Текст книги "Измена. Мы (не) твои (СИ)"

Автор книги: Анна Арно

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 20. Руслан

В мой рот врывается ее сдавленный стон и я чувствую, как во мне что-то нехорошее просыпается.

Меня-то и раньше адекватным не назовешь, ведь я уже раз нарушил собственное табу прикасаться конкретно к ЭТОЙ! Одной единственной девочке.

Но чую, сейчас все гораздо хуже.

Какое-то животное непререкаемое желание получить во что бы то ни стало.

Я сейчас готов на любые безумства, лишь бы не упустить ее.

Такая сладкая. Нежная.

Я ладонями своими грубыми ее бедра сжимаю и сам себя одергиваю, боясь навредить ей.

Она еще так стонет сдавленно. Не понимаю, от боли. Или от удовольствия.

Впервые такое.

Страшно мне с ней. Страшно навредить. Страшно напугать.

Ни с одной женщиной ничего такого не было. А тут как пацан.

Осторожно прижимаю к себе ее тонкую талию. Членом напряженным в столешку упираюсь, готовый уже между ящиков пихать, чтобы утолить свой голод бешеный.

Хочу ее. Пиздец просто. Но держусь как могу.

Зависимость моя. Стоило блядь один раз прикоснуться к ней, и я вообще сон потерял.

Хотя кого я обманываю? Я же и до нашей с Васей ночи спал не ахти.

Дрочил на ее фотки. Блядей себе выбирал по образу и подобию.

Но она же одна такая сука. Ни от одной бабы в жизни меня так не ломало…

Мягко прикусываю ее губку. Сожрать ее хочу. Все тело ломит от желания. Аж жилы тянет.

Я чувствую ее невесомую ручку на своей груди. Чувствую, как она едва заметно скользит к моей шее.

Я если честно вообще сейчас на удивление чутко все ощущаю. Будто в замедленной съемке. Будто момент этот специально для меня растягивается на долгие секунды. И каждый миллиметр соприкосновения наших тел я ощущаю так остро, будто она клеймит меня. Как свою собственность. Будто я теперь не вольное животное, а ее домашний зверь.

Бред какой-то…

Я ведь вообще в жизни к женщинам серьезно не относился. Все больше одноразовые. Мне быстро надоедало. Так с юности пошло.

А потом однажды в нашей с братом жизни появилась ОНА.

И справедливости ради, я ведь даже не сразу ее заметил. Зато когда заметил…

Надо было не тупить, кретин. Еще тогда! Сейчас бы не стояло вопроса чей ребенок: мой или моего брата.

Но тогда мне казалось, что замутить с юной официанткой как-то не солидно что ли. У меня и во всех моих заведениях правила для работников любого уровня, что отношения на работе строго запрещены. Разве мог я нарушить собственные законы?

Знаю, что мог. И даже если не нравился я ей – добился бы ее симпатии при желании.

Но мне казалось, что эта моя заинтересованность в ней – что-то несерьезное и скоро пройдет.

А потом на их с Савой свадьбе словил себя на мысли, что сравниваю свою спутницу со скромной невестой. Да и не только текущую, а всех женщин стал на нее равнять.

Не в пользу остальных женщин…

Блядь, как меня это осознание тогда взбесило.

Я просто ушел с мероприятия, забыв даже свою девушку забрать.

Напился в дрова. Но так и не понял, какого хуя меня от нее так торкает.

Я и сейчас не понимаю.

Но торкать не перестает.

Думал это все из-за того, что она первая в моей жизни девушка, которую я не могу заполучить, потому что она жена брата.

Но больше она таковой не является. А меня все еще прет.

Еще думал, что если бы трахнул ее, то успокоился бы.

Но и здесь не попал.

Кажется мой аппетит после той единственной ночи только распалился еще больше.

Теперь я ведь знаю какая она…

Скольжу ладонью под ее длинную футболку, и мягко сминаю упругую попку, вжимая хрупкую девушку в свое напряженное тело.

