Текст книги "Сын моей подруги (СИ)"

Автор книги: Анна Кай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)

Глава 20

Месяц после того, как они снова сошлись, пролетел как один долгий, мучительный день.

Лидия думала, что, пережив кризис, они станут только ближе. Что любовь, прошедшая через испытания, окрепнет и засияет новыми красками. Но реальность оказалась жестче.

Что-то сломалось.

Они были вместе физически – спали в одной постели, занимались любовью, завтракали по утрам. Но между ними выросла невидимая стена. Даня стал замкнутым, часто уходил в себя, подолгу молчал. Лидия чувствовала эту стену, но не знала, как ее разрушить.

Они не говорили об Алине. Не говорили о ребенке. Не говорили о том, что случилось. Эта тема стала запретной, и оба делали вид, что ничего не было. Но прошлое висело между ними тяжелым грузом.

В эту пятницу Лидия вернулась с работы раньше обычного. Даня сидел на кухне с ноутбуком, но, увидев ее, поспешно закрыл крышку.

– Что это было? – спросила она, чувствуя, как внутри зашевелился страх.

– Ничего, работа, – ответил он, но глаз не поднял.

– Даня, я видела, как ты закрыл ноутбук. Что ты там прячешь?

– Ничего я не прячу, – огрызнулся он. – Отстань.

– Не отстану, – Лидия подошла ближе. – Мы не разговариваем нормально уже месяц. Ты уходишь в себя, молчишь, а теперь еще и ноутбук прячешь. Что происходит?

– Ничего не происходит, – он встал, отодвинул стул. – Устал. Работы много.

– Даня…

– Я сказал – отстань! – рявкнул он и вышел из кухни, хлопнув дверью.

Лидия осталась одна, чувствуя, как слезы подступают к глазам. Она слышала, как хлопнула входная дверь – он ушел. Куда? Зачем? Надолго?

Она села за стол, обхватила голову руками. Впервые за долгое время она чувствовала себя абсолютно беспомощной.

Ночью он не вернулся. Лидия не спала, глядя в потолок и слушая тишину. Телефон молчал. Сообщений не было.

Утром она набрала его номер – недоступен. Позвонила Лене:

– Лен, Даня у тебя?

– Нет, – удивленно ответила Лена. – А что случилось?

– Поссорились вчера. Он ушел и не вернулся.

– О господи, – выдохнула Лена. – Я позвоню его друзьям. Ты не волнуйся, найдеется.

Но Лидия волновалась. Волновалась так, что физически тошнило.

Днем он объявился сам. Пришел, молча прошел в спальню, лег на кровать. Лидия зашла следом:

– Где ты был?

– У друга, – коротко ответил он, не глядя на нее.

– Какого друга?

– Ты его не знаешь.

– Даня, поговори со мной, – она села рядом на кровать. – Я не враг тебе. Я люблю тебя. Скажи, что с тобой происходит?

Он молчал долго, глядя в потолок. Потом повернулся к ней, и Лидия увидела в его глазах такую боль, что сердце сжалось.

– Я не могу забыть, – сказал он тихо. – Не могу забыть, что убил своего ребенка.

– Что? – Лидия не поверила своим ушам.

– Мой ребенок мог родиться, – продолжил он, и голос его дрожал. – А я не захотел быть с его матерью. И она сделала аборт. Я убийца.

– Даня, нет, – Лидия взяла его за руку. – Ты не виноват. Ты не знал о ребенке. И ты не заставлял ее делать аборт.

– Если бы я согласился быть с ней, она бы родила, – он выдернул руку. – Но я выбрал тебя. И ребенок умер.

– Ты не можешь так думать, – Лидия чувствовала, как у самой слезы подступают. – Ты не виноват.

– А кто виноват? – он сел на кровати, посмотрел на нее в упор. – Ты? Может, ты? Ты же радовалась, когда узнала, что аборт сделали?

– Что? – Лидия отшатнулась. – Ты серьезно?

– Я не знаю, что я серьезно, – он закрыл лицо руками. – Я просто схожу с ума. Каждую ночь мне снится этот ребенок. Как он плачет. Как зовет меня. А я не могу к нему прийти.

