Текст книги "Сын моей подруги (СИ)"

Автор книги: Анна Кай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц)

Глава 14

Весь день Лидия ходила как на иголках. Работа валилась из рук, цифры в отчетах плыли перед глазами, голоса подчиненных доносились будто сквозь вату. Она несколько раз ловила себя на том, что бессмысленно смотрит в одну точку, прокручивая в голове возможные сценарии предстоящего разговора с Леной.

Она будет кричать. Она будет плакать. Она будет требовать, чтобы я оставила ее сына. А я не смогу. Не смогу отказаться от него.

К вечеру напряжение достигло пика. Лидия переоделась три раза, прежде чем остановилась на простом темном платье – не вызывающем, не траурном, нейтральном. Волосы собрала в низкий пучок, макияж сделала минимальный. Хотелось выглядеть достойно, но не вызывающе.

Даня позвонил, когда она уже выходила из дома:

– Ты как?

– Нормально, – соврала она. – Волнуюсь, конечно.

– Я рядом, – сказал он. – Буду ждать в машине неподалеку. Если что-то пойдет не так – сразу звони. Я приеду через пять минут.

– Хорошо, – теплота в его голосе согревала, давала силы. – Я справлюсь.

– Я знаю. Ты сильная. Я люблю тебя.

– И я тебя.

Она отключилась и глубоко вздохнула. Ты сильная. Ты справишься.

Дом Лены встретил ее знакомым запахом подъезда – смесью кошек, цветов и старого линолеума. Лидия поднялась на лифте, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Дверь открылась сразу после звонка – будто Лена ждала у порога.

Они стояли друг напротив друга и молчали. Лена выглядела ужасно – опухшие глаза, бледное лицо, волосы кое-как стянуты в хвост. Без косметики, в старом халате она казалась постаревшей лет на десять. Лидия почувствовала укол совести.

– Заходи, – коротко бросила Лена и развернулась, уходя вглубь квартиры.

Лидия переступила порог. Здесь все было знакомо до боли – тот же коридор, те же фотографии на стенах, тот же запах. Только теперь этот дом казался чужим, враждебным.

На кухне было накрыто к чаю. Странно – Лидия ожидала скандала, а не чаепития. Лена села за стол, жестом указала на стул напротив. Лидия села, чувствуя себя провинившейся школьницей перед строгой учительницей.

– Будешь чай? – спросила Лена глухо.

– Давай.

Лена разлила чай по чашкам. Руки у нее дрожали. Лидия смотрела на эти дрожащие руки и чувствовала, как ком в горле растет.

– Я не знаю, с чего начать, – сказала Лена, не поднимая глаз. – Всю ночь не спала, думала. И утром не спала, и днем. Все думала.

– Лена…

– Дай сказать, – перебила она. – Я должна это сказать.

Лидия замолчала. Лена отпила чай, поморщилась – видимо, обожглась, – и продолжила:

– Я злилась на тебя. Безумно злилась. Думала: как ты могла? Моя лучшая подруга, моя единственная подруга за двадцать лет – и ты с моим сыном. За моей спиной. Пока я тут чаи с вами распивала.

– Лена, прости меня…

– Я сказала – дай сказать, – повысила голос Лена. – Я не закончила.

Лидия сжала губы. Лена снова отпила чай, собираясь с мыслями.

– Потом я начала вспоминать. Вспоминать, как вы смотрели друг на друга. Как ты краснела, когда он входил. Как он называл тебя по имени, хотя всегда звал по отчеству. Как вы исчезали вдвоем, когда я отворачивалась. Я думала: дура, какая же я дура. Все было у меня перед глазами, а я ничего не видела.

– Мы не хотели тебе делать больно, – тихо сказала Лидия.

– А вы сделали, – в голосе Лены зазвенели слезы. – Очень больно. Ты даже не представляешь, как это – узнать, что твой сын и твоя лучшая подруга спят вместе. Что они трахались у тебя за спиной, пока ты спала в соседней комнате.

Лидия молчала, потому что возразить было нечего. Да, они сделали ей больно. Очень больно.