Насколько могу стараюсь быть осторожным с ней. Хотя контролировать себя слишком сложно.

Такая теплая. Податливая.

Скольжу губами по ее подбородку к шейке. Боги, как же она пахнет. Просто космически.

– Девочка моя, – хриплю я между поцелуями. – Васенька…

Она тихо постанывает в моих руках.

А я сейчас проснуться боюсь. Ведь ничем иным кроме сна это все и быть не может.

Вася не отталкивает. Поддается мне.

Улетаю просто от ощущений.

Но вдруг слышу на заднем плане какой-то звук, похожий на открывающуюся входную дверь.

Пытаюсь не обращать внимания.

Но Вася в моих руках вдруг вздрагивает. Заметно напрягается. И теперь-то начинает меня отталкивать.

Нехотя поддаюсь и заглядываю в ее полные шока глаза, будто она только что проснулась, а я тут такое делаю без ее ведома…

Выглядит так, будто сейчас истерику закатит.

Вот черт.

– Васют, только не злись, малыш, – шепчу, потому что голос сел. – Давай спокойно это обсудим, а?

Она дышит судорожно, как загнанный зверек. И кажется того и гляди разревется.

Ну блядь.

Так сильно не нравлюсь я ей? Но тогда почему не оттолкнула?

Это обстоятельство немного успокаивает и даже душу греет.

Но тогда чего так смотрит?

Может я и правда переборщил так с ходу целоваться лезть? Да еще и руки распустил, и до сих пор не могу перестать сжимать ее тонкую талию под футболкой. Надо тормозить.

Пиздец. Я ведь знаю, что с ней у меня не будет второго шанса. Нахуя так грублю?

Помедленней, Рус. Суть ведь не в том, чтобы ее поскорее в свою постель уложить. А как раз в том, чтобы она в этой самой постели задержалась.

– Руслан Алексеич, я все купил по вашему списку, – вдруг раздается радостный голос Жорика у меня за спиной. И теперь я понимаю, кто издавал те ебучие звуки, которые нам помещали. – Ну вы реально мне задачку задали! Я по всей Москве ваш этот инжир насобирал. И для пасты все ингриды купил…

Глава 21. Руслан

Он очевидно и не замечает хрупкую девушку полностью скрытую моей внушительной фигурой. Разве что острые коленки торчат по бокам от моих бедер.

Зато на лице Васи целый спектр эмоций…

Начиная от ужаса, заканчивая всепоглощающим стыдом и очевидным внутренним самобичеванием.

Она ведь у меня девочка приличная. А тут в таком виде и позе быть пойманной не только моим водилой, но и собственным целомудренным сознанием.

– Выйди, Жор, – рычу я, не отрывая взгляда от своей Бэмби напуганной.

– Чего? – не понимает он с первого раза.

– Я сказал, нахуй пошел! – рокочу.

– А, ой… – видимо осознает идиот, насколько не вовремя пришел и судя по звукам сбегает из кухни, чувствуя, что ему крышка.

– Васён, – пытаюсь поймать ее подбородочек, но она уворачивается.

– П-пусти! – шепчет в панике. Дрожит вся.

Меня бесит то, что в моей тупой башке совсем нет инфы, что правильно делать в таких ситуациях. Потому что у меня кроме как с Васей обычно не возникает желания держать женщин при себе.

Однако какое-то чутье мне подсказывает, что сейчас давить не лучшая идея.

– Ладно, – сдаюсь, осознавая, что ей явно нужно остыть, для конструктивного разговора.

Обнимаю ее за талию второй рукой, и не спеша снимаю со столешницы. Мимоходом целую острое плечико и наконец ставлю Васю босыми ногами на пол.

Едва обретя от меня свободу, она тут же сбегает. А я остаюсь стоять посреди кухни с полным пиздецом в башке и стояком в брюках.

Растираю лицо ладонями.

