355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Андрей Быстров » Рыцари Атлантиды » Текст книги (страница 7)
Рыцари Атлантиды
  • Текст добавлен: 8 сентября 2016, 20:05

Текст книги "Рыцари Атлантиды"


Автор книги: Андрей Быстров



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц)

Утром сам Уиндэм, предупрежденный Биллингсом по телефону, встречал в управлении важных свидетелей. Лейтенант О'Рейли сразу увел Джейн Диллон и мистера Скотта в лабораторию, где они под руководством экспертов принялись составлять фоторобот, а Биллингс докладывал в кабинете Уиндэма о проделанной работе. Позже ему предстоял другой доклад, для Магистров Ордена.

… Старый мистер Скотт почти не вмешивался в процесс составления фоторобота, с любопытством ожидая конечного результата. Но когда после многочисленных комбинаций на экране возникло широкое злое лицо, одобрительно закивал головой.

– Он, – уверенно заявил старик.

Фоторобот был разослан во все концы страны.

19

Хойланд и Норд на «фольксвагене» приехали на станцию технического обслуживания. К машине поспешил одетый в синий комбинезон механик. Он долго ходил вокруг автомобиля, цокал языком и выспрашивал подробности.

– Я вижу, что авария, мсье… Здорово вам намяли бока. Но как вы ухитрились остаться сразу без переднего и заднего стекла, не понимаю.

– В стеклах образовались трещины, – терпеливо пояснил Хойланд. – Я снял их и выбросил.

– Выбросили, гм… А в полицию вы сообщили об аварии?

– Слушайте, или вы ремонтируете мою машину, или я сажусь за руль и уезжаю. Механик поднял руки вверх:

– Все, мсье. Это не мое дело. Значит, два стекла, вмятины на кузове, покраска… Перекрасить всю машину или только замазать побитые места?

– Побитые места, – сказал Хойланд. – И смените покрышки.

Механик достал калькулятор, неуклюже потыкал грязным пальцем в кнопки:

– Восемьсот евро, мсье. Оформите в конторе и приходите послезавтра.

– Тысяча, – произнес Хойланд, – и никакой конторы. Машина нужна мне через два часа.

– Ну хоть четыре часа, мсье! – взмолился механик. – Уйма же работы!

– Три, – отрезал Хойланд. – Идемте, Дуг.

– Эффектно, – произнес Норд, когда они проходили через ворота на улицу. – Куда поедем обедать?

– В какой-нибудь ресторан поближе к отелю «Альби». Они взяли такси. Ни по дороге на станцию техобслуживания, ни по пути в ресторан за ними не следили.

– Куда теперь? – спросил Норд, расправившись с огромной порцией жаркого и двумя бокалами пива.

– На радиостанцию.

Вновь на такси они отправились к офису «Радио Европа». Из своей студии Хойланд поговорил по внутреннему телефону со своим шефом Сильвэном, отправил на его компьютер наброски плана очередной передачи о русско-иранском атомном проекте, разгреб завалы на столе. Вслед за этим они вторично побывали на станции техобслуживания, и «фольксваген», блестя новенькими стеклами и свежей краской заплаток, покатил к бару на Елисейских полях, где Хойланд и Норд просидели до вечера.

– Так мы можем, – заметил Норд, – бродить по Парижу неделями без всякого толку. Не разумнее ли…

– Мы только начали… Едем ко мне домой. У дверей квартиры Хойланд вынул ключ, нацелил его в замочную скважину и вдруг опустил руку.

– Здесь кто-то был.

– Почему вы… – начал Норд и не закончил, потому что Хойланд молча указал ему на едва заметную царапину на металлическом диске замка.

– Бомба? – предположил Норд.

– Как будто бы не их стиль… Да и ненадежно это. Где гарантия, что на воздух взлечу именно я, а не кто-то другой, или что я не буду только ранен? Но не будем торопиться открывать дверь. Пошли на крышу.

