Текст книги "Князь Целитель 8 (СИ)"

Автор книги: Андрей Протоиерей (Ткачев)

Соавторы: Сергей Измайлов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

– Без команды не стрелять, – уже тише сказал я.

Все замерли, даже старались не дышать, чтобы не пропустить ни единого звука. Теперь уже были слышны шаги со всех сторон: шарканье десятков ног, скрежет растоптанных камешков. Чуть позже появился рык, и монстры пошли в атаку.

Здесь внизу туман был не таким густым, как сама шапка, но всё равно он был. И из него начали выплывать тени в очень большом количестве. Здесь теперь были не только те самые каменные гориллы, но и что-то, напоминающее обычных львов, только вдвое выше в холке, соответственно, шире в плечах.

Вместо мохнатой шкуры, монстры были покрыты серыми бронепластинами, похожими на каменную поверхность. Всё это смахивало на какую-то пустыню Гоби, которую натянули на монстров. Словно засохшая грязь растрескалась и разделилась на подобие чешуек.

– Усиленными, огонь! – крикнул я, когда до ближайших монстров оставалось порядка тридцати шагов.

Ещё до того, как спускаться, я сказал бойцам зарядить те самые усиленные патроны с новым образцом взрывчатки. Пространство вокруг нас стало полыхать голубыми вспышками, разнося атакующих тварей на куски. Львы оказались попрочнее – один выстрел их только останавливал, а вот второй или третий уже добивали. Меня такое, признаться честно, удивило. Что же тогда будет с Каменным Василиском?

Теперь пространство позволяло мне испытать протазан на полную катушку. Выбрал направление полёта, сказал бойцам в ту сторону не стрелять и швырнул копьё, продолжая держать руку направленной вперёд. С её помощью я управлял полётом. Каменных горилл и львов копьё пробивало без остановки, слегка снижая скорость, которую мне приходилось постоянно увеличивать.

Я постепенно расширял полёт протазана, уничтожая монстров десятками. Бойцы молча смотрели в коллиматорные прицелы, как падают пробитые копьём монстры, так и не дойдя до нас.

За несколько минут бой закончился. Пару десятков красных точек стремительно ринулись обратно, спасая свою жизнь.

Перед тем как подать сигнал, чтобы спускались геологи и строители, я решил сначала расширить зачищенную площадь. Увеличив масштаб карты нейроинтерфейса, я увидел, что монстры не разбежались совсем далеко, и к ним присоединялись новые. Поэтому мы продолжили зачистку.

Чуть правее от нужного нам курса я заметил жирную красную точку, наиболее вероятно соответствующую Каменному Василиску. Взяв с собой двоих помощников, моих парней и Евгению, я двинулся в сторону гиганта, а остальным приказал оставаться на месте и отстреливать всё, что они увидят.

Когда выдвинулись в туман, в сторону от основного отряда, мелькнула мысль, как бы нам не попасть под дружественный огонь. Но я знал, что у каждого командира, вплоть до командира отделения, на предплечье фиксирован небольшой планшет с картой, на котором видно приближение монстров и группу белых точек, которой являлись теперь для них мы.

Туман отрезал нас от отряда, мы приближались к крупному и очень опасному монстру с непробиваемой шкурой.

– Вот попробуешь теперь в более серьёзном деле свой смертоносный протазан, – негромко произнёс Матвей, шагавший рядом.

– Именно этим и собираюсь заняться, – усмехнулся я. – Только меня прочность этого монстра немного настораживает. Пока что никто не стреляет, ждите моей команды.

Впереди уже нарисовался силуэт огромного монстра, который уверенным шагом двигался нам навстречу. Он приблизился шагов на пятьдесят, его было уже видно достаточно хорошо. Я вышел вперёд и бросил протазан. Сейчас решил сделать так же, как совсем недавно в тёмном лесу с Химерой.

Обвитое золотистыми молниями копьё ушло в сторону, закладывая вираж и набирая скорость, затем прошило защищённую каменной бронёй тварь насквозь в области грудной клетки. Монстр остановился и захрипел, всё ещё продолжая стоять на ногах.

