Текст книги "Пробуждение (СИ)"

Автор книги: Андрей Лег

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Глава 8

Здание местного полицейского управления было последним место, в котором бы хотел оказаться молодой аристократ. Но противоречить полиции и уж тем более пускать их в своей дом? Молодой Лиис решил, что к нему домой и так слишком много чужаков заходило, поэтому поездка будет меньшим злом. Но даже так его недовольное молчание в автомобиле создавало гнетущую атмосферу, но к счастью поездка продлилась недолго.

Полиция Симферополя обитала в весьма скучном месте. Обычная серая коробка и единственно, что указывало на её государственную принадлежность был флаг Империи, и вывеска над входом.

Как и положено аристократу Стефан и не подумал не то что выйти из машин, но даже открытие двери доверил своему слуге. К счастью Иван понял, что от него ждут и степенно, но быстро подошёл к хозяйской двери и под смущенным взглядом Молодова, открыл её.

Сохраняя достоинство выбравшийся из машины аристократ, дождался, когда по указанию сержанта Иван направится парковке, взглядом указал сержанту на дверь. А нервничающий Кирилл направился к входу пытаясь, как и во время поездки, придумать причины по которой мальчишка за ним, сможет не сдать оружие.

Поэтому открыв дверь для «высокого» гостя, Молодов как можно быстрее подошёл к стойке регистрации. К сожалению, для него сегодня за стойкой сидел Ибрагим Озенбаш. Вредный старик придумавший себе дискриминацию по национальности и потрясая при попытках его уволить множеством документом и предписаний. При этом он был невыносимым педантом, который, однако не гнушался выбивать премии и взятки, путем почти неприкрытого эмоционального шантажа. Поэтому ещё только заметив мальчика при шпаге, закричал на всю приёмную: – Не положено! Холодное и огнестрельное оружие должно быть опечатано и сдано под охрану!

И говорил это с таким довольным лицом будто от его слов зависит квартальная премия для него лично и всего их коллектива. От жеста рука лицо сержанта Молодова удержало только лицо молодого аристократ. Злое. Многообещающее.

Люди в помещение оборачивались, несколько сотрудников, сидящих в дежурке по привычке встали, но увидев движение рук коллеги, остановились.

– Прошу прощения ваша… – Молодов перебирал в голове факты пытаясь выбрать правильно обращение: – Сиятельство.

– Милость. – поправил его Лиис: – Мой титул на данный момент соответствует барону. Поэтому ваша милость или лорд Лиис.

– Конечно, ваша милость. – принял слова аристократа сержант: – Прошу вас подождать немного.

Получив же согласие, выраженное едва заметным кивком, он против всех негласных правил, подошёл к стойке и рукой схватил Ибрагима за воротник обшарпанной формы. Страх перед последствиями заставили его высказать зарвавшемуся «ветерану», всё что он о нём и его работе думает. Он надеялся, что его слова приведут в чувства Озенбаша. Но ошибся. Ибрагим забился, смог вырваться из хватки и начал возмущаться потрясая пачкой инструкций, которая всегда лежала на столе в его смену.

И чем больше распалялся Ибрагим, тем больше пота стекало по лбу Молодова. Разошедшийся регистратор сыпал параграфами и пунктами, взывал к законам Империи. Короче делал всё то, что привык делать споря с обычными посетителями данного учреждения.

Но хоть обычно такое доскональное знание инструкций и шло на пользу позволяя подавить даже коллег, сегодняшняя ситуация кардинально отличалась. Стефан тоже изучал законы, особенно в рамках вольностей положенные ему, как хоть и бедному, но подтвержденному аристократу.

Поэтому подойдя к стойке попутно отпихнул плечом Кирилла и посмотрел на Ибрагима. Тот попытался было, что-то сказать и уже даже рот открыл, когда на него полились уже параграфы Дворянского уложения. В том числе с указаниями, что Лиис может сделать с зарвавшимися ефрейтором.

Бледного от осознания совершенных ошибок, спас внезапно появившийся Ершов. Быстро-быстро перебирая ногами, он подошёл к их «компании» и поклонившись сообщил: – Господин, вас милостиво просит подойти начальник полиции подполковник Рунов. Столь недостойный человек как наш бывший сотрудник, не стоит вашего времени. Оружие вы конечно можете оставить, ведь мы не в праве…

Сержант продолжал рассыпаться льстивыми словами и направлял подростку в нужную сторону и у него получилось, молодой Лиис бросив последний злой взгляд на регистратора отправился к предусмотрительно открытым дверям.

Молодов благодарно кивнул уже поворачивающемуся Ершову и едва аристократ пропал из виду, с трудом сделал несколько шагов рухнул на стул. А потом посмотрев на Ибрагимова сказал: -Поздравляю с отставкой Ибрагим. В этот раз подпол за тебя не вступиться.

И уже в пространство: – Вызовите сменщика. Боюсь если господин Лиис увидит его снова, нам придется заводить дело о жестком самоубийстве.

*****

Подполковник Рунов Максим Тимофеевич Стефану не понравился. Являясь простолюдином этот человек пытался на протяжение разговора встать на одну ступеньку с ним, демонстрируя личное богатство и несколько раз пытался обратиться к нему не по статусу, а имени отчеству. Фотография что стояла на столе и к которой мужчина демонстративно несколько раз обращался, будто пытаясь надавить ему на больную мозоль.

Но именно попытки фамильярничать неимоверно раздражали юного Лииса. Это и допрос ненавяшяво проводимый представителем закона. О конечно никто и не думал его обвинять. Газета? Расследование журналиста? Всё это глупости, и они оба это понимали. Но под предлогом разговора по душам подполковник пытался узнать о его силах больше чем имел право. И намёки, намёки о его долговых обязательствах перед бандитом. И то что ему стоит быть более послушным, когда к нему придут снова. А если нет, город столь небезопасное место для юной девушки и пожилого человека.

Отпускали именно с таким напутствием. И если бы Лиис знал, что столь уверенный Рунов едва покинул кабинет осел в кресле, расслабляя галстук, то может дальнейших событий удалось бы избежать.

Но история не любит слова если. Злость и не желание обагрять клинок кровью подлого сословия, а также терпение одной личности наконец сложились в нужном ключе.

Однако до важного события было ещё несколько часов. А пока Лиис отправился во всё туже библиотеку, где пару дней назад видели его совладельца теля.

Об этом он узнал в тот момент, когда выяснилось наличие у него абонемента. Ещё больше он удивился прочитав список книг, которыми столь заинтересовался Филип. И он его сильно насторожил. Чужак активно принялся за изучение нового мира, но если Иван и мог не знать об этом, то неужели, и Ядвига промолчала?

Мысль о Ядвиге попыталась зацепить за что-то в его разуме, но, как и обычно вызвала скорее прилив крови к лицу. Отбросив лишнее он наконец смог добиться от библиотекаря информации о нужных ему газетных подшивках.

Журналист Лег внимательно следил за новой целью своего расследования и своего заработка, Стефан погрузился в изучение печальный событий, настигших город полгода назад и проигнорированные им из-за развившейся болезни сестры.

«Мясник» не имеет никаких критериев выбора жертв кроме возраста. К таким выводам пришел Стефан. Хотя и отметил, что раньше детей достатка Юлия, неизвестный обходил стороной.

– Бандит? – сделал предположение Лиис: – Беспризорники находятся в их ведомости. И где же у нас главный приют города?

Информацию по приютам, он отыскал достаточно, но вот кто из них завязан на криминал без личных встреч определить было сложно. Он хотел заняться этим немедленно несмотря на уже начавшее темнеть небо, но внезапно по телу пробежали мурашки, а внутри образовался холодный ком.

Немедленно заподозрив очевидно худшее, он судорожно начал переписывать в небольшую тетрадку названия приютов и свои мысли о маньяке. К машине он вышел всё также с прямой спиной и уверенным лицом. Но дома уже позволил немного разжать тиски самоконтроля. И только ради обеспокоенного лица Ядвиги, сделав вид, что с ним всё в порядке. И согласился принять из рук девушки стакан воды, который тут же и осушил.

