Текст книги "Пробуждение (СИ)"

Автор книги: Андрей Лег

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Глава 5

Откровенно говоря, Филип немного устал от постоянной смены обстановки. Изнанка, реальность и снова Изнанка, а потом снова реальность. Он и Стефан находясь в устойчивом равновесии могли оставаться на одной из сторон едва ли сутки. Это промежуток можно было увеличить приложив просто невероятные усилия, буквально доводя себя до психического истощения, но это заметно сказывалось как на их душе при смене владельца, так и на физическом состояние тела. Что и отметил сегодня Филип смотрясь в зеркало, в котором отражались тёмные полуокружности у него под глазами. При этом он старательно не смотрел на левую руку в порезах, боли от которой едва ли было меньше, чем от гудящей будто после запоя головы.

И будто в дополнение обнаруженным физическим проблемам, в комнате, которой он снова проснулся, был разгром. Были повреждены стены, смятые простыни валялись на краю кровати, а кукла лежала не в шкафу, а в странной позе сидела в углу. На полу были разбросаны окровавленные бумажные фигурки, а что-то похожее на ритуальный кинжал было воткнуто в пол.

– Экспериментатор хренов. – высказал своё мнение парень, отрываясь от зеркальца и снова ложась на спину.

В момент повторного соприкосновения с полом, Филип скривился от прострелившей спину боли. Вспомнились ему слова товарища, что спать на полу вполне нормально и даже полезно. Поразмышляв, юноша даже смог вспомнить что звали этого хорошего человека Михаил.

Ещё немного поёрзав пытаясь найти позу, в которой перестанет ныть спина, он вынужден был смириться с бесперспективностью своих попыток и заставил себя подняться.

– Интересно он хоть со своей Ядвигой провёл воспитательную беседу? – отвлекаясь от боли, переключился юноша на новую мысль, и направился на выход из комнаты.

Шатаясь как пьяный, он спускаясь по лестнице, уловил запах еды и под бурчание живота, направился в сторону источника запаха. Однако привыкнув, что в доме присутствует только Иван, он оказался шокирован обнаружив на кухне не «старика» с сединой, а рыжеволосую девушку.

Она была одета в строгое платье, но при этом даже несмотря на подчёркнутую строгость одеяния не могла полностью скрыть соблазнительные изгибы тела. Волосы были аккуратно расчёсаны и сплетены в косу, а когда она повернулась Филип, отметил и «чистую» красоту лица, едва-едва подчёркнутую косметикой, а также большие зелёные глаза. Ну и выражение лица слишком доброжелательное и восторженное на вкус Филипа, но не оставлявшие никаких сомнений об исходе любого разговора.

– Вот ты какая птичка польская... Ещё не всё из дома унесла? – спросил юноша, даже не пытаясь косить под мальчика. Недостаток своих актёрских талантов ему уже показал Ивана. А уж натурально изобразить эмоции то ли влюблённого, то ли нашедшего в этой польке старшую сестру подростка, он и не надеялся. Не тот характер, не те привычки, на которых данная представительница явно научилась играть.

Маска обольстительницы детского сердца при этих словах треснула, взгляд потерял всю добродушность, а первая фраза, раздавшаяся из её губ отдавала могильным холодом: – Ты ещё кто такой?

Злая усмешка выскочила на губах Филипа, искривляя всё ещё не до конца потерявшее детские черты мальца. Стоящая перед ним, совсем не походила на тут про которую осторожно рассказывал Иван или ту, при разговоре с которой Стефан транслировал почти щенячий восторг в их общий «жилой фонд».

– Генератор твоих проблем и той толстой стопки бумаг. Но судя по тому, что ты спокойно здесь готовишь, мой многочасовой труд пропал втуне.

– А вас… – повернувшись к нему всем телом и держа в руке нож, задала новый вопрос Ядвига: – Простите уж не знаю имени вашего, не учили, не вмешиваться в чужие дела? Или для вас взламывать двери в чужие комнаты нормально?

– Сколько праведного гнева. – поднял в сдающемся жесте руки Филип, при этом не отрывая взгляда от ножа, что поблескивал острозаточенной гранью: – Однако признайтесь денег со счёта Лиисов, ушло заметно больше чем было заявлено.

