Текст книги "Уберите этого рогатого! (СИ)"

Автор книги: Анна Платунова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)

Глава 17

Промелькнула еще одна учебная неделя. Признаться, я уже не могла вспомнить, как прежде жила без Дейма. Он всегда был рядом. Помогал готовить завтрак, смешил, таскал мой рюкзак. Стоило мне оглянуться, как я видела его высокую широкоплечую фигуру за своим плечом. Он стоял нерушимой стеной, оберегающей меня от косых взглядов и насмешек. Впрочем, они и раньше в основном исходили от Беки и ее компании, а теперь троица притихла. Я не тешила себя надеждой, что Бека так быстро оставила в покое желанный трофей, – она затаилась на время. Пусть злопыхает, не видать ей Дейма как своих ушей.

Иногда я ловила себя на мысли, что не хочу отпускать фамильяра. Пусть ректор дал мне на поиск решения две недели, но я честно скажу: «Не смогла». И что он сделает? Да ничего!

Для всех однокурсников Дейм оставался студентом по обмену, и он всем нравился. Сложилось общее мнение: этот парень из Векны немного странный, но все-таки славный!

– Вы такая красивая пара! – заявила мне однажды утром Регина, умильно глядя на Дейма, который в это время раскладывал мои учебники на столе перед началом занятия.

– Что? – Ее признание застало меня врасплох. – Нет-нет, мы не пара! Я его куратор, и все.

– Ага, рассказывай! – рассмеялась Регина. – Просто куратор. Вон у Майки на втором курсе тоже был подшефный, но он почему-то не носил за ней рюкзак, не таскал в столовой поднос. Да и сам не таскался за ней как привязанный. И, кстати, не смотрел влюбленным взглядом.

Я-то понимала, почему Дейм за мной «таскается и таскает», он ведет себя как любой другой приличный фамильяр, но «влюбленный взгляд»? Что за фигня! Конечно, Регина придумывает то, чего нет, выдает желаемое за действительное.

Вот выжду момент и во время лекции неожиданно повернусь к Дейму, сразу все сомнения отпадут: не смотрит он на меня. Он слушает преподавателя. Дейм обожает учиться. Кошмар, как меня угораздило обзавестись демоном-ботаном!

Когда профессор Вигли на лекции по призыву вдохновенно чертил на доске новые руны и все шуршали карандашами, старательно перерисовывая их в тетрадь, я привела план в исполнение.

– Нужна стёрка, – прошептала я, резко обернувшись к Дейму, сидящему сзади, за моей спиной.

И чуть не подавилась воздухом: Регина не обманула. Дейм таращился на меня. После моей просьбы он сунул руку в свою бездонную сумку, порылся в ней и вытащил стирательную резинку, протянул мне.

– Стёрка!

– Да у тебя там что угодно найдется, что ли? – пробормотала я, выбитая из колеи его пронзительным взглядом.

– Да, – просто ответил Дейм. – Ручка нужна? Карандаш?

Профессор Вигли прервал начертание рун и кинул взгляд через плечо. Его бакенбарды грозно топорщились.

– Можно потише, голубки? Я, конечно, тоже был молод и влюблен, но не позволял себе мешать преподавателю во время лекции.

– Да мы…

«Никто здесь ни в кого не влюблен! Он просто мой фамильяр, вот и уставился на меня в ожидании новых приказов!»

Конечно, такое я никак не могла произнести вслух.

– Дейм, пойдем после занятий побросаем мяч? – предложил Пирс, когда над Академией проплыл гудок на перемену. – Потом мы с парнями собирались посидеть в «Друзьях», сожрать по стейку. Присоединяйся!

Я была уверена, Дейм с удовольствием сыграл бы в громобол и слопал бы стейк. Но он был связан. Крепко связан со мной.

– Заманчивое предложение, Шон, – улыбнулся Дейм так, словно ему все равно. – Но я лучше останусь с Иви.

– Да ладно тебе, дружище, – хохотнул Пирс и по-приятельски толкнул его в плечо. – Иви, конечно, хорошенькая, но должна быть у тебя и своя жизнь. Ты уже освоился у нас, ну так отлипни от нее.