В отличие от Ивана, который под неодобрительным взглядом Стефана сделал глоток из личной фляжки, глядя на грустно-обиженном лице полячки.

Слуга удалился по приказу мальчика на второй этаж, а мальчик остался в гостинице, достав из-за пазухи конверт. И под удивленным взглядом Ядвиги достал приличную сумму денег. С верхнего этажа как раз спустился Иван неся немного уменьшившуюся пачку с посланием от Филипа: – Взял немного на расходы. Верну как смогу.

Если бы не усталость, Стефан много бы чего сказал на столь вольное распоряжение его средствами, но в итоге решил потратить время более продуктивно. При этом Иван также видевший издевательскую по его мнению отписку, сел напротив Ядвига и стал внимательно за ней наблюдать.

А та считала и вносила записи на отдельный листок. Зачем это было надо Стефан не понимал, усталость брала своё и незаметно для себя, в очередной раз откинувшись на диване, просто отключился. Это могло бы взволновать Ивана, но и он уже минут пять клевавший носом, окончательно заснул «растекаясь» по креслу.

Ну а Ядвига быстро заканчивала подсчёты и даже из сумочки рядом выложила ещё одну пачек денег, перетянутую алой лентой.

– Вижу обмен был удачен? – раздался голос с дивана и на секунду подняв взгляд, полячка подтвердила свои выводы.

А Филип подвигав руками и посмотрев на Ивана, спросил: – Снотворное?

– И излишняя вера в недосягаемость личной посуды. – подтвердила его догадки девушка: – для мальчика просто успокоительное. Переборщила с дозировкой?

– Есть немного. Руки ватные. – сказал Филип охлопывая себя по телу, нащупал во внутреннем кармане тетрадку. Открыв её он быстро пробежался по записям и спросил: – Можно поподробнее об этом «Мяснике»? А главное откуда у вас столько денег внезапно образовалось?

В ответ ему просто пододвинули газету. Быстро пробежавшись по тексту, Филип уважительно покивал: – А парень мне сначала рохлей показался. Но вот за серьёзную проблему взялся, поимку маньяка… Банда?

– По-видимому он решил, что кто-то из Быковских орудует. Многие приюты источник будущих кадров.

– Учи бандита с молодости и будет тебе шестерка в старости? – произнёс Филип, повторно читая список и ведя пальцем по нему: – Хмм… церковь? А это случайно не та, которая от нас через пару улиц?

– Она самая, а что? – занеся последние записи ответила ему Ядвига и повернувшись, протянула ему пачку с алой лентой: – Чисты аки слеза младенца. Триста сорок девять рублей после изъятия моей доли и оплаты посредников.

– Тогда вот это. – Филип отсчитал из принятой пачки семнадцать рублей и положил к Стефанским: – Я ведь обещал вернуть их как смогу законному владельцу. Да понимаешь хочу пройтись по списку. Не думаю, что мальчишка прав насчёт маньяка в среде бандитов. Но хочу понять масштабы их деятельности.

*****

Российская Империя. Москва.

Князь Мышкин Лев Николаевич вернулся в своё поместье хмурым. А что поделать? Его Величество уже не в первый раз выражает ему своё неудовольствие его работой.

Но что ему делать, если всякий сброд лезет куда его совсем не просят? Всё эти Мангустовы, Кротовские тьфу зла них не хватает. Теперь вот Его Величество поинтересовался, а в курсе ли князь Мышкин о происходящем на юге? Ведь он так просил за свои предприятия там, обещал губернии поспособствовать. А там оказываются людей режут, рядом с Его! Землями.

Своё не очень хорошее настроение Мышкин высказал по телефону (черт бы побрал Кротовского, но его новая конструкция мобильного очень удобна) своему управляющему.

Уже через четыре дня спецгруппе из Московского управления полиции предстояло выдвинуться на юг. И он князь должен был узнать, как можно больше о происходящем. Незнание стоит потери потенциальных дивидендов.

*****

Симферополь.

Ночь, улица, фонарь и отсутствие аптеки. Именно слова Блока вспомнились Филипу, когда он вышел из дома и вдохнул свежий вечерний воздух. Именно вечерний ведь хоть солнце уже за горизонт тьма ещё не полностью поглотила окружающий мир.

Поэтому желая немного опередить подступающий конец дня, он руководствуясь понятными объяснениями Ядвиги отправился общаться с Богом. Нужное здание он узнал сразу как свернул на примыкающую к нему улицу. А также каменный забор под который так резво сбежал пойманный им мальчишка.

– Иронично. – тихо сказал он сам себе: – Он так пытался от меня сбежать, а я собираюсь зайти через парадный вход. К его удивлению ворота оказались не заперты и будто ожидали кого-то.

Но не став слишком много об этом думать, он прошёл до дверей по гравийной дорожке и несколько раз ударил по створке ручным звонком. Звук удара металла о металла разошелся далеко в вечерней тишине. Но никто на него не ответил. Подождав немного, Филип снова взялся за молоток, но успел нанести лишь один новый удар прежде чем услышал быстрые шаги.

Немного отойдя он стал ждать. Ждать что откроется небольшое окошко и его спросят, на кой ляд его так поздно принесло. Но его ожидание сломал звук снимаемого засова и мягкое открытие одной из створок двери.

Из-за дверей также показался не мужчине в рясе, а миловидная девушка со спокойным лицом и одетая явно не для сна. Из открытого на ней было только лицо, которое не выразило не малейшего неудовольствие столь поздним визитом.

– Вечер добрый сестра. – склонил голову Филип, оторвавшись от стены и встав перед девушкой.

Она же убедившись в чём-то, полностью открыла створку и также вежливо поклонившись, спросила: – Вы желаете помолиться путник? Или может исповедоваться?

– А не поздно ли я пришёл? Всё-таки ночь почти на дворе. – решил уточнить Филип, мысленно восхитившись храбрости этой девушки. Храбрости, которая не зиждилась на какой-либо силе как у его знакомой полячки. Лишь вера и храм за спиной.

– Эх не проживешь ты долго с таким отношением к жизни. – мысленно добавил он к своим словам произнесённым в слух.

– Бог велик. – улыбнулась в ответ ему служительница храма: – Ему будет несложно вас услышать, ведь хоть здесь и уже наступила ночь за тысячи километров от нас, как раз наступает рассвет: – Проходите если ваше желание ещё не пропало. Только… оружие, пожалуйста, оставьте здесь. – и указала без всякой надежды на урну для пожертвований.

От столь специфического использования чащи, Филипа едва смех не разобрал, но он под удивленным взглядом положил в нишу под чашой свой револьвер. И только закрыв на глазах у удивленной девушки стенку сказал: – Только не забудьте отдать…. Хм не подскажете ваше имя святая сестра?

– До святой мне далеко. Как и каждому из нас, – сказала в ответ девушка запирая на маленький ключ дверцу: – А имя принятое мной при крещение Светлана. И я так и не услышала ответа, желаете вы помолиться или исповедоваться?

– Боюсь я не готов получить отпущение грехов. Поэтому пока ограничусь молитвой.

– Исповедь не всегда заканчивается отпущением грехов. – поправила его Светлана: – Это необходимо чтобы показать своё раскаяние, но судит человека на грешной земле люди, а Бог принимает решение лишь после смерти. Прошу за мной.

Место куда его привела «сестра» было бедным, но ухоженным. Поблагодарив, он аккуратно сел на одну из скамей. Нет он не стал ничего говорить или просить. Никогда не понимал смысла переложить свои проблемы на высшее существо. Оно ведь не ответит и не потому что злое, отнюдь в некотором смысле оно даже доброе. Просто мелочи проходят мимо него заставляя беситься и даже святотатствовать на него.

Здесь в тишине храма, он искал тишину. В ней он хотел подумать и принять решение. И понимание со стороны молчаливой фигуры ему импонировало.