Они выбрались на чердак. Норд сорвал хилый замочек люка и оказался на крыше. Хойланд последовал за ним и первым начал спуск по пожарной лестнице. Она крепилась к обращенной во двор стене, ее прикрывали деревья, и вряд ли их могли заметить, но, если бы кто-то заинтересовался их необычными упражнениями, Хойланд всегда мог сослаться на потерю ключей.

С лестницы Хойланд протянул руку и открыл окно кухни. С акробатическими ухищрениями они проникли в квартиру. Дверь кухни была прикрыта, хотя Хойланд отлично помнил, что оставил ее распахнутой.

В квартире никого не было. Осмотр прихожей, а затем придирчивый обыск всех прочих помещений ничего не дал. Все оставалось на своих местах, не был сдвинут ни один предмет. Тот, кто здесь побывал, допустил лишь две ошибки: царапина на замке и кухонная дверь, прикрытая, очевидно, машинально.

– По крайней мере хоть взрывать нас не собираются, – облегченно констатировал Норд. – Но что он тут делал? Может, это Рэнди Стил?

– Если так, он еще и превосходный взломщик вдобавок… Нет, я думаю, это была разведка.

– Какая разведка?

– Чтобы свободно ориентироваться здесь в темноте.

– По-вашему, он вернется ночью?

– Да, – сказал Хойланд.

Норд с недоверчивым видом посмотрел на него:

– Не знаю, как вы до этого додумались, только это будет совершеннейшим чудом.

– Он вернется, – упрямо проговорил Хойланд.

– Не понимаю. Проще подстеречь вас в подъезде.

– Опасно стрелять в человека в подъезде. Всегда могут найтись случайные свидетели. Другое дело – глубокая ночь, квартира.

– Но те, кто напал на вас на дороге, меньше всего думали о случайных свидетелях.

– Вот именно, – задумчиво обронил Хойланд.

– Что вот именно?

– А то, что нападавшие на дороге и тот, кто нанес сегодняшний визит…

– Если он приходил один…

– Я почти уверен, что он был один… Так вот, они принципиально различаются. Пока не знаю, в чем и почему, но различаются.

– Ну что же… Тогда нам остается ждать.

Ждать им пришлось до четырех часов утра. В спальне особняка напротив с биноклем ночного видения в руке сидел Рэнди Стил, не сводя глаз с подъезда и время от времени взбадривая себя дозами виски. В конце концов он перебрал, и спиртное начало оказывать диаметрально противоположное, то есть снотворное действие. Рэнди клевал носом, тем более что ничего не происходило и ему было скучно. В четыре часа, когда он совсем осоловел и решил было плюнуть на все и завалиться спать, из-за угла выехал мотоцикл «БМВ» с почти бесшумным двигателем. Он приближался к дому напротив. Рэнди встряхнулся и втиснул в глазные орбиты окуляры бинокля.

Мотоцикл развернулся и остановился вплотную к подъезду. Из-за громоздкого обтекателя показалась голова в шлеме, потом шлем был снят, и Рэнди смутно разглядел черты лица ночного мотоциклиста. Он видел его какую-то секунду, прежде чем прибывший нырнул в подъезд, и заметил только, что это был молодой человек с копной светлых волос, одетый в просторную куртку и джинсы.

Дальнейшего Рэнди видеть не мог. Мотоциклист начал с того, что на распределительном щите отключил рубильник освещения лестницы. Лампы на всех этажах погасли, рассеянный свет уличных фонарей, просачивавшийся сквозь оконные стекла, слабо конкурировал с ущербной луной. Неслышно ступая, мотоциклист остановился перед дверью квартиры Хойланда, достал плоский ключ и уверенно вставил в замочную скважину. Раздалось мягкое щелканье хорошо смазанного механизма.

Хойланд и Норд как по команде заняли оговоренные позиции. Мотоциклист шагнул в гостиную. Бледные полосы падавшего из окон света позволяли рассмотреть его массивную фигуру и силуэт солидного пистолета с глушителем.