Полёт протазана продолжался. Я вывел его на новый вираж, в этот раз пробил гиганту голову у основания, отсекая тем самым спинной мозг, после чего тот осел на передние ноги и рухнул набок замертво.

Протазан вернулся в мою руку.

– Зачем я только с собой автомат брал? – усмехнулся Матвей. – Лучше бы взял с собой видеокамеру. Ходил бы всё снимал, как репортёр. Жаль, что электроника в Аномалии почти не работает.

– И куда бы ты потом дел это видео? – с ухмылкой спросил его Стас. – Отправил бы на какой-нибудь новостной канал?

– А почему бы и нет? – спросил Матвей, пожимая плечами.

– Никаких новостных каналов, – пресёк я продолжение их спора. – Никто не знает, что здесь происходит, и пусть остаются в неведении дальше. Чем меньше знают, тем крепче спят.

– Вот тут я не совсем согласен, – решил всё-таки высказаться Матвей. – Если наши конкуренты будут видеть, что ты творишь с копьём, то у них отпадёт и малейшее желание чинить какие-то козни.

– Не думаю, что отпадёт, – покачал я головой. – Чужими руками можно делать всё, что угодно, и не задумываясь, что с этими руками может случиться. Лучше пусть это будет сюрприз для них, если вдруг они решат открыто встать у нас на пути.

– Ты не против? – спросила вдруг Евгения, глядя на меня и указывая на монстра.

– Только быстро, – сказал я, уже поняв, о чем она.

Девушка направилась к мёртвому ящеру с целью добыть из него магические кристаллы. Мы впятером встали вокруг, чтобы охранять на случай появления других монстров.

– Я всё, – сказала Евгения, убирая пару довольно крупных кристаллов пятого ранга в карман своего небольшого рюкзачка, не прошло и пары минут.

– Идём обратно, – скомандовал я, посмотрев перед этим на карту и убедившись, что рядом нет монстров.

Со стороны оставшегося отряда послышалась довольно интенсивная стрельба. Значит, снова завязался бой. Несколько пуль пролетели мимо нас, тогда я сказал всем спрятаться за небольшим скальным выступом, чтобы не пострадать самим от случайного рикошета.

Хоть ноги и просились бежать туда, чтобы помочь, но желания пострадать от пуль своих же бойцов не было никакого. Видимо, там у них совсем плохо, если они, даже не смотрят на радары, не отслеживают, где мы находимся. Остаётся теперь только надеяться, что они справятся без нас.

Когда стрельба стала утихать, и пули мимо нас свистеть перестали, мы сразу двинулись дальше.

Количество убитых каменных горилл и огромных львов, лежавших на каменной поверхности дна кратера, увеличилось в разы. Такое впечатление, что мы перед этим отбили лишь авангард, а сейчас пришло основное войско. Теперь же оно было полностью ликвидировано.

Но, к сожалению, не обошлось без потерь. Одного бойца каменный лев перекусил пополам. Ещё несколько были тяжело ранены львами и гориллами. Порядка пятнадцати человек лежали на земле, истекая кровью.

Евгения тут же сориентировалась и достала из рюкзачка дежурный комплект пробирок с целебными эликсирами.

– Сначала самым тяжёлым давай наркозный, я ими займусь в первую очередь, а ты на себя заберёшь тех, кто полегче, – сказал я девушке.

Мы начали с бойца, который пострадал больше всего, и я решил одновременно лечить ему сразу несколько ран, так как время было дорого. Другие бойцы тоже могли истечь кровью, и уже спасать будет некого.

Перед тем как запустить сразу четыре тонких энергетических вихря в его раны, я вспомнил рисунок Анатолия Фёдоровича. Сконцентрировать энергию в определённых точках на ладони. Создать четыре группы, из них пойдёт поток, завихряясь и направляясь в нужную сторону.

Моё магическое зрение позволяло отслеживать каждый поток, но со стороны этого не было видно. На полное заживление глубоких рваных ран ушло около десяти секунд. Я, не останавливаясь, тут же приступил к следующему бойцу.

За несколько минут всех удалось поставить на ноги. Жаль, что таким способом нельзя отрастить новую руку, а лишь заживить раны. Одному бойцу её откусили. Единственное, что я смог сделать, это сформировать нормальную культю чуть ниже локтя, теперь дело за хорошим протезом.