– Господа и их необразованный слуга не очень хорошо разбираются в ценах и расходах на содержание. – водя из стороны в сторону ножом, ответила ему Ядвига: – А я, как достойная служанка дома и семьи, по мере сил помогаю им и стараюсь не расстраивать господина.

Сказав эти слова, она сделала шаг назад и перехватив нож, спросила вновь: – Мой вопрос остаётся прежним, кто ты? Допельгангер, иллюзия или может перевертыш?

И сделал непонятный жест левой рукой, от которого у Филипа сжалось сердце, а по телу пробежалось мурашки напополам со вспышками боли. Ему даже показалось, что даже нити Пакта дрогнули. И поэтому сам отступил назад, невольно проведя по правому рукаву, желая стряхнуть что-то эфемерное, но лишние и горячее.

– Уж не враг тебе, ведьма. – использовал фигуру речи юноша и увидел, как вздрогнула стоящая перед ним: – Да ну? Неужели угадал? Где же тогда твоё кольцо? – уточнил он, подняв бронзовую печатку с ярко красным цветком на внешней стороне.

– Мы не аристократы и не обладаем ни духом хранителем, ни силой чтобы бросить вызов, так называемым высшим слоям общества. – ответила ему девушка и аура вокруг неё стала ещё более агрессивной. Душа внутри тела немедленно отреагировала на это изменение, а спустя ещё секунду когда рядом будто кто-то ударил в камертон, «звук» сотряс его до самых глубин.

Делая ещё шаг назад, ведьма перед юношей подняла руку, складывая её щепотью, но замерла смотря в дуло револьвера.

– Спорим, я успею выстрелить? – кривясь спросил Филип, не отрывая взгляда от прекрасных зелёных глаз.

– А я распылить твою слабую душонку. Тебя только три непрочные нити держут в этом теле. – не показывая страха, нет даже будто развеселившись, решила поддержать его спор полька.

– Тогда может просто позавтракаем? Отметим так сказать знакомство? – опуская пистолет совсем чуть-чуть вниз, сделал внезапное предложение Филип.

– Фи – чуть расслабила руку Ядвига: – А как же вечер, вино и прекрасные виды?

Смешок вырвался из горла Филипа: – Боюсь мы ещё не достигли того уровня, когда такое будет уместно. Я знаете стараюсь не думать о том, что получу ещё одну порцию яда в предложенный мне напиток. И хоть говорят, что смерть от руки красавицы прекрасна, предпочту продолжить свой смертный путь.

– Ну вот вы и начали говорить глупости при виде моей красоты. – уже заметно расслабившаяся Ядвига, едва сдержала улыбку: – Яд – это не так прекрасно, как многие думают. И неужели Иван попытался столь радикально решить вопрос? А на вид такой тихоня.

– Кстати о тихоне, не подскажешь где он? Я если честно ожидал встретить его здесь. С его паранойе не верю, что он оставил бы нас вдвоём.

– Боюсь вчерашние гости… – начала было говорить Ядвина и вздрогнула, резко снова подняв руку.

А причина была в том, что теперь уже на лице Филипа проявилась злость и раздражение: – И кто эти новые гости?! Снова работники недовольные оплатой?!

– Почти… – с трудом сдержавшись ответила Ядвига: – … хотели ускорить возвращение долга. Иван был с ними принципиально не согласен, как и господин.

– Это несогласие как-то связано с марионеткой, что валяется в комнате?

– Она оказала угнетающий эффект на гостей, и они предпочли ретироваться под грозным взглядом господина. Но боюсь, к тому моменту Ивану уже успели объяснить, пересчитав рёбра, всю неправильность его позиции. Если бы не господин...

– Грозный взгляд Стефана оказался убедительным? Ну-ну. – скептически приподняв бровь на данное заявление Филип.

И решился таки вернуться к тому вопросу, ради которого собственно и пришёл сюда: – Так как насчёт завтрака?

– Назовите имя незнакомец, и получите его для себя и этого старика. – снова попыталась узнать хоть что-то Ядвига. При этом она рискнула повернуться боком к Филипу.