Лидия смотрела на него и чувствовала, как рушится ее мир. Он обвиняет ее? Он считает ее виноватой в смерти нерожденного ребенка?

– Даня, тебе нужна помощь, – сказала она тихо. – Психолог. Ты не справляешься сам.

– Мне нужна не помощь, – он поднял на нее глаза, полные слез. – Мне нужно, чтобы все вернуть назад. Чтобы этого не было.

– Это невозможно, – прошептала Лидия.

– Я знаю, – он встал. – Поэтому мне нужно побыть одному.

Он снова ушел. Лидия осталась сидеть на кровати, глядя на закрытую дверь.

Две недели превратились в ад. Даня приходил и уходил, почти не разговаривал, спал отдельно, на диване. Лидия пыталась достучаться до него – бесполезно. Он замкнулся в своей боли и никого не пускал.

Лена приезжала, пыталась говорить с сыном – тоже безрезультатно. Она плакала на кухне с Лидией:

– Я не знаю, что делать. Он никогда таким не был.

– Он винит себя, – тихо сказала Лидия. – И меня, кажется, тоже.

– Тебя? За что?

– За то, что выбрал меня. Если бы он выбрал Алину, ребенок бы жил.

– Глупость какая, – Лена покачала головой. – Алина сама решила. Она взрослая женщина.

– Он не слышит, – Лидия смахнула слезу. – Он вообще ничего не слышит.

В ту ночь Даня пришел поздно. Лидия не спала, ждала. Услышала, как хлопнула дверь, как он прошел на кухню. Встала, пошла за ним.

Он сидел за столом, глядя в одну точку. Перед ним стояла бутылка виски – наполовину пустая.

– Ты пьешь? – спросила она осторожно.

– А что еще остается? – усмехнулся он горько.

– Даня, так нельзя.

– А как можно? – он повернулся к ней, и она увидела его глаза – мутные, пустые, чужие. – Скажи мне, как можно жить с тем, что ты убил своего ребенка?

– Ты не убивал.

– Я не убивал, – передразнил он. – Я просто отказался от его матери. Отказался от него. Та же херня.

– Ты не знал о нем, когда отказывался.

– А какая разница? – он встал, пошатнулся. – Ребенок был. И его нет. А мы тут строим счастье.

Он подошел к ней близко, заглянул в глаза:

– Ты счастлива, Лида? Ты правда думаешь, что мы можем быть счастливы после этого?

– Я верю, что можем, – ответила она, чувствуя, как дрожит голос.

– А я не могу, – он отвернулся. – Я не могу делать вид, что ничего не случилось.

– Я и не прошу делать вид. Я прошу быть вместе. Пережить это вместе.

– Вместе, – горько усмехнулся он. – Ты здесь вообще ни при чем. Это моя боль. Моя вина.

– Я хочу разделить ее с тобой.

– Не надо, – он покачал головой. – Не надо. Ты только делаешь хуже.

Он ушел в спальню, закрыл дверь. Лидия осталась на кухне одна.

Утром она проснулась от тишины. Встала, прошла в спальню. Кровать была пуста, аккуратно заправлена. На подушке лежала записка.

«Лида, прости. Я не могу так больше. Мне нужно уехать, побыть одному, разобраться в себе. Не ищи меня. Я позвоню, когда буду готов. Прости за все. Даня».

Лидия перечитала записку несколько раз, не веря своим глазам. Потом сползла по стене на пол и завыла – громко, страшно, безнадежно.

Месяц превратился в пытку. Даня не звонил. Телефон был недоступен. Лена тоже не знала, где он. Лидия ходила на работу как зомби, делала дела на автомате, возвращалась домой и сидела в темноте, глядя в стену.

Она похудела на пять килограммов, перестала красить волосы, забросила спортзал. Коллеги смотрели с сочувствием, но ничего не говорили. Что тут скажешь?

Лена приезжала каждые выходные, привозила еду, пыталась разговорить. Лидия кивала, но не слышала. Единственное, что ее поддерживало – надежда, что он вернется.

– Он вернется, – говорила Лена. – Я знаю своего сына. Он любит тебя.

– Если любит, почему ушел? – спрашивала Лидия.