– Я хотела проклясть вас обоих, – продолжила Лена. – Хотела сделать все, чтобы вы расстались. Чтобы он тебя бросил. Чтобы ты страдала так же, как я.

– Я уже страдаю, – вырвалось у Лидии. – Лена, я люблю его. И эта ложь, это вранье тебе – оно меня убивало каждый день.

– Зачем же ты врала? – вскинулась Лена. – Зачем не сказала сразу?

– Боялась. Боялась потерять тебя. И его боялась потерять, если бы ты заставила его выбирать.

– А теперь? – Лена посмотрела ей в глаза. – Теперь не боишься?

– Боюсь, – честно ответила Лидия. – Очень боюсь. Но больше не могу врать. Я устала.

Лена молчала долго, глядя в свою чашку. Потом подняла глаза, и Лидия увидела в них не ненависть, а усталость. Бесконечную усталость.

– Он сказал мне сегодня утром, что выбрал тебя, – тихо проговорила Лена. – Что если я заставлю его выбирать, он выберет тебя. Мой сын. Моя кровь. Выбрал чужую женщину вместо меня.

– Лена…

– Я думала, что умру, когда это услышала, – перебила Лена. – Просто упаду и умру. Но я не умерла. Я сидела и думала: почему? Почему он выбрал тебя? Чем ты лучше меня? Чем ты лучше всех тех девок, которые за ним бегали?

– Я не лучше, – тихо сказала Лидия. – Я просто… своя. Он говорит, что со мной ему хорошо. Что я понимаю его. Что я не пытаюсь его переделать.

Лена горько усмехнулась:

– Понимаешь. А я, значит, не понимаю? Я, мать, его не понимаю?

– Ты понимаешь по-своему. Я – по-своему.

Снова повисло молчание. Лена вертела в руках чашку, не поднимая глаз. Лидия ждала, чувствуя, как каждая секунда длится вечность.

– Я не знаю, что мне делать, – наконец сказала Лена. – Я не знаю, как мне теперь жить. Вы оба – самые близкие мне люди. И вы предали меня.

– Мы не хотели предавать.

– А получилось, – Лена подняла на нее глаза, и в них блестели слезы. – Получилось именно так.

Она заплакала – тихо, беззвучно, утирая слезы ладонью. Лидия смотрела на нее и чувствовала, как сердце разрывается от боли.

Глава 15

– Леночка, прости меня, – прошептала она, протягивая руку через стол.

Лена отдернула руку, будто обожглась:

– Не трогай.

– Хорошо, – Лидия убрала руку. – Я не буду трогать. Но я хочу, чтобы ты знала: я никогда не хотела сделать тебе больно. Никогда. Ты моя подруга, моя сестра почти. Я люблю тебя.

– Любишь? – Лена горько усмехнулась сквозь слезы. – Ты спишь с моим сыном и говоришь, что любишь меня?

– Это разные вещи, – тихо ответила Лидия. – Моя любовь к нему не отменяет моей любви к тебе.

– Еще как отменяет, – отрезала Лена. – Ты выбрала его. Ты всегда будешь выбирать его. А я останусь за бортом.

– Нет, если ты сама не захочешь остаться.

Лена посмотрела на нее долгим, тяжелым взглядом. В этом взгляде было все – боль, обида, злость, и где-то глубоко-глубоко – проблеск надежды.

– Ты правда думаешь, что мы сможем быть как раньше? – спросила она тихо.

– Не знаю, – честно ответила Лидия. – Но я хочу попробовать. Если ты дашь нам шанс.

Лена молчала долго. Так долго, что Лидия уже перестала надеяться. Потом она вдруг резко встала, подошла к окну, закурила, хотя раньше никогда не курила на кухне.

– Знаешь, что самое обидное? – спросила она, не оборачиваясь. – Что ты сделала его счастливым. Я не видела его таким счастливым никогда. Даже в детстве.

Лидия молчала, боясь спугнуть этот момент.

