Текст книги "Истинная на полставки (СИ)"

Автор книги: Анна Шаенская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Ох… теперь пришла моя очередь краснеть… Короткое общение помогло перебороть страх перед легендарным генералом, но едва вспоминала о татуировке – ужасно смущалась. До сих пор не верилось, что она настоящая и пока старалась лишний раз не думать об этом.

– Ускорение регенерации рядом с парой – священный дар Богини Матери, – Рамон окинул Мишель задумчивым взглядом. – Подделав его, вы осквернили саму суть истинности, поэтому проклятие лишило вас целительской искры и способности самостоятельно регенерировать. Флер у вас отобрали из-за приворота. А меня зацепило рикошетом за то, что поверил в нашу парность.

– Но ведь это не справедливо! – в один голос воскликнули мы с Валентэ, и тут же стыдливо притихли.

– Я имела в виду, что вы несправедливо попали под действие проклятия, – тихонько добавила эльфийка. – Это ведь я виновата…

– Поверьте, мне доводилось видеть, что происходит с жертвами проклятия, когда оно действует в полную силу. Я не зря продвигал закон об ужесточении наказания за торговлю "истинностью", – вздохнул Рамон, – древняя магия опасна и непредсказуема, нам с вами ещё несказанно повезло. Но если ничего не предпринять, будет становиться только хуже. Само по себе проклятие не исчезнет.

Это мы уже поняли… Только, что теперь делать с этим счастьем?

– А как от него избавиться? – уточнила, нервно постучав по подлокотникам кресла. – Если Мишель откажется от вас…

– Конечно откажусь! – с готовностью воскликнула эльфийка. – И согласна принять откат от магического развода на себя…

– Стоп! – Рамон поморщился и выставил ладони вперёд, прося тишины. – Во-первых, наш брак благословили жрецы и архимаг лично. А значит и развестись самостоятельно мы не можем.

– Но ведь фактически вас обвенчали со мной! – возразила я.

– И это единственная причина, по которой Мишель ещё жива, я до сих пор дракон, а вы, Амира, не летаете по городу в виде безумного ящера, круша всё вокруг и приманивая флёром тех, кто не успел спрятаться.

От слов генерала пробрал озноб. Я подозревала, что мы в… полной Бездне. Но и подумать не могла, насколько.

– Вы сказали, во-первых, – прошептала, подняв взгляд на дракона. – Выходит, это не единственная проблема?

– Конечно нет, – обрадовал Рамон. – Вторая заключается в том, что проклятие перестаёт прогрессировать, когда мы вместе, – добавил, окинув меня выразительным взглядом, – это означает, что теперь вам придётся сопровождать меня на всех мероприятиях, включая сегодняшний благотворительный бал.

– Я не уверена, что мне хватит сил на весь вечер обернуться…

– Амира, вы меня неправильно поняли. На бал мы пойдём вчетвером. Я, Мишель, вы, в качестве моего адъютанта, и Сэван Догра, который будет следить за нашим магическим фоном и печатью проклятия.

Я тихонько икнула. Многоликая мать, как же мы влипли… Там же точно Сорель будет, а я без грима… ой…

– Печатью? – Воскликнула Мишель, игнорируя новость про бал. – Выходит, окружающие могут видеть…

– Нет, только Сэван, – перебил её Рамон, – ночью я провел специальный ритуал, позволяющий ему отслеживать состояние проклятия и скорость, с которой оно прорастает в наши ауры.

– А почему мы сами не можем следить за этим? – нахмурилась.

– Проклятие лишает магов способности трезво оценивать свои силы, – пояснил Дари, – а нам не нужны сюрпризы. Что же касается третьей проблемы – развод при нынешних обстоятельствах больно ударит не только по леди Валентэ и всей её семье, включая Солнцеликую императрицу, но и похоронит вашу репутацию, леди Амира, поскольку вы участвовали в обмане.

М-да… чем больше разбирали ситуацию, тем безвыходнее она казалась. Единственное, что обнадёживало – это лучезарная улыбка Дари. Дракон не унывал, и глядя на него, я невольно заряжалась солнечными эмоциями и боевым настроем.

