![](/files/books/160/oblozhka-knigi-gostinica-na-razdorozhe-si-378017.jpg)
Текст книги "Гостиница на раздорожье (СИ)"
Автор книги: Анна Лерой
Соавторы: Даниэль Брэйн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)
Глава семнадцатая
Итак, мой карман пополнился на нужную сумму.
А мошна Арно опустела, и тут очень важны детали. Потому что у меня оказалось всего полторы тысячи монет, а Арно был выдоен и даже сказал, что ему придется продать кое-что из запасов, чтобы платить мне за проживание.
Чувствовала ли я подвох? Нет. У меня была лихая и уверенная физиономия, а уверенной она у меня была потому, что я понятия не имела, как искать того, кто хочет Арно убить, но и не до того мне временно было.
Мы начали с крыши. С утра, естественно, и после завтрака. Я прошлась по всему этажу, поужасалась, попинала ногами ведра. Полторы тысячи – только дыры подлатать, но иначе не выйдет, иначе мне этот этаж просто не заселить. И что бы я делала без Врея – не знаю.
Потому что первое, что я обнаружила: у фейков лапки. Не в прямом смысле, в самом что ни на есть переносном, но легче мне от этого не было. И началось это с того, что Врей погнал их пилить деревья, ту самую квоту, которую я не выбрала благодаря наличию двух драконов.
Несмотря на то, что дерево было нужно на обустройство зоны отдыха, Врей рассчитал, что немного мы можем выделить и на крышу: перекрыть новыми досками, а на полторы тысячи монет купить местный аналог битума и залить крышу сверху. Врей уверял, что битум – а проще говоря, смола юванской сосны – течь на жаре не будет, пахнуть не будет и вообще обеспечит стопроцентную тепло– и влагоизоляцию. Дорого, но единственный возможный для меня вариант. Я согласилась.
Деревья можно было пилить не все, а только те, которые обозначил королевский лесной надзор. Вроде бы все понятно: на этих деревьях были желтые ленточки. Фейки работали споро, деревья падали, Врей руководил, пока в какой-то момент не отвлекся – и к нам не явился моментально – трансгрессировал, что ли? – тот самый королевский лесной наздор. Оказывается, деревья, которые рубить и пилить было нельзя, они маркировали магическими токенами, и сигнал о нарушении поступал им в течение пары секунд.
Я смотрела, как суровый орк выписывает мне штраф, а Врей оправдывался:
– Мадам Агата, ну я ж на минуточку отвернулся. Все же нормально было, вот я как на духу, а потом – им, видите ли, это дерево рубить неудобно, так они ленточку перевесят…
– Ладно, – махнула я рукой и скрепя сердце отсчитала орку триста монет. Теоретически, если еще раз тряхнуть Арно…
От визита орка был, правда, и бонус: мне увеличили квоту, что не значило, что я могу косить все подряд, но еще штук пять деревьев мне орк отметил. Врей сказал, что это стоит больше, чем триста монет, я сделала вид, что довольна тем, что осталась в плюсе, но в помощь на вырубке отрядила еще одну мышку-наружку. Она глазастая, то есть он.
И пока Врей опустошал лесополосу, феечки под руководством Розы и Лили – еще одной волчицы и тоже родственницы Врея – занимались приведением в порядок верхних этажей. Капитально: вытащили всю мебель, сняли шторы, выволокли ковры, я подумала и приказала разобрать и ванные комнаты, и обои ободрать… Не то чтобы у меня был готовый рецепт успеха, но...
Когда «Матрос» обзавелся новым хозяином и названием, а стены как были, так и остались матросскими, то есть помнили еще эпоху Леонида Ильича, и денег не было и мы всем коллективом сосали лапу – вот тогда Марс Телескопович и придумал, как сменить «Матросу» пол. В прямом смысле – начинать надо было с пола, он сгнил еще во времена перестройки.
Хотя Марс Телескопович был тот еще жлоб, он был еще и весьма башковитым завхозом. А придумал он вот что. Сначала ввел в «Матросе» в эксплуатацию верхний этаж и оборудовал его всем, что собрал с нижних, от мебели до картин и унитазов. Даже на дизайнера интерьеров тогда не поскупился, чтобы не совсем у постояльцев глаз дергался от разнообразия. Ну а покраской и прочими радостями занимались, разумеется, мы. Вышло кривенько, бедненько, но красиво и чистенько.