Ну что? Доволен, пес ебливый?

На кой хуй надо было так сразу лезть к ней целоваться? Стоило дать ей время привыкнуть! Приучить ее к себе! Приручить!

А теперь что?! Она опять увидела твою похотливую звериную натуру и испугалась.

Прихожу в себя от вибрации в кармане брюк. Достаю мобильник. Стас звонит. Бля, уже почти обед, а он меня к утру ждал.

Кажется я слегка потерял счет времени со своей занозой.

Свайпаю, чтобы ответить и прикладываю телефон к уху:

– Да, брат?

– Рус, мы вроде на утро договаривались. У меня уже скоро смена заканчивается. Ты передумал? Или с пьяну вообще забыл ночной разговор?

– Не забыл. Сейчас примчу, – тру переносицу. – Мне просто показалось, что важнее дать ей выспаться и хорошенько накормить ее, чем получить ответ на свой вопрос, который уже все равно ничего не изменит.

– Ооо, братан, – усмехается друг. – Я конечно знал, что у тебя с этой твоей Васей все запущенно. Но раз тебе уже даже все равно чей ребенок, то видать совсем ты пропал.

– Пропал, Стас, – даже не пытаюсь спорить. – А малой при любом раскладе моим будет. Я так решил.

Кладу трубку и выхожу из кухни.

Жорик с виноватым видом стоит в углу зала, пытаясь слиться с мебелью. Уебать бы его. Да жалко этого идиота даже.

А Васи поблизости не видно.

– Где она?

– В туалет забежала, – кивает на дверь.

– Скройся с глаз! – шиплю, указывая ему на свободную спальню в другом конце квартиры.

Дождавшись, пока останусь наедине с дверью, отделяющей меня от моей напуганной лани, осторожно стучу:

– Васён, откроешь? – замираю в ожидании ответа.

Ноль реакции.

Упираюсь лбом в дверь, прикидывая, что мне бы не составило труда нахер ее с петель снять. Однако Васька испугается. Разозлится. И не дай бог еще и пострадает, если слишком близко у двери стоит.

– Василёк, ну не злись ты? Грубанул, знаю. Обещаю больше такого не повторится.

Затихаю.

Слышу, как воду включила. Выключила. Значит точно не в обмороке. Уже хорошо.

Но на меня не реагирует, упрямая зараза моя. И откуда только такой характер несгибаемый. Раньше она мне казалась куда мягче. Но признаться так мне даже больше нравится. Не хочу прогибать ее под себя. Хочу, чтобы она сама меня подпустила к себе. А на это время нужно.

Но я же идиот привык все нахрапом получать. Не считаться ни с кем. Есть только мои желания и цели.

А теперь вот вынужден обнимать дверь сортира, и думать как грехи буду замаливать.

– Ладно, малыш. Мне сейчас отъехать ненадолго надо, – говорю тихо, посчитав хорошей идеей сейчас взять для нас двоих небольшой тайм-аут. – Жорик с тобой останется. У него тоже опыт с детьми имеется. Так что можешь ему доверять. Поспи может еще немного. Я вернусь и мы поговорим.

Так и нет ответа.

Еще пару минут как Хатико жду ее под дверью. Но понимаю, что она наверно сейчас слишком смущена, чтобы выйти. А меня Стас поджимает.

Мне может и без разницы чей сын, и воспитаю я его как своего в любом случае. Однако сделать тест лишним не будет. На случай, если мой брат соберется заявить права на малого, когда узнает о нем. А он точно узнает.

Не могу же я собственного брата на свадьбу не пригласить?

Возвращаюсь в спальню, чтобы забрать свою рубашку. На ходу накидываю ее на себя и склоняюсь над кроваткой, в которой мирно посапывает малыш.

– Ну вот и спит наш мальчик, – шепчу и бережно глажу пальцами пушистый затылочек. – Видать и правда наконец-то наелся богатырь маленький. Значит не зря я нашу мамочку разогрел. Оттаяла снегурочка. Ну ничего, я теперь ее еще и откормлю. Так что тебе всегда молока хватать будет.