Оружие к этому моменту они оба опустили, и юноша рискнул назваться: – Филип. Филип Безродный.

Завтра слуге он понёс сам. Он верил словам Ядвиги, но это не означало, что она не решит задушить своего конкурента подушкой. Хоть это и было мало вероятно.

По дороге он заметил лежащую на столе газету и решил прихватить с собой. Юноша тяжело вздыхал по старому доброму интернету с его сводками новостей. Но мир этот был слишком далёк от таких вещей и приходилось снова полагаться на простые источники.

Как он и ожидал, потрепанный слуга ещё спал и поставив тарелку на прикроватную тумбочку, Филип развернул газету.

Он чуть не подавился бутербродом, когда перевернув очередную страницу с откровенно бессмысленной для него информацией, наткнулся на жуткую фотку отделённого человеческого тела и головы.

– Цензора на вас нет. – прокашлявшись произнёс он и вчитался в статью.

В ней явно излишне ретивый репортёр, которого по мнению юноши надо было гнать в шею из издательства, во всех красках рассматривал конспирологическую теорию о маньяке аристократе, который гуляет по улицам их маленького городка и нападает на беспризорников.

– Сказал бы я, что кто-то Агаты Кристи перечитал – подумал Филип: – но не факт, что такой автор в принципе родился в этом мире. Но сама по себе ситуация настораживала, ведь описание жертв до боли походило на его новое тело.

– Надо поменьше гулять по вечерам. Хмм… да не бред. – отверг он не высказанную мысль.

И тут как раз заворочался и открыл глаза Иван. Повернувшись и посмотрев на читающего газету мальчика, он с нескрываемой надеждой спросил: – Господин?

– Если хочешь можешь меня так называть. – переворачивая страницу ответил Филип: – Но мне казалось, что чужак, нечисть и тварь тебе ближе.

– Значит это снова ты…

– Конечно. Познакомился кстати с Ядвигой. Интересный персонаж. Ты вот был в курсе, что она ведьма? И я не про характер.

Но удивлённое лицо Ивана было лучшим ответом, и Филип снова сосредоточился на газете, махнув рукой в сторону тарелки. К тому моменту, когда он закончил с местным образчиком информационного контента, слуга успел утилизировать лишь половину порции.

К сожалению, газета лишь раздразнила «голод» души, и юноша спросил: – Скажи мне любезный друг, а как пройти в библиотеку?

Иван не мог оценить отсылку, и лишь неуверенно и несколько путано объяснил дорогу. Уточнив, что посещение платное. Но Филипа это не смутило. Ещё убираясь в комнате, он нашёл деньги, столь любезно оставленные сожителем. И надпись на бумажке поверх стопки «Для оплаты долга!» его не смутила.

Воспоминание натолкнуло его на новый вопрос: – Кстати Иван ответь, пожалуйста, мне на вопрос. Сколько мы задолжали специфическому контингенту города?

– Пять тысяч рублей, чужак. – с обречённостью в голосе ответил ему слуга.

– Скажи мне друг. – не надеясь на положительный ответ, решился уточнить Филип: – На эти деньги ведь не большую корзину продуктов можно купить?

– Что вы говорите! – возмутился непонятно чему «старик»: – На такую сумму можно машину поддержанную взять.

– Ну мать моя женщина. Только в другом мире расплатился с долгами и тут снова влез по самые уши. – сказал Филип сам себе, проглатывая последний кусок бутерброда.

*****

Отель «Вена»

«Бык» читал газету. Казалось такое простое действие, но стоящий перед ним мужичок, едва ли не в обморок падал, ожидая вердикта. Выглядел при этом он мягко говоря совершенно не соответствующе дорогой обстановке. Грязные лохмотья, обломанные ногти, гнилые зубы. Волосы были спутаны и неровно обрезаны. В общем образцовый нищий города. А точнее начальствующий над всеми сборщиками подаяния, назначенный на этот пост уважаемым человеком.