Слово «хорошенькая» в устах одного из самых привлекательных студентов Академии немного вышибло меня из душевного равновесия, однако во всем остальном Пирс был ой как прав. Из-за магической связи со мной Дейм словно в тюрьме, пусть и скован невидимыми цепями. Да, его будто бы все устраивает, но нельзя вечно держать разумное существо на привязи. Когда-нибудь Дейм возненавидит меня за это…

Так не может продолжаться вечно.

Но лучше я подумаю об этом завтра. Или через неделю. Ведь ничего страшного, если Дейм побудет моим другом еще неделю? Я хотела сказать «фамильяром»! Конечно же фамильяром.

Да только недели у нас не оставалось. В пятницу на лекцию по начертательной магии в кабинет заглянул первокурсник и сказал:

– Ректор вызывает студентов Игниса и Ивейн к себе немедленно.

– Идите, раз такое дело, – недовольным тоном отпустил нас мейстер Аври. – И пусть мейстер Тиерс сам объясняет направление линий силы в пентаграмме четвертого уровня, раз считает нужным дергать студентов с занятия!

Мы с Деймом переглянулись: что за срочность?

– Ох, ну наконец-то папочка зашевелился, – протянула Бека со своего постамента: она и подружки-змеюшки всегда садились на последний ряд, не иначе как для того, чтобы посматривать на всех свысока.

Бека будто бы обращалась к Аланте и Тисе, но специально говорила громко, чтобы я услышала. Она ведь блефует? Однако после ее намеков под ложечкой тревожно засосало.

– Ивейн плохо справляется со своими обязанностями куратора, – объявила Бека в ответ на удивленные взгляды. – Дейма скоро передадут мне!

Глава 18

– Почему у тебя грустный вид, Веснушка? – спросил Дейм, когда мы отправились по тихим коридорам к кабинету ректора.

Не так давно я сама торопливо тащила Дейма к мейстеру Тиерсу, теперь же тянула время.

– Не хочу, чтобы тебя отдали Беке! – выпалила я признание.

Вот так, высказалась, и стало легче. Стоило мне представить, что Дейм, мой Дейм, вышагивает рядом с этой самоуверенной мерзавкой, что он несет ее рюкзак и выполняет ее распоряжения, как внутренности скручивались узлом.

– Не отдадут, – беспечно отозвался Дейм, по обыкновению притормаживая у каждого окна, чтобы полюбоваться зеленью. – Ты забыла? Для этого необходимо узнать мое имя, а я его не скажу.

Мне бы его уверенность! Но что-то мне подсказывало, что советник по призыву сущностей Изначального круга не стал бы тратить свое драгоценное время, не будучи убежден, что нашел способ справиться со строптивым фамильяром.

Хотя… Может быть, я рано переживаю? Бека могла дурачить меня из одной только вредности и желания испортить настроение.

В кабинете ректора Тиерса кроме него самого, сидящего на своем законном месте с неестественно прямой спиной, находился незнакомый человек – высокий светловолосый мужчина средних лет. При виде меня он встал и расплылся в широкой улыбке, точно я была его потерянной и счастливо обретенной родственницей.

– Студентка Ивейн! – воскликнул он и развел руки в стороны, будто намеревался меня обнять. – Я пришел с хорошими новостями. Мы избавим тебя от этой обузы!

И мужчина – не оставалось уже никаких сомнений в том, что это старший Тиррел собственной персоной, – перевел взгляд, сделавшийся острым и пристальным, на Дейма, застывшего у порога.

Ясно, папаня Тиррел избрал тактику «я пришел тебе помочь, а ты, милочка, будь благодарна».

– Вот спасибочки! Ну наконец-то! – подыграла я, всплеснув руками. – Я уже всю голову сломала, как же отвязаться от этого рогатого. Свалился на мою голову. Так мы его прямо сейчас отправим в раскаленную преисподнюю?

И я невинно заморгала глазами. Сколько у нас остается времени? Только это меня и интересовало на самом деле.

