Текст книги "Поймай заучку, дракон! Истинное невезение короля академии (СИ)"
Автор книги: Анна Флор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)
И в подтверждение моей догадки за дверью слышны шаги... Слишком стремительные. Не оставляющие мне ни времени, ни шанса найти себе укрытие. Так и стою, как дура, открыв рот.
«Может, в шкафчик залезть?» – приходит запоздалая мысль, и я в последний момент прыгаю в металлическое укрытие, плотно прикрыв дверь за собой.
В ту же секунду в раздевалку входит О'Шарх.
Сердце делает сальто и грохочет в груди так, что я всерьез опасаюсь, что ящер услышит это!
Рензор тем временем начинает раздеваться. А я, как шпионка, просто смотрю через крохотные горизонтальные щели в дверце за его действиями. Рензор, стянув с себя мантию и пиджак, подходит к шкафчикам. Блуждающим взглядом окидывает их. На мгновение его глаза задерживаются именно на моем шкафчике. А я от испуга зажмуриваюсь.
Тяжесть шагов в мою сторону и... звук резко открываемого шкафчика.
Глава 14
К счастью, не моего. А у меня в голове проносится паническая мысль: вдруг кто-то из других драконорожденных откроет мой шкафчик? Что, если это произойдет тогда, когда здесь уже будет толпа полу-голых парней? Что, если сейчас, несмотря на большой перерыв, все парни сюда рванут?! Или Рензор пришел один тренироваться на поле?
А Рензор уже стягивает с себя рубашку. Небрежно кидает ее на скамью из светлого дерева и берется за ремень брюк.
Приоткрыв рот, наблюдаю, как язычок ремня выскакивает из пряжки. Звук расстегиваемой молнии пересекается со звуком скрипнувшей дверцы моего укрытия.
Я выскакиваю из шкафчика, хочется верить, что грациозно и изящно. Но с намерением просто сбежать, не дожидаясь, пока позор примет вселенские масштабы.
Призвав магию, собираюсь оплавить вокруг себя пространство, чтобы О'Шарх точно не узнал меня. К счастью, очки в академии ношу не только я.
Но в итоге спотыкаюсь о сумку О'Шарха, брошенную на пол. И лечу вперёд, прямо на подставленные руки явно не удивленного моим появлением ящера.
Рензор придерживает меня за талию, но я, спохватившись, что в одном полотенце, тут же бью по руке О'Шарха и делаю шаг в сторону.
– Заучка Брамс, – оскаливается Рензор, обнажая выступающие клыки. – Какой неприятный сюрприз. Ты здесь в таком виде жертв поджидаешь?
Ох, как ты прав, ящер!
Ведь просто так я отсюда бежать не стану. Я заберу его мантию с собой!
Видимо, его странный блеск в глазах придает мне адреналина. А моя явная жажда, читаемая в моих глазах (чтобы добыть себе хоть часть одежды), вызывает у драконорожденного не только удивление, но и лёгкое опасение, читаемое во взгляде. Но Рензор это быстро прячет за издёвательской усмешкой и надменным взглядом.
Пальцем поправляю очки, придвинув к переносице, и хищно улыбаюсь. Крадусь медленно к драконорожденному.
Он не сводит с меня глаз, неотрывно следя за каждым моим шагом. Только поворачивается вместе со мной, когда я обхожу его по кругу, тайком подбираясь к мантии, которая висит у входа.
– Знаешь, Эсти. Меня удивляет, что именно тебя я нахожу в таких... – он кивает на шкафчик, – труднодоступных и оригинальных местах, – издевательски роняет он, растягивая слова. – Дай знать, где ты будешь поджидать порядочных драконов в следующий раз, и я буду обходить это место.
Так как мантию-то стащить? Или в честном бою отобрать? Вызвать О'Шарха на дуэль? Или просто нахально выкрасть? Конечно, моя сила ничего не значит по сравнению с магией драконорожденных. Но...
Видимо, мои намерения ему становятся понятны, и он магией левитирует свою мантию к себе.
– Даже не думай, Брамс, – оскаливается хищно О'Шарх, неотрывно следя за моими действиями.
К моему глубокому разочарованию, набрасывает мантию себе на плечи. И теперь в его взгляде читается вызов с победным огоньком.
Мне нужна хотя бы его мантия, честное слово!
И в этой мантии в коридор выйдет только один из нас.