И именно в его «ведомстве» и возникли проблемы, связанные со странной охотой на детей. Но как это часто бывает, не желая разбираться с проблемой самостоятельно и надеясь, что она как-нибудь сама рассосётся «король» нищих, довёл ситуацию до того, что малолетняя поросль просто отказалась выходить на промысел.

Не сказать, чтобы это сильно ударило по карману Аарона, но вызвало раздражение изрядное. Ведь как бы он не презирал нищих, они принадлежали только ему, а не ночному мяснику.

Сегодня несмотря на все усилия, ещё один ребёнок пропал и снова глава нищих попытался это скрыть. В итоге и оказался на ковре.

Мужчина отложил газету в сторону и задумался над двумя вопросами. И спустя минуту решил усложнить жизнь своему подчинённому ещё больше.

– Скажика мне, я что сказал сделать если один ребёнок пропадёт?

– Господин, я сразу захотел доложить, просто… это… они сами – затараторил нищий, пытаясь придумать причину своего проступка.

– То есть ты хочешь сказать. – оторвав взгляд от стола, решил уточнить глава местных бандитов: – Что утопить товарища пропавшего в химикатах пришла на ум подросткам, которые при виде этого… – он постучал пальцем по отложенной газеты: – вместо того чтобы блевать и с криком убегать куда подальше, попытались сначала спереть улики из-под носа полиции, а потом грохнуть слишком говорливого? Ты меня за идиота держишь?

– Господиииин! – уткнулся лбом в землю нищий: – Я не хотел, проооааааааа!

Попытки принести извинения, прерывал подошедший «Скрипка» каблуком наступивший на повреждённую руку.

– Подвесить бы тебя за ноги вниз головой и оставить на денёк. – продолжал рассуждать в слух «Бык»: – В назидание. Говорят, такой человек после смерти страшен как черт. Или может бросить тебя на Изнанку, где от тебя только тело и останется?

– НЕЕЕЕЕЕЕЕТ! УМОЛЯЮ! ДАЙТЕ МНЕ ЕЩЁ ЩАНС! – переходя на фальцет от боли, просил нищий.

– Шанс, значит… Ну хорошо. – хлопнул в ладонью по столу «Бык», тем самым давая знак помощнику и тот освободил запястье нищего от давления: – Я тут одному парню дал две недели на возвращение долга, так ты чем лучше него?

Нищий молчал боясь дать ответ: – Правильно! Ничем. У тебя тоже две недели. Не будет зацепок, можешь вешаться. Всё пшёл вон.

Дождавшись, когда ничтожество пачкавшее ковёр уйдёт, он обратился к Дмитрию: – Пни наших прикормышей в полиции. Совсем мышей не ловят. Такими темпами, сюда кого-нибудь с даром пришлют и тогда нам всем резко поплохеет.

– Понял. Пойду прям сейчас, да и своих напрягу, а то фиг знает, чем занимаются.

*****

Около дома Лииса

Прогулка по дневному и живому городу, началась с того что его несколько раз едва не сбили с ног. Один раз обматерили, а ещё один какая-то не очень трезво выглядящая женщина попыталась схватить его за руку с криком: – КТО ОСТАВИЛ РЕБЁНКА В ТАКОЕ ВРЕМЯ?!

Многие посмотрели на неё в этот момент с жалость посмотрели, а из столпы выскочила девушка помоложе и бормоча извинения, отлепила товарку от мальчика и увела в сторону.

Филип лишь с грустью проводил ту взглядом, но отбросив путь и плутая направился на поиске искомого. Не подозревая при этом, что несколько не очень умных личностей уже начали следовать за ним.

*****

Переулок

– Босс! – толкнул подчинённый главаря, который едва ли был его на пару лет старше. Хотя на улице среди бандитской братии это был действительно большой срок: – Этот п**** вылез и своего дома!

– Отлично «Болт». – поднявшись, похвалил его главарь: – Идём за ним только постарайся не привлекать внимание.

– Ээээээ... босс, а разве мы не к нему домой пойдём? – почесав затылок и идя за главарём решил уточнить «Болт».

– Да на****? Денег там нет. Ещё вчера убедились, он видать гнида их с собой носит. Вот и поспрошаем, как подловим. Или ты хотел с той бабой поразвлечься?

