сдохну. Не знаю, как я раньше был без тебя? Хотя и сейчас ты не рядом.

– Кир, я может быть и понимаю тебя, но это уже перебор. Я не на вражеской территории, а вокруг меня нет моих заклятых врагов. От меня и так шарахаются. Я уже думала, что со мной, что – то не так. Так нельзя, Кирилл, нельзя.

Ты далеко,но ты уже душишь меня своей опекой и заботой. Или недоверием, я уже и не знаю, что и думать. Я же тебе и так все рассказываю. Или тебе надо знать на какой перемене я пошла в туалет? Да, я уже не удивлюсь, что и там у тебя тоже стоят камеры!

Господи, какой кошмар!

– Нет, Лин, в туалете у меня нет камер.

– Слава богу!

– Ты говоришь, ты не рядом с врагами? А эти стервы, которые только вчера пытались унизить тебя!? Поверь, в этом обществе, да и не только в этом, достаточно гнили. С ней, конечно, не рождаются, но со временем она пропитывает любую душу.

Я впервые это все видел в окружении своей семьи. Казалось, даже те, кто тебе сегодня улыбается, завтра первые вонзят тебе нож в спину. Лицемерие и подхалимство здесь очень даже процветают.

Что далеко ходить. Ты видела и общалась с моей матерью. В школе у подростков все точно также. И то, что они тебе выплевывали в лицо, возможно еще у кого – то на языке и в мыслях.

А на счет доверия. Тебе, как раз то я и доверяю полностью, а вот другим нет. Я ревную тебя очень, Лин. И не буду скрывать правду, не хочу, чтобы какой – то хер подкатывал к тебе свои яйца.

– Кир, да мне сейчас не до отношений. Сколько тебе это повторять можно? В моем городе у меня остались друзья и среди них есть парни. У маминых подруг были сыновья, и мы дружили, ходили к друг другу на дни рождения, в кино.

Пойми, дружба между мальчиком и девочкой существует. У тебя, что не было такой?

– Почему же, очень даже была. Только всегда такая дружба заканчивается в горизонтальной плоскости.

– Кир, ты не возможен! Вот как с тобой можно разговаривать, если на все у тебя только своя правда?

– Ну есть еще вариант, когда такая дружба существует. Если твой друг вовсе не по девочкам.

– Кир, ты совсем рехнулся? Моему другу нравилась девочка с другой школы, и он просил меня помочь ей выбрать подарок, а другой – красиво подписать открытку.

– Дешевый подкат, Лин, не верю, хоть убей.

– Ты не выносим. Все равно каждый останется при своем мнении. Но скажу тебе честно. Если ко мне кто – то подойдет из парней, что – то спросить, я не буду шарахаться и бежать от них, как больная на всю голову.

– В школе к тебе вряд ли кто – то подойдет. В ней учатся тысячи учеников. Думаю, любой найдет у кого можно спросить что – то, не только у тебя.

– Понятно все с тобой. Значит и между нами не может быть никакой дружбы, так ведь?

Кирилл учащенно задышал. Сегодня мы оба выводим друг друга на эмоции.

– Мы больше, чем просто друзья, Лин. Я думал, ты это уже давно поняла и приняла как факт.

– Да, странно! А я помню, как мы только недавно у тебя в поместье решили быть друзьями, присмотреться к друг другу. Или я что – то путаю?

– Да, было такое. Если бы тебе было восемнадцать, дружбу я тебе бы не предлагал, а куда более серьезные отношения.

Тут уже сглотнула я. Такое чувство, что этого парня я очень плохо знаю. Он и правда настроен решительно и отпускать меня от себя не собирается.

– Ты говорил, никогда не будешь заставлять, – вспомнила с ним наш разговор.

– Это правда. Я и не собираюсь заставлять. За три года ты и сама успеешь изменить свое мнение.

– Ты в этом так уверен?