Боец удивлённо посмотрел на свою руку, в его взгляде были смешаны радость, что всё закончилось, и тяжёлое потрясение от того, что у него теперь нет руки.

– Ничего, – сдавленно прохрипел боец, даже постарался улыбнуться. – Буду справляться с автоматом и одной рукой.

Парень сразу продемонстрировал, как он будет это делать, подперев культей левой руки цевьё автомата и уставившись в коллиматорный прицел. Тут же последовал выстрел, и на землю рухнула крупная каменная горилла с разорванной грудной клеткой. Прозвучало ещё несколько одиночных выстрелов. Я проверил карту и понял, что теперь уже с монстрами окончательно покончено, по крайней мере, в этом секторе.

Ну ничего, такие храбрецы мне еще нужны. Ну а руку при должном усилии и наблюдении целителя можно попытаться отрастить новую. Даром я, что ли, шестой круг взял? Правда, это будет болезненно, если верить тем статьям, что я читал, но тут уже от человека зависит – согласится он или нет.

– Подавай сигнал, – сказал я Валерию Павловичу, который уже стоял в ожидании с ракетницей в руке.

Мой помощник выстрелил в зенит. Яркая зелёная ракета исчезла в тумане, осветив его на какое-то время. Этот сигнал должны заметить сверху. Через минуту томительного ожидания я увидел, как по каменной насыпи спускается ещё взвод бойцов, которые помогают спуститься геологоразведчикам, строителям и шахтёрам.

Первым делом они принялись за монтаж нижней опоры канатной дороги. Высокие стойки фиксировали к каменной поверхности большими анкерными болтами. Конструкция из трёх опор должна быть достаточно устойчивой, но всё же смонтировали дополнительный упор под сорок пять градусов. Теперь это всё не рухнет даже при нагрузке порядка десяти тонн, а то и больше.

Как только мачта была установлена, тросы натянуты, сразу включили привод. Вниз стали спускать один за другим контейнеры с оборудованием.

– Эй-эй! Поосторожнее с этим! – засуетился инженер, когда бойцы подхватили контейнер с маркировкой «Хрупкое».

Глава 6

По только что сооруженному подобию канатной дороги продолжали приходить контейнеры, металлические балки, панели, тяжелое оборудование, которые тут же снимали с троса и отвозили в сторону на гидравлических тележках, освобождая место следующим.

Первым делом распечатали тот самый контейнер с большой кровавой надписью «Хрупкое». В нём оказалось сложное оборудование для сканирования и обнаружения жил, богатых ценными ископаемыми.

Прямо на месте смонтировали конструкцию на колёсах, увешанную сложными приборами. Громоздкость компенсировалась тем, что всё это передвигалось само под управлением разведчика.

Взвод только что прибывших солдат и геологоразведчиков, а также я со своими помощниками и Евгенией двинулись в сторону центра кратера. Насколько я помню, та самая скала с витающими над ней флюидами была где-то здесь, недалеко. И правда, до нее оказалось не больше трёхсот метров.

Ученые развернули сложное оборудование, установленное на колёса и стали сканировать грунт вокруг скального выступа, сопровождаемые половиной взвода бойцов, остальные охраняли периметр.

– Идём в эту сторону, – сказал вдруг один из геологов-разведчиков, тот, что постарше, видимо, он у них главный.

Они начали уходить от скалы в сторону – на запад.

– Почему они уходят? В скале же есть тот самый деларит? – тихо спросил Матвей.

– Значит, так надо, им виднее, – ответил я. – Или ты хочешь с ними поспорить? Ну попробуй.

Весь отряд последовал за учёными, которые продолжали медленно передвигать тележку с оборудованием, глядя за показаниями приборов и за изображением на большом голографическом экране.

Разглядывая всю эту конструкцию, я немного удивился. Выходит, что электроника может работать в зоне аномалии? Ну, скорее всего, для неё придумали какую-то особую защиту от воздействия негативной энергии. Без этого нагромождения приборов, выявить залежи деларита и элирида будет очень сложно. Тогда придётся просто перекопать половину кратера или просто начинать с этой скалы.

Тележка остановилась в метрах пятидесяти от выступа с флюидами.