– А то ведь мой фамильяр уверяет: чтобы отвязать его, надо узнать его настоящее имя! – Я обернулась и погрозила ошалевшему от моего вероломства Дейму. – Вот врунишка!

«Скажите, что вам нужно имя! И больше ничего. Тогда этот рогатый дуралей будет в безопасности!»

Ректор, до сих пор молчавший, со вздохом переложил с места на место две тонкие книжицы и сказал:

– Нет, студентка Ивейн, господин Тиррел собирается перепривязать твоего фамильяра к своей дочери.

Я и так это знала, почему же слова, произнесенные вслух, ударили под дых? Мейстер Тиерс поднял взгляд на советника, и хотя он пытался говорить спокойно, в голосе проскальзывал едва сдерживаемый гнев.

– Я уже объяснил господину Тиррелу, насколько это необдуманный шаг. Создание Бездны должно вернуться в Бездну, он не кубок победителя, который можно передавать из рук в руки!

Улыбка на лице старшего Тиррела сделалась только шире. Теперь понятно, в кого пошла Бека и почему ее не своротишь с пути, когда ей что-то втемяшилось в голову.

– Тот, кого здесь называют Деймом Игнисом, будет под моим присмотром. Поверьте, я преследую чисто научный интерес! Когда еще выпадет возможность понаблюдать демона третьего класса Изначального круга в несвойственной для него среде обитания. У меня имеется и специальное распоряжение.

Старший Тиррел небрежно расстегнул портфель, стоящий на стуле, вынул бумаженцию, пестревшую синими и красными печатями, и положил ее под нос ректору.

– Распоряжение от Министерства магии.

Мне совсем заплохело. Хотелось схватить Дейма за руку и поволочь за собой, прочь из кабинета, подальше от загребущих ручонок Беки и ее хищного папани. Вот ведь алчная семейка! Ясно как день, что бумажка липовая, что Дейм станет игрушкой Беки, вот и все.

– Ах, какая жалость, что никак не получится передать фамильяра милой Беке прямо сейчас, – посетовала я со всей искренностью, на которую была способна. – Ведь его настоящего имени мы так и не знаем!

– Просто прикажи фамильяру его назвать, – сообщил советник как нечто само собой разумеющееся.

– Просто… Просто приказать? А что, так можно было? – пролепетала я.

До этого момента я чувствовала себя почти спокойно. Да, ситуация неприятная, старший Тиррел будет давить и умасливать, а поняв, что ничего не выходит, еще и угрожать начнет – с него станется. Но он, напротив, казался невозмутимым, даже заскучал, решив, что вопрос закрыт.

– Так нужно было! – усмехнулся он и выдрал из рук ректора распоряжение, которое тот внимательно изучал. – Правда, твари Бездны пытаются обезопасить себя. Хитрят, лукавят. Вопрос об имени должен звучать четко и ясно. Одна попытка – раз в сутки. Что же вы не учите своих студентов, как обращаться с призванными сущностями, уважаемый господин Тиерс?

– Может быть, потому, что они должны сами найти способ? Это и есть обучение! – отрезал ректор.

Я оглянулась на Дейма. Наши взгляды встретились. Я не могла видеть себя со стороны, но предполагала, что мои глаза сейчас сделались огромными, как у того единорога с розовой пижамки.

Это что же, я больше никогда не увижу бесячую розовую пижамку? И не услышу жутковатую, но прилипчивую песенку «Зажарю я, зажарю. Зажарю, испеку»? Не посмеюсь над Деймом, который идет по дороге и перешагивает через муравьев? Не куплю ему кофе? Самый горький и гадкий кофе во всем мире…

Дейм тоже смотрел на меня, и, клянусь, это не мое воображение нарисовало грусть на его лице. Кончики губ Дейма, обычно приподнятые будто бы в вечном ожидании радости и сюрпризов от жизни, опустились.

– Но я не хочу быть фамильяром Беки! – негромко сказал он.

– Да кто тебя спрашивает! – хохотнул советник. – У тебя, существо, нет никаких прав. Давай, Ивейн, спрашивай имя, и пройдемте в зал призывов для завершения перепривязки.

