![](/files/books/160/oblozhka-knigi-moy-ledyanoy-princ-330622.jpg)
Текст книги "Мой ледяной принц"
Автор книги: Анна Морион
Жанр:
Ужасы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)
«Что происходит! Что я наделала!» – пронеслось в моей голове, и я резко вскочила со стула.
– Извините! Я… Извини, Маркус, не знаю, что происходит, но я хочу уйти! Я пойду! – испуганно воскликнула я и побежала к лестнице.
– Миша! – услышала я полный раскаяния голос Маркуса. – Прости меня!
– Не надо, милый, не извиняйся: она поймет, когда узнает, – ласково сказала ему Маришка.
– Она не должна узнать. Ты представляешь, как это повлияет на нее? – спросил ее Маркус.
– Почему это должно на нее повлиять? Я знаю свою сестру и знаю, что она не нашла с Седриком общего языка.
– Он сказал, что мы многого о ней не знаем.
– Маркус, все в порядке, я с тобой. Не думай об этом.
Раздался звук поцелуя, а потом наступила тишина.
Выбежав из ресторана, я скрылась за углом и прислонилась спиной к стене. Моя одежда была забрызгана кровью, а моя душа была наполнена непониманием и смятением.
«Маркус так разозлился, что раздавил бокал… Что я здесь делаю? Надо уезжать… Нужно срочно убегать отсюда!» – лихорадочно подумала я.
Но тут передо мной появилась Маришка.
– Миша, почему ты убежала? – ласково спросила она, гладя меня по плечу.
– Что с ним? Почему он так разозлился? – Я чуть не плакала.
– Он устал, понимаешь? Он просто устал. – Глаза сестры наполнились жалостью. – Бедненькая, ты испугалась?
– Да, очень, – дрожащим голосом ответила я. – Можно я поеду домой? Не могу здесь больше оставаться.
– Но мы вместе всего лишь полтора часа. Ну, успокойся. Хочешь, пойдем погуляем или пройдемся по магазинам?
– Маришка, мы забрызганы кровью! – Я отчаянно хотела сбежать в Оксфорд.
– Это не проблема: мы сейчас же пойдем ко мне в отель и переоденемся. Даже если ты хочешь уехать, тебе все равно нужно сменить одежду, надеюсь, ты понимаешь это?
Я даже улыбнулась от этой горькой правды: она была права – вряд ли меня впустят в автобус в таком виде! Еще и набросятся с расспросами о том, откуда эта кровь!
– Хорошо, но потом я уеду, – угрюмо согласилась я.
Сестра молча взяла меня за руку и повела к машине, в которой она приехала к Биг Бену. Проходящие мимо люди с удивлением смотрели на нас, и мне было стыдно за свой вид.
Мы приехали в отель, зашли в люкс Маришки, она смыла с моего лица и рук кровь (благо, волосы остались чистыми), затем я переоделась в одно из ее платьев (сестра любила платья, и у нее их было не счесть) и серый жакет. Сапоги я не сняла, так как альтернативой им были туфли на каблуке. После этого мне пришлось ждать, пока Маришка примет душ, переоденется и позвонит Маркусу, чтобы сказать о том, что она проводит меня до автобуса, а тот сказал, что ждет Брэндона, который должен был появиться с минуты на минуту.
«Это тот Брэндон Грейсон, который был на их свадьбе? Просто сногсшибательный красавец! К тому же чрезвычайно обаятельный мужчина» – вспомнила я. Однако это было все, что я о нем знала, ведь видела его всего пару раз.
Покинув отель, я и Маришка сели в машину и доехали до автобусной станции. Там сестра простилась со мной, извинилась за неудачный день и поведение Маркуса, и уехала.
Я подошла к кассам, заказала билет и, когда пришло время его оплатить, с ужасом обнаружила, что забыла свою сумочку с кошельком и телефоном в том жутком ресторане.