Норд изготовился к прыжку. Он не произвел ни звука, и осталось загадкой, каким сверхъестественным чутьем человек с пистолетом уловил движение за спиной. Он извернулся по-тигриному, мгновенно оценил, что выстрелить не успевает, и пистолет в его продолжающей разворот руке без торможения столкнулся с черепом Норда. Дуглас Норд пошатнулся и упал. Хищный зев пистолета потянулся за ним, как атакующая змея, но прицел был сбит молниеносным ударом ноги Хойланда. Пуля впилась в стену возле выключателя. Противник не выпустил оружия. Хойланд перехватил его мускулистую руку выше запястья, выкрутил резким рывком. Пистолет полетел на пол, но Хойланд получил удар в коленную чашечку. Охнув от внезапной боли, он выпустил руку противника и свалился на стул. В воздухе мелькнул кулак в обтягивающей перчатке, врезался в лицо Хойланда с силой пушечного ядра. Стул опрокинулся, Хойланд кувырком пролетел через всю комнату и ударился спиной о книжный шкаф, осыпавший его дождем стеклянных осколков. Поднявшийся Норд подобрал оружие. Видя, что ситуация изменилась, противник бросился к двери.

Хойланд вскочил на ноги, Норд вырвался на лестничную площадку, опередив его. Тот, за кем они гнались, уже преодолел два пролета, когда Норд в прыжке свалился на него сверху.

Из особняка Рэнди видел в свой бинокль, как мотоциклист вместе с Нордом выкатились из подъезда наружу. Дрались они молча, пока подоспевший Хойланд ударом ноги в голову не отключил противника.

Потирая намятые бока, Норд встал, помог Хойланду затащить пленника в подъезд и связать ему за спиной руки нейлоновым шнуром, предусмотрительно положенным в карман для такого случая.

Неожиданно Норд вздрогнул:

– Ох, там же его мотоцикл. Он вот-вот рванет!

– Я хочу посмотреть, – вдруг сказал Хойланд.

– Вы с ума сошли?!

Хойланд не ответил, вышел из подъезда и медленно направился к «БМВ».

– Не думайте, что я пойду с вами, – бросил вдогонку Норд. – Кто-то должен остаться в живых, чтобы позаботиться о нашем трофее…

Присев перед «БМВ», Хойланд внимательно изучил каждый квадратный сантиметр поверхности, достал из бардачка отвертку, гаечный ключ, снял какие-то панели, бросил инструменты возле мотоцикла и вернулся к Норду.

– Как я и предполагал, он не заминирован, Дуг.

– Что?!

– Похоже, наш трофей – не расходный материал, а один из НИХ.

– Один из них, – прошептал Норд. – Если один из них в наших руках, тогда мы…

Не договорив, он повернулся к связанному пленнику и увидел, что тот уже очнулся. Вдвоем с Хойланд ом они усадили его в «фольксваген».

– Мне нужно подняться наверх, – сказал Хойланд. – Я позвоню Тернеру и запру дверь.

Вернувшись к себе, он набрал номер оперативной квартиры Тернера на бульваре Клиши. Ответила Грейс Оуэн.

– Грейс, Тернер на месте?

– Здесь… Он спит. А как вы?

– Лучше не бывает. Не будите его пока, но мы везем подарок. Живой трофей.

Хойланд возвратился в машину и запустил двигатель. Ссадины и ушибы на разбитом лице болели все сильнее, но он почти не обращал внимания на боль.

Когда они прибыли на бульвар Клиши, Тернер, конечно, уже не спал. Он подошел к молчаливому пленнику и посмотрел ему прямо в глаза. Тот спокойно выдержал пронизывающий взгляд. Джейн и Грейс увели его в дальнюю комнату, где приковали наручниками к трубе.

– Излагайте, – обратился Тернер к Хойланду и Норду.

