Текст книги "Крылья ангела (СИ)"

Автор книги: Анна Верная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 27 страниц)

Тут в беседку вошла еще одна женщина лет шестидесяти с добрыми чертами лица.

– А вот и вы, Тамара, как хорошо, что я увидел вас перед отъездом, – продолжил Кир, – С этого дня все, что касается моей сестры, вы докладываете в первую очередь мне. Я оставлю вам свои контакты. Отчет я требую ежедневно.

Сюда входит все, абсолютно все : расписание занятий, что и когда ела, во сколько легли. Вам все понятно?

Женщина замешкалась и стала поглядывать на Марту. Но при сыне она не могла ничего возразить.

– Вижу, что все понятно! А, если нет, не забывайте никогда, кто платит вам исправно зарплату и очень даже неплохую. Вы мне симпатичны, и самое главное нравитесь Миле, и давно в нашем доме. Поэтому я искренне признаюсь, не хочу, чтобы наши отношения с вами были расторгнуты.

Тамара была явно удивлена. Наверное, Кирилл никогда прежде не общался с ней, еще и в таком тоне. Он вроде бы и говорил с ней без злости, но был строг и дал понять, что, если и дальше будет все идти по плану их матери, женщина лишится выгодного места.

Я и сама этого не хотела. Так как помню, как Миля с любовью отзывалась о своей няни. Если ей ее заменят, у девочки точно случится сильный стресс.

Перед тем, как покинуть беседку, Кир подошел к своей сестре, опустился на корточки и крепко обнял малышку.

– Прости, сестренка, своего брата. Он у тебя настоящий болван. Извини, что редко уделял тебе внимание. Теперь обещаю, все изменится, изменится в лучшую сторону. И я с тобой теперь постоянно на связи.

Кирилл еще раз поцеловал сестру, и только тогда она с Тамарой покинули беседку.

– Сегодня отличная погода, а я еще не успела сыграть в теннис. Кир, ты кажется хотел отыграться? Я, если что, готова. Не хочешь мне составить компанию? – и опять она одарила парня своим змеиным оскалом.

Мне очень хотелось, чтобы Кир согласился, и выиграл у нее. Хотя бы здесь показал, что она не всесильна.

– Я думаю, это прекрасная идея, – невозмутимо начала Марта, – Сынок, думаю тебе будет сейчас полезно выплеснуть свой заряд. Лика у нас достойный соперник, и ты совсем не любишь тоже проигрывать.

А мы как раз поближе познакомимся с Линочкой. Лин, ты же не против поболтать со мной?

– Вовсе нет, даже очень хочу, – мне действительно было, что ей сказать. Думаю, она представляет наш разговор совсем по – другому, только вот мне абсолютно все равно.

– Ты не против, если я немного сыграю? – спросил Кир у меня.

– Нет, конечно, иди.

– Мы не долго, – он мне хитро подмигнул. Может действительно спорт поможет ему немного успокоиться. Ему явно не нравилось, что Лика была свидетелем его разговора с матерью.

Когда мы остались одни, Марта присела напротив меня, выпела немного воды и достала сигарету из своей сумочки.

– Ты не против, если я буду курить? – спросила она.

– Нет, почему я должна быть против. Во – первых, это ваши владения, вы у себя дома, а во – вторых, это ваше здоровье.

– Знаю, надо бы бросить, но ничего не могу поделать. Это моя слабость уже долгие годы, – Марта сделала первую затяжку.

– Ты тоже считаешь, что я плохая мать для Миланьи?

– Не могу вам ничего ответить по этому поводу. Так как матери здесь я не вижу. Есть просто женщина, которая выносила и родила ребенка, но никак не мать, ее и близко здесь нет. Может, конечно, для Кирилла вы ею и являетесь, но для своей дочери точно нет.

– Лин, ты меня не знаешь, чтобы делать такие выводы. Твои предположения ошибочны. Все совсем не так, как кажется. Все, что я делала и делаю только ради своей семьи. Потому, что очень за них переживаю.

– Да, именно поэтому вы не занимаетесь Милей совсем. Эти ваши заботы вам мешают посещать ее выступления, ходить на собрания. Действительно, зачем? Есть же люди нанятые, которые все сделают за вас.

