Текст книги "Второй шанс для старой девы (СИ)"

Автор книги: Анна Рейнс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 3. Спасение?

Я подрываюсь с кровати и несусь к шкафу, где я вчера видела большую дорожную сумку из мягкой коричневой кожи. Кидаю в нее пару платьев, комплекты белья. Ежесекундно прислушиваюсь к шагам Клары, но та примерно на середине лестницы.

Сердце колотится так быстро, что ощущается где-то в горле. Несколько бесконечно длинных секунд уходит на то, чтобы достать дневник. Доска поддается с трудом, и в попытках открыть тайник я ломаю пару ногтей.

Раньше бы это стало самой настоящей трагедией. Однако теперь кажется сущей мелочью на фоне всех моих текущих проблем.

Я кидаю дневник в сумку. Колеблюсь еще мгновение, решая, стоит ли взять с собой лекарства. Закидываю их следом – если Маргарет действительно травили, то это главная улика. Передвигаю стул.

Шаги Клары совсем рядом. Одним пинком ноги я запихиваю сумку под кровать. Чувствую запах пыли, от которого нестерпимо хочется чихнуть.

Только не сейчас!

Рухаю в кровать как раз в тот момент, как дверь открывается.

– Мисс Бенсли? – Настороженно спрашивает Клара. Мое лицо сморщено в попытке сдержать чих, рука прижата к нижней части лица.

– Тошнит! – Выдавливаю я настолько несчастным голосом, что сиделка моментально кидается в ванну в поисках подходящего судна.

И вот он… мой звездный час!

Я откидываю одеяло и спрыгиваю на пол. Резко захлопываю дверь в ванную комнату и подставляю стул так, чтобы ручку невозможно было повернуть.

– Маргарет? – Голос женщины угрожающий. Ручка нервно дергается, а следом содрогается вся дверь, словно в нее ударяет таран. Или стокилограммовая сиделка с физическими параметрами мужчины. – МАРГАРЕТ!

Я наклоняюсь, чтобы схватить сумку, и выбегаю как есть: босоногая, в ночнушке, с растрепанными волосами и чахоточным макияжем. Клара ревет за моей спиной подобно раненому зверю. Ее наверняка слышно на всех этажах, а, значит, если я просчиталась, то с большой вероятностью меня сейчас скрутят. Тот же самый Джеролд – вряд ли я смогу что-то противопоставить взрослому мужчине.

Мысль придает ускорения, и я несусь по лестнице, перескакивая через ступеньки. Слышу звук открываемой двери, и он буквально окрыляет.

– Ваша Светлость. – Учтиво приветствует мать высокородного гостя. Голос ее дрожит – она явно подозревает, что-то идет не по плану. – Доктор Бран..?

– МАРГАРЕТ! ДРЯННАЯ ДЕВЧОНКА! – Оглушающий бас со второго этажа вторит ей.

На лице Эммета появляется настороженное выражение, которое вскоре сменяется ошарашенным, потому что он замечает меня.

– Я готова! – Громко заявляю я, тем самым обозначая свое присутствие. Окидываю взглядом Катрину, Джерольда и еще какого-то незнакомого пожилого мужчину в темном костюме. Он стоит, низко поклонившись, из чего я делаю вывод, что это слуга.

На лицах семейства просто непередаваемое выражение.

– Это возмутительно! – Чеканит мать по слогам. – Маргарет, ты опять забыла принять лекарства? Прошу прощения, господа, – это уже гостям. – Это как раз то, о чем я вам вчера говорила. Боюсь, что моя дочь…

– Достаточно! – Эммет прерывает поток высказываний одним движением руки. – Если мисс готова, то я предпочел бы отправиться в путь прямо сейчас.

– Она не может. – С нажимом говорит леди Бенсли, доставая из ридикюля сложенную пополам бумагу. Даже отсюда я видела, как подрагивали ее пальцы. – Наш семейный врач предписал ей строгий постельный режим на ближайшую неделю! Да посмотрите на нее! Она же еле на ногах стоит.

Стою я очень твердо, но на всякий случай готовлюсь это демонстрировать. Лоуэлл даже не смотрит на протянутую бумажку. Его лицо каменеет на глазах.