«Что за невероятное невезение! Но делать нечего: бесплатно меня никто не повезет, поэтому нужно возвращаться туда» – с досадой подумала я и быстро зашагала к ресторану: дорога к нему мне запомнилась, так как машина Маришки проезжала мимо него, к тому же, я прекрасно ориентировалась по памяти. Едва подойдя к ресторану, я вдруг услышала голос Маркуса.
– Рад, что ты приехал, – сказал он и тяжело вздохнул. – Боюсь, у меня ужасные новости. Я давно хотел рассказать тебе, но никак не удавалось вырваться из Праги, даже на денек, а это дело нельзя обсуждать по телефону – оно слишком личное.
– Ничего, Маркус, главное, что ты, все-таки нашел, время. Так что у тебя случилось? – ответил ему красивый мужской голос (я сразу узнала его – это был Брэндон Грейсон). – Ты неважно выглядишь. Никогда не видел тебя таким.
– Я потерян, Брэндон. Я даже представить не мог… Мне больно даже думать об этом. Не могу понять, как все произошло, потому что родители о многом мне не рассказывают, поэтому его последний день в Праге покрыт для меня мраком.
– О чем ты?
– Седрик исчез.
«Седрик исчез? Не уехал, как они сказали мне, а исчез?» – Эта новость обескуражила меня. Я остановилась, прислонилась к стене здания и даже затаила дыхание: мне неожиданно выпал шанс узнать о том, почему Маркус был так зол и беспокоен.
– Исчез? – Брэндон тоже удивился, судя по тону его голоса.
– Да. Он понял, что это мы спрятали ее от него. Но не волнуйся: он даже не подозревает о том, что она была… – Черт! Я не услышала его последних слов, потому что мимо меня проехал огромный двухэтажный автобус, а за ним еще один, и они заглушили своим ревом все вокруг.
Я мысленно выругалась: этот разговор мог быть ключом к тайне Маркуса!
Когда автобусы удалились, и наступила относительная тишина, я вновь прислушалась.
– Беда Седрика в том, что он влюбился не в ту женщину, – мрачно сказал Брэндон.
«Как Седрик мог полюбить не ту женщину? Седрик! С его прекрасной душой! Если он выбрал ее, значит, она прекрасна!» – Я была в корне не согласна с данным изречением, хоть ничего и не знала о «не той женщине».
– Да, будь она проклята! Но он исчез. В конце августа, на следующий день, как мы спрятали ее, – сказал Маркус.
– Неужели нет никаких следов?
– Никаких. Он разгромил зал, сжег все картины и наш семейный портрет, но еще около двадцати минут разговаривал с родителями и требовал, чтобы мы вернули ее ему, потом сорвался с места, сел в машину и уехал. А эти ротозеи даже не остановили его! Когда я узнал об этом, то будто ослеп и оглох одновременно. Если бы не Маришка, я сошел бы с ума. Седрик почти убил меня.
– Даже не думал, что все обернется такой трагедией, – пробормотал Брэндон. – Он был так одержим ею?
– Как видишь. Я поставил на уши секретные службы, на меня работают тысячи частных сыщиков, но до сих пор нет ни единой зацепки: Седрик словно исчез с лица Земли.
– Мне очень жаль, Маркус, и я хочу помочь: у меня куча связей, абсолютно во всех кругах.
– Думаешь, я не задействовал их? Но все это без толку! А отец… Он до сих пор не может отойти: только сидит в кресле, уткнувшись взглядом в камин, а потом идет в комнату Седрика и часами смотрит на картину, которую тот написал. Мама закрывается в спальне и выходит только на охоту. Замок душит всех нас. Я даже не представляю, как Маришка терпит все это. – Маркус глубоко вздохнул. – Я нашел это в столе Седрика. Знаешь, кто автор рисунка?
Послышался шорох бумаги, а через секунду – тяжелый вздох кого-то из мужчин.
– Вайпер? – тихо спросил Брэндон.
«Ее зовут Вайпер? Какое странное имя… Должно быть, она удивительная девушка, раз покорила сердце Седрика. Но что-то не припоминаю ни одну вампиршу с таким необычным именем. Хотя, наших так много, что я не знаю больше половины из них. Возможно, я просто с ней незнакома» – искренне удивилась я.
