![](/files/books/160/oblozhka-knigi-moy-ledyanoy-princ-330622.jpg)
Текст книги "Мой ледяной принц"
Автор книги: Анна Морион
Жанр:
Ужасы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)
– Ставьте здесь, я живу не одна, – настойчиво сказала я, чтобы этот галантный мужчина не вздумал стоять так и дальше.
Почтальон со стуком поставил коробку на пол, дал мне подписать документы, пожелал приятного дня и вышел. Я закрыла за ним дверь, подождала, пока его машина уедет от моего дома, и только тогда открыла коробку. В коробке лежал стальной прямоугольный контейнер с интерактивной панелью, а рядом с ним – записка от мамы с кодом от замка. Я ввела цифры и открыла крышку: внутри контейнера, в густой массе колотого льда, лежала моя «гуманитарная помощь» в виде двухлитровых пакетов из-под томатного сока. Я пересчитала их: всего восемь пакетов, значит, на ближайшее время у меня было шестнадцать литров крови. Закрыв крышку, я перенесла контейнер на кухню, разложила пакеты с «соком» в холодильнике и поставила температуру в нем на четыре градуса по Цельсию.
«А как быть с Мэри? Вдруг она решит попробовать этот «сок»? Что ей сказать? Вот это дилемма! Надо что-нибудь придумать, пока она не вернулась!» – задумалась я.
Ведь это так естественно: Мэри может увидеть пакеты на которых нарисованы толстощекие красные помидоры, с польской надписью «Sok pomidorowy», решит попробовать его, откроет один из пакетов, станет наливать сок в стакан, а вместо него польется…
Что же придумать?
Я постучала ногтями по холодильнику, придумывая что-нибудь правдоподобное: нельзя было допустить, чтобы Мэри увидела эту кровь и узнала о том, что я пью ее. В конце концов, после долгих размышлений я решила, что просто любезно попрошу ее не открывать мои пакеты с «соком» – она ведь порядочная девушка и не будет совать свой нос куда не следует.
А пока Мэри отсутствовала, я решила перенести свою одежду из ее шкафа в свою комнату, но это не заняло у меня много времени, поэтому мне пришлось около часа просидеть у окна, дожидаясь прихода соседки и слушая, что происходит вокруг: все эти разговоры на английском вызывали у меня приятное чувство чего-то нового, необычного.
Наконец, я увидела Мэри, торопливо идущую к нашему дому, и с облегчением вздохнула: очень скучно кого-то ждать.
Дверь открылась, послышалась возня в прихожей, и затем в гостиную зашла Мэри с большими пакетами в руках.
– Я дома! Зашла в супермаркет, спросила, была ли ты, но мне ответили, что нет, – сказала она, ставя пакеты на пол. – Я все купила!
– Ой, кажется, я действительно забыла туда зайти! – Я притворилась сконфуженной, но была безгранично удивлена энтузиазмом Мэри: она сама купила продукты! Как неловко получилось! Ведь я совершенно не собиралась ничего покупать!
– Я так и думала, поэтому сама все купила. Не переживай, тебе тоже: помидоры, огурцы и яблоки, только за это тебе нужно отдать мне деньги.
– Спасибо за заботу, Мэри! – воскликнула я, а в душе недовольно вздохнула.
Я достала из кошелька сто фунтов стерлингов и положила их на стол.
– У меня не будет сдачи, – удивилась Мэри.
– Сдачи? – переспросила я.
– Ну да, здесь намного больше, чем ты мне должна.
– А сколько я тебе должна?
Она улыбнулась.
– Девять фунтов! – Мэри весело рассмеялась. – А я совсем забыла о том, что ты приехала из Польши! Неужели там все так дорого?
– Да, очень дорого, – поддакнула я, хотя понятия не имела, правда ли это.
Я никогда не покупала продукты и не знала даже примерную их стоимость. Да и с бумажными деньгами почти не имела дела, а просто переводила деньги на банковские счета.
– Отдашь, когда разменяешь. – Мэри схватила пакеты и направилась на кухню.
Я пошла за ней.
– А что за пустая коробка в прихожей? – спросила она, вынимая из пакета продукты и складывая их на стол.