– Ну а что ладная такая – похотливо улыбнулся не самый умный и чистоплотный представитель человеческого рода.

Не сказать, что мысль боссу не понравилась. Он тоже вчера смог убедиться в ладности фигурки служанки в том доме. Но не потерял рациональности мышления, а именно валить сначала надо самого опасного и желательно подальше от той долбаной марионетки.

У него даже мысли не мелькнуло, что мальчик может быть аристократом. В скудном уме бандита, не сочетались аристократы и бедность. И уж тем более долги перед его братанами. Поэтому он собирался… хорошенько отмудохать зарвавшегося пацанчика, потом притащить домой и пока тот будет валяться с ножом у горла прямо на его глазах… Весь спектр того что он собирался сделать, в этот момент не мог представить даже он сам.

Поэтому пока они втроём двигались в след мальчишки, он предавался фантазиям.

*****

Филип таки добрался до библиотеки. Пару раз он свернул не туда, один раз дошёл до здания, но оказалось, что монументальное строение с символикой не библиотека, а местная резиденция для губернатора или других высокопоставленных лиц.

Пришлось поплутать и как дурак уточнять дорогу у прохожих. К счастью среди них находились не только те, кто презрительно морщились при его расспросах.

Но в этих блужданиях, он внезапно для себя обнаружил интересное обстоятельство. А именно то что его преследовал. Трио конечно пыталось изобразить, что они просто гуляют, но слишком открыто сверлили своими зенками ему спину.

Вспомнились утренние слова Ядвиги. Проскочила мысль: – Сколько ещё Стефан я буду расхлёбывать твои проблемы?

И к своему удивлению, почувствовал бурчание. Но ощущение было совсем мимолётным.

Благо к тому моменту, когда ситуация могла стать угрожающей, он добрался до своей цели. Библиотека оказалось не столь большой как он надеялся, но Филип верил, что информация которую он ищет достаточно распространённая, что почитать о них возможно будет, даже среди не самого большого собрания.

Поэтому выложил рубль за читательский билет (несомненно он считал это грабежом, но что было делать?) и набрал себе книг по политической укладу, социальным вопросам и как говориться обо всём понемногу. Всё чтобы как можно больше узнать о новом мире. Только вот на его просьбу дать ему атлас по границам странам, ему задали странный вопрос: – А вам за какую дату?

Подвиснув на пару секунд, он всё-таки смог выдавить, что чем свежее, тем лучше.

За изучением книг, он провёл весь день лишь один раз выйдя купить поесть. И приметил что преследователи никуда не делись. А всё также пытаются изображать прохожих.

Что ему делать, он знал. И был уверен, что справиться. Только вот душу жгли слова Ядвиги и Экалрат. А потом на весы рухнули гири уверенности, что Стефан рано или поздно точно на них на порется, и вряд ли рядом с ним будет его марионеточный аргумент. А много ли навоющей стальной полоской?

Последний час работы библиотеки, он просидел невидящи смотря в пустоту. И сдав книжки покинул здание. Для придания видимости, что о не о чём не подозревает, он снова посетил магазинчик, но помимо булки уговорил продавца, продать ему немного специй.

– Очень мне понравились, хочу своей хозяйке принести. – улыбаясь во все тридцать два зуба, самозабвенно врал он.

И продавец поверил, как оказалась эти специи привозили из Екатерининской губернии, куда она попадала из ещё более южных регионов.

А выйдя из магазинчика, он свернул в переулок поплутав немного нашёл тупичок, где и остановился. Теперь ему оставалось только ждать.

*****

Тройка бандитов была счастлива. Во-первых, удалось с местных терпил удалось выбить приличествующую уважаемым людям сумму денег. А теперь ещё и предстояло поквитаться с виновником их вчерашнего «тактического отступления». Так по крайне говорил их босс, у которого во внутреннем кармане даже был свой револьвер. Как раз чтобы сделать идиота-ублюдка более сговорчивым.

А кем он ещё мог быть, раз в тёмное время суток решил срезать дорогу через переулки. И как бандиты и надеялись их жертва заблудилась, сама загнав себя в ловушку. Но только они с улюлюканьем бросились за ним в тупик, как замерли и не пройдя трёх шагов.