– Трогательный рисунок, – сказал Грейсон. – По-моему, она безумно любит его. Наверно, я слышал это от нее с десяток раз.
«Брэндон тоже знает эту Вайпер? Почему все ее знают, а я – нет?» – Меня охватила досада.
– В этом и беда: это какое-то проклятье. Черт, и почему это случилось именно с моим братом?! – тихо воскликнул Маркус.
– Где она сейчас? – спросил Брэндон. Маркус не ответил, и тот настойчивым тоном повторил: – Маркус, где она?
– В надежном месте, – ответил ему Маркус. – Зачем тебе знать?
– Интересно, куда вы ее заперли, ведь и я осведомлен об этой истории и прекрасно помню, как твои родители увезли ее в бессознательном состоянии.
– Нет, извини, но на этот вопрос я не отвечу.
– Маркус, не будь упрямцем. Ты отлично знаешь, что это останется между нами
– Почему ты так настаиваешь?
– Почему? Может, хочу навестить ее. – Голос Грейсона стал насмешливым.
– Брэндон, мне сейчас совершенно не до шуток. Пусть об этом знают лишь трое.
– Но обо всей истории знают четверо, и я в том числе.
– Не настаивай, все равно я скажу «Нет». – Голос Маркуса прозвучал очень устало. – Я понимаю, тебе любопытно…
– Миша! Что ты здесь делаешь? – вдруг услышала я голос Маришки прямо над моим ухом.
Сестра застала меня врасплох, но я не могла допустить того, чтобы она поняла, что я подслушивала. Еще бы! Только что я узнала о грандиозном секрете: Седрик влюблен в девушку по имени Вайпер, но его семья настроена против нее, а еще ее куда-то спрятали, и после этого Седрик исчез. Вот это новости!
– Только что проехали два автобуса и окатили меня брызгами с головы до ног! – Я опять надела маску Миши-истерички.
– Я вижу. Но что ты здесь делаешь? Ты должна сидеть в автобусе и ехать в Оксфорд!
Я деловито отряхивала подол платья и сапоги – они действительно были заляпаны грязью: это постарались автобусы, лишившие меня возможности узнать о том, где долгое время находилась девушка Седрика.
– Это целая комедийная история! – нарочно громко сказала я, зная, что Маркус и его друг слышали каждое наше слово: было лучше, чтобы они не знали о том, что я подслушала весь их разговор. Ну, почти весь. – Я забыла в ресторане свою сумочку, а везти меня до Оксфорда бесплатно почему-то отказались, – с сарказмом добавила я. – Я выглядела полной дурой! Было так стыдно! Жуть!
Сестра тихо рассмеялась.
– Ты никогда не обходишься без приключений. Ну, пойдем, я куплю тебе билет, – сказала она.
– Спасибо, но, вообще-то, я пришла забрать свою сумочку: там деньги, смартфон и ключи от дома, – отрезала я.
– Тогда идем за твоей сумкой.
Маришка взяла меня под руку, мы зашли в ресторан и спустились к мужчинам. Когда мы вошли в зал, друг Маркуса поднялся со стула, приветствуя нас.
– Дамы. – Он приятно улыбнулся.
«Настоящий джентльмен, не то, что грубиян Харальдсон! И какой красавец!» – невольно подумала я, глядя на Брэндона.
– Хорошо, что ты вернулась, – сказал Маркус и, подойдя ко мне, взял мою ладонь в свою. Его глаза выражали раскаяние, а лицо – глубокое смущение. – Прошу, прости мое бестактное поведение.
– О, ничего страшного! Я понимаю: ты устал! Маришка сказала, что в последнее время ты много работаешь и почти не отдыхаешь. Бросай это, Маркус: работа никуда не убежит. – Я прикинулась дурочкой и натянула на лицо глупую улыбку.
– Правда? Я рад, что ты не держишь на меня обиду. – Он улыбнулся, но так вымученно, что мне стало жаль его.
