Текст книги "Измена. Мы (не) твои (СИ)"
Автор книги: Анна Арно
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)
Глава 40. Василиса – наказание Руслана за все его грехи)))
Вместо ответа он делает ко мне еще один шаг, совсем не оставляя между нами расстояния.
Чувствую себя сейчас такой уязвимой. И одновременно защищенной рядом с ним.
Так странно.
Он осматривает мои взлохмаченные волосы каким-то непривычно-беспокойным для Руслана взглядом.
Неторопливо поднимает руку, и убирает выпавший мне на лицо локон:
– Красивая, – вот так прямо выдает он комплимент.
Я снова шумно сглатываю. И никак не могу унять сумасшедшее дыхание.
Еще и сердце что-то шалит.
И мозги тоже. Не могу адекватно мыслить, когда Руслан вот так напирает. К тому же в одном полотенце на голое тело.
Мысли о его голом теле и вовсе покоя не дают.
Особенно когда я вот так как сейчас ощущаю жар его кожи на себе.
Не могу перестать думать и о том, как еще совсем недавно я прикасалась к этой самой упругой коже под которой перекатываются мощные мышцы.
Просто невыносимо…
И слишком сложно удерживать взгляд на его по-мужски красивом лице. Все время хочется изучить и другие не менее впечатляющие части этого нахала.
Блин.
Прикрываю глаза, надеясь хоть так в себя прийти.
А Руслан продолжает:
– И рубашка тебе моя идет, – говорит тихо, не уставая меня смущать.
– Руслан, – впериваю в него серьезный взгляд. И хочу, чтобы голос звучал решительно. Ведь если сейчас не пресечь эти его комплименты – неизвестно чем это все закончится. Опять. А я и так уже наломала дров по глупости. – Говори уже какую ответственность я вдруг должна нести и закончим на этом!
Он цокает строго и качает головой:
– Боюсь закончить теперь никак не получится, Василёк, – отрезает самоуверенно. – После того, что ты со мной сделала… все только начинается.
– Это еще что значит? – сжимаю в руках края его рубашки, уже дико жалея, что надела ее. Ведь выходит будто я проявила свою в нем заинтересованность. Потому что в моей-то комнате полно моей одежды. Однако…
– Это значит, Василёк, что теперь ты никогда от меня не отделаешься, – Руслан смотрит на меня таким взглядом, будто уже всё решил. – Ты станешь моей женой.
…
Я замираю.
Нет.
Я ослышалась.
Или шутка?
С губ срывается нервный смешок:
– Что?
– Ты слышала, – выдаёт он ровным, спокойным тоном.
Смотрит на меня так, будто не сомневается, что это логично. Будто это само собой разумеющееся.
Но я в панике.
– Ты ведь шутишь? – нервно выдыхаю, чувствуя, как воздух вдруг стал слишком густым, слишком тяжёлым для вдоха.
– С чего бы? – хмурится.
Да нет-нет… Он не может говорить это серьезно.
Где Руслан и где серьезные отношения?
Я вовсе не готова к такому.
Он бабник! А мое сердце не выдержит еще одного изменщика.
К тому же он сын своей матери и брат моего бывшего! А это значит: «снова здравствуй родной серпентарий».
Да не в жизни!
Меня будто паническая атака накрывает, стоит мне представить, что я снова окажусь во власти своей свекровушки. Еще и с бывшим и ее шлюхой на всех семейных торжествах встречаться – щас!
– Ни за что! – выпаливаю я, вздрагивая теперь даже от звука собственного голоса. – Я н-не могу… не выйду за тебя!
Руслан заметно мрачнеет:
– Это еще почему?
– Я не хочу! – отрезаю уверенно.
Он вдруг прихватывает меня за талию и прижимает к своему напряженному телу:
– Но еще каких-то пару часов назад ты определенно хотела, – рычит мне в губы. – И не смей врать, что это не так. Ты сама на меня набросилась.
– Р-руслан… – собираюсь с силами, – это ведь всего лишь секс.
Он молчит.
Но в глазах что-то загорается – не злость. Скорее ярая решимость.
Например придушить меня прямо сейчас.
Я судорожно сглатываю, не отрывая взгляда от его лица. Глядя в его глаза вся моя уверенность тает.