– Я как раз хотела сказать тебе о ней: это родители прислали мне посылку с очень важным для меня лекарством, – сказала я, помогая ей вынимать продукты.
– С лекарством? – Мэри на секунду застыла с булкой багета в руках. – Ты чем-то болеешь?
– Да, я же говорила, что у меня аллергия почти на все продукты. Поэтому я пью специальное лекарство, и оно очень противное.
– Как мне тебя жаль! Меня в детстве поили касторкой, и это было отвратительно!
Я подошла к холодильнику и открыла дверцу.
– Вот видишь, в этих пакетах – мое лекарство, – объяснила я Мэри.
– А почему они похожи на упаковки томатного сока? – удивилась она.
Она подошла к холодильнику и взяла в руки один из пакетов.
«Какое зрелище! Мэри вертит этот пакет в руках и даже не представляет, что в нем – человеческая кровь и что ее соседка – вампир!» – усмехнулась я.
– Я попросила, чтобы мне его так присылали. Это простая психология: я пью лекарство из этого пакета, и мне становится не так уж противно, – серьезным тоном соврала я.
– Правда? А я и не знала, что так можно. – Мэри положила пакет в холодильник и вернулась к продуктам из магазина.
– Да, проверено мной с шести лет, – вздохнула я.
– Это очень печально, когда на Рождество не можешь есть праздничное угощение, – задумчиво сказала девушка. – Наверно, тебе очень обидно смотреть на то, как все едят вкусности, а тебе самой нельзя к ним притрагиваться?
– Сначала было обидно, но со временем привыкаешь ко всему, – отчаянно лгала я. – Мэри, могу я тебя кое о чем попросить?
– Конечно, о чем? – Она посмотрела на меня.
– Не открывай эти пакты даже из любопытства. Никогда, – с улыбкой сказала я.
Лицо Мэри вытянулось: конечно, я так «вежливо» попросила ее об этом!
– Хорошо, как скажешь, – сказала Мэри и пожала плечами.
– Прошу тебя, не обижайся, просто я очень щепетильна в таких вещах, – поспешила оправдаться я.
– Я? Обижаюсь? Ни капельки! – фыркнула она. – У меня тоже есть маленькие бзики. Например, я мою голову только одним шампунем, а когда его нет, я вообще не мою голову, пока не куплю его.
– Ничего себе! Ну, ты даешь! – воскликнула я, из вежливости удивляясь ее «бзику».
– Да, или другой бзик: иногда у меня бывает бессонница, и мне становится страшно быть в комнате одной, и тогда я бужу кого-нибудь. Так что будь к этому готова.
– О, ну это всегда пожалуйста: у меня тоже часто бывает бессонница – Я даже обрадовалась ее словам.
Мы стали раскладывать продукты, но все это время я чувствовала себя неловко. Однако Мэри и не думала обижаться: она стала рассказывать о том, какие фокусы выделывала в школе.
– А теперь что-нибудь приготовим! – Мэри открыла кран, помыла руки и достала из холодильника кусок мяса.
Представив, какие запахи будут стоять в доме, я поспешила ретироваться, сославшись на срочный поход в магазин за тетрадями и ручками для учебы. Я схватила кошелек, быстро надела кеды и пиджак, и вылетела из дома, даже не спросив у Мэри, где могу найти такой магазин. Но нашелся он быстро: на нашей улице оказался большой книжный магазин. Я взяла там несколько блокнотов, две записные книжки, восемь ручек разного цвета, чтобы писать ими названия тем и разделов, несколько простых карандашей, линейку, точилку, ластик, и понесла все это на кассу. Кассиром оказался приятный молодой человек, приветливо мне улыбнувшийся.
Я положила вещи на кассу и попросила дать мне пакет.
– Вы, наверно, только поступили? В Оксфорд? – вдруг спросил кассир, окинув взглядом то, что я принесла.
– Да, – коротко ответила я, не глядя на него: мне не хотелось с ним разговаривать.
– В какой колледж? – опять спросил он.
– Святого Иоанна, – нехотя ответила я, все же взглянув на него, но совсем не понимая, зачем он спросил меня об этом.
– Я тоже там учусь. На втором курсе. Отличный колледж! – сказал он, складывая мои вещи в пакет и улыбаясь мне.