– В четвёртых, если разведёмся сейчас, лишимся возможности выяснить, что Сорель замышляет на самом деле, – продолжил Рамон, – ведь идея подставить меня явно возникла спонтанно. Даже такой мастер интриг, как советник, не мог предсказать моё ранение.

Это да… И похоже, первоначальные планы инкуба были тесно связаны с моим скромным наследством.

– Из хороших новостей – Сэван нашёл способ ненадолго «заморозить» развитие проклятия, – добавил дракон, – завтра с утра этим займёмся. А пока вернёмся к Серым, у меня осталось несколько вопросов.

– Если можно, мне бы тоже хотелось прояснить пару моментов, – дракон согласно кивнул, и я обернулась к Мишель, – вы упоминали, что император не поверил Её Величеству, когда она рассказала о домогательствах Сореля. Вам это не кажется странным?

После разговора в штаб-квартире Белого ордена я долго думала над словами эльфийки. На первый взгляд, всё выглядело логично. Император славился параноидальными замашками, и зная советника, можно было допустить, что тот использовал это в своих целях, оклеветав Лекса – брата Солнцеликой. Но стоило хоть немного вдуматься, как ситуация начинала играть новыми красками.

Я слышала, Лекс очень сильный маг и в последнем бою с дикой нечистью проявил невероятную доблесть, заслужив орден Белого змея – один из трёх высших воинских знаков отличия. Кроме этого, за его плечами было больше двадцати лет безупречной службы в гвардии, и в теории он мог претендовать на должность старшего советника. Только Лекс ненавидел политику и во дворце практически не появлялся, за исключением обязательных официальных приёмов.

Подменяя одну из аристократок, мне довелось мельком увидеть его и больше всего запомнилась даже не уникальная красота полукровки, вобравшая в себя одновременно эльфийскую утончённость и драконью мужественность, а его нежелание общаться с остальными гостями и холодный, отстранённый взгляд.

Для должности советника подобное недопустимо. Тень императора должна находиться в центре событий, знать всё и обо всех, всегда сопровождать правителя на мероприятиях.

Представить прямолинейного и нелюдимого Лекса в этой роли было невозможно. А император не был идиотом и редко рубил сплеча, не разобравшись. Поэтому должен был сразу заметить нестыковки. Но…

– Этелия дважды пыталась поговорить с Солнцеликим, – в глазах Мишель плеснулись боль и отчаяние, – первый раз, он выслушал её и даже выглядел взволнованным. Обещал во всём разобраться, но после разговора с советником Его Величество словно подменили. Он набросился на супругу, обвинив в сговоре с братом…

– Я правильно понимаю, что Лекса выслали на границу с Даркайтом именно после этого случая? – уточнил Рамон.

– Да, – кивнула эльфийка.

О том, что Лекса вытурили в богом забытый штаб из-за личного конфликта с императором, знала даже я, но в подробности не вникала, остановившись на версии, что они не сошлись в вопросах финансирования Стальной гвардии – специального подразделения, занимающегося отловом дикой нечисти на севере империи.

Из-за того, что император перекинул Лекса и его магов на границу с Даркайтом, генералу пришлось взять северный округ на себя. Нечисть там была буйная и водилась в огромном количестве, а Ринальди и его драконы и без того падали с ног, патрулируя восточную и южную часть империи.

Гвардейцев катастрофически не хватало, новости о тяжело раненых или погибших звучали всё чаще. Рамону даже пришлось подтянуть на границу резервы, до этого помогавшие следить за порядком в столице.

Поступок императора и раньше казался странным, но теперь я чётко видела за всем этим руку советника. При таком раскладе Сорель, полностью контролирующий не только стражу с инквизицией, но и бандитскую гильдию, фактически становился Серым кардиналом столицы, получая едва ли не больше власти, чем сам император.

Отсюда возникал другой вопрос. Так ли ему нужна Этелия? Или настоящей целью было устранение её брата?

– Второй раз Её Величество попыталась воззвать к супругу после того… – Мишель запнулась и побледнела, собираясь с духом, – после того, как советник едва не взял её силой.