Однако тихо поразмышлять в тишине ему не дали. В двери застучали и громкий и пьяный голос, едва приглушаемый воротами заявил, под непрекращающийся звук ударов дверного молота: – Открывай сестрёнка, медведь ик… пришёл…

После этой бессмысленной и несмешной фразы из-за дверей раздался оглушительный хохот, будто анекдот смешной рассказали. Светлана сделавшая уже шаг резко остановилась и посмотрела на так и сидящего с закрытыми глазами мальчика. Она было собиралась его отвлечь, но тут кто более сообразительный додумался дернуть дверь и так как она не была закрыта, распахнул одну из створок.

– Опа! – восхитился рыжий подросток лет четырнадцати: – А у нас тут не заперто братва! – пьяно пошёл вперед прямо на Светлану.

Та не выказывала страха, лишь поудобнее перехватила метлу. Но настрой некоторых воспитанников приюта ей не нравился. Они и раньше дебоширили, но обычно не доводили себя до столь скотского состояния. Поэтому вместо того чтобы их отчитывать, он лишь изменила стойку.

А рыжий продолжал распаляться: – Думаешь я не знаю! Ты егооооо ждала… этого дылду! А ведь он не придет, стааршаки его к себе вызвали! Вот ему прилетит за недосдачу! ХАХАХАХА! – под конец своей речи он рассмеялся и вместе с ним загоготали его товарищи.

– Тимур. – наконец заговорила девушка: – Не знаю, что ты себе на придумывал, но тебе нужно проспаться.

– Ха! ДА ты мне не указ, дура! Лучше дай себя обнять недотрога! – закончив смеяться ответил ей рыжий, но сделав всего несколько шагов, наконец, заметил сидящего со сложенными в замок руками Филипа: – Ба а это кто?

– Я пришёл в этот храм помолиться, и ты мне мешаешь. – ответил ему юноша, открыв глаза и повернувшись: – Понимаю, что для тебя это место для пьянок, но попробую представить, что не все такие.

Тимур перестал улыбаться и насупился. Посверлил несколько секунд взглядом чужака, а потом начала заводить в первую очередь себя: – Умный да? Считаешь себя лучше меня, потому что одет не в эти лохмотья?! Да что ты знаешь о жизни пацан, вот за мной такие ЛЮДИ стоят, ты бы усрался при встрече с ними!

– Какой высокий слог, ах какая бандитская феня. Неужели единственное кем ты можешь восхищаться это уличные бандиты, которые таких как ты… – начал отвечать малолетнему бандиту Филип, но остановился, когда Светлана подняла руку и приложила к губам.

Убедившись, что гость понял её просьбу, она снова повернулась к Тимуру и сказала: – Рыжий, я была здесь задолго до тебя, и ты думаешь только у тебя есть связи с теми ЛЮДЬМИ? Ещё хоть слово в сторону гостя этой обители и поверь уже завтра ты познаешь, что такое ад земной. Заступников у меня куда больше чем ты думаешь.

То ли голос у «сестры» обители был таким уверенным, то ли просто хмель из головы пацана выветрился, но он пожевав губами, буркнул: – Пусть этот уйдёт!

– Сначала вы. – была непреклонна Светлана. И мальчишки её послушались, быстро покинув помещение через боковую дверь.

– Что ж – проводив взглядом ретировавшихся, сказал Филип: – Мне тоже, пожалуй, пора. Ещё раз приношу извинения за столь поздний визит.

Уже на выходе Светлана привычным жестом перекрестила его и сказала: – Надеюсь вам не придется использовать его снова. – и закрыла створки.

Постояв несколько секунд у входа, юноша отправился вперёд. Хрустя гравием под ногами, он подумал: – Странный я попаданец. Вроде уже повстречал двух прекрасных девушек, но только вот в постель кого тянуть? Ведьму, что щелчок под ухом устроит? Или монашку, что отдала себя Богу?