– Здорово. – Я открыла кошелек. – Сколько с меня?
– Двенадцать фунтов, – ответил парень.
Я протянула ему злосчастные сто фунтов, которые не приняла Мэри. Парень отсчитал сдачу и отдал ее мне вместе с пакетом.
– Знаешь, что… – Он запнулся. – Если тебе что-то понадобится или будет непонятно, то спрашивай меня: первокурсникам всегда приходится достаточно тяжело – проверено на собственной шкуре.
– Спасибо, буду знать. – Я взяла пакеты и быстро вышла из магазина, чтобы избежать дальнейшего бессмысленного разговора с этим нагловатым продавцом.
В этот момент я вспомнила о том, как окружающие реагируют на мою внешность. Внешность, черт побери! Как будто я – красивая обвертка! Красивая кукла с пустотой вместо мозга! Я даже была готова терпеть жуткие запахи еды Мэри, лишь бы не сталкиваться с вниманием окружающих людей.
Я вернулась домой, сняла кеды и пиджак, положила пакет с канцелярскими принадлежностями на кровать в своей комнате и зашла на кухню, чтобы задать Мэри терзающий меня вопрос.
– Мэри, как ты думаешь, я – дура? – без обиняков спросила я, едва зашла на кухню.
– Ого, какой вопрос! Нет, не думаю, что ты – дура. Наоборот, я считаю, что ты – очень умная девушка, раз поступила в Оксфорд, – ответила мне Мэри и провела тыльной стороной ладони по своему лицу, оставив на нем следы от муки.
– Тогда почему все вокруг считают иначе? – с обидой спросила я.
– Кто именно?
– Не знаю… Я не могу утверждать… Просто сегодня я слышала разговор двух парней, и они решили, что я поступила в Оксфорд не потому, что я – умная.
– Поменьше слушай всяких дураков. Мало ли идиотов на свете? – Мэри открыла крышку сковородки и посмотрела на мясо. – Открою тебе один большой, но банальный секрет: в нашем городе есть много неудачников, которые не смогли поступить ни в один колледж, тем более, в Оксфордский, поэтому злятся и вымещают обиду на всех вокруг, особенно на красивых девушках, ведь их обидеть – легче всего. По их мнению, все девушки с кем-то переспали, чтобы поступить сюда.
– Так все дело в моей внешности? – Я расстроилась от этой мысли.
– Именно так: ты очень красивая и производишь на людей просто ошеломляющее впечатление… Ой, кажется, мясо подгорает! – Мэри стала переворачивать кусок мяса на другую сторону. – Даже Гарри сказал, что ты безумно красивая, а ведь он очень объективно относится к женской красоте… Он сказал, что, если бы ты была не такой худой, то он бы в тебя влюбился.
– Не стоит об этом, – попросила я, чувствуя неловкость и какой-то необъяснимый стыд: мне было стыдно слышать о том, что подумал обо мне брат Мэри. Мне было даже неприятно оттого, что Гарри так отозвался обо мне да еще и худой обозвал.
– Просто не обращай внимания. Люди скоро привыкнут к тебе и перестанут восхищаться, а когда ты начнешь учиться, твои сокурсники поймут, что ты еще и очень умная, – посоветовала мне Мэри.
– Что-то сомневаюсь в том, что я умная, – отозвалась я. – Мне кажется, что все они просто гении по сравнению со мной! Ты не представляешь как, мне неприятно оттого, что все глазеют на меня, как на манекен в витрине! Я самый обычный человек!
– Терпи! – бросила на это Мэри.
– Со мной только что флиртовал парень из книжного магазина, – усмехнулась я, вспомнив об этом.
– Парень? Высокий? Светленький? – спросила Мэри. Ее глаза загорелись.
– Да, кажется. А ты что, его знаешь? – удивилась я.
– Как не знать? Это Эндрю: я встречалась с ним этим летом.
– И он флиртовал со мной! – Я поморщилась. – Господи, как это противно! Фу!
– Зря ты так: он очень хороший парень. – Мэри открыла кран и стала мыть руки. – Мы с ним расстались очень хорошо, друзьями. Просто поняли, что не подходим друг другу.
– Все равно, мне очень неприятно, – нахмурилась я.