Теперь мне было понятно поведение Маркуса, и после того, что я услышала, я была полна боли за него, ведь исчез его брат! Нет, не просто исчез, а будто в воду канул!
– Все нормально, не извиняйся: просто сегодня я тоже какая-то взвинченная, – ответила я. – О, моя сумочка! Представляешь, я уже покупала билет и вдруг обнаружила, что забыла ее здесь!
– Должно быть, это выглядело весьма забавно… Прости, мне звонят. Я отойду на минуту. – Маркус достал из кармана пиджака телефон и отошел в другой конец зала.
– А я вас знаю: вы – лучший друг Маркуса! – прощебетала я Брэндону.
– Да, это так. Мы виделись на свадьбе твоей сестры, – улыбнулся он прекрасной улыбкой.
Мы с ним поболтали о ерунде, вспомнили о том, как Маркус перепутал, на какой палец Маришки надевать обручальное кольцо, и тихонько посмеялись над этим.
– Может, хватит вспоминать это каждый раз? Почему-то все гости нашей свадьбы запомнили только этот конфуз! Брэндон, я посмотрю, как ты будешь вести себя во время своей свадьбы! – со смехом сказала на это Маришка.
– Думаю, тебе придется только мечтать об этом, – рассмеялся он. – Предпочитаю быть вечным холостяком!
Вернулся Маркус. Было видно, что он был чем-то недоволен.
– Извини, Брэндон, чертовы дела расстраивают все мои планы! – обратился он к другу. – Просто полоса невезения!
– Брось, я все понимаю, – сказал Брэндон, похлопывая Маркуса по плечу.
– Но мне так неловко: ради нашей встречи ты приехал из своего поместья, – огорченно сказал Маркус.
– Пустяки. Зато увидел своего лучшего друга, а еще его прелестную жену и ее милую сестренку, – с улыбкой отозвался на это Грейсон.
– Куда ты сейчас? – спросила его Маришка.
– В поместье.
– Может, подбросишь Мишу до Оксфорда?
– О, нет, я не хочу никому надоедать! – тут же смутилась я.
– Ты окажешь мне честь, если позволишь подвезти тебя. – Брэндон улыбнулся мне.
– Тогда не злись, если я буду болтать всю дорогу, – согласилась я, однако мне было крайне неловко от того, что меня так открыто сбыли с рук.
Я попрощалась с сестрой и ее мужем, но мне до сих пор была неприятна сегодняшняя ситуация: воспоминания о том, как Маркус раздавил в ладони бокал и подслушанный мною разговор о судьбе Седрика не давали мне покоя.
Брэндон и я сели в его черный «Бентли» с тонированными стеклами и выехали из Лондона. Мне показалось, что, после разговора с Маркусом, Грейсон стал задумчивым и хмурил свой красивый высокий лоб.
Мы ехали молча: должно быть, Брэндон так глубоко задумался или рассказ Маркуса так шокировал его, что ему было не до разговоров. Я тоже была далека от реальности и думала о том, как сложилась судьба Седрика. Неужели он полюбил не ту? Но ведь это невозможно! Чем она настолько не устроила Морганов, что они даже вмешалась в личную жизнь своего сына? Да и как они посмели? Ведь Седрик – не зеленый юнец, как я, а взрослый, мудрый и очень сильный морально вампир! Зачем они спрятали Вайпер? Куда? Ведь ее родители-вампиры будут искать ее, и, может поднимут скандал на все вампирское общество: это неслыханно – спрятать где-то чужую дочь!
Я хотела любым способом узнать о том, чем эта вампирша не понравилась Морганам, и надеялась, что друг Маркуса прояснит мне эту ситуацию. Ведь он тоже знал Вайпер.
«Стоп. Как я спрошу об этом? Я ведь притворяюсь, будто не слышала их с Маркусом разговор!» – с досадой вспомнила я, но набралась храбрости и решила пойти на риск.
– Мне кажется, Маркус сегодня какой-то странный, – как бы невзначай, бросила я.
– Мне так не показалось, – сказал на это Брэндон. – Он напугал тебя?