– Что делать, Дейм? – одними губами спросила я, и тут меня осенило, я громко и требовательно произнесла: – Просто назови имя!

«Любое имя!» – подсказывал мой взгляд.

Дейм моргнул, будто бы вынырнул из тьмы на белый свет. Улыбка снова приподняла кончики рта.

– Румпельштильцхен! – отрапортовал Дейм.

– Ой! – пискнула я, изображая огорчение. – Кажется, я неправильно вопрос сформулировала. Ну и ну! Что же делать?

– Я вернусь завтра, и закончим дело! – рявкнул старший Тиррел.

Он злобно защелкнул замок на портфеле и покинул кабинет ректора Тиерса. Правда, на пороге ему пришлось помучиться, пытаясь обойти Дейма. Тот с невинным и безмятежным видом делал шаг ровно в ту же сторону, в какую двигался советник. Так они плясали несколько долгих секунд, пока Дейм не склонился в шутовском поклоне, пропуская отца Беки.

Мы получили отсрочку на один день. Однако завтра нам не выкрутиться.

– Студентка Ивейн, возьмите эти книги домой и прочитайте. – Ректор пододвинул два потрепанных издания в мою сторону. – Это новые теологические исследования относительно созданий преисподней.

Я удивилась, но книги взяла. Ректор Тиерс подготовил для меня какую-то подсказку? Если так, буду читать всю ночь напролет.

Глава 19

Мы не вернулись на занятия. Если бы я сейчас увидела эту гадину Беку, не сдержалась бы и просто придушила ее. Мы сели на скамейке в академическом сквере со стаканчиками кофе в руках. Даже сладкий миндальный каф не лез в горло, поэтому я вертела свой стаканчик в ладонях и краем глаза косилась на Дейма. Он тоже не пил свою любимую горькую гадость.

– Дейм, завтра…

«Мы что-нибудь придумаем!» Ободряющая ложь готова была сорваться с языка, но я не хотела обманывать Дейма и обманываться сама.

– Завтра я должна буду тебя отпустить, – сказала я правду. – Понимаю, что там, в вашем пекле, скучно и тоскливо, ты не хочешь возвращаться, но, поверь мне, стать фамильяром Беки – хуже в тысячу раз.

Дейм кивнул, не глядя на меня.

– Я знал, что мой побег не будет продолжаться вечно, – сказал он, стараясь, чтобы голос звучал беспечно. – Это было… захватывающее приключение! Спасибо, Иви.

– Мне-то за что, – пробормотала я.

На самом деле это не он, а я должна благодарить фамильяра, который за несколько дней изменил мою жизнь в лучшую сторону. Оказывается, даже с проклятием невезучести можно жить счастливо, если рядом есть тот, кто верит в тебя и всегда на твоей стороне. Конечно, никакого проклятия невезучести не существовало, я сама придумала его, чтобы как-то объяснить постоянно происходящую со мной дичь. Однако в последние дни я уже и забыла, что считала себя неудачницей.

– У меня к тебе только одна просьба, – помолчав, сказал Дейм.

– Да, что угодно! – воскликнула я.

– Давай притворимся, что завтра не наступит, – улыбнулся он.

– У меня есть предложение получше!

Меня озарила идея, и я не собиралась терять больше ни минуты драгоценного времени. Я выдрала из рук Дейма его сумку с бездной, отправила оба стаканчика с остывшим кофе в небытие и потянула Дейма за рукав, принуждая встать со скамейки.

– Ты здесь почти две недели, а еще не побывал в парке аттракционов! И не поднимался на смотровую площадку Хрустальной башни! И не попробовал курочку в «Золотистых хрустящих цыплятах»! Столько дел, столько дел. Бежим!

– Что такое аттракционы? – поинтересовался Дейм на ходу.

– Аттракционы… Аттракционы… – Я слегка подвисла из-за необходимости объяснять очевидное: даже трехлетние дети знают, что такое аттракционы. – Это такие устройства, созданные для развлечения. Это и страшно, и весело, и… Ты сам увидишь. Платишь деньги и катаешься.

– Платишь деньги? – удивился Дейм. – За развлечение? А почему тогда это все… бесплатно?