Последняя фраза захлебнулась в звонком треске. Рамон сжал подлокотники кресла с такой силой, что раскрошил их удлинившимися когтями.

– Когда Этелия рассказала об этом императору, тот отреагировал странно, – Валентэ нервно потеребила длинный рукав платья. Её волнение было практически осязаемым, она понимала, что затронула опасную тему и, кажется, я догадывалась, к чему всё идёт. – Вначале он застыл столбом, а затем накинулся с чудовищными обвинениями и приказал страже запереть её в апартаментах. Солнцеликая почти неделю просидела под арестом, император выпустил её лишь перед балом, чтобы не плодить слухов.

– В прошлом месяце Её Величество неделю лежала с лихорадкой, – припомнил Рамон.

– Да! Именно так всё объяснил император, – кивнула Мишель. – Уверена, с подачи Сореля! Это он всё придумал и как-то воздействует на владыку…

На миг в комнате повисла звенящая тишина. Слова эльфийки подтвердили мои худшие подозрения. Император явно не в себе, но как вышло, что его служба безопасности ничего не заметила? Неужели, Сорель и их подмял под себя?

– За последние десять лет советник постепенно заменил всю внутреннюю охрану дворца и новую стражу отбирал лично, – пояснил Рамон, едва озвучила свои догадки, – так что, да. Он полностью контролирует охрану правящей четы, за исключением небольшого отряда императрицы, расформировать который он не имеет права.

Тоска и безысходность накрыла с головой. Сорель действовал подобно чуме, растекаясь по империи ядовитым туманом и отравляя всё, к чему прикасался. Но в то же время, я не могла отрицать очевидное, инкуб – гений интриги! Так всё спланировать, столько лет методично отвоёвывать власть, превращая действующего императора в послушную куклу и проворачивая свои дела за его спиной…

– Перед тем, как назначить вам встречу в «Чайке», я была в главной Библиотеке целительского ковена, искала информацию о проклятии, – заметив, как вытянулось моё лицо, эльфийка тут же добавила, – я замела следы! Обставила всё так, будто готовлю доклад для Совета, чтобы на следующем заседании поддержать ужесточение закона о торговле истинностью.

– Вы хотели мне срочно что-то показать, – вздохнула, вспомнив запоздалые сообщения Мишель, – но Сорель получил доступ к моему планшету и прочёл их раньше, поэтому я не успела отговорить вас от встречи.

Целительница побледнела и стрельнула взглядом в дракона.

– Да, я забрал ваш коммуникатор именно по этой причине, – подтвердил Рамон. – Вы были не в том состоянии, чтобы выслушать меня и могли сболтнуть лишнего в разговоре с отцом. А ваше устройство также может прослушиваться.

– Вы правы, – Мишель не стала спорить, понуро опустив голову, – я действовала на эмоциях. Леди Амира просила дождаться её решения и сигнала…

– Об этом разговоре мне известно, – мягко поторопил её дракон. – Что такого вы нашли в библиотеке? И почему рискуя всем помчали в «Чайку»?

– Когда искала информацию о нашей общей проблеме, наткнулась на интересное сравнение, – Мишель выудила из магического хранилища фиксирующий кристалл. Стоили такие игрушки немало, зато позволяли снимать копии с любого текста. – Автор трактата о проклятии «Серебряного тумана» сравнивал потерю воли и рассудка, появляющуюся на его последних стадиях, с действием «Слёзы арахнида» – редкого ментального яда.

– Насколько помню, эта отрава не оставляет следов на ауре жертвы и никак не проявляется, – задумчиво протянул Рамон.

– Верно, но есть нюанс, – продолжила эльфийка, – у «Слёз арахнида» действительно нет ярких симптомов, по которым можно вычислить воздействие. Зато есть ряд неспецифических симптомов. Их легко списать на обычную раздражительность, но в случае с императором, это полностью объясняет странности в его поведении.

– Очень интересно, версию мы обязательно проверим, – Дари настороженно сощурился, – но почему вы собрались поведать об этом именно Амире?