– Он приходил сегодня, забирал вещи, – продолжила Лена. – И я смотрела на него и видела, что он светится. Изнутри светится. И я поняла, что это ты. Ты делаешь его таким.

– Лена…

– Я не могу это ненавидеть, – голос Лены дрогнул. – Как я могу ненавидеть то, что делает моего сына счастливым? Я мать. Я должна желать ему счастья.

Лидия встала, подошла к ней. Осторожно, боясь спугнуть, положила руку на плечо. Лена вздрогнула, но не отстранилась.

– Я сделаю его счастливым, – тихо сказала Лидия. – Обещаю тебе.

– А если у вас не получится? – Лена повернулась к ней, и в глазах ее был страх. – Если ты разобьешь ему сердце? Он же мальчишка, он неопытный в таких делах. А ты женщина взрослая, ты можешь играть им, как хочешь.

– Я не играю, – твердо ответила Лидия. – Я люблю его. По-настоящему. И если у нас не получится, это убьет меня не меньше, чем его.

Лена смотрела на нее долго, изучающе. Потом вдыхала глубоко, выдохнула и сказала:

– Ладно. Я попробую.

– Что? – Лидия не поверила своим ушам.

– Я сказала – попробую принять это, – повторила Лена. – Не обещаю, что получится сразу. И не обещаю, что не буду злиться. Но я попробую. Ради него. И ради тебя, – добавила она тише. – Потому что двадцать лет дружбы просто так не выкинешь.

Лидия почувствовала, как слезы хлынули из глаз. Она не сдерживала их – плакала навзрыд, прижимаясь к подруге. Лена обняла ее – сначала неловко, потом крепче, и они стояли вдвоем посреди кухни и плакали.

– Дуры мы с тобой, – всхлипнула Лена. – Старые дуры.

– Не старые, – сквозь слезы улыбнулась Лидия. – Мы с тобой еще ого-го.

– Ага, – усмехнулась Лена. – Особенно ты. Сына моего охмурила.

– Сама не знаю как.

– Знаю я, как, – Лена отстранилась, вытерла слезы. – Ты красивая, умная, успешная. Любой бы на тебя запал. А он у меня с детства на тебя смотрел, как кот на сметану.

– Правда? – удивилась Лидия.

– Правда, – вздохнула Лена. – Я еще думала: лишь бы не втрескался в тетку. А он втрескался. И вот результат.

Они сели за стол, налили уже остывший чай. Лена смотрела на Лидию и качала головой:

– И как вы теперь жить будете? Я имею в виду, открыто?

– Не знаем еще, – призналась Лидия. – Но будем вместе – и это главное.

– А дети? – вдруг спросила Лена. – Ты думала о детях?

Лидия замерла. Честно говоря, она не думала. Ей тридцать пять, Даня двадцать восемь. Дети – это серьезно.

– Не знаю, – ответила она растерянно. – А что?

– А то, – Лена посмотрела на нее пристально. – Ты можешь еще родить. И если вы всерьез, то надо думать. А он готов стать отцом?

– Я… я не знаю, – Лидия чувствовала, как земля уходит из-под ног. – Мы не говорили об этом.

– Поговорите, – посоветовала Лена. – А то будете потом локти кусать.

Они еще долго сидели, говорили. О жизни, о любви, о будущем. Лена рассказывала о своем новом ухажере, который оказался совсем не скучным, а просто застенчивым. Лидия слушала и чувствовала, как оттаивает сердце.

Когда она вышла от Лены, на улице уже стемнело. Даня ждал в машине, как обещал. Увидев ее, выскочил, подбежал:

– Ну что? Как прошло?

– Хорошо, – улыбнулась Лидия. – Мы поговорили. Она дала нам шанс.

– Правда? – Даня просиял. – Мама согласилась?

– Сказала, что попробует принять. Ради тебя.

Он обнял ее так крепко, что у нее кости хрустнули.

– Я люблю тебя, – прошептал он. – Ты даже не представляешь, как я люблю тебя.

– Представляю, – улыбнулась она. – Потому что люблю тебя так же.

– Поехали ко мне? – предложил он. – Или к тебе?