– Предпочитаю получать мнение более… кхм… доверенных специалистов. Доктор Бран, не могли бы вы осмотреть жертву вчерашнего покушения?

Я буквально слышу зубовный скрежет матери. Мое тело охватывает такая незамутненная радость, что я заранее прощаю ему эту “жертву покушения”. В конце концов, у меня имя есть.

– Позвольте вашу руку, мисс. – Голос доктора мягкий, успокаивающий. Я без малейших сомнений даю ему свою ладонь. Вновь ощущаю легкое покалывание – на этот раз по всему телу. И только сейчас задаюсь вопросом, что это такое.

Магия? Неужели в этом мире есть магия?

– Дорогая, это просто возмутительно! Ты не можешь просто так уехать в компании этого мужчины. Мы же любим друг друга! – Подает голос Джеролд. В его взгляде боль и молчаливый упрек.

Может, у них с Маргарет и правда были взаимные чувства? – Невольно думаю я. Впрочем, какая разница. Маргарет умерла, а теперь на ее месте я. И меня с этим мужчиной ничего не связывает.

– Уверена, что если бы по-настоящему вас любила, то сохранила бы эти чувства даже после потери памяти. – Ровно говорю я. – Но сердце мое молчит.

Слова повисают в воздухе – наверняка жестокие для того, кто любил предыдущую хозяйку тела. Если любил.

Но мне его не жаль. Никого из них не жаль. Я намерена раскопать все, что они сделали с Маргарет, и добиться справедливости. Иначе они и дальше будут отравлять мое существование и навязывать свою волю. Уж заботой о дочери в этом змеином… ой, простите, семейном гнезде и не пахнет.

Возможно, именно по их вине она и погибла?

– Мисс Бенсли абсолютно здорова. Небольшой дисбаланс питательных веществ, но все это быстро поправимо. Скорее всего, дело в неполноценном питании. – В повисшей тишине голос доктора Брана звучит до неприличия оптимистично.

– Препятствие следствию – очень серьезное нарушение. – Медленно, будто смакуя, произносит Эммет, поворачиваясь к матери Маргарет. Та тяжело сглатывает и принимается что-то бормотать в свое оправдание.

Маргарет больна. Я просто за нее переживаю. Любимая дочь.

Старая песня.

– Могу я хотя бы с ней попрощаться? – Завершается ее монолог.

– Разумеется. – Эммет кивает и многозначительно поглядывает на часы. Поторапливает.

Мать Маргарет подходит ко мне и крепко обнимает.

– Ты пожалеешь, маленькая дрянь. – Говорит она мне на ухо почти неслышно. Что-то подобное я и ожидала. Маска наконец-то спала, обнажая гнилое нутро этой женщины. – Скоро ты сама ко мне приползешь. Безумие сожрет тебя, вот увидишь. И не останется ни одного человека, что примет твою сторону.

Она отстраняется и утирает скупые слезы. Вот же змея двуличная!

– И вам того же, маменька. – Равнодушно говорю я. Знаю, что именно равнодушие ее и задевает – она хочет моих эмоций, моего страха, беспомощности.

– Если мы со всем разобрались, то мисс Бенсли, доктор Бран, прошу подождать меня в экипаже. – Я делаю шаг по направлению к двери, но Эммет вновь меня окликает. Снимает свой камзол и накидывает мне на плечи.

Меня окутывает приятный мужской запах – терпкий, немного хвойный.

– Спасибо. – Говорю я, внезапно осознавая, что по меркам этого мира наверняка выгляжу крайне неприлично.

У выхода меня ждет новое испытание – я пытаюсь отыскать свою обувь. Старый слуга, что до этого молчаливо стоял в стороне, приходит мне на помощь. Достает легкие кожаные ботиночки. По виду совсем новые. Я стараюсь не думать о том, что у Маргарет, скорее всего, попросту не было возможности их использовать.

– Скажите. – Еле слышно говорит мне старческим, дрожащим голосом. Что-то в нем заставляет меня напрячься. Я поднимаю глаза на испещренное сеткой морщин лицо, на котором выделяются яркие, живые глаза. – Мисс Маргарет… ее больше нет?