– Но ведь Эндрю не знает о том, что мы – подруги, а когда узнает, ему станет неловко, и он будет долго извиняться, вот увидишь. Мясо готово! Буду накрывать на стол. Составишь мне компанию?
– Хорошо, только переоденусь и вернусь, – ответила я и пошла в свою комнату.
Сев на кровать, я подумала: каким насыщенным стал второй день моего пребывания здесь! Я уже второй день жила вдали от дома и своей вампирской среды. Второй день в мире людей.
Переодевшись в старенькие джинсы и футболку, я вернулась на кухню.
– Я приготовила тебе салат: там только помидоры и огурцы, – сказала Мэри, садясь за стол.
Я посмотрела на стол, стоящий у окна: на нем были разложены тарелки, вилки, большой чайник, две кружки… И глубокая тарелка с салатом.
– Мэри, не стоило! – Мне стало жутко неловко, а потом я испугалась, что мне продеться есть эту гадость.
– Мне нетрудно! – отозвалась Мэри, разрезая на кусочки жареное мясо в своей тарелке.
«Она так хочет мне угодить! Это так трогательно!» – пронеслось у меня в голове
– Спасибо, что позаботилась обо мне, но я могу есть только свежие овощи, – нашлась я, увидев, что салат был полит подсолнечным маслом.
– Как жаль! Черт, не нужно было спешить! – с досадой сказала Мэри. – Но я сейчас достану свежие…
– Нет, не надо! Я не голодна! – торопливо воскликнула я.
Она удивленно подняла брови и села обратно на стул, с которого уже успела подняться.
– Ты ужасно странная! – сказала моя соседка. – Но не буду настаивать.
– Спасибо. – Я села напротив нее.
Пока Мэри ела свой обед, я сидела на стуле, положив руки на стол, и смотрела в окно. Это было непередаваемое ощущение – сидеть рядом с человеком, который ел жареное мясо и картофель, запивая все это чаем. А ведь это будет частенько.
– Когда у тебя начинается учеба? – спросила Мэри.
– С понедельника, – ответила я. – И я немного волнуюсь.
– Ну, естественно! А у тебя есть там кто-то из знакомых?
– Нет, совсем никого. Но это не проблема.
Мэри отпила глоток чая.
– Наверно, это так классно: новые люди, новые знакомства! Ты будешь заниматься в каком-нибудь кружке по интересам?
– Еще не знаю, – призналась я. – Мне сейчас нужно…
Вдруг послышался настойчивый громкий стук в дверь.
– Кто это? Ты кого-то ждешь? – спросила меня Мэри.
– Я никого здесь не знаю, кроме тебя! – ответила я, тоже удивившись нежданному гостю, и прислушалась: кто-то переступал с ноги на ноги, стуча каблуками о ступеньки.
Глава 4
– Я открою, а ты кушай, – сказала я, поднимаясь со стула.
– Спасибо, – отозвалась Мэри.
Открыв дверь и увидев гостя, я очень удивилась – это был Гарри Смит.
– Добрый день, мисс Мрочек, – любезно сказал он.
– Добрый день, – ответила я. – По-моему, вчера ты называл меня не так официально. Зачем пожаловал?
– Я приехал из-за Мэри. Приношу искренние извинения от всей нашей семьи за причиненные неудобства, – ответил он.
– Какие неудобства? – не поняла я.
– Приезд Мэри: она не должна была приезжать и мешать тебе, ведь ты арендуешь… – начал Гарри.
– Это пустое! Мэри не причинила мне никаких неудобств! – перебила его я. – Мне даже приятно, что мы будет жить вместе. Ваша сестра – удивительная девушка.
– А я думал, что ты очень недовольна из-за ее приезда. Тогда следует снизить для тебя цену за аренду дома.
– Нет, что ты! Не стоит! Мэри не тяготит меня, и снижать цену не нужно, – торопливо сказала я, подумав, что Мария очень удивится, увидев, что ей возвратили некоторую сумму денег за аренду, и станет расследовать почему.
– Но…
– Это мое последнее слово. Но почему мы стоим на пороге? Проходи, мы как раз обедаем.
Я зашла в дом, Гарри зашел тоже, снял с себя серый пиджак и блестящие черные ботинки, и прошел в кухню.