Поэтому решаю использовать элемент неожиданности.
– Снимай мантию, ящер, – медово произношу, продвигаясь бочком теперь уже к Рензору.
– Снова решила перейти к активным действиям? – издевательски учтиво уточняет ящер. Играет бровями и издает наглый смешок.
– Мантия или жизнь! – Делаю рывок в его сторону, на ходу призывая магию воздуха.
Конечно, я собираюсь взять его в кольцо стихийного торнадо и разжиться хоть одной частью гардероба, чтобы просто выйти уже отсюда! Поэтому для убедительности нагреваю воздух. Чтобы уж точно и наверняка. И направляю воздушный импульс в сторону мантии.
Ловлю лишь скептический взгляд О'Шарха в мою сторону и молчаливое недоумение: "Заучка думает, что ЭТО способно что-то сделать дракону?"
Даже не предпринимает ответных действий.
Хуже всего, у моей магии на происходящее свои планы, похоже...
14/2
Вместо воздушного кольца и торнадо искры в секунду превращают в пепел... Всю униформу Рензора.
Под раздачу попадают брюки на нем, рубашка в одной руке и мантия на плечах.
Ошарашенно смотрю за тем, как О'Шарх, явно ошалев от произошедшего, раздражённо хватает сумку и прикрывает ею свое стратегически важное и интересное место.
Я же стараюсь не опускать взгляд на то, что находится ниже пояса Рензора. Для собственного успокоения даже зажмуриваюсь на мгновение и отворачиваюсь.
Но взгляд все равно успевает выцепить бессовестно выдающиеся косые мышцы, уходящие вниз...
– Брамс, – в голосе Рензора теперь слышна лёгкая степень шока. – А ты, я смотрю, серьезно настроена.
– Ты сам виноват! – бормочу я, зябко ежась и переминаясь с ноги на ногу.
Стихия, ты меня решила укокошить руками ящера?!
– Действительно, – поддерживает он издевательски.
Вздыхаю.
Вскидывает голову к потолку, проводит ладонью по лицу, будто смазливая учиалост и нервно смеётся.
– Ты чокнутая. Ты просто чокнутая, Брамс.
– Ты вообще-то сам виноват, – бормочу я, повторяя это как мантру.
– Вызывающе был одет, да? – язвит ящер. – И ты, конечно, не удержалась, потому что я тебя сам спровоцировал своей сексуальной униформой адепта боевого факультета.
К щекам приливает румянец.
Рензор шумно выдыхает и издает короткий смешок, повторяя:
– Чокнутая.
Я же упрямо смотрю в одну точку на стене, ощущая бескрайнее чувство смущения и разочарование в собственной магии. Истинность проявилась, но почему магия продолжает шалить? Неужели, чтобы она вновь стала четкой и выверенной, мне придется закрепить Истинность поцелуем? Ведь иначе, без поцелуя по обоюдному желанию, метка Истинности померкнет. И будет жутким напоминанием об этом недоразумении. А вдруг и моя магия не вернётся в адекватном состоянии?
Неторопливые шаги за моей спиной рождают толпу мурашек по обнаженным плечам. Я крепче цепляюсь пальцами в края полотенчика. Чувствую, как О'Шарх наклоняется к моему уху, обжигая горячим дыханием нежную кожу шеи:
– Поздравляю, заучка, мы оба без одежды. Теперь мне ожидать, что ты набросишься на меня?
Он явно издевается! Хорошо, что на мне очки, маскирующие всё, что можно замаскировать. И даже метку с этим заносчивым ящером!
– Я просто не хотела страдать от отсутствия одежды в одиночку. – Вздергиваю подбородок и, повернувшись, гордо смотрю прямо перед собой. – Не приближайся ко мне, когда ты в таком виде.
– Великий Арг, – выдыхает Рензор, всматриваясь в мои глаза. – Если ты ещё существуешь, избавь меня от этого недоразумения в моей жизни. Верни мне обратно мою предсказуемую, скучную жизнь.
А меня вдруг поражает ещё одна мысль, пришедшая в голову. Я ведь могла вынудить его отдать мне мантию через игру. Видимо, критическая ситуация подкосила мое самообладание.
Но теперь в критической ситуации мы оба. А полотенце одно. И Рензор уже смотрит на него слишком хищно и скалится.
