355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Анна Шульгина » Недетские игры (СИ) » Текст книги (страница 3)
Недетские игры (СИ)
  • Текст добавлен: 24 сентября 2016, 07:42

Текст книги "Недетские игры (СИ)"


Автор книги: Анна Шульгина



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 25 страниц)

Закончив своё художество, девочка развернула к нему блокнот, на котором слегка кривоватыми буквами было написано "Мне тоже" и протянула руку для приветствия. Невзоров с серьезным видом пожал маленькую, немного испачканную чернилами ладошку и, отстегнув ремень безопасности, наклонился и поцеловал тыльную сторону кисти.

– Вроде, так принято приветствовать принцесс? – на его вопрос Марина на секунду задумалась, потом с важным видом кивнула и продемонстрировала щербинку на месте переднего верхнего зуба.

– Если вы закончили, Ярослав возвращается на место, и мы едем, – Нешка внимательно проследила за процедурой знакомства, но больше всего её расстроило выражение лица Миши. Мальчик явно замкнулся в себе, и не похоже, чтобы виной тому был Невзоров. Тут другое – детская ревность. Как ни старалась она удерживать их отношения в рамках "психолог – пациент", но эмоциональная привязка уже произошла. Пока ничего критичного, но в самое ближайшее время нужно решать эту проблему, пока она не достигла совсем нехороших масштабов.

Ярик молча исполнил указание, и уже через четверть часа его высаживали возле родной парковки.

– Дети, посидите здесь, сейчас вернусь, – Агнеша тоже вышла из салона и направилась к мужчине. – Я понимаю, что ты в этой ситуации пострадавшая сторона, но прошу об одолжении – не говори никому, где сегодня был и что видел. Те, кому не все равно и так обо всем знают, а остальным ни к чему рассказывать об этих детях.

– Договорились, – Ярослав недовольно потер нос, на который села тополиная пушинка. – Как только машину вернут с покраски, зайду предупредить Мишку о начале его трудовой деятельности. Надеюсь, ты не думаешь, что я шутил, когда говорил об этом?

– Нет, – Неша поправила сползающие очки. – И благодарна, что принял именно такое решение. Ему это только на пользу, будет меньше времени на глупости.

– А у меня новое развлечение на месяц… – пробормотал он, улыбнувшись на прощание активно машущей ему в приоткрытое окно девочке. – Марина, счастливо и проследи, чтобы твой сосед ничего не учудил, – кроха кивнула, давая понять, что у неё все под контролем.

– Всего хорошего, надеюсь, по такому поводу мы больше не встретимся. А просто в гости – милости просим, – теперь, когда девушка улыбнулась, стало понятно, что и ямочки на щеках Марины – мамино наследие.

– Взаимно.

Ярослав проводил взглядом огромный темный внедорожник, отъехавший от тротуара и аккуратно влившийся в поток транспорта. Да, день получился на редкость насыщенным и богатым на события. Казалось бы, несколько часов прошло, а сколько узнал нового и интересного. Но мысли Невзорова занимало немного другое – за те пять минут, что он стоит перед входом, там не появилось ни одной живой души, кроме не до конца вылинявшего кобеля породы двортерьер, прошедшегося по территории и рухнувшего в тени будки охранника паркинга.

– Ну, и где вы все? Вымерли от тоски по руководству? – в той самой будке загрохотало, как будто кто-то, придремавший на стуле, навернулся со своего насеста. – Ведь поувольняю дармоедов…

Маришка зачарованно разрисовывала фломастерами раскраску, устроившись на пушистом ковре в гостиной.

– Солнце, может, ты присядешь за стол? – Агнеша закрыла дверь за домработницей и, прихватив оставленную на обувной полке куклу, подошла к девочке. Та, не отвлекаясь от своего упоительного занятия, помотала головой и продолжила креативно расцвечивать Бэмби, сделав олененка почти вампиром – во всяком случае, ярко-алые глаза придавали мультяшному персонажу несколько зловещий вид.

– Если замерзнешь, сразу пересядь на диван, хорошо?

"Хорошо, мама", – кроха приподнялась, прожестикулировала пальчиками, чмокнула Агнешу в щеку и улеглась обратно.