– Я решила, что леди Раэли могла бы помочь мне и Этелии провести своё расследование и вывести Сореля на чистую воду…

– Стоп! – в один голос рыкнули Дари с Рамоном.

– Леди Валентэ, при всём уважении, желание самостоятельно решить проблему привело вас в подвал бандитов из Серой гильдии, – добавил генерал, – поэтому с этого момента –вы обе, любой шаг и даже чих согласовываете со мной, – дождавшись, пока мы кивнём, он вновь перевёл взгляд на Мишель, – копия текста при вас?

– Конечно! – шустро включив артефакт, она нашла нужный снимок и протянула устройство дракону.

Рамон с минуту изучал его, затем выудил свой коммуникатор и связался с Сэваном, попросив раздобыть всю возможную информацию по поводу этого яда и других управляющих плетений, не оставляющих следов на ауре жертвы.

– Мишель, всё же удовлетворите моё любопытство, – неожиданно подал голос Дари, – как вы собирались проводить расследование?

– Я хотела, чтобы леди Раэли сыграла роль новой фрейлины Этелии или проникла во дворец под видом одного из её гвардейцев. Племянник Лекса как раз служит в охране Солнцеликой и наверняка помог бы, одолжив своё “лицо”, – бодро отчиталась эльфийка. – А я бы могла временно перевестись к тёте в качестве помощницы личного лекаря. Мессир Дисоль ищёт младшего целителя.

– И когда в этой цепочке интриг должны были появиться мы с хозяином? – вкрадчиво поинтересовался Дари.

– Я… хотела признаться сразу, едва обнаружила признаки проклятия, но испугалась, что без доказательств вы и слушать нас не станете, – смущённо проронила Мишель. – Когда нашла информацию о яде решила, что это наш с Амирой шанс! Если бы удалось собрать компромат на Сореля…

– Скорее, вы обе попали бы к нему в плен, подставив при этом императрицу, Лекса и его племянника, – покачал головой Рамон.

– Но почему?! – возмутилась Мишель. Она явно считала план гениальным и готова была за него бороться.

– Я уже говорил и повторяю ещё раз – советник полностью контролирует личную гвардию императора и внутреннюю стражу дворца, – пояснил генерал, – логично предположить, что большинство слуг также шпионит на него и докладывает о каждом шаге императрицы и её окружения. Без внешнего магического прикрытия вас бы моментально рассекретили.

– А вы можете помочь…

– Я могу многое, – перебил её Ринальди, бросив беглый взгляд на часы, – но к этому мы вернёмся позже. Сейчас вам лучше подняться к себе и сосредоточиться на подготовке к балу. Если потребуется что-либо заказать, позовите Миритту.

– У меня есть всё необходимое, благодарю, – заверила Мишель, – платье для леди Раэли также подготовить? У нас похожая комплекция…

– Нет, Амира отправится на бал в качестве моего адьютанта. Форму я ей уже выдал, – ответил Ринальди, – в противном случае, привлечем ненужное внимание.

Не став спорить, Мишель попрощалась и вышла из кабинета. Едва за ней закрылась дверь, Рамон неожиданно шагнул ко мне.

– Амира, скажи честно, тебе Сорель тоже оказывал… знаки внимания?

В голосе дракона проскользнули рычащие нотки, а на скулах проступила серебристая чешуя. Через миг Рамон взял себя в руки, но и этих секунд хватило, чтобы понять главное – он УЖЕ признал татуировку и нашу парность…

ГЛАВА 15: Что скрывает туман

Рамон Ринальди

Ярость бурлила раскаленной лавой, а желание свернуть Сорелю шею росло и крепло с каждой секундой. Лишь присутствие Амиры помогало держать злость при себе, тщательно подбирая выражения. Я не хотел обидеть мышонка и боялся, что она неверно меня поймёт.

– Вопрос неприятный, но мне нужно знать, как далеко он зашёл. Что предлагал и чем угрожал? – добавил, пытаясь максимально смягчить ситуацию. – Это важно, если хотим лишить его всех возможных рычагов давления на тебя и Мишель.