– В этом полотенце отсюда выйдет только один из нас.
Глава 15
– Даже не думай, ящер. – Хватаюсь крепче за полотенце и делаю шаг назад.
Ещё один шаг. О'Шарх, невозмутимо прикрываясь сумкой, делает шаг на меня. Я – от него. И так, пока ноги не подкашиваются и я не плюхаюсь пятой точку на лавочку.
Сердце бешено скачет в груди, намереваясь выпрыгнуть и бросить свою хозяйку на произвол дракона. Я сглатываю, ощущая мучительную сухость во рту. Неотрывно слежу за каждым еле заметным изменением мимики на лице О'Шарха. Боюсь пропустить момент, когда Рензор решит забрать нажитое непосильным трудом.
– Брамс, давай говорить откровенно, – вкрадчиво и обманчиво ласково говорит О'Шарх, нависая надо мной. На его губах блуждает издевательская усмешка. Так, словно Рензор вовсе просто издевается. Наклоняется так, что едва не соприкасаемся носами. Свободной рукой он опирается о скамью сбоку от меня.
Я чувствую его мятное дыхание на своем лице. И это слегка сбивает с мыслей. Ведь я ощущаю себя загнанной в угол.
– Чего? – еле шевелю губами.
– Даже если ты выйдешь отсюда голая, никому и дела не будет. Тебя даже не заметят. А если я выйду, то меня будут ждать очередные толпы фанаток под окнами моей комнаты. А это утомительно, знаешь ли.
– Будь джентльменом, – прошу, намереваясь сменить тактику и давить на жалость. Рензор играет бровями, а в голубых глазах загорается какая-то хитринка и вызов. Он неотрывно смотрит на меня.
Но когда его рука тянется к моему полотенцу, я ору во все горло, больше от испуга лишиться единственной тряпочки, в которой вообще могу выйти уже из мужской раздевалки.
– Помогите! Убивают! Пожар! Тролль вырвался из Бездны! – В голове всё перемешалось. – Нхагры в академии!
На мгновение Рензор замирает. Дёргает бровями, а в его взгляде читается лёгкое разочарование. Но тут же спасительный топот за дверьми раздевалки не заставляет себя ждать.
И вот уже через несколько секунд в раздевалку врывается декан боевого факультета.
– Декан Гордон, вы вовремя,– с облегчением произносит Рензор, выпрямляясь.
Декан свирепо смотрит на меня почему-то, затем на Рензора и окидывает помещение критичным взглядом, выискивая, вероятно, признаки нхагров. Но, не найдя опасности, магистр цедит:
– Потрудитесь объясниться, что вы здесь делаете в таком виде?!
– Я... – начинаю было бормотать, ощущая дикий стыд и страх.
– Не вы, Эстерия, – смягчает тон декан и снимает со своих плеч длинную мантию.
Подходит ко мне и заботливо, как-то даже по-отечески кутает меня в мантию.
– Вообще-то это мужская раздевалка, – дёргает бровями Рензор.
– Это не отменяет того, что вы при адептках разгуливаете обнаженным! – рявкает жёстко магистр.
– Она спалила мою одежду, – сухо говорит Рензор, одаривая меня испепеляющим взглядом.
– Ябедничать будете ректору. Живо к нему в кабинет, Рензор. – Магистр оборачивается ко мне и ободряюще улыбается. – А вы, Эстерия...
– Мою униформу украли, – беспомощно смотрю на магистра.
– Как же так? – качает головой господин Гордон. – Идёмте, я провожу вас в общежитие. Завхоз выдаст вам новые комплекты, я передам вашему декану, чтобы тот распорядился.
Оборачиваюсь к Рензору, но он смотрит на меня как на исчадие бездны, а затем проводит большим пальцем по своему горлу.
Я вымученно улыбаюсь и юркаю в дверь вперёд магистра.
Глава 16
Рензор
Я ее убью.
«Нет», – не соглашается зверь, моментально содрогаясь от нахлынувшей на него ярости.
«Хватит защищать эту чокнутую», – раздражаюсь сильнее на не к месту возникшие инстинкты своей второй ипостаси.
Сестра-близнец моей Истинной... Надеюсь, что Эния, или как ее там, адекватная. То, что красотка, – факт. Но мозги тоже лишними не были бы. И характер определенно тоже.