Глава 9

– Ядвига, ответь мне пожалуйста на один вопрос. Только честно. – так начался разговор за завтраком между юношей в теле мальчишки и рыжей ведьмой. Разговор юноша решил именно за завтраком, ведь проснувшийся утром Иван демонстративно проигнорировал предложение поесть с ними. При это было понятно, что девушке он не простил подставу с флягой, а Филипу, как и всегда просто существование.

Поэтому юноша и поручил слуге заняться оплатами долгов Лиис перед бандой «Быка». Но это была лишь одна из причин. Основной по мнению самого Филипа было слишком большая в разнице в характере между ним и Стефаном. И эту информацию он предпочёл бы сохранить на как можно более долгий срок. Для его ближайших планов это могло оказаться очень удобным прикрытием. Но для выполнения любых его планов, была необходима помощь со стороны.

– Честно? – невинно похлопала ресничками полячка: – Что же ты такое обо мне узнать хочешь? Неужели в тебе юная кровь играет и тебя интересуют мои размеры? Или может быть даже…

– Дорогая моя ведьма… – покачал головой Филип: – Ты. Я. Постель. Вещи в принципе не сочетаемые.

– Не веришь в свои силы? – смотря ему в глаза и навалившись грудью на сложенные рук, спросила девушка.

– Закономерно опасаюсь не пережить ночь. Услышав щелчок над ухом напоследок. – нет, нет съезжая взглядом вниз, отверг выводы Ядвиги Филип: – Давай вернёмся к вопросам. Ты работаешь на «Быка», «Скрипку» или кого-нибудь из их бригады?

– Нет. – не моргнув сказала Ядвига.

– А как деньги «отмыла»? – ухмыльнувшись ответил ей юноша: – Скажешь за красивые глаза помогли?

– Фи, вредный ты. – скорчила недовольную гримаску Ядвига: – Что ты хочешь знать? Хотя позволь угадать. Ты хочешь напасть на парочку контор Быка? Только не понимаю зачем тебе это? Сегодня ты закроешь… нет вы закроете все долг и сможете заниматься чем захотите.

– А ты смешная. Ядвига ты же не дура. Кто же в такой ситуации позволяет соскользнуть с крючка. Вот увидишь скоро вернется Иван и скажет, что наш долг сильно вырос и принесённых денег не хватает покрыть проценты. Так что адреса на стол, Ядвига.

– Ещё добавь «Молчи женщина» – сказала в ответ на спич парня девушка и вытянула из кармана небольшую бумажку, сложенную пополам. И встала забирая тарелки, как настоящая служанка, Филип же взял предложенную бумажку со стола и покинул столовую.

Вернулся он в комнату. Бардак прошлых дней уже исчез совместными усилиями слуги Стефана и самого Филипа. Шпага стояла на специальной стойке, кровать была аккуратно заправлена, кукла вернулась в шкаф. Кровь подтёр Иван, а все остатки ритуалистики были аккуратно сложены в прикроватной тумбочке.

В комнате также появилась карта города, к которой он и подошёл разворачивая листок. На то чтобы отметить на карте адреса у него ушло более получаса. Бандитская ОПГ раскинула свои щупальца по всему городу. Контрабанда, рэкет, воровство, подпольные бои. Провинциальность их города и отсутствие сильных аристократических родов поблизости приводили к двоевластию. В самой печальной из возможных форм.

Внизу раздался удар захлопнувшейся двери, после чего последовал стук по лестнице. Когда дверь распахнулась Иван застал чужака сидящим на кровати.

Он не успел ничего сказать. Первым вопрос задал сидящий: – Ну и сколько мы должны теперь?

– Ещё две тысячи рублей. – хмурясь ответил Иван: – И очень высокие проценты. Мы никогда не расплатимся!

– Я тебя понял. – сказал ему Филип: – Иди. Мне надо подумать. Договор о займе оставь на тумбочке. – при этом юноша продолжал рассматривать карту.

Оставшись один, он спустя пару минут всё же дотянулся до договора. Даже первого взгляда хватило, чтобы понять у бандитов очень хорошие юристы. Договор принесённый слугой стал последней соломинкой и так как предстоящий вечер должен был потребовать от юноши много сил, он решил немного поспать.

*****

Изнанка

Едва же сознание чужака перешло в состояние сна, как Стефан почувствовавший это рванул обратно в своё тело из Изнанки, проигнорировав попытку Феи его остановить.Он настолько желал вернуться в тело, что полностью проигнорировал все признаки надвигающейся проблемы. И в итоге на полной скорости влетел в вспыхнувшую красную сетку вокруг спящего тела, которая сработала как резина из-за чего душа мальчика отскочила обратно. И когда вернулась оказалась в последний момент перехвачена рукой Феи, остановившая его соприкосновение с чем-то жутким внутри Ивы, которая как показалось мальчику даже немного повернулась в его сторону. Но юный аристократ решил проигнорировать свои ощущения и сосредоточился на только что произошедшем.

– Que diable(фр.Какого черта)? Он ведь спит и не должен сопротивляться! – воскликнул Стефан не понимающе смотря на прореху в пространстве из которой только что вылетел, и уже почти полностью закрывшуюся.

– Стефан тебе стоит помнить, что Филип тоже имеет свою волю. – немного отстранено ответила ему Фея.

– Но он простолюдин! Никогда не пользовался нашими силами, ничего не изучал…

– И ты так решил, потому что досконально изучил его жизнь? – прервала его Экалрат: – Может прожил вместе с ним по соседству всю жизнь? – и увидев некоторое смущение добавила: – Я вот с ним немного пообщалась и скажу так, ему недостаёт воспитания, но ум присутствует. А ещё… его просто мистическая точность стрельбы.

– А разве это не твой дар? – спросил удивленный Стефан, уже узнавший о поразительной смертоносности «соседа».

– Я тоже так думала, но нет. – отпуская уже прекратившего брыкаться мальчика, ответила Экалрат: – Единственное, что досталось твоему сожителю, лишь не очень крепкая связь с родом, что проявляется в некоторой коррекции психики. Физически это тоже отражается очень слабо, только радужка приобретая алый цвет. – сказав это фея и сама моргнула продемонстрировав, как меняется обычный красный цвет на ярко алый. Зрелище горящих потусторонним огнём было зловещим, и Стефану пришлось приложить усилия, чтобы не отвести собственный взгляд.

– И что теперь? Мне просто сидеть и ждать надеясь, что он ничего не натворит пока управляет моим телом? – спросил подросток.

– Ну почему же просто? – усмехнулась Фея: – Давай проведём небольшую тренировку, раз ты можешь сохранять сознание по эту сторону реальности. Скажи тебе что больше любо? Шпага или магия?

*****

Окраины Симферополя

Остановившись неподалёку от небольшого здания Филип задумался. Он заметил, что чем ближе становилась его цель, тем больше он начинал рефлексировать.

В прошлые жизни учась стрелять у сержанта, он не раз и не два получал по каске за неосторожное обращение с пистолетом. А тогда ствол просто откланялся в сторону человека. Казалось бы, уже имея два инцидента за спиной, юноше должно было быть попроще, но как оказалось Филип сильно ошибался. Ведь несмотря на подготовленную засаду в прошлый раз, все его убийства были совершены в порыве эмоций. Сейчас же его действиями руководил холодный расчёт.

Первое своё нападение он решил совершить на… нищих. Точнее на их кормовую базу. Казалось бы, сколько денег могут принести отделение отвечающие за сбор подаяний? Как оказалось, гораздо больше, чем ожидалось ведь в их ведение этого низового звена входил и контроль по передачи пожертвований церкви, а также всё связанное с нелегальным игорным бизнесом в качестве организаторов и поставщиков детей и подростков для боёв.

Понятно ничего элитного, самый нижний уровень иерархии, но именно с этих низов и начинается любая банда, мафия, ОПГ. Тысяча названий, но суть одна. И поэтому по доходам этого звена и решил ударить Филип. Ко всему прочему это позволяло не только удовлетворить внутреннее чувство справедливости во многом пустое, но и разжиться наличностью без слишком большого риска.