Что было дальше? Дальше на последний этаж начали заселяться жильцы – вы же знаете, что верхние этажи обычно самые дешевые, если это не новейший небоскреб? – ремонт перешел на следующий, потом и его ввели в состав «Джеральдины», и номера там были уже получше, потом наступила очередь третьего этажа… В итоге у нас появился уже «отель», но «четыре звезды» ему так и не дали, и управляющий, чтобы не получить от владельца по шее, одну нарисовал в свидетельстве сам и заказал новую вывеску. У него прокатило.
Примерно нечто похожее я собиралась сделать сейчас. Тем более что у меня было всего три этажа – это вместе со служебным, «техническим», где ресторан и прочие помещения. Кое-где были еще надстройки, но ими я собиралась заняться позже.
И вот когда под моим руководством отдирали от пола роскошную ванную, а я опасалась, что сюда сейчас притянет Арно и он скажет, что это нужно ему, а не в будущий «люкс», грянул гром.
Да, кое-что я несколько не учла. Это в «Матросе» постояльцы такие, что им на шум-гам наплевать, да и в номерах их днем не бывает. А к нам явилась грозная мать.
– У меня дети спят! – заорала она так, что феечек по углам разметало, а у меня заложило уши, и следующие минуты три я вообще ничего не слышала. Орчиха орала без остановки. Роза и Лили прижимались ко мне, я только махала руками, мол, заткнись ты хоть на секунду.
– Вы свои яйца разбудите, – сказала я. Однако возымело, орчиха замолчала. А дальше я начала лить ей мед: – Мадам, вынужденная мера. Нам нужно всего пару дней, и мы предоставим вам эти апартаменты. Смотрите, две комнаты, а какой вид!
Пообещай клиенту повысить уровень сервиса, и он засунет язык обратно в рот. Не то чтобы это всегда работало, но исключения были сравнительно редки.
– Вылупится ваша прекрасная кладка…
– Вы хотели сказать… – начала на глазах распухать орчиха.
– Ваши чудесные малыши увидят свет, – поправилась я. Не с моим опытом! Мне и в распространенной фамилии «Зуев» промахиваться сколько раз приходилось, а ведь человек это потом в бухгалтерию нес… Улыбаемся и пашем! – Только немножечко потерпеть, и ваш уютный номер – за ту же цену – будет вас ждать! И персональная горничная.
С этим я, конечно, поторопилась, но плевать, одну феечку дам.
За семечки и крышу над головой работали фейки и феечки на совесть. Совести там той было, правда, примерно как и мозгов – с лупой не увидишь. Однако даже ее хватило. К концу дня и я, и Роза, и Лили охрипли, но три номера привели в полный порядок. Крышу успели перекрыть наполовину, и я порадовалась, что дала себе два дня, не один.
После работы, забрав метлу, которую я все еще постоянно где-то теряла, я полетела смотреть, что у меня с расчисткой территории будущей зоны отдыха. Могла бы и ногами пройтись, но ноги вопили о пощаде. Но не успела я дойти до выхода, как меня остановили.
– А мне индивидуальную горничную? – это выполз на лестницу песец. Причем выполз он наполовину и в человеческом обличье, и судя по той половине, которую было видно, не стоило надеяться, что если сверху у него рубашки нет, то штаны на месте.
– Я к вам нашего ключника приставлю, он быстро научит одеваться, пока горит лучина длиной в палец, – многозначительно глянула я на голый тощий торс. Вроде бы он ест, от еды точно не отказывался, Роза исправно ему таскала завтраки-обеды в номер, но почему такой худой? Не в коня корм?
– Так а что насчет комнаты? Я, понимаете ли, творческая натура! – свел он к переносице густые брови, это единственное, что в песце было массивного. – Мне только-только удалось поймать вдохновение за хвост, только-только заставить родник метафор раскрыться, а мед слов пролиться на бумагу…
– Что вы еще, уважаемый, залили чернилами? Если это потолок, то белить будете собственноручно, кистью из собственного же хвоста, – последнюю фразу я сказала несколько тише, все же клиент, пусть я и устала, и вымоталась, но непрофессионально наезжать так топорно.
– Н-ничего такого! – но голос у песца дал петуха, а глазки забегали.