Некоторое время продолжалось сканирование, потом главный из разведчиков остановил продвижение тележки и повернулся ко мне.

– Копать здесь будем, – сказал он с довольной физиономией, словно нашёл клад. Впрочем, так оно и было. – Глубина залегания около пятнадцати метров.

– Почему именно здесь? – решил я удовлетворить не только своё любопытство.

– Дело в том, что деларит есть и в самой скале, – терпеливо начал пояснять мужчина. – Но там выходит лишь тонкая жилка к поверхности. Здесь, прямо передо мной, она в десятки раз толще и поверхностная порода более пористая, легче будет добраться. А там уж моторизированными проходчиками будем выбирать породу в обе стороны вдоль жилы.

– Понятно, – кивнул я. – Значит, начинаем здесь.

Получается, что мы не так далеко отошли от места выгрузки, но за туманом не было видно, махнуть рукой и позвать сюда шахтёров не получится. Но и это оказалось не проблемой, учёные были предупреждены о плохой видимости и запаслись специальными сигнальными фонарями.

Разведчики продолжили сканировать жилу, пометив точку входа краской из баллончика, ею же помечали направление самой жилы, так же потом будет разрабатываться и шахта.

Дальше принялись за поиски жилы элерида. Для этого пришлось вернуться обратно к камню, потом порядка полсотни шагов отойти на север, где возле небольшой груды камней я находил те самые маленькие жёлтые камешки.

Разведчики покатали свою тележку туда-сюда, наконец обнаружили то, что искали. Вдоль жилы также продвинулись на запад, уже на меньшее расстояние. Так, получается, расстояние между двумя шахтами порядка семидесяти шагов или чуть больше. Значит, возводить временный дом для рабочих нужно точно посередине между этими двумя точками, так входы в шахту будут даже в пределах видимости и их будет легче охранять.

– Теремок посередине будут строить? – спросил Стас, и я в очередной раз заметил, как поморщился от такого обращения Михаил Анатольевич.

– Да, здесь оптимально, – ответил я.

Надо бы уделить время и поговорить с ребятами, что все те шуточки, что мы отпускали между собой, в присутствии моих подчинённых, лучше не стоит произносить вслух. Все же сейчас все стало несколько иначе.

Я обернулся в сторону, где разгружалось оборудование. С удивлением увидел появляющуюся из тумана большую квадратную тень, движущуюся в нашу сторону.

Нет, это не монстр, это ехала первая грузовая платформа, нагруженная даже больше, чем обычно. Значит, они как-то умудрились спустить вниз это корыто на колёсах, пока мы здесь сканируем недра земли.

Вместе с машиной прибыла ещё рота солдат, а также все шахтёры и рабочие-строители. С помощью манипулятора начали разгружать балки и панели, другие прямо с ходу начали сооружать быстровозводимое здание. Зажужжали инструменты, затарахтел руководитель строительства, раздававший указания.

Работа закипела вовсю.

Через пять минут подъехала ещё одна грузовая платформа, еле передвигающаяся из-за тяжести сложенных на неё контейнеров и стройматериалов. Скорее всего, эти две машины они решили оставить здесь, на дне кратера, чтобы доставлять руду от места добычи к канатной дороге.

Я решил пока идёт стройка разведать территорию вокруг, по возможности зачистить от монстров. Понимаю, что подобной работы здесь непочатый край, но надо же её когда-то начинать. Взяв с собой всех своих помощников, Евгению и взвод солдат, отправился дальше вглубь кратера, чтобы потом свернуть в сторону и сделать большой круг, зачищая по пути всё, что попадётся, чтобы обезопасить место добычи ценной руды.

Мы отошли уже не меньше, чем на полкилометра, когда я услышал сзади звук работающего огромного отбойного молотка. Значит, шахтёры, не теряя времени, уже начали вгрызаться в грунт, пока возводятся здания и защитные сооружения.

Карта нейроинтерфейса выявила по ходу следования большое скопление красных точек, несколько десятков, которые начали неторопливо двигаться нам навстречу. Скорее всего, это те самые каменные гориллы. Очень даже хорошо, мне как раз надо нарабатывать навык управляемого полёта копья с энергией молнии.