– Уверен, Лин, на все сто, уверен. Ладно, ты устала, сегодня у всех был тяжелый день. Отдыхай, завтра созвонимся, целую тебя, пока.

Кир положил первый трубку, а я уже действительно только и мечтала, чтобы поскорее наступило завтра.

На следующий день я шла на занятия с тревогой. Вдруг еще в каких то работах найдутся ошибки. Это будет настоящая катастрофа.

Уже вошло в привычку, что с Ликой мы ездим и уезжаем порознь. Даже не помню, когда и ели мы вместе. Что сразу бросилось в глаза, когда мы зашли в класс и сели на свои места, что три места в классе были свободными.

Не было именно Киры, Лизы и Риты. Я видела, что все уже стали шептаться и переглядываться между собой. Лика тоже выглядела удивленной, и кажется даже немного взволнованной. Учитель тоже задерживался, хотя звонок уже прозвенел.

Минут через десять в класс все таки зашел преподаватель и вместо обычного приветствия начал с не очень приятной темы.

– Перед тем, как начать занятие, хочу вам сообщить одну новость. Трое наших прилежных и старательных учениц, которые также являются спортивной гордостью нашей гимназии, сегодня утром забрали свои документы и перевелись доучиваться выпускные классы в другую школу.

Это была бомба, настоящая бомба. Класс сразу стал гудеть, задавать вопросы, перебивать друг друга. Я же сидела молча, не могла даже пошевелиться. Я начала приходить в себя, как только почувствовала на себе чей – то пристальный взгляд.

Лика. Она не просто смотрела на меня. Она убивала меня своим взглядом. Для нее эта новость тоже была неожиданностью. Она ничего не знала с утра. Хотя с девочками они всегда вместе.

Хорошо, что учитель прекратил этот беспорядок и стал вести урок. Лика больше не смотрела на меня. Но, как и я, мыслями она точно была не здесь. Я знала, что она не оставит это просто так. И скорее всего решит отыграться на мне.

Хоть мы и стали совсем с Ликой чужими, я все равно чувствовала ее. На перемене я потеряла Лику из вида. А на следующих уроках ее не было. Я пыталась ей дозвониться, но она не брала трубку, а вскоре и вовсе телефон был выключен.

Сообщения, которые отсылала до этого, дошли до нее, но она их не прочитала. Звонить отцу я не хотела. Даше тем более нельзя, начнет очень нервничать. Спрашивать у кого – то из одноклассников, где моя сестра, было бы странно.

Если уж я не знаю, где она, то, что говорить за других. Я обыскала почти всю школу. Проверила все залы, раздевалки, спросила у тренеров, но никто сегодня ее не видел. Все таки решила хотя бы позвонить домой, но и дома никого.

Телефон ее водителя тоже был недоступен. Я уже всерьез стала волноваться. Наверное, мой потерянный вид замечали все. Так как посыпались звонки и сообщения от Кирилла с вопросами, что случилось.

Что случилось? Он еще и спрашивает!? С ним мы обязательно пообщаемся, но сначала надо найти Лику. Как плохо, когда ты ничего не знаешь о своем близком человеке. Ведь о Лике мне почти ничего неизвестно.

Где и с кем она может быть сейчас? В таком темпе и прошел еще один сумасшедший день в школе. Я думала, все будет поспокойнее, когда бал пройдет. Но теперь понимаю, тогда были цветочки.

Совсем уставшей и вымотанной я вернулась домой. Может и зря я так переживаю за Лику? Она намного самостоятельнее меня, да и сильнее. Проводит сейчас где – то время и не волнуется ни за кого, а я места себе не нахожу.

Не глядя, я вошла к себе в комнату и чуть не закричала от испуга. На моей кровати в расслабленной позе сидела никто иная как Лика.

– Ну, что, сестренка, совсем устала меня искать? Поговорим по душам теперь здесь наедине? – усмехаясь, спросила Лика.