– Зачем вам тогда новый номер, дорогой гость, если вы еще старый не… – «загадили» хотела сказать уже я, так и просилось на язык, но я извернулась. – Привели в полное единение со своим внутренним миром. Когда доведете до абсолюта ваш теперешний номер, потом оплатите все, что видоизменили в угоду своей гармонии и вдохновению, тогда и поговорим… А пока приятного вечера! И наденьте штаны, у нас здесь дети!
– Но как же вдохновение? – простонал песец.
– За вдохновением это к природе! И в одиночестве!
Я с достоинством матери-королевы окатила песеголовца еще раз взглядом бабулек на лавочке и продолжила спускаться по лестнице. По-хорошему надо было этого нудиста обратно в номер запихнуть. Распугает мне всех горничных. Хотя Ари еще попробуй испугай, она зубом цыкнет, своим ангельским голоском выругается, схватит в охапку то, что в руки попалось – а поскольку гномка роста невысокого, даже боюсь представить, за что она схватит песца – да выкинет извращугу из окна.
Может, ему эти штаны суперклеем приклеить?.. Хотя воспитывать поздно, а я не мамочка, да и дел у меня по горло. С такими мыслями я вылетела во двор.
Снаружи все было отлично: столбы уже стояли, площадка была размечена, даже лягушатник начали делать – восторг. Да, все это надо еще рекламировать! Я выписывала кругаля на метле, орала неудачные стишата и мешала хоббитам ловить рыбу. На меня шикали и даже кидали камни, но угроза «прокляну и ноги вырву» заставила полуросликов сдаться.
Ари, мне нужна Ари, потом Врей, может, он тоже что-то придумает, а еще… А это еще что такое?
Нет, мне определенно не померещилось. Я, конечно, заработалась, но еще в своем уме. Один раз – это случайность, но второй – уже закономерность. Снова я видела мелькнувшую тень. Кто-то крадется под покровом наступающей ночи перерезать горло моему совладельцу? Что он там говорил, ведьмы его пытались уверить, что это он сам себя прикончить хочет? Ну нет, конечно, это уже чушь, но что если потом вдруг еще на меня подумают? Этот пустозвон мне нужен живым и здоровым!
Метла была бесшумной. Это спасало. Я снизилась, тенью скользнула над небольшой рощицей. Но кто-то же есть? Точно есть! Но как я ни всматривалась, не видела, а…
А кого не видно, пока не наступит ночь?
От неожиданности я чуть с метлы на сверзнулась. И как жить, никому не доверяя? Можно, конечно, но как-то безрадостно. Тут подозрения, там подозрения... Биби же милая, а вся подлость и делается с милыми лицами, это только в кино злодей обязательно клоун, хоть Джокер, хоть Палпатин, а в жизни обычно такая няша – хоть ручайся собственной зарплатой – как раз-таки и укусит больнее. Подозревать, не подозревать?
И тут в темноте что-то забелело. Не тень, но тоже улика! Я пригнулась к метле, направила ее низко-низко у самой травы к подозрительному свечению…
А, зараза! Никогда бы не подумала, что голые ягодицы в темноте так светятся!
– Да что ж ты делать будешь?! Позор-то какой! – завопила я, пугая любителя посветить булочками. Он подпрыгнул от неожиданности, по-лягушачьи подкидывая ноги и – пуф – превратился в песцовое белое облако.
– Да что не так? – протявкал песеглавец. – Вы же сами меня отправили на природу!
– Здесь тоже нельзя ходить голым!
– А где можно?!
– Нигде нельзя, кроме ванной! Вот туда и отправляйтесь! – гаркнула я на белый комок меха. Тот недовольно зафыркал и, повиливая хвостом, удалился. В ночной тишине до меня прекрасно доносилось его ворчание:
– Да что за условия такие, никакой заботы о нуждах гостей! Кормят прилично, но остальное… Это же издевательство! Это притеснение моей натуры!..
Натуру у него притесняют, натуральный песец, блин! Несмотря на протесты метлы, которая не налеталась, я вернулась в гостиницу, потребовала у Биби лист бумаги и оставила Врею записку: «Сделать плакаты и развесить в зоне отдыха на каждом шагу! “Животным вход воспрещен! Нахождение в обнаженном виде в зоне отдыха воспрещено!”». Сурово, но положение обязывает. Меня орчиха схарчит и не почешется, и, что самое досадное, будет права.
Так что я подумала и добавила, что плакаты надо по всей территории разместить. На каждом доступном метре. Отель, свободный от голых задниц.
А потом случилось страшное.
Я поела. Нет, вот я решительно направилась в ресторан и потребовала себе все самое лучшее. Первый раз нормально за столько дней, не перекус, не быстрый завтрак на ходу. Это как же я была – на каких нервах! – что даже голод особо не чувствовала! Глаза разбегались, ноздри схлопывались от запахов, руки тянулись и туда, и туда, и еще туда, к счастью, постояльцы уже откушать изволили и свалили по своим конуркам. Фейки приносили мне разный харч… и я уже в какой-то момент себя осекла: нельзя же так обжираться сразу, не столько фигуру жаль, как собственное пищеварение.
День прошел не зря, и я упала в кровать, забыв посмотреть, в общем-то, главное: какими навыками я владею и где и как мне искать убийцу Арно…
Глава восемнадцатая
Раньше срока, то есть через четыре дня, все, что я наметила, было готово. Верхний этаж теперь выглядел…. ну, отлично, если не всматриваться. Не сказать, что дорого-богато, без лишних изысков. Было в дизайне что-то такое в стиле бохо: очень модно и расслабляюще. Хм-м, вот только еще дырку в чехле на кресле зашить. Или нет, пусть все так и будет, подумала я и махнула рукой. Это такая дизайнерская задумка, главное, чтобы оттуда не начали вылезать местные клопы.
За это время произошло еще одно важное событие: Арно принес Штуку обещанного су-шефа! Принес незамысловато, в коробочке, и аккуратно подсунул под дверь, а мне объяснил, что с некрочастями шутки плохи, пусть разбираются между собой сами. Я его чуть не убила – мне вообще-то гостей кормить, и хорошо бы не некрочастями, а нормальной едой, но Штук неожиданно с су-шефом поладил, назвал его «Вишенка» и поставил на супы.
– Это что, самочка? – спросила я у Арно. Я вообще старалась задавать ему больше вопросов и отвлекать всячески внимание, чтобы он первый меня не спросил, как движется мое расследование. Как, как?.. Да никак! В целом-то не первой же важности дело: живой проснулся, живой заснул, никто не покушался, а значит, все ладненько и без проблем. И вообще, не видишь, у меня куча дел!
– Откуда я знаю? – пожал плечами он. – Рука была мужская, ну а что там получилось в итоге, это их дело…
– Профессионал, – показала я Арно большой палец, но этот жест, наверное, здесь был не в ходу, потому как некромант на меня таращился с подозрением.
И вот час икс настал. День начался просто отменно, как в лучших домах Лондона и Парижа. У нас был торжественный завтрак, все вокруг сверкало и звенело. Потом началось великое переселение и у тех, кому я не натрепала лишнее языком, пересчет. Да-да, красота стоила денег, и теперь надо было эти деньги откуда-то отколупать.
В данном случае я применила принцип компании-лоукостера: вроде бы дешево, но допуслуги. К примеру, персональная горничная. Но это как допуслуга, естественно, в «Раздорожье»! Конечно, сейчас по европейским стандартам на этажах никто не сидит, но я-то сама с этого начинала, с дежурной по этажу! И зачем изобретать то, что десятилетиями до нас прекрасно работало? То есть: мы в «Матросе» это уже позабыли, прошлый век, дескать, а тут прогресс и дополнительный заработок. Хотите чай-кофе? Платите, а не хотите платить, так будете нюхать, как соседу в номер пироженки понесли.
Орчиха разместилась в обещанном «люксе», въехала с огромными баулами, хотя видела я ее всего-то в двух платьях и трех накидках. Что можно с собой возить в таком количестве? По соседству с ней я переселила достаточно тихого вампира-обжору. Тот переезжать не особо хотел, это же задницу надо поднимать, вещи собирать, ножками ходить… Я даже намеревалась ему придать ускорение метлой, но клиентоориентированность победила, пришлось выделить ему персональную феечку. Оторвала от сердца, можно сказать!
– Роза, солнышко, принеси, пожалуйста, с рецепции расписку, что персонал в пищу не употреблять. Пусть гость подпишет, – вежливо попросила я.
– Так фейки-то несъедобные, говорят, сухие, – пропищала волчица.
– Мало ли, что говорят, вдруг именно эта сочная окажется, иди, солнышко, – подтолкнула я ее.
Следующими перебрались: парочка эльфов, полурослица и еще парочка пожилых хоббитов. Последние просто золото, я их только в ресторане и видела, чинно пришли, чинно смели все со стола, вежливо губы промокнули салфеточкой, ее тоже съели и удалились отдыхать. Потом настал черед семейства оборотней – отец, мать и великовозрастная дочь. Эти вроде как планировали чьей-то день рождения отметить, но то ли месяцем ошиблись, то ли денег не было, но жили они и жили, тоже не доставляя проблем. Отец даже со Вреем сигары покуривал, явно мужские разговоры вел. Надо им тир какой оборудовать или поле для мини-футбола, а вместо мяча… В голову почему-то все лез круглый и белый пушистый шарик. Ну да… Оставался не переселенный только песец. Но когда он попытался прорваться через заслон на лестнице, я врубила тяжелую артиллерию.
– Это вип-зона, – сказала я.
– Да я!.. Я еще тот вип! – тявкнул песец.
– Да я знаю, но есть одно «но», – кивнула я. – Видели вон ту бугристую мадам с кучей яиц? Если вы попадетесь в непотребном виде на глаза ее детям, она в момент состряпает из вас рагу и воротник. А мне не нужны в отеле несчастные случаи.
– То есть, – призадумался песец, – я на этаже теперь один?
Ага, ага, я уже смекнула, к чему ты клонишь. Фиг тебе, а не развлечения!
– Вы объявления читали? – я обличающе ткнула пальцем на плакатики, развешанные везде, где только можно. Врей постарался на славу. – Вроде как вы человек… э-э… ну не суть, грамотный. Еще раз увижу, что вы тут разгуливаете в чем мать родила, выкину и денег за проживание не верну.
Ах, какая блестящая мысль, теперь бы только его подловить. Я слов на ветер не бросаю!
После столь же восхитительного обеда и наблюдений за воркованием Штука и новой сотрудницы я наконец смогла выдохнуть, что великое переселение народов закончено. Но народы расселены, а дела не закончены. И мы с Вреем отправились принимать зону отдыха. Если честно, у меня дрожали поджилки, потому что ставила я на нее очень и очень много. Да, собственно, все. Будут клиенты – будут деньги, не будет клиентов – аля-улю.
– Как бы нам это все, – я повела руками, – порекламировать… – Врей навострил уши, я пояснила: – Ну, чтобы о нас все узнали… Может, срубить еще одно лишнее дерево, сюда явится очередной орк, а мы ему вручим листовочки и попросим раздать?
Так себе бизнес-план. Он нам, пожалуй, сам раздаст по самое не балуйся и штраф влепит, да покрупнее… Но что-то придумать надо? И да, доставка. А то, что у меня все эти дни и так голова шла кругами, и что Арно у меня был неприкаянный, и что заняться слежкой за ним и его убийцами я так и не занялась – не оправдание.
– Вот Ари… – помечтала я. – У нее чудесный голос, может, она начитает завлекательный текст, а потом его будут слушать… Нет?
Судя по выражению морды Врея, эта мысль тоже была так себе. Я разочарованно вздохнула: эй, волчара, ты клювом, в смысле пастью, не щелкай, предложи что-нибудь!
– Как о нас вообще узнали все эти люди? – вслух подумала я. Нет, опрос провести можно и нужно, но… Но это там, в «Матросе», каждый был рад побрызгать своим ценным мнением, здесь публика какая-то к фидбэку нечуткая. Мол, я тебе деньги плачу, вот ты меня и не трогай…
«Узнай истинное уединение…» М-да, с песцом за компанию. Я поправила плакат насчет голых задниц. С одной стороны – предупреждения, а с другой – неприятность, выставленная напоказ. Из-за одного дивергента пришлось объявления вешать некрасивые. Природный уголок превратился в немного неприродный.
«Здесь вас никто не тронет…» Отлично, но как понаедут ко мне урки всех мастей со свежекраденными вещами! А что, гостиница далеко, не каждый здешний мент додумается сюда сунуть нос. А насчет тронет… У меня еще убийца не найден!
«Окунись в блаженство», «Скройся с глаз»… Что-то крутится, никак не пойму что. Тяжко-то как креативить! Не зря все эти креативщики и другие дизигнеры вечно как не от мира сего. Сидит бедняжка днями и ночами, морщит чело, напрягает все части тела, чтобы выдавить из себя более-менее продаваемый результат. Продаваемый, а не приличный! На приличный-то еще дополнительно стараться нужно, а за это не платят. Поэтому и выходят в мир всякие рекламы с молоком, льющимся по груди, или с голыми девками на капоте машины… То ли девок рекламят – а что, наши девки лучше всех, то ли все же товары.
Помню, сделали как-то в лихие годы «Матросу» рекламу в газетах и на всех столбах вокруг вокзала: с восточного толка женским силуэтом в неглиже. Мол, должно было указывать на отдых и развлечения в виде пожрать и в телек посмотреть, ага.
Ой, что потом было! Чуть ли не осадное положение пришлось вводить. Больше такой ошибки мы не допускали. Но даже после того, как весь персонал прошелся и снял кто сколько мог объявлений, даже через годы после той рекламы к нам нет-нет, а заявлялся какой-то особо умный и с порога требовал баб. Из баб его встречали я и Михалыч, а иногда и Леопольд Львович – тугой на одной ухо «афганец», который охранником одно время у нас работал. Вот такой вот богатый набор прелестниц, здравствуй, господин, сегодня я буду твоей любимой женой, ага.
Я осмотрелась еще раз и вздохнула, вокруг красота-то какая: белоснежный песочек, травушка, шатры такие, что были бы не мои, я бы слюной изошла и завистью, река, пляж и лежаки, столики, лягушатник…
– А это зачем? – спросила я и указала на корзиночку, плавающую в воде.
– Яйца полоскать, – развел лапами Врей.
А, ну да. Для милого клиента и сережку из ушка. Я шла, радовалась и перечисляла: пошить фирменные полотенца с названием, лучшим клиентам можно их дарить, феечки еще наткут и нашьют, только материал дай; фирменные бокалы, и вот тут название, и вот тут… Нет, приглядеться, так красота, я даже на разных Мальдивах такого не видела, не то чтобы я там была, но интернет-то у меня имелся! Эх, здесь бы мне хоть самую завалящую связь!
Феечки высаживали последние клумбочки, наводили лоск на пляжный бар. Вышло как в лучших отелях Ниццы, только как бы дать про все это знать? Как раньше-то люди справлялись? Чего я в те времена не жила?
У меня еще был кейтеринг – теперь Штуку было в два раза легче, на подходе анимация, косметологический кабинет… Да все я сделаю, времени и денег только дайте, но как рекламировать? Где людей брать? Можно мне таргетолога-попаданца, пожалуйста?
Радоваться бы, но увы. Как сказала одна наша гостья в «Матросе», писательница: книги как котята, не так сложно получить результат, как потом пристроить… С бизнесом, я вам скажу, точно такая же ерунда.
Штук и Вишенка выслушали меня внимательно. С ними была одна беда: у человека по лицу хоть что-то понятно, у рук – нет. Да у них и лица не было, поэтому это уже придирки. И понравилась им моя мысль или нет, я так и не могла уяснить, пока не закончила это все излагать и не замолчала.
– Таки мадам говорит дело, – задумчиво покивал Штук. Изобразил кивание. – Таки у нас перестанет пропадать продуктов, но как таки их доставлять?
– Это-то как раз ерунда, – вздохнула я. – Фейки легко с этим справятся, главное, четко писать им адрес и не давать больше одного заказа за раз. У меня проблема, как сделать так, чтобы о нас все узнали. Может, у вас будут идеи, маэстро?
– Таки скажите, что им будет блюдо от Штука! – воскликнул он и, кажется, вообще не понял, о чем я. М-да, вряд ли здесь есть кулинарные шоу и Штук в них участвовал и дипломы с кубками все собрал, чтобы одно его имя вводило людей в экстаз.
Прогрессорство, говорите. В книгах выглядело легко: попал студент по времена Ивана Грозного и давай строить электростанции и истребители. Ага, ага. Только авторы куда-то девали ту часть, где студент вообще объяснял, что такое электричество, людям, которые от молний шарахались. И вообще – стали бы они его слушать? Подвесили за шейку, пущай глупости не рассказывает. Или можно подгадать, в какие там годы что открыли и изобрели… Да и какой ломик и чья-то бабушка помогли бы любому попаданцу собирать истребитель из дендрофекального композита, тоже загадка. Тут элементарных приемов маркетинга нет, а вы – истребители…
С такими мыслями я вошла обратно в гостиницу и замерла. Возле стойки Биби меня ждала очень грустная Ари.