Затрагивать скользкую тему не хотелось. Я знал, что законы МШИ запрещают причинять альеззам-ученицам физический вред. Но, увы, никто до сих пор не додумался ограничить и давление на неокрепшую психику девушек.

Богатый опыт и особые таланты Сореля позволяли без пыток ломать даже матёрых воинов. Что говорить о юных многоликих, живущих в межмирье вдали от близких и носящих клеймо изгоя?

– Мои люди выяснили, что он посещал МШИ на протяжении десяти лет, ровно с момента твоего поступления, – продолжил, вглядываясь в бледное и напряжённое лицо Амиры.

В подобные совпадения не верил и пока склонялся к мысли, что инкуб нацелился на неё ещё в приюте. Пробуждение Дара многоликой заставило его пересмотреть планы, но не отказаться от них, и такая маниакальная настойчивость снова возвращала нас к мотивам.

Сорель давно мог выкупить менее строптивую альеззу, но вцепился в мышонка мёртвой хваткой. Ждал десять лет, сейчас рисковал всем, чтобы добраться до неё…

– Советник сразу выделил меня среди остальных, – Амира зябко поёжилась, и я едва сдержался, чтобы не сгрести её в объятия, защищая и закрывая от всего мира, – вначале верила, что это связано с моими выдающимися способностями. Амулет Тысячи теней после первого оборота присвоил мне восьмой уровень из пятнадцати возможных, хотя для первокурсниц даже пятый считается недосягаемым.

Сейчас у Амиры был тринадцатый уровень. Годы тренировок не прошли даром и её мастерство действительно впечатляло, но я никогда не поверю, что Сорель караулил альеззу десять лет только по этой причине.

– Вначале он рассыпался в обещаниях, – словно в трансе продолжила Амира. – Предлагал сразу подписать контракт о досрочном выкупе, чтобы на каникулах и выходных я могла уезжать к нему и дополнительно заниматься с наставниками по индивидуальной программе.

– О каких именно наставниках речь? – рыкнул Дари.

Ничем хорошим упомянутые поездки закончиться не могли и от одной мысли, что эта падаль могла прикоснуться к моей паре, закипала кровь. К счастью, Амира сразу распознала в советнике чудовище.

– Сорель хотел ввести меня в высший свет. Вначале говорил, что мне придётся иногда заменять леди на балах, поэтому я должна в совершенстве знать три обязательных языка, историю и правила этикета, разбираться в искусстве, уметь танцевать и вести непринуждённую светскую беседу.

Всё это и так преподавали в МШИ с упором на родной мир каждой альеззы. Вполне достаточно, чтобы мышки могли подменить аристократку на важном мероприятии, если та заболела или по какой-то причине не могла присутствовать лично. Но слишком мало, чтобы сразу возвести бастарда на престол, а я пока склонялся именно к этому варианту.

– Я сразу отказалась, ещё и в резкой форме, – продолжила Амира, – не знаю, что на меня нашло, но Сореля испугалась ещё до того, как увидела.

– Поясни – нахмурился.

– Первый раз он ждал в Туманной гостиной, но я из коридора почувствовала гнетущую ауру и поняла, что нужно бежать! Не знаю, как объяснить. Это было так странно… Он пришёл с подарками и вёл себя будто добрый «дядюшка». Не сомневаюсь, что большинство детей купились бы на его ласковые взгляды и речи, но я сразу почувствовала безотчётный страх и отвращение, хотя мы никогда раньше не встречались.

– Уверена? – осторожно уточнил Дари. – Возможно, он посещал приют…

– Не знаю, – Амира на миг задумалась и покачала головой. – Может и посещал, но из-за мощного Дара первый оборот прошёл неудачно, и я потеряла большую часть воспоминаний. Жизнь в приюте словно нарочно стёрли, помню только плюшевого кота, с которым спала в обнимку, и мамин амулет.

Мы с Дари понимающе переглянулись. Неосознанная тяга к обычным, на первый взгляд, вещам, часто свидетельствовала о том, что в них скрыта магия. А вот потеря памяти настораживала…

Попросив Амиру продолжать рассказ, достал коммуникатор и нашёл Сэвана.