– Братишка! А что ты здесь делаешь? – радостно воскликнула Мэри: она мыла посуду. – Я бы обняла тебя, но у меня руки мокрые!
– Привет, Мэри, я приехал узнать, как ты здесь оказалась, – сказал Гарри, сев на стул.
– Будешь чай? Миша сейчас сделает тебе.
«Я? Сделаю ему чай?!» – Мои глаза широко распахнулись от этого заявления.
– Нет, Миша не нужно: я ненадолго, – сказал мне Гарри.
Фух! Я, конечно, хотела приобщиться к человеческой жизни, но делать людям чай точно не собиралась!
Меня охватило огромное желание покинуть их, чтобы они поговорили наедине. К тому же я чувствовала себя лишней – это была их человеческая семья и их человеческие отношения, и все это меня не касалось.
Тихонько выйдя из кухни, я спряталась в своей спальне. Теперь мне казалось, что жить с Мэри в одном доме было не лучшей затеей, и что я поторопилась с этим решением. Мэри было слишком много. Слишком.
Через минут десять Гарри уехал.
Мэри постучала в мою дверь.
– Миша, можно? – спросила она.
– Да, заходи, – ответила я.
Мэри вошла и села рядом со мной на кровать.
– Почему ты ушла? – поинтересовалась она.
– Вещи разбирала. – Я кивнула на пустой пакет.
– Ты не разозлилась, что Гарри приехал?
– Нет. О чем вы разговаривали?
– Он сказал, что я поступила очень некрасиво, приехав, не предупредив об этом ни семью, ни тебя.
– Как же он узнал?
– Тетя Мэл ему позвонила…. Ты что, подкрашиваешь брови? – вдруг спросила Мэри, пристально глядя в мое лицо.
– Да. Увы, их почти не видно, – с улыбкой ответила я.
– Неправда, все видно! Это глупо – подкрашивать брови!
– Ну, у тебя-то их точно видно! – со смехом заметила я. – Ты же брюнетка!
– Слушай, я сейчас иду на встречу со старыми друзьями. Не хочешь пойти со мной? Я вас познакомлю! – предложила Мэри.
Я испугалась ее предложения: никаких новых знакомств! Хватит с меня людей!
– Нет, спасибо, я лучше схожу на почту: жду письмо от мамы, – ловко отговорилась я.
– Ну, как хочешь! Пойду собираться! – Мэри вышла, и я услышала, как она стала рыться в своем шкафу и напевать какую-то детскую песенку.
Я быстро надела кеды, схватила пиджак, взяла паспорт, кошелек и ключи от дома, положила все это в сумочку и вышла из дома. Немного поразмыслив, я села на синий велосипед, решив опробовать его, и поехала по ровной аллее, озираясь по сторонам, чтобы не пропустить почтовое отделение.
Благодаря советам прохожих, я успешно добралась до почты, где меня ждало заказное письмо от мамы. Но, выйдя из здания, я обнаружила, что велосипед, заботливо прислоненный мною к фонарю, бесследно исчез. Я была обескуражена: вот это да! Неужели у меня украли велосипед?
Я осматривалась по сторонам, надеясь увидеть свой велосипед, но он пропал, и мне оставалось только стоять у почтового отделения и удивляться. С одной стороны, это было даже смешно: у меня украли велосипед! Как это по-человечески!
«Но ведь это не мой велосипед, а Мэри! Что делать?» – Эта мысль вызвала во мне досаду: я здесь всего второй день, а у меня уже угнали велосипед! – Что в таких случаях делают люди? Идут в полицию!» – сказала я себе.
Благодаря все тем же любезным прохожим, я нашла полицейское отделение. Полисмены очень хорошо ко мне отнеслись и даже предложили довезти меня до дома, так как он находился достаточно далеко от участка, но я отказалась в пользу обычного автобуса.
Я была очень довольна собой, ведь вела себя разумно, осторожно, совсем как настоящая юная леди, и даже побывала в полицейском участке.
Дома я обнаружила, что Мэри ушла.
«Нужно было взять номер ее телефона. И почему я не подумала об этом раньше?» – с досадой подумала я.