Алые глаза в окружающей темноте горели как адские огни. Первый выстрел, отправил на свет «Болта», оставив в его голове дыру. Второй, убил того что вчера держал Ивана, только смерть его пришла не сразу, пуля разорвала горло. Босс этой компашки, увидев столь молниеносную расправу над своими подчинёнными, попытался было броситься прочь. Но не успел даже развернуться, как в сердце расколов на части оружие влетела тяжёлая пуля, разорвав на части сердце. Последнее что он увидел прежде чем умер, это подходящего к нему мальчишку, чьи глаза были красными как рубины, а лицо расплывалось в улыбке экстаза.

Глава 6

Переулок

Филип сидел, привалившись к одной из стен, пытаясь прийти в себя после сильнейшего экстаза. Однако ни холод воздуха, ни прохлада стены, ни быстрые вдохи-выдохи не позволяли справиться с жаром тела и рвущимся из горла смехом. Из глаз текли слезы, руки дрожали, да так сильно что казалось вот-вот случиться холостой выстрел, ведь юноше даже вытащить палец из спусковой скобы не удавалось.

В итоге вместо того чтобы как предполагалось быстро покинуть место преступление, Филип сначала почти десять минут сидел, а потом едва начал проходить кайф, поднялся по стенке и сделал первый нетвёрдый шаг. И тут же снова упал на колени. До тел он добрался на карачках и начал проверять карманы, а также пульс. Последнее с нетвёрдыми руками было едва возможным, но после нескольких неудачных попыток, Филип, наконец, разглядел, куда именно всадил своей первой жертве пулю. В голове у юноши конечно возникла мысль, что были случаи выживания даже с пулевым ранением в голову.

– Но, наверное, … – хриплым голосом пробормотал Филип: -… без половины черепа выжить всё же невозможно.

Примерно к таким же выводам он пришёл, рассмотрев тела двух своих оставшихся противников. Ещё несколько минут посидев отходя от зрелища, юноша продолжил шмон карманов. Радости его не было бы пределов, только вот вслед эйфории пришла апатия. Так что пачки денег, он сунул в карман не глядя, как и обнаруженную небольшую россыпь патронов. И поднявшись направился на выход щедро бросая во все стороны специи. А том как он будет выглядеть, Филип подумал лишь в тот момент, когда выбрался на улицу. И выйдя в тот момент на более-менее освещённую площадку, он быстро осмотрел себя и выдохнул. Был он грязен как «бомж», но капли крови, как и в прошлый раз растворились без остатка.

Но едва он успел отойти на четыреста метров, как позади раздался свист, и он с трудом заставил себя не развернуться мгновенно. И выдохнул, так как хоть это действительно был полицейский в знакомой форме, но бежал он к одному из ближайших домов. Присмотревшись, Филип смог заметить небольшую фигурку, что как раз пыталась выбраться из форточки.

И таки выбралась и заметалась в небольшом проулке не зная куда ей бежать, но в итоге поднырнул под руку, попытавшегося её схватить стража порядка и рванула вперёд по улице. Филип не стал дожидаться, когда на него обратят внимание, ушёл со света и спрятался в очередной проулок.

А события продолжали развиваться. Пацан лет семи слыша шаги позади, наклонился и подхватив с земли, небольшой камешек метко отправил его в лоб преследователя. Раздалась ругань и звук падения, а мимо Филипа пронёсся пацан. Точнее попытался, метнувшаяся рука схватила его за шкирку и голос всё хриплый спросил: – Короткую дорогу знаешь?

Пацан застыл и подняв взгляд вздрогнул, увидел алые как кровь глаза. Он попытался замотать головой и открыл рот, то ли хотя закричать, то ли позвать на помощь. Однако Филип зажал ему рот, и развернув от себя, выглянул из переулка. Полицейский вертел головой в поисках убежавшего, но видно не успел понять куда пацан успел убежать. И поэтому в очередной выругавшись особенно витиевато, наклонился и поднял фуражку. Отряхнув её и себя, он развернулся в сторону дома, из которого несколько минут как выбралась фигурка.