Хойланд кратко рассказал обо всем, что произошло с того момента, когда они с Нордом обнаружили следы проникновения в его квартиру. Особое внимание он обратил на факт, что мотоцикл не был заминирован.

– Если это один из них, он не заговорит, как бы мы ни старались, – произнес Тернер. – Мы должны вывезти его в Америку, там с ним будет работать Моддард. Он не сможет противостоять Моддарду. Никто не сможет.

– Да, – согласился Хойланд.

– А что в полиции? – спросил Норд. – Вам удалось влезть в их расследование? Ничего не следует оставлять без внимания.

Тернер утвердительно кивнул:

– Удалось, но у них пока ничего нет…

Хойланд быстро принял душ, уступив его затем Норду. Грейс Оуэн смочила комочек ваты каким-то составом и принялась оттирать запекшуюся кровь, с особой осторожностью действуя в районах ран и ссадин. Прикосновения ее были легки и ласковы, они несли тепло и покой.

– А здесь придется наложить шов. – Она смотрела на глубокий порез на лбу, образовавшийся при столкновении с книжным шкафом.

– Вы еще и доктор? – Хойланд поморщился от боли, когда она зашивала рану.

– Я все, что требуется, – произнесла Грейс своим обволакивающим, лишающим воли к сопротивлению голосом. – Я оказываюсь в нужное время в нужном месте и делаю то, что нужно. Я совершенство. Я идеальная многофункциональная модель Ордена, не знающая поражений… Ну все. Теперь Дуглас!

Прогудел зуммер телефона. Тернер снял трубку:

– Тернер слушает.

– С вами будут говорить по коду «Июль».

Это означало вызов Моддарда. Тернер нажал кнопку автоматического кодирования сигнала. Система обеспечивала защиту от прослушивания – по крайней мере теоретически.

– Плохие новости, Дэвид. – Моддард не поздоровался, что служило безошибочным признаком действительно плохих новостей.

Тернер похолодел:

– Кто на этот раз?

– Погибли Борден и Тревис. – Электроника выхолащивала эмоциональную окраску голоса, но Тернер и без того ощутил, с какой болью и печалью произнес это Моддард. – И произошли события, требующие вашего безотлагательного возвращения.

– Нам удалось добыть живой трофей, – сказал Тернер, – и, похоже, это не исполнитель, а один из них.

– Вот как? Что значит похоже? Вы не уверены?

– Нет. Я считаю, что его необходимо вывезти в Америку.

– И немедленно. Для организации переброски срочно направляю из Англии Макса Мэлли. А вы возвращаетесь, Дэвид, вы нужны мне здесь. Грейс Оуэн, Норд, Хойланд и Джейн остаются в Париже. Расследование не должно быть свернуто, напротив, необходимо удвоить усилия.

– Я понял, – сказал Тернер.

– Конец кода «Июль».

– Подтверждаю.

Он опустил трубку на аппарат, с полминуты сидел неподвижно, вперившись отсутствующим взглядом в пространство, потом порывисто встал.

– Я возвращаюсь в Америку, вы все продолжаете работу здесь. Грейс, я передам вам свои контакты в полиции и во Дворце правосудия.

– Однако, – проговорил Норд, – опасность нового покушения на Джона не миновала, и я думаю…

– Третьего покушения на меня в ближайшее время не будет, – неожиданно произнес Хойланд.

– Почему? – спросил Норд.

– Очень просто. Первое покушение было организовано по обычной схеме, с участием расходного материала. Второе осуществил один из них. Теперь они спешат, очень спешат. В самом скором времени им будет не до нас… Пока не до нас. Что-то очень важное потребует всего их времени и всех сил.

– Значит, вы считаете, – сказал Тернер, – то, к чему они готовились… вот-вот произойдет?

– Уже происходит, – сказал Хойланд.

20

Десятого июня 1984 года экспериментальная ракета-перехватчик, запущенная американцами в рамках проекта СОИ с атолла Кваджалейн в Тихом океане, достигнув высоты в сто пятьдесят километров, разнесла на куски боеголовку межконтинентальной баллистической ракеты-мишени «Минитмен».