Моя соседка вернулась около десяти часов вечера – веселая и раскрасневшаяся. Она думала, что я уже сплю, поэтому постаралась не шуметь в прихожей, и тихо пошла в свою комнату. По пути Мэри на что-то наткнулась и выругалась себе под нос незнакомым мне словом.
Я зашла к ней.
– Ой, я разбудила тебя? – нахмурилась Мэри, снимая с себя теплую серую кофту.
– Нет, я не спала. Ну, как провела время?
– Отлично! В следующий раз тебе обязательно нужно пойти со мной! Я сняла пирсинг, видишь?
Я взглянула на ее нос: действительно, сережка с него исчезла, зато осталась небольшая, но довольно отталкивающая дырочка. Мне стало неприятно, и я отвела взгляд.
– Мэри, я хотела сказать… Только не ругайся… У меня украли велосипед, – извиняющимся тоном сказала я.
Мэри хихикнула, чем сильно меня удивила: у нас украли велосипед, а она смеется!
– Это не страшно! У меня его раз шесть воровали, а все потому, что на нем нет замка! – весело сказала она. – Не расстраивайся! Завтра сходим в полицию и заявим об этом.
– Я уже заявила, – сказала я, чувствуя гордость за свой поступок.
– Тем более. Оксфорд – город велосипедов, и они пропадают часто, но их всегда находят. Ты ведь оставила им номер телефона?
– Да, и адрес тоже… А я-то думала: почему полисмен так улыбался! – рассмеялась я: когда я назвала ему свой адрес, он с улыбкой посмотрел на меня, – видимо, он уже не раз принимал заявление о краже именно этого велосипеда.
–Ты не против, если я займу ванную на пару часов? – спросила Мэри, вытаскивая из шкафа большое пушистое полотенце.
– Нет, конечно. Пойду спать. – Я поднялась на ноги. – Только дай мне номер твоего телефона, на всякий случай.
– Хорошо, записывай.
Мэри продиктовала мне свой номер, и я записала его на смартфон.
Мэри стала рыться в тумбочке.
– Черт, да где этот гель? Неужели я забыла его в Шотландии? Миша, одолжишь мне свой?
Я немного опешила, но принесла ей свой гель для душа.
«Нужно обязательно выпить крови сегодня ночью, когда Мэри уснет, ведь это – уже третий день» – подумала я, закрываясь в своей спальне.
Вдруг за дверью послышался голос Мэри:
– Миша, открой! Я включу тебе камин, а не то ты замерзнешь ночью: на улице ужасно холодно!
Я открыла дверь, Мэри вошла, включила камин, пожелала мне спокойной ночи и ушла. Через минуту послышался шум воды в ванной. Чтобы не слышать, как Мэри принимает водные процедуры, я засунула в уши наушники, открыла ноутбук, включила музыку и зашла в социальную сеть, чтобы пообщаться с кем-нибудь из своих. Онлайн была только Мария, и я с удовольствием наврала ей с три короба: что я живу одна, ни с кем не общаюсь, что меня считают стервой и заносчивой девчонкой, и что люди – нудные, и у меня нет ни малейшего желания с ними общаться. Я наврала, ведь не могла рассказать ей правду, чтобы она не примчалась и не увезла меня обратно под родительское крыло.
В четыре часа утра я отключила музыку и ноутбук, прислушалась и услышала ровное дыхание Мэри: она спала. И я, бесшумно, не включая свет, пошла на кухню, вытащила из холодильника один из пакетов с «соком», налила кровь в стакан и начала медленно, смакуя, пить ее, ощущая, как по телу разливается удовольствие, наполняя мой разум легким туманом. Я выпила все два литра крови, скомкала пустой пакет в маленький шар, выбросила его в мусорное ведро, тщательно помыла стакан, пошла в ванную комнату, почистила зубы и, ощущая в теле бешеный прилив энергии и приятное чувство сытости, наполнила ванну водой и лежала в ней несколько часов.
В шесть часов утра я собралась на пробежку, оделась, даже накинула теплую кофту, чтобы не выглядеть странно, и зашла к Мэри, ведь она сказала, что будет бегать со мной.
Мэри спала, вытянувшись почти поперек кровати и с заложенными за голову руками. Она тяжело дышала во сне. Я легонько потрясла ее за плечо.