Убедившись, что городовой больше не ищет свою жертву, Филип сам на неё посмотрел. И только теперь заметил, как дрожит в руках маленькое тельце. Встряхнув его, Юноша вновь задал вопрос: – До центра короткую знаешь?

И чуть-чуть разжал ладонь на рту. Ребёнок вздрогнул и тихо «пискнул»: – Да.

– Отлично значит проводишь.

– Дядя не надо.

– Надо суслик надо. – возразил парень и заметил, как снова вздрогнуло тельце: – Что «Суслик» понял? Я знааааю кто ты! И теперь если меня не доведёшь, то… – не став договаривать и аккуратно отпустив «жертву», юноша добавил: – И не смей поворачиваться. Пошёл.

И они действительно пошли. Мальчик перед ним дрожал, но поворачиваться не смел. Шагали, поворачивая то в один переулок, то в другой и совершенно внезапно вышли на широкую улицу. И пацан рванул на свет, пытаясь разорвать дистанцию с пугающим его человеком. Может быть если Филип и был бы маньяком из газет, он бы немедленно попытался его перехватить, но к своему удивлению посмотрев в противоположное направление, он узнал знакомые ориентиры.

– Ну что ж. Свою часть сделки он выполнил, пойду домой. И дождавшись, когда мальчик прыгнет в дыру в каменном заборе вокруг небольшой часовни, направился в сторону дома, насвистывая мотивчик из прошлой жизни.

*****

Часовня

«Суслик» уже почти десять минут без перерыва рыдал в подушку, а сидящие вокруг него старшаки, уже и не знали, что делать. Помог мальчишку успокоиться небольшая плошка с вином, которые предприимчивые парни, стащили из закромов «святоши», что отвечал за приют.

Когда наконец храбрец, что несмотря на приказ сидеть дома, пошёл на дело, перестал отстукивать чечётку, Артур смог сказать: – Мясник…. Я ВИДЕЛ МЯСНИКА! У него глаза алые, хриплый голос и хватка как… как…. – и снова разрыдался.

– Блять. – высказался один и старших: – Везучий ты «Суслик» видно «Мясник» сегодня был не в настроение тебя резать. Что он вообще от тебя хотел?

– Просил в центр проводить.

– Неужели он где-то поблизости живет? – высказал один из сирот.

– Да быть не может! – отверг его идею сосед: – Он бы тогда к нам бы наведался хотя бы раз!

– Ты не понимаешь, он охотник, ему подавай улицы!

– И что теперь сидеть здесь и пухнуть от голода? Сестра не может нам много приносить. Самой есть нечего. А послушники…

– Да помним мы чем кончилось это. До сих пор вон…

– Не смейте хулить старших! – вскочил один из тех, кто недовольно кривился при виде дрожащего «суслика» и словах о сестре и послушниках: – Они даруют нам кров и еду, а потом позволят присоединиться к ним. И мы станем настоящими королями города! Его теневыми королями перед которыми будут преклоняться и торговцы, и даже аристократы!

Подпевалы при этих словах кивали головами, но небольшое число ребят с трудом удерживались, чтобы не сплюнуть. Но никто даже не высказал слово против.

– И всё же пока возможно никто выходить не должен. – подвёл итоги Всеслав самый старший из ребят, почёсывая шрам на щеке. След после одного из дел: – Повезёт старшие разберутся с ним.

Рыжий попытался возразить, но шрамированный резко прервал его: – Я всё сказал! Всем вернуться в комнаты.

Добравшись до своей комнат и устроившись на кровати, он услышал вопрос от своего друга: – Слав, если мы ничего с этим гавриком не сделаем, он всех ребят на убой пошлёт, что перед бандой выслужиться. Им ему будет плевать сколько из них не вернуться.

– Мы уже это обсуждали, Грига. Он неприкасаемый скотина. Может повезёт и Мясник его подрежет на деле, надо только заставить его выйти.

*****

Дом Лиисов

Открыв дверь и войдя в гостиную, Филип едва не ослеп от внезапно загоревшегося света лампы. На диване сидела Ядвига и к большому удивлению юноши, держала мундштук в руке с зажжённой на его краю сигаретой. И судя по пепельнице на столе это была далеко не первая.