– Без команды не стрелять, – коротко бросил я остальным и уверенно направился навстречу надвигающейся стае.

Заряженный протазан полетел вперёд, когда силуэты трёхметровых монстров стали достаточно чётко видны. Мои бойцы замерли позади, готовые прикрыть меня в любую секунду.

Я разогнал протазан по кругу, затем начал смещать петли его полёта вперёд, пробивая монстров насквозь, сразу по два, а то и по три. Скорость полёта почти не снижалась, все монстры были уничтожены меньше, чем за минуту.

– А мы здесь точно нужны? Может, ты просто один погуляешь? – ухмыльнувшись, спросил Матвей, поравнявшись со мной, когда все гориллы лежали на земле неподвижно.

– Я-то, в принципе, могу, – сказал я, добивая ударом протазана гориллу, которая вдруг попыталась встать. – Просто этих тварей вдруг может оказаться гораздо больше, чем я смогу осилить.

– Да ладно, я шучу, кто ж тебя одного отпустит? – тише произнёс Матвей, незаметно хлопнув меня по плечу.

Весь отряд подтянулся ко мне, и мы продолжили обход площади кратера. Диаметр кратера, по показаниям спутников был не менее трёх километров. Учитывая наличие этого достаточно густого тумана, по его площади с целью зачистки можно ходить неделю. Но всё равно это делать надо, иначе армия каменнокожих разнесёт наши постройки, несмотря на все ухищрения с артефактами, амулетами, наплевав на пулемётные турели, которые просто не будут справляться с таким количеством.

– Ещё одна такая скала, – сказала Евгения, которая шла в нескольких метрах справа от меня и, указывая на силуэт выступа, над которым виднелись зеленоватые всполохи.

Мы подошли ближе к скале и увидели над ней подобие северного сияния, даже более выраженного, чем там, где мы начали копать.

– Послушайте, ведь не только мне одному кажется, что здесь надо было копать? – спросил Павел Валерьевич.

– Здесь будем копать в следующий раз, – спокойно ответил я. – Та точка намного ближе к месту входа в кратер и, судя по счастливому лицу геолога-разведчика, делорита там тоже хватает.

Пройдя в относительной тишине ещё метров триста, пришлось остановиться. Карта показывала, что мы находимся примерно в середине кратера. Перед нами было странное озерцо из серой жижи, периодически выпускающее наружу большие пузыри. На поверхности серой жижи я заметил всплывающие, словно искры, жёлтые и голубые крупинки. Получается, что здесь делорит и элерид находятся во взвешенном состоянии, их просто нужно отфильтровать.

– Давайте-ка притащим сюда геологов, – сказал я Михаилу Анатольевичу. – Отложим зачистку на потом.

Мы уже развернулись в обратный путь, и в это время с места нашего будущего лагеря послышалась довольно интенсивная стрельба, похоже, там настоящее побоище. Мы перешли на бег. Карта нейроинтерфейса показала поток красных точек, движущихся к нашей базе с запада, значит, надо идти наперерез.

Мы приблизились ровно настолько, чтобы можно было открыть прицельный огонь. Часть стаи каменных горилл уже были уничтожены бойцами, оставшимися охранять стройку, но ещё больше в итоге расстреляли мы ударом с фланга. Я видел, что монстры так и продолжают двигаться откуда-то с запада.

– За мной, – скомандовал я отряду, поворачивая на запад, навстречу неиссякаемому потоку.

Приборы ночного видения помогали видеть монстров на большем расстоянии. Выяснил я это чисто случайно, просто решил попробовать опустить прибор на глаза. Когда увидел сквозь туман силуэты монстров, вспомнил, что всё это порождение камня и огня, поэтому их было видно более ярко.

Мы уже достаточно далеко отошли от места стройки, и стрельба позади прекратилась не потому, что её не стало слышно, а потому что они наконец справились с атакующими монстрами. Нам по-прежнему периодически приходилось открывать беглый огонь.

Теперь я увидел на карте точку, где буквально из ничего появлялись новые монстры, словно они выбираются из какой-то норы. Мы направлялись точно туда. Совсем немного не доходя до западной стены кратера, остановились у края большого провала в земле. Каменная поверхность плавно уходила вниз, образуя чашу, диаметром метров пятьдесят. Почти по всей окружности, ближе ко дну, я увидел двухметровые дыры.