– Мэри, просыпайся, – тихо сказала я, но она недовольно промычала и отвернулась от меня на другой бок. – Ты идешь бегать? – Я вновь потрясла ее, уже сильнее.
Мэри открыла глаза, повернулась ко мне и недовольным сонным взглядом взглянула на меня.
– А, это ты? Что случилось? – спросила она сиплым голосом.
– Я иду бегать. Ты со мной? – спросила я.
– Бегать? М-м-м… Который сейчас час?
– Шесть утра.
– Шесть? Еще так рано… Наверно, я не пойду с тобой сегодня. Завтра – обязательно. Не обижайся, ладно? – Она потерла пальцами свои закрытые глаза.
«Так я и знала! Одни только слова!» – с неприязнью к ней подумала я.
– Хорошо, спи! – недовольно сказала я.
– Спасибо. С меня завтрак, – пробормотала Мэри и перевернулась на другой бок.
И почему я поверила в то, что она будет со мной бегать? Нашла кому доверять! Человеку!
Я надела кеды, засунула в уши наушники, включила музыку и с удовольствием пробегала два часа, встретив рассеянное солнце. Когда я вернулась домой, Мэри еще спала.
В пятницу мы сходили к тете Мэл, забрали заказ, погуляли по городу, и Мэри показала мне мой колледж. Последние дни прошли так насыщенно, что я даже стала забывать о том, что нахожусь одна в чужом городе, среди людей, и стала чувствовать свободу, которая сначала давила на меня, а потом стала душить счастьем. Но это была не моя заслуга – Мэри во многом помогла мне адаптироваться к новому окружающему миру, а главное, живя и общаясь с ней, я понемногу начала понимать, как устроен человеческий организм, как живут, чего хотят люди, и как с ними общаться.
Мэри вела себя так просто и естественно, словно мы были знакомы уже сто лет, и сначала это удивило меня – я не привыкла к таким откровенным разговорам и рассказам о чей-либо чужой личной жизни, но потом сама стала рассказывать о себе, конечно, скрывая то, что я – вампир и что моя семья не должна была знать о нашем проживании с Мэри под одной крышей. Мэри как-то странно влияла на меня. В четверг вечером она уговорила меня посмотреть какую-то мелодраму с незатейливым сюжетом: парень и девушка постоянно видят друг друга, но никак не могут встретиться в большом городе. А в конце фильма выяснилось, что этот парень – призрак, а девушка – это та, что сбила его насмерть машиной и уехала с места преступления. Фильм так себе – я смотрела и лучше, но конец, все-таки, не оставил меня равнодушной: девушка, терзаемая мыслями и совестью за убийство того парня, в призрака которого уже успела влюбиться, покончила жизнь самоубийством, спрыгнув с крыши своего многоэтажного дома. И вот, она упала на асфальт, ее мозги разлились по дороге, и тут ее призрак встал на ноги, а перед ней – тот парень, которого она убила. Он подал ей руку, она приняла ее, и они вместе пошли прочь от ее мертвого тела, вокруг которого собралась куча народу. Ах да, призрак простил ее и тоже был в нее влюблен.
И вот, после просмотра этого фильма я сидела на кровати и думала: зачем? Я совсем не собиралась его смотреть! Но, как только Мэри сказала: «Давай посмотрим классный фильм!», я тут же ответила: «Давай!», а впрочем, мне было не жаль потраченного на просмотр времени: это был новый опыт – просмотр фильма с человеком, с подругой. Ведь люди часто так делают: им почему-то постоянно нужно, чтобы с ними кто-то был во время просмотра.
Наш велосипед нашелся быстро: мне позвонили на следующий же день, как я подала заявление о краже, и оказалось, что велосипед был угнан местным шалопаем по имени Фрэнк, любящим угонять чужие средства передвижения, особенно – двухколесные. Кроме велосипеда, мы получили от полисменов «супер-надежный замок», чтобы кражи больше не повторилось, видимо, им надоело постоянно разыскивать наш велосипед.
Как ни банально, Мэри так и не стала бегать со мной по утрам: она просыпалась около восьми часов, быстро принимала душ, ела, одевалась, убегала на работу и возвращалась часов в шесть вечера. Но в эту пятницу ей дали выходной, и мы смогли совершить нашу экскурсию по Оксфорду и моему колледжу. Благодаря тому, что я прочла книгу об истории Оксфорда еще до приезда сюда, мне не потребовался повторный рассказ, который так и хотела поведать мне Мэри.