Девушка отошла на кухню, через арочный проход которой хорошо просматривалась вся гостиная. Судя по времени, Ева должна уже была закончить третировать студентов и переключиться на мужа. Но Денис сам видел, кого выбирал, так что жалобы излишни. Хотя, насколько Нешка была в курсе семейной жизни подруги, Романовский и не думал расстраиваться.

Ева ответила на втором гудке:

– Читаешь мои мысли, только хотела звонить. Как у тебя дела?

– Все нормально, – она присела на край столешницы, наблюдая, как Марина покачивает ножкой в такт негромкой мелодии, звучащей из динамиков музыкального центра. – Нужно будет кое-какие бумаги посмотреть, бросить на факс или по электронке?

– Срочно? Просто мы завтра приедем, Денису предстоит пару вопросов утрясти, так что меня доставят в лучшем виде, – она отвлеклась от разговора, потому что на заднем плане раздался грохот и жалобный визг. – Степа, фу! Дарик, ты же собака, отбивайся, в конце концов. Иди сюда, мой хороший, я тебя пожалею…

– У тебя там снова бои местного значения?

– Ужас какой-то, мой троглодит бедного пса совсем зашугал. А у хаски же гена агрессии, как такового, нет, вот Степан и пользуется. Уйди, морда мохнатая, не пугай Дориана!

– Смотрю, у тебя весело…

– Я так поняла, что ты сегодня тоже не скучала. Рассказывай, чем Ярика обидела? – Ева чем-то захрустела, а обиженное поскуливание сменилось просительным.

– Помнишь Мишу Красина?

– Отец сидит, мать парализована, единственный опекун – бабушка, которую вот-вот признают недееспособной?

– Да. Он сегодня поцарапал машину Ярослава.

Шуршание и хруст в трубке стихли, даже пес замолчал, только вдалеке раздавалось негромкое, но красноречивое кошачьей подвывание.

– Так, – Романовская существенно посуровела голосом. – И что сделал Невзоров?

– Давай объясню по порядку.

Следующие несколько минут ушли, чтобы обрисовать краткое содержание их прогулки по промзоне и знакомство с местными достопримечательностями.

– То есть, за подранную дверцу он стребовал услуги автомойки в течение месяца?!

– Совершенно верно, а что тебя смущает? – Неша погоняла яблоко по подносу, но особого желания кушать его не было, потому оставила несчастный фрукт в покое.

– Одно из двух – либо Ярик влюбился, либо заболел. Этот жлоб мне рядом со своей бэхой даже парковаться запрещал, а ты говоришь – царапина… Что в мире делается…

– Да? А он мне показался хоть и злым, но вполне адекватным, – Нешка все-таки укусила яблоко за красный бочок. – Кстати, как твои успехи на автодроме?

– Ой, не спрашивай, муж по нему почти четыре месяца гонял, но неделю назад нехотя признал, что меня уже можно выпускать на улицы без особого риска для окружающих. Но теперь ещё круче – он новую машину пригнал.

– Какую?

Маришке надоело рисовать, и она уселась перед телевизором, включив себе мультфильм.

– Внедорожник "Вольво". Потому что, – Ева старательно скопировала интонации Дениса, – "Любимая, это самая безопасная машина, а ты мне слишком дорога, чтобы рисковать по пустякам".

– А ты что ответила?

– Ну, сначала хотела сказать, что мне и "Ситроен" нравится, а потом… С меня не убудет, а ему спокойнее. Так что поблагодарила и приняла подарок.

– Умнеешь на глазах, – улыбнулась Неша, доедая фрукт. – Студики сильно достают?

– Не очень, у меня всего несколько занятий в неделю, остальное время гоняю подчиненных Дениса, треплю нервы коллегам и старательно грызу имущественное право.

– Понятно, тогда жду тебя завтра, а пока пойду укладывать дочь, – Неша легко спрыгнула со стола и потянулась всем телом.

– Поцелуй от меня маленькую, – голос Евы стал гораздо мягче, как и каждый раз, когда она говорила о Маринке. – И больше Ярика не пугай, все-таки мужик, психика слабая, потом замучаешься больничный оплачивать…

"Мам, а можно Миша будет жить с нами?"