Он обернулся вокруг своей оси, будто хотел уместить в одном взгляде и распустившиеся первоцветы, и колышущиеся на ветру зеленые ветви, и играющих детей, и проезжающие машины.

– Долго объяснять. – Больше я не нашлась, что ответить.

Возвышающиеся над верхушками парковых кленов «бешеные горки» сразу привлекали к себе внимание. Но чтобы забраться в дребезжащий вагончик, надо набраться мужества, для начала займемся чем-то не столь адреналиновым и опасным.

– Тир! – провозгласила я, заворачивая Дейма ко входу в стеклянный павильон.

На деревянных стойках располагались ружья, противоположную стену занимали подставки с фигурками, внизу беспрерывно ползла лента с желтыми уточками. Под потолком болтались связки воздушных шаров и несколько набивных драконов с мягкими крыльями и с улыбками на пучеглазых мордах.

– Дракон в подарок за десять сбитых уточек, – скучающим тоном объявил инструктор. На вид ему было лет восемнадцать, видно, парень подрабатывал в парке в свободное время. – А если попаданий меньше, тогда шарик.

– Хочешь дракона? – спросил Дейм, будто все зависело только от моего желания, а не от его меткости.

– Ну… если получится, – деликатно ответила я.

Дейм с интересом разглядывал крылатое чудо-юдо.

– Страшненькое создание, конечно. Это где же такие водятся?

Инструктор тира аж проснулся и выпучил на Дейма глаза.

– Примерно там же, где единороги, – вздохнула я. – Драконы вымерли в прошлом веке, Дейм. Но ученые обещают их клонировать! Раньше на них летали. Эх, времена были!

Дейм взял ружье, согнул пополам с таким видом, будто знал, что делает.

– Сколько пулек? – Паренек вытащил коробочку с нижней полки.

– Как сколько? – удивился Дейм. – Десять сбитых уточек – десять пулек.

Отлично, считать он умеет. Еще бы стрелял так же хорошо. Я изобразила уверенную улыбку.

– Да, точно. Больше не понадобится.

Дейм заправил пульку без моей помощи. Учится на лету. С хрустом закрыл ружье, встал навытяжку, как заправский охотник, не используя деревянную подставку, чтобы прицелиться получше. Он застыл, метясь в уточку. Выстрел. Уточка, проплывающая по нарисованным волнам, перевернулась вверх ногами.

– Кря! – сказал Дейм.

Инструктор присвистнул.

– Ого! Ты давно практикуешься?

– Да нет, впервые взял ружье в руки.

– Врешь! – засмеялся инструктор. – У меня-то глаз наметанный, у тебя стойка охотника.

Дейм пожал плечами.

– Просто встал так, как удобнее.

По глазам паренька было видно: он Дейму не верит. Не объяснять же, что к нему в тир случайно заглянул демон третьего класса.

Каждый новый выстрел отправлял очередную уточку в нокаут. Десять пулек – десять плывущих вверх тормашками пташек. Инструктор выдал мне дракона с недовольным видом и пробурчал вслед, думая, что мы не услышим: «Ага-ага, первый раз взял ружье в руки, как бы не так! Видно же, что охотился!»

Огромный дракон оказался в половину моего роста, и Дейм взял заботы о плюшевой рептилии на себя. Взвалил на плечо, удерживая за голову, так что крылышки печально болтались за спиной. Демон с крылышками, ну что за дивное зрелище!

– А это что за жуткая притягательная хрень?

Дейм подбородком указал на изогнутые рельсы, сворачивающиеся в замысловатые петли. По рельсам со свистом проносились разноцветные вагонетки, а визги и писки, сопровождающие их, еще некоторое время эхом звенели в воздухе.

– Бешеные горки, – сказала я. – Идем?

– Летим! – И Дейм половчее перехватил дракона на плече, чтобы не сползал.

Не успела я опомниться и толком испугаться, как очутилась в первом вагончике, накрепко пристегнутая к сиденью.

– Ты как к высоте относишься, Дейм? – просипела я.

– Нормально, – ответил тот, разглядывая рельсы с безмятежным видом.

