Текст книги "Потоки любви. Проводник (СИ)"

Автор книги: Анна Варшевская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 19

Киара

Я не знаю, как мне удалось просидеть с госпожой Мелт ещё почти час. Сколько потом ни пыталась, так и не смогла вспомнить, о чём же мы с ней говорили. В памяти не сохранилось, как добиралась до комнаты после того, как вышла, наконец, из приёмной секретаря. На моё счастье, Тины ещё не было, наверное, сидела в библиотеке. Я, словно сомнамбула, опустилась на кровать. В груди глухо ныло. Как я умудрилась так быстро?.. Неужели он мне действительно нравится?.. Мысли метались в голове сумасшедшими птицами, и я натянула одеяло на голову.

Меня саму испугала моя реакция на новость. Я ведь знаю этого человека всего лишь пару декад. Он преподаватель, заместитель ректора, мой научный руководитель, в конце концов! Есть же элементарная профессиональная этика! Профессор и студентка – фу, какая пошлость!

Под одеялом стало тяжело дышать, я откинула его в сторону. Встала и распахнула окно, с наслаждением вдохнула прохладный воздух. Вспомнилось любимое Викторово «давайте порассуждаем».

Между мной и Обраном ничего не было, кроме нескольких разговоров, пары улыбок и двух коротких ночных прогулок – и то только потому, что правила вежливости обязывали мужчину проводить девушку поздним вечером. Ещё предложение обращаться к нему по имени. Но это тоже не выходило за рамки приличий, особенно если вспомнить, что он молод, да и преподавать стал совсем недавно. Если я что-то себе придумала, то это только мои проблемы, так ведь?

И всё же в глубине души сидела обида непонятно на что. Сосредоточиться на своих ощущениях мне не дали – распахнулась дверь, и в комнату вошла Тина.

– Привет! – подруга кинула сумку рядом с кроватью. – А почему у нас окно открыто?

– Прости, Тин, мне просто показалось, душно в комнате, – я торопливо закрыла створку и отвернулась к столу, к глазам вдруг подступили слёзы.

– Киара? – неуверенно послышалось за спиной. – Ты что?

Я постаралась незаметно сделать глубокий вдох и успокоиться. Не хватало ещё, чтобы Тин что-то заподозрила.

– Что случилось?! – подруга развернула меня к себе.

– Тин… – реальную причину говорить отчаянно не хотелось, а придумать что-то правдоподобное не получалось.

Пока я лихорадочно соображала, как объяснить свой расстроенный вид, звякнула шкатулка маг-почты.

– Извини, я жду… – схватила письмо, – сейчас, минутку, подожди…

Распечатала письмо, пробежала глазами по строчкам и застонала. Новость была так себе, но я невольно почувствовала облегчение – вот и официальная причина для огорчения!

– Тин, моя младшая сестра опять сбежала из школы, – я бросила на кровать записку от матери.

– О, господи, – подруга закатила глаза, – да сколько можно! Который раз уже?

– Не знаю, – я достала дорожную сумку из шкафа, – шестой? Седьмой?

– И ты из-за этого расстроилась? – Тина недоверчиво глядела на меня.

– Тин, я так надеялась, что мой последний год обойдётся без её выходок. Ну вот совсем некстати сейчас! Просто это стало последней каплей, – пока говорила, быстро укладывала вещи, которые понадобятся в следующие несколько дней.

Оглядела комнату, присела к столу.

– Ранним утром отправлюсь, сейчас напишу заявление, отнесёшь завтра в деканат?

– Конечно, не переживай! – подруга махнула рукой и пошла умываться.

Я быстро составила документ, в котором указала, что пропущу ближайшую декаду по семейным обстоятельствам, и набросала матери ответную записку. Если смогу попасть к стационарному порталу завтра с утра, то к вечеру буду дома. Моя семья жила в дальней провинции, и добираться приходилось в три этапа – два перехода между городами, а потом ещё на экипаже в наш посёлок.

Я подскочила в несусветную рань и поспешила к центральной портальной станции. Дождалась своей очереди, оплатила переход до нужного мне города, затем второй, и день ещё не перевалил за половину, когда я уже сидела в экипаже. Ехать предстояло несколько часов с остановками. Пока была занята, не задумывалась об Обране, его невесте и моём ко всему этому отношении. Но теперь однообразная дорога никак не отвлекала, и тоскливые мысли неотвязно крутились в голове. Радовало одно – дома мне будет не до страданий. Очередной скандал с сестрой не радовал, но сейчас он был как нельзя кстати, хоть в разговоре с Тин я и утверждала обратное.