– К тебе, – решила она. – Хочу посмотреть, как ты живешь.

Он удивился, но обрадовался. Они поехали к нему – в однокомнатную квартиру в новом доме, которую он снимал последние два года. Там было чисто, но по-холостяцки пустовато: минимум мебели, никаких излишеств.

– Скромно, – извиняющимся тоном сказал Даня. – Но мне хватает.

– Мне нравится, – честно ответила Лидия, разглядывая книжные полки, заваленные книгами по архитектуре. – Ты интересуешься архитектурой?

– Тобой интересуюсь, – усмехнулся он. – А книги так, для общего развития.

Она рассмеялась и вдруг почувствовала, как напряжение последних дней отпускает. Она дома. С ним.

– Иди сюда, – позвал он, протягивая руки.

Она подошла, прижалась к нему. Он гладил ее по спине, целовал в макушку, в висок, в закрытые глаза.

– Я так боялся за тебя сегодня, – признался он. – Думал, что мама будет тебя мучить.

– Было тяжело, – кивнула она. – Но мы справились.

– Потому что ты сильная.

– Нет, – она подняла на него глаза. – Потому что ты со мной.

Он поцеловал ее – долго, нежно, благодарно. И в этом поцелуе было все: и радость примирения, и облегчение, и обещание будущего.

– Хочу тебя, – прошептал он. – Прямо сейчас.

– Я тоже хочу тебя, – ответила она. – Весь вечер хочу.

Он подхватил ее на руки и понес в спальню. Там было темно, только свет фонарей пробивался сквозь неплотные шторы. Он опустил ее на кровать, навис сверху, глядя в глаза.

– Я люблю тебя, Лида, – сказал он серьезно. – Запомни это. Что бы ни случилось.

– И ты запомни, – ответила она. – Я твоя. Навсегда.

Он раздевал ее медленно, смакуя каждое мгновение. Платье полетело на пол, за ним белье. Он целовал каждый сантиметр ее тела, будто хотел запомнить наизусть. Шея, ключицы, грудь, живот. Когда его губы коснулись самого сокровенного, Лидия застонала, запрокинув голову.

– Какая ты вкусная, – прошептал он. – Всегда такая вкусная.

Она вцепилась в его волосы, направляя, прося больше. Он подчинялся, доводя ее до исступления языком и губами. Оргазм накатил быстро, мощно, вышибая дыхание. Она кончила с криком, выгибаясь дугой.

– Иди ко мне, – выдохнула она, когда смогла говорить. – Хочу чувствовать тебя внутри.

Он вошел медленно, глядя в глаза. Лидия смотрела в его бездонные зрачки и чувствовала, как рассыпается на атомы. Каждое движение отдавалось пульсацией внизу живота, заставляя забыть, где верх, где низ.

– Ты моя, – шептал он. – Моя женщина. Навсегда.

– Твоя, – отвечала она. – Вся твоя.

Они двигались в унисон, набирая темп. Лидия обвила его ногами, прижимая как можно ближе, чувствуя, как он заполняет ее целиком. Второй оргазм подкрался незаметно и накрыл с головой, мощный, глубокий, бесконечный.

Он кончил следом, с рыком уткнувшись в ее шею. Несколько минут они лежали, тяжело дыша, прижавшись друг к другу.

– Я никогда не устану от тебя, – прошептал он. – Никогда.

– Я надеюсь, – улыбнулась она.

Они лежали в темноте, переплетенные, и говорили. Обо всем – о детстве, о мечтах, о страхах. Даня рассказывал, как в пятнадцать лет тайком смотрел на нее, когда она приходила к ним, и мечтал, чтобы она обратила на него внимание.

– Ты даже не представляешь, сколько раз я дрочил, думая о тебе, – признался он. – Мне было стыдно, но я ничего не мог с собой поделать.

– А сейчас? – улыбнулась она. – Сейчас не стыдно?

– Сейчас я счастлив, – ответил он. – Потому что ты в моих руках. Настоящая. Живая. Моя.

Она поцеловала его и прошептала:

– Я тоже счастлива. Впервые за много лет – по-настоящему счастлива.