Выучат уроки, заплетут волосы и многое другое, сводят в парк. Это же, наверное, для вас пустые траты вашего драгоценного времени?

– Лин, – Марта все курила, ее стало немного потряхивать, я даже была этому рада, – У Мили нет никаких способностей, ни в учебе, ни в поведении, на нее постоянные жалобы. Зачем мне ходить на собрания? Слушать, как хвалят других детей, какие они молодцы! И какая у меня дочь, отстающая по всем предметам?!

Как хорошо себя ведут другие дети, и какие мы неусидчивые. Чтобы потом на меня пускали насмешливые взгляды. Нет, уволь меня от этого. А на счет выступлений, так ей особо и ролей никаких не дают, так эпизод в лучшем случае. И ты мне тоже предлагаешь участвовать в этом позоре, смотреть этот цирк и еще хлопать? Делать вид, что я довольна, и какой у меня талантливый ребенок? Этого ты хочешь?

– Нет, Марта... извините, я не помню вашего отчества.

– Лин, для тебя я просто Марта, и давай, как с Дашей на ты.

– Хорошо, я буду к вам обращаться по имени, но все равно на вы.

– Но с Дашей ты почему – то быстро перешла на ты.

– Это с Дашей, и она член семьи. К тому же я сразу почувствовала, что это мой человек. Мне с ней очень легко и комфортно. Я не воспринимаю ее, как мачеху. Скорее, как подругу, только старше вдвое.

Я специально делала такой акцент, чтобы дать понять Марте, что близкими подругами нам никогда не стать. И все наше общение сводится только благодаря ее детям.

– Я повторю, – продолжила я, – Я ни в коем случае не хочу, чтобы вас где – то там кто – то позорил. Но ваша дочь ни в чем не виновата. Ей попросту не дают учиться. Ее избалованные одноклассники постоянно ее цепляют.

Миля уже боится ходить в школу и только и ждет, чтобы день в школе побыстрее закончился. Я уверена, учителя все это видят, но никак не реагируют. А в принципе зачем? Если родной матери плевать на собственную дочь, брат далеко, а отец постоянно занят на работе.

Поэтому все похвалы достаются этим задирам, а Миля в итоге остается всегда только крайней. И это продолжается из года в год. Учителям выгодно закрывать на это глаза. Так как другие родители, которые более участвуют в жизни своих детей, всегда поддерживают этих преподавателей и одаривают их разными подарками.

– Лин, ты еще не училась в нашей школе и не знаешь педагогов. Весь педагогический коллектив тщательно отобран. Все с высшими категориями, многие стажировались за границей.

Другие лауреаты президентских премий. Есть даже кто разработал собственную методику обучения и по ней учат детей. Также пишутся учебники, издания. Ты зря считаешь, что там плохие преподаватели. Их всех отобрали со всей страны. И, если они говорят, что ваш ребенок слабый в учебе, мне нет повода им не доверять.

– Я говорю сейчас вовсе не об их профессионализме. Учитель – это не только специалист с кучей дипломов и грамот, развешенных на всех стенах в кабинете.

Это в первую очередь человек, который помогает ребенку учиться, создает благоприятный климат в классе, делает учеников сплоченными между собой. А не разделяет по классу и статусу.

Моя мама тоже учитель. Я видела, как она занимается и находит индивидуальный подход к каждому ребенку отдельно. Так как каждый ребенок индивидуален. И пусть наш лицей не такой знаменитый, как ваша гимназия, но учителя там именно от бога.

Дети учатся с охотой, и всегда за свои старания получали достойное вознаграждение. А унижать и оскорблять более слабого, такого и на ум даже никому бы не пришло. Это уже воспитывает в детях уважение к другим.

Такую науку, знаете ли, не преподают. А нашего директора ценят и уважают не только ученики, но и все родители. И я вам докажу, что Миля обучаема. У нас завтра открытие учебного центра с Дашей.

– Уже завтра? Так быстро? – удивилась Марта и даже перестала курить, – Странно, я или пропустила, но в прессе нигде не говорилось об открытии, и приглашения я не получала.