– Подними свои связи, мне нужна вся информация по меценатам Императорского приюта для магически одарённых сирот за последние семнадцать лет. Отдельно пробейте Сореля, подойдёт любая информация о его связи с приютом, – написал, – и ещё, найди личное дело Амиры Раэли. Хочу знать, кто навещал её до поступления в МШИ и есть ли сведения о желании удочерить.

Информация была закрытой, но в архиве приюта работала двоюродная сестра Догры. Виола не раз помогала нам добыть информацию, и в её талантах не сомневался. Если в деле Амиры есть за что зацепиться, она это нароет.

Сэван ответил сразу, и пока переписывался с ним, Амира рассказала о том, как менялось поведение инкуба. После решительного отказа он ещё пару раз попытался подкупить её, но быстро перешёл от обещаний к угрозам. Иногда снова смягчал тон и эти ментальные качели продолжались на протяжении всего обучения.

Амиру давление со стороны советника лишь закалило и научило осторожности. Её стойкость и сила духа поражали, я поймал себя на мысли, что попади мышонок ко мне в штаб, я бы заметил её и без метки пары. Мы во многом были похожи…

– Она невероятная, – довольно рыкнул Дари, подслушав мои мысли. – Настоящее сокровище.

– А недавно Сорель кардинально сменил тактику и предложил мне роль официальной фаворитки, – зло добавила Амира, воинственно сжав кулаки.

Если бы мысли могли убивать, Сорель умер на месте. Дважды. Мы с Дари не сговариваясь вынесли ему приговор и, похоже, он легко читался по нашим лицам.

– Я отказалась! Сразу! – спешно заверила Амира.

– Он ничего не успел тебе сделать?

– Только угрожал, – ответ немного успокоил, хотя желание расправиться с советником никуда не исчезло, – я долго думала, зачем ему альезза, но какие бы варианты не перебирала, везде были нестыковки, – продолжила Амира, – только после разговора с Мишель нашла вполне логичную версию. Решила, что он хочет заполучить в личное пользование копию императрицы, раз не вышло добраться до оригинала.

Последняя фраза получилась… двусмысленной. Если версия с бастардом верна, у Амиры были все шансы взойти на престол лично, но говорить об этом вслух не стал. Для начала хотел всё проверить.

– Теперь я уверена, что Сорелю и на настоящую Этелию плевать! – воскликнула. – Наверняка целью был брат Солнцеликой! Советник надеялся, что она пожалуется Лексу, а тот вызовет обидчика на дуэль и разгорится грандиозный скандал. Тогда император мог бы не просто выслать его на границу, но и разжаловать с поста командира.

Сообразительность Амиры в который раз приятно удивила. Она умело сопоставляла факты и была создана для оперативной работы.

Привлекать её к опасным заданиям не собирался, но отчётливо понимал, что сидеть после свадьбы дома она явно не будет. Характер не тот, да и грех губить такой талант. Так что должность адьютанта – идеальный вариант. Деятельный мышонок будет и при работе, и под нашим с Дари присмотром. Но для начала нужно избавиться от одной опасной и вездесущей гадюки…

– Версия с Лексом хороша, хотя императрицу я бы тоже не сбрасывал со счетов. Заполучив её, Сорель сможет влиять на партию солнечных эльфов в Совете, – ответил как можно спокойнее. Амира в ответ лишь понуро вздохнула. Её пугало, насколько глубоко советник успел пустить корни, я же считал, что ситуация хоть и сложная, но далеко не безнадёжная.

Только… близость пары раскалила эмоции до предела. Хотелось, если не поцеловать Амиру, то хотя бы обнять, но я понимал, сейчас не время. Слишком рано, и… не стоит забывать о советнике. После визитов и пакостей инкуба она невольно меряла всех мужчин по поступкам этой твари.

– Хорошо, что в первый раз ты отпустил её, – Дари мысленно вздохнул.