– Здорово. А я вот, похоже, как-то не очень…

Я сглотнула колючий комок в горле, но теперь сжался желудок.

– Знаю, – отозвался Дейм.

– Откуда?

Дейм многозначительно посмотрел на мои руки, вцепившиеся в перекладину так, что костяшки пальцев побелели.

– А ты держаться не собираешься?

– Не могу, я оберегаю нашего дракона. – Дейм действительно пристроил дракона на коленях и обнимал его, как малое дитятко, которое решил прокатить на горках.

Но вот он втиснул дракона под мышку и накрыл теплой ладонью мои дрожащие пальцы. Я притихла, глядя вперед, не зная, как расценивать этот жест. Рука Дейма была совершенно человеческая, уверенная, чуть-чуть загрубевшая. Может ли фамильяр так поступать? Он не мой парень. Он вообще-то демон! Так нельзя...

– Я рядом, – сказал Дейм.

Вагончик тронулся, начался медленный подъем к первой вершине. Дейм подался вперед, я, наоборот, вжалась в спинку кресла, тихонечко попискивая. Вверх, вверх, вверх… Короткая пауза, наполненная тревожным ожиданием… И вагончик рухнул с высоты пятиэтажного дома, со свистом рассекая воздух.

– А-а-а-а-а! – орала я во всю силу легких.

– О! – сказал Дейм, что можно было бы истолковать как «О, занятно!».

Поворот, и сердце провалилось в пятки, желудок судорожно сжался. Петля – и мир перевернулся!

– И-и-и-и! – верещала я, оглушая сама себя.

– Ого, – изрек Дейм.

Его вовлеченность в процесс явно возрастала.

Когда вагончик остановился, я физически ощутила, что каждый волосок на моем теле встал дыбом. Дейм держал под мышкой дракона и улыбался.

– Весело! Давай еще разок?

– Охох, – простонала я. – Ладно, давай.

Глава 20

Запах фритюра навеки въелся в стены зала «Золотистых хрустящих цыплят». Правда, никто так ресторан быстрого питания не называл, сокращали до «ЗХЦ» и шутили, что сразу ясно, куда стоит пойти, если «ЗаХочеЦа» покушать.

На первом курсе я здесь частенько ужинала, ленясь готовить домашнюю еду, и ЗХЦ казался поистине райским местечком, мечтой студента: дешево, питательно, вкусно. Правда, к концу учебного года хрустящая куриная корочка набила оскомину, а пережаренная картошка вызывала изжогу одним своим видом, так что теперь я захаживала сюда гораздо реже и не испытывала того первозданного восторга, который теперь, судя по физиономии Дейма, чувствовал мой фамильяр.

Он пялился на экран, расположенный над кассой. На экране сменяли друг друга изображения блюд. Крылышки, ножки, кусочки грудки – завернутые в тонкие лепешки, зажатые между зерновых булочек, сложенные в бумажное ведерко и щедро политые соусом.

Дейм таращился на картинки, а кассирша, девчонка нашего возраста, беззастенчиво таращилась на него. И это несмотря на то, что платежеспособным покупателем здесь была я – именно я стояла у стойки, ожидая, пока мой фамильяр налюбуется и сделает выбор.

– Можно мне… всё? – спросил Дейм.

– Ты лопнешь. В тебя столько не поместится.

– О, я способен вместить в себя достаточно пищи! – И Дейм плотоядно усмехнулся.

– Не слушайте его, – отмахнулась я, решив выбрать на свой вкус. – Нам ведерко острых крылышек, ассорти в сырных лепешках, хрустящую картошку и томатный соус.

– Возьмите еще чесночный, – смущаясь, пролепетала кассирша. – Наша новинка.

– А сколько у вас соусов? – заинтересовался Дейм.

– Вообще десять вкусов. Томатный, чесночный, горчичный… – принялась перечислять она.

Я махнула рукой, не дав ей договорить, ведь смысла в этом все равно никакого: глаза Дейма горели азартом, еще немного – и начнут сиять как два желтых фонарика.

– Берем все, – сдалась я.