– Мы не сообщали в прессу. Мальтовым не нужен пиар. Обычно это Мальтовых зовут, когда кому – то нужна сенсация, а сами это сделать не смогут. А присутствие моей семьи – это всегда успех. К тому же это семейный центр, не для бизнеса, а дело для души, для отдыха.

Поэтому будут присутствовать только самые близкие. Милю с Тамарой я уже пригласила. Наш водитель заедет за ними. Надеюсь, вы и ваш муж будете не против?

Это был скорее не вопрос, а утверждение. К тому же я специально выделила слово для самых близких. Марта сделала вид, что не огорчена, хотя улыбка и сошла с ее лица.

– Так вот, – продолжила я, – Я уже взяла двоих учеников на обучение английского. Сегодня я твердо решила взять и Милю. Посмотреть, как говорят ваши педагоги, насколько ребенок не усидчив. Но отчего – то уже могу стопроцентно вам сказать, что через пару месяцев Миля не только догонит школьную программу, но и будет опережать ее.

Я буду готовить ее сначала на школьные олимпиады, потом на краевые. Вот увидите, ваша дочь еще всем покажет, – я была в этом точно уверена. Для меня это стало делом принципа.

– Лин, – откашлялась Марта, – Мне очень нравится твой настрой, но с кем будет заниматься Миланья. Кто твои ученики, и кто их родители? Я их хотя бы знаю?

– Точно, не знаете и никогда раньше не встречались. У меня обычные дети из неполных семей. И все занятия индивидуальные по одному ученику просто в разное время. А сами дети, не поверите, умеют разговаривать, едят руками, у них одна голова, две руки и две ноги. Ничем от нас с вами не отличаются.

Марта даже подавилась от моего сарказма. Она думала, что мы взяли таких же богатеньких и избалованных деток, как Милины одноклассники.

– Послушай, Лин, я думаю, извини меня, конечно, что это не самая лучшая идея. Нам по статусу это не подходит. Зачем Миланье такие знакомства и общение? Что она возьмет от них? Станет еще более не управляема?

– Марта, это вы меня искренне извините. Но насколько я знаю, у Мили нет друзей, как вы говорите, среди вашего статуса. И ее даже на дни рождения не зовут. Так что дети из вашего статуса ничего хорошего вашей дочери не принесли.

К тому же я думаю, ваш муж и сын будут не против. У Кирилла можем уже сегодня спросить. Как вы думаете?

Марта вся напряглась. Я так и думала, что решающее мнение в этой семье, слава богу, остается за мужчинами.

– Хорошо, Лин, – сказала, скрепя зубами, женщина, – Ты, молодец, умеешь убеждать. Зачем отвлекать мужчин на такие несерьезные вещи. У них более серьезные игры. Пусть Миля станет твоей ученицей. И я, конечно, буду ждать тех результатов, которые ты мне обещала.

– Даже не сомневайтесь. Они не заставят себя долго ждать. И еще я бы хотела, чтобы Миля иногда оставалась ночевать у меня. Так как вам нет до нее особо дела, я бы с удовольствием забрала бы ее к нам.

Но думаю, опять же ваш муж и сын этого не поймут. А была бы ваша воля, вы бы с удовольствием уже давно бы отправили свою дочь подальше в какой – нибудь пансионат или интернат. Но хорошо, что именно в вашей семье голова на плечах есть у всех ваших мужчин.

И еще знаете, как бывает часто в жизни? Именно такие дети, которые не получают любовь и ласку от родителей, чаще всего остаются с ними до конца их дней. Ухаживают за ними, не спят ночами, тратя свое время и свою жизнь.

Вам, конечно, это не грозит. В одиночестве вы не останетесь. Вам наймут кучу сиделок. И они также, как предыдущие няни у Мили, будут вас купать, кормить, разумеется за деньги.

А потом скажут вашим детям, что вы очень истеричная и тяжелая старушка и с вами очень тяжело.

Марта закурила какую по счету сигарету. Видимо, действительно старости она очень боялась.

глава 53

Марта дрожащими пальцами взяла стакан воды и жадно отпила из него. Потом снова взяла сигарету и крепко затянулась. При этом повернулась в сторону и смотрела на сына, который продолжал срывать свою злость на корте.