А уж Эстерию как бесплатное приложение к моей Истинной я и потерпеть могу. Наверное. Какое-то время точно. Непродолжительное время, да...
Из-за этой Эстерии Брамс десять лет назад родители сослали меня в глухую деревню на год, переведя в убогую академию. К дедушке Ричарду, подумать только! И там я вынужден был прислуживать ему, убираться в его лавке, чинить артефакты и торговать ими, как какой-то убогий торгаш с рынка.
Ещё хуже, чтобы покрывать расходы этой самой кретинской лавчонки, мне надо было работать помощником конюха!
Убирать навоз, по колено стоя в этом...
Год! Я потерял целый год своей жизни, учась в кретинской академии для мальчиков. Но родителям этого было мало: меня лишили карманных денег на шесть лет.
Одна сплошная несправедливость от этой заучки. Теперь в академии эта выскочка с бешенством магии докучает. Влюбилась, точно влюбилась!
– Ренз, – запыхавшийся Винсент заглядывает в раздевалку. – А ты чего в таком виде?
– Сегодня день "Доведи Рензора до бешенства"? – вопросом на вопрос отвечаю. – Мантию давай. Потом верну.
Винс дёргает бровями, стягивает с себя мантию и бросает мне. Ловлю одной рукой и отбрасываю сумку в сторону.
– Да ты чего завелся-то? Фанатки докучают? Растащили твои шмотки на свои алтари? – любопытствует друг, складывая руки на груди.
– Хуже, Винси. Все гораздо хуже, – усмехаюсь невесело.
– Зато очень удобно в таком виде, – кивает на меня и широко ухмыляется. – Распахнул плащ, и девчонки падают к ногам. Бери любую просто!
Подхватываю сумку и в одной мантии, запахнувшись, выхожу из раздевалки.
По пути в главный корпус к нам присоединяется Арс.
– А это что за пестрозадая толпа? – хохочет Винс, когда мы пересекаем внутренний двор Аргарда в сторону главного корпуса.
– Это, Винси, последствия нашего посещения медитации, – невозмутимо произносит Арс, наблюдая за яркими лосинами трёх десятков адептов. Парней и девчонок. Даже трудно определить с первого взгляда, кого здесь больше.
Кажется, штук пять парней из нашего драконьего братства. Трое из моей команды по дарк-болу.
Винс, кажется, крепко задумывается, глядя на них.
– Арс, ты открыл для него мир вседозволенности и разврата, – усмехаюсь я, понимая, что Винсент сейчас думает о том, что любую нелепость, которую мы будем творить, на следующий день расхватают на тренды в академии.
– Может, не будем ему говорить, что он пропустил два года? – в тон мне предлагает Арс, шагая рядом.
Винс останавливается и указывает рукой на пестрозадых адептов.
– То есть всё, что я буду делать, они подхватят? – удивлённо бормочет Винс, и на его лице зарождается азартная ухмылка.
– Мы пробудили древнее зло, кажется, – вздыхает Арс, глядя на огненного, и ускоряет шаг.
– Да брось. Оторвётся в пятницу на наших подпольных играх. Винса, что ли, не знаешь? – хмыкаю я и сворачиваю в сторону ректората...
***
– Рензор, – радушно улыбается дядя Нокс, вставая с ректорского кресла, когда я наконец достигаю его кабинета. – Давно ты ко мне не попадал. Целое лето не виделись. Я уж было заскучал.
– Дядя Нокс, – кривлю губы, посильнее запахиваю мантию. Мантию на гребаное голое тело!
– Ну что ты, Рензи, какой же я тебе дядя в академии? Господин Аракс, не меньше, – издевательски ухмыляется ректор.
Смотрит на меня ещё так снисходительно.
Сжимаю челюсти и обвожу взглядом обстановку кабинета. Как обычно, безвкусно, ярко и много светлого.
Куча роскошных аксессуаров, выглаженный воротничок... Ну просто не ректор, а мечта первокурсниц.
– А теперь, Рензор, расскажи-ка мне, – сощурив недобро взгляд, меняет тон на жёсткий дядя Нокс. – Что за внешний вид? Почему ты разгуливаешь полуголым по академии? Почему на тебе мантия... адепта Плесса?
– Кто первым пришел, того и мантия, – усмехаюсь я, складывая руки на груди.
– Отлично. Как будто речь идёт о ректорской мантии: кто первым надел, тот и ректор сегодня, верно? – дёргает бровями ректор Аракс.