Почему-то вспомнил сейчас про лисьи норы, что видел в полях. Они так же роют яму, а затем несколько ходов в разные стороны. И вот из этих огромных нор начали выходить всё новые и новые каменные гориллы.

– Похоже, здесь их логово, – сказал Стас, вглядываясь в туман с помощью прибора ночного видения.

– Ага, берлога, – ухмыльнулся Матвей. – Может, стоит всё это взорвать? Просто обвалим все эти ходы, чтобы они там и остались в своих норах и не могли выбраться.

– Если они сделали эти ходы, – с умным видом возразил ему Михаил Анатольевич, – значит, они смогут и выбраться. Это просто вопрос времени. И к тому же здесь нельзя работать с мощной взрывчаткой.

– Это ещё почему? – удивился Матвей. – Ведь это идеальное решение.

– Просто потому, молодой человек, что мы находимся не просто в какой-то яме, а в кратере самого удивительного вулкана на нашей планете! – с важным видом и чуть ли не по слогам произнёс Михаил Анатольевич, заставив Матвея поморщиться. – Здесь вулкана вообще, в принципе, не должно быть, потому что мы находимся на крупной мощной тектонической плите. Как он здесь появился – вообще непонятно.

– Что же тут непонятного? – хмыкнул Матвей. – Это же аномалия. Мохнатых бронтозавров и мартышек с каменной шкурой так-то тоже в природе не бывает, а здесь всё через одно место, вот этот вулкан здесь и зародился. А взрывать-то почему нельзя?

– Это же очень просто, – обречённо вздохнул Михаил Анатольевич. – Мы таким образом можем разбудить вулкан или распечатать какой-нибудь гейзер, и всю эту долину в лучшем случае зальёт кипятком по пояс. Тогда все наши разработки утратят смысл, как и наше присутствие в регионе. Поэтому и доступ к ценной жиле будут пробивать механически, а не с помощью направленных взрывов, как обычно. А так, нет ничего проще, чем просверлить дырку на три метра в глубину, закинь взрывчатку и отойди подальше. Но нельзя.

– Понял, – сморщив нос, кивнул Матвей. – А жаль. Ну хоть гранаты туда можно покидать? – снова спросил парень с последней надеждой во взгляде.

– Ручные гранаты, думаю, можно, – неохотно кивнул Михаил Анатольевич.

– Откуда у вас такая осведомлённость по поводу вулканов? – поинтересовался я.

– Перед тем как идти с вами в этот кратер и вообще перед тем, как приехать в Каменск, я подробно изучал эти вопросы, узнав, что мы будем разрабатывать именно кратер вулкана, – пояснил мой помощник. – Я прочитал довольно много информации на эту тему. Обычная ручная граната и, правда, опасности, скорее всего, не представляет, а вот мощный взрыв может сделать непоправимое.

Когда Михаил Анатольевич закончил, из одной из этих нор высыпала целая толпа каменных горилл, которые тут же заметили нас и начали подниматься по склону каменной чаши в нашу сторону.

Я не задумываясь, напитал протазан энергией и метнул в их сторону. Описав несколько восьмёрок и петель, моё верное оружие уничтожило всех монстров до последнего.

– Ну точно, мог бы и один погулять, – снова усмехнулся Матвей.

Я услышал, как брякнул металл по металлу. Скорее всего, Стас толкнул его локтем, чтоб тот не молол ерунду.

– Посмотрите туда! – вскрикнул вдруг Стас, вскидывая автомат.

Из трёх отверстий на севере каменной чаши начали выбегать огромные каменные монстры, смахивающие по форме на львов, так мы их и решили окрестить. Эти монстры были гораздо более резвыми, чем гориллы. Они выбегали вереницами из трёх нор и сразу устремились в нашу сторону.

Мы открыли беглый огонь, отстреливая монстров на ходу.

В ход пошли как раз те самые усиленные с помощью синих гранул патроны. Евгения одним точным выстрелом поразила монстра, который умудрился прорваться и почти добежать до нас, разнеся ему голову на куски. Тело тут же рухнуло и проскрежетало по каменной поверхности, словно трактором протащили бетонный блок.

