Текст книги "INKOGNITO"
Автор книги: Анна Котляревская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)
Эксперимент №9. Себя его глазами
Человек ощущает себя, свои мысли и чувства, отделенными от всего мира – и это его оптический обман. Эта иллюзия стала темницей для нас, ограничивающей нас миром собственных желаний. Наша задача – освободиться из этой тюрьмы, расширив сферу своего участия до всякого живого существа, до целого мира. Никто не сможет выполнить эту задачу до конца, но попытки достичь этой цели, являются частью освобождения.
— Альберт Эйнштейн
Неуверенна, что я уснула. Возможно, потеряла сознание. Потому что разлепить глаза сегодня особенно сложно. И по ощущениям я «проспала» долго. Но утро ли сейчас понятия не имею. Теплое тело пса греет мои ноги, пока тот мирно спит. С ума сойти…
Возвращаюсь мыслями в эту ночь. Все так смутно, что до резей в черепной коробке. Словно бы кто-то поднял ручник на бешеной скорости и стёр на хрен все шины. И да, шины – это мой здравый рассудок. Что-то рано, Лейла, ты начала его терять… Но получается, что теряю, да? Потому что, то, что я вчера видела… безумие, не иначе. От одной картинки дар речи пропадает. Это ненормально. Это… и чертовщина, и мистика, и… эксперименты Келлера.
Тру мелкие морщинки на лбу и напоминаю себе, что пускай мы и в египетской гробнице, но ничего сверхъестественного тут быть не может. Я в такое не верю. Я верю в пулю, которая пробивает сердце. Верю в острое лезвие, которое вспарывает сонную артерию. Я верю в очень жестокие, но понятные вещи. И пускай это шок… это, черт побери, правда шок, ведь я не планировала столкнуться ни с чем подобным. Но меня все равно не сломить.
Не запудрить мне мозги, Келлер.
Ты дал мне пожевать эту хуйню, уж извините. И вот результат – я «расслабилась», блять. Прекрасный галлюциноген. Буду знать. Ненавижу… и не за страдания, не потому что мне тяжело психологически или физически… я же не так банальна, понимаете?
Я ненавижу его за то, что не могу предугадать его.
Он постоянно на гребанную кучу шагов впереди. Первый человек на моей памяти, кому это удаётся. И все логические цепочки его деяний рассыпаются под этой аурой таинственности и мистичности. И он же знает об этом. И за это я его ненавижу!
Переворачиваюсь на спину и вздрагиваю, потому что Аарон Келлер в этой спальне.
– Господи… – выдыхаю.
Мужчина поглаживает быльца кресла, в котором сидит напротив меня. Колени широко и расслаблено расставлены. На теле лишь тактические штаны, верхняя часть – обнажена. Исследует меня взглядом. Постоянно раздражающе заинтересованным. Как будто бы я действительно гребанный эксперимент…
– Доброе утро, Лейла.
Доброе?
Мне так нужно его задушить.
– Тебе когда-нибудь говорили, что ты ведешь себя как маньяк? – я подтягиваю шелковое покрывало к груди и усаживаюсь, спершись на изголовье.
– Всякое говорили, сладкая, – улыбается. Почти очаровательно. Безумный Келлер…
– И я так погляжу, что тебя ничего не смущает? – иронизирую.
Хмыкает.
– Все зависит от того, под каким углом ты смотришь, Лейла.
– Уж прости меня за мою приземленность, но есть поведение, которое нельзя оправдать или объяснить даже самыми закрученными литературными оборотами. У тебя поведение маньяка, Аарон, – испепеляю его взглядом.
Мужчина на секунду отводит взгляд, незамысловато рассматривая балдахин. Вижу как обводит языком зубы под верхней губой. И выдумав очередную «безумную объяснялку», возвращает мне полный уверенности взгляд:
– Если бы в этом мире было всё так однозначно, Лейла, у нас не было бы к нему так много вопросов.
Бред сумасшедшего.
Да, мир однозначен, когда касается таких вот уродов как Келлер. Точка. Но озвучивать я этого не стала. Спорить с больным человеком бессмысленно. Мы здесь явно не для этого собрались.