Мы расположились за круглым столиком у окна, чтобы Дейм мог наблюдать за проходящими мимо людьми. Я отложила себе на картонную тарелку пару крылышек и немного картошки, пока Дейм с воодушевлением вскрывал маленькие пластиковые контейнеры с соусами, принюхивался и снимал пробу картофельной соломкой. Наш дракон занимал отдельное место, сидел, словно почетный гость, сложив крылья на стол. Спасибо, хотя бы этого кормить не надо.

– Острый, – сообщил Дейм, пробуя чили. – Упоение!

Слово «упоение» он добавлял после каждой дегустации, от радости позабыв современную разговорную речь и перейдя на свою архаичную тарабарщину.

– Можно просто говорить «Вау!» – поправила я его.

– Вау! – послушно повторил Дейм.

Мне сделалось грустно. Только-только он обжился в нашем мире, стал привыкать, нашел приятелей, как завтра ему придется возвращаться в унылое пекло и торчать там безвылазно еще несколько сотен лет. И мы, получается, больше никогда не увидимся?

Дейм грыз крылышко, а я глядела на него, запоминая навеки. Взъерошенные волосы с двумя непослушными вихрами по обе стороны макушки, прямой нос, волевой подбородок.

– У меня нос в соусе, Веснушка? Ты так на меня смотришь.

Он использовал салфетку и улыбнулся.

– Все?

У меня не хватило мужества признаться, что я любуюсь этим дурацким демоном. Он ведь даже не настоящий человек, он вообще зловредное создание Бездны… Как же я буду по нему скучать!

Последним пунктом в моем плане прощального вечера была смотровая площадка на Хрустальной башне – самом высоком здании города. Двадцать восемь этажей – не шутки! И на предпоследнем находилась панорамная площадка, откуда открывался вид на столицу.

Мы прибежали за полчаса до закрытия и с трудом уговорили продать нам билеты.

– Да бесполезная трата денег, молодые люди, – увещевала нас старушка – божий одуванчик. – Вы подниметесь на пятнадцать минут и сразу назад. Лучше приходите завтра пораньше.

– Завтра не получится, – вздохнула я. – Мой друг возвращается… в академию Векны.

– Ну если так, другое дело. – Пожилая женщина понимающе кивнула.

Смотровая площадка занимала весь этаж. Закаленное стекло от пола до потолка создавало иллюзию открытого пространства. Кажется, что можно разогнаться и с разбега прыгнуть в звездное небо, пролететь над ночным городом, раскинув руки. Жаль, что наш дракон всего лишь игрушка. Я представила, как мы с Деймом оседлали плюшевого зверя, едва уместившись на его спине, и невольно улыбнулась.

Было тихо и малолюдно, почти все посетители разошлись, но тем лучше: хотелось уединения.

Вдоль стеклянных стен вела дорожка из утопленных в пол ламп. Они слабо светились, чтобы никто не споткнулся, но не мешали полумраку.

Дейм подошел вплотную к стеклу, уперся лбом в прозрачную преграду, разглядывая расстилающийся внизу город: огни проспектов, темные пятна парков, мерцающую полосу реки. Над горизонтом висел огромный диск полной луны.

В двух шагах от нас мама показывала сынишке центральную площадь и здание администрации, театр и старинный храм Пресветлого. Все это очень интересно, но я не стала отвлекать Дейма разговорами, у нас всего несколько минут, пусть любуется.

– Это потрясающе, Веснушка, – выдохнул Дейм, подумал и добавил: – Вау!

– Как тебя зовут на самом деле, Дейм? – прошептала я.

– Меня зовут Деннис Эверард Корвин, – ответил он, не отворачиваясь от стекла.

– Ден…нис? – запнулась я, готовая к чему угодно, но только не к такому простому человеческому имени. – Почему?

Дейм пожал плечами.

– Я не помню.

– Ой! Разве ты мог сказать мне имя сейчас, ведь сутки еще не прошли?

Я увидела в полутемном отражении Дейма его грустную улыбку.

– По своей воле я могу открыть его в любой момент. И я хочу, чтобы ты знала мое настоящее имя, Иви. Я тебе верю.