Ещё из нескольких отверстий начали снова появляться гориллы. Павел Валерьевич активно уничтожал их огненными шарами. Чтобы уничтожить льва, он отправлял огненную пику, шары на них почему-то особо не действовали. Лишь направленным столбом огня он смог остановить нескольких монстров, которых добили уже из автоматов.

Да, получается, что стихия огня против них не очень хорошо работает. Тогда я решил прощупать монстров молниями, так дело пошло гораздо лучше, но Каменных львов было слишком много. Бой затянулся.

Бойцы едва успевали менять магазины автоматов, и это притом, что они продолжали стрелять одиночными, не переходя на очередь, чтобы экономить патроны. Через несколько минут поток монстров иссяк, как и наш боекомплект. Практически вся чаша была завалена их трупами.

– Теперь не хочется уже уходить отсюда просто так, – сказала Евгения, разглядывая тело ближайшего каменного льва, который лежал от нас буквально метрах в десяти на склоне чаши.

– А мы пока и не уходим, – сказал я. – Так что можешь пока ими заняться. Внутрь, скорее всего, тоже не полезем, но надо хотя бы посмотреть, что это всё собой представляет.

Пологий склон, возле которого мы находились, похоже, служил монстрам центральным выходом из этой огромной ямы. Другие склоны были более крутыми, и в них находилось полтора десятка огромных нор.

Мы разделились по три человека на каждое отверстие, но я сказал близко не подходить, а лишь следить, чтобы оттуда никто не появился.

Евгения с Матвеем и Стасом по моему заданию начали заниматься добычей магических кристаллов. Женя к тому же решила попробовать вскрыть одного из Каменных львов. Девушка попросила Матвея разрубить его шкуру на груди и на брюхе его здоровенным мечом, с которым парень так и не расставался. Впрочем, как и я со своим протазаном.

Пары мощных ударов хватило, чтобы прорубить толстую бронированную шкуру и грудину. Дальше девушка уже занималась сама. Стас и Матвей на всякий случай её охраняли.

«Всё правильно делает, – подумал я про себя. – Предоставим Герасимову новые образцы для изучения. Все же нельзя забывать и про этот аспект взаимодействия с Аномалией».

Норы, которые шли на север и на юг, сначала казались тупиками, но это явно было не так. Скорее всего, они просто уходили в сторону. Зато те, что были направлены в сторону края кратера, уходили вглубь, неизвестно насколько. В норах тумана не было, и поэтому достаточно было посветить мощным фонариком, чтобы понять, что там разветвлённая сеть тоннелей.

– Да это не просто норы, там целый муравейник, – напряжённо произнёс Михаил Анатольевич, стоявший возле меня с округлившимися глазами и смотревший вглубь пещеры.

Внезапно, словно стены пришли в движение. То, что до этого было неподвижным, задвигалось, превращаясь в трёхметровых каменных горилл, которые тут же двинулись на нас. Мы начали отступать назад, интенсивно отстреливаясь.

Бросать протазан вглубь пещеры я не стал, так можно его и лишиться. Зато стрелы подоспевшей Евгении справлялись очень хорошо. В одной пещере даже произошёл небольшой обвал, после чего я сказал девушке больше туда не стрелять, от греха подальше.

Всем отрядом мы сгрудились в центре чаши, продолжая истреблять монстров. Чтобы экономить патроны, я раздавал налево-направо молнии, прожигая монстров в голову. По одному разряду каждому хватало, даже огромному каменному льву. Всё-таки шестой круг даёт о себе знать.

Когда всё затихло, я понял, что энергии осталось совсем немного, но при этом моё самочувствие ещё было вполне удовлетворительным. Никаких тёмных кругов перед глазами или стаи мушек. Причём то немногое, что сейчас осталось, это примерно половина того, с чем я приехал в Каменск. Так что всё относительно и познаётся в сравнении.

Наконец мы выбрались из каменной чаши и направились в сторону лагеря. Я неотрывно следил за картой нейроинтерфейса, чтобы не пропустить новое нападение. Уже, скорее всего, часа четыре – мне это подсказал голодный желудок. Было бы неплохо пообедать.