Так странно себя чувствую, разговаривая то с младенцем, то с дверью. Никто из них мне не отвечает. А я довольный как удав.

Не выспавшийся. С бодуна. Голодный во всех смыслах. Но счастливый, пиздец.

Знаю, что просто получить то, что я хочу не выйдет. Но я не отступлю.

Целую малого в теплый бочок и собираюсь уже было свалить из комнаты, как вдруг мне на глаза попадается тот самый «не средний» отсек шкафа.

Хм…

И все же, что за скелеты может скрывать моя напуганная Бэмби?

Глава 22. Василиса

Это я чего такое натворила?..

Едва дышу, изучая свое отражение в зеркале. Волосы все всклокоченные. Губы припухшие от его нетерпеливых поцелуев. Щеки приобрели здоровый румянец.

Невольно обнимаю себя руками, вспоминая как он прикасался ко мне не больше получаса назад, и предательское тело мурашками покрывается.

Вот же дура…

Ладно бы с кем угодно другим. Но с Русланом…

У меня от одного его имени внизу живота будто тугой узел сворачивает. Совершенно неуместная реакция тела. Но я понимаю, что ничего не могу с ней поделать.

Технически он ведь моя первая наивная влюбленность. И признаться когда-то давно, когда мы только познакомились, я даже ночами его представляла. Мечтала о всяком. Чтобы целовал меня…

А теперь это вдруг случилось наяву! И я в таком шоке, что у меня буквально речевой аппарат отключился. Или мозги?

Да, скорее мозги.

Ведь в здравом уме я бы оттолкнула своего «бывшего родственничка» как он и предложил. А я дура набитая! Ой-ей…

Закрываю лицо ладонями, чувствуя, как меня придавливает ответственностью за случившееся.

А этому гаду лишь бы поиздеваться!

И как я теперь собираюсь объясняться?

Устала? Забылась?

А собственно с какой стати я вообще должна с ним объясняться?! Кто он такой, чтобы я оправдывалась перед ним? При чем за его же бессовестные поступки. Это ведь он первый начал!

С чего он вообще решил целоваться лезть?!

Может это месть за то, что я ему вчера ненароком вечер с проститутками обломала? Или повел себя так, просто потому что пьян?

Да не важно совсем!

Важно то, что подобного я больше не допущу!

Но мое тело явно играет не на моей стороне. И мозги тоже.

Потому что каждый раз, когда этот мерзавец оказывается слишком близко, я теряю разум и перестаю себя контролировать.

Значит очевидно нужно сделать так, чтобы Руслан больше не оказывался слишком близко к моему телу и бестолковым мозгам!

Точно. Нужно просто избавить себя от его внезапного вторжения в мою спокойную жизнь и тогда больше не о чем будет переживать.

Собираюсь с силами и наконец решаюсь выглянуть из туалета.

Он ведь сказал, что ему нужно уйти, и судя по тому, что снаружи меня никто не поджидает – не обманул.

Скорее всего побежал по своим шлюхам. Пар спускать.

Этого кобеля хлебом не корми, дай пристроить свой… кхм.

Чего я опять завожусь?

Плевать я хотела на его личную жизнь. Главное, чтобы его личной жизнью была не я.

Юркаю в спальню и к своему облегчению не обнаруживаю здесь никого, кроме удивительно крепко спящего в кроватке малыша.

Надо же, кажется мой мальчик впервые так крепко спит. Неужели это на него отец так повлиял?

Мелькает очередная тоскливая мысль, что мой сынок заслуживает папу. Но стыд от произошедшего между мной и Русланом на кухне пока что явно перевешивает.

Сейчас я хочу только поскорее одеться и выставить из дома его этого Жорика, если он еще сам не ушел. Однако Руслан ясно дал понять, что не выпустит меня из-под конвоя. А меня не устраивает роль заключенной в своей же квартире.

Спешу одеться понадежней. Мне теперь еще и перед этим прихвостнем Руслана стыдно до ужаса. Так что стараюсь нарядиться как можно более целомудренно, будто это вовсе не меня полуголую он застал только что с Русланом на кухне.

Боже, какая стыдоба…

Лицо горит. Сердце колотится. А в сознании как назло одна за другой мелькают картинки нашей с Русланом близости.

Он горячий такой… Пахнет как-то наркотически…

Просто издевательство какое-то!

Да выбери я для своих сексуальных фантазий любого другого мужика – ради бога! Мечтай на здоровье!

Но Руслан…

И ладно бы дело было только в том, что он кобель, каких поискать. Но он ведь еще брат моего бывшего козла-мужа и сын их раздражающей мамаши!

А если бы ни это все, Вась?..

Замираю, закончив заправлять длинную рубашку за пояс свободных джинс. Стою перед шкафом и пытаюсь представить «если бы»…

Если бы не его семейка, то возможно я бы как наивная дурочка поддалась бы его чарам. Если бы не знала его так хорошо, как сейчас, то возможно бы даже снова влюбилась бы в этого мужлана обаятельного, но…

Это ведь Руслан. Он ни к кому и ни к чему не относится серьезно. Разве что к деньгам. Так что скорее всего все закончилось бы моим болезненно разбитым сердцем. А для Руслана я бы просто оказалась «еще одной»…

Не дождется!

В смысле он уже дождался раз! И я с трудом выкрутилась тогда и больше я такой глупости не совершу. Сегодня это была случайность. Глупость просто. Я была уставшая, а он застал меня врасплох! Вот и все.

Закрываю шкаф с одеждой и гордо вздернув подбородок открываю средний отдел. Тот самый.

Хорошо, что я успела спрятать от него содержимое. Иначе было бы еще более неловко, чем то, что я оказалась перед ним голая.

Потому что одно дело – обнажить тело. А в этом шкафу моя обнаженная душа…

Глажу пальцами тонкие кружева белья, которое я создала собственноручно. Моя первая коллекция, которую я пока не представляю, как явить миру. Однако возлагаю на нее большие надежды, как юный дизайнер.

И Руслану я ни за что не осмелюсь ее показать. Дело даже не в откровенности прозрачной ткани и возможно пошловатых фасонах.

Дело в васильках…

Небольших вышивках, которую я создавала в прямом смысле своими потом и кровью, исколов себе иголкой все пальцы. Вышивка явно не мой конек. Но именно эти крохотные детали делают мою коллекцию такой личной и такой особенной.

«Василёк» – и его хриплый голос в сознании.

Меня ведь так кроме него никто никогда не называл. Обычно просто Вася или более строго Василиса.

Но Руслан: Васенька, Васюта, Васёна, – как этот гад только не коверкает мое имя. Будто я его питомец. Бесит!

И этот его «Василёк» особенно.

Да, я думала о нем, когда рисовала эскизы белья. И когда вышивала россыпь крохотных цветочков, я тоже думала об этом мерзавце...

Стыдно.

Потому и не хочу, чтобы он увидел созданное мной белье. Это слишком лично. И слишком откровенно. Будто я позволю ему прочесть свои сокровенные мысли...

Нет уж!

Спасибо за вдохновение, но на этом все, Руслан Алексеевич. Больше не собираюсь быть «еще одной» в вашем чокнутом семействе.

Закрываю шкаф и, еще раз проверив малыша, выхожу из комнаты.

– Георгий, можно вас, – стучу в открытую дверь комнаты, где притих водитель Руслана.

– Конечно! – выскакивает из кресла. – Я всегда к вашим услугам.

– Отрадно, – киваю вежливо. – Тогда можно вас попросить принести мне памперсы?

– Конечно! Где искать?

– В магазине, – подсказываю я.

– Ой, так это… босс велел вас одну не оставлять, – разводит руками.

– А мы ему не скажем, – подмигиваю я заговорщически. – Но мне правда очень нужны памперсы для малыша. Магазин тут за углом. Это не займет у вас много времени. Честное слово.

– Да знаю я где магазин, – качает он головой, явно раздумывая над моим предложением.

– А я вас перед боссом нахвалю, скажу, что вы мне очень помогли. Может он и премию выдаст, – подталкиваю я упертого барана.

– Ну ладно, – соглашается наконец. – Только когда хвалить будете, не проговоритесь, что я из дома выходил. А-то вместо премии выговор получу.

– Конечно-конечно, – улыбаюсь я, выпроваживая постороннего мужика из своего дома. – Вы там не спешите, можете и свои дела порешать, если надо. Мы тут и сами справимся.

Георгий наконец выходит и я спешу закрыть двери на все замки. Кроме штатного закрываю еще и на внутренний, и для надежности еще и какой-то навороченный шпингалет защелкиваю.

Надеюсь хотя бы это для моего бесцеремонного родственничка достаточный аргумент, чтобы оставить меня в покое.

Мой дом – моя крепость. Еды у меня в холодильнике достаточно благодаря самому Руслану. Так что пару дней точно продержусь не выходя, а там глядишь он про меня и забудет. Как в прошлый раз!

Очень хотелось бы. Иначе…

Если он не захочет так просто сдаться, то мое глупое сердце может решить, что я для него что-то значу…

Глава 23. Руслан

К дому Васи я подъезжаю только к вечеру и сразу замечаю знакомую фигуру у двери.

Глушу мотор и выхожу из машины:

– Жора, какого хера? – с ходу наезжаю, чуя неладное. – Я тебе сказал глаз с нее не спускать, а ты тут стоишь прохлаждаешься!

– Руслан Алексеич, ну это случайно так вышло, клянусь, – сразу оправдываться начинает. – Эта ваша… хулиганка меня подставила попросту. Сказала памперсы ребенку срочно нужны, – он поднимает руку, в которой держит пачку подгузников, – на жалость давила. Вот я и пожалел беспомощную женщину. А она меня выперла и заперлась изнутри на все замки и теперь я вашим ключом открыть не могу. И консьержка руками разводит, мол ничем помочь не может.

– Так почему ты мне сразу не позвонил?! – рычу я, начиная заводиться.

А вдруг с Васей могло что-то случиться?

Врываюсь в холл многоэтажки. Жора за мной семенит и нудит:

– Ну вы ж выговор сразу сделаете, – резонно предполагает идиот. – Я поэтому пытался сам что-нибудь придумать…

Торможу у стойки и сначала заканчиваю разговор с водилой:

– Теперь не просто выговор, Жор. Если с ней там что-то случилось – я тебя убью, – цежу жестко. – Понял меня?!

Кивает нервно:

– Да ничего с ней не случилось, говорю вам, – шумно сглатывает. – Иначе стала бы она изнутри закрываться? Она просто из вредности, бандитка.

– За языком следи, когда про женщину хозяина говоришь, – рявкаю я.

Жора поджимает губы.

– Теперь вы, – поворачиваюсь к консьержке. – Сейчас включаете пожарную сигнализацию с объявлением об эвакуации. И пока я не прикажу обратно в дом никого не впускаете. Ясно?!

– Ну Руслан Алексеич, не положено же, – мямлит консьержка, которая помнит меня с тех пор, как я сам жил здесь. – Штрафы ведь огромные за ложную тревогу…

– Штрафы я беру на себя, – отрезаю. – Включайте говорю.

– А что ж я людям говорить буду? – не уймется никак бестолковая женщина.

– Учебную отрабатываем. Им полезно, – перевожу взгляд на Жору: – Проследи чтоб было исполнено, я пошел ловить.

– Кого? – тупит придурок.

– Свою бандитку, особо опасную, – бросаю через плечо, шагая в сторону лестницы.

Я конечно еще ни разу не пробовал включать пожарную сигнализацию для собственных целей, но насколько мне известно, как только она заорет, лифты отключаться. Так что придется пробежаться до своей принцессы в башне.

Я едва успеваю взбежать на второй этаж, как меня наконец оглушает звуком сирены. А я уж думал без меня не справятся.

По мере того, как я бегу вверх, лестницу начинают заполонять жители дома, бегущие в обратном направлении. Местами приходится даже проталкиваться.

Странно, что Васи до сих пор нет.

Сердце долбит по ребрам не столько от того, что устал подниматься, сколько от волнения. Хотя Жора правильно ведь сказал: если бы ей было плохо, не стала бы она изнутри закрываться. Ладно себя ей явно не жалко, но ребенка бы она в опасности не оставила, если бы собиралась в обморок свалиться. Очевидно ведь, что просто от меня избавиться хотела.

Но тогда почему она еще не вышла?..

Не могу унять беспокойство. Ускоряю бег, и наконец врываюсь в коридор, и едва заворачиваю за угол, торможу резко.

Вот она. Стоит и воет у лифта, прижимая к себе малыша.

– Вась, ты чего? – крадусь к ней.

– Руслан, – всхлипывает она и ко мне навстречу бросается, – лифт не едет и дверь не открывается! Что делать?!

Беспомощно вцепляется пальчиками в мой пиджак. И я уже вообще никуда уходит не хочу. Лишь бы она продолжала вот так смотреть на меня, как на своего спасителя и героя.

– Какая дверь, Василёк? – накрываю ладонью ее похолодевшие от волнения пальчики, слегка сжимаю их. А в голове крутятся мысли о том, как я целовал ее сегодня утром на разделочном столе.

Хочу повторить.

Хочу вот так приходить к ней, и чтобы она не в слезах ко мне бежала, а с улыбкой на шею вешалась.

И целовать… долго и много…

Говорю же, отравила меня, зараза. Ни о чем больше думать не могу, кроме ее губ сладких…

– На лестницу же, – ревет Вася, выдергивая меня из фантазий. – Я подергала ручку, а она ни в какую!

– Тише-тише, – осторожно забираю у нее малого и ручку ее дрожащую ловлю, переплетая наши пальцы: – Щас разберемся, малыш, – как-то по инерции целую ее запястье и увлекаю Васю за собой к лестнице.

Ну вот, блядь. Напугал ее, долбоеб.

Если узнает, что это я устроил, в очередной раз убедится, что я мудак.

Ну…

Значит надо сделать так, чтобы она не узнала.

– А ты зачем пришел? – будто только сейчас доходит до нее. – Пожар ведь.

– Да какой там пожар? – отмахиваюсь я. – Так, может у кого картоха на плите сгорела и потому сигналка сработала. Так что не паникуй.

Отпускаю ее руку, только чтобы открыть перед ней дверь на лестницу.

Ручка поддается. Однако успеваю заметить, что с трудом. Это для меня – здорового мужика. А для принцессы с истощением вроде Васи, это и вовсе непреодолимое препятствие выходит.

Получается, что я очень даже не зря внеплановую учебку организовал.

Страшно представить, случись в этом здании настоящий пожар. Только подумаю, что она вот так бы беспомощно плакала у лифта не в силах открыть дверь, аж в дрожь бросает.

Еще и на этаже ни души. Никого, кто мог бы помочь.

Тоже моя работа. Я весь этаж себе оставил, чтобы никаких соседей раздражающих не было. Теперь вот даже жалею. Нужно срочно вломить люлей управляющей компании, чтобы они немедленно исправили косяк. На всякий случай.

Хотя, признаться, в мои планы пока не входит возвращать Васю с ребенком обратно в эту квартиру.

Лично для себя я уже все решил.

Осталось только сделать так, чтобы и она приняла мое решение…