Тогда Амира была не готова к разговору и откровенно боялась меня. Затяни её против воли в карету, меня бы сразу записали в одну компанию с Сорелем несмотря на то, что ничего дурного я не замышлял и хотел лишь разобраться в ситуации.

Теперь, после ночевки под одной крышей, татуировка пары позволяла чувствовать её эмоции как свои, и наметившееся потепление определённо радовало. Амира уже не боялась и училась доверять мне. Оставалось помолиться Белому дракону, чтобы послал нам с Дари стальных нервов…

Лежащий на столе коммуникатор запищал. Командир оперативной группы сообщал, что к вылазке всё готово, и в штаб только что прибыли мастер по гриму и штатный иллюзионист.

Последний нужен был для подделки ауры настоящих Горсисов. Защиту хранилища подобные фокусы не обманут, но этого вполне хватит, чтобы провести охранников на входе и шпионов из Серой гильдии.

– Нам пора, – я поднял взгляд на мышонка. – Мне нужно ещё о чём-нибудь знать?

– Нет… – в серых глазах плеснулась задумчивость. – Кажется, всё рассказала.

– Хорошо, – открыл портал, пропуская Амиру вперёд, – тогда перемещаемся в штаб. Нас уже ждут.

ГЛАВА 16: Засада – дело тонкое

Через два часа, неподалёку от центрального отделения банка «Догран и сыновья» (Амира)

Накладной нос чесался и безумно хотелось чихнуть, но я боялась, что после этого отвалится не только горбинка, но и все морщины, которые мне больше часа старательно приклеивала мадам Тимерико – штатный гримёр гвардии.

Настоящая миссис Горсис была леди элегантного возраста, поэтому ограничиться париком и плотным слоем косметики не получилось, а использовать Дар слишком рискованно.

Дежурящие у банка шпионы Сореля вооружились мощнейшими амулетами для охоты на альезз. Если сменю хоть цвет глаз – меня моментально вычислят. Впрочем, в подготовленности наёмников были и свои плюсы.

Рамон уже выяснил, какими устройствами пользовались Серые, и сообщил, что туманные сигналки третьего уровня имеют одну специфическую уязвимость и обнаруживают не саму альеззу, а лишь всполох её магии. Проще говоря, если неподалёку кто-то активирует кристалл с моей Силой, сигналка моментально среагирует, и Серые помчат по её наводке как свора борзых.

Вначале не верилось, что всё так просто, но пока меня гримировали, Рамон раздобыл такой же амулет и провёл несколько тестов. Артефакт и впрямь чувствовал малейший магический всплеск, но и обмануть его оказалось несложно. Это приободрило, и едва мадам Тимерико закончила колдовать, я сосредоточилась на артефактах-обманках.

Дари заранее притащил два десятка колечек-накопителей, мне оставалось лишь наполнить их магией. Работали быстро и слаженно, в итоге за четверть часа обеспечили амулетами всех участников банковского кордебалета.

Рамон подключил к отвлекающему манёвру десятерых магов, так что бегать за моими клонами Серым придётся до следующего заката или пока не разрядятся сигналки.

– Агенты на позиции, готовность пять минут! – из магнаушника раздался голос Мигеля, одного из помощников генерала. Он следил за происходящим при помощи големов-голубей, оснащённых новейшими записывающими камерами, и из штаба координировал действия всех участников спецоперации.

– Что с наблюдателями от Серых? – отозвался Рамон.

– Без изменений. Цветочница, чистильщик обуви и карлик-газетчик торчат здесь с первыми лучами солнца, и от них мы засекли всполохи сигналок, – отчитался Мигель. – Из новых подозрительно выглядит только мужчина в бордовом клетчатом костюме. От него не фонит поисковой магией, но он уже четверть часа стоит напротив входа и кого-то ждёт.

– Пришли изображение, – Рамон достал коммуникатор. Бегло изучив снимок, повернул экран ко мне. – Видела его раньше?

– Нет.

Низенький, плотный мужчина с модными пышными усами и аккуратно завитыми кудрями был мне незнаком и меньше всего походил на наёмника. Но именно это и насторожило.

К облаве Серые подготовились на высшем уровне и возле банка не было ни одного известного лица. Только безликие профессионалы, идеально вписывающиеся в толпу. Улыбчивая цветочница с очаровательными ямочками на щёчках и озорным блеском в глазах, хромой чистильщик обуви… Приди я в банк сама, никогда бы не заподозрила в них бандитов, да и вообще, вряд ли бы выделила из толпы горожан.

Разве что карлик немного выбивался из общего ряда, но я подозревала, что это сделано намерено. Газетчик играл роль «рассекреченного» шпиона, отвлекая внимание от остальных членов банды.

– Продолжайте наблюдение. Начинаем через минуту, – отключившись, дракон на ощупь поправил бороду и очки, и я в который раз восхитилась мастерством мадам Тимерико. Если бы сама не видела, как она гримирует Рамона, никогда бы не заподозрила подвоха!

Жесткие складки на лбу и морщины вокруг рта. Нос крючком и густые, нависающие брови, придающие мистеру Горсис сходство с нахохленным филином… Сколько ни всматривалась, не могла найти ни единой знакомой черты. Только шальные искорки, на миг вспыхнувшие в глазах дракона и потеплевшая татуировка пары напомнили, кто передо мной.

Достав зеркальце, бегло осмотрела и свой грим. Накладные морщины тянули кожу, нос до сих пор зудел, а улыбаться мне вовсе запретили, чтобы ничего не отвалилось от напряжения мышц. Но несмотря на неудобства, смотрелось лицо достаточно естественно.

– Подъезжаем к банку! – из-за перегородки раздался голос кучера. Начиналось самое интересное…

– Всем агентам, приготовиться! – скомандовал Рамон, раскрывая аккуратный мужской чемоданчик.

Внутри прятался современный магпланшет с двумя экранами. Это позволяло наблюдать не только за входом в филиал, но и за прилегающей территорией.

Кроме банка в Золотом квартале находилась гномья фондовая биржа, типография и несколько крупных редакций. Здесь с утра царило оживление, и от вида суетящихся горожан рябило в глазах. Впрочем, один господин всё же перетягивал внимание на себя.

Мужчина в клетчатом костюме по-прежнему курсировал у входа, нервно посматривая на карманные часы.

– Не уверена, но похоже, это какой-то артефакт, – прошептала, указав на подозреваемого, – он достает их и открывает, когда кто-то входит в банк.

– Мигель, усиль наблюдение за «клетчатым», – приказал Рамон, – и проверь его часы.

– Уже, – отчитался дракон, – магический фон в пределах нормы.

Странно… неужели, он и впрямь кого-то ждёт?

– Эвис, планы поменялись, – генерал активировал магнаушник и связался с одной из моих «копий», – пока не используй кольцо с магией многоликой. Просто набрось капюшон и немедленно иди в банк. Снимешь в кассе пять золотых, дальнейшие указания будут позже.

– Слушаюсь!

Через минуту из отеля неподалёку выскочила тоненькая девушка в простом дорожном плаще. Она быстрым шагом направилась в сторону банка и едва перешла дорогу, в наушнике раздался голос Мигеля:

– Цветочница активировала сканер, – доложил маг. – Но от подозреваемого в костюме по-прежнему не фонит.

Я уже готова была поверить, что мы ошиблись, но едва Эвис подошла ко входу, ей наперерез метнулся газетчик, размахивая свежим выпуском «Вестника», а «клетчатый» вновь достал часы и открыл крышку!

– Это не может быть совпадением! – воскликнула. – Там точно какой-то артефакт!

– Три медяка?! – из наушника раздался возмущённый голос Эвис. – Помилуйте! За углом газету продают за один! Грабёж!

Карлик не сдавался, перекрывая подступы к банку. Но едва собрался вмешаться охранник, на помощь девушке подоспел «клетчатый». Он быстро отогнал газетчика, а заодно, словно невзначай, задел Эвис раскачивающимися на цепочке часиками.

Убедившись, что перед ним обычный маг, а не альезза в бегах, мужчина быстро потерял к ней интерес и вернулся на прежнюю позицию.