Девять лет спустя четверо сотрудников рейгановской администрации признались, что испытания ракеты-перехватчика были сфальсифицированы.

– Чтобы обеспечить видимость успеха, – рассказывал один из них, – мы установили на ракете-цели радиомаяк, работавший на определенной частоте. На ракете-перехватчике был приемник. Попадание выглядело блестящим…

Дерзкий обман был частью программы дезинформации, которая должна была заставить Советский Союз потратить миллиарды на создание и испытания аналогичной ракеты.

Но этого не произошло. Советское правительство вовремя узнало о фальсификации. В день запуска суперперехватчика в акватории Тихого океана находилось несколько советских научно-исследовательских судов, отслеживавших информацию об испытаниях для Генштаба Вооруженных Сил СССР. По возвращении кораблей в порт приписки Владивосток, после обработки данных в техническом управлении ГРУ военной разведке стало ясно: испытания ракеты были искусно подстроены. Активное участие в операции принимал молодой многообещающий ученый, офицер разведки Леонид Табачников. Это стало немалым подспорьем для его дальнейшей карьеры в ГРУ.

Именно Леонид Савельевич – ныне полковник, профессор, доктор физико-математических наук – был одним из тех, кто стоял у истоков теоретической проработки советского аналога СОИ. Позже он занимался углубленным изучением поступавшей по разведывательным каналам технической документации на американский спутник «Элис». Поэтому не было ничего удивительного в том, что полковника ГРУ включили в состав русской делегации, направлявшейся на борт авианосца «Теннесси».

В Испании делегация погрузилась на борт американского вертолета. Сверху авианосец «Теннесси» казался игрушечной лодочкой, болтающейся в центре пруда, каким выглядел Бискайский залив. Но когда началось снижение, словно по волшебству, из ниоткуда угрожающе выросли хоботы громадных орудий главного калибра, непрерывно вращающиеся фасеточные зеркала радарных установок, многоэтажные палубные надстройки. Исполин «Теннесси» будто поднялся из морской пучины и поглотил беспомощный вертолет.

В кают-компании, сверкавшей такой чистотой, какая бывает только на флоте, за овальным, по размерам соперничавшим с футбольным полем столом уже не первый час заседали американцы. Перегревшиеся компьютеры жалобно гудели. Стол был завален всевозможными бумагами, бутылки с минеральной водой открыты и опустошены, развешанные на стенах схемы испещрены пометками. Американскую рабочую группу, состоявшую из двадцати человек, возглавлял председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал ВВС Уильям Колбрайт. Кроме него из высокопоставленных военных в группу входили начальник штаба ВВС генерал Огастес Лоденшейд, командующий силами противоракетной обороны генерал Джон Таггерт и заместитель командующего военно-космическими силами США бригадный генерал Эндрю Уилсон. Госдепартамент представлял помощник государственного секретаря Пол Макфарлейн, присутствовал также личный представитель президента Эд Кристофферсон. Остальные – ученые, эксперты, специалисты по космической технике, переводчики – были представлены российской делегации в процессе взаимного знакомства. Русские заняли места за столом. По правую руку от Табачникова оказался генерал Казимов, по левую – полковник Смолин из Федеральной службы безопасности. Так как Смолин и Табачников сидели рядом, внимательный наблюдатель мог бы заметить на мочке правого уха того и другого почти одинаковые бледные звездообразные шрамы. Но никто, конечно, не присматривался, да если бы и заметили, что с того?

Слово взял генерал Колбрайт:

– Я прошу профессора Райдера из Колумбийского университета прочесть для наших русских гостей небольшую вступительную лекцию.

Специалистами с обеих сторон проблема была изучена вдоль и поперек, но рекомендации предстояло принимать политикам и военным, для них и предназначалось выступление Райдера.