– Потому что ему нужно пережить это самому. Он всегда такой – уходит в себя, когда больно.

– А если не вернется?

– Вернется, – твердо сказала Лена. – Я чую.

Но дни шли, а Даня не возвращался. Лидия начала привыкать к пустоте. К тому, что утром некому сварить кофе. Что вечером не с кем поговорить. Что ночью не к кому прижаться.

Она снова стала той Лидией, что была до него – сильной, независимой, одинокой. Только теперь одиночество ощущалось иначе. Раньше оно было привычным, почти комфортным. Теперь – выжженной пустыней.

В один из вечеров она сидела на кухне, пила вино и смотрела на городские огни. Вспоминала тот первый вечер, когда они встретились. Как он смотрел на нее, как подсел на кухне, как целовал. Как все начиналось.

Телефон завибрировал. Незнакомый номер.

– Алло? – ответила она, чувствуя, как сердце забилось быстрее.

– Лида, – голос Дани в трубке был тихим, усталым. – Это я.

Она замерла, боясь дышать.

– Даня…

– Я в городе. Можно приехать?

– Да, – выдохнула она. – Да, конечно.

Через полчаса он стоял на пороге. Похудевший, заросший щетиной, с темными кругами под глазами. Но глаза – они смотрели на нее с той же любовью, что и раньше.

– Прости меня, – сказал он. – За все.

Она шагнула к нему, обняла, прижалась изо всех сил. Он обнял в ответ, и они стояли так долго-долго, не говоря ни слова.

– Я с ума сходила, – прошептала она. – Думала, ты не вернешься.

– Я и сам думал, что не вернусь, – ответил он. – Но не смог. Ты – моя жизнь.

Он подхватил ее на руки и понес в спальню. Опустил на кровать, навис сверху, глядя в глаза.

– Я люблю тебя, – сказал он. – И больше никогда не уйду. Что бы ни случилось.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Он целовал ее долго, жадно, будто хотел наверстать упущенное. Его руки скользили по ее телу, срывая одежду, и каждое прикосновение отзывалось дрожью. Лидия отвечала тем же, чувствуя, как оживает, как возвращается к жизни.

– Я скучала, – шептала она между поцелуями. – Безумно.

– И я, – отвечал он. – Каждую секунду.

Он вошел в нее медленно, глядя в глаза. И в этом движении было столько нежности, столько обещания, что Лидия заплакала – от счастья, от облегчения, от любви.

– Не плачь, – прошептал он, слизывая слезы. – Я здесь. Я навсегда.

Они двигались в унисон – медленно, глубоко, продлевая каждое мгновение. Лидия смотрела в его глаза и видела в них свое будущее – счастливое, спокойное, настоящее.

– Я люблю тебя, – сказала она. – Больше всего на свете.

– И я тебя, – ответил он. – Навсегда.

Оргазм накатил одновременно – мощный, глубокий, сотрясающий. Они закричали вместе, прижимаясь друг к другу, сливаясь в одно целое.

После долго лежали молча, переплетенные, слушая дыхание друг друга.

– Ты простил себя? – спросила Лидия тихо.

– Учусь, – ответил он честно. – Это не быстро. Но с тобой легче.

– Я помогу тебе, – сказала она. – Мы справимся вместе.

– Я знаю, – он поцеловал ее в висок. – Потому что ты – моя семья.

– А ты – моя.

За окном вставало солнце. Начинался новый день. Самый правильный день в их жизни.

Глава 21

Месяц после возвращения Дани пролетел как один долгий, осторожный день. Они учились жить заново – с оглядкой на прошлое, но с надеждой на будущее. Даня ходил к психологу два раза в неделю, возвращался уставшим, но более спокойным. Лидия старалась не давить, не лезть с вопросами, просто быть рядом.

По ночам он иногда просыпался в холодном поту – снился тот самый нерожденный ребенок. Лидия обнимала его, гладила по спине, шептала что-то успокаивающее. Он прижимался к ней и засыпал снова – уже без кошмаров.

Их близость стала другой – более глубокой, более осознанной. Они занимались любовью не так часто, как раньше, но каждый раз это было особенным – будто они заново открывали друг друга, учились доверять, учились любить без оглядки на прошлое.