– О чем вы? – Резко отвечаю я, но даже сама улавливаю фальшивые нотки. Старик кивает, вмиг становясь каким-то поникшим. Словно вся тяжесть прожитых лет вмиг обрушилась на него.

Вопрос оставляет странное послевкусие. Я надеваю ботинки и пулей вылетаю из дома. Наконец-то могу вдохнуть чистый воздух – свежий, чистый, вкусный. Я желаю его сама и буквально каждой клеточкой ощущаю, как нуждалось в нем это тело.

Доктор Бран выходит следом и молча ведет меня к карете. Я впервые вижу подобное средство передвижения вживую, а потому с любопытством рассматриваю. Впрочем, недолго. Я вдруг понимаю, что сейчас идеальная возможность узнать, чем все это время пичкали Маргарет.

Едва мы оказываемся в экипаже, я достаю лекарство и протягиваю его мужчине.

Глава 3.2

– Прошу прощения за беспокойство. – Торопливо говорю я, сжимая флакон побелевшими пальцами. – Не могли бы вы мне сказать, что это за лекарство?

Специально не говорю, для чего оно, но, кажется, он и так догадывается. Мужчина окидывает меня долгим взглядом, но принимать не торопится. Я начинаю нервничать. Секунды стремительно тают, отмеряя время до того момента, как Эммет присоединится к нам.

– Не думаю, что это в моей компетенции. Один и тот же состав в разных пропорциях используется для лечения совершенно разных недугов. Мне бы не хотелось ставить под сомнение действия кого-либо из коллег, не имея полной картины. – Наконец, произносит доктор Бран.

Он даже отказывается так, что злиться у меня не получается.

– Прошу вас, это очень важно. Я принимала его по три капли на стакан воды один раз в день. – Умоляюще шепчу я, кидая быстрый взгляд на темный и мрачный особняк. Интересно, почему Лоуэлла нет так долго?

Говорить о Маргарет, как о самой себе, довольно странно. Но, кажется, пора начать привыкать.

– Хорошо, я попробую. – Со вздохом сдается он. Мне кажется, ему и самому становится интересно.

Бережно принимает склянку и сжимает ее в ладони. Закрывает глаза. Молчит долго – целую минуту, что кажется мне бесконечной. Я невольно перестаю дышать в ожидании, когда хоть один кусочек пазла встанет на место.

– Это лекарство мне хорошо знакомо. – Он открывает глаза и задумчиво вертит флакон в руке. – Идрис гибридный, златоцвет, кора дарейского дерева. Довольно мощный блокиратор различных состояний, в числе которых и ментальные расстройства.

Внутри меня словно что-то ухает вниз. Я торопливо лезу в сумку, достаю второй флакон.

– А этот? Дозировка такая же. – Кусаю губы в ожидании вердикта.

– Снотворное. – На этот раз на определение состава уходит куда меньше времени. Он протягивает мне оба пузырька, которые я механически возвращаю на место. Медленно варюсь в котле смятения, не знаю, что делать дальше. Получается, с Маргарет и правда что-то не так? И… со мной?

– И никаких странных побочных эффектов или несовместимости? – Упавшим голосом докапываюсь я.

– Пожалуй, есть одно. – Он задумчиво теребит усы. – Повышенная тревожность. Не наблюдали ничего такого?

Я нервно улыбаюсь. Да это тело вздрагивает от каждого шороха, словно трусливый кролик!

– Большое спасибо. – Делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться, но руки все равно мелко трясутся. Триумф от недавнего побега испаряется, уступая место досаде. Загадка, что казалась мне элементарным уравнением, вдруг обрастает новыми переменными.

Сдаваться я по-прежнему не намерена. Наоборот, даже чувствую некий азарт. Хочется как можно скорее приступить к изучению дневника Маргарет, но доставать его при посторонних желания нет. Даже если это доктор Бран – единственный, к кому я испытываю хоть немного доверия.

– Какие еще состояния может купировать первое лекарство? – Вспоминаю вопрос, который крутился на языке, но так и не был озвучен.

– Все те, что связаны с энергетическими каналами. – Ответ мало что проясняет.

– Какими каналами?