– Кирилл – моя самая большая гордость, – продолжила Марта, выпуская дым, – У меня большие надежды на него. Ради него я многое стерплю. Смотрю на него и понимаю, что только ради того, чтобы мой мальчик появился на свет, стоило и мне родиться.

Наша семья была дворянских каких – то там аристократических корней. Моя мать не уставала постоянно это всем и всюду говорить. Но это не спасло нашу семью от разорения. Я помню, как она закладывала в ломбард фамильные украшения, которые должны были достаться мне по наследству.

Вырученные деньги она тратила на свои наряды, которые одевала всего раз в жизни, чтобы выйти в свет. Потом относила на барахолку, не сама, конечно же. И все по новой. Чтобы блистать на каком – то очередном приеме.

Со временем и прислуги в доме не осталось. Только повар и еще одна горничная. Так как мать была не приспособлена к работе совсем, не могла готовить, убирать. Говорила, что рождена не для этого.

Отца постоянно гнобила за то, что не может разбогатеть и удержать состояние. Считала его неудачником и ничтожеством, о чем ему постоянно говорила.

Марта снова сделала глубокую затяжку.

– Мы перестали принимать гостей в своем доме. Надо отдать должное, маман была очень удачной актрисой и придумывала различные поводы, чтобы избегать приемов именно у нас дома.

Ведь нужно поддерживать статус и скрывать от всех пошатнувшееся состояние нашей семьи. Иначе все быстро отвернуться от нас и самое страшное перестанут приглашать на приемы и вечера.

Когда мать поняла, что надежды на отца нет никакой, она быстро принялась за меня. Пыталась всунуть меня куда только можно. На балет, но там, как ты понимаешь, мне ничего не светило.

Твоя тетя была вне конкуренции, а я даже не на десятом месте. А где – то в конце. Музыка, живопись, везде все самые лучшие места доставались другим детям, наследникам из обеспеченных семей, но не мне.

И тогда моя родительница решила, что меня надо выгодно выдать замуж. Всю мою юность она посвятила этому. Она постоянно знакомила меня с сыновьями своих подруг, везде таскала меня за собой, как верную собачонку.

Говорила, что мне не обязательно получать высшее образование, достаточно выйти выгодно замуж, быстро забеременеть и родить здорового наследника, желательно мальчика.

А там дальше, если муж захочет, купит мне диплом, и я смогу открыть свое дело. Конечно, не прям им заниматься, просто нанять людей и все. Моего присутствия и не надо.

Вот так рассуждала моя мать. Слава богу, я встретила Женю. Мне он сразу понравился. Не скажу, что прям чувства были на разрыв, но он был мне симпатичен.

Ты, кстати, знала, что ему нравилась в молодости твоя тетя?

– Кристина? Нет, я не знала, – честно ответила я.

– Да это и неважно совсем. Женя понимал, что Тина относится к нему, как к другу, не больше, и не питал особых надежд.

Мы так и поженились, когда мне исполнилось восемнадцать. Я едва успела окончить школу. И в то время, когда все мои подруги поехали поступать и позже стали учиться, я уже ждала своего любимого сына.

Надо отдать должное моему мужу, он никогда не вспоминал при мне Тину, никогда не сравнивал нас, и вообще за всю нашу совместную жизнь ни разу не давал повода для ревности.

На нашей свадьбе моя мать радовалась, кажется сильнее, чем мы с Женей вместе взятые. Потом она и вовсе потеряла всякий стыд. Решила, что, если она меня родила, то имеет полное право залезть своими ручищами в состояние Лебедевых.

Ее просто несло. Кажется, что в последние годы своей жизни, она решила по полной оторваться. То ей виллу подавай в Италии с виноградниками, то пентхаус в Нью – Йорке. Про другие хотелки я вообще молчу.

Женя все исполнял, не раздумывая брал жилье в аренду или покупал. Говорил, что в любом случае имущество останется в семье. И опять же ни разу не попрекнул меня такой меркантильной матерью.