В эту субботу Лидия проснулась рано. Даня еще спал, раскинувшись на кровати, и она залюбовалась им – расслабленным, умиротворенным, родным. За прошедший месяц он немного пришел в себя – щеки перестали быть впалыми, под глазами не так темно, улыбка возвращалась все чаще.

Телефон завибрировал. Лена.

– Лида, привет, – голос подруги звучал взволнованно. – Ты можешь приехать? Одна. Нам нужно поговорить.

Лидия замерла. Сердце тревожно стукнуло.

– Что-то случилось?

– Нет-нет, все хорошо, – поспешно ответила Лена. – Просто… мне нужно с тобой поговорить. О Дане. О вас. Обо всем.

– Хорошо, – Лидия посмотрела на спящего Даню. – Скоро буду.

Она оставила записку на тумбочке: «Уехала к твоей маме, скоро вернусь. Люблю», – поцеловала его в лоб и выскользнула из квартиры.

Дорога до Лены заняла полчаса, и все это время Лидия прокручивала в голове возможные темы разговора. Лена наконец решила высказать все, что накипело? Лена хочет предложить отменить свадьбу? Лена узнала что-то новое об Алине?

Дверь открылась сразу после звонка. Лена стояла на пороге – нарядная, с укладкой, в красивом платье. Лидия удивилась – обычно подруга дома ходила в халате.

– Проходи, – Лена посторонилась. – Я стол накрыла.

На кухне действительно было накрыто – чай, пирожные, фрукты. Лена явно готовилась.

– Садись, – она указала на стул. – Разговор будет долгий.

Лидия села, чувствуя, как напряжение растет. Лена села напротив, помолчала, собираясь с мыслями.

– Лида, – начала она наконец. – Я много думала в последнее время. О нас. О тебе. О Дане. О том, что случилось.

– И к чему пришла? – осторожно спросила Лидия.

– К тому, что я была неправа, – Лена подняла на нее глаза. – С самого начала.

Лидия опешила:

– Ты о чем?

– Обо всем, – Лена вздохнула. – Когда я узнала о вас, я думала только о себе. О своей боли, о своем предательстве. Я не думала о том, что чувствуете вы. Не думала о том, что Даня счастлив.

– Лена…

– Дай сказать, – перебила Лена. – Я должна это сказать.

Лидия замолчала. Лена продолжила:

– Потом эта история с Алиной. Я видела, как ты страдала. Как он страдал. И я поняла, что любовь – она не выбирает возраст, не выбирает обстоятельства. Она просто приходит.

– Да, – тихо сказала Лидия. – Это правда.

– Я боялась, что ты заменишь меня, – голос Лены дрогнул. – Что он будет любить тебя больше, чем меня. Глупо, да?

– Нет, – Лидия покачала головой. – Не глупо. Это нормально.

– А теперь я поняла, – продолжила Лена. – Что любовь – она разная. Материнская – одна. Женская – другая. И они не мешают друг другу. Он может любить нас обеих. По-разному.

Лидия почувствовала, как к глазам подступают слезы.

– Лена…

– Я хочу, чтобы вы были счастливы, – твердо сказала Лена. – По-настоящему. И я хочу быть частью вашей жизни. Если ты позволишь.

– Ты серьезно? – Лидия не верила своим ушам.

– Серьезнее некуда, – Лена улыбнулась сквозь слезы. – Я устала враждовать. Устала злиться. Я хочу внуков, хочу семейные ужины, хочу, чтобы мы все были вместе.

Лидия встала, подошла к Лене, обняла ее. Лена обняла в ответ, и они стояли так посреди кухни, две женщины, которые любили одного мужчину – каждая по-своему.

– Спасибо, – прошептала Лидия. – Ты даже не представляешь, что это для меня значит.

– Представляю, – ответила Лена. – Потому что я тоже тебя люблю. Ты моя подруга. Моя семья.

– И ты моя.

Они сели за стол, налили чай. Лена вдруг хитро прищурилась:

– А теперь рассказывай. Когда свадьба? Я хочу все организовать.

– Мы думали через месяц, – улыбнулась Лидия. – Небольшую, только близкие.