Агнеша даже сначала не поняла суть вопроса, заданного лежащей в кровати дочерью. Девушка аккуратно закрыла книгу, которую читала Маришке перед сном, и положила сборник сказок на тумбочку. И как объяснить шестилетнему ребенку, для которого есть только черное и белое, особенности российского законодательства?

– Нет, заинька, не может. У него есть бабушка, которая отвечает за него, поэтому Мише нельзя остаться с нами.

"Почему?"

– Сейчас он болеет, поэтому живет в центре, но у него есть дом, – она погладила волосы дочери, заплетенные в косичку, темной змейкой выделявшуюся на светло-зеленом хлопке подушки.

"У него что-то болит?" – непривычно серьезные серые глаза девочки с тревогой замерли на лице мамы.

– Болеть может не только тело, – Неша прилегла рядом и обняла дочь. – Бывает, что больно вот здесь, – она прижала ладонь к груди ребенка. – Но лекарство тут не поможет.

Марина кивнула и, освободившись из рук матери, села на кровати, на секунду положив пальчики на губы Агнессы.

"Я знаю. У меня тут болело, когда к Ирисе приходил доктор", – она кивнула в сторону клетки, в которой возилась бледно-кремовая декоративная крыса. – "Ты про это говоришь?"

– Да, солнышко, об этом.

"А доктор поможет Мише?"

– Он постарается. Очень-очень. А теперь пора ложиться спать.

Девчушка отрицательно замотала головой, показывая, что спать пока не хочет.

– Нужно, зайка моя. Давай договоримся, я тебе читаю ещё одну главу, а потом ты закрываешь глазки и засыпаешь, хорошо?

Марина сделала вид, что обдумывает предложение матери, потом словно нехотя кивнула и заползла под одеяло, тщательно расправив рюши на своей пижамке, расшитой бабочками. Это было своеобразным ритуалом, одна настаивает на том, что деткам уже пора видеть сны, а вторая "капризничает" и просит ещё почитать. И хотя девочка уже давно вполне успешно и писала, и читала самостоятельно, обе они очень дорожили этими минутами, когда день уже закончился, давая возможность просто посидеть рядом, сопереживать героями, ругать злодеев, и точно знать, что здесь добро обязательно победит.

Неша вновь открыла тяжелую книгу в глянцевом переплете и продолжила:

– "… Бедный Желтый Медвежонок! Он хотел выдать себя за хитреца, хотел скрыть свое доброе сердце… Кто знает, почему люди с добрым сердцем всегда стараются скрыть это от других?.." [1]1
  Джанни Родари – «Путешествие Голубой Стрелы»


[Закрыть]

Но ещё до того момента, как Джанпаоло открыл глаза и увидел танцующего Медвежонка, Маришка успела заснула, засунув ладошку под подушку, где жил её счастливый Заяц. Уже старенькая игрушка, которую подарили на пятилетие самой Агнессе. Страшненький, с пуговицами вместо глаз и смешными болтающимися ушами. Но именно он лежал в кроватке четырехмесячной девочки в ту ночь, когда не стало её отца. И пусть это глупо, нерационально и даже смешно, но маме было как-то спокойнее, когда её дочь засыпала, держа за лапу Зайца…

Осторожно, чтобы не разбудить спящую доню, Неша поправила немного сползшее одеяло и, включив вместо лампы ночник в виде сидящей на ветке дерева совы, на цыпочках вышла из детской. Как и всегда в темноте, сразу послышались странные пугающие щелчки и шорохи. Но мрака девушка не боялась уже пять лет десять месяцев и три дня. Она могла бы сказать и количество часов, если бы находилась в сознании к тому времени, как все закончилось. Но именно тогда Агнешка поняла, что все те монстры, которых мы представляем прячущимися в темноте, ничто по сравнению с настоящим ужасом – человеком.