Ночью они занимались любовью еще два раза – медленно, нежно, изучая друг друга. А под утро Лидия проснулась от того, что Даня гладил ее живот и смотрел на нее задумчиво.

– О чем думаешь? – спросила она сонно.

– О детях, – ответил он. – О наших детях.

У Лидии сердце пропустило удар.

– Ты хочешь детей?

– С тобой – да, – серьезно ответил он. – А ты?

– Я… я не думала, – честно призналась она. – Боялась, наверное.

– А теперь не бойся, – он поцеловал ее в живот. – Теперь я с тобой.

Она смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается тепло. Этот мальчишка – нет, этот мужчина – говорил о детях. Об их детях. О будущем.

– Я подумаю, – сказала она. – Обещаю.

– Хорошо, – улыбнулся он. – А пока – спи. У нас впереди целая жизнь.

Она закрыла глаза и провалилась в сон – спокойный, без сновидений, счастливый. Впервые за долгое время – по-настоящему счастливый.

Глава 16

Месяц пролетел как один счастливый день.

После того разговора с Леной жизнь вошла в новое русло – странное, непривычное, но удивительно гармоничное. Лена не то чтобы полностью приняла их отношения, но перестала враждовать. Она звонила Лидии, приглашала в гости, обсуждала с ней планы на выходные. Правда, когда появлялся Даня, в ее глазах все еще мелькала тень боли, но она старалась ее не показывать.

Даня почти переселился к Лидии. Его вещи постепенно заполняли шкафы, зубная щетка стояла в ванной, на кухне появилась его любимая кружка. Лидия просыпалась каждое утро в его объятиях и засыпала, чувствуя его тепло. Это было счастье – тихое, спокойное, настоящее.

Но где-то в глубине души жил страх. Страх, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Страх, что судьба однажды напомнит о себе.

И она напомнила.

В этот вечер Лена позвала их на ужин – вроде бы просто так, по-семейному. Лидия надеялась, что это знак: Лена окончательно смирилась и готова принять их как пару. Она тщательно готовилась: выбрала скромное, но элегантное платье, сделала легкий макияж, купила бутылку хорошего вина.

– Волнуешься? – спросил Даня, глядя, как она крутится перед зеркалом.

– Немного, – призналась она. – Вдруг она опять начнет?

– Не начнет, – уверенно сказал он. – Она обещала стараться.

– Люди часто обещают то, что не могут выполнить.

– Мы проверим, – он подошел, обнял со спины, поцеловал в шею. – Ты красивая. Расслабься.

Она прикрыла глаза, чувствуя его губы на своей коже. Его руки скользнули по талии, ниже, прижимая к себе.

– Если мы опоздаем, она обидится, – прошептала Лидия, но не отстранилась.

– Успеем, – ответил он, разворачивая ее к себе. – Я хочу тебя.

– Даня…

Он закрыл ей рот поцелуем – долгим, глубоким, выбивающим мысли. Лидия забыла обо всем – о Лене, об ужине, о страхах. Был только он, его губы, его руки, расстегивающие молнию на платье.

– Быстро, – выдохнула она, когда он подхватил ее на руки и понес в спальню. – Только быстро.

Он опустил ее на кровать, навис сверху. Платье уже было смято, белье полетело на пол. Он вошел в нее одним движением, и Лидия застонала, вцепившись в его плечи.

– Тш-ш, – прошептал он. – Мама ждет.

– К черту маму, – выдохнула она, двигаясь ему навстречу.

Он усмехнулся и ускорился, вколачиваясь в нее с глубокой, размеренной силой. Лидия кусала губы, чтобы не кричать, но стоны все равно вырывались наружу. Оргазм накатил быстро – острый, мощный, сотрясающий.

Он кончил следом, с рыком уткнувшись в ее шею.

– Ты сведешь меня с ума, – прошептал он, когда смог говорить.

– Взаимно, – улыбнулась она.