Выдыхаю гулко и отворачиваюсь к окну.
– Эстерия Брамс сожгла мою мантию. Мои брюки и рубашку тоже. Декан заставил идти к тебе срочно, – на последнем слове делаю акцент, – так что скажи спасибо, что я пришел не в чем мать родила.
– Действительно, – соглашается ректор. – Огромное спасибо, Рензор, что пощадил мою и женскую психику, не прогуливаясь голым по академии. Пожалуй, внесу в Устав изменения.
Хмыкаю, разглядывая пейзаж за окном. Сейчас дядя Нокс поорет и отпустит.
– Отработка после факультативов, Рензор, на три недели! – рявкает ректор.
Я точно убью тебя, заучка. *** У Ольги Коротаевой вышла шикарная история, где героиня смогла вернуть себе молодость и отомстить неверному дракону. А вот как, читать здесь: " Сама себе хозяйка, или Развод с драконом"
16/2
***
Эстерия
– Не понимаю, Эсти, – сочувственно смотрит Корнелия, когда я просыпаюсь следующим утром. – Ты даже спишь в этих очках. Ты всегда так устаешь и забываешь снять. Может, их зачаровать на самостоятельное снятие в определенное время?
Подруга потягивается, сидя в кровати и свесив с нее ноги. Разминает шею и с беспокойством смотрит на меня.
– Она просто сроднилась со своей уродливостью, – кривит губы Селина, подкрашивая ресницы.
Ежедневная процедура сводной сестры, которую та проделывает каждые полчаса, наверное.
Селина сидит на широком подоконнике и то и дело бросает взгляд в окно. Явно ждёт, когда во дворике после утренней тренировки по дарк-болу появится О'Шарх с его свитой.
– Селина, – с нажимом произносит Кора, уничижительно смотря на блондинку.
– А чего? Я же права. Эсти до двенадцати лет была ещё ничего, но потом в момент стала такой страшилкой, что теперь ее даже пластическое целительство не спасет, – фыркает Селина, соскакивая с подоконника. – А ведь подавала такие надежды!
Я лишь закатываю глаза.
Действительно, папа, пока был жив, во мне души не чаял. Собирался даже в какой-то момент при наступлении моего совершеннолетия отправить меня на императорский отбор невест. О чем, конечно же, с удовольствием всем рассказывал. Я видела зависть в глазах Селины. Но мачеха (к счастью, мне с ней повезло) только радовалась тому и собиралась и Селину отправить тоже. Намекая, что так больше шансов у нашей семьи.
Конечно, вступительный взнос стал не по карману после смерти папы... И мачеха до сих пор тянет все хозяйство одна. Обучение в магических средней и старшей школах она дала нам обеим платное. А вот денег на академию не хватило бы. И у меня был только один вариант – упорно учиться и блистать знаниями. Поэтому меня мгновенно определили на бюджет. А я так нервничала, боялась, что шести рекомендательных писем ни хватит. Но ректор уже после моего поступления заверил, что с такими знаниями и успеваемостью меня взяли бы даже без рекомендательных.
А Селина – первая красавица нашего курса, огневик. За ее красоту ей прощают даже ее глупые ответы на дисциплинах. Но учится она платно. Мачеха сводит еле-еле концы с концами... чтобы эта бестолочь могла развлекаться в академии и забивать на учебу.
А ещё Селина давно и безоговорочно влюблена в Рензора. Собственно, как и большая часть женской половины Аргарда. Наверное, вообще с детства.
Кора бросает на нее холодный взгляд.
– Ну а что? Замарашка же. Несчастный случай, – пожимает плечами Селина.
К счастью, никто, кроме меня и папы, про очки-артефакт и их свойства не в курсе.
– Ах, Рензор уже тогда был таким сильным! Была бы я его Истинной...
Дальше я ее не слушаю. Ведь в голову приходит совершенно чудовищная идея: а можно ли перекинуть Истинность? *** Любимые читатели! В противовес юморной и лёгкой академке у меня вышла темная академия, где зашкаливают эмоции и кипит жгучая страсть и ненависть между героями ) Она – сирота, брошенная в закрытую академию на съедение драконам. Он – бывший аристократ и король академии, сброшенный со своего пьедестала милостью врагов. И их связывает лишь одно... Если вы любите плохих мальчиков так же, как люблю их я, то... Смело погружайтесь в " Закрытая академия. Сломанная Истинная для дракона"
16/3
Смотрю на Селину совершенно по-новому. Вот кто был бы вне себя от счастья. Собственно, как и бОльшая часть женского населения в академии. Наверное, Рензор бы даже не сильно возражал. Может, чуть-чуть попсиховал бы из-за того, что Селина не аристократка. Таким, как он, подавай красоток высокородных.