Я ведь… я так хочу… быть с ним.
Я никогда и мечтать не могла, что этот мужчина сделает мне предложение.
Но его семья…
Не могу!
– Просто секс, говоришь? – рычит он.
– Конечно, – нервно передергиваю плечами. – Я не спорю, что это была моя инициатива. Мне захотелось. К тому же для женского здоровья полезно, – выдумываю оправдание на ходу. – Но брак это ведь совершенно другое.
– М, правда? – в его голосе сочится сарказм.
– Ну сам посуди, если бы ты женился на каждой женщине, с которой спал, то у тебя бы страниц в паспорте не хватило, – пытаюсь удержать оборону. Однако когда он так крепко меня держит это довольно сложная задача.
– Значит дело в этом? – требует пояснений и щурится подозрительно. – Не выйдешь за меня, потому что тебя моя репутация смущает?
Он будто пытается разгадать причины моего отказа. Но улавливает только вершину айсберга. Тогда как все остальное скрыто от его понимания. И я сама никогда не скажу.
Что я должна ему сказать: твоя мать – сука, которая изводила меня настолько, что у меня от одного ее имени несварение начиналось?
И что он сделает? Ради меня отречется от семьи?
Нет уж. Я не посмею ставить важного мне мужчину перед таким безвыходным выбором.
Уж когда сама выросла сиротой, то никогда не пожелаю дорогим людям лишиться семьи. Пусть и такой гнилой.
К тому же гнилые эти люди только для меня. А для него они ценные родственники.
– Твоя репутация на твоей совести, – увиливаю от прямого ответа, и стараюсь не поддаваться его давлению. – Просто пойми, мы же взрослые люди. Мы можем просто переспать и забыть…
Руслан резко выдыхает, вынуждая меня заткнуться.
Я вижу, как его челюсть сжимается, а рука на моей талии становится еще жестче:
– Забудешь? – его голос звучит низко, с какой-то угрожающей хрипотцой, от которой у меня по коже бегут мурашки. – Серьёзно?
Он смотрит на меня… нет, он в меня вгрызается этим взглядом, будто хочет вытащить из меня правду, которую я не готова озвучить.
– Д-да, – упрямо отвечаю, заставляя себя держаться.
– Вот как… – он медленно кивает. – Ну тогда давай.
– Что? – теряюсь я.
– Забудь, – приказывает будто.
Я вижу, как у него желваки от бешенства играют на лице.
Я так хочу успокоить его. Погладить его хмурое лицо, чтобы оно снова стало непривычно мягким, каким было в последние дни…
– Забудь, если можешь, – рокочет он, и его дыхание касается моей щеки. – Давай, просто выдохни, и сделай вид, что ничего не было.
Я не могу.
Я не могу дышать, не могу думать, когда он так близко.
Я зажмуриваюсь, пытаясь хоть как-то сбросить это наваждение, но вместо этого перед глазами вспыхивают сцены этого утра.
Его руки.
Его тело, горячее, сильное, жадное.
Его голос, рычащий в самое ухо, когда я выгибалась под ним, когда сама тянулась к нему…
Я ненавижу себя за то, что внутри меня что-то дрожит, предательски пульсирует, признавая: я не хочу это забывать.
Не только нашу близость. Но и это ощущение, что он поселил внутри меня.
Будто я действительно особенная женщина для него. Не очередная. Не одна из. А что-то настоящее, чего он долго искал.
Не понимаю, что теперь делать.
Я под страхом смерти не хочу возвращаться в его семью. Достаточно вспомнить, что у меня от общения с его матерью на физическом уровне недуги начали развиваться. А уж мои потрепанные нервы от его братца, которого я просто не желаю никогда больше видеть.
Аж в дрожь бросает от этих двоих. А Руслан говорит жениться.
Не могу. Не хочу снова возвращаться в тот ад.
Но… и отказаться от этого мужчины… не могу.
Не после того, что между нами было.
Делаю резкий вдох, открываю глаза и смотрю прямо на него:
– Значит так, – говорю твёрдо. – Мы не женимся. Это исключено.
Руслан заметно бесится:
– Ты уже раз отшила меня, зайка, – цедит зло. – И я повелся. А потом пожалел. Так что теперь тебе придется убить меня, – рычит. – Но я тебя не отпущу, поняла?
Ого. Его решимость впечатляет.
Но он продолжает:
– Разве что ты доведешь меня окончательно, и я просто придушу тебя. Клянусь, Колючка.
Он вроде угрожает. Но мне совсем не страшно. Скорее… наоборот.
Интригующе.
Таким Руслана по отношению к себе я еще вообще никогда не видела.
Он будто горит от нетерпения присвоить меня.
Неужели и правда не отпустит?
Тогда то, что я придумала должно устроить нас обоих…
Прикусываю губу, не понимая как вообще собираюсь осмелиться сказать то, что решила:
– Не отпускай, – дрожа отвечаю я.
Руслан даже слегка отстраняется от неожиданности, явно желая повнимательней оценить как далеко отъехала моя крыша.
А я сама еще не верю в то, что предлагаю дальше:
– Мы с-станем… любовниками.
Глава 41. Василиса – кто кого?)
– Что прости? – Руслан как-то нервно усмехается. – Любовниками?
– Мгм, – киваю уверенно, хотя меня слегка потряхивает, но я все же добавляю: – Тайными.
А что если ему не понравится мое предложение? Что если он откажется и не захочет играть по моим правилам? Ведь у него должна быть целая куча баб. Зачем бы ему иметь дело со мной?
Однако замуж он почему-то позвал именно меня? Значит есть надежда, что согласится…
– Любовники? – переспрашивает он снова, будто ушам своим не верит, и при этом пристально изучает меня.
Я нервно киваю:
– Без обязательств, – добавляю, на всякий случай, потому что его взгляд заставляет меня сомневаться в собственной идее.
– Без обязательств, – повторяет он, будто смакуя каждое слово.
Он не отступает.
Я не отступаю.
Кажется, мы оба играем с огнём.
Я даже не моргаю, пытаясь сохранить контроль над ситуацией.
Но он…
Он вдруг улыбается.
И мне становится страшно.
Эта улыбка – не радость, не одобрение.
Скорее… хищная.
Слегка пугающая. И явно что-то скрывающая.
– Ну что ж, Василёк, давай попробуем, – Руслан ухмыляется грозно. – Каковы твои условия?
– Условия? – теряюсь я.
– Ну ты ведь не просто так отказываешься выходить за меня, – пожимает он плечами. – Тебя точно что-то не устраивает. Тогда озвучь свои ограничения. Так сказать, стоп-слова, чтобы я ненароком не пересек черту.
Я сглатываю. Он говорит так, будто я в этой ситуации имею контроль.
Как будто у меня действительно есть власть над ним.
– Л-ладно, – киваю, пытаясь на ходу придумать правила, которые бы могли уберечь меня от его семьи. – Во-первых наши отношения должны остаться в строжайшей тайне.
– Это я уже понял, – кивает он, но будто сам себе на уме.
– Нет, подожди, – торможу его я. – Боюсь ты не достаточно серьезно относишься к этому пункту. Я хочу, чтобы о наших отношениях ни одна живая душа не разнюхала, Руслан. Под угрозой смерти.
– Ты меня стыдишься? – он склоняет голову набок и очевидно подтрунивает надо мной.
– Не говори глупости, – фыркаю я, стараясь сохранить деловой тон нашей беседы.
– Тогда не вижу причин для такой паранойи.
– Ты просил условия – я выдвигаю. Что-то не нравится?
Он поджимает губы, явно пытаясь сдержать усмешку:
– Каюсь. Не прав был. Продолжай, пожалуйста, – предлагает он. – Я приму все твои правила без обсуждений.
Меня не оставляет чувство, что он просто издеваться надо мной вздумал.
Однако он ведь почему-то до сих пор не отпускает мою талию, тесно прижимая меня к себе. Будто боится, что я могу сбежать. Значит настроен все так же серьезно.
Поэтому я решительно продолжаю:
– Второе, – прочищаю горло. – Встречаться мы будем только в моей квартире. Никаких парков и ресторанов мне не нужно.
– Ну еще бы, – он кивает наигранно-понимающе. – Нам ведь нужно скрываться аки шпионам. Понимаю.
– Руслан! – цежу зло. – Продолжишь паясничать, больше ни слова не скажу!
– Молчу-молчу, – его взгляд слишком уж заинтересованно мечется по моему лицу.
И там такая теплота непривычная. Что я даже не могу разозлиться нормально или обидится на эту его насмешливую манеру.
– Третье, – вздыхаю строго. Но тут же смущенно опускаю взгляд, осознав какое еще правило меня заботит не меньше, чем конфиденциальность наших отношений: – Если захочешь другую… то есть… если найдешь себе новую любовницу, то просто скажи мне. Я пойму. И на этом наши отношения закончатся.
– Вот как? – он будто не очень-то верит в мои слова. – Вот так просто?
Киваю, не решаясь поднять на него взгляд. Потому что знаю, что он увидит, что я вру.
Не будет мне просто, когда он наиграется и уйдет дальше покорять женские сердца. Не будет. Я уже сейчас это прекрасно понимаю.
Но это лучше, чем позволить ему спать и с другими на время наших отношений.
Хотя я уверена, что при таком ограничении Руслана на долго не хватит. Он ведь привык менять женщин как перчатки.
А тут только одна я.
Куда уж ему?
Хорошо, если неделю-другую вытянет. И сбежит.
Ну оно и к лучшему.
Чем быстрее он поймет, что моногамия не его, тем меньше боли будет мне.
– Значит хочешь, чтобы я был только твоим? – он вдруг тянет меня за подбородок, вынуждая поднять на него глаза. – Однако замуж за меня не хочешь?
У меня лицо горит.
Поверить не могу, что Руслан настроен настолько серьезно, что до сих пор не оставляет попыток уговорит меня.
– Не хочу, – вру я, качая головой.
– Мгм, – Руслан задумчиво изучает меня. – Не хочу…
Не могу продолжать смотреть ему в глаза, потому что у меня ощущение, что он видит меня насквозь и того и гляди поймет, почему я отказываюсь. А я не хочу, чтобы он понял.
– На этом твои условия закончились? – уточняет он серьезно.
– Мгм, – мычу я, все еще волнуясь, что он решит отказаться.
– Тогда у меня к тебе тоже найдутся правила. Согласись, что это будет честно?
– Конечно, – пожимаю я плечами, с неким сомнением. – У нас ведь равноправные партнерские отношения. Демократия и все дела.
Он ухмыляется и будто пытается не засмеяться:
– Вася, я тебя обожаю, – вдруг выдает.
У меня об эти его слова почему-то сердце спотыкается.
Но я тут же одергиваю себя.
Приди в себя, идиотка.
Обожаю и люблю – кардинально разные вещи! Так что нечего тут млеть как овца.
– Итак, первое, – Руслан удивительно ласково заправляет мне за ухо локон волос. – Раз уж мы не можем взаимодействовать вне дома, то я могу приходить к тебе в квартиру столько, сколько пожелаю и оставаться здесь сколько посчитаю нужным.
– Л-ладно, – соглашаюсь я, хотя это звучит так, будто он намеревается и вовсе теперь не вылезать из моей квартиры.
Я не то чтобы против, но признаться это смущает. Я ведь совсем еще не привыкла к его присутствию в моей жизни.
– Что-то еще? – интересуюсь, желая как можно скорее узнать весь его свод правил.
– Конечно, – улыбается обаятельно. – Второе: ты не отказываешься от моих подарков. Никаких, Вася. Тоже относится и к моей помощи. Все что я для тебя делаю – не обсуждается.
– Допустим, – соглашаюсь я, предполагая, что он для всех своих женщин одинаково старается.
– И третье, – он едва заметно поглаживает мою щеку, тем самым напоминая мне о том синяке, что оставила его мать: – Когда у тебя возникают проблемы. Любого характера. Ударилась. Аппетита нет. Устала. Обидел кто-то. Сирена воет. Землетрясение. Земля с орбиты сходит. Без разницы вообще что. Ты звонишь мне. Поняла?
У меня грудь ходуном ходит от шумного дыхания. А сердце того и гляди из груди выскочит.
Он действительно настоящий? Или мне это снится?
Зачем он говорит такие вещи?
Это подкупает.
Хотя если подумать, с самой первой нашей встречи пару дней назад он только то и делает, что покоряет своей заботой мое уставшее сознание молодой матери.
Буквально одолел уже.
Больше думать ни о чем не могу, кроме него.
Сон, еда, душ, и даже кормление малыша – все это волшебным образом наладилось с появления в нашей жизни Руслана.
А теперь он еще говорит, что я могу положиться на него даже если земля с орбиты решит сойти.
И ведь я ему верю.
Знаю, что он спасет меня от любой неприятности.
Вот только… надолго ли его хватит.
Ведь все эти «приятные бонусы» только для любовниц Руслана.
А я уверена, что рано или поздно ему надоест.
Я надоем.
– Ну и что с лицом, моя колючая любовница? – он бережно потирает пальцами мой подбородок. – Не нравятся мои правила?
– Да нет. Меня все устраивает, – вздыхаю, отгоняя от себя непростые мысли.
Потом их подумаю.
А сейчас не хочу, чтобы он видел, будто меня что-то беспокоит.
Во-первых потому что не хочу чтобы он знал. И врать в свое оправдание не собираюсь.
А во-вторых, я где-то слышала, что хорошая любовница должна быть легкой и не напрягающей.
А я хочу быть для него хорошей любовницей.
Вдруг хотя бы так наши отношения смогут хоть немного затянуться…
Глава 42. Руслан, шары и ревность
Любовники, значит?
Сумасшедшая девчонка. Как ей удается все мои планы с ног на голову переворачивать одним щелчком своих тонких пальчиков.
Любовники, ну придумала…
Да она же скромная принцесса.
Отличница. Вся из себя правильная такая. Цветочек нежный. А тут такое.
Но есть у меня подозрение, что неспроста моя колючка в этот раз упирается. И я даже догадываюсь почему.
Одной моей подпорченной репутации недостаточно для такой строгой секретности наших отношений. Тут основная проблема явно в другом кроется.
Моя семья.
Мало того, что ее бывший муж – мой брат.
Так там еще и мать за время их с Савой брака изрядно малышке нервы потрепала.
Вот она теперь на моих и отыгрывается.
Потому теперь и настаивает так твердо, чтобы все в тайне оставалось.
Понимаю.
Вот только она не учла, что я – не Сава. И быть моей женой не одно и то же, что быть женой моего брата. И согласись она сейчас выйти за меня, быстро в этом убедилась бы.
Однако давить на нее я не имею права.
Еще испугается и совсем от отношений каких-либо откажется. А я так рисковать не могу.
Так что придется доказывать, что со мной она в безопасности в любом статусе. Уж я ее сколько раз от матери отбивал и пока она женой брата была. Да только не всегда ведь бывал на семейных праздниках. Потому мать и успела ей кровушки попить.
Ну ничего.
Я разберусь во всем, и со всеми, тогда и эту трусиху прижму.
Я ведь к полумерам не привык. Так что ей придется смириться, что я не отступлю.
Хотя для меня сейчас даже это ее «будем любовниками» —как щедрая скидка. Ведь признаться я и не надеялся заполучить хоть какое-то расположение этой упрямицы в ближайшее время. Думал помучает меня годик-другой, не подпуская к себе.
Она и так мучает. Но, так сказать, на коротком поводке.
Меня распирает от удовольствия, что она согласилась хотя бы так остаться со мной.
Значит убегать не будет больше.
Значит я на нее теперь имею легальные права.
Заботиться о ней. Быть рядом.
Вмешиваться в ее жизнь.
Спать с ней…
– Это ж получается, что ты тоже во мне заинтересована? – спрашиваю, только сейчас осознав этот интересный факт.
– В смысле? – хмурится Вася.
– Ну выходит я тебе вроде как… нравлюсь, раз ты сама предложила мне отношения.
Она заметно смущается и пытается выбраться из моих рук:
– Что за дурацкие вопросы, Руслан?
Прижимаю ее еще крепче:
– Сначала ответь, – настаиваю. – Я привлекаю тебя как мужчина. Ты хочешь меня настолько сильно, что не готова отпустить. Так ведь?
– Нет, – фыркает мне в лицо. – Я повелась на пасту! Ясно? Отпусти уже!
Подчиняюсь только потому что переживаю, как бы она не взорвалась от смущения. Ведь судя по цвету лица уже закипает.
– Так и знал, что все дело в еде, – усмехаюсь тихо.
Вася достает с полки какие-то домашние штаны и надевает их, чем слегка разочаровывает мой стоящий под полотенцем член.
Видимо повторения банкета не будет.
Эх…
Не то, чтобы я любитель трахаться без перерывов. Даже у меня обычно есть «период восстановления».
Но походу не с Васей.
Замечаю, что мою рубашку она снимать не спешит.
А это уже радует.
И снова возбуждает.
– Тебе идет, – хмыкаю я, не в силах перестать пялиться на свою новоиспеченную «любовницу».
Она поднимает на меня взгляд, явно желая понять, о чем я. Но тут же парирует, кивая на полотенце на моих бедрах:
– Тебе тоже.
– Я тут подумал, – предпринимаю попытку подкатить свои ноющие от желания шары, – раз уж мы сохранились на статусе «любовники», то может приятным делом займемся?
Она явно смущается, но старается выглядеть невозмутимой:
– Если у тебя больше нет забот, то можешь сам себе приятных дел от руки набросать, – язвит моя заноза.
Ух, обожаю. Даже еще сильнее завожусь, но она вдруг продолжает:
– У меня еще встреча сегодня важная.
– Ух ты, – подбираюсь весь. – Это с кем же?
На ее губах вдруг появляется непонятная мне усмешка:
– Руслан Алексеич, уж не ревнуете ли вы часом?
– Кто? Я? – искренне удивляюсь я.
– А ты видишь здесь еще одного Руслана Алексеевича?
– Так это… – чешу репу, почему-то чувствуя себя сбитым с толку, – пиздец как ревную, Вася. Хоть одного мужика рядом с тобой увижу, ноги ему переломаю.
Глава 43. Руслан
– Варвар, – фыркает она, отворачиваясь к пеленальному столику, и с преувеличенным усердием принимается раскладывать там какие-то микро-шмотки малого.
Напрягаюсь.
Реально что ли опять перебарщиваю?
Может не стоило так откровенно жестить?
Веду себя как дикарь.
Только пугаю ее.
Шагаю к ней и как-то непривычно нерешительно для самого себя кладу руки ей на плечи:
– Вась, ты только не подумай… я же тебя никогда не обижу, – осторожно целую ее в затылок, проклиная себя за косноязычие. – И другим в обиду не дам. Ты со мной как за каменной стеной будешь. Клянусь. Просто как представлю, что к тебе еще какой-то урод вроде меня клеиться соберется, аж переворачивает.
Молчит долгие секунды, превращая тишину в пытку.
У меня такая каша в голове, пока я раздумываю, почему молчит. Обиделась? Злится? Может вообще теперь боится меня?
Пиздец идиот. Надо хоть как-то следить за языком, пока она не привыкнет к тому, что я грубиян…
– Встреча с женщиной, – отвечает вдруг так тихо, что я не сразу слышу.
– Что? – переспрашиваю.
Вася вздыхает и поворачивается ко мне лицом:
– Я говорю что у меня встреча на сегодня с женщиной назначена. И никакой ты не урод, – фыркает, явно зацепившись за мои слова.
Это выходит она меня сама защищает теперь? Прикольно.
Напрягаю фейс, чтобы не улыбаться:
– И че у тебя там за женщина такая важная, что нам перейти к обязанностям любовников некогда?
Она вздыхает явно недовольная тем, что я требую от нее так много ответов. Она же у нас птица вольная. Самостоятельная. Поэтому вынужден добавить, будто в оправдание:
– Просто интересно, – пожимаю плечами.
– Я же на дизайнера учусь, – припоминает она. – Вот их мои эскизы заинтересовали. И меня пригласили на собеседование.
– Понятно, – протягиваю я.
Мгм, значит Лара отрабатывает должок свой. Когда-то я инвестировал в ее проект, потому что она была очень убедительной любовницей. Теперь наши отношения в прошлом. Но я имел наглость просить помощи для своей новой «любовницы». А правильнее сказать занозы в заднице, которая меня с ума сводит:
– Значит в агентство надо? – уточняю я.
– Мгм, – кивает.
– Я отвезу.
– Нет, – сопротивляется. – Мое второе правило нашего договора: никаких отношений вне моей квартиры. Только здесь.
Я аж до боли челюсти сжимаю, чтобы не начать с ней спорить. Но ничего ведь не попишешь. Я сам еще десять минут назад согласился на все ее условия. Придется хоть немного потерпеть. Усыпить ее бдительность так сказать, а там потихоньку и перетяну одеяло на себя.
– Лааадно, – тяну я нехотя. – Но ты ведь помнишь мое третье правило нашего договора?
Ресничками своими так хлоп-хлоп, мол не понимает о чем я.
Я терпеливо напоминаю:
– Что бы не случилось – звонишь мне.
– Да что там может случиться, – отмахивается. – Мы только съездим пообщаемся и обратно сразу.
– Мы?
– Ну мы с Даней, – хмурится она. – Я же без него никуда.
– Нет уж. Встреча деловая. Ему там будет неинтересно, – отрезаю я. – Так что с малым посижу я. А тебе, чтобы не скучно было, Жорика выпишу, наньчись.
– Чего?
– Говорю, если не хочешь со мной, то поедешь с моим водителем. Он за тобой присмотрит заодно. Как ты выполняешь мое третье правило. А Даня со мной побудет.
Она явно хочет что-то возмутиться, но нас отвлекает хныканье из кроватки:
– Вот и наш малыш проснулся, – тут же переключается она. – Привет, медвежонок.
Все никак не могу привыкнуть к Васе с ребенком на руках. Она будто совсем другая становится. Еще более нежная. Уязвимая.
От того мне еще сильнее хочется ее защищать.
Кажется это какой-то отцовский инстинкт рядом с этим карапузом просыпается. Однако Вася все еще не говорит, что ребенок мой.
Неужели все же не мой? Иначе стала бы она молчать, когда уже даже на отношения согласилась?
Надо бы тряхнуть Стаса, чтобы он поскорее со своим тестом дурацким разобрался.
Он может и сделал уже, но не хочет меня расстраивать? Если отрицательный получился.
Но мне ведь уже и правда без разницы, мой пацан или брата моего. Я их в любом случае уже не отпущу.
Вася садится на кровать, слегка отворачиваясь от меня. Расстегивает мою рубашку и принимается кормить малого.
Ебать.
Ну все, я окончательно посыпался. Такая нежность щемящая у меня в груди просыпается от этой картинки. Совсем не свойственная моему дурному несгибаемому характеру. Но с Васей же все через ж…
Как намагниченный подхожу ближе и сажусь на кровать у Васи за спиной.
Она вздрагивает от неожиданности, но наконец-то не уворачивается.
Не ругается.
Не пытается сбежать.
Вообще труба…
Обнимаю ее под руки, помогая ей держать Даню, и прижимаю ее худенькую спинку к своей груди. Носом в ее волосы утыкаюсь.
Так и пахнет этими дешевыми цветами ебучими. Надо ей нормальный парфюм подарить. Или…
Понимаю, что неосознанно затягиваюсь этим запахом с таким кайфом, как наркотой забористой.
Обожаю. Особенно вперемешку с молочными нотками он таким потрясным кажется.
Не нужен ей другой парфюм. Хочу чтобы она так пахла. Василисой.
Хочу и сам пропитаться этим ее запахом. Каждой клеточкой впитать ее.
– Слушай, может хотя бы ради малого замуж пойдешь, м? – предпринимаю я еще одну попытку вразумить эту упрямицу. – Пацану ведь отец нужен как-никак.
– Руслан, – тихо говорит Вася.
– М?
– Я как раз об этом с тобой поговорить хотела, – почти шепчет как-то нерешительно.
Напрягаюсь. Неужели сейчас признается?
Скажет, что Даня мой?
Да я же умру от переизбытка эмоций, если она на меня одним днем столько новостей вывалит.
Прочищаю горло и сдержанно отвечаю, чтобы не вспугнуть ее опять:
– Давай поговорим…