Профессор, щуплый, чуть горбившийся человек лет шестидесяти с седой шевелюрой/ чем-то похожий на Эйнштейна, вышел к большой разноцветной схеме.

– Спутник «Элис», – начал профессор фальцетом, вертя в руках пластмассовую указку, и с его первыми словами защебетали переводчики, – представляет собой многоцелевую боевую систему, несущую на борту рентгеновский лазер с ядерной накачкой. Предполагалось, что лазер сможет поражать не только баллистические ракеты, но и орбитальные комплексы вероятного противника… Простите, господа, я оперирую терминологией прошлых лет.

Против ожидания, неловкий момент разрядил атмосферу. Многие заулыбались. Профессор продолжал:

– На спутнике находится двадцать килограммов оружейного плутония-238 в бериллиевых сферах. Эксперименты со спутником «Элис» были завершены, он был снят с боевого дежурства и крутился бы себе на орбите, если бы не произошло непредвиденное, а именно: несанкционированное самопроизвольное включение тормозного двигателя.

Ложь, отметил Табачников. Российская радарная станция слежения зафиксировала узконаправленный сигнал, переданный на спутник из оперативного центра в штате Колорадо.

– Но и это, – говорил профессор, – не было бы катастрофой, спутник всего лишь перешел бы на более низкую орбиту. Однако цепь никем не предвиденных и не могущих быть предвиденными совпадений привела к иным последствиям. Как известно присутствующим, на орбите Земли появился неопознанный объект, условно именуемый «Черным Принцем». Снижающийся спутник столкнулся с ним, после чего объекты не разошлись, образовав нечто вроде устойчивого орбитального комплекса. Почему так произошло, мы не знаем. Мы не можем наблюдать комплекс. Но параметры его полета таковы, что, если не принять срочных мер, он упадет в районе Новосибирска не позже чем через полторы недели.

– Есть ли вероятность, что он сгорит в плотных слоях атмосферы? – спросил личный представитель президента России.

– Что касается «Черного Принца», скорее всего, так и будет, если он действительно является метеоритом или обломком астероида, как мы предполагаем. Но спутник все равно упадет, он не сгорит. При его конструировании рассчитывали на то, что он сможет выдерживать лазерные удары противника. Поэтому мощность его брони исключает вероятность каких-либо повреждений в атмосфере. Вновь же изменить его орбиту по команде с Земли теперь нельзя. На спутнике больше нет топлива.

– Но так ли опасно это падение? – Вопрос задал сотрудник московского института, занимавшегося космическими исследованиями, но весьма далекого от ядерной энергетики. – За прошедшее время плутоний внутри бериллиевых сфер мог распасться на легкие фракции и взвеси.

Райдер слегка улыбнулся:

– Если бы спутник лежал на дне морском, так бы оно и было, уважаемый коллега. Но в космосе другие условия.

После этих слов между российскими и американскими учеными завязался оживленный диалог, в котором высокие руководители мало что понимали. Перекрывая гул голосов, в дискуссию включился Казимов.

– Скажите, господин генерал, – спросил он Колбрайта, – а нельзя ли сбить «Элис» запущенной с земли ракетой?

Вместо председателя 'комитета начальников штабов ему ответил генерал Таггерт:

– Думаю, мы могли бы уничтожить его ракетой с тактической ядерной боеголовкой. Но по своим последствиям для радиационной обстановки на Земле это будет равносильно тому, как если бы мы дали ему упасть. Нет, хуже. Двадцать килограммов плутония – они ведь не сдетонируют, не взорвутся в космосе. Они рассеются в верхних слоях атмосферы!

– А при падении спутника ядерный взрыв неизбежен? – вмешался генерал-майор Лебедев, исполнявший обязанности заместителя председателя военно-промышленной комиссии.

– Ядерного взрыва в традиционном понимании не произойдет, – сказал профессор Райдер. – Но то, что случилось в Чернобыле, также не было ядерным взрывом.