Экипаж подъехал к посёлку, когда уже начало смеркаться. Я подхватила сумку и свернула на знакомую улочку, заросшую шиповником. Несмотря на осень, на кустах ещё кое-где благоухали цветы. Подошла к небольшому двухэтажному дому, притулившемуся на углу, толкнула выкрашенную когда-то голубой краской, а теперь облупившуюся дверь.

– Мам, я дома! – перешагнула порог и улыбнулась, почувствовав запах корицы и ванили.

– Киара, милая! – мама вышла из кухни, вытирая руки о фартук, испачканный мукой. – Как я рада тебя видеть!

– Я тоже очень рада, мам. И была бы рада ещё больше, если бы не повод, – сердито прищурилась. – Где Дарина?

– Наверху, – прошептала мама, указывая глазами на лестницу.

– Что-нибудь говорила?

– Ты же знаешь, Киа…

– Значит, молчит, – я нахмурилась.

– Садись, дочка, попей чаю с дороги, – мама захлопотала, доставая заварочный чайник.

Я устроилась в уголке возле кухонного стола, вдохнула аромат трав, которые мы собирали и сушили летом, чтобы делать отвары. Пытаться побеседовать с сестрой сразу по приезду было бессмысленно. В прошлый раз она соизволила выйти из своей комнаты и поговорить только спустя пять дней. И ещё пять ушли на то, чтобы убедить её вернуться в школу. Поэтому я не рассчитывала, что управлюсь меньше чем за декаду. Как бы не пришлось ещё и задержаться.

Спустя несколько дней стало понятно, что сбываются самые печальные прогнозы – моё терпение было на исходе, а мелкая зараза по-прежнему ни на что не реагировала.

– Мама, – я внимательно смотрела на поднос с едой, который сердобольная матушка каждый вечер оставляла перед дверью младшей дочери, – мне надоело! Уноси это!

– Доченька, но как же…

– Если она не хочет говорить, значит, нечего её кормить! – я была зла на сестру и не понижала голос, надеясь, что та среагирует. – Сколько можно с ней нянчиться? Ведёт себя как безответственный ребёнок. Пора повзрослеть! У меня последний год учёбы, отчётная работа и куча своих проблем, а я вынуждена тратить время на идиотские капризы!

Мама расстроенно покачала головой, но я решительно взяла поднос и спустилась вниз на кухню. Пусть поголодает. Может, быстрее станет сговорчивой.

Спать ложиться не стала, вместо этого уселась в гостиной, приглушив свет. Посмотрим, не рискнёт ли Дара поискать что-то из еды. Дом погрузился в сонную тишину, и я уже начала думать, что моё предположение оказалось неверным, когда услышала крадущиеся шаги. Тихонько встала и, подобравшись к двери, схватила тёмную фигуру за шиворот.

– Поговорим, сестрёнка?

Подтащила сопротивляющуюся девчонку к креслу и кинула в сторону лампы поток поярче. Но увидев опухшее, зарёванное лицо сестры, потрясённо отпустила её.

– Даринка, что случилось? – я опустилась рядом на колени.

Губы у неё страдальчески искривились и затряслись.

– Киа, со мной что-то не так.

Глава 20

Киара

– Ну-ка, давай успокоимся и обсудим нормально, – я ходила по комнате из конца в конец, раздумывая над тем, что услышала от сестры. – Для начала ты должна уяснить, что это не конец света! Со всем можно разобраться и убегать из школы было глупостью.

То, чего мне удалось добиться от Дары сквозь слёзы и сопли, было очень похоже на мои способности проводника, но чем-то отличалось, а чем – я не могла понять. Детали ускользали сквозь пальцы, как я ни пыталась ухватить какую-нибудь за кончик. Посмотрела на сестру, которая, всхлипывая, скорчилась в кресле. Вдруг придавило к земле чувство вины – ей ведь только-только исполнилось восемнадцать, совсем девчонка. Сила пробудилась у Дарины рано, уже в тринадцать лет. В школе она была самой младшей, но при этом одарённой, что не слишком-то помогало завести друзей. Вспомнилось, как я сама отреагировала на проявившиеся способности. Если бы не помощь Вика тогда, кто знает, как бы я себя повела и что натворила. Сглотнула комок в горле.

– Даринка, послушай, – я подошла ближе, – прости меня!

Сестра от неожиданности уставилась на меня во все глаза, даже всхлипывать перестала.

– Я серьёзно, Дар, – опустила глаза, – мне сейчас очень стыдно. Я не слишком хорошо справилась с обязанностями старшей сестры, верно? – грустно усмехнулась.

– Ты что, Киа?! Я ведь… – она скривилась, – это я должна извиняться. Опять сдёрнула тебя с учёбы, и вообще…

– Ничего не произошло бы, если бы ты мне написала, – я неловко коснулась её руки, – почему мы вечно ругаемся?

– Не знаю, – Дара улыбнулась сквозь слёзы, – папа бы сказал, мы друг для друга как отражение в зеркале…

– Слишком похожие, но такие разные, – договорили мы хором.

– Я так по нему скучаю, Киа! – сестра вытерла глаза.

– Я тоже, дорогая, – приобняла её за плечи.

Отец бы точно знал, что делать. Его не стало три года назад, но я так и не смогла к этому привыкнуть. А теперь думала, всё ли он нам рассказал. Не от папы ли передались нам наши непонятные способности – как теперь выяснилось, одни на двоих.

– Ох, сестрёнка, – я вздохнула и уселась рядом с Дариной, – давай решать, что мы будем делать.

– Я не хочу возвращаться в школу, Киа, – она скуксилась, – там кошмарно! Меня и так дразнили, а теперь вообще не знаю, что будет.

– Расскажи-ка мне ещё раз толком, что произошло? А то я так и не поняла до конца, – подобралась и внимательно посмотрела на сестру.

– Ну, в общем…

Если не брать во внимание постоянные жалобы на одноклассников, картина выглядела так: Даринка опять поспорила с негласной «королевой класса», перепалка переросла в перебрасывание потоками. И красавице не повезло – взбесившаяся Дара невольно усилила поток и пульнула в неё так, что все вокруг испугались и попытались выставить её сумасшедшей. А она похватала вещи и сразу смоталась домой.

– Дар, что-то не пойму, – я на автомате расплетала растрепавшуюся косу, – Ну, швырнула ты в неё потоком, ну сбила с ног. Так, помнится, не первый раз уже. Почему эти дуры, её подружки, так перепугались?

– Киа, – сестра отвела взгляд, поковыряла пальцем обивку дивана, – они закричали мне, что я чокнутая, вон, даже глаза светятся. Я испугалась, понимаешь, им в самом деле было страшно.

– М-да, у меня глаза не светились… – проговорила задумчиво.

– Что?! – сестра вскочила. – В каком смысле? То есть, ты хочешь сказать, что…

– Тихо, Дара, – взмолилась, – говори потише!

Вздохнула, с сомнением посмотрев на сестру. Придётся всё ей рассказать, но сначала…

– Дар, что она тебе такого сказала?

– Ну, в общем, – Дарина смутилась, – понимаешь, это так глупо… Просто, ну, мне казалось, что у нас нормальные отношения, а она заявила, что я в него влюблена, а он на меня никогда не посмотрит, ну и…

– Ничего не поняла, – я помотала головой, – у кого с кем нормальные отношения?

– С Ником, парнем из другого класса, – сестра покраснела и тоже, как и я, теребила волосы, наматывая их на пальцы. – Мы с ним были в хороших отношениях, мне даже казалось, что мы друзья. А теперь он вернулся после лета какой-то другой, повзрослевший что ли, и… ну, красивый… и эта Мартиша положила на него глаз! И теперь все решат, что я в него действительно влюблена! Что мы из-за этого с ней поругались! А я ещё и уехала… вот я дура!

– Эй, не выдумывай, – я задумчиво покивала, – а этот Ник что? Как он себя повёл?

– Не знаю, – Даринка погрустнела, – всё так быстро случилось, и не при нём, а потом я сбежала.

– Ладно, с этим потом, – вздохнула, настраиваясь. – Теперь послушай мою историю. И решим вместе, как нам быть.

Дара слушала мой рассказ с жадным любопытством, округляя глаза от ужаса, но, когда я договорила, серьёзно задумалась.

– Киа, я не думала, что может быть вот так… – сестра смотрела на меня с сочувствием. – Прости, что вела себя отвратительно в том году. Тебе и так было тяжело, ещё и я…

– Ладно, обе хороши. Но, раз уж мы с тобой в одной лодке, предлагаю заключить перемирие, – улыбнулась и протянула сестре руку, – ну что, мир?

– Мир! – Даринка с улыбкой ухватилась за мою ладонь, энергично встряхнула.

– А теперь к неприятному, – я вздохнула, – тебе придётся вернуться в школу. Не хмурься, знаю всё, что ты можешь мне сказать. Тебе, конечно, назначат какое-нибудь наказание за драку, ничего, отработаешь. Но нужно поступать в университет, чтобы научиться управлять своей силой. Иначе всё может очень плохо закончиться. А без окончания школы в университет ты не попадёшь.

Сестра скривилась, но опустила глаза.

– Давай же, Дара! Я знаю, что ты сможешь, – мне показалось, что дело пошло, и я продолжила, – остался последний год! Даже меньше, восемь месяцев! А потом ты приедешь ко мне в столицу, я буду помогать, обещаю!

После долгого молчания Даринка прошептала:

– Хорошо.

Я с облегчением выдохнула.

– Спасибо, что согласилась и не стала спорить.

– Выбора, я так понимаю, у меня всё равно нет, – сестра грустно усмехнулась.

– В каком-то смысле ты права, – я пожала плечами.

Мы помолчали, но это было хорошее молчание. Спокойное и дружелюбное.

– Слушай, Дар, – я поднялась, почувствовав, как устала, – давай отдохнём? А завтра я покажу тебе несколько приёмов для самоконтроля, хорошо? Тебе это понадобится, я и сама их использую. Выбросы силы будут, но незначительные, ты вполне сможешь её удержать. До конца года тебе придётся быть очень осторожной. У меня есть ещё время, я предупредила, что меня декаду не будет. Отработаем всё, я напишу в школу и провожу тебя, договорились?

– Ладно, – пробурчала Даринка, – только я голодная.

Я тихо рассмеялась, направляясь к лестнице на второй этаж.

– Там на кухне поднос с твоим ужином, перекуси, а я спать!

Дальше всё свободное время мы проводили с сестрой вместе на заднем дворе. Мама только головой качала и не могла нарадоваться, что нам удалось наладить общение.

Спустя несколько дней я провожала Дарину, стоя возле школьных ворот.

– Пиши, хорошо? И я тебе напишу, – обняла расстроенную девушку. – Директор мне ответил, всё в порядке, никто ни о чём не подозревает. Но отработать нарушение дисциплины придётся.

– Ладно, – Дара распрямила плечи, пригладила волосы, – я справлюсь! – махнула мне рукой на прощание.

– Вот и хорошо, – проводила сестру взглядом и вздохнула.

Пока была дома, мне некогда было задумываться о своих проблемах, но теперь пора возвращаться, и я направилась к порталу. Школа Даринки была в городе, откуда можно было прямиком отправляться в столицу. Шёл второй день декады, а значит, куратор уже должен был вернуться. Ну, хотя бы два дня выиграла. За последнее время я немного успокоилась, но видеть профессора не хотелось. Впрочем, как и у Дары, выбора у меня нет.

До территории университета я добралась уже под вечер, уставшая от толкотни на центральной станции и мечтающая только об одном – принять душ и пойти спать. Прошла проходную и свернула в парк, надеясь сократить путь до общежития. Вот только спокойно дойти мне не дали.

– Киара, где вы были? – раздался знакомый голос.

Я мысленно застонала, разворачиваясь. За спиной обнаружился Обран собственной персоной. Весьма недовольный, к тому же. Ну и чем я ему не угодила?

Глава 21

Александр

Декада, взятая мной в университете для того, чтобы попытаться найти нужную информацию, подходила к концу, а я почти не продвинулся в своих поисках. Большинство моих источников, как и розыскники, которых подключил к делу глава Императорской службы, ничем не помогли. Кто-то старательно обрывал все нити, ведущие к остаткам заговора, и это не сулило ничего хорошего. Из этого хвоста могла родиться новая змея, и кто знает, во что всё в итоге выльется.

Приближались выходные, и с ними чёртов семейный ужин. Неудачи, преследовавшие в работе, и так не способствовали хорошему настроению. Но перспектива провести несколько часов с родителями вызывала желание попроситься куда-нибудь на границу… лет эдак на пять. Компания нелегалов и наркоторговцев была, на мой взгляд, куда предпочтительнее общества моих дражайших родственников.

Как я ни старался оттянуть «счастливый» момент воссоединения с семьёй, деваться было некуда. Но первой, кто выбежал мне навстречу в родительском особняке, была Мэрион, и это несколько примирило с действительностью.

– Мими, как хорошо, что ты здесь!

– Только посмотрите, кто объявился, – он закатила глаза на моё обращение, но широкая улыбка на лице говорила, что хотя бы один человек искренне рад меня видеть. – Что с твоей маг-почтой? Я с тобой столько раз пыталась связаться!

– Прости, Эмми, – мне стало совестно, вспомнились письма от сестры, которые я раз за разом откладывал в сторону, собираясь ответить позже, – так замотался, что обо всём забыл. Декада выдалась отвратительной.

– Ну, если бы ты прочитал хоть одно письмо, то узнал бы, что…

– Алекс, дорогой! Неужели преподавание отнимает так много времени? – прозвучал за моей спиной высокий голос.

– …тебя ждёт кое-что похуже, – тихо договорила Мэрион и незаметно скривилась.

Я развернулся к вышедшей из-за угла высокой светловолосой девушке.

– Ты изменился, – она с удивлением смотрела на мою седину. – Что с твоими волосами?

– Анита, добрый вечер, – вежливо склонился к поданной мне для поцелуя руке, игнорируя вопрос. – Не ожидал тебя здесь увидеть.

– О, я недавно вернулась в столицу, – она поправила пряди, уложенные в причёску, повела плечами, на полуобнаженной груди сверкнуло массивное ожерелье. – Путешествия донельзя надоели – за границей совершенно ужасное качество обслуживания! Представляешь, в последней гостинице ни одна служанка не могла нормально покормить моего Амадея!

– Исчадье ада! – прошелестело сзади еле слышно.

Мне удалось сдержать улыбку. Амадеем звали крошечное злобное существо, которое Анита всюду таскала с собой. Назвать собакой эту блоху язык не поворачивался. Но следующие слова напрочь отбили желание улыбаться.

– Так что ближайшие месяцы я буду в городе, ведь правда, замечательно, дорогой? Мы мало времени проводили вместе, но теперь нам ничто не будет мешать!

– Я сейчас очень занят в университете, Анита… – договорить мне не удалось.

– Ах, конечно, но это же всего лишь дневные лекции, – она снисходительно улыбнулась и взяла меня под руку, – я и сама занята днём, как ты понимаешь – дела, визиты. Зато на вечерние приёмы мы можем ходить вместе!

– Я не уверен, что…

– Александр, рада тебя видеть!

– Мама, – я обернулся к матери, вышедшей в холл.

– Что же вы стоите здесь? Мэрион, я думала, ты уже переоделась к ужину! Анита, дорогая, – мать улыбнулась, – я хотела с тобой посоветоваться. Александр, ты позволишь украсть твою невесту ненадолго?

Где-то в желудке заворочалось противное ощущение. Значит, мать продолжает делать хорошую мину при плохой игре. И для чего это всё? Наша помолвка была достаточно долгой и гласной, но Бертраны никогда не согласятся на замужество своей единственной дочери с выгоревшим магом. Да и моё отношение к Аните… Я внезапно понял, что даже не вспоминал о невесте последние несколько декад. Да чего уж там, представлял на её месте совершенно другую девушку! И совесть меня совершенно не мучила. Подозреваю, что и она не испытывала ко мне никаких особенных чувств – иначе вернулась бы значительно раньше. В конце концов, информация о моём участии в раскрытии заговора и спасении Императора, хоть и без лишних подробностей, распространилась уже давно.

Пока я пытался разобраться в собственных запутанных мыслях, Анита, легко улыбнувшись мне, направилась вместе с матерью в гостиную.

– Алекс? – сестра выдернула меня из размышлений, обеспокоенно заглядывая в лицо.

– М-м?

– Что ты собираешься делать?

Я грустно усмехнулся.

– А у меня есть выбор?

– Ал, ты знаешь, я не очень-то люблю Аниту, но, возможно, всё не так плохо? Кто знает, может быть она…

– Дело не в этом, – я покачал головой. – У нас никогда бы не вышло ничего хорошего.

Мэрион казалась удивлённой. Она знала, что я всегда спокойно относился к предстоящей женитьбе. До недавнего времени это был вполне логичный союз наследников двух родов. Сейчас всё изменилось, я не до конца понимал, почему. И дело было не только в потере мной силы.

– Алекс, ты же знаешь, что можешь на меня рассчитывать?

Я постарался улыбнуться. Мэрион очень повзрослела за последние несколько месяцев, но для меня она по-прежнему оставалась Мими, младшей сестрёнкой, которую я оберегал с самого детства.

– Утащишь для меня второй десерт?

Сестра рассмеялась.

– Ты, я и два куска торта – звучит как план! После ужина у меня! Я переодеваться! – Мэрион махнула мне рукой и побежала вверх по лестнице.

Я проследил за ней взглядом и, помрачнев, направился к матери и невесте. У меня было право закончить этот цирк, и я собирался им воспользоваться!