Даже переводил все в шутку, говорил, она же твоя мать, бабушка нашего сына. Внук, кстати, ее совсем не интересовал. Она видела его всего пару раз. И абсолютно не считала себя бабушкой.

Когда ее не стало, у меня не было скорби или сожаления. Можешь называть меня плохой дочерью, неблагодарной, но я не пролила ни одной слезинки. Опять мне кажется больше горевал мой муж, чем я.

Я же говорю, не муж, а мечта. Но вот, что я точно поняла из своего воспитания, что я тоже никогда ни за что не стану бедной. И сейчас благодаря своему браку я не смотрю на ценники, покупаю, не задумываясь, а нужно ли это вообще.

Мне везде открыты двери. И, если в юности, девочки догадывались о настоящем положении в нашей семье, то теперь я выбираю с кем и когда мне общаться.

Она снова посмотрела на своего сына.

– С Кириллом все с самого начала было легко. Мой мальчик не доставлял мне никаких проблем. Спал целыми ночами спокойно, беременность протекала легко. Я быстро восстановилась и пришла в форму.

Я даже сама кормила его до трех месяцев. Он почти не болел, рос здоровым и красивым ребенком. А все учителя были без ума от него. Все давалось ему легко. Он везде занимал только призовые места.

Разве можно не любить и не гордиться таким сыном?

И все было бы идеально, но, когда Кириллу исполнилось десять, мужа переклинило, и он стал настаивать на втором ребенке.

Он очень хотел девочку и никаких суррогатных матерей, только, чтобы сама.

И тут я вспоминала свою мать. Она всегда говорила, если мужчина что – то просит у тебя, ты обязательно должна это ему дать. Даже если тебе это не нравится. Иначе он найдет ту, которая с радостью исполнит все его желания.

Вторая беременность с первых дней проходила просто ужасно. Сильные отеки, токсикоз, плохие анализы, тонус. Весь букет. Я мечтала, чтобы эти прекрасные девять месяцев быстрее прошли.

А сами роды это было нечто. Я еще тогда поняла, какие разные у меня будут дети. Я очень хотела еще одного мальчика. Муж с сыном девочку. И, что они хотели, то и получили.

Муж так радовался дочери, как не радовался сыну. Он был счастлив. Кирилл тоже старался всегда понянчиться с сестрой. Но с Миланьей сразу начались проблемы. Я ее не кормила сама.

То ей смеси не подходят, то животик. Я сразу сказала мужу, что надо брать несколько няней. Мне некогда с ней возиться. После родов я сильно растолстела, и мне нужно было быстро приходить в форму.

Женя после рождения дочери дал мне полный карт – бланш. Он и так никогда не скупился ни на что, но после родов, стал вообще на многое закрывать глаза.

Вот пример перед тобой. Он не курит совсем, а мне можно. Могу ездить куда хочу, видеться с подругами. Сама выбираю, куда поедим отдыхать, трачу немерено. Это стоило того, чтобы подарить мужу второго ребенка. Хоть и повторюсь, я категорически была против.

– Единственное на что муж категорически не соглашается, это уехать жить за границу. Любые мои попытки переубедить его, заканчиваются полным провалом. Мне вообще кажется, что я родилась не в то время и не в том месте.

Я просто мечтаю переехать и жить в Швейцарию или на худой конец в Англию, но только не в этой России.

– И чем же вас Россия так не устроила? – ухмыльнулась я.

– Здесь так все уныло, скучно. Люди все надоели, сама обстановка, понимаешь, здесь все угнетает. Но не мое это. А Женю всегда тянет к корням. Мы можем путешествовать, где угодно, иметь недвижимость везде, но жить исключительно здесь.

Мы можем остановиться максимум на месяц где – нибудь, но не больше. Здесь мужа ничем не пробьешь. Упертый, как баран. Слава богу, сын пошел не в него.

Кирилл также, как и я, совсем не рассматривает свою будущую жизнь здесь. Может через несколько лет, когда он женится, – Марта в упор посмотрела на меня, – А Миланья станет старше, Женя передумает. Возможно, будущие внуки помогут изменить его решение.

Марта выдохнула дым и лукаво мне улыбнулась.