Они быстро привели себя в порядок и через полчаса уже звонили в дверь Лены. Она открыла сразу – нарядная, с укладкой, в красивом платье. Лидия удивилась – обычно Лена дома ходила в халате.

– Проходите, – улыбнулась она. – Я так рада, что вы пришли.

На кухне пахло чем-то вкусным. Стол ломился от угощений – салаты, горячее, домашние пирожки. Лена явно постаралась.

– Садитесь, садитесь, – засуетилась она. – Я сейчас еще грибочки принесу.

Даня и Лидия сели за стол, переглянулись. В глазах Дани читалось удивление – мать явно переигрывала с гостеприимством.

– Мам, ты чего? – спросил он. – Праздник какой-то?

– А разве нет? – Лена поставила на стол тарелку с грибами. – У меня сын с любимой женщиной в гости пришли. Разве не праздник?

Лидия почувствовала, как напрягся Даня. Она положила руку ему на колено под столом – успокаивающе.

– Спасибо, Лена, – сказала она тепло. – Очень вкусно пахнет.

– Старалась, – улыбнулась Лена, садясь напротив. – Давайте выпьем за встречу.

Она разлила вино по бокалам. Они чокнулись, выпили. Разговор потек мирно – о работе, о новостях, о планах на лето. Лидия постепенно расслабилась – может, действительно все наладилось?

– Лид, а ты не хочешь Даньку с собой на море взять? – вдруг спросила Лена. – Я слышала, ты в июле собираешься в Турцию?

– Собираюсь, – кивнула Лидия. – Думала, может, вместе поедем.

– Отлично! – обрадовалась Лена. – А можно я с вами?

Тишина повисла за столом. Лидия замерла с бокалом в руке. Даня напрягся.

– Мам, в каком смысле? – спросил он осторожно.

– В прямом, – Лена посмотрела на них невинными глазами. – Отдохнем вместе, семьей. Я же ни разу с вами никуда не ездила. А тут такой шанс.

– Лена, мы… – начала Лидия.

– Что? – перебила Лена, и в ее глазах мелькнуло что-то холодное. – Не хотите со мной отдыхать? Стесняетесь? Или боитесь, что я буду мешать вам заниматься тем, чем вы занимаетесь за моей спиной?

– Мама! – осадил ее Даня. – Прекрати.

– Что прекратить? – голос Лены повысился. – Я правду говорю. Вы уже полгода вместе, а я до сих пор для вас чужая. Вы меня в свои планы не посвящаете, от меня прячетесь. Я что, враг вам?

– Ты не враг, – спокойно ответил Даня. – Но мы имеем право на личную жизнь.

– Личную жизнь, – эхом повторила Лена. – А я? У меня личной жизни нет? Я одна, вы вдвоем, вам хорошо, а я как дура сижу и жду, когда вы меня вспомните.

– Лена, мы не забываем тебя, – мягко сказала Лидия. – Мы просто…

– Что – просто? – перебила Лена. – Ты мою жизнь разрушила, Лида. Забрала у меня сына. И теперь делаешь вид, что ничего не случилось?

– Я не забирала, – Лидия старалась сохранять спокойствие. – Он сам выбрал. И я не виновата, что он вырос и хочет жить своей жизнью.

– Своей жизнью, – горько усмехнулась Лена. – С чужой теткой.

– Мама! – Даня встал. – Хватит. Мы уходим.

– Да, идите, – Лена тоже встала, глаза ее сверкали. – Идите и не возвращайтесь. Вы оба.

– Лена, не надо, – Лидия тоже поднялась. – Давай поговорим спокойно.

– Не о чем говорить, – отрезала Лена. – Ты мне больше не подруга. А ты, – она повернулась к сыну, – ты предал меня. Выбирай: или она, или я.

– Я уже выбрал, – тихо, но твердо сказал Даня. – Прости, мама.

Он взял Лидию за руку и повел к выходу. Лена что-то кричала им вслед, но слов было не разобрать – только боль и злость.

В машине Лидия сидела молча, глядя в одну точку. Даня вел, сжимая руль так, что костяшки побелели.

– Прости, – сказал он наконец. – Я не думал, что она так себя поведет.