Воцарилось напряженное молчание. Слышно было, как в недрах гигантского корабля пульсируют могучие механизмы.

Затянувшуюся паузу прервал полковник Смолин.

– Я предлагаю, – начал он излагать проект, родившийся в недрах ФСБ, – внести изменения в программу планируемой на конец месяца американо-российской экспедиции на новом шаттле. Пусть шаттл снимет спутник с орбиты и доставит на Землю. Это возможно?

– Теоретически да, – ответил бригадный генерал Уилсон. – Подобные операции уже проводились предыдущими экипажами «шаттлов». Однако это было до трагедии «Колумбии». Полеты старых шаттлов пока не возобновлены, а «Магеллан» – совершенно новый корабль. Потребуется громадная подготовительная работа. Придется менять расчетные характеристики, устанавливать на шаттле дополнительное оборудование. Спутник «Элис» – не бумажный самолетик, придется повозиться. Успеем ли за неделю?

– Такой вариант уже обсуждался нами во время предварительных консультаций, – сообщил Колбрайт для русских. – Тут слишком много «если». Что, если задержится монтаж оборудования? Что, если старт придется отложить по каким бы то ни было причинам? Что, если возникнут осложнения на орбите? Наконец, «Челленджер» и «Колумбия»! Храни нас бог от повторения подобных трагедий, но мы вынуждены учитывать все. Слишком велика цена.

– Но ведь Другого шанса, насколько я понимаю, нет? – спросил Казимов.

– Мы обязаны искать альтернативу, – настойчиво сказал Колбрайт.

В беседу вступил генерал Лебедев:

– А зачем доставлять спутник на Землю? Вытолкнуть его на более высокую орбиту, и пусть себе крутится… Хлопот меньше…

– Это невозможно, – сказал Райдер. – Простите меня, но небесная механика – штука довольно хитрая. В теории – пожалуй… Любопытно было бы посчитать… Но на практике, чтобы сделать такое, шаттлу пришлось бы на полном ходу идти на таран.

– Что ж, значит, снятие спутника. – Лебедев кивнул. – Полагаю, нам следует считать этот вариант основным и продолжать консультации в поисках запасного.

– Согласен, – произнес Казимов. – И очень удачно, что в экспедицию внесут лепту и российские космонавты. Я знаком с этими парнями, это мастера. Космический полет будет для одного из них не первым, это прекрасно подготовленные и высококлассные специалисты. Уверен, что совместными усилиями нам удастся достать этот проклятый спутник.

– Наши астронавты, я убежден, тоже не подведут, – улыбнулся бригадный генерал Уилсон.

На этом первое заседание совместной комиссии было окончено. Второе заседание, состоявшееся через два часа, постановило рекомендовать вариант с шаттлом в качестве основного. В качестве экстренного и крайне нежелательного варианта называлось уничтожение спутника «Элис» ракетой-перехватчиком над Тихим океаном. Также указывалось, что консультации будут продолжены.

Рекомендации были приняты. Корпорация «Дженерал дайнэмикс» получила срочный секретный заказ на установку на шаттле дополнительного оборудования. Задача осложнялась тем, что космический корабль уже находился на стартовом столе космодрома на мысе Канаверал и монтаж приходилось вести на месте. Десятки специалистов в Центре управления вели расчеты новых параметров полета.

Пятеро американских астронавтов и двое российских космонавтов еще ничего не знали об уготованной им миссии, которую в Пентагоне успели окрестить операцией «Сэрвайвл» («Выживание»). Но командир экипажа полковник ВВС США Джералд Холт однажды уже принимал участие в подобном предприятии. Несколько лет назад ведомый им шаттл снял с орбиты и благополучно доставил на базу Эдварде астрономический геосинхронный спутник «Стар Эксплорер».

Большие электронные часы в Центре управления на мысе Канаверал, размещавшиеся между табло с надписями «Параметры участка выведения» и «Расчетный старт», монотонно отсчитывали секунды. Времени оставалось все меньше.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю