Текст книги "Князь Целитель 8 (СИ)"

Автор книги: Андрей Протоиерей (Ткачев)

Соавторы: Сергей Измайлов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 8

Настал момент, когда пора ехать домой. Задерживаться дольше нет смысла и времени, если мы хотим добраться засветло хотя бы до относительно менее опасного участка.

Несмотря на все мои пожелания, практически всех военных оставить для зачистки кратера, Михаил Анатольевич и Павел Валерьевич настояли на том, чтобы порядка сотни бойцов отправились с нами в обратный путь.

– Кто его знает, что ждет по дороге, – довольно мрачным тоном сказал Михаил Анатольевич. – Не подумайте, что я чего-то боюсь, хотя и это вполне естественно. Просто мне самому и всем остальным несдобровать, если с вами вдруг что-то случится, а лично я отвечаю за вас головой. В кратере и так остается достаточно бойцов, чтобы навести здесь относительный порядок и уж, по крайней мере, обеспечить безопасность геологам и шахтёрам.

– Хорошо, – неохотно кивнул я, понимая, что он сейчас прав. – Значит, едем.

К моменту нашего отбытия несколько багги были спущены на дно кратера. На них бойцы теперь будут патрулировать периметр базы и производить разведку. С помощью радара на панели можно издалека видеть скопления монстров. При необходимости можно быстро уехать.

Здесь же остались четыре грузовые платформы, которые понадобятся для перевозки руды и других грузов от базы до канатной дороги, а также для новых разработок. Также не забываем про турели в передней и задней части этих несколько несуразных автомобилей – это достаточно мощная огневая поддержка.

Я, моя постоянная свита и Евгения выбрались на поверхность, собираясь отправиться в обратный путь. Нам выделили пять багги и почти сотню бойцов.

Буквально сердце кровью обливается забирать столько сейчас с собой, но и спорить смысла нет. Так будет спокойнее и мне, и моим людям. Матвея я посадил за руль, Стас сел рядом с ним, а мы с Женей расположились на заднем сидении.

Скорость передвижение теперь зависела больше от пеших бойцов, которые старались идти довольно бодрым шагом, несмотря на столь насыщенный день. Хотя, как я понял, именно этим бойцам удалось днем неплохо отдохнуть, так что сил на обратную дорогу у них должно быть вполне достаточно.

Вглядываясь в лесную чащу, мы с Евгенией продолжали рассуждать о природе Аномалии, о возможностях вмешательства в происходящие здесь процессы для их коррекции.

– Я прошу прощения, – сказал вдруг Стас, обернувшись ко мне. – А может, не надо? Если, как ты говоришь, «вылечить» Аномалию, где тогда будем на монстров охотиться? Добывать ценные ресурсы, растения?

– Речь не идет о полном уничтожении Аномалии как таковой, – ответил я. – Вопрос о контроле над Аномалией, сокращении её площади, уменьшении опасности для окружающих поселений. Это куда важнее, как по мне, даже потенциальной добычи ресурсов.

– А, ну это ещё куда ни шло, – вздохнул с облегчением Стас. – А то, если не будет Аномалии, то может и не быть этих месторождений.

Отвечая Стасу, я снова вспомнил про магов-менталистов, с которыми мы уже неоднократно сталкивались на территории аномалии. В голове возник вопрос: а если я начну заниматься экспериментами в Аномалии, сильно ли я буду от них отличаться?

– Может, менталисты, с которыми ты сталкивался, не такие уж и плохие? – неуверенно спросила Евгения, словно прочитав мои мысли. – Ведь вполне возможно, что все эти стычки основаны на том, что они просто защищали свои интересы. Может, они тоже просто хотят укротить Аномалию, взять контроль над монстрами?

– Хочешь сказать, что они несут только добро? – усмехнулся я. – Тогда вспомни про созданных ими новых мутантов и химер. Разве это похоже на добро? Внеочередные волны активности Аномалии, нагнетание огромного количества монстров в одну точку для усиленной атаки на Каменск. Это тоже слабо похоже на добро. Они хотят обрести контроль над Аномалией не с целью ее укрощения, а для использования сугубо в своих интересах, отличающихся от мирных и гуманных. Нет уж, цели у них явно не благородные и вовсе не миролюбивые.

– Ну да, ты прав, – с тяжёлым вздохом сказала девушка, отслеживая перемещение по веткам деревьев Кошачьих Василисков.

Я вгляделся в темнеющий лес, размышляя над тем, что же все-таки возможно сделать, чтобы Аномалия стала менее опасной для окружающих. Надо обязательно подкинуть тему моих размышлений и предположений отцу. И мои мысли по поводу того, что можно сделать, сравнительный анализ с тем, что делали эти загадочные менталисты, которые до сих пор работают неизвестно под чьим руководством.

А ещё нужно отправить отчет о работе в кратере, о найденных новых месторождениях и обнаруженной сети пещер, в которых обитает невероятное количество монстров. Обязательно продублирую этот отчет брату, пусть нагрузит заданиями наших учёных.

После небольшого изгиба дороги Матвей резко ударил по тормозам. Причем настолько резко, чтобы мы с Евгенией врезались в спинки передних сидений, едва успев выставить вперед руки, хорошо ещё скорость была маленькой, а то можно было бы и нос разбить.

– Ты чего творишь, изверг? – невольно крикнул я практически в ухо Матвея, но тут же посмотрел вперед и понял причину такой резкой остановки.

Метрах в пятидесяти впереди дорогу полностью перегораживала огромная Химера, по типу старого знакомого огромного змеепаука. Не то чтобы он был рекордно большой, почти такой же, как последний, которого я видел. Но основная проблема сейчас была не в этом. Меж деревьев справа и слева было еще по несколько штук таких же монстров, но чуть поменьше.

– Вы когда-нибудь видели такое? – не своим голосом пробормотал Стас, вертя головой во все стороны.

– Я никогда даже двух вместе не видел, – приглушенно ответил Матвей. – А тут их, можно сказать, целое стадо.

– Ваня, ты ниже посмотри. Туда, в лес, за химерами, – встревоженно произнесла Евгения, толкая меня локтем и показывая пальцем.

Я проследил за ее взглядом и увидел, как из лесной чащи между химерами выходят несколько десятков Тёмных Леших от четырех до пяти метров ростом и метра полтора в плечах. Огромные, мощные и очень опасные звери. Они неторопливо окружали наш сбившийся в кучку отряд, но пока что держали дистанцию.

Потом появились химеры Тигрового Василиска с гребнем из игл на спине и огромной головой гиены.

– А ещё наверху, посмотрите! – крикнул вдруг Стас.

Я поднял голову и увидел, что на ветки деревьев над нами забираются десятки Кошачьих Василисков. Но, присмотревшись, я понял, что это не они, а тоже химеры. Этакая странная помесь огромной древесной ящерицы с игольчатым волком.

– Огонь! – крикнул я, а сам выскочил из багги. Бой всё равно был неизбежен.

Напитав протазан энергией молнии по максимуму, я метнул его в сторону химеры, преграждающей дорогу. Сделав вираж, моё оружие пробило голову монстра насквозь, и он тут же рухнул, взметнув клубы пыли.

Полет протазана продолжался. Я начал одну за другой убивать других Химер. Рота бойцов ожесточенно отстреливалась, стараясь целиться монстрам в голову. Но тех было слишком много.

К тому же приходилось контролировать и деревья над головой. Казалось, что мутировавшие Кошачьи Василиски здесь были просто в бесконечном количестве. Убить их было несложно, но их чересчур много.

Я вернул протазан в руку, бросил возле себя на землю и начал с обеих рук швырять молнии направо и налево, и вверх, поражая монстров целыми группами, стараясь максимально черпать негативную энергию, превращая ее в свою. Евгения целенаправленно истребляла монстров, что покрупнее – Тёмных Леших и химер Тигровых Василисков, скрещенных рукой злого гения с гиенами.

Матвей выхватил из ножен свой огромный меч и выдвинулся вперёд, отрубая Лешим ноги и руки, пронзая брюхо и изредка дотягиваясь до сердца. Я буквально не узнавал простого деревенского парня, с которым приехал на поезде в Каменск из далёкого Екатеринбурга, теперь это был реально крутой воин.

Раздавая молнии, я посматривал, чтобы со всеми моими друзьями всё было в порядке. Мою безопасность обеспечил Михаил Анатольевич, раскинув купол щита. Мутировавшие Кошачьи Василиски падали сверху на невидимую преграду и отлетали в сторону.

Понял, что я не вижу Стаса, но тут же услышал совсем рядом глухие выстрелы из снайперской винтовки, парень просто стал невидимым. Повернувшись в другую сторону, я увидел, как группа пробившихся сквозь плотный огонь черных громил добралась до бойцов, расшвыривая их в стороны когтистыми лапами, одному бойцу откусили голову.

– Ах ты дичь поганая! – рявкнул я и разнёс ударом молнии голову проголодавшегося монстра.

Ещё несколько прорвавшихся я уничтожил веером мощных разрядов. Подхватив протазан, я снова отправил его в смертоносный полёт. Сил и ярости мне хватило, чтобы начисто разнести монстров со стороны, где в строю внезапно возникла брешь.

Евгения пускала светящиеся голубыми всполохами стрелы, почти без остановки, пока не опустел колчан. Запасной был в багажнике машины, но сейчас не до этого. Я протянул девушке ненужный мне автомат и продолжил уничтожать монстров молниями, срывающимися, в том числе и с навершия протазана.

Увлёкшись битвой, чуть не пропустил прорыв сзади. Я в одно мгновение поразил ударом молнии в голову нескольких Тёмных Леших, но те успели зацепить когтями пару бойцов, отбросив их в сторону.

Бой шёл на пределе сил и возможностей. Я заметил, что мой запас магической энергии приближается к нижней отметке, когда ряды нападающих монстров начали редеть. Михаил Анатольевич держал щит уже из последних сил, его лицо было искажено от дикого напряжения, по вискам стекали капли пота.

И именно в этот момент пришёл удар ментальной атаки. Совокупная мощность щита, моей личной защиты и амулетов спасли меня и всех, кто находился под щитом, задев лишь слегка. А вот остальные бойцы повалились на землю, схватившись руками за голову. Благо к этому моменту количество окружавших нас монстров приближалось к нулю.

Я присмотрелся в ту сторону, откуда почувствовал ментальное давление и увидел в кустах человеческий силуэт. Сделав вид, что я его не заметил, повернулся в сторону и запустил протазан, задав оружию сложную траекторию полета. Сначала он ушёл в сторону ещё дальше от мага, а потом по широкой дуге, наращивая скорость, обошёл несколько деревьев и ударил точно магу в бок, проигнорировав все его щиты, которые не смог пробить Валерий Павлович огненным тараном и Стас из пулемёта на крыше багги.

Ментальное давление сразу исчезло. Приближающиеся к нам из леса монстры, начали медленно отступать и растворяться в чаще. Навалившаяся тишина нарушалась только стонами раненых и предсмертными хрипами одного из Василисков-мутантов, которому Матвей яростным взмахом меча отсёк голову в один удар.

– Держи аптечку, – сказал я Жене, протягивая ей футляр с пробирками.

Сам я тем временем бросился на помощь раненым солдатам, чьи повреждения выглядели наиболее устрашающе. Боец с развороченной мощными когтями грудной клеткой даже не стонал, лишь очень часто дышал и выпученными глазами смотрел на обезглавленного соратника. Я с трудом уговорил бойца сделать глоток наркозного эликсира и приступил к лечению.

Парень потерял слишком много крови и был буквально на грани, поэтому я решил ускорить процесс и, выставив ладонь вперёд, запустил в его раны сразу несколько вихревых потоков целительной энергии. Кровотечение мгновенно остановилось, а раны начали стремительно затягиваться, превращаясь в свежие розовые рубцы. Тут уж не до красоты, важнее скорость.

Я переходил от одного бойца к другому, продолжал спасать жизни. Энергии оставалось критически мало, но я старался медитировать прямо на ходу и превращать негативную энергию Аномалии в ту, что мне нужна, балансируя на грани. Перед последним бойцом с разорванным плечом, который сидел, прислонившись спиной к колесу машины, я просто рухнул без сил на колени.

– Потерпи ещё чуток, – пробормотал я парню и закрыл глаза. – Потерпи одну минутку.

Максимально сконцентрировавшись, я начал ускоренно восстанавливать запас целительной энергии с помощью углубленной медитации, полностью отрешившись от этого мира. Когда резерв восполнился почти наполовину, я приступил к лечению. Ещё через минуту боец с удивлением уставился на полностью заросшую рваную рану.

– Благодарю, Ваше Сиятельство, – пробормотал парень. – Это же надо, словно и не бывало.

– Будь поосторожней, – сказал я ему и поднялся на ноги. – Все равно необходим отдых и неплохо бы появиться в больнице для обследования.

Раненых больше не осталось. Тех, у кого раны были небольшие, уже исцелила Евгения с помощью эликсиров. Но оставался один обезглавленный боец, с которым надо что-то делать. Везти его с собой, привязав к багажнику багги – так себе вариант.

– Надо похоронить, – сказал я сгрудившимся у тела бойцам.

– Всё равно откопают, – сказал кто-то.

– Может, и откопают, – сказал я. – А может, съедят прямо там, под землёй. Но оставлять лежать его здесь нельзя, это неуважительно по отношению к нему. В стороне от дороги копайте могилу, лопаты есть в каждой машине.

– Ни к чему эта задержка, Ваше Сиятельство, – вкрадчиво произнёс Михаил Анатольевич практически мне на ухо. – Нам надо двигаться дальше и как можно быстрее.

– Сначала похороны, как положено в боевых условиях, – не терпящим возражений стальным тоном ответил я, возможно, чуть громче, чем хотелось.

– Похороним, Ваше Сиятельство, – хором ответили бойцы и дружно закивали. – Мы быстро.

Очень неприятный момент, но так бывает, что в Аномалии погибают люди – суровая правда жизни, и они не виноваты, что отдали свою жизнь за других.

Четверо бойцов довольно быстро вырыли в красной почве яму больше метра глубиной и осторожно опустили туда тело. Все быстро построились у импровизированной могилы и отдали последнее воинское приветствие, затем начали закапывать тело. Ещё через пару минут отряд принял боевое построение и в ускоренном темпе двинулся дальше, соблюдая гробовое молчание.

Через пару минут бойцы стали перешёптываться, и командир роты обратился ко мне.

– Ваше сиятельство, – осторожно спросил офицер, поравнявшись с машиной. – Ребята предлагают перейти на бег, чтобы быстрее миновать этот лес. Дальше страшнее Игольчатых волков уже никого не будет.

– Я только за, – ответил я, пожимая плечами. – Мне просто ребят жалко загонять. Но если они сами вызвались, то я не возражаю.

– Бего-о-ом марш! – крикнул капитан так громко, что с ветки дерева на нас чуть не свалился Кошачий Василиск.

Бойцы тут же ускорились, переходя на бег. Матвей тоже немного поддал газку, чтобы держаться наравне с солдатами. Минут через двадцать мы уже были в более безопасном месте. Но и этот лес решили преодолеть в ускоренном темпе.

Вскоре лес закончился, и впереди осталась лишь покрытая редким невысоким кустарником и пучками сизой травы равнина. Солнце уже больше, чем наполовину опустилось за горизонт, сгущались сумерки. Немного впереди, справа от дороги, я заметил небольшую тень, шмыгнувшую в кусты.

– Остановись там, – сказал я, указывая Матвею на островок из нескольких невысоких кустиков.

– Приспичило, что ли? – сочувственно спросил Стас, но тут же осёкся, глянув на Евгению.

– Можно и так сказать, – усмехнулся я. – Но не совсем то, что ты имеешь в виду. Возьмите на багажнике металлический ящик с инструментами, выложите все инструменты в любой мешок, а пустой ящик предоставить мне.

– Решил-таки поймать? – настороженно спросила девушка, а увидев мой кивок, улыбнулась.

Она сейчас была единственной, кто сразу понял, зачем мы остановились. Остальным я приказал идти на выход из Аномалии, где бойцов уже давно ждали броневики и грузовики. Рядом со мной осталась только багги, где сидели мои помощники и ещё двое солдат, остальные с нетерпением двинулись дальше, прекрасно понимая, что их князю здесь уже ничто не угрожает.

Ёж забился в самую глубь небольшого скопления кустов, и нам в итоге стоило немалых усилий его оттуда достать, отмахиваясь при этом от выпускаемого им тумана. Учуяв запах, я начал соглашаться с источником этого тумана, который ранее предполагали мои друзья.

Через десять минут начавший проявлять агрессию зверь оказался в железном ящике, и я плотно закрыл крышку, подложив под неё с одной стороны ремонтную перчатку, чтобы животное не задохнулось.

– И что ты собираешься с ним делать? – спросил Стас, когда мы уже были во дворе особняка.

– Скоро узнаешь, – усмехнулся я. – Пусть Матвей отвезёт домой Евгению, а ты найди мне подобие сетки, чем прижать это чудовище к земле.

– Так не пойдёт, никуда я не поеду! – возмутилась девушка. – Мне тоже интересно посмотреть, что будет.

– А что будет? – спросил теперь Матвей, когда Стас ушёл по моему поручению.

– Ещё один, – усмехнулся я. – Наберись терпения и жди.

Стас притащил кусок сетки-рабицы, догадался прихватить колышки и молоток. Мы выгрузили ежа на газон, тут же накрыли сеткой и прочно фиксировали её к земле в целях безопасности. Зверь при желании мог неплохо покусать, зубов у него хватает.

Я сел на сетку рядом с ним, поднёс к колючей спине ладонь и начал потихоньку подавать целительную энергию, постепенно вытесняя негативную энергию Аномалии и усиливая поток. Сначала зверёк возмущённо зафыркал, потом заверещал и затих.

– Сдох, что ли? – выдохнул Матвей.

Я ничего не ответил и продолжал, сердце маленького монстра продолжало биться, я знал это точно. Ещё несколько минут мягкого воздействия, и ёж задышал глубже, осторожно поднял на меня мохнатую мордаху и уставился на меня светящимися красными глазами. Что-то мне это напомнило.

– Снимаем сетку, – сказал я, поднимаясь.

Ребята шустро начали вытаскивать вбитые в землю колышки и убрали рабицу в сторону, тут же отойдя подальше. Ёж принюхался, водя носом во все стороны, но убегать и не собирался, а снова уставился на меня. Что-то мне это напоминает.

«Иди вперёд», – послал я ему мысленную команду и указал направление.

Зверёк, недолго думая, уверенно потопал туда, куда я указал.

«Стой!»

Зверь послушно остановился.

«Кувыркнись!» – приказал я и тут же последовал кувырок.

Зверь меня беспрекословно слушался. Неподалёку появился Федя, с интересом наблюдая за новым жителем особняка.

«Вы друзья», – послал я мысленно обоим животным, и они неторопливо подошли друг к другу, знакомясь с запахами.

– Федя, укажи нашему новому члену команды, где его дом, – сказал я уже вслух.

Оба зверька уверенно засеменили куда-то в сторону построек за особняком.

– С ума сойти, – выдохнул Матвей. – Ты его не только вылечил, но и приручил!

Глава 9

Довольно обычное для сентября серое осеннее утро уговаривало меня остаться под одеялом, но я нашёл в себе силы подняться, как только прозвенел будильник. В принципе, большой проблемы для меня это никогда не составляло, здесь главное – привычка и настрой. Да и потом, я просто не мог себе позволить такую роскошь, как проваляться в постели до обеда, слишком много дел предстоит.

Завтрак, как обычно, в семь двадцать, к которому я пришёл, как всегда, вовремя.

– Доброе утро, – не особо жизнерадостно приветствовали меня парни.

– Доброе, – усмехнулся я, глядя на их кислые физиономии. – А чего так невесело?

– Ненавижу такую погоду, – со вздохом признался Стас.

– Такая же ерунда, – подтвердил Матвей.

– И это мне, княжичу, говорят люди, которые выросли, считай, в деревне, с детства приученные вставать с первыми петухами? – спросил я, продолжая улыбаться, и моё настроение начало потихоньку передаваться друзьям.

– Так то-то и оно, – уже с едва заметной улыбкой продолжил Матвей. – Что мечтал уехать в город, чтобы спать до обеда, а с тобой особо не побалуешь.

– И правильно, – усмехнулся я. – Леность – это смертельный грех. Радуйтесь, что я еще не какой-нибудь заносчивый аристократ, а то еще и ели бы в разных местах. Так хоть о делах поговорить можно и кухня у меня получше будет. Неправда ли?

Мы как раз с аппетитом уплетали за обе щеки плоды бурной фантазии нашего повара, когда внезапно раздался стук в дверь. Я невольно напрягся.

– Входите, – громко сказал я, мы дружно смотрели на дверь.

Если дворецкий не доложил о госте, значит, это кто-то из своих. Странная избирательность – скажу, чтобы теперь обо всех докладывал.

Дверь приоткрылась, и в столовую вошли два моих помощника. Я тяжко вздохнул. Может, им, правда, лучше никуда не уходить, а поселить их прямо здесь, в особняке?

– Доброе утро, Ваше Сиятельство! – довольно бодро приветствовал меня Михаил Анатольевич.

По его лицу сейчас было трудно понять, какую новость он принес. Похоже, он сам сомневался, как на нее реагировать.

– Рассказывай, – кивнул я, мы все застыли в ожидании.

– Пришло приглашение на бал, – сказал Михаил Анатольевич и сделал многозначительную паузу.

– В шесть утра? – уточнил я.

– Да нет, – едва заметно улыбнулся Михаил Анатольевич. – Пришло оно вчера вечером, когда мы ещё не вернулись из Аномалии, просто корреспонденцию я начал проверять утром. Ну вот я и решил, что нужно по возможности раньше донести, чтобы у вас было пространство для манёвра.

– И куда нас приглашают? – спросил я.

– Вас, Иван Владимирович, приглашают на бал у Салтыковых, – осторожно произнёс мой помощник и чуть съёжился, словно ожидая удара.

– У кого? – удивлённо переспросил я.

Мне кажется, я на какое-то время даже забыл, как дышать. Хотелось сказать много чего интересного, но это было бы не очень благозвучно, особенно за столом.

– Может, шли бы они лесом, – предложил я, отодвигая пустую тарелку.

– К сожалению, такой вариант не пойдёт, – вздохнул Михаил Анатольевич. – Древний род, очень уважаемый, такой же, как и ваш. Открытого конфликта нет, официально обозначенной конфронтации тоже нет. Салтыковы отмечают сегодня день рождения младшей дочери, которой исполняется восемнадцать. Так что идти надо обязательно, иначе будет большая обида и повод для распространения нехороших слухов.

– Ты сказал, это будет сегодня? – переспросил я, перебирая в голове список неотложных дел.

– Да, – уверенно и с некоторым сочувствием кивнул мой помощник. – В шесть вечера.

– Понял, – сказал я. – Может, всё-таки с нами позавтракаете?

– Нет, спасибо, мы уже, – покачал головой Михаил Анатольевич. – Можем идти?

– Идите, – кивнул я, потянувшись за чашечкой кофе. – Если что, я вас позову.

Помощники дружно поклонились и исчезли за дверью, а я задумчиво пытался сосчитать пузырьки воздуха на поверхности напитка, собираясь с мыслями.

– С ума сойти, – пробормотал Матвей. – У вас всё сложно в аристократическом мире.

– Сам немного в шоке, – усмехнулся я.

– Раз бал, значит, будут танцы, – безразлично констатировал Стас. – Значит, по-любому будет весело.

«Евгению с собой позову, – подумал я про себя. – И она немного развеется, и мне будет с кем танцевать, так как всё равно придется, уж лучше с ней. Гораздо лучше. Не хочу себе выбирать пару из местных напыщенных девиц».

– Вы и мои помощники поедете со мной, – сказал я уже вслух.

– А мы-то зачем? – удивился Матвей.

– Здравствуйте, приехали, – развел руками Стас. – Мы, вообще-то, считай, личные телохранители его сиятельства. Так что нам обязательно надо везде рядом быть.

– Помощники, естественно, тоже, и часть личной гвардии, – добавил я. – В некотором количестве обязательно должны присутствовать, пусть и не всегда рядом со мной. Всё-таки я княжич, а не какой-нибудь уездный барон.

– Понятно, – кивнул Матвей. – Ну я же не возражаю, что вы так сразу набросились?

После завтрака я вернулся в комнату и зашел в гардеробную. В отдельной ячейке висел мой особый костюм для таких исключительных случаев. Нарядный, с гербами, но это не самое главное его отличие, так-то нарядными были все костюмы. Но этот обладал еще и встроенной магической и энергетической защитой. Секретные разработки концерна Демидовых.

Внешне обычный, красивый костюм. А если коснется дело, то его не взять ни пулей, ни мечом. От большинства магических атак тоже защитит.

«Черт побери, надо же костюмы и Матвею со Стасом, – подумал я. – Не пойдут же они на бал в броне для походов в Аномалию».

Я позвонил Михаилу Анатольевичу и поручил им с Валерием Павловичем одеть моих телохранителей соответственно. Чтобы на таком общественном мероприятии они выглядели солидно. Не забыл упомянуть и майора Федулова с десятью бойцами на его выбор. Пусть побудут в сторонке, чтобы иметь возможности прийти на помощь в случае плохого развития событий.

Сам же я в гордом одиночестве направился через главные ворота в сторону лаборатории алхимиков. Моросил едва заметный, но достаточно противный дождь, но я всё же отказался ехать на машине.

Еще не было восьми, а Женя уже на месте, запускает установки синтеза. Рядом суетятся два помощника, тоже ранние пташки. Увидев меня, девушка улыбнулась и пошла навстречу.

– У меня для тебя приятная новость, – сказал я, улыбаясь на манер Михаила Анатольевича – не то грустно, не то радостно.

Евгения сначала обрадовалась, но потом заметила мое странное выражение лица.

– Что за новость? – спросила она.

– Сегодня вечером мы идем на бал, – сказал я, словно сам за неё уже решил.

– На бал? – удивлённо переспросила девушка.

– Да, – подтвердил я. – У Салтыковых.

Евгения молча подняла брови, продолжая с вопросом смотреть на меня.

– Да-да, ты не ослышалась. Младшей дочке Салтыковых сегодня восемнадцать, и они очень хотят видеть меня на балу в честь ее дня рождения, а без тебя я пойти не могу.

– Хоть что-то приятное в этой новости, – едва заметно улыбнулась девушка.

– Прости, что это больше будет спецзадание, а не отдых, но мы постараемся получить удовольствие, – обнадёживающе произнёс я, потом добавил: – Насколько это возможно.

– Хорошо, – уверенно кивнула Евгения, уже не улыбаясь, и уже собиралась уйти, погруженная в размышления.

– В пять выезжаем, – сказал я, сделал шаг навстречу и дотянулся до нее, чтобы поцеловать щечку, затем развернулся к выходу.

Внезапно меня на самом пороге осенило, и я резко повернулся обратно.

– Ты можешь прямо сейчас отсюда уйти? – обратился я к девушке, которая уже хотела вернуться к работающим установкам.

– А что случилось? – спросила Евгения. – Ещё какая-то новость?

– Нет, – тихо рассмеялся я. – Всё в порядке. Поехали к Герасимову с образцами, время у нас пока есть.

– Конечно, поехали, – наконец-то радостно улыбнулась Евгения, махнула рукой своим ассистентам, бросила халат на ближайший стул, и мы вместе вышли из лаборатории.

Рюкзак с контейнерами и банками, в которых лежали образцы тканей и жидкостей монстров из кратера, так и лежал не разобранным в холодильнике, в одном из подсобных помещений. Андрей подогнал машину, мы сели на заднее сиденье, я поставил рюкзак на пол, и мы отправились в госпиталь.

Видели бы вы лицо Анатолия Федоровича, когда он, оторвавшись от окуляров микроскопа, увидел, как мы из рюкзака начинаем выставлять на стол непомерное количество материала. Еще больше он удивился, когда мы объяснили свою задумку, и что от него требуется. Герасимов задумался, нахмурился, а потом хитро улыбнулся.

– Ты не поверишь, Ваня, – сказал мой наставник, качая головой. – Я этим уже давно занимаюсь. Но эти твари из кратера немного отличаются от того, что я исследовал ранее. Так что оставляйте ваши склянки, сделаю анализы и скорректирую свои заключения.

– Без нас, если что, справитесь? – спросил я.

– Справлюсь, не переживай, – усмехнулся Анатолий Федорович. – У меня, вон, помощник есть. Костя, иди-ка сюда! – позвал он, выглянув в проход.

– Иду, – послышался голос Константина из дальнего угла лаборатории, его мы даже не увидели, когда зашли.

– Ой, привет! – сказал парень, довольно улыбаясь, когда увидел нас. – А вы какими судьбами?

– Зашли вот в гости ненадолго, – сказал я, пожимая ему руку. – И то только для того, чтобы нагрузить вас с Анатолием Федоровичем новой проблемой. Так что, считай, что день твой безнадежно загублен.

– Опять делать срезы, – поморщился парень, покосившись на ряды банок с образцами. – Ладно, ничего страшного, – махнул он рукой.

– Много срезов, Костя, – усмехнулся Герасимов. – Очень много!

Оставив их наслаждаться процессом исследования, мы поехали по своим делам. Женю завез обратно в лабораторию, сам сразу вернулся домой, так как мне уже пятый раз прислал сообщение Михаил Анатольевич, сказав, что я здесь очень нужен.

– Ну что опять случилось? – беспокойно спросил я, подходя к крыльцу, на котором стоял взволнованный помощник.

– Вот чтобы ничего не случилось, – загадочно начал Михаил Анатольевич, – нужно немного поработать.

– С чем поработать? – насторожился я.

– Не с чем, а с кем, – сказал мой помощник и улыбнулся от уха до уха. Такого я еще никогда не видел. – Ясное дело, с хореографом.

– Что? – переспросил я.

– Именно так, Ваше Сиятельство, – сказал довольный Михаил Анатольевич, словно ему наконец-то удалось осуществить план мести. – Вы, как говорится, не должны ударить лицом в грязь, поэтому неплохо будет немного потренироваться.

– Боже, – вздохнул я и поднялся вслед за ним на крыльцо.

Затем мы сразу направились в зал для конференций. Столы и стулья здесь уже были раздвинуты в разные стороны, и в центре освобождена достаточно большая площадь, посреди которой стоял немного странный мужчина лет сорока во всем облегающем и в полурастегнутой рубашке.

Как-то я немного по-другому представлял современные танцы на балах у князей. Тут больше было похоже, что он собирается танцевать фламенко. Проблема в том, что я не очень хорошо видел себя в роли его партнерши.

Но мой первый взгляд на него оказался ошибочным. К нетрадиционным ориентирам этот представитель творческой профессии никакого отношения не имел, просто был сильно влюблен в свою работу.

Учебный процесс начался с демонстрации нескольких довольно простых па, поворотов и разворотов, которые он мне продемонстрировал и попросил попытаться повторить. Тоже мне, нашел, чем удивить. В юности со мной неплохо занимались по наставлению отца, так что я все его элементы повторил с абсолютной точностью и, вполне возможно, с не меньшей грациозностью.

Это вызвало в его глазах удивление, а затем довольную улыбку.

– Сработаемся, – довольно сказал мужчина, затем мы перешли к основному этапу.

К обеду я вышел изможденным не меньше, чем после того изнуряющего двухдневного похода в зону Аномалии. Мне даже пришлось зайти в комнату, чтобы сменить рубашку.

Когда я вышел в столовую, увидел Стаса и Матвея в строгих, но довольно элегантных костюмах. Парни стояли у окна и смотрели, как на газоне резвятся Федя и недавно прирученный ёж.

«Кстати, этому зверю тоже надо бы дать имя», – подумал я.

Парни смеялись и о чем-то спорили, потом, услышав мои шаги, резко обернулись. Таких довольных физиономий я у них давно не видел.

– Теперь мы и сами почти как князья, – сказал довольный Матвей. – Прошу заметить, у нас тоже есть особая защита, – добавил он. – Только не в самом костюме, а под костюмом.