«Город задумчивых шпилей» – так называл Оксфорд в Англии какой-то певец Мэтью Арнольд в одной из своих песен. Изысканная архитектура и величественные постройки – все здесь хранит историю. От Мэри я впервые услышала информацию о том, что даже Адольф Гитлер во времена Второй мировой приказал не бомбардировать город, в то время, как Лондон постоянно подвергался воздушным атакам. Все потому, утверждала моя соседка, что именно этот город Гитлер хотел превратить в столицу Англии в случае ее завоевания.
Легенда гласит, что Оксфорд в Англии появился благодаря принцессе Фрайдсвайд. Прекрасная девушка мечтала стать монахиней, но преградой этому стал король, желавший жениться на ней. Чтобы избежать этого, она убежала в маленький поселок, а когда король поехал за ней, в дороге он потерял зрение и приобрел его лишь после того, как принцесса простила его преследование. За это он пообещал девушке свободу, и Фрайдсвайд основала монастырь, вокруг которого появились первые коллегиальные колледжи, а потом и город.
История Оксфорда начинается в девятом веке, когда король Альфред Великий приказал построить фортификации в нескольких английских поселках для обороны от завоевателей. Вскоре крепость, построенная саксами, превратилась в цветущий город, и залогом этому стало удачное его расположение между двумя реками, что благотворно повлияло на торговлю.
Город периодически повергался нападениям датчан, а в одиннадцатом веке был полностью уничтожен в пожаре. После реконструкции городом завладели норманнские завоеватели, которые построили здесь первый замок. В то время город был вторым в Англии по количеству населения сразу после Лондона.
В 1117 году был обоснован самый старый университет Англии, с целью дать священнослужителям более полное образование. Лишь при Генрихе Втором Оксфорд стал настоящим университетским городком. Его студенты получили много привилегий от правительства, что, конечно, вызвало недовольство местного населения. Между студентами и жителями постоянно возникали конфликты, и, чтобы решить ситуацию, руководство университета перенаправило студентов в Кембридж, что стало основанием второго по старине университета в англоязычном мире.
В эпоху Тюдоров экономика города вращалась вокруг учебного заведения: студенты стали основным источником дохода для местных мануфактур и промышленников. Вскоре Оксфорд превратился из маленького городка в большой богатый город.
Во времена Первой мировой войны количество студентов заметно уменьшилось, так как большинство из них было призвано к службе в армии. Сам же университет отдал часть своих помещений под военные госпитали. После войны город был быстро восстановлен и стал центром индустрии. Во Второй мировой войне разрушения обошли Оксфорд стороной, так как в городе не была развита тяжелая промышленность, и особого смысла тратить на него ресурсы у нацисткой Германии не было.
Массовая трудовая миграция после войны превратила Оксфорд в мультикультурный город. Таким он остается и сегодня: число иностранных студентов со всего мира растет с каждым годом. Этот старый красивый город стал своеобразным центром интеллектуального потенциала с технологическими и научными базами, которые привлекают молодые умы, и все так же остается городом с большим научным потенциалом.
Самый большой и старинный университет города – Оксфордский, в который я и поступила: он насчитывает тридцать восемь колледжей, а также шесть общежитий – закрытых учебных заведений, принадлежащим религиозным орденам без статуса колледжа. Заведение делится на девять факультетов: английского языка и литературы; истории; лингвистики; филологии и фонетики; средневековых и современных языков; музыки; философии, теологии и религии; античных наук; восточных языков и культуры. В него входят и научные центры, где работают ученые и студенты. Каждый год более двадцати тысяч студентов со всего мира выбирают это учебное заведение своим «alma mater».
Архитектура города заслуживает целых томов описания, но, не буду остроумной, если скажу: «Здесь царствует готика!». Готика, ежегодно привлекающая миллионы туристов. Много колледжей Оксфордского университета тоже расположены в зданиях средневековой постройки. Например, мой – прекрасный старинный колледж Святого Иоанна, основанный в 1511 году леди Маргарет Бофорт – матерью короля Генриха Седьмого.