– Девушка, а вам говорили, что женщинам курить вредно? – проморгавшись спросил Филип, и пройдя сел в одно из кресел: – Особенно для будущих детей.

– Я бесплодна. – отмахнулась от его слов Ядвига: – Мне всё равно.

– Особенность ведьм?

– Угу. Особенность. Где вы задержались? Вроде до библиотеки хотели пройтись?

– Да так. Сигаретку не дашь?

– Вроде тело общее, вам не кажется, что это будет не честно по отношению к Стефану? – решила уточнить девушка, протягивая ему, однако одну из своих сигарет.

– Зависимость от сигарет, болезнь психологическая. Дай бог наши души не так прочно связаны, чтобы передавать дурную привычки. – принимая сигареты, ответил ей Филип. А когда по привычке потянулся ко внутреннему карману, увидел, как затлел кончик сигареты. Подняв взгляд, он увидел, что Ядвига откинулась назад с поднятой левой рукой и оттопыренным мизинцем.

Так они и сидели куря сигарету за сигаретой. Но приятное молчание было нарушено полячкой.

– Так куда ты ходил?

– О так мы снова на ты? Ну тогда… знаешь мне начинает казаться, что встречаться с теми, кто пытается вам навредить становиться моей профессией.

– Да неужели? Ты случайно не о тех молодых людях, что довели Ивана до столь плачевного состояния?

– Ага. Кстати ты вроде бухгалтер? – уточнил юноша и не вынимая сигарету из зубов, начал бросать на стол пачки денег. Некоторые из них были в крови, что подметила Ядвига, взяв одну из бумажек.

– А вы знаете, что кровавые деньги, повод пойти в полицию.

– Конечно. Тридцать процентов твоих.

– А вы щедры. Но я беру основные риски, поэтому шестьдесят.

– Дорогая моя. То количество денег, что вы упёрли у этой семьи говорят мне, что вам нужно умерить аппетиты. Тридцать.

– Ты не понимаешь, что такое торговля, а также забываешь про комиссию, которую придётся оплатить посредникам. Сорок семь с половиной.

– Тридцать.

– Сорок пять

– Тридцать.

– Да ты зае***! Сорок!

– Тридцать.

– Торговля работает не так! Мы должны идти навстречу друг другу и встретиться на сороках!

– Так мы и встретимся. Ну хорошо, только ради твоих зелёных глаз… – лениво сказал Филип, и Ядвига впилась в него взглядом: – Тридцать и пять десятых.

– АААА СВОЛОЧЬ! – схватилась за голову девушка: – Будь человеком, а не жадной сорокой! Тридцать пять!

– Ладно. – внезапно согласился Филип, чем поставил уже открывшую для очередного крика рот девушку в тупик.

– Б****. К****. – и ещё несколько незнакомых слов на польском, и вдохнув половину очередной сигареты за один присест.

– И ещё кое-что. – дождавшись, когда девушка закончит выплёвывать эмоции, туша сигарету в пепельнице, сказал серьёзный Филип: – О случившемся ни слова ни пацану, ни его слуге.

– Пять процентов сверху, и я могила. – блеснув глазами ответила Ядвига.

– По рукам.

*****

Переулок. Ранее утро

Множество полицейских осматривали место произошедшей расправы, и толстяк Ершов был среди них. Он помахивал платочком рядом со своим носом и показывал такое волнение, что некоторые из коллег ожидали, что ещё немного, и он упадёт без чувств.

Удивительно, что здесь было и высокое начальство. Слишком высокое для столь рядового дела. Но капитан Вольтов ходил вокруг и его нервное состояние передавалось окружающим.

И едва дождавшись, когда к нему подойдёт один из подчинённых, он спросил: – Ну что? Это Мясник? Эта тварь перешла на более возрастные жертвы?

Сержант Кирилл лишь мысленно вздохнул при этих словах, но смог не выдать раздражения в голосе: – Никак нет! Раны нанесены при помощи огнестрела, и наличествуют признаки ограбления. Карманы вывернуты.