К одному из мест проведения боев собственно он и шёл. Находилось оно на окраине города, куда не заходила полиция из-за негласного сговора, а жители или были куплены или запуганы. Ну в некоторых случаях использовались оба метода.

Одежда, что была куплена Ядвигой накидывала ему пару лет и совершенно не походила на привычные одеяния мальчика аристократа. Но не только на одежду Филип полагался в вопросе маскировки. Черты его лица как он узнал всего несколько часов назад несколько, оказались искажены. По неизвестным причинам мышцы лица оказались немного иначе напряжены, что кончено не создавало совершено нового лица, но в сочетания с гораздо более темно-бордовым оттенком глаз, позволяло надеяться, что люди, не знавшие Стефана в лицо не смогут опознать его позже. Волосы тоже изменились став более светлыми и Филип очень надеялся, что слова Ядвиги о простоте избавления от краски были правдой. Ему не хотелось придумать ещё и причину почему это внезапно аристократ решил столь радикально сменить имидж.

Поплутав немного и найдя нужные отметки согласно подсказкам «ничего не знавшей» Ядвиги, Филип подошёл к дому на который указывали знаки.

*****

На удобном стульчике сидел мужчина и смолив сигарету. Он не был уставшим, хоть и пытался изобразить такового. Но при этом давно заметил фигуру юноши и как только тот показался под фонарём, попытался запомнить его внешность. Не для какой-то конкретной цели, просто чтобы развеять скуку. А увидев некоторую неуверенность при осмотре метки, сделал более глубокую затяжку и пыхнув, позвал: – Молодой человек, что-то потеряли?

Примеченный незнакомец ещё с десяток секунд поизображал неуверенность, а потом быстро подошёл и спросил: – Ам я в первый раз и…

– Юноша если вам нужен бордель, то вы немного не по адресу. – пыхнув в очередной раз сказал сидящий.

Покрасневший юноша замотал головой и затараторил: – Нет, нет... я хочу сделать ставку.

– Ну вот так бы сразу. А то будто… – начал было мужик, а потом хитро посмотрев на стоявшего перед ним, резко изменил окончание фразы: – Может тебе всё же подсказать правильное место? Девочки там не дорого берут.

– Я хочу сделать ставку. – пошёл в отказ незнакомец и мужик не стал его отговаривать. Ну хочется неизвестному удовлетворить чувство азарта и жестокости. Он сам не понимал смысла в этом, но и никогда не осуждал других. Каждому своё.

– Ну раз хочешь. Рубль за вход. – решил сорвать небольшой гешефт на новичке охранник.

– Почему так… много?! – попытался возмутиться юноша.

– Не хочешь не плати. – всё ещё изображая, что он очень устал ответил ему охранник: – Но если у тебя и на такое денег нет, то идика ты отсюда, мальчик.

– Я не мальчик!

– Первому кто сможет доказать, что ты девка, я позволю кинуть в себя камень. Ну так что деньги есть или тебя пинком отправить в иное направление?

Помявшись ещё несколько секунд, стоящий перед мужчиной юноша протянул тому сложенную банкноту и тот благосклонно кивнув указал на лестницу.

– Там всё понятно. Но рекомендую сразу всё не ставить, а то были уже до тебя такие. Без штанов уходили. – напоследок дал совет спускающемуся охранник.

Однако задумавшись о полученном гешефте, мужчина допустил одну ошибку. А именно не проверил новенько на предмет оружия. Да из осмотра ему удалось запомнить лишь одну деталь. Слишком яркую красную радужку глаз.

*****

Войдя в подвальное помещение, Филип не смог сдержаться и сморщился. Затхлый, прокуренный воздух в сочетании с ещё бог знает чем, создавали весьма неприятное амбре. На новенького обратили внимание только два человека. Это были охранники внутри, которых при беглом осмотре со стороны юноши оказалось четверо. Трое стояли распределившись по периметру. Четвёртый опираясь на стену, скучал возле ещё одной двери внутри помещения, с другой стороны от которой было небольшое окошко.