– Какие близкие? – возмутилась Лена. – У меня куча подруг, которые хотят посмотреть на свадьбу моего сына!

– Лена!

– Шучу, – засмеялась Лена. – Ладно, небольшую так небольшую. Но торт я буду заказывать сама.

– Договорились.

Они проговорили несколько часов. Обо всем – о планах, о мечтах, о будущем. Лена рассказывала о своем новом ухажере, который оказался очень даже ничего. Лидия делилась мыслями о детях, о доме за городом, о совместных проектах с Даней.

– А вы пробовали? – вдруг спросила Лена. – Завести ребенка?

Лидия замерла.

– Пока нет, – честно ответила она. – Думали, но… после всего, что случилось, не решались.

– А ты хочешь? – Лена смотрела пристально.

– Очень, – призналась Лидия. – Но боюсь. Вдруг не получится? Вдруг поздно?

– Глупости, – отрезала Лена. – У меня подруга в сорок родила. Здоровая девка, отличница. Главное – не бояться.

– Легко сказать.

– А ты попробуй, – Лена подмигнула. – Данька у нас молодой, здоровый. Должно получиться.

Лидия улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается в груди. Разговор с Леной снял камень, который лежал на сердце все эти месяцы.

– Спасибо тебе, – сказала она. – За все.

– Не за что, – ответила Лена. – Мы же семья.

Когда Лидия вернулась домой, Даня уже проснулся и сидел на кухне с чашкой кофе.

– Ну как мама? – спросил он. – Не ругалась?

– Наоборот, – Лидия подошла, обняла его со спины, поцеловала в макушку. – Мы помирились. По-настоящему.

– Серьезно? – он повернулся, удивленный.

– Серьезно, – она села ему на колени, обвила руками шею. – Она сказала, что хочет, чтобы мы были счастливы. И что она готова принять нас.

– Не верю, – покачал головой Даня. – Моя мама?

– Твоя мама, – засмеялась Лидия. – Она изменилась. Мы все изменились.

– Это правда, – он поцеловал ее. – Ты изменила нас.

– Мы сами изменились, – ответила она. – Потому что любим.

Он смотрел на нее долго, нежно, и в его глазах было столько любви, что Лидия чувствовала – все будет хорошо.

– Я хочу ребенка, – вдруг сказала она. – Твоего ребенка.

Даня замер.

– Ты серьезно?

– Серьезнее некуда, – ответила она. – Я готова. Если ты готов.

– Я готов, – выдохнул он. – Боже, я так готов.

Он поцеловал ее – жадно, страстно, будто впервые. Его руки скользнули под ее одежду, сжимая, гладя, заставляя забыть обо всем.

– Прямо сейчас? – прошептала она.

– Прямо сейчас, – ответил он, подхватывая ее на руки.

В спальне он опустил ее на кровать, навис сверху, глядя в глаза.

– Ты уверена? – спросил он серьезно. – Это навсегда.

– Уверена, – ответила она. – Я хочу быть матерью твоих детей. Хочу нашу семью. Хочу все.

– Тогда начнем прямо сейчас, – улыбнулся он.

Он раздевал ее медленно, целуя каждый открывшийся сантиметр кожи. Шея, ключицы, грудь, живот. Когда его губы коснулись самого сокровенного, Лидия застонала, запрокинув голову.

– Я люблю тебя, – шептал он. – Так сильно, что больно.

– И я тебя, – отвечала она. – Не представляю жизни без тебя.

Он вошел в нее медленно, глядя в глаза. И в этом движении было обещание – новой жизни, новой любви, нового счастья.

– Давай сделаем ребенка, – прошептал он. – Прямо сейчас.

– Давай, – выдохнула она.

Они двигались в унисон – глубоко, страстно, самозабвенно. Лидия чувствовала, как каждый толчок приближает ее к краю, как внутри нарастает сладкое напряжение.

– Кончи со мной, – прошептал он. – Вместе.

Она кивнула, чувствуя, как приближается разрядка. Оргазм накатил мощной волной, сотрясая все тело. Он кончил следом, с рыком уткнувшись в ее шею.

После они лежали, тяжело дыша, переплетенные. Даня гладил ее по животу.

– Здесь может быть наш ребенок, – сказал он тихо. – Прямо сейчас может зарождаться.

– Я надеюсь, – улыбнулась Лидия.

– Я люблю тебя, – сказал он. – Больше жизни.

– И я тебя, – ответила она. – Навсегда.

За окном спускались сумерки. Начинался новый этап их жизни. Самый важный. Самый счастливый.

Глава 22

Три месяца пролетели как один счастливый день. Три месяца, в течение которых Лидия училась быть по-настоящему счастливой – без страха, без оглядки, без сомнений.

Она забеременела. Тест показал две полоски ровно через три недели после того разговора с Даней. Он дежурил под дверью ванной, пока она делала тест, а когда она вышла с мокрыми глазами и протянула ему полоски, он подхватил ее на руки и закружил по квартире.

– Я буду отцом! – кричал он. – Мы будем родителями!

Лена примчалась через час с тортом и шампанским (безалкогольным для Лидии). Они сидели на кухне, пили, ели и строили планы. Лена светилась от счастья – она наконец-то дождалась внуков.

– Если будет девочка, назовем в мою честь, – заявила она.

– А если мальчик? – спросил Даня.

– Тогда в честь деда, – решила Лена. – Но я все равно буду надеяться на девочку.

Лидия смотрела на них и чувствовала, как сердце переполняется благодарностью. У нее есть семья. Настоящая, любящая, родная.

Беременность протекала легко – только по утрам немного тошнило, и Даня носил ей в постель сухарики и имбирный чай. Он был трогательно заботлив – массировал ноги, читал вслух книги по воспитанию, разговаривал с животом по вечерам.

– Привет, малыш, – шептал он, положив руку на ее округлившийся живот. – Это твой папа. Ты там как? Растешь?

Лидия улыбалась и гладила его по голове.

В эту субботу они переезжали. Наконец-то купили дом за городом – с большим участком, садом и местом для будущих детей. Лидия давно мечтала о таком – чтобы утром выходить на террасу с чашкой кофе, чтобы дети бегали по траве, чтобы вечерами сидеть у камина.

Даня носился по новому дому как угорелый – расставлял мебель, вешал полки, подключал технику. Лидия наблюдала за ним с дивана, положив руку на уже заметный животик.

– Ты как? – спросил он, подходя и целуя ее в лоб. – Не устала?

– Я смотрю на тебя и отдыхаю, – улыбнулась она.

– Льстец, – он присел рядом, положил руку на живот. – Как наш малыш?

– Толкается, – ответила она. – Видимо, ему нравится новый дом.

– Ему? – поднял бровь Даня. – Ты уверена, что он?

– Или она, – поправилась Лидия. – Мы скоро узнаем.

Они решили не узнавать пол ребенка до родов – хотели сюрприз. Лена возмущалась, говорила, что ей нужно готовить приданое, но в итоге смирилась.

Вечером, когда последняя коробка была разобрана, а мебель расставлена, они сидели на террасе, пили чай и смотрели на закат.

– Красиво здесь, – сказала Лидия, вдыхая свежий воздух. – Я так рада, что мы купили этот дом.

– Я тоже, – Даня обнял ее, прижал к себе. – Здесь будут расти наши дети. Бегать по траве, лазить по деревьям, купаться в речке.

– Мечтаешь?

– Ага, – он поцеловал ее в висок. – Мечтаю о нашей жизни.

– Я люблю тебя, – сказала Лидия.

– И я тебя, – ответил он. – Больше всего на свете.

Ночью они занимались любовью в новом доме – впервые. Медленно, нежно, смакуя каждое мгновение. Даня был особенно осторожен – боялся навредить ребенку, хотя Лидия объясняла, что это безопасно.

– Ты такой смешной, когда боишься, – шептала она, целуя его.

– Я не боюсь, я забочусь, – поправлял он, гладя ее живот.

Он вошел в нее медленно, глядя в глаза. Лидия обвила его ногами, прижимая к себе. Каждое движение отдавалось теплом внизу живота, и она чувствовала, как малыш внутри тоже реагирует – толкается, радуется.