– Вы забыли даже это? Хм… Как бы объяснить попроще… – Он переводит взгляд на окно, словно пытаясь прочитать там подсказку. – Это не то, что доступно человеческому глазу. Их невозможно увидеть – лишь ощутить. Точно так же, как по венам течет кровь, каналы заполнены духом. И этот дух – жизненная энергия, благодаря которой мы все существуем. Ясность разума, интеллект, магические способности – все это зависит от силы и направленности духа. Тело, как бы так выразиться… всего лишь проводник. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду?

– Понимаю. – С заминкой отвечаю я. – Получается, если разум… нездоров, то лечить нужно в первую очередь дух?

– Деталей много, но смысл вы уловили. – Доктор Бран довольно кивает.

– Несколько минут назад вы сказали, что я совершенно здорова…

– Физически. – Добавляет он важную деталь. – Боюсь, что моих сил недостаточно для проверки духа. Однако… все необходимое оборудование есть в моем городском кабинете – буду рад осмотреть вас там, если мисс желает получить второе мнение.

– Очень желает! – Воодушевленно восклицаю я, чуть ли не подпрыгивая на своем месте. Доктор Бран ухмыляется и достает из внутреннего кармана пиджака записную книжку. Вырывает листок и размашисто что-то записывает.

– Вот и адрес. Моя ассистентка, миссис Кредли, будет счастлива отыскать для вас свободное окошко по первой же просьбе.

Я принимаю из его рук бумагу, мысленно молясь, чтобы особенность врачей моего мира обошла его стороной. Фух! Почерк ровный и каллиграфический – нисколько не похож на неразборчивые каракули, к которым я привыкла.

– Спасибо. Я обращусь к ней, сразу же как… как появится возможность. – Говорю я, внезапно осознавая, что даже не знаю, как далеко буду жить. Или, есть ли у меня деньги, чтобы оплатить это, несомненно, дорогостоящее обследование.

– Буду ждать. А вот и герцог Лоуэлл!

Мой взгляд, как по команде, устремляется в окно – на быстро приближающуюся фигуру Эммета. Сердце пропускает удар, а затем начинает биться с удвоенной силой. Настало время узнать, не просчиталась ли я, выбрав его.

Глава 4. Тайны

Мы едем уже минут двадцать. В гнетущей тишине.

Поза Эммета, что сидит напротив меня – воплощение уверенности и спокойствия. Я же чувствуя себя звенящей от напряжения струной. Мужчина смотрит в окно, однако стоит мне отвернуться, как я чувствую на себе взгляд.

Нервозность Маргарет дает о себе знать, не иначе.

Попытка выяснить конечную точку маршрута проваливается – Эммет отрывается от созерцания пейзажей, а затем произносит:

– В целях вашей безопасности я не могу говорить об этом в присутствии третьих лиц.

Мы с доктором Браном неловко переглядываемся.

– Не волнуйтесь, дорогая. Его Светлость любезно согласился подбросить меня до Кэлдона. – Произносит он. – Так что я с вами ненадолго.

Предложение “не волноваться” вызывает ровно противоположный эффект. Этот седовласый мужчина кажется мне единственным островком безопасности во всем мире. Расставаться с ним не хочется, но вскоре это все равно происходит.

Карета высаживает его в небольшом городке, что встречается по пути первым. Мощеные улочки, невысокие узкие здания, а между ними так мало пространства, что пройти там можно разве что боком.

В целом, городские пейзажи напоминают мне старую Европу. Я с любопытством смотрю по сторонам, делая в голове пометки. Кто и что носит, как себя ведет, как говорит. Все это – часть большого пазла с картиной мира, который мне только предстоит собрать.

Прощание с доктором Браном получается немного скомканным.

– Продолжайте принимать лекарства. – Настойчиво говорит он, глядя прямо в мои глаза. – По крайней мере, до тех пор, пока не пройдете повторную проверку в моем кабинете. Это очень важно, Маргарет, запомнили?

Я киваю в смятении, а затем провожаю взглядом его фигуру, что направляется к невысокому зданию. “Лекарский кабинет д. Брана”, – гласит табличка.

Экипаж трогается. Места в карете стало больше, но вопреки этому чувствую себя более скованно. Мне кажется, что Эммет теперь занимает собой все свободное пространство – высокий, уверенный, властный.