Встаю с постели, заканчивая разговор своим уходом в ванную. Маньяк, конечно, тут же сканирует моё голое тело. Захожу в ванную комнату. Умываюсь самой холодной водой, которая тут есть. И такой же душ принимаю. Чищу зубы. Обворачиваюсь в полотенце и выхожу с влажными волосами. Температура тут такая, что уже минут через двадцать они будут сухими.
Келлер до сих пор здесь. Все еще сидит в кресле. Вижу, что завтрак уже ждёт меня. Поэтому молча иду к столику. Перехватывают. Стоит оказаться в шаге от Аарона, как он утягивает меня к себе на колени. Подхватывает под задницу и разводит мои колени, чтобы я сидела лицом к нему. Смотрит так слишком внимательно и долго…
– Почему Анубис не напал на меня? – спрашиваю, чтобы перевести наш еще не начавшийся диалог в русло, которое нужно мне.
– Я не отдавал приказа вредить тебе, Лейла. Он действовал лишь в силу собственных желаний, – отвечает спокойно мужчина, поглаживая мою талию поверх полотенца.
– Что-то такое я уже слышала, – закатываю глаза. – Но это не ответ.
– Очарован твоим любопытством и неотступностью, маленькая… – улыбается мужчина и… целует моё плечо.
Не знаю, что там за идиотские нервные окончания, но они подрагивают от соприкосновения с его губами.
– Эта собака грозилась сожрать меня весь гребанный день, а потом просто…
У меня даже слов не хватает.
– Он грозился, потому что чувствовал угрозу. Простой животный инстинкт, понимаешь? – Аарон вновь откидывается на кресло.
– Не особо, – поднимаю брови.
– Животные чувствуют внутреннее состояние другого животного. Нас, в том числе, – мужчина поглаживает ладонями мои ноги. – Ты была угрозой. Думала как угроза. Планировала как угроза.
Начинаю понимать. Конечно, я… и есть угроза для всех чудачеств Келлера, которые происходят в этих стенах.
– И что же произошло, что он так поменял своё «мнение»? – я остановила руки Келлера, накрыв своими ладонями. Его поглаживания… грр, отвлекают.
– Ты перестала быть угрозой.
Что?
Нет уж. Расхохоталась на всю спальню.
– Тебе нужна была наша защита. И он почувствовал это, – этими словами Аарон практически заткнул меня.
Твою же мать…
– Да, я немного растерялась, – соглашаюсь. – Потеряла бдительность, – неприятно в этом сознаваться. – Но из-за тебя, Келлер! И из-за твоего проклятого цветка! – тыкнула в него пальцем.
Улыбается. Господи да сколько можно скалиться?
– Приятно быть тем, кто обескураживает тебя, маленькая.
Нет, ну это невыносимо!
Я дергаюсь, чтобы встать, но… мужчина резко отрывает спину от кресла и крепко сжимает меня в объятиях. Не даёт уйти. Как и обещал… не сбежать.
– Всему своё время, Лейла, – тихо говорит он.
– Да уж, Аарон, – шиплю тоже тихо. – Всему своё время.
Его пальцы ныряют в мои влажные волосы, проводят по локонам, достигают головы… и массажируют её мягко. Боже, прекрати.
– У тебя очень красивые волосы, – мужчина направляет мою голову, чтобы я смотрела ему в глаза. – Густые ресницы, глубокие глаза… – его уста подрагивают в микро-улыбке. – Очень соблазнительные губы, склонные к сопротивлению…
Сглатываю. Откуда столько слюны скопилось?
– За этим приятно наблюдать, – черные глаза полны уверенности.
В зрачках Келлера я вижу своё отражение. Вижу себя его глазами. И вправду роскошная. И в его взгляде я еще сильнее. В его глазах я вдруг – не разгадана им. Не могу сдержать улыбку, потому что это несказанно радует меня. Не всё потеряно и уравнение еще не решено…
Губы Аарона приближаются ко мне.
– Даже не думай, Келлер, – упираюсь ему в грудь. – Эти губы правда умеют сопротивляться.
– Знаю, хочу это ощутить… – заявляет хрипло. – …как сопротивляется твоя улыбка.
Черт, я что до сих пор улыбаюсь?
Осознать не успеваю, потому что мои губы накрывают. Горячо и влажно с мужским стоном. И почему все прекрасные любовники такие маньяки? Несправедливо, боже…
Сопротивляюсь.
А он своими настойчивыми губами лишь шире растягивает мою улыбку. Не позволяет ей исчезнуть. Вылизывает и проникает этим вылизыванием внутрь. Нечем дышать от его такого одержимого контроля. И зачем вам, мистер Хаддад, сдался этот Келлер? Сейчас бы придушила и всё…
…а приходится целовать.
И вылизывать его приходится.
И балансировать между сопротивлением и теоретически возможным желанием.
Идти на сближение приходится. П р и х о д и т с я.
Какой же глубокий поцелуй. Разрывающий. Соединяющийся с каждым его касанием на моей заднице. Чувственное сжатие мышц и кожи отдается порочными спазмами… это мурашки. Они влажные, в отличие от киски. Ей непозволительно быть такой идиоткой. И всё это Аарон прекрасно знает…
…влажные капли на шее слизывает вместе с тупыми мурашками. Полотенце не выдерживает того, как вздымается моя грудь, и оно развязывается. Сползает по коже. Грубые ладони нежно поглаживают мою оголившуюся спину. И ей хорошо. И шее хорошо. И губам. Лишь мои собственные ладони сохраняют адекватность, все еще опираясь.
– Позавтракай, Лейла, – хрипло командует Аарон, целуя мою ключицу.
– С удовольствием! – практически восклицаю, надеясь побыстрее оказаться подальше от него.
Келлер посмеивается, но отпускает меня. Наконец-то!
Я выскальзываю, прихватив полотенце с собой. Иду к столику и совсем неожиданно чувствую, что мужчина подносит кресло и галантно помогает мне усесться. Ну, какой же он больной! Когда здравый еще более больной…
Сам Келлер укладывается на постель, подставив локти под спину. Видимо планирует и дальше как маньяк разглядывать меня. И, кажется, сегодня он в прекрасном настроении. Еще бы…
На подносе тосты и салат. Снова ничего мясного.
– Я, кстати, очень люблю сочные стейки средней прожарки, – принимаюсь за еду, не поворачивая головы к мужчине.
– Знаешь почему хищники после охоты всегда спят, Лейла?
Я подавилась тостом. Кинула на Келлера хмурый взгляд. Просто блин Мистер “Я задаю самые идиотские вопросы”!
– Пища животного происхождения плохо усваивается, – продолжает он, не дождавшись моего ответа. – Из-за этого происходит упадок сил.
– Да уж… – накалываю листья салата.
– Твоё тело должно быть энергичным, а ум – ясным. Договорились, моя хищница?
– Для чего? – делаю глоток зеленого чая.
В ответ молчание. Ну, конечно.
– Не переживай, у тебя будет сбалансированное растительное питание.
В ответ молчу. Ну, конечно.
Доедаю. И когда заканчиваю, беру в руки пластиковый флакон с таблеткой. Разглядываю подозрительный штрихкод, поджав губу. Я уже, конечно, всё решила. Придётся принять эту таблетку. Потому что мне нужно выйти отсюда. И потому что… это шаг на пути к доверию, которое я хочу вызвать в Аароне.
– Если бы я хотел навредить тебе, то давно бы сделал это.
То есть это он еще не вредит мне? Смешно, блять…
Снимаю колпачок и закидываю таблетку в рот, жмурюсь и жадно пью воду. Не верю, что решилась на эту очевидную лажу.
– Умница, – довольно сообщает Аарон.
Встаю и делаю несколько шагов к нему, сложив руки на груди.
– Ты обещал, что я смогу выйти.
– Выходи, – слишком просто соглашается Келлер.
Но раздумывать над его микро-улыбками я не собираюсь. Прямо в полотенце хватаюсь за ручку и выхожу.
Оказываюсь в небольшом коридоре прямоугольной формы. Света почти нет. Голые «пирамидские» стены. Три двери, кроме той, что я открыла. Подхожу к первой и дергаю за ручку – закрыто. Чувствую спиной, что Келлер вышел следом за мной. Игнорирую, подходя к другой двери. Трясу со всей силы – тоже закрыто. Уже начинаю злиться… Подхожу к третьей двери, слишком резко открываю, потому что она неожиданно легко поддается. Вскрикиваю и отпрыгиваю на месте.
Мумия. Передо мной.
Твою же…
Разворачиваюсь к больному Келлеру и шиплю на него:
– Какого хрена, Аарон?! Хватит уже этих фокусов! – сердце с надрывом колотится.
Хорошо, что дверь позади меня сама захлопнулась, потому что я бы… лучше сдохла, чем снова столкнуться с этим многовековым трупом в паутине.
– Ты же хотела выйти, – издевается он.
– Очень смешно. Что за закрытыми дверями? – мой голос требовательный.
– Лаборатория.
– За двумя?
– За второй – моя спальня.
Он меня что за идиотку держит?!
– Если тут четыре двери – моя спальня, твоя, лаборатория и «гроб» с мумией, то… где же настоящий выход, Аарон?!
– Выход, который тебя интересует, Лейла, слишком далеко, – и снова издевается. – Но если тебе интересно от куда я прихожу…
Его взгляд поднимается к потолку. Я повторяю за ним и вижу… в потолке люк!
– Гадство… – признаю я.
Непонятно как он тут взбирается, а от того непонятно как туда взобраться мне. И спрашивать даже не буду, конечно, не скажет. Но… спрашиваю другое, а вдруг – ведь он сегодня такой разговорчивый:
– Что там наверху?
– Тайны, интриги… – издевается мужчина, подходя ко мне.
– Хочу знать правду, Келлер, – складываю руки на груди.
– Слишком рано, маленькая, – касается моего подбородка пальцем. – Возвращайся в спальню и отдыхай. Для сегодняшнего эксперимента тебе потребуются силы…
Эксперимент №10. Электрическое «большее»
Пусть это сложно понять и принять, но ваш мозг и ваше сознание – это действительно две разные части вас. Причем редко когда они оказываются на одной волне.
– из книги «Красная таблетка»
Мог бы хотя бы книг мне принести. Бурчу себе под нос, кидая импровизированный мячик из ткани Анубису. Не то, чтобы я люблю читать. Не то, чтобы я люблю собак. Не то, чтобы я люблю сидеть в заточении. Но…
П р и х о д и т с я.
Как идиотка в ожидании его больных экспериментов. А он и рад – показал четыре двери в обмен на мою влажную киску. Просто браво, Келлер! Правда, я глубоко в душе тебе стоя аплодирую. Он получает всё, а я крупицы. И я здесь уже между прочим второй день…
Доберман тычет мне в руки влажный от его слюней мяч, умоляя, чтобы я кидала снова. Все еще смотрю на него с подозрением. Он точно весь в своего хозяина – псих с самым нестабильным эмоциональным фоном. То сожрать меня хочет, то ластится…
Они меня сведут с ума.
Одно радует, что никаких неприятных последствий от принятия таблетки я не ощущаю. Нет, конечно, течь от вида Аарона Келлера – это само по себе неприятно. Но вы понимаете о чём я. Кидаю Анубису мячик и представляю себе, что таблетка не подействует. Это было бы так роскошно, уже вижу недоумевающее лицо Келлера. Улыбаюсь злостно, а пёс возвращается с мячом и почему-то пихает меня лапой в ногу. Глаза недовольные.
– Что уже и помечтать нельзя? – фыркаю.
И судя по его легкому оскалу – нельзя. Бесите оба! Забираю у Анубиса мяч и кидаю. Он тут же забывает обо всём и несётся за ним. И нестрашный ты вовсе, доберманчик!
До обеда я вожусь с собакой от скуки. Келлер принёс нам еду и тут же ушел. Выглядел напряженным, кажется, от хорошего настроения не осталось и следа. Еды было много, поэтому мы предусмотрительно растянули её на несколько приёмов.
А после трапезы от скуки я начала изучать иероглифы. Тут на стене целая книга. С рисунками. Ни хрена непонятно, но очень интересно. Ранним вечером (по ощущениям) я уснула всё от той же скуки, размышляя над тем, что же мужчина уготовит мне для этой ночи. А проснувшись через пару часом (снова таки по ощущениям) решила принять душ.
Вода приятно охлаждала нагретое от температуры воздуха тело, пока я раздумывала над тем, как лучше вести себя с Келлером. Очевидно, что ему нравится моя покорность и секундная слабость, которая порой пробивается наружу. Все-таки даже больной мужчина – это мужчина. Но все же больной, поэтому ему нравится и моё сопротивление. Этими своими желаниями Аарон запутывает мой мозг. Но стоит мне ощутить его наглые руки на своей талии, как меня озаряет – я тоже должна его запутать. Не дать ему разгадать себя. И в этом неведении шанс, что он поверит. Начнет доверять тогда, когда почувствует, что мне необходима правда не для работы, а для себя самой. Кажется, я нащупала это – то, когда я буду готова по его мнению. Для большего.
И да, он пришел.
Прижался своим огромным стояком к моей заднице и зарылся носом в волосы.
– Мне уже и душ спокойно принять нельзя? – спрашиваю с привычным сарказмом.
Почти уверенна, что он улыбается.
– Когда ты принимаешь душ я слишком не спокоен…
Так и знала, что тут везде камеры. Извращенец.
– Знаешь, я уже начинаю подозревать, что в этих стенах действительно ничего интересного не происходит. У тебя слишком много свободного времени, – закатываю глаза, чувствуя мужские пальцы на своих сосках.
Мужчина ничего не отвечает. Лишь направляет свой член ниже, чтобы подразнить мои лепестки.
– Очень хорошо, малышка…
Я не сразу понимаю о чем это он, а потом чувствую, как он направляет мои руки к киске. Я провожу по лепесткам и охаю. Мокрая. Тягучая влага. Такая красноречивая… Обломались мои мечты, чёрт.
– Я ждал этого, – признаётся Келлер.
– Мог заставить, раз так ждал, – фыркаю.
– Хотел, чтобы ты сама сделала это, – шепчет мне на ухо.
Так и хочется сказать, что в последний раз, когда я действовала так, как искренне хотела – было в отеле. И больше этого никогда не повторится. Но я умалчиваю правду, потому что решаю, что сейчас лучше Келлеру уступить.
Запутать.
– Мы кое-что попробуем, Лейла, – он убирает мои волосы, оголяя затылок. – Ты удивишься…
Да уж, не сомневаюсь.
Его губы касаются моих позвонков на шеи. Следом за ними появляется влажный язык и что-то металлическое. Мгновение и меня бьёт током. Несильно, но я вся вздрагиваю. И от неожиданности и от того, что это ток! Что за…
– Келлер, – шиплю. – Опять твои фокусы.
Хочу развернуться, чтобы понять, что вообще происходит, но он не позволяет. Удерживает за талию и молчаливо приказывает не двигаться.
Снова скользит языком, теперь уже двигаясь к лопаткам. Мои плечи дергаются, а дыхание перехватывает. Ощущение, что внутри искры разлетаются, но совсем неприятные.
– Блять, Келлер!
Не отпускает.
– Терпи, Лейла.
Что? Да, катись ка ты…
– Аааау! – и снова вся содрогаюсь.
Упираюсь руками в стену напротив. Пульс учащается с каждой минутой. Еще одно содрогание и в голове появляется легкое головокружение.
– Ты в себе, Келлер? – рычу, пока мужчина опускается ниже, уже почти доходя до копчика.
– Здесь и десяти ампер нет, не бойся, – заверяет и тут же ошарашивает: – Если покажешь, что можешь бороться, то мы закончим быстро… просто имей в виду, что с каждым разрядом вероятность побочек увеличивается…
– Больной! – рычу.
Это так он не вредит мне?! Та-аак…
Пальцы Келлера резко входят в мою дырочку, когда язык с непонятным устройством касаются моего ануса. Ощущения как будто бы я до потолка подпрыгнула, а потом приземлилась на его пальцы.
– Ааааавх! – вырывается совершенно непроизвольно.
Мощнейший приятный толчок смешивается с внутренними конвульсиями. Твою же мать…
– А-арон…
– Ты очень мокрая, Лейла, – с восторгом сообщает мужчина.
Еще бы, блять. Ты же сам мне дал эту таблетку. Она видимо влияет как-то на гормональный фон. Потому что я не просто мокрая… я, блять, насаживаюсь на его пальцы сама. Я в каждом микро-разряде чувствую продолжение этих толчков. Такая чувствительная… вся.
Он снова ласкает мой анус, а меня снова прошибает током. И с каждым разом, кажется, что сильнее. Сколько таких “ударов” может выдержать тело?
– Не пытаешься, сладкая, совершено…
Ненавижу. Тебя. Келлер.
– Чего ты от меня хочешь?? – срываюсь. Как я должна бороться с этой хренью?!
Мужчина поднимается и крепко прижимает меня к каменной стене. Лицом к лицу. Одержимостью к одержимости.
– Ты должна свыкнуться с этой электризацией, Лейла… заставь тело, – шепчет хрипло, наклонившись к уху.
Целует мою шею и выпускает язык… не-ет, прошибает током возле сонной артерии. Началась отдышка, а в глазах легкое затемнение.
– Есть же законы физики, биологии… А-арон, что ты творишь…
Моё тело ослабевает, это чувствуется. Слишком много «землетрясений» для всех нервных окончаний. Меня как будто бы постепенно поджаривают…
– Ничего сверх того, что ты можешь выдержать, – заявляет сухо он и… боже, ЦЕЛУЕТ.
Да, эта штука на его языке. Теперь я точно уверенна. И начинается… в глазах словно разрыв киноплёнки. Обрезки реальности смешиваются с разноцветными пятнами и глючным мерцанием. Меня прошибает каждую секунду, потому что Келлер ласкает мой язык своим… не давая вырваться. А я и не могу… сил нет, тело лишь содрогается, конвульсируя между стеной и его мощным торсом.
Отпускает.
И я падаю на колени. Спираюсь ладонями об пол и вся дрожу. Мне очень горячо внутри. В голове помутнение. И земля крутится. А я все равно мокрая и соски торчат. Гребаный пиздец… Я и вправду эксперимент, да?
Аарон садится на корточки рядом и поглаживает мою наэлектризованную спину. Словно кобылу свою. И так заботливо, даёт отдышаться. Придёт время… и я тебя, Келлер, на электрический стул усажу!
– Ты должна заставить тело, Лейла. Мозг контролирует тело, а не наоборот.
– Катись к черту, ублюдок… – сплёвываю металлическую слюну я.
– Ты умная девушка, Лейла. Ты просчитываешь ситуации наперед и поэтому ты хорошая ищейка. Но я всё равно тебя обошел. Знаешь почему?
Молчу. Сердце не успокаивается. Появляется легкая тошнота.
– Я не просчитываю, а проживаю ситуации наперед, – заявляет Келлер. – Мозг «растёт», когда получает новый опыт. И всё, что я предлагаю тебе… это выйти за рамки своих 10%.
Из последних сил. Точно мозгом, а не телом. Я впиваюсь когтями в шею Аарона. Он явно не ожидал. Рычу ему в лицо:
– А все, что предлагаю тебе я – это катиться к черту!
Улыбается. До жути удовлетворенно.
– Я же знал, что это еще не придел для тебя. Ты очень сильная, малышка. У тебя получится, – подмигивает.
Мужчина оттягивает мою ладонь от своей шеи, перемещается и устраивается позади моей задницы. Пальцами размазывает предательскую влагу по лепестках. Это так… почти успокаивающе. Это немного отвлекает. Член входит в меня, и я выгибаюсь в этих своих вибрациях. Обхватываю жадно стояк внутренними мышцами. Потому что тело жаждет этого – разрядки. Оргазмы способны перекрыть неприятные покалывающие ощущения. Возможно, только они и способны.
Но у Келлера другие планы.
Он просто так не трахается, да?
Наклоняется к моему телу, удерживая его одной рукой и зацеловывает мои лопатки, плечи, позвонки… Понятно к чему ведёт. Стараюсь об этом не думать, растворяться в сумасшедших толчках. Концентрироваться на приятном, чтобы выдержать его эксперимент. Потому что только если я начну контролировать своё тело, мы закончим.
– Давай уже… – умоляю его с рыком.
– Даже так? – он улыбается, мягко кусая моё плечо.
Господи, как можно быть таким нежным, когда планируешь шандарахнуть током??
И шандарахает.
Опять затылок. Опять печёт, сердце накрывает непонятная волна… я сжимаю веки до боли. Вскрикиваю. Потому что Келлер глубоко во мне. Мне кажется, или я не содрогнулась?
Кажется…
Опять его язык и эта штука. Один раз, второй… опять дрожу. Уже слишком болезненно. Расстраиваю его, знаю. Что-то уже и себя расстраиваю. Нужно же…
– Представь этот ток… необходимость к сопротивлению! – приказывает с придыханием. – Не потому что я делаю это с тобой. Не потому что это эксперимент. Не думай о трахе нашем, – очень быстро внушает Келлер. – Думай только о токе. Ты в ситуации, когда должна справиться! Сейчас! Давай!
Представить подобную ситуацию сложнее, чем выдержать это. Но я плюю на все ограничения фантазии. И просто представляю его – ток. Повсюду. И это несложно, потому что меня прошибает каждые две секунды. Я вижу своё сердце, кровь поступающую к нему… рычу и заставляю его принять.
Не паниковать, блять. Не паниковать.
– Умница, Лейла, ты такая умница… – шепчет Аарон, доводя мою киску до беспамятства.
И это со мной случается. То, что казалось еще недавно невозможным. Там внизу одни ощущения, словно бы все органы живут отдельной жизнью. У них секс, кайф, мокрая киска… подступающий оргазм. А здесь – во второй половине меня адская борьба. И я вдруг не дрожу. Больше не дрожу, господи…
Не содрогаюсь. Не реагирую.
Я умерла?
– Лишь сознание, Лейла, сосредотачивает нас на конкретной реальности. Действиях и мыслях, если так угодно, – объясняет мужчина. Он выплевывает этот свой дурацкий механизм. – Мозг же продолжает контролировать сотни процессов одновременно.
Я выгибаюсь от полных желания толчков. И снова разрывает. В каждой вибрации. Голова кругом, тахикардия, подступающий оргазм.
– Аааааввх! Ааах… – срываюсь и это похоже на всхлип.
Хочу потеряться в этом оргазме. Хочу чтобы он и вправду перекрыл ощущения стертого в пепел тела. Хочу, чтобы освободил… господи, возродил к жизни… Перед глазами темно и когда меня накрывает оргазм, внутри вспыхивают образы электричества. Я на грани потери сознания. Кричу на всю ванную и толкаюсь навстречу Аарону.
– Еще… е-еще… – шепчу не в себе.
Слушается. Исполняет. Трахает, заталкивая свою сперму. Рычит, смешивая мои стоны со своими. Тянет за мокрые волосы, хватает за шею и прижимает к себе. На выдохе заканчивает:
– Лишь сознание боится, Лейла. Лишь сознание ограничивает, маленькая. Сознание – это твои условные 10%, – он сминает мою грудь. – Что ты сделаешь, когда окажешься в ситуации страха в следующий раз?
По ощущениям я почти не жива. По крайней мере именно это и ощущает моё сознание. Но мозг, как и говорил Келлер, продолжает функционировать:
– Отвлеку сознание, – отвечаю еле слышно, прикрыв глаза.
– Умница моя, – он целует меня в щеку.
Дальше всё как в тумане. Мы встаём. Точнее меня подхватывают на руки и несут в постель. Мы вроде бы в ней, да. Мужчина укрывает нас и обнимает…
– Меня морозит, А-арон… – хрипло шепчу, уткнувшись носом в его грудь.
– Это пройдёт, – он поглаживает мои волосы.
– Не уходи… – я не понимаю как такое может вырваться из меня.
Мне вдруг показалось, что он дернулся и… да, я и сама понимаю какое это сумасшествие.
– Если ты не объяснишь мне почему я прохожу через всё это… то я сойду с ума, – в уголках моих глаз скапливается влага. Я надеюсь, что прячу её.
Аарон целует меня в лоб. По ощущениям взволнованно. Так странно – я не чувствую его губ тактильно, но чувствую его волнение…
– Я этого не допущу, малышка.
Если бы были силы, то я бы посмеялась. Интересное обещание от человека, который и сам сошел с ума.
– Завтра я тебе кое-что покажу.
– Опять эксперимент? – сонно морщусь.
– Да, но не над тобой. Хочу, чтобы ты кое-что поняла… – мягко объясняет мужчина.
– Жду не дождусь… – надеюсь это звучало с иронией.
– Спи, захрат альсахра, – приказывает спокойно. – И не бойся, я никуда не уйду.