Почти неслышно ступая по прохладному деревянному полу, девушка спустилась на первый этаж, проверила все двери и окна, по старой привычке перекрыла газ на кухне и вернулась в свою комнату. Нешка уже несколько лет страдала проблемами со сном. Нет, она вполне нормально засыпала, никаких кошмаров, просто ровно через четыре часа открывала глаза и поделать с этим уже ничего не могла. Не помогали ни выматывающая работа, ни народные средства, вроде теплого молока с медом. Применять снотворное Агнесса отказывалась наотрез, хотя её невропатолог настойчиво его рекомендовала, уверяя, что однажды девушка просто рухнет без сил с сильнейшим нервным срывом. Ирмская и сама понимала, что это возможно, но… Быть во власти чего-то, что ты не можешь контролировать, тогда, когда твоему ребенку может быть нужна помощь… Ещё с младенчества Марины в Неше жил страх – не понять, что дочери плохо, не распознать признаки болезни. Для кого-то, измученного ночным плачем грудничка, это показалось бы благом, но девушка никому не желала такого – не знать, все ли хорошо у твоего дитя. Она готова была не спать сутками от рева младенца, чем видеть, как по крошечному покрасневшему личику катятся слезы. В полной тишине.

Неша не включала свет, помня расположение вещей в своем доме до малейшей подробности, и прошла к стоящему у французского окна креслу. Пальцы правой руки сводило тупой ноющей болью, но девушка только тряхнула кистью, мимоходом подумав, что завтра будет дождь. Уж это она могла предсказать без всяких барометров – переломанные косточки всегда отзывались болезненным гудением на смену погоды.

"Зато смоет весь тополиный пух", – про себя улыбнулась она, сворачиваясь на немного жестковатом сиденье. Кресло было довольно громоздким, не совсем подходило к стилю её комнаты, а уж сколько раз Неша стучалась пальцами о резные ножки мастодонта мебельной промышленности, и вовсе не сосчитать. Но, несмотря на всю его неудобность и травмоопасность, это был предмет из её прошлой жизни, из дома родителей. Александр ненавидел его и все грозился сжечь, но так получилось, что её мужа уже давно нет в живых, а это орудие средневековой инквизиции целехонько.

Поняв, что ничего хорошего из мыслей, плавно перетекающих в воспоминания, не будет, Агнесса попыталась сосредоточиться на насущных проблемах. Что ей делать с Мишей? Ладно, на ближайший месяц проблема решена, и то не факт, что все пойдет именно так, как она надеялась. Проблемы Красина намного глубже, чем казалось на первый взгляд – дефицит внимания, несмотря на кажущуюся легкость названия, штука коварная. В этот раз, чтобы взрослые вспомнили о нем, мальчик испортил машину, а что дальше? Драка, нападение? Здесь нужно кардинальное решение, но пока официальным опекуном Миши является его бабушка, никаких юридических прав у Нешки не было. Да, она могла бы решить этот вопрос просто и незатейливо – подать ходатайство о признании опекуна недееспособным, но это вряд ли поможет завоевать доверие мальчика…

А вот Невзоров Агнессу удивил, причем, приятно. Да, было крайне неприятно слышать некоторые его пассажи относительно её работы и намеки на наркоторговлю, но девушка уже давно научилась не обращать на это внимание. Все равно она никому ничего не докажет, даже если бы и могла – какая разница? Слухи-то никуда не денутся, да и не волновало её мнение большинства. Если забыть почти все, что Ярослав говорил, нельзя не отметить терпение, с которым мужчина отнесся к их проблеме. А если принять во внимание слова Евы, то ему впору примерять нимб.

Неша зевнула, чувствуя, как тяжелеют веки, и глаза закрываются сами собой, и скользнула на кровать, сворачиваясь клубком под прохладной простыней, решив последовать знаменитому высказыванию Скарлетт О'Хара…

Агнесса просматривала результаты последнего тестирования Миши и пыталась понять, что же делать с ребенком. Сегодня утром мальчик был веселым и доброжелательным, но лежавшая перед девушкой диаграмма говорила о другом – проблемы усугубляются. Грохот грома за окном на секунду отвлек её от этой нелегкой задачи, и Неша, рискуя вымокнуть, вышла на балкон, чтобы вдохнуть вкусный, пахнущий озоном воздух. Гроза собиралась всю ночь, но дождь пошел только под утро, немного освежив город.