– По вам и не скажешь, что вы мечтаете поскорее стать бабушкой, – также хитро ответила ей.

Женщина даже закашлялась. По этикету нужно постучать ей по спине, но делать этого абсолютно не хотелось.

– Ну что ты милая, скажешь такое, – она жадно отпила глоток воды, – Мне и сорока еще нет, какие внуки. Или вы успели такие темы уже обсудить с Кириллом.

– Марта, я вашего сына вижу второй раз в жизни. Думаете в пятнадцать лет я буду с незнакомым мне парнем обсуждать детей? Мне кажется это будет выглядеть немного странно.

– Нет, я просто имела в виду, что для моего мужа это может послужить поводом для переезда. Не обязательно туда, где будет жить семья сына. Главное, чтобы была европейская страна.

А внуков мне пока точно рано, да и дети, знаешь ли утомляют очень. У меня есть подруги, которые уже стали бабушками, и знаешь, у них на этой почве началась сильнейшая депрессия.

Я так точно не хочу. Мне и дочери хватит.

– Которой вы не особо занимаетесь. Знаете, что я вам сейчас хочу сказать? Для моих бабушки и дедушки рождение мамы было целым чудом. Многие семьи годами пытаются зачать ребенка, проходят все круги ада, чтобы, как вы говорите, у них была потом такая депрессия.

И далеко не у всех это получается. А вам и видимо вашим подругам дети доставались очень легко. И вы не цените то, что вам послали свыше.

Я отвернулась в другую сторону. Эта женщина непробиваемая. У нее броня и достучаться до нее абсолютно бесполезно.

Мыслями я унеслась к своей семье по материнской линии. Марта всколыхнула старые раны. Сама не заметила, как стала поглаживать подвеску, что недавно одел мне на шею Кир.

– Я вижу мой сын точно определился с выбором будущей жены, – уверенно произнесла Марта.

Я снова посмотрела на нее и удивленно подняла брови.

– Подвеска с лебедем, символ нашей семьи, – пояснила Марта.

– Это просто подарок вашего сына, – серьезно ответила я.

– Для мужчин нашей семьи все не бывает просто, Лин. Мой мальчик определился с выбором. Просто так никто не будет дарить кому – то символ своей семьи. В этом я точно уверена.

Считай, это почти, как кольцо. Для Кирилла это значит не меньше. К тому же я не знала об этом подарке. А раньше он никогда сам никому не выбирал подарки, даже цветы, которые ты получала, все выбирал лично он. А это уже о многом говорит. Он не откажется от тебя, будет бороться до последнего.

– Я знаю на счет подарков для Лики. Кстати, и она в курсе. Вы зря старались. Ей ничего не нравилось, как я поняла из ее слов.

– Ох, Лика, эта избалованная девчонка. Хоть и красивая. Бог услышал мои молитвы и послал нам тебя. Если бы не фамилия Мальтова, никогда бы не хотела такую невестку.

Не знаешь, что от нее ожидать. Такая может и в спину нож воткнуть. Я бы всю жизнь места бы не находила, переживая за сына. К тому же Дарьина наследственность. Она же психически не устойчива. Всю жизнь, сколько помню, она была на успокоительных.

Очень удивлена, как Леша и Глеб, ее не упекли в психушку. Понятно, всем бы стало только легче. А потом не дай бог, если бы Кирилл и Лика сошлись, и моим внукам досталась такая наследственность.

Как говорится, что не делается, то к лучшему. Ее и приглашали на приемы, потому что она жена Леши, а так все ее уже столько лет сторонятся. Хотя признаюсь, у тебя на вечере, выглядела она очень шикарно. Не знаю, может нашла нового врача, – и Марта громко рассмеялась.

Для меня это стало завершающим моментом. Никто не смеет смеяться и оскорблять члена моей семьи. И верить, что я все спущу на тормоза.

– Марта, как бы вам так ответить, чтобы не обидеть вас. Даша прекрасная женщина и подруга, умеет дружить и ценить людей вокруг себя. У нее нет высокомерия и надменности, несмотря на статус.

Просто в определенный момент она запуталась, и, если вы боитесь старости, она боялась одиночества. Все свалилось в один момент, но я не собираюсь посвящать вас в семейные вопросы, просто Даша стоит сотни ваших безупречных подруг, в этом я уверена.

И, отвечая на ваш вопрос, у нее нет никаких наследственных заболеваний и что – то подобного. И никакие лекарства она не принимает и врачей никаких не посещает. Просто нашла для себя дело и не занимается сутками тем, что сидит и перемывает кости другим.

– Лин, нам с тобой никак нельзя ссорится. Кто знает, может я действительно стану твоей свекровью.

– Вот именно! Вы правильно сказали, кто знает?

– Просто, знай, дорогая, я за тебя, как будущая невестка ты мне очень нравишься. А будущему дипломату только такая и подходит. Если Кирилл когда – нибудь решит пойти дальше и возможно куда – нибудь избираться, все его окружение будут проверять от и до.

И именно такая спутница жизни, как ты, и нужна рядом. У тебя безупречная репутация и отличная биография. Люди тянутся к тебе. А простые так тем более.

– Простые, вы имеете в виду беднее вас? – с сарказмом спросила я.

– Да, но они тоже голосуют и дают свой процент. Поэтому я и говорю, никого рядом с сыном другого не вижу и не хочу видеть.

– А я повторю, вы сильно забегаете вперед, очень сильно. Лучше бы вы десятую долю своих переживаний отдали бы Миле.

Но есть же более интересные дела. Например, сделать косметические процедуры, стать моложе. Это очень интересно, чем уделить время десятилетней девочке.

– Лин, ты не понимаешь. Тебе пятнадцать и нет ни одной морщинки. А мне почти сорок, сорок, понимаешь. Я с каждым годом не молодею, к сожалению. А вокруг мужа, знаешь, сколько вьется девиц молоденьких, без принципов, красивых, целеустремленных, готовых на все, чтобы залезть к такому мужчину в карман, но перед этим в постель.

– Они постоянно приходят то на стажировку, то устраиваться на работу. Хлопают своими невинными глазками. Мне, Лина, покой только снится.

– Вы же говорили, что ваш муж никогда не давал вам повода для ревности, – напомнила я.

– Это действительно так. Только вот эти все провинциальные девочки становятся более смелее и хитрее. Женя и сам может не заметить, как попадет в их сети. А там и гляди, у него окажутся и внебрачные дети.

Думаешь, мало таких историй? Даже на две семьи умудряются жить. Средства то позволяют. Только мне такого счастья не надо. Вот я всегда и на чеку, везде его сопровождаю, сама общаюсь с женами его партнеров.

Думаешь, со всеми мне так приятно находиться рядом? Да там каждая вторая змея еще та. Так и ждешь, откуда тебя ужалят. Твоя Лика, как раз из таких.

Так что все эти операции, подтяжки, уколы – это не для моего развлечения. Я вообще – то до жути боюсь всех этих врачей, больниц. Многие процедуры провожу дома, и чтобы у врачей не было белых халатов.

Даже свекровь, которая сильно болела, не навещала в больнице. Для меня это самый жуткий страх. Один из них.

Нет, эта женщина не перестает меня удивлять. Наконец – то Кир и Лика закончили свой турнир, по другому это никак не назовешь. Оба мокрые, и не такие уже злые, как полчаса назад.

Кир сразу подошел ближе ко мне и взял стакан с водой.

– Ну как игра. Опять ничья или есть победитель? – поинтересовалась Марта.

– Сегодня было скучно, как никогда, – лениво ответила Лика, – Кир постоянно отвлекался. Это была не игра, а самая настоящая пародия.

– Ну что ты Лика! Ты достойный соперник, проиграть тебе – это честь для меня, – усмехнулся Кирилл.

Было видно, что ему абсолютно плевать на проигрыш и на Ликины подколы.

– Ты не переживай, у меня будет еще шанс отыграться. Сейчас мы просто разминались, это только начало, – уверенно продолжил Кир.

– Я сильно не переживаю, Кирюш, – усмехнулась Лика, – Буду с охотой ждать твоего возвращения и нормальной игры, а не эти детские шалости.

– Мы с Линой покинем вас. Ты не против? – уже ласково обратился парень ко мне.