– ...отчим вообще её хотел выдать удачно замуж. Даже думал отправить на отбор по достижении совершеннолетия, – продолжает Селина предаваться воспоминаниям. – Но теперь! Как можно так не следить за собой, Эстерия? И эти волосы, – брезгливо смотрит на меня, – как можно их держать в таком виде? Мышиный серый цвет! Сухие, ломкие... Фу!
– У тебя там на веке пятнышко, – перебиваю ее поток сознания и указываю на свой правый глаз, показывая, где именно.
Селина тут же переключается на свою красоту. Это даст нам с Корой получасовую передышку.
На маг-фон Коры приходит уведомление. Подруга откидывает крышку артефакта в виде ракушки, и ее лицо вытягивается при прочтении.
– Что-то случилось, Кор?
– Да так. Неприятности имперского масштаба, – натянуто улыбается Корнелия. – Отец прислал мне сообщение, что министр по магическому образованию таинственно исчез.
– Ужас какой! – прикладываю похолодевшие от тревоги пальцы к щекам. – Вот почему он не приехал! Что, если он пропал именно в тот день по пути в академию?
Кора пожимает плечами.
Перевожу взгляд на притихшего осьминога. Бедный! Он же лишился своего хозяина!
– А твой папа не поделился, случайно, как Министр выглядит? Его ведь наверняка сейчас имперские гвардейцы ищут.
– Его персона засекречена, – морщит аккуратный носик Кора. – Папа как-то обмолвился, что Министр по образованию не нашего вида. Возможно, дракон. А может, и эльф какой-то. А может, и ещё кто. Ты же знаешь, что Послу тоже нельзя распространяться.
– Действительно, – вздыхаю я, краем зрения отмечая, как Юджин наполовину вылез из ведра и намеревается удрать. Вон уже и щупальце протянул к ручке окна.
– Эй, не так быстро, милый, – умиляюсь я и бережно, хоть и с трудом, отлепляю Юджина от стекла. Он бросает обречённый взгляд на окно и расплывается желе по рукам.
– Чего это он? – хмурится Кора, встревоженно рассматривая Юджина. – Заболел? Может, его отнести профессору Мимиполу?
– Скорее заскучал, – бормочу я. – С ними такое бывает, когда вырвешь из привычной обстановки. И скучает по своему хозяину, наверное.
Я рассказала Коре, что это осьминог Министра. К счастью, об этом знаем только я и она.
И тут в голову приходит идея. Которая тут же моментально переплетается с игрой с Рензором. Знаю, чем помочь осьминогу. Раз уж мы играем с О'Шархом в "Правда или действие", то пускай это хоть кому-то пользу принесет. Осталось дождаться своей очереди...
Глава 17
– Признаешься в любви ректору тогда, когда я скажу, – со скукой в голосе произносит Рензор. – Какой бедны ты снова выбираешь Действие, заучка? Это уже утомительно.
– Хочу и выбираю, – вспыхиваю тут же. – Признаваться в любви ректору? Серьезно, О'Шарх? Что у тебя за скучные фантазии?
– Не ко мне претензии, – огрызается О'Шарх. – Моя бы воля – ты бы ещё на первом действии пожалела о том, что вообще мне попалась на глаза, Брамс.
Окидывает столовую мрачным взглядом. Как раз в полуденное время сюда приходит ректор и берет кофе и булочку. И как по часам господин Аракс появляется под восхищённые взгляды первокурсниц. Которые ещё не знают, что его внешность и ласковая улыбка настолько обманчивы!
– Сейчас, – одними губами произносит Рензор, оскаливаюсь зловеще. Пятится назад, к столу. Так, как если бы злодей уходил в тень деревьев и оттуда бы злодейски смеялся.
Бросаю на Корнелию беспомощный взгляд. Затем перевожу на давящегося от смеха Криса.
– Что? Я не буду за тебя признаваться ректору в любви! – закашливается тут же Кристиан.
Со скрипом отодвигаю стул и с жалостью смотрю на нетронутый обед. И обреченно плетусь в сторону ректора. Господин Аракс как раз занимает место за деканским столом в компании двух магистров. Встаю перед ним, как первокурсница, и, опустив взгляд в стол, пытаюсь не проклясть Рензора с его глупым действием. Кто же знал, что оно только звучит безобидно.
– Я вас люблю, господин Аракс, – безэмоционально и даже как-то вяло сообщаю я светловолосому красивому мужчине.
Ректор, абсолютно не удивленный признанием, снисходительно улыбается под смешки окружающих адептов. Кажется, вся столовая только и делает, что глазеет на меня в ожидании продолжения развития событий. Или отношений с ректором, что ещё позорнее!
– Эстерия, ну наконец! Рад это слышать. Кто только мне в любви не признавался. Наконец это сделали и вы. Что вы натворили? Давайте ближе к делу, – прищуривается ректор.
– Ничего, – апатично отзываюсь, переводя взгляд на Рензора. Посылаю ему ненавидящий взгляд.
Он одними губами требует:
– Признайся нормально.
– Я просто вас люблю, – повторяю тут же и делаю "щенячьи глаза".
– Очень польщён, – веселится ректор. – Раз уж вы наконец признались в своих чувствах, могу предложить вам дополнительные занятия по моей дисциплине.
– Они у меня и так в факультативе. – Заправляю прядь волос за ухо.
Нервным движением поправляю пучок волос на затылке, затем вовсе, не зная, куда деть руки, перебираю пальцами манжеты мантии.
– Правда? – вдруг задумывается ректор, глядя на меня. – Тогда знаете что, Эстерия... Я даю вам на завтра освобождение от занятий. Отдохните, прогуляйтесь в торговый переулок. Выпейте эль, в конце концов! Или чем сейчас адепты занимаются, когда прогуливают? Официально разрешаю вам наконец-то отдохнуть. Все конспекты вам будут предоставлены, за вас их напишет мое перо.
– Ректор Аракс, у Эстерии лекции написаны наперед по моему предмету, она уже учебники за пятый курс изучает, – с каким-то разочарованием вклинивается в разговор магистр по Общим потокам стихийной магии.
Я поднимаю глаза на ректора, только чтобы убедиться, что у меня не слуховые галлюцинации.
– Тогда три дня освобождения от занятий! – хлопает ладонью по столу ректор. – Вы ведь опережаете программу на целый курс. Видите, даже магистрам уже обидно, что вы знаете больше, чем следует. Пощадите их нежные чувства, Эстерия.
Ректор Аракс ободряюще улыбается. Собственно, единственный во всей столовой, кажется. Потому что предвкушающие улыбки адептов стремительно гаснут, уступая место ошарашенным и завистливым выражениям лиц. В основном на меня смотрят с завистью.
И тут в пронзительной тишине я слышу скрип зубов и, блуждая по столовой взглядом, натыкаюсь на бешеные глаза О'Шарха. Тот явно одним выражением лица передает мне свое послание: "Какой бездны?!"
Тут же какая-то старшекурсница вскакивает со своего места, опрокидывая стул, и подбегает к столу ректора с изумленными магистрами.
– Я тоже вас люблю, ректор Аракс! Сильнее, чем Эстерия! Вы бы знали как!
– И я вас люблю!!! – кричит брюнетка с бытового факультета, резво подскакивая к столу магистров.
– Ректор Аракс, я о вас вообще всю жизнь мечтала! Я люблю вас! Можно и мне законное освобождение?
Под шум наперебой кричащих адепток прячусь назад.
Рензор, сидящий за столом со своими не менее озадаченными происходящим друзьями, прожигает меня тяжёлым взглядом.
– Как тебе это удается? Как?! – практически рычит О'Шарх, не отрывая от меня взгляда. Я же читаю этот вопль отчаяния по губам.
Я виновато улыбаюсь и, нащупав дверь выхода из столовой, стрелой вылетаю из этого сумасшедшего места.
«Вот здорово! – с горестью думаю тут же, пока бреду в библиотеку. – Лишили меня целых трёх дней занятий! Ну оно мне надо? Нет чтобы дать выбрать ещё один факультатив... И чего О'Шарх так выбесился?»
Следующие три дня я бесцельно брожу по торговым переулкам, нехотя покупаю всякие ингредиенты к своим экспериментальным зельям и много всякой ерунды. И, отойдя на безопасное от академии расстояние, вновь снимаю очки.
Закатываю рукав и любуюсь, как на руке проявляется метка. Красивая такая, яркая. И высвечивается число семнадцать... Как обратный отсчёт.
И тут же по спине бегут мурашки. Осталось семнадцать дней до того, как метка померкнет! И что мне делать? Само точно не пройдет, Истинность не подходит. Значит, мне нужен план. Надо всё-таки заняться поисками восстановления артефакта для осьминога и ритуалом по переносу Истинности на другую.
Но сначала я кое-что сделаю на благо своего временного питомца. Ой, Рензор, какое воскресенье тебя ждёт!
Глава 18
– Устраиваешь романтичный пикник для себя и Юджина! С фруктами и ванильным элем. Здесь, во дворике, ровно в полдень. Должно быть все красиво, розовое покрывало, плетёная корзинка с рыбкой и фруктами...
Обнимаю ведро и ласково смотрю на осьминога.
– Не понял. – Обычно догадливый ящер отчего-то смотрит на меня не моргая.
А в его голубых глазах беснуется удивление, смешанное с жаждой убивать.
Арсалан демонстративно визуально изучает фонтан, возле которого они сидят.
Рыжеволосый друг О'Шарха пихает того локтем и ржёт.
Стоит О'Шарху одарить тяжёлым взглядом своего приятеля, как улыбка у того гаснет и он что-то невнятно бормочет, отодвигаясь по скамье к Арсу. И теперь уже оба драконорожденных шепотом переговариваются о составе воды, о качестве мрамора ограждения фонтана и ещё о чем-то отвлеченном от услышанного.
– Юджин заскучал, – поясняю я назидательно. – А у меня работы много запланировано на воскресенье. Семь докладов, четыре проекта. И это не считая того, что я вызвалась помочь профессору Мимиполу, – перечисляю я ехидно. – А ты все равно ничем не занят в это время. Так что это мое Действие для тебя.
Я почти не солгала. Только вместо всех этих докладов, которые я уже давно написала, я собираюсь засесть в библиотеке и найти ритуал по переносу Истинности. И возвращению артефакта осьминога в первозданный вид.
– Ты в своем уме, Брамс? Какой пикник с моллюском?! – цедит О'Шарх, сжимая челюсти. Сверлит меня таким колючим и неприятным взглядом, будто наброситься жаждет.
– Тебе всё равно, а Юджину будет приятно, – невинно улыбаюсь и поправляю съехавшие на нос очки.
О'Шарх несколько секунд молчит. Видимо, представляет множество интересных вариантов, где он меня убивает разными способами.
– Хорошо. Но после я тебя убью, – наконец зловеще оскаливается Рензор.
– Да кого ты обманываешь, О'Шарх, – сочувственно смотрю на ящера. – Иначе скажу Энии, что ты меня обижаешь. А мы с ней очень близки. Знаешь, она вот все собирается приехать снова ко мне сюда, но...
Слышу скрип зубов О'Шарха.
Так, главное, не переборщить. А то ещё зубы обломает. И кому нужен будет беззубый ящер?
Я левитацией отправляю ведро с Юджином к Рензору. Но не могу удержать под контролем свою стихию. Снова!
Бедный осьминог выскальзывает из ведра и в одну секунду впечатывается всеми щупальцами в лицо О'Шарху.
– Бездна тебя сожри! Брамс! Я тебя убью!
– Извини, – флегматично отзываюсь, поднимая ведро. – Рука дрогнула. Но тебе так даже больше идет. Не снимай.
Когда взбешённый ящер отлепляет несчастного Юджина от своего лица, на его коже выступают розовые отметины от присосок морского лапочки. Выглядит теперь ящер просто устрашающе, но я всерьез начинаю опасаться за его психическое здоровье.
Виновато улыбнувшись, я пячусь назад и, когда мимо проходит стайка бытовичек, смешиваюсь с ними, растворяясь в толпе, подальше от глаз рептилии.
Надеюсь, пикник Юджину понравится.
18/2
***
Рензор О'Шарх
– Дамы и господа! – театрально приветствует Винс собравшихся адептов в заброшенной аудитории подземелья.