Сквозь моросящую дымку девушка заметила автомобиль, сворачивающий на их подъездную дорожку. Цвет точно разобрать не получалось, но Неша была уверена, то это не кто-то из сотрудников или пациентов – машина ей была незнакома. Хотя…

Подтверждение догадке она получила, когда из салона авто, остановившегося возле ступенек, выскочила Ева и, с легкостью балансируя на высоченных каблуках, бодро поскакала через лужи к входной двери.

Нешка успела спуститься на половину лестничного пролета, когда услышала недовольный голос подруги:

– Боже мой, что это за клопомор?

– Ева Александровна, у нас нет ни клопов, ни тараканов, – уборщица, по неизвестной причине немного побаивающаяся Романовскую, даже обиделась на такие инсинуации.

– Да? – Ева провела бумажной салфеткой по влажным от дождевой воды рукам. – А чем тогда воняет?

– Это в зимнем саду лилии цветут, – Нешка, приветствуя, обняла девушку и поцеловала в щеку.

– А мне немного напоминает аромат неубранного кошачьего туалета, – шепотом призналась Ева, возвращая поцелуй. – Ты тут одна или с манюней?

– Одна, у Марининой группы сегодня поход в кукольный театр, а потом урок живописи, их вывезут в парк, – зайдя в кабинет, Ирмская сразу протянула подруге полотенце, именно для таких случаев хранящееся в шкафу. – Может, дать тебе что-нибудь сухое переодеться? А то ещё заболеешь…

– Нет, я не сильно вымокла, так что нормально. Давай сначала решим деловые вопросы, потом потрындим по-девичьи, – Романовская, уселась на диван и, сбросив туфли, с наслаждением пошевелила пальчиками ног. – Уф, ортопедический оргазм…

– Смотри, чтобы муж не заревновал, с такими-то высказываниями, – Неша прихватила стопку бумаг и села рядом. Ева была одной из немногих, с кем девушка не чувствовала никакого напряжения даже при очень близком контакте. – Кстати, а где супруга оставила?

– С Ярославом какие-то мужицкие дела решают. Я в них не лезу, своих заморочек хватает. Это по двум последним процессам?

– Да.

Наблюдая, как подруга, изредка сосредоточенно шевеля губами, вчитывается в мелкие строчки, Ирмская вспомнила, как они познакомились.

Благотворительный бал по случаю Нового годы был официозен и тосклив до такой степени, что Агнесса уже с трудом сдерживалась, чтобы не начать прилюдно зевать. Как и многие, здесь находящиеся, она отбывала общественную повинность, создавая впечатление цвета местной интеллигенции. Какой-то усатый чиновник вяло отчитывался о выполненной за год работе, оркестр не намного более бодро наигрывал довольно унылую мелодию, а гости ждали начала фуршета, чтобы выпить по бокалу шампанского за наступающий год и отбыть восвояси. Нешка в одиночестве прогуливалась по залу, изредка кивая встречающимся знакомым. Таковых было немного – во-первых, она было не особо публичной личностью, а во-вторых, репутация бывшего мужа если и не делала её парией, то существенно снижала количество тех, кто открыто заявлял об их общении. Стремясь спрятаться хотя бы на десять минут, потому как от обилия пафосных речей уже начинала болеть голова, девушка немного ускорила шаг и прошла к дамской комнате. Уже выходя из коридора, Неша случайно задела вазу с пышным букетом. Поднявшаяся облаком желтовато-оранжевая пыльца некрасивыми пятнами осела на светлом шелке платья проходившей мимо девушки.

– Ой, простите, – Агнесса мысленно выругалась на себя за неаккуратность и виновато посмотрела на пострадавшую. – Я оплачу услуги химчистки.

Незнакомка окинула взглядом испорченный наряд и, подняв на Ирмскую светло-карие глаза, подмигнула:

– Платье жалко, но вы меня спасли – теперь есть повод сбежать отсюда. Так что не стоит беспокоиться.

Прежде, чем Неша успела что-то сказать в ответ, девушка затерялась в толпе приглашенных. Её слова нашли отклик в душе Ирмской, и она, махнув рукой на правила этикета, прошла в гардероб за верхней одеждой. В конце концов, есть более приятные способы провести вечер, чем тайком зевать, слушая самовосхваление местной администрации.

Укутавшись в шубку, Агнесса вырвалась, наконец, на улицу. Легкий морозец сковал поверхность тротуара ледяной корочкой, поэтому девушка предельно внимательно смотрела под ноги, направляясь к стоянке такси. Поскольку на таких мероприятиях обязательно найдется кто-то, жаждущий выпить с тобой едва ли не на брудершафт, машину она сегодня не брала, о чем сейчас пожалела – по закону подлости, "Волга" с желтыми "шашечками" как раз выруливала на проспект, оставив парковку абсолютно пустой. Нешка замерла, пытаясь решить, то лучше – подождать здесь пару минут или же вызвать такси и дождаться его в фойе? Здравый смысл победил, и она уже собралась вернуться на праздник, когда рядом притормозила небольшой яркий автомобильчик.

– Подождите!

Обернувшись, Ирмская через приоткрытое боковое стекло заметила за рулем ту самую девушку, которой недавно испачкала платье. Присмотревшись к незнакомке, Нешка поняла, что уже видела её раньше, но вот где и когда – вспомнить не получалось.

– Раз уж вы помогли мне сбежать, совершу ответную любезность – отвезу вас домой, – она потянулась, открывая пассажирскую дверь, и Агнесса поняла, откуда её знает. Кажется, девушка – юрист, они пару раз пересекались на официальных мероприятия. Но если это так, то должна знать, что общение с вдовой Якута не очень одобряется общественностью… – Садитесь.

– Благодарю, я лучше подожду такси, – Неша улыбнулась, но с места не сдвинулась.

– Если боитесь за свою честь, то зря – я стопроцентно гетеросексуальна.

Ирмская против воли рассмеялась.

– А не боитесь, что нас увидят вместе? – Агнесса устроилась на переднем сиденье, поддернув полы шубки, чтобы не прихлопнуть её дверцей.

– Честно? Нет. Меня зовут Ева, – девушка тронулась с места так, словно они только что ограбили банк и теперь удирали от погони.

– Агнесса.

– Вот и познакомились…

– Неш! – голос подруги прозвучал непривычно громко, заставив девушку вздрогнуть. – Подруга, ты меня пугаешь, – призналась Ева, наблюдая за Ирмской, склонив голову набок.

– Чем именно?

– У тебя улыбка была такая… многообещающая, – Романовская пожала плечами, не зная, как ещё охарактеризовать Нешкино выражение лица. – Не в службу, а в дружбу, принеси попить, а?

– Конечно, что хочешь? – Агнесса поднялась и направилась к двери.

– Сок, лучше апельсиновый, – Ева зевнула, прикрывшись ладошкой. – Все, нужно устроить себе выходной, уже неделю сплю на ходу…

Услышавшая это Неша остановилась на пороге и окинула девушку цепким взглядом:

– А чувствуешь себя нормально?

– Да, вполне. Почему ты спрашиваешь?

– Просто беспокоюсь о тебе. Сейчас принесу сок.

– Угу, – Романовская снова погрузилась в бумаги, время от времени помечая что-то карандашом на полях, потому не сразу заметила Ирмскую, стоящую рядом со стаканом. – Ой, спасибо.

Агнесса проследила, как Ева почти залпом проглотила питье, и протянула то, что до этого держала за спиной. Подруга немного недоуменно уставилась на маленькую картонную коробочку:

– Это на десерт?

– Ты сама сказала, что испытываешь сонливость, судя по паре прибавившихся килограммов, хорошо и часто кушаешь. Только что выпила апельсиновый сок, который с детства терпеть не можешь, но сейчас его явно хотелось. В холле среагировала на запах лилий, это при том, что они цвели и в прошлый приезд, но тогда ты этого даже не заметила. А теперь сложи все и сделай вывод.

– Но у меня критические дни, как часы, – Романовская со странным выражением лица рассматривала упаковку теста на беременность.

– Ну, дорогая, такое бывает, насколько помню, чуть ли не в каждом пятом случае. Точнее не знаю, спроси у сестры. А если скажешь, что вы предохраняетесь, так стопроцентно надежный способ только один – полное отсутствие половой жизни. И то, был две тысячи лет назад один сомнительный случай…

– Нет, мы такой ерундой, как целибат, не страдаем, – Ева продолжала держать коробочку на вытянутой руке. – А можно я его сделать сейчас?

– Вообще-то, лучше утром. Иначе может дать не совсем правильный результат.

– Ну, знаешь ли, тут варианта два – или да, или нет. Я мигом! – она выскочила за дверь до того, как Нешка успела напомнить, что кое-кто босиком. Хотя, так даже лучше, меньше шансов, что поскользнется на мокром полу – когда девушка шла с соком, уборщица как раз старательно полировала тряпкой линолеум.

Пока подруга выясняла, грозит ли ей в ближайшее время стать мамой, Агнесса собрала просмотренные Романовской документы и убрала в папку, рассудив, что Еве будет не до них вне зависимости от результата.

– Аааааааааааааааааа!!!

Неша вылетела из кабинета, уверенная, что либо на подругу напал из-за угла туалетный бабайка, либо её засосал унитаз – потому что ТАК орать можно только в случае смертельной опасности. К двери женской комнаты отдохновения Ирмская прибежала одновременно с охранником, который, дернув запертую дверь, не придумал ничего лучше, как садануть с разбегу плечом в белый пластик. Сидящая на подоконнике Ева вытаращила глаза на ввалившегося мужика в камуфляже и миролюбиво заметила:

– Мужской туалет через десять метров по правой стороне. Но, похоже, вам очень надо, так что уступлю этот.

Девушка спрыгнула, и, зябко поджимая пальчики, на цыпочках пробежала по холодному кафельному полу.

– Чего ты орала?! – теперь, когда Агнешка убедилась, что никто на жизнь подруги не покушается, девушка почувствовала пробуждающуюся злость.

– Я беременная, – Ева, подтверждая свои слова, показала тест с характерными полосочками.

– Так, посмотри на меня, – Неша почти насильно подняла вверх лицо подруги. Слишком уж странная реакция, излишне спокойная, ну, за исключением первого вопля, конечно. Как она и думала, Романовская выглядела несколько ошарашено, зрачки слегка расширены, дыхание учащенное. – Давай, приходи в себя, а то пощечину дам.

– Не надо, я уже в норме, – Ева встряхнулась, отодвигая ладони Ирмской. – Просто немного в шоке. Даже не знаю, что сказать…

– Ты рада?

– Очень.

– Это главное. Поздравляю, дорогая, – Нешка поцеловала её в лоб.

– А как ты поняла? Я же сама ни о чем не догадывалась… – она так и застыла посреди коридора, положив обе руки на живот и сосредоточенно разглядывая свои босые ножки с нежно-розовым педикюром.

– У меня до того, как начал расти живот, из признаков беременности, были только ужасная сонливость, жор и дикое желание попробовать обувной крем на вкус.

– И как? Ну, крем? – уточнила заинтересовавшаяся Ева.

– Понятия не имею, я смогла сдержаться от этого соблазна, – Агнесса почти силой затащила подругу обратно в кабинет. – Мужу когда скажешь?

– Только после того, как буду точно уверена.

– Это, когда родишь?

– Нет, немного раньше, сделаю УЗИ и скажу… Блин!

– Что?! – только усевшаяся Неша вскочила.

– Он же меня теперь вообще из поля зрения выпускать перестанет, – Романовская почти рухнула на диван. – Это будет просто капец…

– Не утрируй, – успокоившаяся хозяйка помещения вернулась на свое законное место и откинулась на спинку кресла.

– Я, скорее, приуменьшила, – Ева отрешенно рассматривала потолок. – Может, правда, ничего не говорить?..

– А Денис слепой и растущий живот не заметит? Не говоря уже о том, что это сейчас у тебя никаких признаков беременности, потому что неизвестно какой срок, а потом может быть и токсикоз, и прочие радости.

Романовская улеглась на диван, поставив ноги на подлокотник и сосредоточенно нахмурилась.

– Думаю, недель шесть, – поймав взгляд Нешки, Ева смущенно хихикнула. – Были обстоятельства…

– Только без подробностей! – Агнесса даже выставила ладони.

– Не дождешься. Черт, моя медкарта осталась в Москве, придется подождать с визитом к врачу, пока не вернемся.

– А вы надолго?

– Послезавтра назад, – Ева снова зевнула. – Ты не знаешь, сонливость надолго?

– Это сугубо индивидуально, но я спала до шестого месяца.

– Чувствую, будет весело… А у тебя хороший гинеколог?

– Не жалуюсь. Попробовать записать на сегодня? – Нешка потянулась к телефону, уже заранее зная ответ подруги.

– Если не сложно. А то вдруг тест соврал… – девушка торопливо обулась и выжидающе уставилась на Агнессу.

– Элеонора Николаевна, здравствуйте. Не отвлекаю? Извините, что звоню так поздно, но у меня огромная просьба – не посмотрите сегодня мою подругу? Нет, это не по работе. Хорошо, спасибо, конечно, подъедем. Всего доброго. – Неша отключила мобильник и улыбнулась разве что не грызущей ногти от нетерпения Еве. – Нас ждут через полчаса, так что давай на выход.

– Ты настоящий друг! – девушка подхватила сумочку и, уже выбегая из кабинета, добавила. – Заодно, посмотришь, как меня муж в вождении натренировал.

Сказано это было таким предвкушающим тоном, что даже у абсолютно нерелигиозной Агнессы возникло желание помолиться на дорожку…

– Ты сейчас пошутил? – Денис потер уставшие мышцы шеи, радуясь, что не нужно сегодня ехать обратно – конечно, ещё почти шесть часов в пути он выдержит, но счастлив от этого точно не будет. О том, чтобы пустить за руль Еву, пока они на трассе, и речи не шло. Нет, он доверял жене, но чувствовал себя спокойнее, когда она на пассажирском сиденье. И хотя её новая машина, благодаря нескольким сотням килограммов брони и пуленепробиваемым стеклам, выдержит прямой ракетный удар – во всяком случае, в этом уверяли те, кто занимался апгрейдом «Вольво» – все равно, некоторые опасения оставались. Потому что это Ева…

– Конечно, у меня же охренеть, какое чувство юмора! – Ярик в расстройстве метнул папку с бумагами через весь кабинет и, не целясь, сбил стоящий на столе канцелярский набор. Взметнувшие в воздух карандаши и ручки разлетелись по помещению.

– Тогда, может, этот мудак шутит? – Романовский никак не прореагировал на произошедшее, уже давно привыкнув к иногда излишней экспрессивности друга, только удобнее устроился в кресле.

– Тоже не похоже, – Ярослав полез под стол собирать урожай канцелярщины. – Но решить вопрос нужно в течение ближайших двух недель, пока действует временное разрешение. Можно, конечно, вообще без него, но если кого-то из ребят поймают со стволом, а лицензии на огнестрел у нас не будет… Сам понимаешь.

– Понимаю. Деньги предлагал?

– Какой ты умный! – "восхитился" Невзоров, пытаясь выковырять последний карандаш из щели между столом и стеной. – Я как раз стою на коленях, могу лбом в пол ткнуться, – глумливо прошипел он. – Лучше бы, конечно, ботинок поцеловать, но мы с тобой всего лишь друзья для такого интима… Предлагал, конечно, – уже совсем другим голосом закончил он. – Этот старый хрен только лыбится и ломается, как еврейская невеста перед пятым мужем в первую брачную ночь.

– Ладно, завтра сам к нему смотаюсь, может, ты своим видом оскорбляешь его тонкий вкус, – Денис посмотрел на телефон. Он понимал, что за прошедший с их последнего приезда месяц Ева соскучилась по подруге, но о чем можно болтать больше трех часов?! Последние дни он вообще жил на нервах, упорно не понимая, что у них в семье не так…

– Сделай милость, а то он мне скоро сниться начнет, – последняя скрепка была водворена на место, и Невзоров уселся за стол. – С остальным проблем нет, так что уже легче. Какие у вас дела?

– Все хорошо, – Романовский ещё раз глянул на дисплей, после его немного поколебался. – Пару дней назад видел Лилю.

– Да? И как она?

– Судя по виду – прекрасно. Может, это не мое дело, но она была не одна.

– Ну, мы были просто любовниками, никаких обещаний, так что пусть делает, что хочет, – пожал плечами Ярик. – А Ева ни с кем из твоих бывших не пересекалась?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю