Текст книги "Империя (СИ)"

Автор книги: Анна Кондакова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Эпизод 17

Это была Мидори.

Она высунула локоть в окно, как заправский таксист, и спросила:

– Ну что? Сойду я за инструктора по верхолётам, господин Оками?

Я усмехнулся.

– А кто разрешал брать мою машину?

– Все вопросы к госпоже Хегевара, это её идея, – очень правдоподобно соврала Мидори. – Она остановила меня на дороге и отдала ключи. Попросила, чтобы я тебя из школы забрала.

– Ну да. А то я заблужусь.

– А что? За тобой точно надо приглядывать! – засмеялась Мидори.

Я обошёл верхолёт и, когда дверь открылась, сразу сел в кабину к пилоту, в соседнее кресло.

Мидори восседала за панелью управления, как профи.

Одной рукой она держала штурвал, а пальцы её другой руки уже переключали мелкие рычаги. Перед ней распростёрся широкий навигационный дисплей с картой деревни Ютака и её окрестностей.

Только это был не экран, а чёрный лист, похожий на металл. На нём отображалась не только карта, но и заданный маршрут верхолёта.

Рядом был ещё один чёрный дисплей, но уже с пространственным положением машины, по нему можно было сверять высоту, крен, горизонт и прочие параметры.

Кроме двух дисплеев, рычагов и многочисленных индикаторов, имелись и приборы, которые можно было распознать почти сразу: тахометры, указатели скорости, термометр и что-то вроде топливомера, хотя вряд ли верхолёт летал на топливе. Скорее всего, это был датчик уровня заряда батарей, которые копили энергию, черпая её от магии соляных знаков, которыми были изрисованы лопасти.

На панели я тоже заметил соляные знаки, но всего три.

Я бы назвал их «стрела вверх», «стрела вниз» и «крылья». Эти знаки я тоже срисовывал со статуй в школьном дворе – с каких именно, не помню, но точно рисовал.

Мидори внимательно наблюдала, как я разглядываю приборы.

– Нравится?

– Ещё бы, – кивнул я. – Только откуда ты знаешь, как этим всем управлять? У тебя был верхолёт?

– У Галея был. Он когда сюда переехал, то прибыл на своём верхолёте. Потом с мамой познакомился и немного учил меня пилотировать. А потом, когда начались проблемы с долгами, то он продал верхолёт старосте.

Девушка провела ладонью по оплётке штурвала.

– Как ты его назовёшь?

– Кого? Штурвал? – уточнил я с улыбкой: начерта пытался сейчас шутить, сам не понимал.

– Верхолёт! – Мидори широко улыбнулась и предложила: – Назови его «Клык». Ну пожалуйста.

Я вскинул брови.

– Почему Клык?

– Ну ты же Волк. Пусть будет Клык.

– Спасибо, что не Шерсть или Вой.

Мидори рассмеялась над очередной моей идиотской шуткой. Глядя на неё, я тоже не сдержал смеха.

– Ну что? Взлёт?

– Нет, погоди. – Девушка посмотрела на меня со всей строгостью. – Какое первое правило пилота?

– Не упасть?

Мидори снова рассмеялась. Что-то слишком часто она смеялась – не к добру это всё.

– Нет, дуралей! Первое правило пилота – всегда оставлять пространство для манёвра!

Я кивнул. Хорошее правило. Оно касалось не только полётов, но и жизни.

Пальцы девушки забегали по рычагам, отщёлкивая их в положение «включено», затем она внесла изменения в маршрут, нажав на карте точку.

– Предлагаю сделать круг над деревней и зависнуть над домом старосты, – сказала Мидори. – Пусть у него куры разбегутся!

– Против бегства кур не возражаю, – усмехнулся я: староста деревни мне тоже не нравился.

Я не стал спрашивать у Мидори о том, что будет, если её дражайшие соседи увидят, что мы сидим вместе в одном верхолёте, и передадут её матери.

Не хотелось портить ей настроение, да и себе тоже.

Девушка занесла руку над первым соляным знаком «крылья» и выставила три пальца. Когда знак мигнул, она перевела руку к знаку «стрела вверх», затем резко перевернула ладонь тыльной стороной вниз и будто подняла воздух вверх.

Я внимательно наблюдал за её жестами и запоминал малейшие детали, чтобы записать потом в ячейку атласа.

Для активации лопастей и взлёта Мидори использовала сразу два знака: «крылья» и «стрела вверх». Несложно было догадаться, что для приземления в ход пойдёт символ «стрела вниз».

– Пристегнуть ремни, – серьёзно сказала Мидори. – Если будем падать, молись Богине Неба Ковентине. Это не спасёт тебя от смерти, зато будет чем заняться.

Машина дёрнулась, лопасти тихо заурчали, вокруг кузова пронеслись синие молнии, и мы наконец поднялись в воздух, вертикально земле – точно так же, как на обычном вертолёте.

– Забыла спросить, ты высоты не боишься? – поинтересовалась Мидори, не отрывая взгляда от панели управления и штурвала.

– Нет. – Я с восторгом всмотрелся вдаль, на зелёный горизонт, на ровные глади полей, на реку, блестевшую в джунглях, на острые горы и крышу школы и добавил: – Пусть лучше высота боится меня.

– Ты мне нравишься, господин Оками, – улыбнулась девушка и плавно повернула штурвал. – Вперёд! Распугивать кур!

Пилотировала Мидори уверенно, но медленно, спокойно и аккуратно, без рывков и сильных кренов.

Как и обещала, она сделала круг над деревней – совсем небольшой круг, потому что и деревня была маленькой – а затем зависла над домом старосты. Распугав кур и другую живность во дворе, она снова поднялась вверх и направила верхолёт в сторону гор, реки и джунглей. Я сразу узнал то место, где вчера подрался с Горо Исимой: тропу, ручей и овраг.

– Слишком далеко от деревни улететь не получится, – пояснила Мидори. – Этот верхолёт ограничен пространством деревни и её окрестностей. А вот если бы он был без ограничений, то мы могли бы воспользоваться заклинанием телепортации.

Девушка указала на ряд желобов в панели.

– Вот сюда вставляются стрежни с выстроенным заклинанием телепортации.

– А где их брать?

Мидори покосилась на меня с удивлением.

– Ты точно из Северного Нартона, а не из пещеры? Заклинания телепортации, как и другие стержневые заклинания, можно купить в магазине у Мастеров Материй. Правда, стоят они очень дорого. Но если ты и сам можешь стать Мастером Материй, то потом будешь способен выстроить заклинание сам. Только надо получить разрешение. Не все места для телепортации доступны.

От таких перспектив я даже закашлялся.

– Только на Мастера Материй тебя выучат уже в столичной академии, когда ты туда уедешь, – добавила Мидори, и задор в её голосе заметно сник. – Туда и Джанко собирается. Вместе с тобой.

– А ты бы тоже хотела со мной уехать?

Она не ответила.

То ли не захотела признаваться, то ли отвлеклась.

Мы в это время пролетали над горами, а за ними, на самом краю горизонта, я заметил сизую дымку и бугристые чёрные вулканы.

– А там что? – Я нахмурился и всмотрелся в горизонт внимательнее.

– Земли Котлованов, – ответила Мидори, бросив хмурый взгляд в ту же сторону. – Как их только ни называют. Бездонные земли. Бездонье. Провалы. Впадины Сидха. Подземные ямы. Там живут ниуды, упыри и другие расы подземных магов. Нам ещё повезло, что ближайшие территории не так сильно заселены этими тварями, как на других границах Стокняжья. Я видела ниуда только однажды, пленного, но мне потом долго снились кошмары.

Она содрогнулась от неприятных воспоминаний.

Мы пролетели ещё немного, и Мидори развернула машину в обратную сторону.

– Всё. Тут заканчивается пространство для движения верхолёта.

– Давай приземлимся, и я сяду за штурвал, – предложил я сразу.

Мидори нехотя согласилась, будто забыла, что собиралась учить меня полётам, а не летать сама. Она посадила машину на поляне у реки и вылезла из кабины. Мы наконец поменялись местами.

Усевшись в кресло пилота, я ещё раз изучил панель, все дисплеи, датчики, рычаги, приборы. Выспросил у Мидори по каждому пункту, а потом уже приступил к соляным знакам.

– Какая это Сфера магии? – Я занёс ладонь над символом «крылья» и выставил три пальца, как это делала Мидори.

Освободив крупицу своего астрального тела, я мог пользоваться магией.

Знак мигнул, сразу подтверждая это.

Мидори безотрывно за мной наблюдала и порой улыбалась.

– Это Сфера эфира. Одна из самых сильных Сфер магии. Она активирует все лопасти верхолёта.

Я перевёл ладонь к знаку «стрела вверх» и опять повторил жесты, которые совершала Мидори. Резко повернул ладонь тыльной стороной вниз и толкнул воздух к потолку.

Машина дёрнулась и поднялась в воздух.

– Высота! – тут же заволновалась Мидори. – Контролируй высоту! Контролируй положение машины в пространстве! Не дёргай рукой!

Она положила пальцы на мою ладонь и придержала, чтобы показать, как управлять высотой. Затем плавно направила и выровняла.

Около часа мы никуда не двигались, зависнув над поляной и рекой. Я учился контролировать положение машины, видеть все изменения по панели приборов и управлять высотой.

– Как ты быстро учишься, – удивилась Мидори.

– Ещё инструктор хороший, – я подмигнул девчонке, но она лишь поморщилась, изобразив неприступность.

– Оставь комплименты Джанко, господин Оками.

Через час я наконец решил, что готов попробовать уже настоящий полёт.

Для страховки Мидори не стала убирать пальцы от моей ладони. От постоянного соприкосновения её кожа нагрелась, как и моя, и порой мне казалось, что Мидори, как и Джанко, пропускает в меня свою целебную магию. Только эта магия была покалывающей и бодрящей, а ещё – притягательной. С ней хотелось соприкасаться дольше и плотнее.

Первый полёт прошёл почти идеально.

Почти.

Дважды девушка называла меня психом, трижды напоминала про высоту, и четырежды выкрикивала:

– Сбавляй скорость! Разобьёмся! Куда ты так несёшься, ненормальный?!

В конце полёта её замучила икота.

В итоге Мидори не выдержала и заявила:

– От тебя один стресс! Это невыносимо! Ну почему ты летаешь рывками, как стрекоза в припадке? Надо плавно и медленно. А ты? Будто набрасываешься на воздух.

– У этой машины есть скорость и маневренность, значит, нужно ими пользоваться. Дирижаблем я могу полетать в старости.

– Если доживёшь… – выдавила девушка и снова икнула.

Потом посмотрела на меня и неожиданно рассмеялась.

Так мы летали до самого заката, совсем забыв про время и про то, что за нами могут наблюдать снизу. Очень внимательно наблюдать.

Когда мы вернулись в деревню, Мидори попросила высадить её на самой крайней улице. Её конспирация выглядела забавно, если учесть, что в деревне всего два верхолёта, и вряд ли появление одного из них пропустил бы хоть один житель деревни.

Так и вышло.

Стоило мне и Мидори покинуть салон, как из переулка вышла небольшая группа женщин. Они остановились и издалека начали разглядывать, кто и что тут делает.

– Ну всё, – прошептала Мидори обречённо. – Они точно маме расскажут. Они наверное, даже высчитывали, сколько минут я провела с тобой наедине.

Я вздохнул и потёр лоб.

– Давай, я поговорю с твоей матерью. Скажу, что ничего запрещённого мы не делали.

– Нет, – сразу отказалась Мидори, – я сама разберусь. Твоё внимание сделает только хуже. – Она с тоской посмотрела на верхолёт. – Теперь практикуйся в полётах без меня. Второй раз я не смогу позволить себе вот так с тобой остаться.

– А что насчёт врачевания?

– Это другое дело. Об этом просила Лидия. А вот насчёт верхолёта никто не просил, я сама предложила… и, кажется, переборщила… – Мидори посмотрела мне в глаза, снова икнула и зажала рот рукой, пробубнив себе в ладонь: – От тебя один стресс, господин Оками…

Потом развернулась и побежала вдоль улицы, не оборачиваясь, будто сбегала от стаи волков. Или от одного волка.

* * *

Последующие два дня прошли уже не так интересно.

Каждое утро Галей гонял нас, как проклятых, и всё чаще устраивал поединки. Сначала я дрался на мечах с Тэко, потом – с Кеншином, и чувствовалось, что они стали меня побаиваться, стараясь не слишком подставляться под мои удары, а порой вообще шарахаясь в сторону.

Судя по лицу, Галею это не нравилось, но пока он молчал и продолжал наблюдать за всеми троими.

Учителя Ма до сих пор не было, и все уроки у Жрецов проводил старший ученик Хамада. Благодаря его дотошности я уже увереннее читал молитву Богине Неба Ковентине, почти не коверкая слова. К тому же, Шаман Ю постоянно поправлял меня, когда я неправильно выполнял жест «руки к небу», а один раз дал подержать свой бесценный бубен, намекая, что мне тоже такой нужен.

– Ему пока рано! – сразу возразил Хамада. – Пусть сначала основные молитвы выучит!

И я учил.

Учил много и усердно.

А вот на уроках у Стражей я пока не был ни разу. Учитель Ёси решила, что сначала нужно изготовить для меня щит, а это занимало время, потому что обращаться пришлось в областной город, к местному Мастеру-Оружейнику.

У Целителей за эти два дня я был только раз, и впервые мне доверили проверку манекена на болячки. Ничего я, конечно, не разглядел. Ни с первого раза, ни с десятого. Сестрёнка Мичи постоянно тянула руку, чтобы указать на мои ошибки, но Лидия сдерживала её порывы.

Джанко теперь вела себя спокойнее, зная, что именно она поедет в Измаил.

Девушка всё так же с благодарностью смотрела на меня и при случае старалась подсказать всё, что знала по божественному врачеванию, чем очень злила Мидори.

– Друидское Знахарство сильнее Божественного врачевания, – утверждала та, когда вечером занималась со мной Целительством.

Пока я ничего не мог на это сказать, потому что не разбирался ни в том, ни в другом.

Мидори старалась и показывала мне некоторые лёгкие приёмы, но ей будто что-то мешало. К лечебным озёрам она даже близко не подходила, будто они ядовитые, и вела себя целомудренно, даже чересчур. Постоянно говорила мне «вы» и старалась не прикасаться, даже когда показывала методы просмотра ладонями или пальцевые рисунки прямо на мне.

А ещё мы вместе мучили манекена.

Вот тут Мидори хоть немного расслаблялась и пускала в ход свои немалые знания Знахаря-Друида, постоянно бормотала про зелья и снадобья, названия которых вполне могли призвать дьявола.

– Чуть позже вместе приготовим одно замечательное зелье, – сказала она мне во второй вечер. – Там нужны совсем простые ингредиенты и немного магии, чтобы смешать в определенной консистенции. Ты должен справиться.

На верхолёте вместе мы больше не летали.

Мидори даже ни разу про него не спросила. Машиной я пользовался один, а когда стал более уверенно ею управлять, то согласился прокатить детей госпожи Хегевара. Вся компания уселась в салон и с визгом и восторгом отправилась летать.

Да, это было забавно.

Но, кроме этого, я помнил и о том, что говорил мне Маямото, постоянно вспоминал детали нашего разговора, прокручивал варианты выплаты долга и готовился к первому заданию для Торгового Дома Янамара.

И вот наступил вечер, когда мне нужно было отправляться сопровождать переправку груза в соседнее княжество. Подготовка была недолгой, но тщательной.

Во-первых, я записал во вторую ячейку атласа то, что видел при управлении верхолётом со знаками «крылья», «стрела вверх» и «стрела вниз». Это была не слишком сложная схема жестов, но и с ней мне пришлось провозиться два вечера подряд.

Во-вторых, нужно было изучить экипировку и оружие – их вчера принесли мне помощники Маямото, Шин и Шо.

– Это метатель заклинаний, – пояснил Шин, показывая мне белую стальную трубку длинной сантиметров двадцать. – При активации знака метатель увеличивается и производит выстрел почти без отдачи, но всё равно лучше крепко стоять на ногах. Вот так.

Он расставил ноги шире, положил трубку плашмя на правое плечо и приложил средний палец к знаку на трубке (этот знак я назвал бы «восьмёрка-бесконечность»). Метатель тут же увеличился в размерах и теперь стал отдалённо похож на… миниатюрный гранатомёт.

А ведь я их уже видел, когда охрана отбивалась от чароитов на свадьбе.

– Он стреляет разными зарядами заклинаний, – добавил второй помощник, Шо. – Всё зависит от того, какие именно заклинания в него заложены. – Он вытянул тонкий мерцающий стержень из внутреннего жёлоба метателя и пояснил: – Вот тут, например, заложено заклинание из трёх видов зарядов: звёздный град, мини-пушка и сплошной эфир. Господин Маямото специально заказывает такие заклинания в Измаиле у одного умельца. Ими могут пользоваться как маги, так и ординары.

Он нажал уже на другой знак на орудии, уменьшил его в размерах до трубки и передал метатель мне.

Затем вручил широкий кожаный пояс с ячейками, как у патронташа, для стержней с зарядами заклинаний. Их было десять.

– А вот тут два кинжала и набор сюрикенов, – Шин добавил к поясу с заклинаниями ещё двое ножен с оружием и ленту-крепление для предплечья с набором метательных звёзд.

– Пользоваться умеешь?

Я посмотрел на сюрикены. Такими я никогда не пользовался, хотя ножи метать нас учили. На каждой звезде мерцал соляный знак. Я бы назвал его «мишень».

– Покажите прямо сейчас.

Шо кивнул.

Он взял один из сюрикенов, быстро приметил себе цель – муху на стене – и повернул ладонь со звездой вниз, будто роняя её и придавая направление. Сюрикен с тихим свистом метнулся в сторону.

Участь мухи была решена за мгновение.

– Сначала наметь цель, потом активируй знак, затем задай траекторию взглядом и выпускай сюрикен.

Кроме оружия мне приготовили одежду, и теперь это было уже не кимоно, а костюм, похожий на военный. Чёрная рубашка, чёрные брюки с серыми лампасами, серый жилет из тонкой кожи и удобные спортивные туфли. Никаких тебе сандалетов из соломы.

– Это броня, – сказал Шо, показав на кожаный жилет. – Такая же вшита щитками в брюки.

Всё это дополнялось ремнём с зарядами заклинаний и метателем, кинжалами в ножнах и набором сюрикенов на левом предплечье.

Они меня будто на войну собирали, а не просто груз сопровождать. И теперь мне всё меньше верилось в слова Маямото: «Работа небольшая, но важная. И, возможно, даже не опасная».

– Через три часа прибудет верхолёт Торгового Дома, ждём его к полуночи, – сообщил мне Шо перед тем как выйти из комнаты вслед за братом. – Господин Маямото прибудет только к завершению сделки, уже на место. Группа охраны готова принять вас в состав. А пока переоденьтесь.

Помощники вышли, а я остался со всеми этими вещами и мыслями.

Паршивое было предчувствие. Около минуты я простоял, глядя на оружие и экипировку, а потом дверь в комнату распахнулась и на пороге появился Галей.

– А теперь назови мне хоть одну причину, по которой я не должен тебя прирезать, опоссум!..

Эпизод 18

Галей вошёл в комнату и захлопнул за собой дверь.

Злой и грузный, он занял собой половину помещения и наполнил его напряжением.

– Ну и? – Учитель положил ладонь на рукоять меча, что висел в ножнах у него на поясе, смерил меня требовательным взглядом и смолк.

– И что вы хотите от меня услышать? – Я посмотрел на него и тоже замолчал.

Он глянул на экипировку и оружие, что принесли мне помощники Маямото.

– А теперь скажи мне, почему о том, что творит мой ученик, я узнаю от посторонних людей? – процедил Галей, шагнув в мою сторону. – Ты ещё не готов отправляться ни на какое задание, тем более туда, где требуется столько оружия.

– Отказаться я не могу.

– Ты не крепостной, чтобы произносить подобные фразы. – Он прищурился. – Или есть ещё что-то, чего я не знаю?

Мне не хотелось говорить ему о долгах, теперь уже о моих долгах, но Галею хватило и пяти секунд, чтобы догадаться об этом самому.

– Грязный торгаш… Сидхов ублюдок… – прошептал он, стиснув рукоять меча. – Он выкупил мои долги?

– Да, – пришлось признаться мне. – И теперь я должен Маямото пятьсот тысяч, либо десять лет службы. Зачем вам нужно было столько денег? Что вы такого ценного покупали?

Учитель медленно выдохнул, взяв наконец себя в руки, и убрал ладонь от рукояти меча.

– Я покупал жизнь своей семьи, которую мои недруги обещали убить. Я покупал их спокойствие и мирное существование. Убийца, получивший эти деньги, никогда больше не придёт. Он один бы мог победить меня. Но долг заёмщику всё же остался. Его я погасить не смог, и мне пришлось бросить семью, чтобы её больше не беспокоили и никак со мной не связывали.

Он не стал больше ничего пояснять, хотя и этих слов было достаточно, чтобы по спине пронёсся холодок.

– Вы про семью госпожи Арадо? Про Мидори и её мать?

– Да. И пока с этим долгом ни я, ни ты ничего не можем сделать, – добавил учитель. – Однако этого я так не оставлю.

– И я не оставлю. Откуплюсь. Десять лет я на Торговый Дом работать не собираюсь.

– Откупишься? Чтобы иметь такие деньги, нужно самому быть главой Дома, – нахмурился Галей. – Только лидер мощного сословного клана из нескольких сильных родов способен распоряжаться подобными суммами, сынок. По-другому в Стокняжье не бывает.

Он впервые не назвал меня «опоссум» и, кажется, даже сам этого не заметил, продолжая хмуриться и размышлять, глядя на экипировку и оружие, что лежали на моей кровати.

– Что ж. Маямото – хитрая скотина. Но и не идиот. Он не станет рисковать своими вложениями бездумно. А в тебя денег он уже вкладывает немало. Он задействовал все свои связи, чтобы восстановить меня в Академии Линий, хотя это было непросто. И если бы он мог обойтись сегодня без тебя, то не стал бы тебя с собой брать. Значит, ты единственный, кто может спасти его шкуру, если понадобится. По своей давней привычке Маямото перестраховывается. Он чего-то боится.

Я кивнул.

– Думаю, дело в чароитах.

– Да, скорее всего. Ты показал, что можешь их убивать. Этого ему достаточно, чтобы сегодня поставить тебя в охрану рядом с собой.

– Считаете, есть риск, что чароиты там тоже будут?

Галей качнул головой.

– Это знает только сам Маямото. – Он опять посмотрел на экипировку и оружие. – Это хорошие вещи, нужные и качественные. Других Маямото не держит. Однако я принёс тебе ещё кое-что. До меча ты ещё не дорос, а вот для этого – вполне.

С этими словами он сунул руку за пояс на спине и вытянул оттуда небольшой свёрток ткани, затем положил его на низкий письменный стол и развернул, показывая то, что принёс.

На первый взгляд это был револьвер в наборе с наплечной кобурой.

Красивое и, кажется, раритетное оружие.

На широком стволе, возле метки прицела, мерцал соляной знак «мишень», точно такой же, какие я видел на сюрикенах, а барабан имел более крупный размер, чем в обычных револьверах.

Рукоять украшала гравировка герба с изображением головы рычащего волка внутри знака «V» из двух перекрещенных у острия мечей. Внизу под ними стоял иероглиф.

Галей взял оружие в руки и погладил курок большим пальцем.

– Таких уже давно не делают. Это метатель заклинаний, как и та современная трубка, которую тебе вручили. Но это совсем другая вещь, сынок. У неё есть душа, у неё есть история. Это легенда.

Он подал оружие мне.

Я взял его в руки и первым делом ощутил холод металла и вес – не тяжелее килограмма. Из револьвера я стрелял только однажды, и то ради забавы. В корпусе мы пользовались пистолетами, но только на стрельбищах и в тире во время огневой подготовки.

– Можно проверить? – спросил я у Галея.

Тот кивнул, внимательно за мной наблюдая.

Я взвёл курок до полувзвода и открыл заглушку барабана, чтобы проверить патроны. Пять каналов из шести имели заряды, и это были не патроны, а стержни с заклинаниями, только маленького размера, вчетверо короче, чем для трубки-метателя, которую дали мне помощники Маямото.

Закрыв заглушку, я спустил курок на пустой канал и всмотрелся в гравировку на рукояти.

– Чей это герб?

– Твой, – ответил Галей, не сводя с меня глаз.

– Но… – Я даже не нашёл, что сказать, продолжая глазеть на гравировку.

– Теперь это твой герб, Кирилл Волков. Если ты хочешь, чтобы с тобой считались, тебе нужна не только сила, но и символ. Я собирался сделать тебе подарок перед тем, как поехать в Академию Линий, но обстоятельства вынуждают меня сделать это раньше. Этот метатель заклинаний принадлежал мне, я пользовался им тридцать лет. Он отслужил мне верой и правдой. Теперь метатель твой. На днях я специально отправился в город, чтобы сделать эту гравировку. Как раз в тот самый вечер, когда ты и моя дочь развлекались на верхолёте.

Я не стал оправдываться насчёт верхолёта, хотя намёк и угрозу принял к сведению.

Ещё раз погладив гравировку герба пальцем, я посмотрел на учителя и поклонился.

– Спасибо, Галей-кин. Это большая честь.

– Точно, – усмехнулся он.

– А что означает этот иероглиф?

– Силу духа. – Учитель с любовью посмотрел на оружие в моих руках. – Это сила духа, опоссум, которой в тебе достаточно, чтобы носить этот легендарный метатель.

– А какие заклинания в нём сейчас заложены?

– Хороший вопрос. Эти заклинания – такая же редкость, как и этот метатель. Все пять заклинаний называются «смертельная ловушка». Это не уничтожение врага на месте, а его пленение и перенос в определённое место для дальнейшего допроса. Так как эти заклинания делались специально для меня, то и место я называл конкретное. Такое, откуда враг бы не смог сбежать.

Я с удивлением глянул на учителя.

– И что это за место?

– Бункер в джунглях Ютакийских гор. Его строил не я, конечно. Он принадлежал семье варваров, которые прятались от императорского указа, но были схвачены по пути в своё логово. Первым этот подвал в лесу нашёл твой приятель Хегевара.

А ведь точно. Я сразу же вспомнил про «логово», о котором как-то упоминал Мичи. Именно там он прятал Горо Исиму и братьев Цути прежде чем сдать их в тюрьму.

– Про это место знает не только Мичи, но и его братья и сёстры, – сразу сообщил я.

– Без старшего брата они туда не сунутся, а пацан ещё несколько дней пробудет на полях. – Галей нахмурился. – Но используй эти заклинания только в самом крайнем случае, когда точно будешь уверен, что тебе нужен не мёртвый враг, а враг для допроса. Я буду ждать всё это время в бункере и встречу любого, кого ты мне отправишь.

Он подошёл ближе и положил ладонь мне на плечо.

– Надеюсь, после задания я увижу твою бледную рожу, кей-кай. У нас с тобой ещё много дел.

Он развернулся и зашагал к выходу, но у порога обернулся и добавил:

– И ещё. Ко мне вчера приходила мать Мидори. Сокрушалась насчёт того, что из-за тебя её дочь совсем отбилась от рук. Они недавно открыли лавку, нужно много работать, а Мидори витает в облаках, сама не своя. Напомни мне, я уже предупреждал тебя насчёт этой девочки?

Я помрачнел, хотя и без того был не особо радостный. Очень вовремя, конечно.

– Предупреждали.

– Так вот не забывай, о чём я тебя предупреждал.

Он вышел, оставив меня одного вместе с его легендарным метателем в руке.

* * *

Через три часа, облачившись в экипировку и закрепив оружие, я ждал появления верхолёта Торгового Дома.

Ровно в полночь за мной пришли помощники Маямото, и это были уже совсем другие люди. Одетые точно так же, как и я, они молча открыли мне дверь чёрного верхолёта и пропустили в салон, усевшись в него следом.

Внутри сидели ещё четверо. Всего семеро человек вместе со мной.

Все мы сейчас выглядели одинаково: чёрная форма, серые жилеты брони, пояса с зарядами стержневых заклинаний и лента с сюрикенами на предплечье. Кроме этого у меня под жилетом в наплечной кобуре имелся метатель Галея, но о нём никто не знал, кроме меня самого.

Единственное, что внешне отличало меня от других – мои светлые волосы и светлая кожа. Все остальные из охраны были янамарцами. Среди них я насчитал и трёх женщин, все со щитами на руках – из Линии Стражей.

Главным в группе был мужчина лет сорока, с крупным родимым пятном на щеке. То, что он Жрец, я догадался по его манере говорить и растягивать слова, будто в молитве.

Он оглядел отряд и быстро всех проинструктировал, не особо вдаваясь в подробности:

– Передача товара пройдёт на территории соседнего княжества Сатория. Заказчик будет ждать нас в гостинице «Белый ворон» у реки Андр, на её западном берегу, в одном из гостевых домов. В каком именно, знает только господин Маямото. Со стороны заказчика тоже будет охрана. Много охраны.

– Это ведь военные? Совсем из другого княжества, да, Кэтсу? Не из Сатории? – спросила одна из женщин-Стражей.

Тот хмуро глянул на неё.

– Это нас не касается, Рика. Груз доставляем в колонне. В каком именно верхолёте он находится, знает только господин Маямото. Наша задача – в составе других групп охранять всю колонну из пяти верхолётов. По прибытии рассредоточимся каждый по своей группе, ни одна мышь не должна проскочить по берегам реки по всей долине. Сделка и передача пройдёт после того, как прибудет господин Маямото.

Мужчина перевёл взгляд на меня.

– Ты. Оками. Вместе с Рикой будешь ждать появления господина Маямото. Вы войдёте в состав его личной охраны. Рика будет тебя инструктировать дальше. Можешь ей полностью доверять.

Я и Рика переглянулись.

Женщина быстро оценила мой вид и нахмурилась.

– Я не думала, что он настолько молод. Совсем мальчишка. – Она приподнялась и сунула руку за спинку сиденья, затем вытянула оттуда форменную чёрную кепку и подала мне. – Надень. Слишком заметный, как бельмо.

Я без возражений нацепил кепку на голову и поинтересовался:

– А что за товар?

Все охранники, как один, повернули головы в мою сторону.

– Это нас не касается, – ответил за всех главный по отряду, Кэтсу. – Больше чтобы я такого вопроса не слышал. Никогда.

В салоне мигнула зелёная лампа на потолке.

– Прибыли, – тут же сообщил Кэтсу. – Выходим, распределяемся по своим группам у каждого верхолёта. Рика, берёшь пацана на себя. Ждите господина Маямото.

По одному мы покинули салон верхолёта.

Я быстро оглядел местность.

Это была полностью открытая долина реки, на её берегу находился элитный гостиничный комплекс, освещённый вереницами фонарей: каменные заборы, увитые виноградом, дома в этностиле с золотистыми четырёхскатными крышами и загнутыми вверх краями, беседки и фонтаны.

Гостевых домов было тут штук пятнадцать, и в каком из них ждал заказчик, не знал никто.

В каждом из домов горел свет, по периметру стояла охрана заказчика – люди в синей форме. Очень много охраны. Быстро оглядев их, я сделал вывод, что они родом из Нартонской Долины: незагорелые, многие из них были светловолосыми, хотя и не все.

Над территорией двора зависли пять чёрных верхолётов Маямото. Они не приземлялись, но и не взлетали слишком высоко, ожидая приказа.

Я и Рика быстро прошли к одной из групп, что уже ждали у главного гостиничного дома. Никто ни с кем не знакомился, не здоровался. Все свою работу уже знали и не отвлекались.

Рика задвинула меня последним в группе, будто заслоняя собственным телом, и теперь я понял, почему её ко мне приставили – она должна была не только меня инструктировать, но и охранять мою шкуру. Её наняли только за этим, потому что Маямото, как всегда, перестраховывался.

Началось время ожидания.

Напряжение росло.

За гостевыми домами я заметил десять верхолётов заказчика: четыре из них стояли на земле, шесть зависли над двором, готовые атаковать. Да и охраны у Торгового Дома Маямото было не меньше. Ощущение, что все мы тут стерегли ворота в ад, чтобы черти не вылезли наружу.

Примерно через полчаса ожидания в ночном небе сверкнула синяя молния.

Никто даже не шевельнулся, хотя все знали, что это означает – Маямото телепортируется.