Изучающий взгляд его темных глаз направлен прямо на меня. Окидывает мое лицо, покрытое белой пудрой, скользит по виднеющейся из-под его пиджака ночнушке и ботинках, одетых прямо на голую ногу. Останавливается на моих пальцах, что нервно сжимают кожаную сумку с вещами.

Меня почему-то захлестывает волна жара. Высокий ворот ночной рубашки не дает дышать. Я нахожу пуговицу на горле и расслабляю ее, сразу чувствуя себя лучше.

– Могу я сейчас узнать, куда мы едем? – Спрашиваю я ровным тоном, стараясь не выдать обуревающие меня эмоции.

– Наш департамент подготавливает для вас отдельный дом. – Произносит он. – К сожалению, это требует некоторое время. А потому в ближайшие дни вы разместитесь в моем поместье.

“Это то самое, где нашли труп вашей невесты?” – едва не спрашиваю я, но вовремя прикусываю язык. Сплетни вокруг Лоуэлла – совсем не мое дело. Нужно всего лишь переждать несколько дней, после чего получу в собственное распоряжение дом, где меня никто не достанет из семейства Бенсли. Разве не замечательно?

– Это далеко?

– Часов пять. – Я киваю, ощущая, как желудок скорбно сжимается от этой информации. Позавтракать мне так и не удалось.

Эммет удивительно чутко улавливает мои желания, потому что в следующем городке мы целенаправленно останавливаемся у небольшого здания с кованной вывеской. Запахи свежей выпечки сводят с ума. А когда их источник – сверток с еще теплой сдобой, попадает в мои руки, рот наполняется слюной.

– Спасибо. – Благодарю я, чинно разворачивая бумагу дрожащими от нетерпения руками. Будь я тут одна, то ее клочки полетели бы во все стороны.

Нежная булочка тает в моем рту – теплая, свежая, мягкая, ароматная. Умеренно сладкая, с вкраплениями неизвестной мне сушеной ягоды. Я невольно зажмуриваюсь от удовольствия, размышляя, что ничего вкуснее, пожалуй, в жизни не ела.

Эммет наблюдает за мной с нездоровым интересом, от которого мне слегка не по себе.

– Почему вы вышли в одной ночнушке? Вас удерживали в доме? – Произносит он деловым тоном. Будто допрос ведет. Что ж, было бы странно, если бы он это не спросил.

– Моя мать считала, что в Рейвенхолле мне будет лучше. – Говорю я, тщательно прожевав очередной кусочек.

– Вы не были с ней согласны?

– Меня там едва не убили, Ваша Светлость. – Обращение срывается с губ легко, словно я всю жизнь так говорила. – Любой здравомыслящий человек предпочтет отправиться в безопасное место.

– Однако вчера вы настаивали на обратном. – С легкой насмешкой произносит он.

– Вчера я не была здравомыслящим человеком.

– Согласно вашей характеристике, вы в принципе им не являетесь. – Эммет продолжает изучать мое лицо, словно пытаясь отыскать на нем признаки безумия. Настроение портится, как и аппетит. Я с некоторым сожалением откладываю сверток в сторону.

– Сложно об этом забыть. С тех пор как я очнулась, все только об этом и твердят. – Произношу я с легким раздражением.

– Хотите сказать, что не замечали ничего странного и необычного?

Да все последние сутки можно охарактеризовать этими двумя словами! Однако шестым чувством я понимаю, что его интересует эпизод со странными видениями, что произошел вчера днем.

Учитывая, что я сама не понимаю, что происходит, лучше пока воздержаться от откровенности.

– Нет. – Как можно беззаботнее пожимаю плечами. Глаза Эммета сужаются, а сам он слегка подается вперед.

– Вы врете, Маргарет. – Говорит он так уверенно, словно перед глазами у него показатели детектора лжи.

Глава 4.2

Так, спокойно, Рита. – Говорю себе, стараясь ничем не выдать волнение. – Это может быть просто провокация.

Вот только сердце уже ускорилось настолько сильно, что едва не выпрыгивает из груди. В голову закрадываются подозрения, что с этим Эмметом что-то не так. Если в этом мире есть лекари, что способны проводить диагностику прикосновением руки, то почему не может быть следователей, что чувствуют ложь?