– Нет, конечно. Я что – то засиделась уже, хочу прогуляться еще до отъезда, – обрадовалась я.

– Вот и пошли, еще успеем покататься и посмотреть новые места. А вы можете поболтать еще вдвоем, – Кир посмотрел на свою мать и на Лику.

– Нет, – сразу ответила Лика, – Я тоже прокачусь на Громе.

– А мне тоже уже пора, – не осталась в стороне Марта, – А вам хорошей прогулки.

Мы вышли из беседки, и Кир сразу взял меня за руку. Не было ни малейшего желания вырывать руку.

– Кир, – решила я сразу с главного, – Ты не против, если Миля будет ходить в наш центр ко мне на занятия по английскому и иногда оставаться ночевать у нас дома. Дедушка все равно улетел, папа занят, да и у Даши с открытием центра добавилось хлопот.

Кир остановился и притянул меня к себе и крепко обнял.

– Лин, спасибо тебе огромное. Я полный долбо... Прости, придурок. Не интересовался сестрой, как следует. В Англии учился, пахал, чтобы сделать себе имя. А дома отрывался с друзьями.

Совсем не интересовался ее жизнью. Отец тоже всегда на работе, а матери.... Это отдельный разговор. Я только сегодня увидел впервые грустные глаза сестры и равнодушие со стороны матери.

Как будто до этого был слеп, как крот, а сегодня впервые прозрел. И в этом не последнюю роль сыграла ты. Так что я совсем не буду против, если ты будешь проводить время с Милей, наоборот, очень этому рад.

Только на совсем сестру отдать тебе не смогу на воспитание, – засмеялся Кир.

– Отец будет против, – уже серьезно ответил парень, – Хотя вероятно с тобой она стала бы намного счастливее, чем в нашей семье.

Мы бы и продолжили так стоять, но тишину разбавил звук входящего смс. Оно было от папы. Он сказал, что дедушку провели, и они вместе с Дашей вернутся, как обычно, поздно. Я решила остаться в поместье до сумерок.

Кирилл был только рад. Только перед этим я решила предупредить сестру, что мы еще здесь задержимся. Кирилл сказал, если она еще раз захочет перекусить, то найдет кому обратиться.

Я написала ей смс об этом. Она его быстро получила и прочла. Но ответа я от нее и не ожидала. Дальше мы покатались на наших лошадях и еще раз осмотрели окрестность.

Действительно, одного дня очень мало, чтобы все здесь изучить. Я клятвенно обещала Киру, что буду сюда приезжать при первой же возможности.

Поездка верхом на Раде успокаивала, и уже под конец дня я более уверенно сидела верхом. Время незаметно пролетело, и уже начало темнеть.

Также взявшись за руки мы с Киром дошли до его машины. Лика нас уже ожидала, но ничего не сказала. Даже не знаю, ужинала она или нет. Нас это меньше всего волновало.

Назад я решила сесть уже вместе с Киром впереди. Он ничего не сказал, но по лицу видно, что был доволен.

Лика села сзади, как всегда, надела наушники и откинулась на сиденье. Все мы ехали молча. Ни у кого не было желания разговаривать. Вернее, оно может и было, но не общаться втроем.

Сидя впереди и рассматривая пейзажи за окном, я перебирала весь этот день. Очень насыщенный и хороший, за исключением общения с Мартой. Кир меня расспрашивал о чем мы разговаривали с его матерью.

Все таки какой парадокс. У этих богатых женщин, кажется, есть все о чем другие только могут мечтать. И никто не догадывается даже, что даже у них есть свои страхи и фобии. У Даши это боязнь одиночества, а у Марты – старость и бедность.

Но у меня не было ни малейшего желания пересказывать ему весь наш разговор. Просто сказала, что обсуждали некоторые неинтересные ему женские темы. Наверное, он поверил. Так как наверняка знал хорошо интересы своей матери.

Когда мы подъехали к нашему дому, я быстро попрощалась с Кириллом и обещала всегда быть с ним на связи. Может он и хотел еще немного побыть наедине со мной в машине, но я хотела догнать Лику и обсудить с ней ее сегодняшнее поведение.