– Ему нравится, – улыбнулась она.

– Ей, – поправил Даня. – У нас девочка. Я чувствую.

– Поспорим?

– На что?

– Если девочка – ты моешь посуду месяц, – предложила Лидия. – Если мальчик – я.

– Идет, – согласился он.

Они кончили вместе – тихо, нежно, почти беззвучно. Лидия чувствовала, как волны наслаждения прокатываются по телу, и улыбалась в темноту.

– Я так счастлива, – прошептала она.

– И я, – ответил он. – Спасибо, что ты есть.

Утром их разбудил звонок в дверь. Лена приехала с поздравлениями и огромной корзиной фруктов.

– С новосельем! – кричала она, обнимая их обоих. – Я так за вас рада!

Они пили чай на кухне, рассматривали планы детской, обсуждали, где поставить кроватку. Лена предлагала кучу идей, Даня спорил, Лидия мирила. Было шумно, весело, по-семейному.

– Я так рада, что вы есть, – сказала Лена вдруг серьезно. – Что у нас все наладилось. Что мы семья.

– Мы семья, – подтвердил Даня, обнимая мать и Лидию. – Самая лучшая.

– За это и выпьем, – Лена подняла чашку с чаем. – За нас. За любовь. За будущее.

– За будущее, – повторили Лидия и Даня.

Вечером, когда Лена уехала, они сидели в гостиной у камина. За окном темнело, в камине потрескивали дрова, на столе горели свечи. Лидия положила голову Дане на плечо, он гладил ее по животу.

– Знаешь, о чем я думаю? – спросил он.

– О чем?

– О том, как странно все сложилось, – ответил он. – Если бы я не пошел тогда с мамой в гости, если бы ты не открыла дверь, если бы мы не посмотрели друг на друга – ничего бы этого не было.

– Было бы, – уверенно сказала Лидия. – Мы бы все равно встретились. Судьба.

– Веришь в судьбу?

– Теперь верю, – она подняла на него глаза. – С тех пор как встретила тебя.

Он поцеловал ее – долго, нежно, с обещанием вечности.

– Я хочу тебя, – прошептал он. – Прямо сейчас.

– Здесь? – удивилась она. – У камина?

– А почему нет? – улыбнулся он.

Он помог ей лечь на мягкий ковер, сам лег рядом. Целовал медленно, смакуя, будто пробовал на вкус. Его руки скользили по ее телу – по округлившемуся животу, по налившейся груди, по бедрам.

– Ты такая красивая, – шептал он. – Беременная – еще красивее.

– Льстец, – улыбнулась она.

– Правда, – он поцеловал ее живот. – Ты носишь под сердцем нашего ребенка. Это самое прекрасное, что я видел.

Он вошел в нее медленно, бережно. Лидия обвила его руками и ногами, прижимая к себе. В свете камина его лицо казалось особенно красивым – черты смягчились, глаза светились любовью.

– Я люблю тебя, – шептал он в такт движениям. – Моя женщина. Моя жена. Мать моего ребенка.

– Я люблю тебя, – отвечала она. – Мой мужчина. Моя жизнь. Мое счастье.

Они двигались медленно, продлевая удовольствие, наслаждаясь каждым мгновением близости. Лидия чувствовала, как внутри нарастает сладкое напряжение, как приближается разрядка.

– Кончи со мной, – прошептал он. – Вместе.

Она кивнула, чувствуя, как оргазм накрывает теплой волной. Он кончил следом, с тихим стоном прижимаясь к ней.

После они лежали на ковре, глядя на огонь. Даня гладил ее живот, целовал плечо, шептал что-то нежное.

– Мы построим здесь настоящий дом, – сказал он. – С садом, с качелями, с бассейном. Наши дети будут бегать по этой траве, лазить по этим деревьям. Мы будем старыми сидеть на этой террасе и вспоминать, как все начиналось.

– Звучит как сказка, – улыбнулась Лидия.

– Это наша сказка, – ответил он. – И мы напишем ее сами.

За окном догорал закат. В камине потрескивали дрова. А они лежали на полу в новом доме, обнявшись, и строили планы на будущее.

Самое счастливое будущее в их жизни.