– Ты не виноват, – тихо ответила Лидия. – Она просто не справляется. Ей больно.

– И что нам делать?

– Не знаю, – честно призналась она. – Но мы справимся. Вместе.

Дома они долго сидели на кухне, пили чай и молчали. Каждый думал о своем. Лидия – о том, как больно терять подругу. Даня – о том, как больно видеть мать такой.

– Я позвоню ей завтра, – сказал он. – Попробую поговорить.

– Может, не надо? – Лидия посмотрела на него. – Дай ей время остыть.

– Если дать ей время, она только сильнее разозлится. Ты ее не знаешь.

– Хорошо, – согласилась Лидия. – Как скажешь.

Ночью она долго не могла уснуть. Лежала, глядя в потолок, и думала о том, что счастье – штука хрупкая. Сегодня оно есть, а завтра может рассыпаться в пыль.

Даня спал рядом, положив руку ей на живот. Теплый, родной, любимый. Она осторожно повернулась к нему, прижалась, слушая ровное дыхание.

– Я не отдам тебя, – прошептала она беззвучно. – Никому не отдам.

Утром Даня уехал к матери. Лидия осталась одна, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Она ходила по квартире, не находя себе места, пила кофе, который не лез в горло, смотрела в телефон каждые пять минут.

Через два часа пришло сообщение.

Даня: Поговорил. Она не слышит. Сказала, что если я не брошу тебя, она покончит с собой.

У Лидии потемнело в глазах. Она набрала его номер дрожащими пальцами.

– Что значит – покончит с собой? – спросила она, когда он ответил.

– То и значит, – голос у Дани был усталый, разбитый. – Истерика, слезы, таблетки доставала. Я еле отобрал.

– Боже, – выдохнула Лидия. – Даня, это ужасно.

– Я знаю. Я не знаю, что делать.

– Приезжай домой, – сказала она твердо. – Мы что-нибудь придумаем.

Он приехал через час. Вошел, обнял ее и долго стоял молча, прижимая к себе.

– Я не брошу тебя, – сказал он. – Что бы она ни делала.

– А если она правда… – Лидия не договорила.

– Не правда, – перебил он. – Это манипуляция. Она хочет, чтобы я испугался и вернулся. Но я не вернусь.

– Даня…

– Я люблю тебя, – он отстранился, заглянул в глаза. – И это не обсуждается. Мы что-нибудь придумаем. Может, ей нужен врач. Психолог.

– Думаешь?

– Попробуем, – он поцеловал ее в лоб. – А пока – давай просто будем вместе.

Они провели этот день вдвоем, не выходя из дома. Смотрели кино, готовили ужин, занимались любовью. Лидия старалась не думать о плохом, но мысли возвращались снова и снова.

Вечером позвонила Лена. Даня взял трубку, слушал молча, потом сказал:

– Мама, я люблю тебя. Но если ты продолжишь так себя вести, я вынужден буду ограничить общение. Тебе нужна помощь. Я помогу найти специалиста.

Он отключился и посмотрел на Лидию:

– Она согласна пойти к психологу.

– Правда? – Лидия не поверила своим ушам.

– Правда. Сказала, что не хочет терять нас обоих.

Лидия выдохнула с таким облегчением, что у нее подкосились колени.

– Спасибо тебе, – прошептала она, прижимаясь к нему. – Спасибо, что ты есть.

– Это тебе спасибо, – ответил он. – Ты научила меня бороться за любовь.

Они стояли в прихожей, обнявшись, и чувствовали, что вместе преодолеют все. Потому что настоящая любовь сильнее любых испытаний.

Ночью Лидия долго не могла уснуть. Смотрела на спящего Даню и думала о том, какой он сильный, какой взрослый, какой надежный. И о том, как ей повезло, что он есть в ее жизни.

– Я люблю тебя, – прошептала она. – Навсегда.

Он что-то пробормотал во сне и крепче прижал ее к себе. А за окном вставало солнце, начинался новый день. День, который принесет новые испытания. Но они будут вместе – и это главное.