Если это действительно так, то этот мужчина намного опаснее, чем я предполагала. Нельзя, чтобы мой секрет узнали. По крайней мере, до того момента, как я выясню, чем это грозит.

Вдруг подобных “переселенцев” сжигают на костре? Или ставят магические опыты?

Меня начинает мутить. Булочка, которую я с таким наслаждением поглощала пару минут назад, просится обратно.

– Почему вы так считаете? – Несмотря на это, вопрос задаю спокойным, ровным тоном. Аж гордость за себя берет.

– Боюсь, вопросы здесь задаю именно я. – На его лице холодное, отстраненное выражение. А от ледяного тона – мурашки по коже. – Любая ложь является препятствием следствию. А любое препятствие следствию карается законом. Вы же не хотите в тюрьму, Маргарет?

Взгляд его настолько острый, что препарирует меня без ножа. Я тяжело сглатываю, а затем спокойно соглашаюсь:

– Не хочу.

Не могу не признать, что момент для допроса он выдал удачный. Мы в движущейся карете, с которой не сойти. В ограниченном пространстве его фигура подавляет, лишая самообладания.

– Рад, что наши желания совпадают. – Он одаривает меня скупой улыбкой. – Тогда попробуем еще раз. Замечали ли вы странные симптомы за последние сутки?

– Короткий эпизод галлюцинаций. После этого я потеряла сознание.

– Что вы делали до этого? – Следует логичный вопрос, отвечать на который я не спешу. Заикнусь про дневник – с большой вероятностью лишусь его.

– Я выпила лекарство. – Я роюсь в сумке и вынимаю бутыльки. Протягиваю их Эммету. – Но после меня… стошнило. Я осматривала комнату, когда начался этот приступ.

К счастью, внимание следователя полностью сосредотачивается на лекарстве. Он внимательно осматривает флаконы, после чего откупоривает и принюхивается.

– Отправлю небольшое количество в лабораторию. – Он не спрашивает – ставит в известность.

– Пожалуйста. – Великодушно разрешаю я. – Доктор Бран уже проверил их, и…

Эммет вскидывает голову, впиваясь в меня острым взглядом.

– Давайте договоримся, что начиная с этого момента вы никуда не будете вмешиваться. Участие третьих лиц в деле недопустимо. Ваша единственная задача – оставаться в безопасности и сообщать мне, если что-то вспомните. Надеюсь, это понятно?

“Сиди смирно и не суй свой нос, куда не надо”, – сквозит между строк. Внутри поднимается глухое раздражение.

– А если я ничего не вспомню?

Эммет не отвечает. Но взгляд говорит красноречивее любых слов, что лучше бы моя амнезия прошла как можно скорее. Я питаю надежды, что дневник Маргарет даст хоть какие-то зацепки, которые я смогу выдать за воспоминания.

Я перевожу взгляд на проносящиеся за окном пейзажи. Дорогу с двух сторон окружает густой лес. Солнце едва пробивается сквозь густую крону деревьев. Из-за этого в карете темно, неуютно. Повисшая тишина только усугубляет это чувство.

Я чувствую на себе изучающий взгляд – он осязаем настолько, что хочется повести плечами в попытке стряхнуть.

– Слышала, что я не первая жертва? – Я поворачиваюсь к мужчине. Эммет тянет с ответом, явно не желая делиться деталями. Но в итоге все же произносит:

– Тринадцатая.

Всегда любила это число – вопреки всем суевериям, что его окружают.

– И все… мертвы? – Я все же передергиваю плечами – от озноба, что пронесся по телу.

– Именно. Еще пятеро исчезли, и у нас есть все основания полагать, что все эти случаи связаны между собой. – Добавляет он. – Надеюсь, теперь вы понимаете, насколько все серьезно?

Я киваю, только сейчас начиная осознавать, что семейство Маргарет – далеко не главная моя проблема. Все предыдущие жертвы либо умирали, либо исчезали, а потому для этого маньяка я – незаконченное дело.

Эммету я пока нужна как потенциальный источник информации. Но что случится, когда он поймет, что я бесполезна? Каков шанс, что меня не будут использовать в качестве наживки?

Пока неизвестно. Но проверять на своей шкуре как-то не хочется.