– Немного. Когда я сказала, что это Седрик посоветовал мне поступить в Оксфорд, он раздавил пальцами свой бокал с кровью. – Я передернула плечами, стряхивая с себя это воспоминание. – И у него было такое лицо… Очень печальное, даже страшное.
– У него сейчас много проблем. Мой бедный друг совсем потерян, но, думаю, скоро все изменится.
– Думаешь, он опять повеселеет? Маркус всегда был таким шутником, а сегодня я его просто не узнаю.
Брэндон промолчал, но скулы на его лице заострились. Мне стало немного жутко от этого, и я поняла, что он не настроен был на долгие разговоры, но не могла упустить такой великолепный шанс узнать о девушке Седрика и о нем самом.
– Маришка сказала, что Седрик уехал в Россию… Интересно, он приедет на каникулы? Я хотела бы поболтать с ним и похвастаться, что поступила в Оксфорд, как он и советовал. – Я надеялась, что Брэндон расколется и расскажет мне правду.
– Насколько я помню, при отъезде, Седрик сказал, что не будет уезжать оттуда еще лет десять, – сказал Грейсон.
Моему удивлению не было предела: он лгал мне прямо в глаза! И, если бы я собственными ушами не услышала о том, что Седрик исчез, то точно поверила бы этой гладкой лжи.
– Да? Жаль. А может, он в кого-то влюбился и поэтому так решил? – с невинным видом спросила я.
– Седрик? Влюбился? – Брэндон издал насмешливый смешок. – Ему нет и трехсот: он слишком молод для любви.
– Почему молод? Маркусу тоже нет трехсот, но он уже успел и влюбиться и жениться. Почему ты думаешь, что Седрик не мог…
– Седрик уехал не потому, что влюбился, – перебил меня Грейсон. Он слегка нахмурился. – Он бредил Россией последние лет пять, все хотел уехать туда и посмотреть на русских.
– Но их и так много: и в Чехии, и в Польше, – возразила я, все больше поражаясь масштабу лжи Брэндона.
– Поверь мне, это уже не те русские, что живут в России. Находясь в центре другой культуры, невольно втягиваешься в нее и теряешь свое национальное самосознание. Думаю, не ошибусь, если скажу, что и ты уже почувствовала на себе влияние английской культуры.
– Да, но… – Я растерялась: он поставил мне настоящий мат. Мне нечего было возразить, потому что Грейсон был абсолютно прав насчет меня, английской культуры и ее влияния на мое сознание. То есть, влияния на меня Мэри Смит.
Но это поражение не отбило у меня охоту и дальше копаться в печальной истории Седрика и его девушки. Наоборот – оно удвоило мою назойливость.
– Можешь говорить что угодно, но я знаю, что Седрик влюбился, – заявила я Грейсону.
Он пристально посмотрел на меня. Я думала, что он тут же наброситься на меня с расспросами: как и когда я об этом узнала, и, может, обвинит меня в шпионаже, но, к моему изумлению, Брэндон лишь усмехнулся.
– Если это и так, я об этом не осведомлен, – отозвался он и вновь перевел взгляд на дорогу.
Меня охватила досада: вот это мастер лжи! И как его подловить? Возможно ли это вообще?
Я замолкла, выжидая некоторое время, чтобы опять расспросить Грейсона, но при этом не показаться слишком настойчивой, чтобы он не понял того, что у меня был личный интерес к истории с Седриком и его влюбленностью.
Прошло минут десять.
Мой сосед словно утонул в своих мыслях: слишком отрешенным и мрачным было его лицо.
– А о какой девушке вы говорили? – как бы от скуки, спросила я, даже не взглянув на Брэндона.
– О чем ты? – абсолютно-спокойным тоном спросил он.
«Как хладнокровно он держится! Вот это выдержка!» – невольно удивилась я.
– Когда я подходила к вам, то случайно услышала, что вы разговаривали о какой-то Вайпер, – сказала я, молясь в душе, чтобы он рассказал о ней хоть что-то, хоть самую малость.
– Это пустое, – коротко ответил Брэндон. – Она – ничего не значащая личность.
– Почему не значащая? – допытывалась я.
– Потому что не значащая, – отрезал он. – И забудь об этом.
От моего вопроса о Вайпер его лицо напряглось.
«Что с ним? И что это за тайна, раз все вокруг ведут себя так серьезно?» – изумилась я.
– Но, если она – ничего не значащая личность, почему вы о разговаривали о ней?
– Взрослые разговаривают о многих непонятных вещах. А вот подслушивать чужие разговоры – дурной тон.
– Я не подслушивала, а просто шла за своей сумкой! – возмутилась я. – Не моя вина в том, что у меня такой тонкий слух!
– Не будем об этом, – строго сказал вампир. – Если хочешь что-то узнать, спроси у Маркуса.
– Ну да! Он возьмет и все мне расскажет!
– А с чего ты взяла, что это сделаю я?
– Ни с чего… Господи, да я просто спросила!
Брэндон ничего не сказал, но его лицо оставалось напряженным и хмурым.
Я не пыталась повторить попытку допроса, а стала смотреть на то, как капли дождя стекали по лобовому стеклу. Конечно, я не рассчитывала на то, что по дороге меня будут развлекать разговорами, но и такой невыносимой тишины тоже не ожидала. Я стала доставать из сумочки плеер, но вдруг заметила что-то необычное, лежащее на панели у лобового стекла – это было похоже на длинные, темные, прямые пряди волос.
«Зачем ему эти волосы здесь, в машине?» – удивилась я.
– Это женские волосы? – спросила я, глядя на них.
– Как видишь, – бросил Брэндон, не отрывая взгляд от дороги.
– А чьи они? – Я наклонила лицо, чтобы внимательнее рассмотреть это странное украшение.
– Одной девушки.
Глава 8
Голос Брэндона был просто ледяным, но я не могла молчать: эти красивые женские волосы заинтриговали меня.
– Зачем ты держишь их здесь?
Мой собеседник промолчал.
– Наверно, чтобы они напоминали тебе о той девушке? – предположила я.
– Да, – холодно ответил он.
– Она подарила их тебе?
– Почти, – насмешливо усмехнувшись, мрачно ответил мой сосед.
Его слова и тон удивили меня.
– Как это?
Но Грейсон опять не ответил, и я поняла, что было лучше не спрашивать об этом.
– Можно потрогать их? – все же, решилась я, протягивая руку к заинтересовавшим меня волосам, но Брэндон моментально перехватил ее.
– Нет, – коротко отрезал он.
«Псих! Что здесь такого?» – Я отдернула руку и посмотрела на него: строгость его лица немного испугала меня.
– Извини, я только хотела… – смущенно начала я.
– Просто не лезь, куда не просят, – перебил меня Брэндон.
Но любопытство было сильнее моего разума.
– Кто она? – тихо спросила я, надеясь, что Грейсон не отругает меня за этот допрос
Но он опять мрачно усмехнулся.
– Если ты еще раз спросишь об этом, я засуну тебя в багажник, и оставшуюся до Оксфорда дорогу поедешь в нем.
Я сглотнула: его тон был таким убедительным, что мне стало страшно, и я прикусила язык. Ехать в багажнике мне не хотелось.
– Извини, я слишком разболталась, – все же, сказала я, желая хоть немного унять его гнев на меня.
– Да, болтать ты любишь, и сейчас болтаешь о том, о чем не следует. – Было его ответом. Его голос не потеплел.
– Поняла. Буду молчать.
После этого неудачного разговора некоторое время мы ехали молча: я чувствовала досаду оттого, что мне не удалось ничего узнать ни о той девушке, которую любит Седрик, ни о той, что подарила Брэндону свои волосы. Мне было обидно оттого, что я знала, как закончилась любовная история Седрика, но не знала, как она начиналась и продолжалась. Итог: Седрик исчез, а его девушку от него увезли. Но зачем? Почему? Как они посмели?
Тишина начала угнетать меня.
– Брэндон, – тихо окликнула его я.